Высокий перевал (1982 год). Цитаты и фразы из фильма
«Высокий перевал» — широкоформатный художественный фильм режиссёра
Владимира Денисенко по собственному сценарию, частично основанному на
реальных событиях[1][2]. Фильм снят киностудией им. А. Довженко, вышел в
прокат в 1982 году.
Все фразы и цитаты
ВЫСОКИЙ ПЕРЕВАЛ
Первая серия.
Сколько тебе лет?
Пятнадцать.
Давно из блокады?
Два месяца скоро будет.
До сих пор ещё не отошел.
Да нет!
Честно выписали.
И только литейщиком хочешь быть.
Только!
Отец у меня литейщиком
работал на Кировском.
А где сейчас отец?
На фронте! Где же ещё?
А мама?
Мама?
На Пискарёвке.
Где?
На Пискарёвском кладбище.
Берёте учеником?
Наберёшься сил - возьмём.
Село моё освободили!
Детки мои там и муж!
Мама.
Спи, маленький.
Спи, зайчик.
А тётя Слава не спит.
Тётя Слава письмо деткам пишет.
А где её дети?
Там, где фронт сейчас.
А папа скоро привезёт
мне настоящий автомат?
Скоро. Спи малыш, спи.
Спи, малыш.
Ой. Донеси моё письмецо. Донеси.
Славка, тебя просят сейчас
в отдел кадров зайти. Слышишь?
Да вы проходите. Садитесь.
Наши поиски увенчались успехом.
На ваш запрос отвечаем:
Петрин Илья Михайлович, 1887 года рождения,
его дочь, Петрин Мирослава Ильинична, 1927 года рождения,
сын, Петрин Юрий Ильич, 1929 года рождения,
проживают
в селе Семичёлы, Выготского района, Станиславской области.
Гражданин Петрин Ялья Михайлович...
- Разрешите!
работает лесорубом в леспромхозе.
Да вы не волнуйтесь.
Радоваться надо, а не плакать!
Спасибо.
Так-то оно так! Но почему они молчат? Почему не отвечают?
Ну, это уж нам не известно.
Война, сами видите. Почта полевая, дороги фронтовые.
Может, снега выпало много.
А к нам добраться тяжело.
Может и так.
Главное, что все живы.
Спасибо вам!
Пополнение прибыло! Первая ласточка с фронта.
И к нам в литейный, в наше звено!
Так точно. Гвардии старший сержант Буянцев,
демобилизованный по контузии,
годный для трудовой деятельности в тылу.
Прошёл полный капремонт в госпитале
на Украине и рихтовку в санатории.
Ты смотри, там уже и санатории есть!
А на Украине мирная жизнь уже полным ходом идёт!
И вы скоро, наконец-то, отдохнёте.
Обязательно! Вот наряд на маёвочку.
В ближайшие выходные, всей сменой,
дружно в горы лес заготавливать.
Подумайте, какие выходные во время войны.
Значит в пересменку после ночной, а?
Так, это у нас будет девятое?
- Девятое.
Вот, девятого мая.
Ой, девчата! И мы до Европы добрались!
Гвардии старший сержант,
сфотографируйте нас на границе!
Место, как у нас на перевале!
Горы, как и все горы.
- Нет, у нас другие.
С-с-снимаю! (заикается)
Н-не-не дышите! (заикается)
Е-щ-щ-щё раз! (заикается)
Капитуляция!
Только что Левитан сообщил!
Капитуляция!
Победа!
Победа!
Победа!
Победа!
Осторожнее, бабоньки, раны откроются!
Победа, Славочка.
Ванечка мой! Ванечка мой...
Победа...
Ого! Глубоко прячешь. Хорошо!
Привычка, да и к сердцу ближе.
А родные не отозвались?
Село будто вымерло.
Даже соседи не отвечают.
Две шестьсот с прогрессивкой.
Тебя приглашают на бюро райкома.
Куда?
- На бюро райкома.
Значит, так...
У отца земли не было. Кругом лес и горы.
Букоры сплавляли, плоты значит, в Закарпатье.
Там и погибли.
Где не знаю. Маленькая была.
Через наше село проходил фронт.
Брусиловский прорыв, может, слышали.
Вот так - русские, а через улицу швабы - австрийцы.
Газом травили друг друга, а больше от тифа
умирали и зараза на село перекинулась.
Из семьи одна я уцелела.
У лесника пасла скотину. Всё время в лесу.
Может, поэтому и спаслась.
В школу ходила.
Училась немного считать, немного писать.
Замуж вышла, лет 20 было.
Дети родились: Мирося и Юрасик.
Однажды зимой, муж привёз из леса господина-товарища.
Члена КПЗУ. Он от жандармов прятался.
Когда растаял снег, я и перевела
его через границу в Чехию.
Вернулась, а меня уже жандармы ждали.
Когда освободили Западную Украину
я вернулась из тюрьмы домой.
Взяли меня на работу - исполнителем в сельсовет.
Народным депутатом избрали люди.
Голосовала в Львове за воссоединение западных
областей с советской Украиной.
А в ту страшную неделю, когда началась война,
нас созвали всех в район - активистов.
Организовали отряды самообороны.
Бросили на Волынь копать рвы
и немецкие самолёты нас обстреляли.
Меня ранили. Попала в госпиталь,
а госпиталь аж сюда докатился.
Выписали. Направили на завод.
Работала, как и все.
Приняли в партию.
Жила и живу надеждой на возвращение.
И до сих пор возвращаюсь.
Какие будут предложения, товарищи?
Товарищи члены бюро, я четыре года детей не видела.
И не знаю, что с ними.
Направьте меня домой.
В западных областях Украины острая потребность
в местных партийных кадрах.
Думаю, не будет расхождений с приказом
Государственного Комитета Обороны о реэвакуации.
Кто за это предложение, товарищи?
Домой еду!
Ой! Вот бы меня в Минск отпустили.
Хоть и одни камни остались, но всё же родные.
- Отпустят!
Держи.
Что ты, Алёша, а? Вместе поедем!
Ой, маленький ты мой,
я ж тебя не брошу.
Где двое, там и трое! Да?
Не помешаю?
- Пожалуйста.
Какая это станция?
- Здолбунов.
Долго будем стоять, не знаете?
Никто ничего не знает.
Товарищ, вы не знаете, как добраться до обкома?
Я не милиционер, извините, уважаемая, а извозчик.
А если бы всем всё рассказывал,
то остался бы без копейки.
Ничего не узнаю.
Была тут перед войной и то раза два.
А есть ли у пани деньги?
- Да, есть!
Так прошу в коляску!
- Садимся!
Напрасно мальчик мокнет!
Так вам к обкому?
Везите домой.
Куда именно?
Хотя бы до Выгоды.
Куда, куда?
До Выгоды!
Вы, пани, шутите или правда не знаете, что тут
творится, прошу прощения!
А в чём дело?
- Как это в чём? Я не могу за город выезжать!
Тут на каждом шагу пост, простите.
Солдаты хватают сразу.
Коня заберут, как и не было!
Или у пани есть крепкий документ?
- Да, есть!
Тогда я вывезу пани на "большую землю", а там
нанимайте какое-нибудь авто, прошу прощения.
Везите.
Платите деньги и идите себе с Богом.
Сколько?
Да так – три тысячки и две сотки.
Что?!
Так неблизкий же путь, простите, пани.
Да и риск чего-то стоит.
Мне нет дела до того, куда пани
едет, кто она и что везёт,
но контрольный пункт вот тут за бугром,
если не заплатите, прошу прощения.
Дева Пресвятая. Матерь Божья.
Сколько живу, такого не видел.
Разве может человек заработать такие деньги?
Это ж криминал!
Я вас не видел и вы меня тоже.
Быстрее, быстрее! Шевелитесь!
Но, пошла! Но!
Ой! Мои горы!
Алёшенька, глянь!
Ваши документы.
Гражданских попрошу с вещами сойти с машины.
Почему посторонних возите?
- Пожалел.
Вижу женщина с пацаном на дороге.
Видно, издалека. И никто не останавливается.
Ясно.
Товарищ лейтенант, посмотрите!
Что это?
Мой заработок. За войну.
За всю войну.
А это?
Карты.
Так! В комендатуру обоих.
Что это за деньги?
Это мои деньги.
Вы будете говорить правду?
Ну, какой вам правды ещё надо?
Мои деньги. Мои.
Хватит выдумывать.
Вы большевик?
- Большевик. И что?
Прошу вас, отвернитесь.
Ну, прошу!
Вот.
Весь мой заработок и взносы за войну.
Разрешите?
- Нет! Предъявлю только в обкоме партии.
Добрый день, дядька Яков!
Господи, спаси и помилуй!
Свят, свят, свят!
Славка Петрин!
Узнали меня, дядька?
Конечно!
Но ты же мёртвая!
Илько тебя похоронил ещё тем
летом, как война началась.
Аж в Поддубный ездил на телеге за тобой, убитой.
И на кладбище, на самом верху тебя и похоронили.
Да, это, может, кого-то другого, а вы спутали!
Да, с чего бы это я спутал?
Я ж на похоронах был!
А как твои дети наплакались, не приведи Господи!
А где теперь мои дети, дядька!?
Откуда я знаю.
Я уже давно спустился оттуда в долину.
Работаю дворником здесь у пана коменданта.
Имею, зато кусок хлеба.
Вот видишь? Хоть и старый, а никто
даром кормить не будет!
Да, да! Ну, будьте здоровы!
- И ты будь здорова.
Я же говорил, что к обкому надо было ехать!
- Да.
Стой!
Назад!
Сержант...
Ну, всё - приехали.
Вам сюда.
Станиславский областной комитет
КП(б)У
Пожалуйста.
Добрый день!
- Здравствуйте!
Слушаю вас.
Я обязательно должна добраться до дома.
А товарищ Остапчук...
- Возражает.
Вон, на вас ещё кровь не высохла.
Ну, если не домой, то хоть в родной район направьте.
Вот расчистим ваши места от бандюг, тогда и поедете.
А пока что тут поработаете.
Я о семье ничего не знаю.
Сколько коммунистов в Семичёлах?
- Один остался.
Теперь направляется туда ещё товарищ Калашник.
Ну, что ж, пополните партийную
организацию родного села.
Кто б мог подумать, что именно тут встретимся?
Добрый день!
Будущий ваш односельчанин, Калашник Мокей, да ещё и Павлович.
Мокея Павловича к нам назначили директором школы.
А ещё к нам едут донецкие шахтёры лес заготавливать.
Целая автоколонна. И нас берут.
Да-да! Я уже договорился за всех.
Это хорошо! Очень хорошо.
Алёша...
Сынок, места себе не нахожу!
Во всей стране мир.
Думала и у нас новая жизнь начинается.
А тут такое несчастье!
Вы не хотите меня брать с собой.
- Не говори так.
Почему не говорить?
Я для вас чужой и вы не хотите за меня отвечать.
Не пускайте его.
Позвольте, я вас немного укрою!
- Спасибо.
Пожалуйста.
В партийной организации района, вместе со
мной, первым секретарём, 53 коммуниста.
Теперь вместе с вами будет 55.
Районные партийные конференции проводим,
как общие партсобрания. Сходимся отовсюду.
Дожди, туманы!
Никак не могу привыкнуть к вашим краям.
Я сам родом с Черкасщины, у нас там...
- О! А я с Винничины!
Почти земляки...
- Получается так.
Разрешите!
- Заходите, пожалуйста!
Прошу.
Узнаёте?
Илько!? Ой!
Такой же, как был, только похудел сильно.
А где вы взяли?
- На паспорт фотографировался.
Живой, здоровый. Работает неплохо.
А этого, случайно, не знаете?
Нет, а кто это?
- Бандеровец, так называемый, "Гроза".
Думаю, что семья о вас, до сих пор,
ничего не знает. Это его работа.
Ваши письма перехватывали.
- Зачем?
Потому, что вы большевичка, партии рядовая.
И родом отсюда.
А, что бы вы хотели делать? Где работать?
Не знаю. Может, есть какая-то вакансия?
Чего-чего, а вакансий, именно, в вашем селе, хватает.
Дайте мне работу в лесу.
Я выросла в этих местах. Справлюсь.
Справитесь, конечно.
Но именно там обосновался,
так называемый, курень УПА.
Курень?
- Да.
Ты смотри.
И сколько же их в том курене?
Не знаю, не считал.
У них своя арифметика.
Но это банда. Разбитая, полувооружённая,
но банда и надо быть осторожными.
Теперь главное!
Кто возглавит партийную организацию в вашем селе?
Кроме вас там ещё один коммунист - участковый
милиционер, но он молодой коммунист.
Товарищ Калашник только прибыл и людей не знает.
Ярослава Львовна - коммунист со стажем.
Своя в селе. Да ещё и родственники у вас там есть.
Значит я?
- Разве я сказал, что вы? Мы же советуемся.
Но... Выходит, что я!
- Выходит, что так!
Вот постановление Совнаркома УССР и ЦК КП(б)У
от 7 мая 45 года о восстановлении западных областей Украины
и решения районного комитета партии.
В нём намечены конкретные мероприятия -
ими и руководствуйтесь в работе.
И активнее разъясняйте обращение партии
и правительства об амнистии.
Это огромной силы гуманный документ.
А если стрельба начнётся, что делать?
Отстреливаться! Только отстреливаться!
Кстати, не забудьте получить оружие для самообороны.
Я не умею стрелять, помилуй Бог!
Пусть милует, конечно, но и бережёного
Бог бережёт, как говорится.
Вы всё шутите.
- Тут другой раз, если не пошутишь, так...
Принимайте лесопункт, Ярослава Львовна.
Это что, начальником?
- Да.
Стране нужен лес.
Ну, если по-другому нельзя, пусть будет так.
И сегодня же можно ехать?
- Можно и сегодня.
Так кто же, всё-таки, возглавит, по-вашему
мнению, парторганизацию?
Ну, это как собрание, как община.
Хм, устав вы знаете хорошо.
Но мы будем рекомендовать вас!
Добрый день!
- Добрый день!
Где начальство?
Живу, как видите!
Где лесничий, спрашиваю?
В глуши!
Домик конопатит или браконьеров выслеживает.
Такая у него работа.
Вы не знаете, Илько Петрин тут работает?
Я сам с той стороны, с Закарпатья.
Не знаю всех по именам.
Спрашивайте у вальдмастера. Он знает.
А я должен тут наблюдать, чтобы порядок был.
Ну, я поехал! К вечеру буду!
- Хорошо!
Пошли, товарищи.
Будьте здоровы, Адам!
И вы будьте здоровы!
До свидания!
- Большое спасибо, что не побрезговали!
Слава Иисусу, Адам!
- Во веки слава Богу святому!
Кто это был?
- Если бы я знал.
А что спрашивали?
- Ничего.
А ты, что сказал?
- И я ничего.
Грех врать, Адам.
- Тяпнуть в лоб или вспомнишь?
Тяпни, сопляк!
Смотри, это тебя костлявая заждалась!
Эй, не пугай парня смертью, Адам.
Ну, чего эта жизнь стоит? Ничего.
Вот видишь мошка?
Уже нету.
Кто они? Может, скажешь?
- Добрые люди, видно, не такие как вы.
А какие же мы?
- Каины вы, душегубы.
Кто тебе такое наплёл, хрыч?
- Никто. И так видно.
Ты говоришь, Адам, очень плохо. Себе во вред.
- Нет в этом никакого вреда.
Мне к Богу скоро.
И видит Бог, что скоро всё это кончится.
Что вы стоите против такой державы?
Черви.
Ну что ж? Если старику так захотелось.
Кончай, Юзё.
Господи, всеблагой, всемилостивый!
Прости ещё один грех рабу твоему Грицю Тужиляку.
Не просто так загубил старика,
а во славу святому чину.
Всё!
А дед и не хрипнул.
Карандаш и бумага есть?
Может, сначала кровь смою?
Потом и кровь смоешь,
и топор в реку выбросишь.
Но сначала топорище вытрешь,
чтобы отпечатков не осталось.
Пиши!
Так будет с каждым советским прислужником.
Наша власть страшна. Слава Украине.
"Гроза".
А почему "Гроза"?
- Пиши, как говорю!
Да побыстрее.
Приколи старому на грудь.
Нужно обязательно узнать,
что это за зараза топчет нашу землю.
А это я чую, как пёс.
А ты как, Славка, воскресла?
Ты смотри, нас с колоколом встречают.
Какой-то праздник!
А это школа! Стоит, какая и была!
Я ещё маленькой в неё ходила.
У меня всё время ладошки были красные!
Ксёндз линейкой бил!
Тут базируются ястребки.
Странно, что никого нет.
Добрый день товарищи, извините!
- Добрый день.
Где отряд?
- В горах.
Там схрон один обнаружили.
Ещё кто-то сдался?
- Нет!
Надёжный человек показал.
Когда отряд вернётся?
- Наверное, послезавтра. Не близкий свет.
А тут кто остался?
- Я с двумя парнями. Вон на колокольне
Нас и втроём тут достаточно. Оттуда
обзор хороший, круговое обозрение!
Если что, сразу звоним - бам, бам!
И войска уже слышат!
Прошу в сельсовет!
А войска где?
- А в казарме. Хорошая казарма, надёжная.
Ещё при царе построена, с бойницами, с арестантскими.
А далеко это?
Нет! Возле старой границы -
километров 10.
Тётя, это вы или нет, скажите?
Я! Узнал?
Смотрю на вас и глазам не верю, ей-богу!
Аж мороз по спине.
Но вас же похоронили в начале войны.
Вон уже и крест покосился на вашей могиле
- Это ерунда.
Вот сюрприз будет для села!
Были уже дома?
Вот только иду.
- Одна не ходите, Боже упаси.
Почему?
Люди у нас по одному не ходят.
Никого, видите, на улицах нет.
Молчи.
Добрый день!
- Добрый день!
Добрый день!
- Доброго здоровья!
Добрый день, товарищ!
- Добрый день, товарищ мастер!
Как работа?
Дадите план в этом месяце?
Даже не знаю, что и сказать.
Работать страшно в лесу сейчас.
Не знаешь, из-за какой ёлки тебе
топором по темечку тюкнут!
Сегодня живёшь, а завтра гниёшь!
Наработались, аж спина ноет.
И снова идём поезд грузить.
Добрый день, пан Тужиляк.
Добрый день.
Славка!
Живая!
Живая!
А хотел бы мёртвой видеть?
Да Бог с тобой!
Слава Богу всемилостивому, что воскресил
мать детям и жену мужу.
Ой, не крестись на враньё.
Где Илько?
Как где? Где-то работает.
Машет себе топором.
И днюет, и ночует в лесу.
И Юрко отцу помогает.
А Мирося ещё с весны в горах.
Адама зарубили!
Когда это случилось?
Наверное, в полдень.
Кровь ещё свежая.
Вот вам и бам-бам.
Прошу подписать, кто не боится.
Знать бы, чья рука это сделала.
"Гроза"!
Или не видишь, что написано?
Что это за "Гроза"?
Увидеть бы его в глаза.
Адам уже увидел!
Видишь?
Всё! Хватит!
Пошли работать.
Ночь наступает, а поезд не загружен.
Да что его загружать?
Одна минута и всё...
Пошли, пошли!
Где будете ночевать?
- Где-нибудь заночуем.
Я бы не советовал идти в село.
Сегодня ночью топор кого-то будет искать.
А, что прикажешь делать?
Этот знает или догадывается.
Если и знает, будет молчать.
Да, сегодня ночью будет хорошая работа.
На всё воля Божья, Юзё.
На всё воля Божья.
Вон, мою хату видно!
Да, да.
Это ваш дом, но заночуем здесь.
Хлопцы в одном стогу, а вы в другом.
Да есть ли у тебя сердце, добрый человек?!
После такой войны. За тысячи километров,
вернуться домой и не пойти в родную хату?
Да пусть земля горит, горы разверзнутся, а я пойду!
Да не кричите так!
- Пошли, Алёша!
Ребёнка оставьте!
Кто-нибудь, да выдаст вас! Не захочет,
а выдаст! Сболтнёт что-нибудь и выдаст!
Переночуем. Рассветёт и сразу к вам.
Так товарищи?
- Да-да.
Лучше перебыть тут, чем не быть совсем.
А вы что скажете?
Место там подозрительное.
Вернётся отряд, и пойдёте с охраной.
Ну ладно.
Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Прошу.
Ох, и день.
Но ночь будет поспокойнее.
- Почему?
Тут старая граница проходила -
линия Арпада. Все обходят эти места.
Тут боеприпасы, гранаты - опасно.
А кто же тут сено сложил?
- Сигидин - лесничий. Он тут каждую корягу знает.
Да и не только корягу.
Пацан умаялся.
Пойду, гляну, как там тётя.
Тётя, как вы там?
Тётя, вы где?
Тётя, вы там или нет?
Добрый вечер, детки!
Добрый вечер, Илько!
Юрасик, Мирося.
Почему с мамой не здороваетесь?
Или думаете, что я мёртвая?
Живая я, детки, живая!
Это привидение! Исчезни!
Исчезни, говорю, а то выстрелю!
Не стреляй! Это мама!
Вы и, правда, мамка?
- Да, доченька!
Такие горячие!
Папа, я же вам говорила, что вы какую-то
другую мёртвую привезли.
Ведь её невозможно было узнать!
- Не болтай!
Наша мама покойница!
Опомнись, сынок!
На тебе сорочка, мною вышитая!
Что ты молчишь, Илько,
будто воды в рот набрал?
А что я должен сказать?
Может, ты и живая.
Но для семьи мёртвая.
Господи...
Что?
Скажите, вы советка?
Да, сынок, большевичка я.
Нет нашей мамы! Умерла наша мама!
Наша мама покойница!
Там Бог, а тут порог!
Уходите, а то аминь сделаю!
Зачем так с мамкой, Юр?
Зачем?
Эх, Славушка!
Совсем мир с ума сошёл.
Где это видано, чтобы родное дитя
с родной матерью так говорило?
Прости его.
Я должен присягать на верность
руководителям провода!
Помолчи.
Слышали мы, что ты вернулась,
но не думали, что живой домой придёшь.
А чёрт бы её побрал! Она ястребков за собой привела!
Надо уходить.
А ну, быстро из хаты, да айда в лес!
Я никуда не пойду!
Думаешь, милиционер твой тебя спасёт?
А ну, пошли!
- Мама...
Не пойду с ними!
Они людей убивают! Меня погубят...
- Дочь, тебя арестуют.
Славушка, любимая моя,
мы должны держаться людей.
А у них нет Бога.
Так пусть кара Божья падёт и на меня!
Оставайтесь во дворе!
Тётя, кто тут был?
Там что-то горит в селе!
Люди добрые, чего вы стоите?
Хаты же наши сгорят!
Пусть горят. Их уже тушили.
Не смотри туда, дитя моё!
Всё предусмотрели, сволочи!
Даже дырявого решета не оставили!
Хоть пригоршнями, хоть ртом брызгай!
Где отряд?
Где ястребки, я вас спрашиваю?
В горах.
Замечательно! Отряд заманили в горы,
и приходили по ваши души!
Райком партии рекомендует избрать секретарём
партячейки Ярославу Львовну.
Кто хочет высказаться?
Ваше слово.
Прошу прощения, товарищи,
но о чём говорить?
Люди ей уже до войны доверяли
и теперь поверят.
Именно такого секретаря нам и надо!
Что у вас?
При таких обстоятельствах парторг
должен знать в селе каждого лично.
И Ярославу Львовну тут никто не заменит.
Знакомство наше с ней было коротким -
от обкома партии по дороге сюда.
Я думаю, что это достойная кандидатура.
Прошу меня не избирать!
Я не сказала правды!
В хате... была моя семья!
Как вы могли их видеть, тётя?
В хате было темно!
В хате был свет!
Да опомнитесь, тётя!
Мой муж... и дети... в банде!
Вроде, я обо всех знаю,
но за вашей семьёй я ничего плохого
не замечал, ей-богу!
Не грешу и не божусь!
А если что и случилось, а так может быть,
то всё выясним, как есть.
Ведь, знаете, все мы живые люди!
А наши горы нынче раскололись надвое!
Вон Штефан Фотиев - дети и мать в хате, а отец ушёл в лес.
А не пойдёт, убьют!
И всю семью вырежут!
А я ничем не могу помочь -
я всего один милиционер
на такой большой участок.
Один!
Так, так...
Ещё надо... разобраться, так ли это.
Как вы думаете, Ярослава Львовна?
Я сказала истинную правду.
Нам, во всяком случае, об этом ничего не известно.
Это первое.
А второе...
Ваш отказ ...
можно расценивать, как страх перед ответственностью.
Страшнее чем есть уже не будет.
Тяжёлую ношу мы взваливаем на ваши плечи.
Но если не вы, то кто?
Кого предлагаете?
Своим отказом вы ставите под удар парторганизацию
села в такое тяжёлое время.
Если Ярослава Львовна и правду сказала о своей семье,
то её мужественное признание, тут перед нами,
говорит обо всём.
Верно!
Переходим к выборам.
Голосование у нас, как положено по уставу, тайное.
Найдите что-нибудь вместо урны.
Кабины у нас тоже нет, поэтому прошу
выходить в сени.
Бюллетеней выдано три.
После тайного голосования
тоже три.
Все действительные и верные.
Вы выбраны единогласно.
Поздравляю вас, Ярослава Львовна.
Прошу вести собрание.
- Спасибо.
Не знаю как.
Никогда не приходилось.
Что ж, я помогу, для начала.
Вопрос первый.
Как вам уже известно, бандеровцы стянули
сюда своих недобитков. В горы.
Приходят в наши сёла для пополнения своих банд.
Зверским террором, под угрозой уничтожения целых семей,
проводят, так называемую, мобилизацию.
А как поставлена самооборона, все видели этой ночью.
Развели тут партизанщину, товарищ Доцё,
вместо того, чтобы разъяснять постановления
партии и правительства.
А срок явки с повинной уже заканчивается!
Что же я должен идти в банду и читать им?
Они же все неграмотные, тёмные и запуганные.
Стой!
Все живы?
Дозорных замучили.
Обоих?
- Обоих.
Снимите головные уборы и перекреститесь.
У нас трое убитых и пятеро раненых.
Ой, Славка, дай тебе Бог доброго здоровья!
Добрый день, Август.
А я смотрю ты это или не ты,
а спросить стесняюсь.
Венед! Иди-ка сюда!
Да быстрее, быстрее!
Она такая же, как и была, совсем не изменилась -
ладная и красивая.
А ну скажи, Венед, кто к нам вернулся.
Это Славка, кто же ещё!
Разве я не говорил тебе, когда её хоронили?
Ах, такое вспоминать!
- Конечно
А помнишь, Славка, как мы с тобой и с твоим Ильёй,
и Августом носили швабам оленьи рога, а?
Такими тропами, через всю Чехию пробирались,
что и коза не проскочит!
Помню, Венед, всё помню.
Слава Богу, что вернулась.
Да, вернулась.
Лучше бы не возвращалась.
А что тебе не нравится?
Ну, не знаю, где сейчас дети мои ходят, какими тропами, и муж.
Ой, Славка, всё тень проходящая.
Только мир стоит из века в век.
Эгей! Ребята! Кто ещё в силах пусть
тут всё оставляют,
не мы же, пожилые, понесём печальные вести матерям и жёнам!
Пойдём.
Пошли, пошли.
До встречи, товарищи.
Сразу стройте школу.
- Ясно.
Людей и технику мы вам вышлем.
- Лучше б войска прислали.
Вы лучше укрепляйте советскую власть, товарищ Доцё.
У военных своя работа.
До встречи!
- До свидания!
Наговорил и уехал, а ты укрепляй.
Будем укреплять.
Одну делянку надо перемерить.
Да зачем? Разве у нас мало леса?
Эй, я дела сдаю! И всё должно быть,
как в государевом банке. Пошли.
Иди вниз к плотине, до лотков. Там увидишь.
Что?
А я тут тебя подожду.
Быстрее.
Идите сюда, мама!
Сюда идите!
Доченька!
- Не шумите!
Беда может случиться.
- Какая беда?
Никто не должен знать, что мы встречались.
Слышите, мама?
- Да, да, доча.
Отец просил, чтобы вы пришли этой ночью на
встречу с ним, в нашу хату.
Но, чтобы этого никто не видел и не знал!
А то смерть, мама! И вам, и нам.
Но ведь, Сигидин послал меня!
Другого способа не было, чтобы с вами связаться.
Он не выдаст.
Но и ему ничего не говорите. Боже упаси!
Но больше всего остерегайтесь Тужиляка и Юзё.
Отец их тоже боится.
Кто они?
Каратели СБ.
Какого СБ?
- Службы безопасности.
Это страшные люди!
Извини, я должна идти.
Подожди, доченька.
Где Юрко? Что с ним?
Потерян для нас навсегда.
Я его обязательно должна увидеть.
- Нет, нет, не должна.
Скажи пусть придёт.
- И не думайте об этом!
Ну, тогда хоть ты останься со мной, а?
Ещё увижу вас.
- А где, когда?
Если бы я знала.
Будет нужно, найду.
Сама найду.
Дай вам Бог всего хорошего!
Подожди! Не ходи. Немного успокоишься,
тогда и пойдёшь к людям.
Что я вас хотела спросить - сколько людей работает в лесу?
Где-то десятка полтора, а что?
Пусть завтра все идут на работу в село.
Будем школу строить.
Детям пора учиться.
А там кто останется.
Нам же надо план выполнять.
Государство нам этого не простит.
Это уже моя забота, товарищ вальдмастер.
Где мы будем жить?
- В хате ксёндза с ястребками.
А ксёндза куда же?
- А ксёндза нет в селе. Сбежал к бандеровцам.
Это тоже вопрос - народ тут тёмный, без попа жить не может.
Ни покойника похоронить, ни дитя окрестить.
Тем более в ксёндзовой хате жить нельзя.
- А больше негде.
Разве что, как я, каждую ночь под другой корягой.
Где, где?
- Под кустами.
Почта работает?
Работает. Почему ж нет?
Завпочтой убит, а почтальон жив.
Вроде Хома Куций?
- Он.
Слава Иисусу Христу!
- Доброго здоровья, Хома.
Дай Боже и тебе того же.
Скажи, Хома, приходили мои письма сюда?
А я откуда знаю? Все письма покойный завпочтой получал.
Печать-то у него была.
Я уже после него печать получил.
А что случилось?
- Да так, ничего.
Спокойной ночи.
Будь здорова.
Кто, всё-таки, орудует в селе,
как ты думаешь?
Станичный! Кто же ещё?
- А кто такой, станичный?
Бандеровский прислужник.
У меня, почему-то, из головы не выходят Тужиляк и Юзё.
Может кто-то из них?
- Да, нет!
Юзё дурачок, а Тужиляк рабочий человек.
План на себе тянет.
Да и горя хлебнул от пана осадника.
Тот его отца убил. Правда и сам заплатил головой.
Бандеровцы зарубили.
А бандеровцы за что?
Как за что? Поляк он был.
Им этого достаточно.
Хорошая ночь сегодня будет!
Вон, звёзды возле месяца, как девчата вокруг молодца.
- Да, да.
Ну, хлеба будут!
- Подожди, подожди.
Жить буду в сельсовете.
Тогда нужно ещё один пост выставить.
И без охраны буду жить.
Ну, тогда я тоже где-то там, под лавкой.
Не шутите.
Вы мужчина можете и под лавкой спать.
Я замужняя женщина. А тут знаете... село.
Хоть мальчика оставь с нами.
Да, да! Нужно вместе держаться.
Заберу его к нам в ястребки.
- Пусть так и будет.
Пойдёшь к нам, парень, а?
А вы не шутите?
А почему это я должен шутить?
Роман, дай какое-нибудь оружие новобранцу!
Ты, что, Август, в своём уме? Он ещё ребёнок.
Какое ему оружие?
Тише.
Мне уже 16! Меня блокада в Ленинграде замучила!
А то б я вот… Вот, какой был!
Ох, ты счастье моё.
Не бойся.
Это я, Илько.
Закрою окна,
чтобы никто не увидел с улицы.
Должен тебя убить.
Своими руками.
Поклялся в этом. За этим меня прислали.
Никак нельзя вернуться без этого.
Что ж, куда я денусь?
Об одном прошу - не бей топором в лоб.
Ну, если бы такой приговор тебе назначили,
то уже давно кто-то тяпнул бы тебя.
Но должна ты умереть страшной смертью.
Ну, так наточи нож и медленно воткни в сердце.
Да иди ты...
Несёшь такое!
Бедную женщину зарезать как свинью.
Что б мне провалиться!
Тогда задуши меня!
Видит Бог, такой жизни не жалко!
Дети - волчата, а муж - Каин!
Не говори так, жена.
Такой разговор не на пользу.
Послушай меня. -
уезжай от сюда! Уезжай!
И то до рассвета!
Чтобы никто тебя нигде не видел... тут.
Уезжай!
И вместе с тем пацанёнком… москальским!
Потому, что и его должен на тот свет отправить.
Не уеду.
Не поедешь.
- Нет.
А что тебе тут такого?
Дети мои гибнут!
А детей не вернёшь.
Найду их, и они послушаются маму.
Ой, ли?
Скажи мне, Илько...
- Что?
Как ты попал в эту беду?
Мы были так бедны -
на каждой заплате по дырке.
Э, это долгая история.
Пока дети были маленькими, ещё так-сяк
Не так, чтобы очень, но нас не трогали.
Но, когда Мирося стала превращаться в девушку, да не в
какую-нибудь, а ещё лучше, чем ты была в молодости,
то сразу потребовали отдать её на работы в Германию.
Я к станичному. Упал ему в ноги:
"Спаси".
И он, таки, спас!
Но мужик за это должен платить.
Пошёл бандеровцам в лесу схроны копать.
Далее - УПА, Вышков и всё такое.
А если б не пошел,
то всю семью под нож, до третьего колена.
Да ещё и ты, большевичка на все горы и нам на горе.
Пошёл бы, куда глаза глядят!
А однажды, наткнулся на цыганку.
Так, лежала во рву, видно гестаповцы убили.
Подумал, подумал
и взял грех на душу -
изуродовал её, чтоб не узнали, и привёз домой. Будто это ты!
С Поддубного... С попом похоронили...
Чтобы всё село думало, что нет большевички и всё.
Не будут цепляться к семье.
Куда там!
Мужик думает одно, а получается другое.
Боже, Боже!
Почему мужик такой тёмный!
Почему мужик не видит, что творится на свете!
Я писала тебе сразу, как освободили.
Приходили мои письма к тебе?
Ни одного письма не получил.
Но мне же сообщили о вас.
А кто ж знал, где ты есть.
Кто-то, видишь, знал.
Никак этого не могло быть.
Было такое письмо.
А мои перехватывал какой-то "Гроза".
"Гроза"?!
Ой!
Да меня обманули, как маленького ребёнка!
Да, тебя обманули, Илько!
- С каждым шагом всё больше врагов!
Ведь я под ними и должен молчать.
Хотя не раз видел, как всё на самом деле!
Согласись, Илько!
А у меня руки в крови по самые локти.
Тебя простят.
- Ну да, с чего бы это?
Есть постановление правительства. Видел такое?
- Видел!
И знаешь, что там написано?
Да где там! Мужицкая голова не понимает написанное.
- Я прочитаю.
Я прочитаю.
... не поняли советскую власть.
Не все поверили в её силу и нерушимость.
Были такие, кто говорил, подождём немного,
может, немцы ещё вернутся.
Они не верили в силу советского народа и ошиблись.
Война окончена. Советский народ празднует победу.
Святая правда.
Слова правды дошли в леса и схроны.
Многие обманутые уже воспользовались правом,
которое было дано в известных обращениях
правительства Советской Украины.
Бросив своё антинародное дело, они, вместе со
всеми, трудятся теперь на благо своей Родины.
Не желая зря проливать кровь, Президиум Верховного Совета,
Совет Народных комиссаров УССР
и Центральный комитет КП(б)У дают участникам
националистических банд
последнюю возможность покаяться, честным трудом
искупить свою вину перед Украинским народом
и оглашают всем участникам срок для явки с
повинной до 20 июля 1945г.
Это последний срок и последнее предупреждение.
Если враг не сдаётся - его уничтожают.
Ох, Боже мой!
- Такова воля украинского народа.
Да, да, к этому всё идёт, к этому...
Боже милосердный! Потерянное время!
Всё идёт прахом.
Вот пойди и помоги себе.
Ох, не помощь, а смерть ждёт меня.
Я бы пошел. Да те мерзавцы...
детей замучают за отцовское предательство.
Как не крути, ничего на ум не приходит.
Что же делать, Илько?
Скажи мне.
Что, а?
Славушка,
уезжай отсюда. Уезжай.
Уезжай, говорю, ну что тебе тут такого?
Нашу сторону, ты, ей-богу, не примешь.
А так, знаешь, по-разному бывает.
Так не дай Бог,
не дай Бог, твоему сыну придётся смертный
грех на душу брать и родной матери жизнь оборвать.
Так уезжай отсюда немедленно!
Никакой возможности, никакого способа
нет, как из этого выпутаться.
Но одно меня удивляет - где ты этого москалика взяла?
Он сирота, Илько. Послушный ребёнок. Четыре года
своих детей не видела - сердце к чужому потянулось.
Да. Ты всегда сочувствовала чужому горю.
Спасибо тебе большое.
Пусть Бог ведёт тебя этой дорогой,
что меня послушалась и со мной встала.
Кто знает, увидимся ли ещё раз?
Бог меня не простит, люди не простят.
Только прошу тебя очень, прости меня.
Не встала я на твою дорогу, Илько!
И никуда не поедешь?
Нет.
Так, что же мне делать теперь?
Убить тебя или как?
Или, может, самому себе петлю на шею, да и вздёрнуться?
Делай, как хочешь.
Я тебя не держу.
Чего молчишь?
Молчу. А что могу сказать?
Отрубил бы руку топором, да увидят, что сам это сделал.
А выстрелить в себя с той стороны никак не получится.
На, возьми карабин и выстрели мне в левую руку.
Должно получиться. Я не шучу!
Ну, очень прошу!
О Боже! Ты сдурел, Илько!
Не сдурел, Славушка, ей-богу, не сдурел,
но прошу. Вернусь - казнят. Ей-богу казнят.
Петлю накинут и всё.
А так вернусь, скажу: "Попал в западню. Был бой.
Руку мне прострелили, и не мог прицелиться в тебя".
На, бери карабин. Да, Боже мой, не бойся!
Только выстрели так, чтобы в кость не попасть.
Попадёшь в кость - рука, считай, пропала.
Я не умею стрелять.
Ох, в этом нет ничего сложного!
Вот тут, вот, нажимаешь и всё.
А если застрелю.
- Не застрелишь. Я всё покажу, как надо.
Я в жизни не стреляла.
- Подожди-ка.
Оберну руку, чтобы порох в рану не попал.
А то эти нелюди всё об этом знают.
Встань с той стороны!
С чужого. И вот сюда целься.
Но сверху, сверху!
Да, вот, сюда вот, в мякоть целься!
Да, не закрывай глаза!
И не трясись ты, Бога ради!
А то разнесёшь кость на кусочки. Вот.
Хорошо! Вот так.
Ну!
Нажимай!
Ай, стрелок мой, золотой!
Ой-ё-ёй! Кость цела и рана...
Рана хорошая! Кровь хлещет как с поросёнка.
Даст Бог, будем живы, Славка!
Даст Бог, будем живы...
Полотенцем не надо, а то сразу всё поймут,
только моей рубашкой.
На, вот тут, вот тут мотай.
Мотай туго. Крепко мотай,
чтобы кровь остановилась.
Вот так, крепче, крепче.
Вот так. Спасибо.
Дай Бог тебе здоровья.
Не покарают, что в этот раз отпущу тебя живой.
Но, если попадёшься ещё раз на дороге, всё пропало.
Помни об этом.
Всё обдумай, посмотри вокруг свежим взглядом и помни!
Не переживай и не думай, что плохое мы сделали.
Кто его знает, может от этого легче и не будет,
но чувствую себя теперь свободным,
как птица в небе.
Конец первой серии.
ВЫСОКИЙ ПЕРЕВАЛ
Вторая серия
Славка, это мы!
Выходи!
Эй, ты ещё живая?
Доброе утро!
- Доброе утро, товарищи.
Нечисть не напала на новом месте?
- Нет, не напала.
Шла бы ты ко мне жить.
Есть немного овса, немного репы,
да и у тебя, что-то есть.
А как моя Зося обрадуется!
Да и дочери мои не засватанные тебя с почтением примут
Спасибо, Венед, спасибо.
- Да, ей-богу, не объешь ты нас, не волнуйся
Пана-товарища учителя я уже принял к себе.
- Правильно товарищ говорит.
Ну, пусть будет так.
- Вот так бы сразу.
Доброе утро.
- Доброго здоровья.
Доброе утро.
Солнышко уже вон где, а людей и не видно.
Наверное, уже не придут?
- Кто тебе это сказал?
Я так думаю.
Эге, ты, может, думаешь, что они
не работники, а холопы лесные?
Может и так.
Нет, позвольте, позвольте, обвинить человека ничего не стоит,
а как потом оправдаться, если это несправедливое обвинение?
Невинные не пострадают.
Мне, впрочем, не раз и самому такое приходило на ум,
но не поймал за руку, не говори, что вор
Речь сейчас идёт не только о жизни человеческой,
но и о чести всех нас.
Да, да, это ты правильно говоришь.
Так, что будем делать со строительством школы?
Это не проблема. Наши люди делают любую работу.
Возьмутся мои ястребки, и через две
недели школа будет стоять,
был бы только кирпич для печки и стекло для окон.
Ну, хорошо.
Пусти!
Пусти! Мне холодно!
Пусти!
Пусти, говорю!
Я тебе говорю, пусти!
Говори, что он тебе дал?
- Что дал, того уж нет!
Пусти!
Задушишь! Гарвасик, сладенький мой,
ей-богу, простужусь.
Брось, всё равно не выстрелит - мокрый.
И что ты пристал?
Да иди ты к чёрту!
Я кому говорю?
Со мной шутить не надо!
Хочешь меня опозорить?
На кусочки режь, не отдамся.
Женись и после свадьбы твоей буду.
А так - нет!
И не мечтай об этом.
Так, ты жить хочешь?
- А кто ж не хочет?
И очень дорожишь жизнью?
- Как же не дорожу?
Не успела ещё пожить.
- Тогда отдай то, что тебе Хома передал!
Дай, хоть, за кусты спрячусь.
Мне надо всё снять и выжать.
За кусты вставай.
Но дальше не ходи!
Но ведь всё видно.
Видно, да не обидно.
Всё кидай ко мне!
Ах, ты, бесстыжий,
хочешь меня голой увидеть?
Гляди!
На, тебе!
Всё! Ничего нет!
Ой, куда же ты, Гарвась!?
Подожди там! Соберу веток.
Поймал меня на дороге - вот и вся твоя любовь.
Ну, чего молчишь, как немой?
Гарвасик, сладенький мой,
я уже не нравлюсь тебе, а?
Если мужик дурак, то во всём.
Что ты побежал как лось?
Хочу тебе, что-то сказать.
Говори, я слушаю.
Если очень хочешь, то иди!
Почему бы нет?
Или ты не знаешь, как подойти к девушке, а?!
За такие слова отхожу тебя как следует, ей-богу!
Так чего стоишь, как тупой пень, как то пугало!
Меня всю трясёт, видно простудилась.
Трясусь как рыба.
Руки как лёд - ждут твоей ласки!
Целуй. Целуй. Чего ждёшь?
Но того, о чём думаешь не будет,
хоть золотом меня обсыпь.
Только, когда станешь моим мужем.
- И это всё, что ты хотела сказать?
А разве этого мало?
Пёс тебе будет мужем, а не я.
Чего злишься?
Ой, да ты без меня дышать не можешь и я тоже.
Сколько это будет продолжаться, а?
Бог знает, когда это всё закончится.
Сам подумай - и тебя может скоро пуля достать,
и со мной может что-нибудь случиться.
Я так думаю. Что ты на это скажешь?
Так ты бы согласилась со мной в селе жить?
Ну да! Или в тюрьме гнить, или под топор попасть?
Ну, тогда, как думаешь, будем жить?
А мне-то что - это ты думай.
Ты же мужчина.
Так, выходит, я в лес должен идти?
- Почему обязательно в лес.
Можно уехать отсюда подальше,
чтобы никто не знал.
Этого не будет. Не могу.
Если не можешь, придумай что-то другое.
- Что?
А ничего.
Я всё время об этом думаю.
Почему в селе всех ваших убили, а ты живой ходишь?
Как ты думаешь?
- Видно, Бог меня бережёт.
Не Бог, а я.
Ты как хочешь, но больше я тебя оберегать не смогу.
Чего сидишь, как больной?
Не знаю, что будет, но я отсюда не уеду!
А ты, дорогая, беги отсюда и немедленно!
Слышишь?
Ты поможешь?
- Я помогу.
А как?
- Это моё дело.
Нет, так не будет, голубчик.
Уходи ты,
а то попросыпаются в схронах и такие
мясники начнут бродить по лесу.
Иди, иди, мой голубчик, а то ещё огонь увидят.
Видишь, босиком осталась. По твоей милости всё в реке пропало.
А туфли были новые и прочные - из воловьей кожи.
И чулки хорошие - сама вязала.
Боже, как колет. Глянь, а то не вижу.
Если арестуешь Хому, меня убьют.
Слышишь?
Тётя Слава.
- А?
А почему деревья не подряд валят?
Они же все одинаковые.
Если подряд вырубать, то бук не будет расти.
А так между старыми и молодняк растёт.
Иди, не крутись ты тут.
Алёша, иди сюда!
Иди за мной! Айда!
Тут не отмечай - это первая категория.
Иди-ка сюда.
Равняйсь! Смирно!
Слава Украине!
- Героям слава!
Стрелок "Олень"!
Шаг вперёд!
Налево!
Ты давал присягу командирам провода.
Перед тобой большевичка, советка.
Выполняй присягу!
Сын мой, уже не за горами тот день,
когда в священном пламени нашей веры погибнут
все большевики и советы.
Пусть из 40 миллионов украинцев останется только 10,
но это будут истинные рыцари идеи.
Лучшие сыны нашей расы.
Ты клялся, что за победу великой идеи пойдёшь на всё.
Решишься на страшнейший поступок.
Будешь убивать не только москаля,
поляка, жида, но даже отца и мать,
если они предадут великую идею.
Исполняй приказ.
Ой! Ой, Господи, Боже мой!
- Сынок!
Стой.
Пока что мы дарим вам жизнь.
Мы уничтожаем коммунистов - это правда.
Но, в основном, только чужаков.
Коммунистов, украинцев по происхождению, мы сначала убеждаем,
предлагаем исправиться.
Но когда и это не действует, тогда, конечно, уничтожаем.
Вы должны быть с нами, со своей семьёй.
Вы думаете, наверное, что мы лишь кучка недобитков -
это неправда.
Мы великая сила!
И к тому же, имеем крепкую поддержку за границей.
А капитал, как вы понимаете, никогда не
примирится с коммунистическим строем.
Вот-вот Соединённые штаты начнут войну с Советами
и тем самым освободят Украину.
И это не пустые надежды. Поверьте!
Вы мать. А материнское сердце подскажет вам верный путь.
Думайте. У вас ещё есть время.
Вы полностью в нашей власти.
Если даже не согласитесь с нами работать, мы вас не тронем.
Вас уничтожат свои.
Мы уж, как-то, позаботимся об этом.
Честь имею.
Долго не раздумывай. Возвращайся.
У нас руки длинные.
Вы совсем поседели.
У меня нет больше ни силы, ни надежды.
А как выглядит этот главный бандит?
Ой, мне кажется, что я его уже где-то видела.
А я вам его не показывал?
- Не помню.
Он?
- Он.
Сволочь. Идейный лидер и гестаповец.
Они все, как фашисты.
Самые настоящие, только цвета жёлто-голубого.
Что мне дальше делать?
- Ехать домой и спокойно работать.
И вызволяйте детей из беды. Любой ценой.
И избегайте провокаций. Враг не такой уж
примитивный, как вы сами в этом убедились.
Как же вы проворонили Тужиляка и Юзю?
Виноват, товарищ секретарь.
Ещё раз такое случится, мы вас исключим
из партии и отдадим под суд.
Ясно, товарищ секретарь.
- Садитесь.
Шахтёров, которые прибыли из Донбасса
на заготовку леса, направите к ним.
Хорошо.
- И вооружите их.
Это парни надёжные, закалённые.
Вам с ними легко будет работать.
Когда направите?
- Буквально на днях, как только техника прибудет.
Есть ещё вопросы, товарищ Доцё?
- Нет.
А у вас?
- Нет.
Но я поеду только с людьми и техникой!
- Это мне уже нравится!
Добрый день.
- Доброго здоровья.
Тётя Слава, это шахтёры!
- Да, будут лес заготавливать.
Вот это страна, я вам скажу!
Знакомьтесь - бригадир Пётр Довбня.
Спасибо. Здравствуйте.
- Август.
Где разгружать стекло, кирпич, цемент?
Прямо здесь. Вот это страна, так страна!
Срок уже прошел, поэтому скоро начнётся ликвидация банд.
Где и когда, конечно, тайна.
Но мы уже сегодня должны быть готовы к этому.
Поэтому строжайшая дисциплина.
Никаких самовольных отлучек.
Поставьте пикеты вокруг села.
Ястребков снимите со всех работ.
Значит, строительство школы остановить?
Ну, организуйте родителей, чтоб помогли.
А пойдут ли?
- Пойдут.
Это первое.
К нам приехали рабочие с техникой, и нам уже будет легче.
Теперь мы должны выбрать председателя сельсовета.
Люди советуют тебя, Венед.
Ох, какой риск. Ох, какой большой!
Ты, Венед, не воркуй, а берись за дело!
Должен же уже порядок быть у нас!
Может и так, но...
А вдруг, нагрянет какой нелюдь из леса,
да и порубает на куски и жену, и деток.
Да и людям, это...
нечего на зуб кинуть.
Вот и за этим должен буду переживать.
Ничего, ничего - немного государство, немного мы.
Как-то и выкрутимся.
Нет, дорогой, нет.
Тогда пусть будет так, как сход скажет.
Соберите людей под вечер.
- Хорошо.
Извините, оставьте нас с Гарвасем.
Кто тебе даёт информацию о банде?
- Надёжный человек.
Кто именно? Прошу прямо ответить на вопрос.
Мирослава.
Кто?!
- Ваша дочь, тётя.
Где же она их берёт?
- Где?
Она же связная с кошевым проводом и станичным.
Ты давно об этом знаешь?
Не спрашивайте, тётя,
я и так слишком много сказал.
Ты хоть сообщил в отдел борьбы с бандитизмом?
Ещё чего! Сообщу - арестуют девку и остальных.
А мне самому нужно иметь своих людей в подполье.
На этом только и держусь.
Когда ты её увидишь?
- Когда надо, тогда и увижу.
Вот распутаю клубок и всё скажу -
кому следует и где следует.
И ответишь, где следует.
Так, может, вы мне сами предъявите обвинение?
Может и так.
Иди и арестуй её.
- Кого?
Мирославу.
Нет, тётя.
Это будет конец. Всему конец.
Хотим старостой только тебя, Венед.
Только тебя.
Ни с того ни с сего нашлась мне работа.
Большое вам спасибо, люди добрые, за доверие,
но в человеке всегда можно ошибиться.
Ну, впрочем, ничего плохого за мной нет,
Но какой из меня староста?
В такой неразберихе.
И это говорю вам, как перед Богом и
своей совестью, так и перед вами.
Ай, Венед! Хватит болтать.
Люди устали за день и гости тоже,
А должны их ещё расквартировать
и накормить, чем Бог послал.
Соглашайся и всё!
- Нет!
Ну, так как решим, люди добрые?
Хотим только его!
Правда, люди?!
Эх, всё в Божьих руках!
Ну, если по-другому нельзя,
то пусть будет так.
Но уж если я староста, то и флаг
должен быть на правлении.
Что верно, то верно.
Хома приехал. Теперь и вепри лютые заявятся.
Каждый раз, когда он возвращается с почтой
из района, что-нибудь случается.
Это я заметил.
А ну-ка, кто проворнее?
Я, тётя Слава! Дайте мне!
- На, Алёшенька.
Все должны видеть, что советская власть есть
в нашем селе и будет, пока мы живы.
Боже мой!
Ой, люди добрые!
Конец света!
Моего брата и всю его семью порубали топором!
Ночью в хате. И старых, и малых... на кусочки.
Кровь на потолке и на стенах.
Боже мой!
Боже всемогущий, куда ты смотришь?!
Когда же ты устанешь от наших страданий?!
Третья семья.
Господи... как же это? Гарвась, а?
Тужиляк и Юзё сбежали.
Значит, ещё кто-то остался в селе.
Кто? Кто эти нелюди?!
Куда это он?
Ваша связная подозревается в измене.
Ярославе Петрин, так же как и той, вынесен приговор.
Найдите способ убить страшной смертью.
Слава Украине. "Гроза".
А, иду, иду!
Заходи.
Говори, мерзавец, кто ты,
а то прибью, как скотину!
Ты что, сдурел? Убери железяку.
Руки подними!
Выше!
А это что? Пирог?
- Это мне в районе выдали.
Говори, кто ты, а то сдохнешь!
Отпусти! Отпусти, говорю!
- Отпусти его, Гарвась.
Говори, негодяй, кто ты?
Кто? Кто за нами следит?
Ерунду говоришь. Меня люди уважают.
Я ничего плохого не делаю, только письма разношу.
Моих писем ты не носил.
- Как? Это неправда. Кто сказал это?
Илько мне сказал. А ты знаешь кто он.
Он не может знать.
Ей-богу, ни в чём не виноват, разрази меня гром.
Ну, зачем ты меня укусить хочешь?
Чем я тебя обидел, Славка?
Заткнись!
Закроют в камеру - там всё скажешь! Иди!
Руки назад!
Дай Бог, чтоб ты детей своих не увидела!
Дочь твоя курва и ты тоже!
- Заткнись, а то я тебе...
Да, плюнь ты.
Ты там по лесам бродишь,
Может, где видел?..
- Кого?
Ну, о ком мать может спрашивать?
Если б я всё видел, да знал, мне бы или эти башку открутили,
или те законопатили куда подальше. Но!
Дети уже не придут.
- Да, видно, родители боятся отпускать.
Де нет. Одним есть чего бояться, а другим нечего.
Нет, Венед, все боятся беды.
- А, впрочем, может и так.
А как же их уговорить, а?
Может, ты, Август, что придумаешь?
Тебе Бог больше ума дал, чем мне.
Надо детей чем-то заманить.
И пойдут, увидите.
А чем?
- Кто его знает, но чем-то надо!
О, что-то, кажется, есть.
Да, вроде.
- И что там?
Что-то есть.
- А, ну-ка.
Доброе утро.
- Навеки Богу слава.
Почему дети в школу не пошли?
- Если пойдём, нас убьют.
Кто убьёт?
- Или Юзё, или Тужиляк.
Не слушайте её. Это детские выдумки.
А дедушка так говорил.
- А чтоб ты онемела! Закрой рот.
Будьте здоровы.
- И ты тоже.
А ну в хату. Быстро в хату.
Доброё утро, Явдоха!
- Навеки Богу слава.
Почему детей в школу не послали?
- Разве не видишь - босые.
Ну и что? Ещё не так холодно.
Но ведь это позор - босых детей в школу отправлять.
Ох, какое войско - вот бы к нам в горы!
Подожди, не убегай! Подожди!
Стой, говорю!
Сейчас же пойдёшь со мной и сдашься.
- Умоляю вас, мама, отпустите меня.
Будет так, как мама говорит.
- Нет, мама, не будет.
Теперь мне нет пути назад.
Не ходите за мной, а то вместе пропадём.
Добрый день, детки.
- Добрый день!
Штефан, Штефан!
- А?
Приехала. В школу пошла.
- Ага.
Папа.
Папа, не стреляйте! Не стреляйте!
Не стреляйте, папа!
Приказано никому не выходить на улицу!
Ликвидация банды началась!
Тётя Слава.
- А?
Там какую-то девушку привели.
На, постучи, я сейчас.
Смотри, какую птичку на Джурдж-горе поймали.
Вдвоём с подругой была в схроне,
но не выдержала, сама сдалась.
А та погибла, бедняга.
Кто с тобой был? Скажи мне, а?
- Зря спрашиваете, не ответит.
Ответит. Иди вперёд!
Ой, вернитесь, тётя.
Зачем на это смотреть.
Иди, иди.
Сюда, сюда, вперёд.
Кого узнаете, назовите.
Не надо вам сюда ходить, тётя, слышите?
Лучше зайдите ко мне в хату сегодня.
Что-то увидите.
Слава Богу, твоих нет.
Ты давно тут?
- Нет.
Как только сильно холодно стало.
А где же была после того базара?
Ой, мама, где только не была.
В развалинах, на кладбищах в склепах пряталась.
А заснежило, пришлось к нему прийти.
Мы с ним ещё с весны встречаемся.
Ой, Гарвась, так кто у кого на службе?
Он у меня, конечно!
Что же я за жена, если б по-другому было?
Вон куда зашло.
- Не волнуйтесь, мама.
Он не виноват. Хотел меня спасти.
И что же вы надумали?
- А ничего.
Веди её в район, Гарвась.
Сам веди.
И во всём признайся, как мне признался.
Ты знаешь, что написано в обращении правительства.
Знаю, но срок давно закончился.
Ничего. Вас помилуют.
- Так всё перепуталось, тётя...
Я уже и сам её арестовал бы...
Хочу вас попросить - пока эта возня
не закончится, пусть она у вас побудет.
А то я должен и днём, и ночью по службе мотаться,
а ей тут одной оставаться никак нельзя.
Ни печь затопить, ни воды принести.
Затопит - дым пойдёт, а выйдет - увидят.
На, пей, сынок.
Это целебная травка.
Видишь, как простыл, мотаясь неизвестно где
Добрый день, хозяйка.
- Добрый день.
Венед дома?
- Нет!
А Славка?
- Тоже нет.
Как вернутся, пусть меня найдут.
Очень нужно!
Хорошо.
Будьте здоровы.
- И вы тоже.
Добрый день, Рузя.
- Добрый день.
А где Иван?
- Вот-вот должен прийти.
Ты б запиралась изнутри - хата на отшибе.
Запирай - не запирай, а спасения не будет, если нагрянут.
День добрый.
Добрый день.
- Доброго здоровья.
Бандеровцы хотят идти в Чехию малыми
отрядами, по 4-5 человек.
Пойдут горами, окольными путями.
И им нужно много проводников.
И про тебя вспомнили, Славка.
И о тебе, Венед.
Как вы носили оленьи рога швабам.
Так что будьте осторожны.
- А как ты узнал?
Узнал. И на меня охотятся.
Не отпирайся, говори правду. Откуда узнал?
Отстань!
Я вашу политику не трогаю,
Не трогайте и вы меня.
Сказал и всё.
А там, как знаете!
Мама верно говорит: «Раз и навсегда
плюнь на эту гадость и всё!»
Ну, где это видано, чтобы человек человека убивал
за то, что он на другом языке говорит
или другую одежду носит!
Вот ты вырос в лесу и знаешь, волк волка не загрызёт,
а эти мерзавцы страшнее, чем волки!
Вон мы с Алёшей на Урале жили все вместе -
и украинцы, и русские, и башкиры, и татары,
и кого только там не было.
И хоть бы кто спросил меня, кто я.
Уважали друг друга, делились всем, чем могли.
Из одного чугунка ели, как одна семья.
Да мы что, убили кого-то или ограбили?
Этого ещё не хватало.
Позабивали вам головы ненавистью к людям!
Мы с отцом думали - вырастете,
добьётесь лучшей жизни.
И вам хорошо, и нам помощь!
И что? Позор, да и только!
Да, хватит уже. И так тюрьма светит, и камень на сердце.
Ой, придётся медовый коржик прикладывать.
Где же мёд взять?
- У Сигидына. У него пасека в лесу.
Алёшенька, пойдём, будешь меня охранять.
Что случилось?
- Страшно рассказывать.
Рузи больше нет.
- А Иван-то живой?
Не знаю, нигде не видно.
Похоже, и дома не был.
Перепеленайте ребёнка и накормите.
- Да, да!
Сил нет.
Ой, Боже! Доченьки, помогите!
Не убивайтесь так, мама.
Верьте мне, уговаривала, как могла.
Он же ни в чём не разбирается, ни в жизни, ни в себе.
Хотела задержать, да где там.
Взял моё оружие и в окно.
А может и лучше, что ушёл.
Ведь Рузю не просто так убили.
Это, мама, месть, предупреждение.
С нами то же будет.
Придётся мне уйти.
Уйду я, мама, отсюда и всем будет легче.
И вам, и Гарвасю, и доброй семье Венеда, мне и папе, и Юрку.
Слышала их присягу изуверскую?
Родной отец или брат должен меня убить.
Подумайте об этом.
Пойду!
Куда?
- Есть у меня своя хата.
Там тебя найдут.
- Найдут, да живой не возьмут.
У меня там кое-что спрятано в стрехе.
А так, без оружия, я ничего не стою.
Ох, судьба, пошли мне смерть.
Держитесь, мама! Держитесь,
вы ни в чём не виноваты.
Храни вас Бог.
Я пошла.
Иди, позови тётку. Идите к столу.
Ты умеешь с ним обращаться?
- Умею.
Покажи,
Вставляете обойму.
Можно стрелять.
Потом разберусь.
Из хаты не выходи.
Стефан! Ты один?
- Один! А ты?
А кто сдаётся - я или ты?
- Да, я!
Вот и выходи!
Оружие в снег!
Теперь раздевайся до пояса!
- Зачем?
А может у тебя граната на теле!
- Нет ничего.
Раздевайся, сказал!
Ты, что, мне не веришь?
- Верю, но проверяю!
Я же замёрзну - холодно.
- В лесу не замёрз и тут не успеешь.
Одевайся.
Руки за голову и пошли.
Добрый день!
- Добрый день.
Доцё не видели?
- С отрядом в лесу, на ликвидации.
Ой! Что ты делаешь?
- Разве не видите - печь топлю.
Да, дым же отовсюду видно!
- Ну и что?
Хотите, чтобы я с голоду умерла.
Что ты грубишь?
Не говори так с мамой.
Простите.
Ты знаешь, зачем я пришла?
- Скажете - услышу.
За тобой.
Может, дадите хоть поесть.
- Поешь.
А много дадут?
Как всем, так и тебе.
- Нет, не пойду.
Что ж, тогда мне придётся умереть.
- Это почему?
Как "почему"? Ты, что, дитя неразумное?
Как мне жить после того, что с вами случилось?
Кто мне дальше будет верить?
Как людям в глаза смотреть с таким грехом на сердце?
А Юрка кто вытащит из беды, если меня не станет?
Об этом подумай!
Хорошо, мама, пойду с вами.
Даст Бог, будет вам какая-то польза.
Не бери.
- А если перехватят по дороге?
Не бери, говорю.
- Что ж? Пусть будет по-вашему.
Всё. Ничего нет.
Пошли.
Мама, бежим!
Да, они в сарае, ей-богу!
Глаз у меня острый.
Там никого нет!
- Да ну! Сейчас посмотрим.
А ну, хозяин, сам глянь, кто там есть.
Юзё!
Быстро! В лес.
Смотрите!
Там никого нет!
А это кто?
Ох, и глаз у меня!
Давай!
Иди.
У нас настоящий праздник - и мамка, и дочка вместе.
А ну, выметайтесь оттуда и выходите на суд Божий!
Не хотите.
А ну-ка, муж и брат, исполняйте святой долг!
Или вас это не касается?
Мама, Богом клянусь, это не я их привёл.
Это они сами увидели дым из трубы.
Ах, сопляк, пошёл вон!
А ну, Юзё, набрось на неё удавку.
Грицю, не бери грех на душу, Богом тебя молю.
Молчи, голодранец!
Мычишь, как скотина.
Давай, сам привяжи свою старую курву к столбу!
И смотри, чтоб не кричала!
Ой, не могу, Грицю. Руки дрожат, и глаза на лоб лезут.
У, слизняк несчастный.
Меня убивайте! Меня!
- Тихо!
Говори, сука, выведешь нас к швабам?
- Нет.
Поведёт. Коммунистов водила и нас поведёт.
Не водила она к швабам. Только до
границы и всё. Ей-богу, не водила!
Говори, поведёшь?
А то ещё раз крутану и конец!
Нет.
Отпусти, пусть передохнёт.
Отдохни немного. Отдышись.
Теперь мы посмеёмся над тобой.
Смотри, какую дочку курву сделал твой Илько.
Знаю, уже спала с милиционером.
Вот мы это и проверим.
Иди!
А ну, Юзё, задери девке подол!
Пусть старая сука увидит, какая её дочь честная.
Я стесняюсь!
- Ну и дурак!
А ну, кто готов к этой работе?
Убейте меня!
Наказать предательницу!
Оставьте маму живой! Сама отдамся.
Отче, отошлите брата во двор!
Иди, постереги во дворе.
Снимите с мамы петлю!
Ну-ка, Юзё, начинай первым,
а то я уже стар для этого дела!
Отче, командир, остановите это издевательство,
а то у меня голова разрывается!
Ей-богу, я с ума сойду!
Я знаю тайные тропы через все горы.
Пощадите жену и ребёнка!
Я вас выведу к самому Мюнхену.
Богом молю!
А если не спасёте, то вот...
выстрелю себе в рот, и никакой чёрт вас отсюда не выведет!
Остановите!
Хлопцы! Хлопцы, быстро в лес!
Чекисты догоняют! Пошли!
Пошли быстрее.
- Бегом!
Бегом!
- Быстрее!
Илько, а ну, быстро в лес!
Да быстрее, голодранец!
Не волнуйтесь, мама.
- Ой...
Это всё ерунда.
Были бы вы живы.
Многие убиты, в плен взяты. Остальные
одичали в схронах. Живут, как звери.
Убивают, грабят, пьют, насилуют.
Ты так об этом говоришь, будто сам этого никогда не делал.
Всё было, но больше так не могу.
Ну что, милая, сама пришла?
- Да.
Есть, что нам сказать?
Отведите меня, куда следует, там всё расскажу.
Вставай, поехали!
Кто убил мою Рузю?
Юзё, кто же ещё.
Он палач из палачей.
Где он сейчас может быть?
Идёт... Идёт в Германию.
Илько поведёт главарей, а он всё возле них трётся.
Кого именно поведёт Илько?
Ксёндза, это точно, а ещё - Тужиляка.
Ну и Юзё от них не отстанет,
да и сына он, конечно, не оставит.
Какой тропой он их поведёт?
Тропы через границу только он знает.
Не знаю.
Что ж, Гарвась, вези их обоих.
Так будет лучше.
Так будет лучше.
Прощай, дочка. Не держи зла на маму.
Добра тебе желаю. Только добра.
Прощайте, мама. Прощайте.
Я никого не убила и не ограбила.
Верьте мне. Бог тому свидетель.
Даст Бог, переживём это тяжёлое время.
Посчастливится - увидимся.
Да, дочка, да. Да
Подавайте весточки, буду ждать.
- Да, хорошо.
Простите, тётя, если, что не так.
Простите.
Мама, голубушка, Юрка спасайте, Юрка!
Дай кожух, Венед.
Холодно.
Добрый день.
- Доброго здоровья.
Вот вам Юзё.
Снега выпало много.
Не смог нести нелюдя, вот и отрубил ему голову,
чтобы вы видели и знали, что не был с ними никогда!
О, Боже! Что ты сделал, ирод?
Разве не видишь - отомстил палачу!
Ты с ума сошел, мужик. Совсем свихнулся.
Зря морщитесь! Навоз не шёлком
выметают, а навозными вилами!
Буду вредить им, где только можно и так,
чтоб они не знали, откуда придёт к ним беда.
Перестань мстить, несчастный,
а то люди отвернутся от тебя.
Может, вы и правы.
Славка одна пошла в горы.
Она одна знает, какой тропой Илько поведёт их.
Что же ты молчал, а?
Юрасик, сынок мой! Куда же ты идёшь?!
Нет добра на чужбине!
Родина одна, как и мама, сынок!
Вернись, сыночек!
Исполняй долг, голодранец!
- Не могу.
Стреляй.
Послушай мать, сынок!
Сыночек...
Мама!
Конец фильма