рядовой, десантник

Великая Отечественная война его глазами… « Много раз я лицом к лицу сталкивался со смертью, и всегда она проходила мимо. Не  погибнуть, а выжить – это моя судьба. На войну я попал юношей, курсантом военно-технического училища. Наша 99-я воздушно-десантная дивизия участвовала в боях на Карельском, Украинском фронтах, форсировала реку Свирь, дошла до границы с Финляндией, воевали в Венгрии. Здесь, в боях за Будапешт, на побережье я впервые был на передовой. Никак не забываются минуты, когда по счастливой случайности я остался в живых. После полного освобождения Будапешта мы отправились Дуная. Шли ночью. Лил дождь, ветер сносил с ног. Шли, держались за руки, чтобы никто не упал под откос высокой дороги. Вдруг, когда стали подходить к передовой, шальной снаряд упал перед нами – оказалось, наши ошиблись. Благо, вовремя припали к земле. Уже на следующее утро начался бой, артиллерийские снаряды разрывались на лету, буквально у моих ног, но я остался жив. …Дали сигнал красной ракеты о наступлении. Противник вел огонь из орудий, минометов и крупнокалиберных пулеметов. В окопе мы были вдвоем с Ваней Сидоровым. Миг – и он упал: ранило руку, пробило пулей кость. Стоя на коленях, я не обращал внимания на град пуль, я кричал ему: «Ложись в воронку», а солдату рядом – «Вперед!». В эту же секунду разрывная пуля попала ему в голову… Стер полой шинели его кровь со своего лица, побежал вперед. Бегу, ничего не слышу, только вижу других солдат, убитых, раненых. Оглянулся назад: офицер машет: «Ложись!». Я упал в воронку от снаряда, закрыл голову руками. Жду. Поднял глаза: немцы в 200 метрах. Хорошо, была граната … Тогда много и наших полегло. Я остался цел и невредим. … Передышка. Ждали дальнейших команд. Я решил посмотреть, что дальше, за той поляной, где мы расположились. Оказалось, дорога в выемке, на дороге – куча щебня, дальше – тупик. Спустился на дорогу. Вдруг слышу: пули «щелкают» у виска. Залег за кучу щебенки, вижу – в конце выемки фашист ведет огонь по мне. Ответил выстрелами из карабина. Мои выстрелы оказались точнее. Вернулся к своим. Подсчитал потери от прошедшего боя – осталась треть из всех, кто начал его. Убитых хоронили пять суток. … В нашей роте осталось 52 солдата. Через десять дней мы уже шли по территории Австрии. Опять огонь. Я спрятался за бугорком, смотрю, наши отходят назад. Прикинулся мертвым. Враги обманулись. Через несколько минут вскакиваю, чтобы бежать к своим, а их уже нет. Остался в поле один. Думаю, они спрятались в выемке, побежал, и весь огонь привлек на себя. Тысячи пуль – все гнались за мной. Но не одна не зацепила. Значит, жить – моя судьба, еще раз убедился я. … Комроты дал мне боевое задание подорвать движущийся на нас танк, уничтожить его экипаж. Я снял с ремня противотанковую гранату и побежал к кустам. Но, видно, в танке уже заметили и меня, и напарника. Взрыв! Когда я оглянулся, танка уже не было. Напарника я тоже больше не видел. А в 50 см от того места, где я залег, две воронки, снаряды перелетели через меня … Тогда меня сильно оглушило, но я опять выжил. … 13 апреля 1945 года мы подошли к городу Берндорф, который. Как многие города Австрии, находится в низинах между городами. Этот город славен своим консервным заводом. Город прошли без боя, направились глубже в горы. О покое и мечтать не приходилось. Бои – один за одним. Наш земляк, петропаловецГуржеев тогда один взял в плен сразу 18 фашистов. … Выдалась спокойная минутка, я присел у березки, растущей над обрывом, свесил ноги в обрыв, закурил. Дальше ничего не помню. Очнулся – лежу на дне обрыва, ко мне подбежали ребята, спрашивают: «Клименко, ты жив? Как голова?». Поднял голову, говорю: «А что голова, жив, только шапки нет». Мы все поднялись к березке, где я садился, а ее, пятиметровую, с корнем вырвало снарядом. Стреляли наши артиллеристы. Если бы я тогда сидел прямо, не наклонился случайно, то и от меня ничего бы не осталось, да у меня еще две гранаты на поясе висели! Шапка то лежала в березовых щепках. Посмеялись мы тогда и над смертью, порадовались моей удаче. Так и прошел я всю войну, пронес сквозь ее огненные минуты свою судьбу, судьбу – жить. Теперь и самому не вериться, как мне удавалось выживать, ведь от смерти я никогда не прятался. Верите? Указом Президентом Верховного Совета СССР от 26 апреля 1945 года за образцовое выполнение заданий командования в боях с немецко- фашистскими захватчиками, за мужество и доблесть наша 99-я гвардейская дивизия награждена орденом Кутузова IIстепени, а наш 300-й гвардейский стрелковый полк – орденом Кутузова IIIстепени. Я в кровавых боях провел 56 дней и ночей. Когда закончилась война, в нашем батальоне осталось только 50 человек, нам еще доверили охрану лагеря военнопленных. На родину я вернулся в феврале 1946 года, до 1949 года продолжалслужить на Дальнем Востоке. Домой демобилизовался гвардии рядовым, десантником. Как видите, так и не дослужился до генерала, хоть и начал службу в офицерском училище города Фрунзе. Такая, видно, судьба моя. Но что значит генеральские погоны по сравнению с человеческой жизнью!» Свою  старость встретил на родине – село Полудино район М. Жумабаева.

----------------------------------------------------------

Белов Григорий Понтелеевич