Думаю, в России нет ни одной семьи, которая не потеряла бы кого-либо из родных и близких во время Второй мировой войны. Она коснулась и моей семьи, наложила отпечаток на судьбы моих дедушек. В живых их уже нет, но, к счастью, сохранилась рукопись, написанная участником Великой Отечественной войны- моим дедушкой Владимиром Ивановичем  Емелиным ( 14.03.1924) . Я хочу привести выдержки из его воспоминаний. Не закончены экзамены за девятый класс, война... "Призывной возраст мобилизован, а мы остаемся на местах. Руководство района организовывает отряды ополчения из нас, подростков, и немобилизованных, выдается оружие. Мы копаем противотанковые траншеи, патрулируем улицы в ночное время и т. д. Но по мере приближения немцев районное руководство куда-то исчезает, а мы остаемся сами по себе. Сентябрь- октябрь 1941 года. Немцы оккупируют наш городок, начинаются облавы, аресты, организуется полиция из местных раскулаченных, которые зверствуют хуже немцев, потому что знают каждого. Наша семья подвергается бесконечным угрозам и шантажу. Из дома все, что могли, забрали в дома, где жили немецкие офицеры, так как отец здесь занимался коллективизацией и раскулачиванием, работая в райфинотделе. Спустя некоторое время начинается гонение на евреев, затем немцами была организована облава, и почти все, кто не сумел скрыться, расстреляны за городом. После этого начинается преследование комсомольцев, коммунистов и активистов. В это время мать меня срочно переправляет в Стародуб к своим родственникам, но сначала приходится прятаться в ближайших деревнях у знакомых соучеников. В Стародубе я прожил около полугода, и при очередной облаве был угнан в Германию, в концлагерь Бухенвальд за связь с партизанами, которым мы переправляли продукты питания, оставляя их в условленный местах на окраине города. Это была осень 1942 года. Бухенвальд- это отдельный разговор. Номер мой 1715, там фамилий для русских не существовало, а только номера. И так до половины 1944 года. В это время открылся второй фронт. Американские самолеты начинают бомбить немецкие города Эссен, Бохум, Кельн и т.д. В это время из Бухенвальда набирают команды по 1000-1500 заключенных, которые еще могли что-то делать физически, и отправляют их в эти города для расчистки, тушения пожаров, уборки трупов, заваленных в подвалах и бомбоубежищах, а также для ликвидации не взорвавшихся бомб. Жили в лагере за колючей проволокой. Охрана была в основном из бывших фронтовиков, получивших ранения или увечья на фронте. Эсэсовцев было очень мало. В этих командах заключенные питались гораздо лучше, так как была возможность в подвалах и квартирах достать дополнительные продукты питания и иногда даже неплохие. За какие-то полгода удалось набраться сил и оправиться от всяких недугов (цинга, боли в желудке и т.д.), потому что в Бухенвальде практически не кормили,а только ежедневно били и заставляли работать в каменоломнях. Это был каторжный труд. Под руководством политического заключенного немца готовим побег. Для этого в подвалах были приобретены гражданские костюмы, военная форма ( немецкая) и оружие. В конце января 1945 года во время очередной бомбежки города и самого лагеря, убив охрану, мы втроем бежали из Бухенвальда. Наверное, в эту ночь многим удалось бежать, так как горел весь лагерь. После этого в течение двух-трех недель пешком, на машинах и поездах, переодеваясь то в солдатскую, то в гражданскую одежду, добирались до Восточной Пруссии. Канонада артиллерийских залпов, бомбежки были почти рядом. Переждавший в каких-то сараях в лесу двое-трое суток, мы оказались на территории, занятой нашими войсками. Таких, как я, в этом районе было очень много: угнанные русские, украинцы, белорусы, что работали на заводах и просто у хозяев-немцев. После соответствующей проверки в штабе дивизии я тут же был зачислен в стрелковый полк пулеметчиком. Далее надо было идти на Запад. Пулеметчик поначалу из меня был не ахти какой, но прошла неделя, и я быстро освоился. Не хватало только сил, так как здоровье еще не восстановилось. Недели через две-три стали выходить к берегу Балтийского моря, где были очень тяжелые бои, так как фашистам отступать было уже некуда: море и коса, где они сгрудились и были подавлены артиллерийским огнем, самолетами, танками. Множество техники скопилось на берегу моря. Некоторым удалось бежать на судах, плотах, лодках в открытое море. Все это побоище закончилось в конце марта. После небольшой передышки своим ходом пошли на Германию и к середине апреля вышли в район Франкфурта, откуда пошло наступление на Берлин. Бои были трудные. Пьяные фашисты шли прямо на пулеметные очереди. Приходилось переправляться на чем попало через каналы, речки, а время весенние- грязь и вода. В начале мая, сметая все на своем пути, вышли на реку Эльбу. ДЕНЬ ПОБЕДЫ застал нас в районе Эльбы. Здесь же после одного из боев командующий дивизии лично вручал награды, в том числе и мне- медаль "За боевые заслуги". Но, к сожалению, этим все не кончилось. Наши подразделения еще месяца два выбивали целые отряды фашистов, которые сами по себе не сдавались, так как были вооружены даже артиллерией, из Эльбенских лесов. Были жертвы, гибли ребята, хотя война закончилась. Затем, где-то в начале 1946 года , в основном своим ходом отправились в Россию в город Витебск, весь разрушенный и разбитый. Восстанавливали этот городок, служба шла своим чередом до февраля 1947 года, когда объявили о демобилизации. Все отошло, отгремели, как во сне, все кошмары и ужасы, и скорее домой, хотелось, но вернувшись, я узнал, что дома нет- все сожжено и уничтожено отступивший ордой фашистов. Мать живет на квартире у знакомых, осталась, в чем была одета, когда рыла окопы, так что жизнь начиналась сначала..." Прочитав рукописью задумалась: ведь дедушка был совсем юным,а на его долю выпало такое тяжелое время!  Как он смог это все выдержать и не сломаться? Видимо, он был очень сильным человеком и , как он считал, ходил под счастливой звездой. Впоследствии он окончил техникум и стал классным специалистом- топографом. Всегда был честным и принципиальным человеком. Он прожил долгую жизнь, мы с ним дружили, но о войне он мне никогда не рассказывал, наверное, потому что я была маленькая, или ему было тяжело это вспоминать. Он дожил до 55-й годовщины со дня окончания войны. В нашей семье хранятся ордена и медали, которыми он был награжден. Среди них Указом Президиума Верховного Совета СССР от 11 марта 1985 г. награжден орденом Отечественной войны III степени. Я горжусь свои дедушкой!!!!

----------------------------------------------------------

Егоров Михаил Егорович