Следствие ведут ЗнаТоКи. Дело
№11. Любой ценой (1977 год). Фразы и цитаты из фильма
В камеру предварительного заключения попадает некто Холин, студент,
обвиняемый в предумышленном убийстве. В этой же камере по мелкому
хозяйственному преступлению сидит Тобольцев, мужчина средних лет,
отец-одиночка двоих детей. Дело Тобольцева ведёт майор Знаменский, дело
Холина — следователь Панков. Примерно через месяц во время допроса
Тобольцев вдруг заявляет Знаменскому, что убийство, в котором обвиняют
Холина, совершил он, Тобольцев, а юноша невиновен.
Все фразы и цитаты
Сейчас главный вопрос как она
меня видела, спереди или в профиль.
Между прочим,
пустышечка.
Если в профиль, вряд
ли меня опознает, а?
Одно из двух, либо
опознает, либо не опознает.
Если опознает, скажу, что на
том месте полтинник потерял,
поди проверь, чего я там искал.
Давай, скажи, скажи.
И хорошо тебе.
Твоя история смирная,
бумажная, а ему думать.
Думать нужно, между прочим,
дуплюсь с двух концов.
Ладно бы думать, а то выдумывать.
А если не выдумывать,
это же верный пятерик.
Тогда все, что там за окошечком,
только через пять лет, через пять
лет, ты понимаешь, или нет?
Понимаешь, понимаешь, я тоже
отсюда не на волю выйду.
- Мимо.
- Мимо.
Между прочим, рыбка.
Во!
Старший по камере.
Укажите новичку койку,
объясните распорядок поведения.
Слушаю, гражданин начальник.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Здрасьте, с благополучным прибытием.
Раз прибыли,
давайте знакомиться.
- Вадим Холин.
- Тобольцев.
Разрешите поухаживать?
Тю, тю, тю, уж ты как вцепился
в свой редикюль.
А, понимаю,
у тебя здесь
указ об амнистии.
Да нет,
белье в основном.
Спокойно.
Не очень.
Ладно, старшой, должно
развлечение какое-нибудь.
Давай, проходи, проходи.
Сигареты есть хорошие.
Каким ветром в нашу
преступную среду?
Даже не знаю,
взяли
прямо на улице,
совершенно неожиданно.
Говорят, по приметам.
Ну садись, садись, Холин.
Это, конечно, не кресло под торшером,
но привыкнуть можно.
Садись, садись, парень, коли сел.
И все-таки, за что ж
такого молодого и культурного?
Ну чего ты пристаешь?
Ну не хочет человек говорить, не лезь.
Да нет, собственно, пожалуйста.
Да, собственно, не за что.
Да что Вы смеетесь?
Ни за что, милок, не бывает.
Не для того тюрьмы строены.
И все-таки, за что же?
Якобы я
я кого-то ограбил.
Чуть ли не убил.
А я там не был, честное слово.
Якобы кого-то ограбил.
Якобы при свидетелях,
и якобы дома вещи нашли, а?
Хороша курточка, а?
Я здесь не выдержу.
Я должен вырваться.
Бывалые люди говорят,
вход - рупь, а выход - два.
Верно, старшой?
Вырваться.
Любой ценой.
Как подумать,
то какая моя судьба, сплошная глупость.
Но Вы, Вы сейчас
очень важный для меня человек.
Только если что скажете,
да как посмотрите.
Войдите.
- Можно?
- Да.
Дорогой Павел,
мы пришли сообщить тебе кое-что
под рубрикой "Знаменательные даты".
Знаешь ли ты, что ровно
15 лет назад, день в день,
Может мне тоже встать?
пожалуй, не помешает.
Можно.
Так вот, 15 лет назад,
вспомни-ка, что произошло?
Так, надо попробовать
методом исключения.
Ну-ка, ну-ка.
Пал Палыч, неужели ты не
знаешь, какой сегодня день?
Вторник.
Вторник.
Причем здесь вторник?
Ровно 15 лет тому назад
ты впервые пришел сюда на Петровку.
Да бросьте.
А ведь верно.
Ну и ну.
Поздравляю, Пал Палыч.
Спасибо.
Это не шуточный юбилей.
Полностью присоединяюсь
к предыдущему оратору
от благодарных сослуживцев.
Прошу Вас.
Спасибо Вам огромное.
Я давно мечтал такой приобрести.
Зиночка, поставь, пожалуйста, в вазу.
Не забыли, надо же!
А ты забыл.
Да закрутился.
Стареешь.
Да, такой юбилей.
Да.
А годы летят.
Наши лучшие годы.
Не говори.
- 15 лет.
- Да.
Паша,
а ты помнишь свой первый протокол,
где написал,
я такой-то, такой-то,
у?
Конечно.
Ну а первого подследственного помнишь?
Первое дело, Зиночка, я
не сдвинул с мертвой точки.
Подследственных у меня вовсе не
было, только потерпевший.
Его я вижу, как сейчас.
Высокий,
энергичный блондин,
по кличке Бизе.
Однорукий.
Своей единственной рукой он владел
виртуозно, это надо было видеть.
Он лежал с тяжелым ножевым ранением.
Посмотрел на меня умными глазами,
и очень вежливо объяснил.
Что пырнули его свои же блатные дружки,
но он надеется выздороветь,
выйти отсюда,
а когда выйдет,
то посчитается с кем надо
без моей любезной помощи.
И он таки, наверное, счелся.
Наверно.
Рассказываешь, как о первой любви.
Но ведь, и ты наверное, помнишь
своего первого задержанного?
Ой, увы.
Спекулянтик.
Маленький такой,
до того маленький, до
того хлипкий, несчастный.
я вел его в милицию и стеснялся.
Стеснялся, а он в темном переулке
ударил меня по лицу и попытался удрать.
А ты, Зинуль?
Ну,
мне поначалу доверяли такие крохи, что
и вспомнить нечего.
Паш,
а вот ты мне когда-то казался таким
многоопытным и непогрешимым.
- Да.
- Ужас.
И мне.
Главное, с тех пор осталась привычка
величать тебя по имени, отчеству.
- Пал Палыч.
- Павел Павлович.
- Простите, друзья.
Знаменский слушает.
Да, все время буду у себя.
Хорошо, везите.
Между нами,
первое время я сам себе казался таким,
многоопытным.
Но вот со временем убедился, что
за каждым поворотом может
подстерегать неожиданность.
Ты это вообще или конкретно?
Да вот живой пример.
Три месяца с человеком на полном доверии,
и вдруг он отказался выйти на допрос.
Вот поэтому ты теперь
забуксовал в дебрях этих папок?
Да нисколько, меня
заело чисто по-человечески.
Он что, чем-то занимателен?
Да нисколько,
с какой стороны ни взгляни
- заурядная личность.
И вот, все же,
5 минут есть послушать?
Ой, нет, Пашенька,
должен бежать, тороплюсь.
Еще раз поздравляю.
Кстати, я не понял, Зина,
когда мы сервируем по поводу юбилея?
Ну ладно, ладно, созвонимся,
давай.
Всего доброго.
Ну пока.
Счастливо.
Ну, а ты Зинуль, можешь послушать?
Ну хорошо, давай.
Это наш давнишний разговор месяца
полтора назад, тогда все хорошо.
Гражданин следователь,
сколько у меня времени-то?
Это решает суд.
Гражданин следователь, я,
конечно, для Вас ноль
Почему вдруг?
Нет, ну я же понимаю,
должность моя сама простецкая,
и преступления соответственные,
что со мной беседовать?
Даже по делу интерес небольшой,
двадцатый в списке.
А если про жизнь,
то какая моя судьба?
Сплошная глупость.
Ну Вы
Вы сейчас
очень важный для меня человек.
Только и жду, что скажете,
да как посмотрите.
Я ведь двум детям отец,
на мне долг неимоверный, а я вот
Этой записи полтора месяца.
А неделю назад
Тобольцев отказался выйти на допрос.
И в нынешнем поведении Тобольцева
ты ищешь свою вину?
Да нет, сегодня я снова вызвал его.
Попробую разобраться.
Да, войдите.
Товарищ майор,
арестованный гражданин Тобольцев
по Вашему приказанию
доставлен, разрешите идти?
- Идите.
- Есть.
Здравствуйте, Тобольцев.
Садитесь.
Я уже разъяснял Вам Ваши права.
Обвиняемый имеет право не
давать никаких объяснений,
но в Ваших ли это интересах?
Объяснять свое поведение Вы намерены?
Неделю назад я оставил Вас в покое,
но сегодня Вы снова не
захотели выйти из камеры.
И все-таки я пожелал,
чтобы мы встретились.
Это и в интересах следствия,
и лично в Ваших.
Вы меня слышите, Василий Сергеевич?
Да, гражданин следователь.
Осталось уточнить 5, 6 цифр.
Они пока приведены со слов Беляевой.
Она возлагает на Вас
вину за приписки в
нарядах с июля по сентябрь.
Вот, ознакомьтесь.
Вы мне зачитывали на прошлом допросе.
Да, и тогда Вы собирались
опровергнуть ее показания, так?
Не слышу ответа.
Все верно говорите,
гражданин следователь.
Так что же Вы, Василий Сергеевич,
будете опровергать?
Как хотите, как проще.
Я ж не простоту ищу, а правду.
Убедите меня, что Беляева лжет.
Июль
и половину августа я
провел на втором участке.
Там вели срочные работы
и был приказ по тресту
что все сроки под мою
личную ответственность.
На первом и четвертом участке
в это период времени я не был,
и нарядов не закрывал.
Когда был приказ?
Когда?
В конце мая.
Так, приказ действительно есть.
Но вот здесь наряды,
подписаны Тобольцев.
Рука Ваша или нет?
Моя, гражданин следователь.
Подсунули среди
других бумаг.
Подписал не глядя.
К концу месяца накопилось много
текущих документов.
Совсем худо Вам, Василий Сергеевич.
Что стряслось?
Вы здоровы?
Да, здоров.
Пал Палыч,
я очень прошу
свидание с детьми.
Сейчас заканчиваю, Пал Палыч.
Паша, а ты все-таки думаешь,
что с ним что-то стряслось?
Черт его знает,
попросил свидание с детьми.
А может просто реакция
на окончание дела?
Пока шло следствие, голова была
занята что сказать, да как сказать,
и до поры человек не думал о наказании.
А теперь разом свалилось все, что ждет,
отсюда и срыв.
Да нет, Зиночка, это
не про Тобольцева.
У него другая тактика выживания.
Чего нельзя миновать, к тому
надо заранее приспособиться.
И никаких иллюзий.
Мы с ним толковали о суде, о колонии.
Он надеялся на условно
-досрочное освобождении,
внутренне он уже
перепрыгнул свой срок.
Значит, случилось что-то личное.
Ну я бы знал.
Хм,
ну он же все-таки не
герметически закупорен.
Могло проникнуть что-то
со стороны неприятное.
Да все, что с ним
могло случиться плохого,
вроде бы уже случилось.
Жена от него ушла пять лет назад,
уехала с новым мужем куда-то
аж в Каракумы,
дети остались с тещей.
Он что, тяжело переживал?
Да, в общем, приспособился.
Теперь у детей практически
только отец и бабка.
А дети маленькие?
10 и 7.
Но с ними-то все в порядке?
Попросил свидание,
значит, живы-здоровы.
Значит, есть женщина,
которую он любит.
Которая, к примеру, изменила, нет.
Такой серьезной женщины для него нет.
Готовы, Пал Палыч?
Ох, наконец-то.
Спасибо.
Спасибо, Владислав Евгеньевич.
Ну, счастливо, братцы.
Да.
Знаменского?
Сейчас, посмотрю.
Паша! Тебя!
Да, слушаю.
Прямо сейчас?
Хорошо, везите.
Тобольцев.
Два дня назад я вызывал его на допрос,
теперь вдруг ему срочно
понадобилось меня видеть.
Ты недоволен, я подожду тебя внизу.
Извини, Шурик, занят.
Что, опять буксуешь в тех же дебрях?
Угадал, опять Тобольцев.
Ой, лирик.
Счастливо тебе.
Товарищ майор, арестованный гражданин
Тобольцев по Вашему приказанию доставлен.
Разрешите идти?
- Идите.
- Есть.
Здравствуйте, Пал Палыч.
Здравствуйте, Тобольцев.
Проходите, садитесь.
Слушаю Вас.
Вы собираетесь сообщить
новые обстоятельства по делу?
Нет.
Пал Палыч, я убил человека.
Вы убили?
Это кого же?
Фамилии я не знаю, то есть
я тогда не знал.
Странные вещи с Вами происходят,
Василий Сергеевич.
Сядьте, сядьте.
Постарайтесь успокоиться.
Ребята приезжали?
Да. Вчера.
Поглядел, простился.
Почему простился?
Потому что вряд ли теперь увижу.
Ну хорошо,
выкладывайте.
13-го сентября
примерно в 7:30 вечера
я зашел в винный магазин
на Таганской улице.
Чтобы выпить.
Там ко мне привязался
незнакомый человек.
Полный такой, в черном плаще.
Из магазина он вышел домой,
и все что-то говорил,
но я его не слушал.
Чего, не пишите протокол?
Успеется, дальше.
Гражданин, который ко мне
привязался, мне надоел,
я старался от него отделаться.
Тогда он мне стал грозить.
Достал бумажник, совал мне
в нос какие-то документы,
что он начальник был, ну, и прочее.
Да я разозлился и ударил его.
А он упал.
Я ушел.
Все, а он там же и умер.
- А с чего Вы взяли?
- Потому что он умер.
Место, где это произошло?
В Товарищеском переулке.
Здравствуйте, майор
Знаменский из следственного.
Будь те добры,
посмотрите, пожалуйста,
у Вас зарегистрировано
нападение на мужчину
вечером 13-го сентября
в Товарищеском переулке?
Хорошо, жду.
Вы что,
мне не верите?
Да, да, слушаю.
Так.
Так.
Обнаружен труп Киреева Д. Т.,
64-х лет.
По заключению судмедэксперта
причиной смерти явился удар по голове,
вызвавший разрыв сосудов части мозга,
пораженной недавно перенесенным
Киреевым незначительным инсультом.
Подозреваемый был задержан дружинниками
при попытке ограбить тело потерпевшего,
- однако...
- Так.
Когда?
Его фамилия?
И кто ведет дело?
Спасибо.
Вы правы.
Тот человек умер.
Да, не знаешь, где она
подстережет тебя, стерва безносая.
Слушайте, Тобольцев,
откуда взялась вся эта дичь?
Да не обременяйте себя, Пал
Палыч, мне все равно хана.
Итак, он упал,
- а Вы сразу ушли?
- Да.
Тихо, мирно, потопали себе дальше?
Да, такой вот перед Вами подлец.
А сегодня, 11-го декабря,
вдруг решили покаяться?
А я больше не мог.
Заела совесть,
что за мое преступление
сидит невинный парень.
Да если Вы сразу ушли,
Василий Сергеевич,
откуда Вам было знать,
что человек умер,
и что потом кого-то арестовали?
Парень уже месяц со мной сидит в камере.
Старший следователь Знаменский.
Здравствуйте.
Будьте добры,
список содержащихся в 31-й камере.
Бурный вечерок.
Сюрприз за сюрпризом.
Такая уж моя судьба.
Так.
Последнюю фамилию повторите,
пожалуйста.
Спасибо.
Распорядитесь.
Подследственного Тобольцева
по возвращению с допроса
переведите в другую камеру.
Да, пока распорядитесь, чтобы
из 31-й забрали его вещи.
Все.
Переселяете меня?
Одному делу вместе находиться нельзя.
Разве Холина не выпустят?
- Здравствуйте.
- Добрый день, Пал Палыч.
- Раздевайтесь.
- Спасибо.
Проходите.
- Здравствуйте.
- Здрасьте.
Сегодня в допросе примет
участие еще один следователь.
Пожалуйста.
- Очень приятно.
- Ну, за приятность не ручаюсь, Холин.
Расскажите,
что произошло 13-го сентября?
Черный день в моей жизни.
Ну представьте,
иду по улице, хорошее настроение,
хороший вечер, хорошие сигареты,
зашел в подворотню, чтобы бросить
окурок,
вижу, лежит человек у стены.
А в первом варианте
Холин заметил лежащего
проходя мимо по переулку.
Мы на месте проверили,
это сделать невозможно.
Вот тогда возникла деталь
с окурком и подворотней.
Я упустил сначала эту мелочь.
О чем она говорит,
только о том, что
есть привычка не сорить на тротуар, а
воспитанный человек поймет.
- Продолжать дальше?
- Да, разумеется.
Столько раз повторял, что
выучил, заучил,
как в лесу родилась елочка.
Ну, значит, я увидел
лежит мужчина, рядом валяется
бумажник с документами.
Ну я решил, что человеку
плохо и подобрал
бумажник, чтоб не пропал.
Хотел бежать за помощью, как
вдруг появились два
парня дружинники,
вот так вот я был
задержан на "месте преступления".
Между прочим, гражданин
Холин забыл добавить, что
при появлении дружинников
он бросил бумажник,
а по дороге в милицию сбежал,
и два месяца скрывался.
Зачем мне нужен чужой бумажник?
А убежал,
знаете,
в такой ситуации любой испугается.
Вот представьте,
парни вообразили бог знает что,
в моих объяснениях сомневались,
а бумажник считали
железной уликой.
Побег очень против Вас, Холин.
Да я думал,
переждать время, пока утихнет шум.
Я ж не думал, что все так серьезно.
Я когда побежал, я
я ж не знал, что он мертв.
Я же не знал.
Вы верите, я не знал?
В это, пожалуй, да.
Наконец-то нашелся человек,
способный верить.
Я догадываюсь, зачем Вы пришли.
И кто Вы.
И Вы понимаете, что я догадываюсь.
Ну зачем притворяться, Пал Палыч?
Ну хорошо, не будем притворяться.
Я пришел, чтобы понять
поведение Тобольцева.
Вот если бы Вы согласились
кое-что разъяснить.
Собственно, я готов.
Как развивались Ваши отношения с ним?
Видите ли, началось все случайно.
Мне было очень тяжело,
Тобольцев казался симпатичнее других, и
я поделился с ним своей
бедой.
Он расспросил, выслушал,
потом как-то сразу
замкнулся, помрачнел, и вот однажды
он мне во всем признался.
Я умолял его спасти меня,
вот, вчера,
он наконец решился.
А как он Вам признался, в каких словах?
Ну, что его заела совесть и
- все такое.
- А как он изложил суть преступления?
Постарайтесь текстуально.
13-го сентября вечером
Тобольцев зашел
в магазин выпить на Таганской улице,
там к нему привязался незнакомый человек,
полный, с усами, в черном плаще,
и позже на Товарищеском
переулке у них вышла
- ссора.
- В черном плаще.
Помнится, он сказал в синем.
Как это в синем?
Да нет же, в черном.
Что же это, перепутал, подонок.
Не Вам ругать Тобольцева.
Холин.
А Вы считаете, я должен его благодарить?
Он кого-то ухлопал, а я вот тут мучайся.
Еще неизвестно, почему он
этот бумажник-то не спер,
может я его спугнул?
А в бумажнике были деньги?
Откуда я знаю.
Вообще не имею привычки
копаться в чужих вещах.
Я беспокоился, как
человеку помочь, а Вы
Да я ничего,
а насчет цвета плаща, не исключено,
что Тобольцев и впрямь перепутал.
Да нет, кажется, я сам
перепутал, черный плащ.
Скажите, беседа с Тобольцевым
состоялась утром?
Вечером.
Давайте восстановим картину
во времени и пространстве.
Раз мы были
вдвоем, двоих увели на допрос,
очевидно, утром или
после обеда.
Вы при этом стояли, сидели у стола?
Вероятно, сидели.
И с чего Тобольцев начал?
Собственно,
вряд ли я вспомню.
Хоть некоторые фразы должны
всплыть, если Вы сосредоточитесь?
Нет.
Я разволновался в тот
момент, все смешалось.
Очень жаль, если
Вам это важно?
Число помните?
Вероятно, с неделю назад,
дни в камере так сливаются.
Мы же встречались с Вами
на этой неделе, Холин.
А Вы ни разу не заикнулись
о Тобольцеве, почему?
Ну я же не располагал уликами,
чтобы его обвинять.
А он колебался,
Тобольцев должен был морально дозреть.
Кто там?
Это я, Семен.
Ага.
Сейчас, Семечка.
Ну?
- Как?
- В порядке.
И все-таки удивительно.
Для безвинно арестованного
Вы держитесь на редкость тихо.
Уже месяц в заключении,
и ни жалоб, ни писем,
в какие-либо инстанции.
Что за неестественное смирение?
Если Вы действительно невиновны.
То есть как это действительно?
Показания Тобольцева,
Может его отсадили от меня на попятный?
- Он сказал, что он был пьян?
- Да.
- А сказал, что ударил по голове?
- Да.
А сказал, Киреев упал,
так и не поднялся, конец.
Сказал.
После этого Вы говорите
да еще намекаете, будто это
улика против меня, что я не жаловался.
Ловко Вы все перевернули.
Человек верит в правосудие, верит что
оно способно, а Вы вон как!
Убийцу выгораживаете?
Считаете, нашли несмышленыша?
Ничего, я буду жаловаться,
я Вас всех выведу на чистую воду!
Я требую освобождения!
Товарищ сержант,
арестованный больше не нужен.
Идите, Холин.
Ничего.
Я буду жаловаться.
Этот наглец
состоит из самообожания, самомнения,
и самосохранения.
Однако при нынешнем положении вещей,
и при помощи опытного адвоката.
Да, дело осложняется.
Ох уж этот Ваш Тобольцев.
Правильно, молодец.
Да, твоя задача какая?
Натали и Маришу.
Точно.
Ну а мои две птички
-ласточки уже завернуты.
Да, в машине ждут.
Папуля,
съедешь?
- Собираюсь.
- Спасибо тебе.
Да, по высшему разряду.
О чем ты говоришь?
Как договорились, на угольке, да.
Ну, естественно,
8 путевок я уже застолбил.
Да, все правильно.
Нет, в новом здании,
естественно.
А от тебя требуется только одно.
Посольство и с винтом.
Ну, что мамуль?
Ой, подожди, Сема, подожди, ой.
Да.
Ну как договорились, обнимаю.
Какое счастье, Сема.
Вадик снова будет дома.
Возблагодарим судьбу.
Благодарить надо меня.
И Киру Михайловну.
Ну, знаешь ли,
Кира Михайловна свое получила,
и еще получит.
А для тебя, Сема,
должно быть
вознаграждением само освобождение
Вадика.
Еще бы.
Кому охота писать в анкете,
что твой брат судим?
Сема, ты циник.
И это счастье, мамочка.
Идеалист пальцем бы не шевельнул,
чтобы расхлебывать Вашу кашу.
Боже мой, что за выражения?
Ну что такое "Вашу кашу"?
Ну а чью же?
Боря.
Борь, ну чего ты сразу не отвечаешь?
Мамуль, организуй
что-нибудь перекусить.
Ой, сыночка.
- Сейчас, сейчас.
- Боря!
Я забыл, два на три или три на четыре?
Да.
Ну, очень просто,
придешь в магазин
к директору,
и скажешь от Холина,
ну конечно.
Кстати, ты не забыл мою просьбу?
Нет, ну что обещал?
Спасибо.
Ну до встречи.
Семочка.
Семочка.
Кстати, если бы Вы поменьше возились
с Вашим возлюбленным Вадиком.
Да ну, ты знаешь, как часто мы
бывали с ним строги, ну милый.
Конечно, когда эта лапочка
Вы скрывали от него эти ботиночки,
когда он собирался на очередную пьянку.
А потом
когда он попадал в беду,
его вызволяли всеми средствами.
Ну что, отдать на поругание
собственную кровь?
Да.
А потом носились с ним,
как с писаной торбой.
А с тобой, скажешь, не носились?
Носились.
Мы за уши тебя тянули,
устраивали в институт,
нанимали репетиторов,
и все твои покровители, Сема,
жуют папиными зубами.
За твое здоровье, мамочка.
Спасибо.
О Господи, ты куда?
Мне надо примерить мост
директора магазина "Ковры".
Спасибо, папа.
Как?
Ты уйдешь сейчас,
когда у нас такая радость?
Сема, ну.
Рано еще ликовать,
мамочка,
ведь письмо получено не для того,
чтобы перечитывать его на ночь.
А что?
С ним надо идти в органы.
В органы?
Отец, ты слышишь, надо идти в органы.
Сема, что такое?
Мама, надо идти в
органы, тебе или папе.
- Мне?
- Ну.
Отец.
Отец.
С этим письмом
надо идти в органы.
Оставь меня, хватит того, что я плачу.
Семе нужна квартира - я плачу,
у Вадика неприятности - я плачу,
Семе нужна машина - я плачу,
я плачу, я плачу, я плачу, я плачу!
Зубными мостами, которые я сделал
я вымостил детям дорогу в жизнь,
а куда они по ней придут,
это меня не касается.
Примерно в 7:30 вечера
я зашел в винный магазин на
Таганской улице, чтобы выпить.
Там ко мне привязался незнакомый человек,
полный такой, с усами,
в черном плаще,
из магазина он вышел вместе со мной.
И что-то все говорил,
а я его не слушал.
- Вы не пишете протокол?
- Успеется, дальше.
Гражданин, который
привязался, мне надоел,
а я старался от него отделаться,
тогда он стал мне грозить,
вынул бумажник,
и совал в нос какие-то предметы,
вроде он раньше был начальником,
ну, и прочее.
Тогда я разозлился и ударил его,
он упал, а я ушел.
Все.
А он там же умер.
С чего Вы взяли?
Потому что он умер.
Ну вот, дальше в том же духе.
Считаешь, лжет?
А по-моему,
правду рассказывают иначе.
Тем более, такую наболевшую.
Тут одни голые фразы,
совершенно без интонаций,
как будто вызубрил по бумажке.
Ну, вообще, среди уголовников,
такое не в диковину.
Какая-нибудь шестерка
вешает на себя тяжеленный
жернов, чтобы прикрыть туза.
Ну а шестерке приказано,
ей обещано.
Ну, Холин для Тобольцева не туз.
А что такое Холин?
Гладенький, красивенький,
морально испорченный,
не слишком умен,
но хитер, бесспорно,
прямо кожей чувствует опасность.
А кроме того,
воспитанный мальчик,
наверно, нравится девушкам.
Да.
Сейчас, минутку.
Тебя.
Да, пришел уже?
Тыльцов Валентин Тимофеевич, да?
Хорошо, пусть ждет,
я минут через 10 буду.
Слушай,
а если совсем просто?
Подкуп?
Ну давайте обсудим.
Тобольцев очень ценит свободу
Любит ребят.
За его грехи причитается года два, три,
Что же, ради денег принять
чужой позор и большой срок?
Не так уж он корыстолюбив.
А махинации с нарядами от бескорыстия?
Он втянулся по слабодушию.
К концу месяца малосильная
бригада села не мель,
пришли женщины, ревут, обещал
помочь, дальше - больше,
кроме того он имел незаконную
прогрессивку и прочее,
но дышал не этим.
По-моему,
то что с ним сейчас происходит,
причина спрятана где-то глубоко.
Связь, какая связь?
Между ним и Холиным
должна существовать связь,
- четкая и доказуемая.
- Вот!
Потому что если ее не найти,
остается поверить,
что их судьбы действительно скрестились.
Так, ну, ну.
Сначала над телом Киреева,
и второй раз в камере.
Смотрите,
Тобольцев узнает, что по его вине
один человек умер,
и второй - незаконно арестованный,
и находится рядом.
Как живой укор.
Следует острая душевная борьба,
невыходы на допрос,
и наконец, решение покаяться.
И в результате убийство с целью
ограбления очень удобно
делится на двоих.
Тобольцеву, как сказать,
- убийство случайно,
Холину -
неверно истолкованная попытка
помочь потерпевшему.
- А ты в это не веришь.
- Нет.
Следовательно, связь,
надо искать связующие звенья.
Шурик, займешься?
Паша,
ну ладно.
Когда был убит Киреев?
Киреев убит 13-го,
Тобольцев арестован 16-го.
Вот, ориентиры во времени.
А кстати, на что польстился Холин?
Киреев выиграл 500 рублей
по 3-х процентному,
ну и сразу побежал отметить.
А по словам кассирши сберкассы,
возле него вертелся парень,
очень похожий на Холина.
Но на опознании она засмущалась,
такой, говорит, молоденький,
не возьму греха на душу.
Ясно.
Наука примолкла?
Ну а что я могу?
Вся работа проделана
три месяца тому назад.
Хотя знаешь, если
следователь Холина не возражает,
я бы посмотрела тогдашние документы
- под новым углом.
- Очень хорошо,
Зиночка, я тебе завтра все приготовлю.
Ну а я хочу прощупать
Тобольцева вдоль и поперек,
на деталях, которые
подлинный убийца обязан знать.
Вы знаете, что я звоню
товарищу Знаменскому,
но там никто не отвечает.
- А Вам он не звонил?
- Нет.
Не звонил.
Ну не напирайся же,
извините, значит, он не пришел, да?
Наверное, нет, подождите.
Ну конечно, подожду.
- Вот теперь, пожалуйста.
- Спасибо.
Позвоните, пожалуйста,
товарищу Знаменскому,
может быть, он пришел, он ведет
дело моего сына,
- пожалуйста, я Вас очень прошу.
- Хорошо.
Товарищ Знаменский?
К Вам пришла гражданка Холина.
Ну, она говорит, что Вы
ведете дело, связанное с ее сыном.
Да, да, да.
Хорошо, выписываем.
- Пожалуйста.
- Спасибо.
- Ой.
- Что ой?
Скажите, пожалуйста,
как пройти вот в эту комнату?
Вот пройдите здесь и подымитесь
на пятый этаж по лестнице.
Ага, спасибо.
- Ну что?
- Ну все, иду.
- Давай, я тебя в машине жду.
- Хорошо.
Сема.
Опять забыла, как его зовут,
этого, Знаменского.
Мамочка, Павел Павлович.
Господи, так просто, Павел Павлович.
Мама, иди.
Ну ладно, сынок, я пошла.
- Пожалуйста.
- Спасибо.
Молодой человек, извините, пожалуйста,
где у Вас 589-я комната?
Это, пожалуйста по коридору и налево.
Спасибо.
Войдите.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Вы Павел Павлович, да?
- Да.
А я мать Вадика.
Боже мой, вот таким,
Вы знаете,
в точности таким я Вас
и представляла.
Разрешите присесть?
- Присаживайтесь.
- Да, спасибо.
Нет, я с Вашего позволения.
Но дело Холина веду не я.
Когда касается судьбы ребенка,
мать не станет
считаться с формальностями.
Материнское сердце
- пропуск в любой кабинет.
ну как я могла не придти к человеку,
от которого сейчас все зависит.
Извините, Ваше имя отчество.
Ирина Семеновна.
Так вот, Ирина Семеновна,
от меня ничего не зависит.
Ой, Павел Павлович,
я столько слышала о Вашей отзывчивости,
Вы добрый,
Вы не отвернетесь от материнского горя.
Ну, при всех своих достоинствах,
я не имею права разрешить Холину
даже внеочередную передачу.
Боже мой, как Вы официально,
Холин, если б Вы
только ближе знали Вадика,
конечно, это
моя кровь и я немножко пристрастна,
но Вадик такой
обаятельный, он...
Да? А в институте его не любили.
Это
Вы насчет
комсомольской характеристики?
Зависть.
Я уверяю Вас, зависть.
Вадику не прощали, что
он талантлив и умен.
Этого не прощают,
Павел Павлович,
Вы, очевидно, это знаете по себе.
Прошу прощения, Ирина Семеновна,
мы нисколько не приблизились
к цели Вашего визита.
Ну, хотелось немножко
рассказать о Вадике, чтобы Вы
поняли его жизнь до того,
как с ним случилось это несчастье.
То, что он убил человека, Вы
называете "несчастьем с Вадиком"?
Павел Павлович,
боже мой, так ведь
уже точно известно, что
не Вадик убил.
Кто же?
Как кто, ну, разумеется, Тобольцев.
А откуда подобные сведения?
Из его собственноручного письма.
Сейчас, минуточку.
Слава богу.
Вот, пожалуйста.
Как Вы получили письмо?
Ну, вынула из почтового ящика.
- Когда?
- Вчера утром.
- Можно взглянуть на конверт?
- На конверт?
Сейчас,
о Господи,
видно не взяла,
а,
Вы знаете, я его поищу дома,
но вообще,
вряд ли он сохранился.
Он был надписан тем же почерком?
Что, конверт?
Ну, я спрошу мужа, он вынимал
из ящика письмо.
А Вы
недоверчивый, Павел Павлович,
ну, нет, конечно,
таким и должен быть
настоящий следователь.
Таким
бдительным, проницательным,
и вообще
Вы знаете, Вами невольно любуешься,
Павел Павлович.
- У Вас есть мать?
- Есть.
Передайте ей привет от меня.
Она воспитала
замечательного сына,
уж мне-то известно, чего это стоит.
Мы, например, не дали Вадику всего,
если вообще откровенно,
были педагогические просчеты...
- Да?
- Да!
Вот, в детстве, мы его недопитали.
Недо... что?
Ну, недопитали, в смысле
калорийности витаминов.
Ведь для растущего организма
это все, но Вадик рос не один,
старший сын то
то кончал десятилетку,
то учился в институте,
потом диплом,
когда решалась его будущая
карьера, нет, нет, да
и отрежешь Семе кусок
пожирнее, а Вадика это ранило.
Он заметит, он требует
себе вдвое, он такой
впечатлительный, он нервный,
Ирина Семеновна,
на конверте был целиком
проставлен Ваш адрес,
или только фамилия?
Я не понимаю.
Почему Вас интересует конверт, ведь
главное - это
содержание письма,
это, так сказать,
основная вещественная улика.
Посмотрим, будущее покажет.
Ах, Павел Павлович,
я вижу, Вы предубеждены против Вадика,
на него наговорили, да,
да, да, да, люди злы,
злы.
Вы знаете, мальчика упорно преследуют.
А он ни в чем не виноват?
Да нет!
Ну нет, клянусь Вам,
Вадик - это же ребенок,
ну, посудите сами,
например, девушка
дарит ему магнитофон,
Он его выменивает у приятеля
на маленький, более дешевый,
но портативный.
И вдруг
шум, скандал, заявление в институт,
моего сына
обвиняют в краже этого
несчастного магнитофона,
а почему?
Почему? Да потому что
девочка
сделала ему подарок
вез ведома родителей,
а потом стеснялась об этом признаться.
Вот Вам, пожалуйста.
Да, а случай с этим,
случай с этим,
этот ужасный случай,
ну, с пишущей машинкой.
Сосед,
сосед дал Вадику на подержание,
потом он попросил его
снести в комиссионный магазин,
потом
спьяну забыл и стал требовать обратно.
- Ну что Вы скажете?
- Ирина Семеновна, простите,
Вы кто по профессии?
Я зубной врач.
А муж мой - зубной техник.
Вы знаете, ему
67 лет,
но он удивительный,
он просто удивительный труженик.
Он что же, не на пенсии?
Он? Да что Вы!
Разве можно?
И вообще,
мы не мыслим себя
без работы.
Мой муж всегда говорит:
"Работа держит человека,
как оглобли старую лошадь.
Убери оглобли, лошадь
упадет и не поднимется".
Замечательный мастер,
Вы знаете, у него золотые руки,
с его протезами люди живут и умирают.
- У меня зубы целые, Ирина Семеновна.
- Очень хорошо.
Объясните, пожалуйста,
каких результатов Вы
ждете от нашей беседы?
То есть как это,
каких?
Вы знаете, даже странно,
я жду
только освобождения Вадика.
Это решает следователь Панков.
Ага.
Значит, Вы тогда должны
передать Тобольцева
в ведение Панкову,
ну, если я правильно поняла
в юридической консультации...
Пока Тобольцев останется
моим подследственным.
Как, Вас не убедило
признание Тобольцева?
Всякое признание нуждается в проверке.
Павел Павлович,
но Вы видели Вадика,
неужели он больше похож на
убийцу, чем этот Тобольцев?
Этот жулик, пьяница,
от которого сбежала жена,
это, это ничтожество,
я не знаю, я же Вам
столько рассказала
о Вадике.
Я же Вам ответила на все
интересующие Вас вопросы.
Мои вопросы, Ирина Семеновна,
были скорее данью вежливости.
Вот если бы я имел
право Вас допрашивать...
Ну?
...я бы задал иные.
Какие?
- Какие?
- Ну, например,
откуда Вам известно,
что я видел Холина?
Почему Вы поверили письму человека,
о существовании которого
не должны были и слышать
до вчерашнего дня?
Как успели собрать о нем
множество сведений?
Где в течение двух месяцев
скрывался Холин и как Вы
поддерживали с ним связь?
О Господи, боже мой!
Ну, я думаю, мне лучше
уйти.
Письмо Вы оставите?
Нет.
Вам я оставлю
фотокопию.
Спасибо.
До свидания.
А Вы знаете, что у Тобольцева
двое детей?
Ну и что?
Рад них я должна
пожертвовать собственным сыном?
Мне очень жаль,
но Вы не способны понять
святое материнское чувство.
Ну прям и прут под колеса, ну,
прям такси, прут под колеса!
Ну всех надо давить.
Всех давить.
Кругом красный свет.
Кругом красный свет.
Справа красный свет, слева.
Отвали!
Ну как, Аскольд, вывернулся?
Да, вывернулся.
Кверху ногами.
Три очных ставки подряд.
Не раскололся?
Ну поди тут не расколись.
Вдоль по Питерской, по...
Исполняю русские народные песни.
Музыка Дунаевского, слова
Ломоносова-Лавуазье.
Ты, Лавуазье!
Отваливай отсюда, а то
здесь кислород перекрою.
Все-таки жалко,
держался, держался.
Да что нам, вон Холин
нам не признается, а что
толку-то, сидит, как миленький.
Ни шиша ему не обломилось.
Да нет, ему как раз шиш обломился,
большой шиш с маслом.
Мамаша в передачах приносит.
Я уже кажется, просил,
меня не обсуждать.
Нашли развлечение!
А ты не лезь в пузырек, Дима,
учись сидеть.
А ему нет надобности учиться.
Ты что, не слышал,
что он говорил, что на
днях на волю выйдет?
И выйду!
Могу доставить в салон для некурящих!
- Инвалидам...
- Ну что за идиот!
Видите, выйду, вопрос дней!
Ну да, вопрос дней.
Просто вчера билетов не было,
а сегодня нелетная погода.
Знаешь что, Аскольд,
Исключительно могу
ездить с любой скоростью.
Слушай, студебекер!
А сейчас отучу тебя паясничать!
Эй, эй, Димка, прекрати!
За драку здесь по головке не погладят!
Прекрати, тебе говорят!
Куда ты, ну, куда бьешь!?
Пижон, ты что,
ты что зря со зла кидаешься на человека?
Ты что, не видишь, что он
на психа тренируется?
А?
Ты не видишь, что он
хочет в больницу угодить,
а не в колонию?
- Да туда ему в колонию и дорога!
- Да?!
Значит нам всем туда дорога?
А тебе одному на волю?
Обратно в институт?
- А там поди, на теплое местечко, да?
- Ну, ладно, ладно, не заводись.
Между прочим, сегодня вторник,
мать колбаски принесет, того, сего.
Пижон!
Утечка бензина.
Ладно, иди, умойся хорошенько.
Врезать бы тебе пару раз.
Аскольд.
Сигареты чьи курить будешь?
Фуфло!
Значит, разговор Ваш при
свидании на том и кончился?
На том и кончился.
Может еще что вспомните,
Прасковья Андреевна?
Ну что ты себя пытаешь?
С кем Василий водил компанию?
Что ты все выискиваешь?
Когда дело-то на Василии,
почитай, кончилось?
Практически да.
Он ничего не таил.
- За чужой спиной он не прятался?
- Нет.
Нет.
Ну раз он честно повинился
и все за ним записано,
чего же еще-то тебе надобно?
Прасковья Андреевна,
Ваш зять в последнее время
начал вести себя несколько
неожиданно.
Ну, словно, что-то его подкосило.
Батюшки-то мои!
Уж не приболел ли он?
То-то он с лица спал
и голос будто чужой.
Господи, Вася.
Ведь он такой мнительный
Успокойтесь, Прасковья Андреевна.
- На здоровье он не жалуется.
- Да?
А вот не произошло ли за последнее время
чего-то скверного?
Ну знаете, бывает,
жизнь немила становится.
Он никому ничего не просил передать?
Никому ничего.
Да и родных-то
у нас, почитай, нету.
Холины Вам кем доводятся?
Холины?
Холины.
Не слыхала таких.
Ну, может быть, друзья
дочери, или сослуживцы?
Да я говорю, сроду не слыхала.
А память у меня, бог не обидел.
- Да.
- Это хорошо.
Прасковья Андреевна,
Ваш зять
сообщил о себе новые факты,
которые следствие вынуждено учитывать.
Новые факты?
И что, хуже-то старых?
- Увы.
И что же,
- срок могут накинуть?
- Могут.
Господи!
А как же я?
Ведь ему срок - и мне срок.
Ну три года я себе назначила,
три года, я бог даст, вытяну,
а коли больше...
Успокойтесь, Прасковья Андреевна,
можно еще кое-что изменить.
Вот, мне кажется, Вы
чего-то недоговариваете.
Скажите, не водилось ли
за Тобольцевым чего дурного?
Да что ты, что ты!
Василий человек хороший, душевный,
и он ко мне-то как к матери родной.
А отец,
так таких поискать надо.
Он сердечную
ответственность за ребят имел.
Ну конечно, Вы считаете его
за преступника, а вот, по-моему,
Вася сел за бумажки,
которых расплодилось черт знает как.
И вот каждую эту бумажку
можно повернуть и так и эдак,
вот Вы и повернули.
Если Вы Василия засадите надолго,
так что с детьми?
Ой, не хотим его надолго
засаживать, не хотим, за то и бьемся.
При твоей-то должности,
нет никакого резона за Василия биться.
Есть резон, Прасковья Андреевна, есть.
Есть резон биться, и мы добьемся.
Мы добьемся, Вы поверьте мне.
В мое честное слово.
И ради блага Тобольцева,
скажите мне то, что Вы не договорили.
О свидании с ним.
Ну, смотри,
если что
не человек ты будешь.
На работе
Васю любили,
он бывало много кому помогал,
вот и решили люди тоже помочь в беде.
Собрали на ребят большие деньги,
3 000 рублей,
но я их не касаюсь,
у меня пенсию носят,
потом, вот, с прошлого месяца,
я начала тут по соседству
в одну семью ходить,
там прибрать что, помочь, купить,
платят хорошо,
так что ребята у меня сытые,
в милости я не нуждаюсь,
и думала я их отдать.
Кому?
Да не знаю.
Сказала Васе.
А Вася говорит: "Бери, мать!
Это дело моей совести".
Вот тогда я их и взяла.
Сумму назвали, Прасковья Андреевна?
Конечно, само собой.
Он обрадовался?
Да не очень.
Ну, удивился?
И тоже, вроде, не очень.
Ну, от кого Вы их получили?
Перевод пришел по почте.
Да, вот, до этого
мне женщина какая-то
звонила по телефону,
и сказала,
что от благодарных, мол, сослуживцев.
Ясно.
Прасковья Андреевна,
вот Вам мой телефон,
и если какая мелочь новая,
звоните,
а о том, что я был здесь у Вас
ни другу, ни врагу.
- Ладно?
- Хорошо.
Ну, спасибо, спасибо.
Проверю напоследок Вашу
память, Прасковья Андреевна.
Чем занимался Тобольцев накануне ареста?
А ничем.
Ну а все-таки?
Да он все три дня дома просидел.
- Так.
- Ой, нет, вру.
В воскресенье ребят водил в кино.
В понедельник он на работу не
пошел, вроде как отгулы,
ну, подсобил мне в стирке, и вообще
целый день, вот, не знал,
как мне угодить, сердечный.
А во вторник, 16-го, его и взяли.
Ну а 13-го он с кем-то выпивал?
Что же, с сынишкой, что ли?
Он вообще за эти три
дня ничего не выпивал.
- Ясно.
- И из дому не выходил.
- Значит, неверные сведения.
- Ну, может быть.
Спасибо, Прасковья
Андреевна, извините, еще раз.
До свидания, да не провожайте, я сам.
Ниночка, добрый день.
Ой, Пал Палыч, Вы!
Здравствуйте.
Опять на месте, это
замечательно, как диплом?
Защитила, и даже с отличием.
Ну, поздравляю от всех
наших, и куда дальше?
Да вот досиживаю последние недели.
А, просто еще не решила,
можно придти посоветоваться?
Ко мне?
Конечно, буду ждать.
Спасибо.
Дальнейшие сопровождения,
товарищ сержант, излишни.
Во,
товарищ следователь, здрасьте.
Здрасьте.
Вы - туда, я - отсюда.
Как говорится, на свободу
с чистой совестью.
- Вижу.
- Не рады, да?
Тогда закройте на меня глаза.
- Вадик!
- Мама!
Золотко мое, на!
Ой, здрасьте, Пал Палыч.
Как мило, что Вы
тоже Вадика встречаете?
Скорее, провожаю.
А, ну, хорошо.
Пойдем, Вадик.
Вперед.
- Здравствуйте, Пал Палыч.
- Здравствуйте, Тобольцев.
Имеются две психологические задачи.
Номер первый.
Человек послу мучительной душевной
борьбы сознается в преступлении.
Обычно, он растормаживается,
скидывает с себя долю тяжести,
а Вам, я смотрю,
ничуть не полегчало.
Номер второй.
Вы ни разу не поинтересовались,
что мне за это будет?
Хотя по поводу приписок
срок Вас волновал чрезвычайно.
Молчите.
Собственная судьба Вам безразлична,
тогда порадуйтесь за Холина,
сейчас столкнулись в проходной.
- Отпустили?
- Отпустили.
Свеженький, побритый.
Не наблюдаю восторга.
Он Вам будто личный враг?
Он всем свету враг.
Ладно, давайте работать.
Никаких деталей Вашего
признания Холину не вспомнили?
Допустим, он лежал на полу, или
от счастья парил в воздухе?
- Злитесь Вы нынче.
- Злюсь.
Состоялся ошеломляющий разговор, и оба
собеседника дружно забыли,
как он состоялся.
В магазине на Таганке
толкалось много народу?
- Обыкновенно.
- Пиво было?
Откуда оно вечером?
Пол очка в Вашу пользу,
вернее, в пользу Холина.
Я Вам покажу несколько фотографий,
узнаете, которой Киреев?
Нет, я не вспомню.
Туго Вам придется на суде.
Мне, Пал Палыч, будет все равно.
Мать Холина нанесла мне визит,
подарила копию трогательного письма.
Глубоко раскаиваюсь
в своем ужасном поступке,
не сплю ночей от
сознания вины перед Вадимом,
хочу загладить перед Вами...
Считал долгом
попросить прощения у матери.
А не логичнее ли было просить
прощения у семьи Киреевых?
Там оплакивают отца, мужа,
деда пятерых внуков.
Как Вы передали сию
исповедь минуя администрацию?
Лишнего врать не хочется.
А правда навредит человеку,
который тут ни причем.
Пал Палыч,
а какая мать у Холина, любит она его?
До полной бессознательности,
в лепешку готова.
Мораль проста,
чтобы накормить своего волчонка
нечего жалеть чужих ягнят.
Ну что же, я для своих
тоже готов в лепешку.
Для детей не грех.
А кстати, что это
за история со складчиной
в их пользу?
Теща проболталась?
Понимаю, куда Вы клоните.
Кто же я есть в Ваших глазах-то?
Что, по Вашему продался, да?
У меня дети растут,
им отец нужен.
Какие деньги отца заменят?
Если...
...Пал Палыч...
...если бы тут судьба заела.
Значит, старый добрый
вариант, заела совесть?
- Заела.
- И гложет раскаяние?
Гложет.
И убитый Киреев в глазах стоит?
Стоит.
Ну что ж.
Проверим.
Будьте добры, Тобольцев, покажите
место, где Вы совершили убийство.
Вон там, у подъезда.
Подойдите ближе.
Понятых прошу.
Где упал Киреев?
Ну,
вот тут, под козырьком.
Как лежало тело?
Поточнее, пожалуйста.
Куда головой, куда ногами,
на спине, на боку?
Лицом вниз.
Параллельно стене или под углом?
Нетрезвый я был.
Ну, ну вот так вот.
Место происшествия имеет прежний вид?
Чего-нибудь не хватает или
есть что-нибудь лишнее?
Ну?
- Ну где он лежал, я правильно сказал?
- Да не совсем.
А кроме того,
тут кое-что нарочно изменено, и такое,
чего не заметить нельзя.
Эх, Пал Палыч, напрасно Вы все это.
- Подворотня, дом, подъезд.
- Угу, так.
Мусорные баки мы поставили так,
Правильно.
их нужно огибать по дороге к подъезду.
Если бы Холин подошел отсюда,
бросай окурок и незачем заглядывать
в темноту, где лежал Киреев,
тем более, что для этого нужно
огибать баки.
Очень хорошо.
Хорошо, да не совсем.
Сегодня Тобольцев
вдруг подает
письменное заявление.
Так.
- Привет.
- Привет.
Колдуете.
Я рассказываю Зиночке, что после
вчерашнего эксперимента
Тобольцев изменил показания.
Он припомнил, что баков не было.
Ну, значит, есть связь.
Он ухитрился с воли
получить инструкции от Холина.
Есть, Зиночка, есть.
И она у меня в кармане.
- Даже?
- Но сначала вынужден тебя огорчить.
Тобольцев, при всех твоих симпатиях,
куплен, просто-напросто куплен.
Причем, складчина, это все
выдумка, проверил, ручаюсь.
Давай связь.
Непрошибаем, итак,
круг знакомых Тобольцева.
Круг знакомых Холинской семейки.
Пересечение кругов.
Вот оно.
- Гребенюк Кира Михайловна.
- Точно так.
Гражданка Гребенюк, отбывает срок,
работая в медчасти
следственного изолятора.
В прошлом - темная
комбинация с больничными листами.
Семен Холин - брат?
Старший братец,
сослуживец мужа Гребенюк, и еще, Павел,
это график посещений Тобольцевым врача
а рядышком -
даты, когда Гребенюк
имела свидание с мужем.
- Так.
- Что-нибудь просвечивает?
Ярким светом.
Саша, ты сократил гору работы.
Хэ, курган.
Предстоит еще покрутиться в мед-части.
Поедем вместе?
У тебя тоже что-то есть?
Да.
Вот акт экспертизы следов
крови на месте убийства.
Вот видишь, форма капель,
высота их падения,
направление, здесь опять.
В чем же соль?
А соль оказывается в том,
что Киреева ударили дважды.
Первый раз по лицу и не сильно, он
упал на колени и кровь капала из носу,
а затем тянется
дорожка капелек к подъезду,
он сначала пытался убежать,
тут его снова догнали и
ударили уже в висок.
Вот здесь он рухнул окончательно.
Толково.
Зинуля - это голова.
Слушай, ну хорошо, для Холина
это хорошо, его взяли с поличным.
Два, три разу ударил, а вот как
с этим управиться Тобольцев?
Посмотрим.
Ну, Зина, спасибо.
Пожалуйста.
- Вот чтобы ты без нас?
- Не говори, прямо не знаю.
- Ну, в путь?
- Вперед.
- А ты, Зина?
- Ребята, много работы.
К сожалению.
- Ладно, будем держать тебя в курсе.
- Ну, хорошо.
Значит, ты заканчивай с Гребенюк,
а я возьму Тобольцева.
Ладно, а потом сведем.
Не надоело Вам еще возиться
со мной, Пал Палыч?
Надоело, Тобольцев, надоело.
Зато теперь я могу
с уверенностью сказать,
что вся Ваша история
чистейший самооговор.
Я буду стоять на своем.
Не устоите, Василий Сергеевич.
Устою.
Ну хорошо.
Начнем с картины преступления.
Итак, Вы ударили, он упал,
а Вы сразу ушли?
- Так?
- Так.
А вот и не так.
Киреева, оказывается, били дважды,
сначала в подворотне,
потом за ним гнались,
и добили уже во дворе.
Вот акт экспертизы.
А если я его хотел убить?
Понимал, что не сегодня завтра арестуют?
Все вокруг ненавидел, а он мне
под пьянку руку попался,
попадись он мне снова.
Да полно, Василий Сергеевич,
Вы же дома сидели,
помогали теще стирать.
Не выпивали, никуда не выходили.
Это называется алиби.
Оно Вам, правда, ни
к чему, но оно у Вас есть.
Вот показания Прасковьи Андреевны.
Она меня выгораживает.
Откуда ей было знать, что
кому-то важно Ваше поведение,
именно 13-го сентября?
Могла напутать, мог я напутать.
Я ошибся про мусорные баки,
а тогда вспомнил, поправился.
Правильно,
потому что держали связь с Холиным,
через Киру Михайловну.
После выезда на следственный
эксперимент у Вас немедленно заболел зуб,
Вы побежали в мед-часть,
а у Киры Михайловны как
раз подоспело свидание,
ну, естественно, Вы вспомнили,
что раньше баков не было,
и поправились.
Все,
Василий Сергеевич?
Вам остается только объяснить,
почему Вы так рвались в убийцы?
Ни один суд теперь не
признает Вас виновным.
Суд.
До суда
еще дожить надо, Пал Палыч.
Василий Сергеевич,
что за похоронное настроение?
Похоронное и есть.
Узнал случайно,
когда пошел к врачу.
Заключенный Василец.
Заключенный Василец, пройдите.
Ну что, Василец, опять не спим?
Кира Михайловна, дорогая, седьмую ночь.
Ах, бедный мальчик.
Ну, шагай в третий
кабинет к невропатологу.
Водорезов!
Заключенный Водорезов.
Ну все, Водорезов, тормозите,
тормозите, стоп.
Стоп, Водорезов.
Доктор не хочет Вас смотреть.
Это почему же?
А потому что плохо симулируете.
- Это почему же это плохо сим...
- Может быть уже хватит?
Идите в камеру.
А, врачи здесь, понимают они много.
- Плохо симулирует.
- Давай, давай.
- Ты видал?
- Тобольцев.
Тобольцев.
- Вы Тобольцев, да?
- Я Тобольцев.
Так, Тобольцев,
это у Вас с горлом?
Да, привязалась какая-то болячка.
Да, неприятно, такой молодой.
Да какой же молодой,
у меня двое детей уже.
- И дети есть?
- Двое.
Ну и что?
Да нет, ничего, ничего, извините.
Так, Тобольцев, вот, будете
принимать вот эти вот порошочки...
Ну, спасибо.
...после еды по одному.
Спасибо.
Да, Тобольцев, если боли усилятся,
придется увеличить дозу.
Идите.
А что у меня серьезное что-нибудь?
Там, врач, не по-русски она сказала.
Так, ну-ка давайте-ка
я Вас пощупаю сама.
Ага.
Глотните, еще глотните.
- В подмышку не отдает?
- С какой стати в подмышку-то?
Ну в подобных случаях это бывает.
Сейчас посмотри историю болезни.
Так, Тобольцев,
Тобольцев,
я-то ведь человек мрачный,
я врач онколог по специальности,
сюда попала за людскую
подлость, вот и сижу
в регистратуре вместо того,
чтобы делом заниматься.
Так.
Ну что там, а?
Да ничего, абсолютно ничего,
просто простудились, вот и все.
Вы что-то скрываете, а?
А у меня ведь и раньше что-то побаливало.
Черт дернул же меня.
- Слушайте, я должен знать.
- Я не имею право,
понимаете, Тобольцев, не имею право.
Что?
Серьезное что-нибудь?
Что, неужели это
опухоль, что рак, да?
Рак, Тобольцев, тоже бывает разный.
А, у меня что, никакой надежды?
Эту форму пока лечить
еще никто не научился.
- До свидания.
- До свидания, Василий.
Ну и сколько же, это, я
Вы меня толкаете на служебное
преступление, Тобольцев.
Учтите, что об этом никто не
должен знать, ни одного слова.
Месяц, полтора.
Это предел.
Потом все будет как взрыв,
несколько дней, идите.
Если нужно будет что-нибудь
передать близким,
я для Вас рискну.
Ну, ну.
Ну вот.
В пять минут жизнь рухнула.
А об остальном Вы уже догадываетесь.
Ну вот я
силком вырвал у нее правду,
Вы - у меня,
что толку-то?
Вы что,
совсем плохо себя чувствуете,
Василий Сергеевич?
Пока терпимо.
Но ведь Кира Михайловна могла ошибиться.
Так она же не от себя.
Она же историю болезни прочитала.
Передайте майору Томину.
Есть.
Пал Палыч, все это
пройдено, я
пережил, смирился.
Ну, Холин, конечно, погань.
Если так подумать, что я ему продал?
Два месяца за решеткой никому не нужных.
Мне восемь тысяч посулили.
Три сейчас, пять потом.
А детишкам-то
без отца как деньги-то нужны были?
А мои какие заботы,
вспомнить, где кого стукнул?
Вот, перед Вами
стыд держать.
До суда дотянуть не надеялись?
Ни в коем случае, потому
что это детям такое пятно.
Вот, Пал Палыч,
хотели Вы добра,
а последнее утешение-то отняли.
Далась она Вам, эта правда-то.
Здравствуйте, Тобольцев.
Здравствуйте.
Вот, Паша.
Давай.
Входите, Гребенюк.
Эту женщину Вы имели в виду?
Пал Палыч, она не виновата,
она меня пожалела.
Погодите Вы
с рыцарскими порывами.
Садитесь, Гребенюк.
Ваша медицинская специальность?
Забывчивая женщина, просто беда.
Окулист у нас, Кира Михайловна.
Специалист по глазным болезням.
Горло не меньше болит,
Василий Сергеевич?
Зачем Вы сказали Тобольцеву,
что у него злокачественная опухоль?
Что?
Отвечайте, Гребенюк.
Мне так показалось на ощупь,
потом, в истории болезни
записано по-латыни.
Попрошу пальчиком, где здесь по-латыни,
по-английски или
по-марсиански написано рак?
Поняли, Василий Сергеевич?
Вы здоровы, будете жить,
Вас обманули.
Сыграли на Вашей мнительности,
чтобы Вы отчаялись и взяли
на себя чужую мерзость.
Ну, как же это?
Гребенюк добрая знакомая Холиных.
Добрая, но не бескорыстная.
Почем был оценен Тобольцев?
Гадюка ты!
Что ты со мной сделала?
Ты же меня заживо похоронила.
Я детей уже
ух, гад...
Господи!
Жить-то буду.
- Вы когда-нибудь слышали слово совесть?
- Слышала.
Но это понятие не юридическое.
Давайте о юридических понятиях.
Вам оставалось месяцев
пять по старому делу?
А нового не будет, не будет!
Не докажите.
Я ведь у Вас не врачом
работаю, а на побегушках.
Ну мало ли что взболтнула в коридоре?
Этот номер не пройдет.
Вы участвовали в организации
двух преступлений:
укрывательство убийцы и
само-оговор невинного человека.
Ничего я не организовывала,
не докажите.
Гадюка ты.
Неужто жить-то буду?
Кира Михайловна,
Вы самонадеянны.
О Вашем знакомстве с семьей
Холиных людям известно,
бессовестный обман
Тобольцева - очевиден,
а если добавить оригинальную деталь,
что за последнее время
на свидание с Вами
приходил ведь не муж,
а Семен Холин,
я думаю, для начала довольно, а?
Дальше поработаем.
Эй, ты чего?
Паша, чего недоволен, невесел, а?
Ты что, вернул человека к жизни,
снял с него убийство,
разоблачил Холина и компанию
и недоволен?
Вот характер.
Ненавижу, когда приходится
ненавидеть.
- Разреши?
- Ну, конечно.
В честь возвращения блудного сына.
Ой, ой!
Да я так боюсь всегда.
Ты знаешь, Сёма,
когда стреляет в потолок, особенно.
А однажды меня вообще облили...
- Разрешите Вам налить?
- Да, обязательно.
Ваденька, Ваденька,
нельзя один коньяк.
Надо выпить за твое здоровье
шампанского, на.
На, ты мой родный,
ты мой дорогой, ну, за твое здоровье.
Чтобы ты как жил.
За твое здоровье.
Папа, ты скоро там?
Иду, иду.
Ой, хорошо, ну, кушай,
ну, кушай, Ваденька, кушай.
Ну что ты хочешь, на.
На икры, на,
ешь всю, на.
Ты так там осунулся, Ваденька.
Правда, он осунулся, да?
По-моему, мы больше
похудели, пока он сидел.
Можно не стукать челюстями,
когда люди едят?
Скажите, пожалуйста, он у себя
в камере привык к тишине и покою.
Ну.
Вади-к.
Вадик, отец для Вас всю жизнь
с девяти до девяти не разгибая спины
протезы, коронки, мосты.
Да, из золота, которое
техникам давно запрещено
пользоваться на дому.
Нет, он его не ворует,
ему приносят, и он платит.
Ты же оскорбляешь отца.
Ты оставь его.
Он глуп.
Ты куда?
Прошвырнусь проветриться.
Сядь.
Твои прогулки слишком дорого обходятся.
Однажды ты уже вышел,
погулять.
Вместо того, чтобы
отсидеться в тихом месте.
И твоя прогулка, деточка,
окончилась за решеткой.
Припоминаешь?
Мама, он спятил.
Снова хочет меня запереть в 4-х стенах.
Ну, сядь.
Вот, теперь внимательно послушай.
Ты пойдешь в институт,
и возьмешь академический отпуск
по состоянию здоровья.
Да, да.
И затихнешь, как мышка, до суда.
Мамуля, да неизвестно еще чем
все кончится.
Сема.
Сема.
Но ведь он столько перестрадал.
Ну иногда он может развлечься?
Прилично?
Ну, в театр он может пойти?
В театр он может пойти.
Во!
Ваденька, хочешь
я тебе достану билеты
в любой театр, хоть в Большой?
На "Лебединое озеро".
Ну, завтра же.
И мы пойдем с ним вдвоем.
Да мама!
Ну неужели Вы не понимаете, что я
могу насмотреться гораздо больше
того же самого и не в балете?
Тихо, тихо.
Ну неужели Вы не понимаете,
что я не могу сидеть дома,
как инвалид?
А я тебе говорю тихо.
На всякое хотение должно быть терпение.
Ваденька,
ну посмотри ты на Сему,
ну посмотри.
Ведь он же имеет все.
Он добился хорошей должности,
и пожинает плоды.
Добился.
Без Вас он
мочалками в бане заведовал бы.
А ты бы где был,
деточка, без родителей?
А между прочим,
в институт я поступил сам.
Ну ладно, хватит ссориться,
Ваденька,
ведь разговор идет только том,
чтобы ты немножко потерпел.
А я не хочу терпеть,
мне организм не позволяет.
А то припадки будут,
если я стану за прилавок
и начну каждую тетю
обвешивать на двадцать грамм.
Но ведь он же не стоит за прилавком,
он, слава тебе Господи,
старший товаровед.
Какая разница!
Я не хочу пожинать плоды,
я хочу все и теперь,
и не дожидать, пока у меня
на голове плешь засядет.
Зачем ты так, Вадик?
Ведь ты же всех нас любишь.
Люблю?
Зачем вечно клянчить сотню
и смотреть из Ваших рук,
лучше пойти и кого-нибудь
трахнуть по голове.
Ой, Господи.
Ну, деточка, это ты уже сделал.
Все.
Без пошлости.
Для меня существует не то, что можно,
а то, что нужно мне.
За хорошую сумму
и ты ведь кого угодно
стукнешь по голове.
Ой, Вадик!
Вадик.
Ну мы же никогда
ничего для тебя не жалели.
Да, кое-что я от Вас получал,
периодически.
Но когда мне нужны были деньги позарез,
Вам как раз взбрело
на ум меня воспитывать.
И Вы мне показали кукиш.
- Вы сами меня толкнули.
- Ну-ка, ты!
- Ой.
- Что?
Заткнись!
Не хватает еще обвинять отца с матерью.
Ты хоть понимаешь,
во что обошлось, чтобы тебя вытащить?
Да, и еще обойдется ого-го-го!
Да дайте мне половину,
я внесу рацпредложение.
Интересно.
С Тобольцева довольно.
Есть признание, есть письмо.
На следующих выплатах
можно хуже погореть.
- Он поднимет крик.
- Пускай поднимает.
Купите свидетеля.
Очевидца, который
видел все своими глазами.
Надежней,
и дешевле.
А где взять этого очевидца?
- Стоп, мама.
- Сема.
Вообще-то можно найти свидетеля.
Молодец.
Ну иди, только в рамках.
Ой,
отец, отец, ты слышишь?
Оставь меня.
Ну как умный человек.
Я не умный человек,
я не имею на это времени.
Я делаю зубы.
Кому их нужно вставить, пожалуйста,
хоть в три ряда!
Как у акулы!
Не сердись, не сердись, пожалуйста.
Семье нужен твой совет.
Скажи,
сколько с меня причитается?
Ну, я не знаю, Сема.
Я спрашиваю, сколько с меня причитается
за право спокойно жить в своем доме?
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
Вадим Холин?
Да.
Старший инспектор
уголовного розыска Томин.
Мама, к Вам пришли.
Что?
- Добрый вечер.
- Добрый.
Что?
Что вдруг такое, Вадик?
- А собственно, в чем дело?
- В чем дело?
Холин, по Вам тюрьма
плачет в три ручья.
Собирайтесь.
Опять?
Нет, это провокация!
Мы будем жаловаться прокурору!
Вадика законно освободили!
Постановление на арест
имеется в полной форме.
Пошли.
Вадик, не волнуйся,
мы все сделаем.
Подожди.
Вот, сейчас.
Сейчас, Вадик.
Вот тут, курица, Вадик,
яблочки,
я последнюю рубашку, Вадик,
Вадик!
Найми адвоката, Полабина,
да не ори ты.
- Полабина.
- Его очень хвалили.
- Хорошо.
- Поняла? Полабин.
Поняла, Полабин.
Любой ценой
мы освободим тебя, Вадик.
Любой ценой!
Цены на это проставлены
в уголовном кодексе.
Пойдемте, Холин, время расплачиваться.
Проводи.
Наш служба и опасна и трудна,
и на первый взгляд как будто не видна.
Если кто-то кое-где - у нас пароль,
честно жить не хочет.
Значит с ними нам вести незримый бой,
так назначено судьбой для нас с тобой,
служба дни и ночи.
Если где-то человек попал в беду,
мы поможем, мы все время на посту,
ну а если вдруг кому-нибудь из нас
тоже станет туго,
что ж, друг друга выручали мы не раз,
и не раз согрело нас в тяжелый час,
сердце, сердце друга.
Часто слышим мы упреки от родных,
что работаем почти без выходных,
что разлуки нескончаемы порой,
встречи ненадолго.
Только снова поднимает нас с зарей,
и уводит за собой в незримый бой,
наше чувство долга.
Наша служба и опасна и трудна,
и на первый взгляд как будто невидна,
если кто-то кое-где - у нас пароль,
честно жить не хочет.
Значит с ними нам вести незримый бой,
так назначено судьбой для нас с тобой,
служба дни и ночи.
Значит с ними нам вести незримый бой,
так назначено судьбой для нас с тобой,
служба дни и ночи.