старшина

Когда началась война, мой дед готовился к защите диплома в Днепропетровском Химико-Технологическом Институте. Защитил диплом 25 июня 1941г.. В июле, с началом первых налётов, во дворах начали рыть "щели" для укрытия жильцов близлежащих домов. Первое время дед бегал в них вместе со всеми, потом уже не бегал, а ходил. А как-то раз просто встал во дворе и стал смотреть, как зенитки бъют по самолётам. Вернее, как он говорил - пытались бить. Так он и выходил дальше смотреть на самолёты. И в один прекрасный день он так же вышел, и в это время во двор упала бомба. Он упал, потом услышал треск и шипение сверху. Когда поднял глаза - увидел, что в дереве, в паре метров от его головы торчит большой раскалённый осколок. Так смерть в первый раз прошла мимо него. Призван по мобилизации Кировским РВК г. Днепропетровска 3 августа 1941г. (386-ой отдельный легкоинженерный батальон 215-ой моторизованной дивизии). Рядом с военкоматом собрали явившихся по мобилизации, начали спрашивать у кого есть высшее образование. Дед сказал, что буквально вчера получил диплом. Его подозвали и сказали, что офицерского состава крайне не хватает, поэтому ему дадут около 100 человек призывников и инструкции, куда нужно их везти. Собрались, пошли на ж\д вокзал. Добрадись до него оказалось, что поездом выехать из города уже не возможно - пути, железнодорожный мост и часть составов были разбиты во время последнего налёта, на вокзале заканчивалось тушение пожаров. Дед попросил дать машины, т.к. идти было очень далеко - сказали, что свободного транспорта нет. Пошли пешком... Шли несколько дней, по пути остановились у реки помыться. Их догнал обоз с одеждой, привезли форму. Офицер из обоза распорядился всем раздеться, гражданскую одежду сжечь. Разделись, одежду унесли и тут случилась "неприятность" - пятерым бойцам не хватило комплектов формы. Делать нечего, так и пошли дальше, в исподнем. Колонна впереди, а эти бедолаги сзади. В первую ночь шли в "белых одеждах", один из них закурил - через пару минут колонну обстрелял немецкий самолёт. Никто не погиб, а за курение в открытую на дороге в поле курильщика чуть свои же не убили. Дальше помню историю деда очень отрывисто. Запомнилось, что зимой 1941-ого он с товарищами сидел в окопах в гимнастёрках, шинелей не было. Укутывались всем, что попадалось под руку. И всё время отступление и постоянная тревога. Рассказывал, что люди были крайне деморализованны, у всех было ужасное настроение из-за того, что в отступлении видели много убитых, разрушенные дома и предприятия. Дед рассказывал, что большинство солдат пугало то, что они постоянно отступают. Под Ростовым-на-Дону получил лёгкую контузию во время авианалёта. Запомнил в основном про Сталинград. Несколько раз ходили в "штыковые" атаки. Дед тогда был худощавый, с питанием было довольно напряжённо. Как-то скомандывали примкнуть штыки, побежали к немецким окопам через площадь. И тут на деда выбежал немецкий солдат. Немец был в отличной физической форме, выбил ружьё у деда из рук и ударил его штыком в живот. Дед схварился за штык правой рукой, когда тот бил и помимо распоротого живота ему разрезало лодонь. Потом немец ударил деда ногой в грудь, он упал и тот уже замахнулся зарезать его, но тут "мелкий пацанёнок, Ваня Дука" подбежал к немцу сбоку и продкнул его голову штыком. Это была одна из самых ужасных историй, которые я слышал. Хотя дед рассказывал её без тени смущения, а иногда даже с юморком. Видимо, ко всему можно привыкнуть. Позже дед был занят на обеспечении переброски войск в город по высоководной переправе через Волгу. Один из налётов начался непосредственно при переправе, мост был повреждён и дальнейшая переправа стала невозможна. Дед, взяв несколько бойцов, побежал смотреть, что можно сделать. Добежав уже почти до середины он увидел немецкий самолёт над мостом. Это было последнее, что он помнил. Потом ему рассказывали, что самолёт сбросил бомбу на мост и все, кто был с ним погибли, а его подбросило взрывной волной вверх, а потом бросило об воду. Их выловили из реки и всех, включая деда, положили к трупам. Потом дед пришёл в сознание, его вытащили и отправили в санчасть. Несколько дней проходил в беспамятстве. После того, как он восстановился, его отправили в тыл заниматься восстановлением железнодорожного сообщения (зам.ком желдорожного батальона / 1039). Рассказывал, как впервые увидел "плоды" работы немецких разрушителей пути (установка, похожая на платформу с огромным крюком цеплялась к паровозу и рвала шпалы за собой). Приходилось практически заново прокладывать железную дорогу. В послевоенные годы дедушке присвоено звание младший лейтенант. Делать военную карьеру он не мог, т.к. был сыном "врага народа" (его отец, мой прадед - Шаровский Василь Михайлович, командир артилерии "Чёрной гвардии", жил в Гуляйполе, недалеко от Махно). После отставки стал работать по профессии. Были годы работы инженером в Мосгипротрансе и СантехНИИпроекте, несколько лет командировок в Багдад (Ирак), участие в проектировании вентиляции в мавзолее Ленина и Останкинской телебашне, но это уже совсем другие истории. Мой дедушка, Шаровский Михаил Васильевич, уроженец села Гуляйполе, Екатеринославской губерни, скончался на 97-м году жизни, 6 марта 2015 года. Он совсем немного не дожил до одного из самых главных юбилеев своей жизни - 70-й годовщины окончания ВОВ. Похоронен на Перепечинском кладбище в Московской области, рядом с женой.

----------------------------------------------------------

Васильев Иван Петрович