весные вьюрки проворно снуют среди ветвей, как синицы; дятловые вьюрки лазают
по вертикальным стволам и обследуют щели; славковые вьюрки своими быстрыми
порхающими движениями напоминают настоящих славок; и наконец, земляные
вьюрки обитают на земле. Ведущие происхождение от обычных вьюрков,
галапагосские вьюрки стали похожими на синиц, дятлов или славок в зависимости
от их образа жизни. Образование ряда новых видов от одного пред-кового вида -
как результат адаптации к разнообразным местообитаниям - называется
адаптивной радиацией. Галапагосские вьюрки являют собой классический пример
адаптивной радиации. Другой хорошо известный пример - сумчатые
млекопитающие Австралии, среди которых можно встретить травоядных,
насекомоядных, хищников, роющих, лазающих по деревьям и планирующих
животных.
Галапагосские вьюрки служат не только иллюстрацией к понятию адаптивная
радиация, но и демонстрируют эволюционную конвергенцию с видами в других
частях света. Так, мы говорим о «славковых вьюрках» или «дятловых вьюрках»
потому, что мы признаем сходство между ними и настоящими славками и дятлами.
Конвергентная эволюция имеет место, когда различные виды заселяют сходные
местообитания. В результате это порой приводит к удивительному сходству во
внешнем облике и поведении у неродственных видов (рис. 1.5).
1.2. Исторический очерк
Научный подход к изучению поведения животных ведет свое начало с работ
натуралистов XVIII в., таких, как Уайт (White, 1720-1793) и Леруа (Leroy, 1723-
1789), однако именно Чарлз Дарвин (1809-1882) считается основоположником
научного подхода к изучению поведения животных. Дарвин повлиял на развитие
этологии в трех главных направлениях. Во-первых, его теория естественного
отбора послужила основой для того, чтобы рассматривать поведение животных с
эволюционной точки зрения, - это ключевой аспект современной этологии. Во-
вторых, взгляды Дарвина на инстинкт могут считаться непосредственно
предшествующими взглядам основателей классической этологии (см. гл. 20). В-
третьих, огромное значение имеют поведенческие наблюдения Дарвина, в
особенности те, которые основаны на его убеждении в эволюционном единстве
человека и других животных. Например, в своей книге «Происхождение человека и
половой подбор» (1871) Дарвин пишет: «Мы наблюдали, что рассудок и интуиция,
разнообразные чувства и способности, такие, как любовь, память, внимание,
любопытство, подражание, сообразительность и др., которыми гордится человек,
можно обнаружить в зачаточном, а иногда даже и в хорошо развитом состоянии у
низших животных». В своей книге «Выражение эмоций у человека и животных»
(1872) Дарвин развивает эту мысль: Некоторые проявления чувств у человека,
такие, как вздыбливание волос в состоянии сильного страха или оскали-вание зубов
при неистовой ярости, едва ли, можно понять, если исключить из рассмотрения
мнение, что когда-то человек пребывал на более низкой стадии и был подобен
животному».
Друг и последователь Дарвина Романес (Romanes) энергично продолжил работы
Дарвина по поведению животных, и его трактат «Умственные способности
животных» (1882) явился первым обобщением по сравнительной психологии.
Однако Романес был не очень критичен в оценке имеющихся данных. Он наделял
животных умственными способностями, такими, как разум, и чувствами, такими,
как ревность. Это с возмущением отверг Морган (Morgan). В своем «Введении в
сравнительную психологию» (1894) Морган сформулировал свое знаменитое
правило: «Мы ни в коем случае не можем представлять какое-либо действие как
результат проявления более высоких психических способностей, если его можно
объяснить результатом проявления способностей, которые стоят ниже на
психологической шкале». Такая позиция привела к значительному улучшению
контроля экспериментов и оценки результатов. Этот более скептический подход к
поведению животных лег в основу бихевиористской
17