Полковник

Россия, Томская область, Кривошеинский район, село Володино

Николай Иванович Музыкин – живая история вневедомственной охраны, ее бессменный начальник с 1958 года, имеющий за плечами 28 лет безупречной службы, коллеги ценят его за доброту, мудрость и скромность. У Николая Ивановича интересная судьба. В 1912 году его родители из Гомелевской области приехали осваивать Сибирь. На руках у них был шестимесячный сын. Распределили семью Музыкиных в село Володино Кривошеинского района. Там они построили дом, вспахали землю, завели хозяйств. В семье было шестеро детей. Николай, родившийся в сентябре 1917, был средним. После школы он закончил сельскохозяйственные курсы и работал агротехником–апробатором в Рыбаловской МТС, а в 38 году его призвали в Армию. Служил на Дальнем Востоке в конно-артиллерийском дивизионе. Вскоре толкового солдата Музыкина отправили учиться в полковую школу и назначили командиром орудия. И тут в июне 41 грянула война. Дальневосточный артиллерийский дивизион переформировали в полк и отправили на оборону Ленинграда. Николай побывал в самом пекле войны. В семейном архиве сохранились пожелтевшие листки из походного блокнота: « Перед рассветом 16 апреля 1942 года по всей линии фронта царила необычная тишина. Ни одного выстрела. Бойцы лежали в окопах, тесно прижавшись друг к другу, и глядели в темноту перед собой – там впереди угадывались немецкие укрепления. Ночь была темная, безлунная, с ясными звездами. И вот началось! Как передать ощущения человека в ту минуту, когда ночная тишина разрывается!» И дальше: «Советская Армия поражает мир своим воинским мастерством, самоотверженностью, бесстрашием. Мы должны выстоять и победить». В 42 году Николай вступил в партию. А вскоре был ранен и после госпиталя вновь вернулся на передовую, в штабную батарею 6- го гвардейского стрелкового корпуса второй ударной армии Волховского фронта. Сержант Музыкин прошел всю войну, участвовал в освобождении Украины, Молдавии, Румынии, Болгарии, Югославии, Венгрии, Чехословакии. День Победы он встретил в Австрии. О боевых подвигах Николая Музыкина красноречиво говорят награды: орден Отечественной войны второй степени, два ордена Красной Звезды, медали «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Ленинграда», "За победу над Германией", два ордена Красной Звезды, и еще множество других, а к 55-летию Победы получил звание полковника милиции. В январе 1943 года старшина Музыкин вдруг попал в списки погибших, хотя в личном деле Николая Ивановича по тому периоду нет даже никакого намёка хотя бы на лёгкое ранение. Ошибся фронтовой писарь. А весть о его гибели дошла до Томска и осталась в архивах областного военкомата. Впоследствии его имя попало в 3-й том Книги Памяти Томской области и только в 1997 году в дополнительном, 5 томе Книги Памяти было исключено из списков погибших. В семье Музыкиных воевали трое сыновей. И все они были на переднем крае. Мать Павлина Васильевна молилась за них день и ночь, и ее молитвы защитили детей от шальных вражеских пуль. Все остались живыми. После демобилизации в ноябре 45 года старшина Николай Музыкин вернулся в Томск. И тут он встретил миловидную и обаятельную Валентину. Во время войны дети быстро мужали. Чтобы получать взрослый паек хлеба весом в 400 грамм и этим как-то помогать семье, пятнадцатилетняя Валентина сутками работала на оборонном заводе, выпускающем двигатели для танков и самолетов. Стоя у станка и теряя сознание от голода, три долгих года девушка мечтала о том, как кончится эта проклятая война, отнявшая детство, и она вместе с подругами поступит учиться. Хотелось мира, весны и любви … И вот пришла выстраданная, долгожданная Победа. Наконец–то, Валя стала студенткой топографического техникума. И в ее жизни появился высокий голубоглазый блондин Николай. Но сердце Валентины не дрогнуло при их первой встрече. Молчаливый, сдержанный и очень серьезный он не дарил букетов и не осыпал любимую комплиментами, а познакомился с ее матерью, сестрой и обстоятельно уладил с ними все вопросы, касающиеся их дальнейшей семейной жизни. «А потом он подошел ко мне, - вспоминает Валентина Григорьевна, едва сдерживая веселый смех, - и сказал, что поздно мне отказываться, потому что мама уже согласилась». Вот так она и вышла замуж, больше полагаясь на мамину интуицию и жизненный опыт, чем на собственные чувства. Чувства пришли потом, когда она ближе узнала Николая. Жизнь молодой пары была нелегкой. С тремя маленькими детьми они ютились в однокомнатной квартире в деревянном доме без всяких удобств. Николай, работая в отделе кадров УВД, поступил учиться заочно на исторический факультет ТГУ, а Валентине было все домашнее хозяйство. «Соберу своих малышей мал мала меньше на кухне и говорю им, чтобы тихо сидели и не мешали папе готовиться к сессии. Они хоть и маленькие, но все понимали», - вспоминает Валентина Григорьевна. А еще у Музыкиных был мичуринский участок в Богашево, который они обрабатывали вместе с детьми. Как только ребята немного подросли, Валентина Григорьевна закончила курсы бухгалтеров и работала в сберкассе, потом стала страховым агентом. Общительная, доброжелательная и терпеливая она всегда находила общий язык с клиентами и перевыполняла все социалистические планы. В 1958 году Николай Иванович стал начальником вневедомственной охраны. Какой была тогда охрана? 500 человек и один автомобиль. Одно подразделение в Томске и два в области – в Асино и в Колпашево. Не было никаких технических премудростей. На всех объектах стояли вооруженные берданкой сторожа, и начальник вневедомственной охраны каждую ночь обходил посты. «Я тогда понял, - рассказывает Николай Иванович Музыкин. - что без техники охрана развиваться не сможет. А где ее взять? Самим соорудить». И был создан первый технический отдел, в штат которого вошли два инженера. Они–то и разработали первую в России сигнализационную систему – «звонок громкого боя». Действовал он так: квартира блокировалась по периметру, включая окна и двери, а звонок выводился на улицу. Размеров он был внушительных – как футбольный мяч и оглушительно звенел на всю улицу, когда кто-то пытался обокрасть квартиру: разбивал окна, взламывал двери. На звон прибегали вооруженные сотрудники охраны. Первые 250 «звонков громкого боя» сделали в Тимирязевской детской колонии, и они были очень популярны. А техническая мысль работала дальше, нужно было сократить количество ложных срабатываний. Более сложные сигнализационные системы уже заказывали на заводах. В это время по инициативе Музыкина стала развиваться пультовая охрана, средства охранно-пожарной сигнализации. Если раньше была только сторожевая охрана, то теперь создавали милицейскую, которая должна была круглосуточно патрулировать улицы, предотвращать и раскрывать преступления. Ее стали называть «ночной милицией вневедомственной охраны». Свои отделы открылись в Первомайском, Томском, Зырянском, Кривошеинском, Тегульдетском, Чаинском районах и в Тимирязево. Областной отдел состоял из отделений службы и технических средств, бухгалтерии, группы электромонтеров, юриста. В Министерстве Внутренних Дел оценили работу талантливого томского руководителя вневедомственной охраны. Передовой опыт томской охраны прогремел на всю Россию. А Николая Ивановича наградили, присвоили очередное звание майора … и пригласили на работу в Ленинград «поднимать столичную охрану». Но он не поехал. И даже жене не сказал о таком заманчивом предложении. Он не мог все бросить. Здесь жили его родители, которым он помогал, дети учились в томских вузах, и его главное детище – вневедомственная охрана, которая уже насчитывала более трех тысяч человек, тоже нуждалась в нем. Говорить о руководителе трудно. Ему иногда приходится идти на «непопулярные меры» и принимать жесткие решения. Но начальник областного отдела вневедомственной охраны всегда был очень внимательным к своим подчиненным, и они шли к нему со своими проблемами. «Люди - наша главная ценность» – это заповедь Николая Ивановича. Такое бережное отношение к людям, независимо от должности и звания, он пронес через все 28 лет службы в органах внутренних дел. Работая в отделе кадров УВД и получая от начальника распоряжение уволить сотрудника, например, за появление в общественном месте в нетрезвом виде, Николай Иванович вызывал провинившегося к себе и говорил о долге милиционера, о чести мундира. Если человек понял и искренне раскаялся, то Музыкин на свой страх и риск переписывал приказ, ограничиваясь строгим выговором. За это ему часто попадало от начальника, но он был убежден в своей правоте и всегда говорил: «Если мы будем так разбрасываться квалифицированными кадрами, то только вдвоем с Вами в милиции и останемся». Это было убедительно. И напоследок всегда слышал: «Под твою ответственность». Да, Музыкин не боялся брать на себя ответственность, и люди, которым он помог, не подводили. Возглавив охрану, он проводил ту же политику. «Николай Иванович был прекрасным руководителем. Его все любили. Доброжелательный, интеллигентный, корректный, он никогда не повышал голоса и умел убеждать. Своим подчиненным он не приказывал, а говорил «я хотел, чтобы Вы это сделали», – вспоминает Валентина Ивановна Николаева, которая в то время работала главным бухгалтером. – Он был исключительно честным и порядочным.

----------------------------------------------------------

Деревянкин Александр Дмитриевич