«Чужие письма» — советский художественный фильм, психологическая
драма, снятая режиссёром Ильёй Авербахом.
Все фразы и цитаты
-Я опоздал,
прости, пожалуйста.
Ну скажи что-нибудь.
Что ты обиделась.
-Я не обиделась.
-Мы стали слишком часто ссориться, это глупо.
-Да, это глупо.
-А куда мы идем?
-Ты забыл?
Я тебе говорила.
-Ну прости, я забыл.
-Ты можешь не ходить.
-Но я уже иду.
-А к кому?
Они тоже учителя?
-Да, тоже.
-Правда, если не хочешь - можешь не ходить.
Это совершенно необязательно.
-Довольно, встань!
Я должна вам объясниться
откровенно! Онегин,
помните ль тот час, когда в саду,
в аллее нас судьба свела?
И так смиренно урок ваш
выслушала я?...
-Мои.
Смотри-ка, сами пришли.
-Бежи.
-Здрасьте, Вера Ивановна.
-Вера Ивановна, здравствуйте!
-А, может, я брат?
Двоюродный?
-Весь город знает, какой ты брат.
-Вера Ивановна, здрасьте!
-Здрасьте.
-Вдали от суетной молвы, я вам не нравилась.
Что ж ныне меня преследуете вы?
Зачем у вас я на примете?
Не потому ль, что в высшем свете
теперь являться я должна?
Что я богата и знатна,
что муж в сраженьях изувечен, что
нас за то ласкает двор? Не потому
ль, что мой позор
теперь бы всеми был замечен и
мог бы в обществе принесть вам соблазнительную
честь? Я плачу,
если вашей...
Тани вы не забыли до сих пор..
-Нет, Зина, не то.
Кричишь, не те слова
выделяешь.
-Анна Трофимовна, кроме
вас никто правды не скажет.
Все хвалят, даже на
конкурсе премию дали.
Они же мне делают медвежью услугу,
правда?
-Вера, Верочка приехала!
-Здравствуй.
-Здрасьте.
-Верочка!
-Здрасьте, Анна Трофимовна.
Здравствуй, Зин.
Познакомьтесь, пожалуйста.
-Очень приятно.
-Лично мне он нравится.
-Да ничего особенного, только что художник,
да и то ненастоящий.
Настоящие художники, картины рисуют.
Художник!
-Ты просто ревнуешь.
-Ревную?
-Ты думала, за твоего брата пойдет,
никогда в жизни!
-Ничего я не думаю.
Просто мне за Веру Ивановну обидно.
-А он ничего, да?
-Бросит он ее.
-Он мне нравится не как мужчина, а вообще,
как человек.
-Что-то здесь изменилось, а что, не понимаю.
-Там береза стояла, ее срубили.
Скоро все снесут.
И пожарную, и нашу
мельничную.
-Сада жалко.
Он скоро уедет?
-Игорь?
-Да.
-Да, его там ждут в Москве.
Он должен работать в театре.
Он давно мечтал работать в театре.
Вот и получилось.
-Так и не поговорили?
-О чем?
Ну вернется в Москву и все
пойдет своим чередом.
Мы оба с ним какие-то
непарные.
И вообще,
нам тяжело друг с другом.
-А друг без друга?
-Еще хуже.
Он приходит ко мне и молчит.
Сидит и молчит.
И я молчу.
-Садитесь.
-Вот так всегда,
кончается первый классный час
и мы сразу же уходим от самых наболевших вопросов.
-Зина,
от каких вопросов мы уходим?
-Ни для кого не секрет, как вели себя
Антипов и Калязин летом в трудовом
лагере. Они угнали
учебный грузовик и катали по деревне
каких-то девочек.
Трезвые или выпившие, история об этом умалчивает.
Они съехали в канаву,
девочки попадали и одна даже сломала себе
руку. А как они ведут себя
сейчас?
-Как мы себя ведем?!
-Ну как мы себя ведем?!
-Я считаю, что таким не место учиться в 9-м классе.
И непонятно, по каким таким
причинам их оставили.
Ни для кого не секрет, что тройки им натянули
с большим трудом.
-Вера Ивановна,
засиделись.
В чем дело?
Почему не шумим?
-Бегункова
поставила вопрос, что девятый класс не
для всех.
-Бегункова?
-Мы сами разберемся.
-Бегункова, сядь! И в другой раз
думай, какие вопросы ставить.
-Я всегда говорю то, что думаю.
-Вот и подумай.
И вспомни, какая ты пришла
в нашу школу. Вспоминаешь?
Да Вера Ивановна ночей не досыпала из-за тебя!
Хотели перевести тебя в другую школу,
нет, не дала,
хорошая девочка, очень хорошая девочка.
Посмотрите, как она
подтянулась, просто ангел.
Теперь любуйтесь.
Она будет у нас вопросы решать.
Пора вам закругляться.
-Значит мне теперь всем в ножки кланяться?
-Ангелина Григорьевна хотела напомнить тебе,
Зина, что люди меняются.
И мы должны верить в каждого, как когда-то
верили в тебя.
-Можете не волноваться,
я все поняла.
-Что ты поняла?
Во-первых, встань!
-У вас все хорошие, одна я плохая.
Какая была - такая и осталась.
-Зина, что с тобой?
-Кто правду говорит - того никто не любит.
-Ну чего копаешься, пошли!
-Иду.
Сейчас.
-Светлана, опять воронье гнездо на
голове, убери сейчас же!
Свет,
ты бы не дружила с этой Зиночкой.
И перестань рассказывать то, что
случайно услышала дома.
-Значит дома одно - в школе другое?
-Ты знаешь, ты мне эту демагогию брось.
-Ой мам, ну не заводись.
Вон у тебя сколько обормотов ходит, а ты на меня
нервы тратишь.
-И на танцы не пойдешь сегодня с этой Зиночкой.
-Обещала - значит пойду.
-Эх, Зинка,
ведь на руках носил.
И видишь,
невеста вылупилась.
Подожду, пока подрастешь и
женюсь, ей-Богу.
Косы береги.
Твое золото. Обрежешь -
обижусь.
Ты, Зиночка, подрастешь,
а я кто буду? Старый хрыч.
И вы, девочки, будете смотреть на меня
пустыми глазами.
-Ой Женя, какой вы
пессимист.
-Женя, а вы из авиации
по собственному желанию уволились
или по состоянию здоровья?
-По собственному.
По собственному желанию одного...
Люди, девочка, не любят, когда им
правду в глаза говорят.
-А говорят, вас за драку уволили.
-Зинка, разговор есть.
Брат просил поговорить.
Он мать хочет вызвать
на свадьбу.
Как ты на это смотришь?
-Это его личное дело.
-Ну мать, все же.
-Именно, все же.
Лично я ее матерью не считаю.
Я завтра паспорт пойду получать.
-При чем здесь паспорт?
-Верочка, ты одна?
-Я на минутку,
пирог в духовке.
-Слушай, гони ты этого художника.
Ну зачем тебе
это нужно? Девчонки шепчутся,
учителя подтрунивают,
лето уже кончилось, у тебя туман в голове.
Очнись.
Он женат?
-Нет.
-Так что, разведен?
Ну да или нет?
-Не знаю.
-Ну ты сама не знаешь.
Ну, знаешь,
ну приходите ко мне в гости
на пирог. Я сразу скажу,
да или нет. Я же могу посоветовать.
Мне нужно только один раз посмотреть
на человека.
-Здрасьте.
-Здравствуйте.
-Добрый вечер.
-Очень приятно.
А мы как раз о вас сейчас
говорили.
-Да, я слышал.
У вас здесь слышимость.
-Да.
-Тонкие стены.
-А вы знаете, когда моя Светка занимается музыкой,
весь дом уши затыкает.
Да у вас то же самое.
-Да, у нас тоже слышимость.
-А вы в новом доме живете?
-Да,
то есть, пока нигде не живу.
-Понятно.
Да у меня пирог. наверное,
сгорел!
Вот, что я хотела
вам сказать:
жениться вам пора, ребятки,
и перестать играть
в прятки.
-Вы так считаете?
-В обязательном порядке.
-Мама, не балуйте
Тиму.
Он у нас по режиму питается.
-Правильно, Зиночка, правильно.
-Это я для сестренки принес,
чтобы от дома не отбивалась.
Не возражаешь?
-Шур,
что же ты нас не познакомил?
И вообще, я
платье не сшила.
-Да брось ты, хорошее платье.
-Но к свадьбе надо новое же.
-Предрассудки.
Та не бойся ты.
Семья у нас, конечно,
необычная.
Можно сказать,
развалюха, но ты не бойся,
это она не из-за тебя,
а из-за матери хорохорится.
Зинаида!
-Он вам чулки порвет.
-Зина,
погоди стучать.
Добеги, пожалуйста, до
новых домов.
-Зачем?
-Я Ворониных пригласил, Ильясовых,
и Веру Ивановну, напомнить надо.
-Ты и ее пригласил?
Сам и иди.
-Что?
-Сам иди.
Я унижаться не пойду.
-А почему унижаться?
Ты что, опять с ней в ссоре?
-Тебе-то что?
-Ты мне не груби,
вот что!
-Не надо, Шурик.
-Вот экземпляр!
Со всем миром в ссоре.
Зинаида,
ты б хоть нынешний день не омрачала
своим характером.
-Как тут молодые?
Ой, красивые.
Жена тебе, сынок, досталась
загляденье.
Всю жизнь не налюбуешься.
А жених тебе, Зоечка,
исключительный.
Век его благодарить буду.
-Мать!
Поехали с нами, а?
-Конечно,
обязательно.
-Я? Нет.
А что люди скажут?
Явилась - не запылилась.
Спасибо за приглашение.
-Ну ладно, мать, нам пора.
-Мама, я же сказала, у него
режим! Он же
овчарка.
-Извиняюсь.
-И не гигиенично.
-Не гигиенично, Зиночка.
Иди сюда.
Может им сейчас подарить?
Для настроения.
-Где это вы только такие достали?
-В магазине
меховом, меня там заведующая
знакомая, а ты думаешь...
-Ничего я не думаю.
-Нет, ты думала!
Ты хоть знаешь,
за что меня тогда?
За недостачу.
-Меня это
не интересует.
Просто вы перед этой Зоей уж сильно пресмыкаетесь.
Все равно она вас у себя
не оставит, имейте в виду.
-А мне и не надо!
У меня и в мыслях нет!
-Вот дрянь!
-Шурик, не надо!
-Я на два денечка отгул взяла, Шурик!
-Не бойся, мать.
Я ее в жизни пальцем не тронул.
-Еще бы тронул.
-Грубого слова не сказал.
Знаешь, что?
Иди сегодня,
куда хочешь.
Я тебя сегодня на свадьбу
не приглашаю. Понятно?
-Ой, напугал, да я сама уйду.
Свою дверь закрою,
вот так, а там гуляйте.
-Ключи зажигания.
-Здорова!
-Прокатимся?
-Прокатись.
-Хозяин!
Можно девочку покатаю?
-Давай!
-Садись, Зинаида.
-Порядок, Зинка.
Угоним, а?
На кой ему,
старому хрыщу, машина? Зинка?
Угоним?
-Угоним.
-Чего в ЗАГС-то не пошла?
-Не захотела.
А ты?
Мне по штатному расписанию не положено.
Спасибо, что на свадьбу пригласил.
Я ведь, Зинка, твоего брата
вроде как беспризорник,
на воспитании.
Газировки попьем?
Попьем.
-Уезжаю я, Зинка.
Есть еще у Пряхина друзья
на белом свете.
Может и полетаем еще.
-Конечно,
полетаете.
-Когда мы сюда переехали, этот
собор был в самом плачевном состоянии,
только недавно отремонтировали.
А у нас один есть
Лыскин, так он экскурсии водит
и все иконы знает.
-Законы?
-Иконы!
-А еще он по почерку понимает.
Он сказал, что я
по почерку буду следователем
или прокурором. Жень,
кем я буду? Скажи.
-Никем.
-Будешь всем глазки строить.
Станешь вроде своей мамки.
Никто с минусом.
-А я не строю.
-Не строишь.
-Просто женщина должна нравиться.
-Да, конечно.
-Это придает ей смелость и
хорошее настроение.
-Разговорчики в строю!
У тебя и так
с утра до ночи хорошее настроение.
-Это не так.
-А как?
-Я тебя люблю.
-Чего?
-Я тебя люблю! Навеки.
-Я не ослышался?
Чего вы сказали,
мадам?
-Поцелуй меня.
-Ну дела...
-Женя!
Женя!
-Ну беги!
Ловлю!
-Пусти, Жень.
-А если не пущу?
Ну, как не пущу?
-Женя...
-Добегалась?
Кукла!
Юбку поправь!
Поправь!
Женя!
-А я пойду скажу брату,
какие мы стремительные, чтобы отлупил.
Вот теперь сиди и реви.
Трясогуска.
Реви-реви.
-Здравствуй.
-Привет, сейчас.
-Я пьесу принесла.
Вот.
Мне очень понравилось.
Наверное, будет чудесный спектакль.
До свидания.
-Подожди, ты домой?
-Домой.
-Света!
-Света на танцы не пойдет, ей заниматься
надо.
-Выпей.
Непременно выпей и
успокойся.
Давай, сейчас ты
успокоишься, потом будем
ужинать, потом ты мне все
расскажешь.
Ты же совершенно мокрая!
Слушай, тебе непременно
нужно выпить горячего бульону, да?
Ты же совершенно мокрая.
Ну куда он тебя повез?
Зина, ты можешь сказать мне всю
правду.
Скажу Шуре, что ты у меня. У вас ведь сегодня свадьба?
-Я домой не пойду.
-Хорошо.
Хорошо, Зин.
Ты можешь остаться у меня, но ведь
надо сказать Шуре, чтобы он не волновался.
-Ничего не говорите.
-Да что же он с тобой сделал, этот негодяй?
Зина, ну скажи мне!
Я же должна знать.
Ты убежала от него?
-А Шурик в клуб пошел?
-Вы проходите.
Не волнуйтесь, пожалуйста,
Зина у меня.
Я найду Александра Петровича и все ему скажу.
-Вот именно вы-то мне и нужны!
Что произошло?
Что вы сделали с девочкой? Не лгать!
-Вы чего?
-Я видела, как вы раскатывали!
-Про Зинаиду, что ли?
-Знаете-ка что?
Сейчас же идите за мной!
-Ладно-ладно,
хорошо.
Вы еще руку держите.
Отпустите, сам пойду.
Вы сейчас все объясните
Александру Петровичу.
-Пустите руку-то!
-Александр Петрович, вы не настаивайте, пусть побудет
пока у меня.
-Я, понимаете, Вера Ивановна, мать на свадьбу
позвал, может зря,
ну она матери-то с семи лет не видела,
тут и началось.
-Игорь, ты побудь пока там,
в кухне. У нас с
Александром Петровичем неотложное дело.
Зина! Та куда же она могла деться?
-Ну конечно, нет ее.
Черт ее знает.
Чепуха какая-то получилась.
Дело наше семейное,
лопнуло, как говорится, терпение у меня.
Ну простите, Вера Ивановна,
До свидания.
-Александр Петрович, вы бы зашли в школу.
-Когда?
-Да хоть завтра.
Я заодно хотела с вами поговорить.
-Обязательно, Вера Ивановна, зайду.
-Я не вовремя?
-Ты когда уезжаешь?
- В 6.20.
-Завтра?
-Это уже сегодня.
-Если хочешь - можешь остаться у меня, я
тебя провожу.
-Извините, Вера Ивановна,
я пойду.
-Здравствуйте.
Добрый вечер.
Очень мило с вашей
стороны.
А-ну марш обратно в шкаф! Быстро!
Быстро, я тебе говорю!
-Тебе три.
-Почему это?
-Значит так написала.
Вера Ивановна всегда ставит справедливо.
-Ну не всем.
-Всем.
-А знаешь, зачем она тебя взяла?
-Я сама к ней переехала.
-Не понимаешь, что ли? У нее своих нет,
а ей все время надо кого-то воспитывать.
-Меня?
Ты много знаешь.
-Вера Ивановна,
можно я Тимочку приведу?
-Да, конечно.
-Он ненадолго, только погостить.
-Да хоть насовсем.
Ой Вера Ивановна, как у нас дует.
Надо окна заклеивать.
Я уже и бумагу
принесла.
-Зина!
-Не буду больше, я не буду.
Да, и скажи, пожалуйста, зачем вот это?
-Я хочу на вас смотреть.
-Вот же я, можешь смотреть.
-А когда вас нет дома?
Я всегда хочу на вас смотреть.
-Только он у вас был не дорисован немножечко, вот я сама
дорисовала.
-Зина, нельзя за художника дорисовывать.
-Ну я же только воротничок подрисовала
Ведь так же лучше стало, правда, Вера Ивановна?
И рамку
сделала.
-Ну ладно.
А телевизор
купим?
В рассрочку.
Хоть самый маленький.
-Раз, два,
три, четыре.
Раз, два,
три, четыре.
-Раз,
два, три,
четыре.
Раз, два,
три, четыре.
-Вера Ивановна, не волнуйтесь, не расстраивайтесь,
сейчас все получится.
Раз, два,
три,
четыре.
Не смейтесь, это расслабляет.
Раз, два,
три...
-Тимочка!
Опять прозевали.
Надо позже ставить.
Зарядка всегда в одно и то же время.
-Когда?
-Можно время распределить так, что
все успеешь.
-Молока-то нет.
Забыли купить.
-И сгущенки нет?
-А сухое?
Сухое где-то было.
-Ой Вера Ивановна,
у вас же ничего нет!
-Да как-то все кончилось.
-Тима, Тимочка,
Тима, Тима, Тима,
Тимуля, иди ко мне.
Без молочка сегодня, Тимочка.
Что ж, потерпит Тимочка.
Тимочка потерпит.
-Вера Ивановна,
прочтите,
Вера Ивановна, вам же хочется.
-Потом.
-Нет, Елизавета Сергеевна,
нам нашу Верочку не переспорить.
Она у нас верит не
в воспитание, а в воспитателя.
То бишь в себя.
Мы тут будем говорить о дистанции
между педагогом и учащимся,
давать советы, делиться
опытом, а девчонке понравилось у Верочки, вот и весь разговор.
Вот и все решение.
-Да, понравилось, а что здесь плохого?
Девочка плакала во дворе, я пригласила
ее к себе жить.
Елизавета Сергеевна,
ну неужели у вас никогда не жили ученики?
-Жили и подолгу, когда им действительно
негде было жить.
Воспитание, Вера Ивановна,
процесс естественный.
И экстренных мер всегда
следует избегать.
-Вы же знаете,
что Зина человек общительный.
Что она плохо переносит одиночество.
-Молодость свойственна преувеличивать
свои силы. Вера
Ивановна определенно старается нам что-то
доказать.
Нам и себе.
И думает, что может сотворить чудо
одним только доверием, пониманием,
любовью.
Ведь так?
-Нет.
Нет.
Мы с Зиной очень хорошо и дружно живем.
И потом, я рада, что
девочка, кажется, начинает ко мне привязываться.
-Полюбуйтесь.
-Зина!
-Ты что здесь делаешь?
-Я Веру Ивановну
жду. А что?
нельзя?
-Сейчас же иди домой.
-Гулять пойдешь?
-Не-а.
-А чего?
-А неохота.
-А что ты делаешь-то?
-Да так, ничего.
Хочется иногда одной побыть.
Подумать.
-И про сны пишет, и все мысли, все чувства.
Все-все-все. И что
я значу для него в жизни,
про все пишет, я даже не ожидала.
-А Вера знает?
-Ну что ты?
Они у меня дома, спрятаны.
-Может покажешь?
Или ты теперь только с Верой дружишь?
-Ну пожалуйста, принесу.
-А про любовь?
Пишет?
-Конечно, очень много про любовь.
Женя мне уже три письма написал,
а я ему два. Надо ответить, да все некогда.
-Расскажи еще, что он пишет.
-Сейчас.
Нет, ну я так не помню. Вот, например,
"Я теперь смотрю на себя твоими глазами.
И перебираю в памяти все наше лето
и последние дни,
когда мы так плохо
понимали друг друга.
И я старался
привыкнуть к мысли
о том, что мы расстаемся
навсегда..."
Забыла.
В общем, он не забыл.
-Даже не верится.
-Ты не веришь?
Да пожалуйста, я тебе принесу.
Хоть завтра!
-Не спишь?
Думаешь?
Ну и о чем же ты думаешь?
Про вас, Вера Ивановна.
-Про меня?
Ну и что же ты про меня думаешь?
-Про любовь.
-Про любовь?
-Вы были для меня
идеалом, я
даже сочинение написала,
а после того, как вы с этим художником познакомились,
все, я
вас просто возненавидела.
-За что?
-Да потому что вы стали, как все.
Все говорят,
что он вас бросил.
А вы даже не понимаете.
Вы такая...
Вас очень легко можно обмануть, Вера Ивановна.
-Меня никто не обманывал.
Понимаешь, Зина,
любовь не всегда бывает на всю жизнь.
-Да?
Значит можно изменять?
-Я же совсем не это хотела сказать.
Разве знаешь,
какой она будет?
Живешь, как будто
в другом измерении.
Перестаешь понимать
совсем простые вещи.
Зато тебе открывается мир
другого человека.
Правда?
-Правда.
-А умные люди, Зина,
не судачат о чужой
любви.
И о своей тоже.
-Так люди же не все умные.
Люди всякие бывают.
Очень даже плохие.
Я вас
понимаю, Вера Ивановна, от всей души.
Так ведь не все так понимают.
Вы именно, Вера
Ивановна, живете в другом измерении.
А жизни совершенно не знаете.
Рудименты и атавизмы.
Сегодня мы поговорим
о доказательствах животного происхождения
человека.
Запишите: "Рудименты и атавизмы."
-Можно войти?
-Войди, Бегункова.
-Не пускайте ее, Антонина Карповна.
-Рудиментами называются органы, утратившие
в процессе эволюции свое...
-Принесла?
...первоначальное значение.
Атавизмами
называются случаи возврата
признаковых черт.
Для доказательства
животного происхождения человека...
-Егоровой.
...как и для доказательства
исторического развития животных,
особенно важны
рудименты.
Бегункова!
Что за возня?
-Егоровой.
-Одинцов! Что ты взял
у Бегунковой? Неси тетрадь
на стол.
Давай, скорее.
А списывать будете на перемене.
Передам Вере Ивановне,
она проверит, кто решает сам,
а кто списывает у Бегунковой.
-Лыскин.
Достань тетрадь.
-Лыскин!
Лыскин!
-Бегункова, что за
хождения?
Иди к доске.
Мозг месячного
человеческого зародыша напоминает мозг
рыбы, постепенно
полушария головного мозга надвигаются
на другие отделы
и на их коре образуется...
Что?
-Бороздые извилины.
Увеличивающие...
-Да это же она сама написала.
Что увеличивающие, Бегункова?
-Поверхность мозга.
Однако у семимесячного зародыша
мозг все еще напоминает
мозг павиана.
Бегункова,
садись.
-Прекратите!
-Бегункова!
Немедленно сядь на место.
Немедленно!
Что сегодня
происходит?
Где тетрадь? Кто взял
у меня тетрадь?
Кто взял тетрадь,
которая лежала у меня на столе?!
-Я.
-Положи.
И листок,
который Еремеева, как не стыдно,
еще староста класса, кинула
Егоровой. Егорова, положи на место листок!
Положи на место листок!
Я прекращаю урок.
-С ними что-то творится.
Невозможно.
Просто невозможно.
Я никого не трогаю, объясняю.
Спасибо.
Почитайте, почитайте.
Нет, вы почитайте, что Бегунковой
пишут.
Весь класс читает и гогочет.
Дикари.
А мы им биологию, тригонометрию,
кушайте, детки.
-Я знаю, что произошло.
Так,
пусть сядут те, кто не читал
и не хотел читать это письмо.
А те, кто его читал, передавал и обсуждал
пусть еще постоят.
И я постою с вами.
Я его тоже прочла.
А теперь
вот так постоим и посмотрим друг другу в глаза.
Я пропустила самый первый урок,
не научила вас
простым вещам.
Что нельзя читать чужие письма.
Я думала, что все это знают.
Но я ошиблась.
И поэтому должна
извиниться за всех нас перед Зиной.
Зина, возьми тетрадку и письмо
и никогда не приноси такие вещи в класс.
Пойди к Антонине Карповне и попроси у нее прощение.
Ты забыла письмо.
Возьми его.
-Она сама его написала.
-Что за вздор?
Кто это придумал?
Сядьте!
Не вижу ничего странного в этом письме
и в том, что кто-то влюбился в нашу Зину.
Он-то ведь не знает, что она читает его письма
подружкам. Ну иди.
-Она сама написала!
-Да она сама написала,
понятно даже ежу.
-Половину с книжки списала!
-"До встречи с вами я не знал счастья".
-Довольно!
-Если человек сам себе пишет, значит
человеку это зачем-то надо.
-Я сам видел, как она листок перегибала.
-Если правда, если так,
сама написала,
не лучше ли нам об этом помолчать?
-Вера Ивановна, зачем вы-то врете?
Вы-то все знаете!
-Зачем?
Зачем ты это сделала?
Как тебе это в голову пришло?
Такая ложь!
-А что тут такого? Я Свете
принесла.
-Ты не понимаешь?
-А почем она не верит? Почему
она мне не верит?
-Да потому что ты лжешь!
Зина,
ну ведь он же тебе не пишет.
-Нехорошо, Вера Ивановна,
больное место
ищете.
Ты прочла чужое письмо.
Ладно, я тебе это прощаю.
-Так оно же у вас на столе лежало, на самом
видном месте.
Ведь вы же сами хотели, чтобы я его прочла.
Ну неужели вы никому
его не показывали?
Да ни за что не поверю!
-Зина!
-Вера Ивановна!
-Давай, поворачивайся.
-Сильней, Вера Ивановна, крепче.
-Да уж куда крепче.
-Ой Вера Ивановна, какие у вас руки
слабые.
-А у нас тут из-за вас, между прочим, дискуссия
вышла.
Нет, вот интересно, сколько вы,
как художник получаете, если не секрет?
-Секрет.
-Ну приблизительно. Вот вы
гостиницу оформляли, вы уже получили?
-Миллион.
-Нет, ну серьезно.
А то все девочки
спрашивают, прям целые дискуссии,
а я не знаю.
-Зина!
Ну какие девочки, ну что ты болтаешь?
-Просто все интересуются.
А если вы скрываете, пожалуйста.
Мне ваши деньги
не нужны.
-Зина, там картошка сварилась?
-Я посмотрю.
-Я не вовремя?
-Почему же?
-Ты надолго к нам?
-Я к тебе.
Сбежим куда-нибудь?
-Куда же?
-Куда угодно. Бежим?
-Вера Ивановна, вы никуда не пойдете.
-Ты что, мне
приказываешь?
-Да.
Я вам приказываю.
Если вы не умеете себя...
-Пока что, по-моему, я классный руководитель, а ты...
-Сразу побежали.
-Да что с тобой, совсем забываешься!
-Ночь на дворе!
-Но меня ждут.
-Подождут.
-Что ты делаешь?
-Вера Ивановна, я вам
только одного добра желаю.
-Отдай ключ!
-Сами потом спасибо скажете.
Ложитесь, Вера Ивановна.
-Сейчас же встань и отдай ключ!
Зина,
сейчас же поднимись и отнеси ключ
на место или мы с тобой
поссоримся окончательно и ты завтра
же отсюда уйдешь, а после каникул
ты будешь учиться в другой школе!
-Да? Вы мне не грозите.
-Встать, когда со старшими разговариваешь.
Достань ключ и отнеси его туда,
где взяла.
-Пожалуйста.
Нате, бегите, мне то что.
-Замолчи, отнеси
молча.
-Вам значит можно на меня кричать,
а мне слово нельзя сказать?
Не получится!
Я у вас не
приживалка, вам Шурик
деньги на меня принес.
Да, а вы не берете, чтобы
теперь помыкать!
Бедную родственницу себе нашли,
Зиночка, подай, Зиночка, принеси.
-Я ударила
девочку.
-Верочка?
-Николай Артемьевич, я девочку ударила.
-Верочка, ну
садись куда-нибудь.
Хоть на этот ящик, что ли.
Кому же так повезло?
Зиночке, наверное,
Бегунковой?
-Не надо смеяться.
Я не пойду больше в школу.
Я больше не могу туда идти.
Я не люблю их, я не люблю детей.
Я их боюсь.
-А раньше вы их любили всех?
Всех до одного?
-Да.
-Вера Ивановна,
с любовью, мы, разумеется,
на многое способны.
Но это вещь капризная,
любовь проходит,
а жить все-таки надо.
-У меня ничего не получается.
Я не могу объяснить им самые простые вещи.
Я не могу объяснить им, почему
нельзя читать чужие письма.
-Почему нельзя читать чужие письма?
Нельзя и все.
-Ну что мы теперь будем делать?
-Я не знаю.
-Давайте пустим сначала танец, а потом уже чтецов.
-Я не могу выступать, у меня голос охрип.
-Зачем ты пришла? Лежала бы
дома.
-Чтобы вычеркнули.
-Акробаты в самом конце пойдут.
-Так пианистка уйдет.
-Так пускай вообще, одеваются
и идут домой.
-Хорошо, а чтецы?
-Скажите Вере Ивановне, что я заболела.
-Сама скажи.
-Ангелина Григорьевна,
Вера Ивановна ни в чем не виновата.
Ее жизнь до этого довела.
-Жизнь...
А разве не ты?
Ты, Зина Бегункова.
-Я?
-Зина!
Ну что же ты мокнешь,
простудишься!
-Здрасьте.
-Ну иди.
Иди помогать.
-Вот тут стекло.
Очень осторожно надо с ним обращаться.
Сафонов, совесть у тебя
есть?
-Ну как же, есть.
-Бегункова, что бы мы без тебя делали.
До свидания, Вера Ивановна!
До свидания!