гвардии сержант

Павел Дмитриевич родился в г.Санкт-Петербурге, в семье священника, это была патриархальная, многодетная семья. В начале 30-х годов, моего прадеда, как сына священника репрессировали и сослали на спецпоселение в Читинскую область, на золотые рудники, там он и встретил мою прабабушку Валентину Андреевну Скажутину, уссурийскую казачку, также репрессированную в ходе «расказачивания» Приморского края. Осенью 41-го, прямиком со спецпоселения, моего прадеда призвали на фронт, важно заметить, что он не был «лагерником»,он был ссыльным, поэтому и не попал в штрафбат, а поступил в обычную красноармейскую часть. Интересно, что их «учебка» располагалась недалеко от Питера и  вот, правдами-неправдами, во время проезда северной столицы, прадед смог буквально на мгновение увидеть свою маму, которая передала ему ладанку с образом Божьей Матери. Ладанку он вшил в китель, с ней и прошел всю войну. Павел Дмитриевич воевал хорошо, не раз был награжден, но война есть война и уже ближе к Победе он был серьезно ранен. Вообще, ранения для него были не редкостью, достаточно сказать, что в каждой  руке у него было по три-четыре осколка, а на спине была оторвана часть лопатки, но на этот раз, осколок попал в район мочки левого уха и вышел из правой половины челюсти. Двое суток он пролежал раненый на поле боя, где его обнаружила похоронная команда и только лишь по его стонам определила, что он живой. Примечательно, что в суматохе войны, произошло недоразумение и его супруге даже прислали похоронку. Целый год, Павел Дмитриевич, провел в госпитале г.Москвы, перенес множество операций и весь этот год принимать пищу мог только лишь в жидком виде и из чайничка. Время шло, раны затянулись и пришло время возвращаться домой, хотя ему и предлагали остаться на должности коменданта одного из столичный военных общежитий, но дом есть дом. Не смогу я передать, с какой радостью его встречали дома жена и пятеро маленьких детей. Павел Дмитриевич устроился в колхоз, где и проработал до пенсии. О войне, прадед, рассказывал редко. О Сталинграде, который он прошел с самого начала, вообще не говорил, видно туго ему там пришлось, как и всем нашим героическим солдатам. Бабушка рассказывала, забавную историю, как прадед на День Победы выпьет свою фронтовую чарку, построит их и начнет играть на гармони. Музыкант он был великолепный, мог играть на множестве инструментов. К сожалению, ранения давали знать о себе и в мае 1975 г., гвардии сержант, Посин Павел Дмитриевич отошел к Богу. Вообще, мне очень жаль, что я его не застал, но смотря фотографии и читая документы, меня берет гордость за такого деда. Я служил в Армии, но, к счастью, не был на войне и я даже не могу представить, что он прошел за 2,5 года своей фронтовой жизни. Иначе, как чудом Божьим, я не могу объяснить, как он выжил в Сталинграде или при форсировании Днепра, видно благословение матери и ладанка с образом Богородицы хранила его всю войну. Спасибо тебе дедушка, твои потомки живут и на Дальнем Востоке и в Белоруссии, от одного края Родины до другого, посеял ты Жизнь...

----------------------------------------------------------

Рожков Михаил Алексеевич