генерал-майор

Черкаскуль — посёлок в Каслинском районе Челябинской области

С.А. ВОЛЬХИНА-МАЛЕК. ИСТОРИКО-БИОГРАФИЧЕСКИЙ РАССКАЗ ОБ ОТЦЕ. Мой отец, Вольхин Александр Алексеевич, родился 30 августа 1897 года на Урале. Окончил три класса церковно-приходской школы и два класса сельскохозяйственной. С мая 1916 года служил в царской армии. В августе 1919 года добровольно перешёл из армии адмирала Колчака в Красную армию, где в 1919 году вступил в ряды ВКП(б). Участвовал во многих войнах и конфликтах. В 1920 году воевал против Врангеля. В 1921 году участвовал в подавлении Кронштадского мятежа. В 1929 году сражался против белокитайцев при конфликте на КВЖД, где был ранен и награждён первым орденом — орденом Боевого Красного Знамени. В 1933 году закончил Военную Академию им. М.В. Фрунзе и был назначен начальником штаба 111 полка 37 стрелковой дивизии в г. Речица БССР. Далее служил в городах Витебск, Минск (Мосюковщина), Могилёв. В 1939 году формировал 145 стрелковую дивизию, а в июне 1940 года назначен её командиром. Дислоцировалась дивизия в городе Белгород. Звание генерал-майора ему было присвоено в числе первых военачальников, его заслуживших. Фотографии первых генералов были напечатаны в газете (наверное в Красной Звезде). К сожалению у нас она не сохранилась. В начальный период Великой Отечественной Войны папа командовал 145 стрелковой дивизией которая входила в состав 28 -ой армии а затем — в так называемую группу Качалова. Перед ней была поставлена задача: нанести контрудар в направлении захваченного немцами Смоленска. Группа генерал — лейтенанта Качалова попала в окружение. Командарм  погиб в бою, атакуя противника в составе танкового экипажа. Штаб группы и остатки 147,149 стрелковых дивизий  и 104 танковой дивизии вышли из окружения. Командир 145 с.д. генерал — майор Вольхин  «в связи с неоправданными большими потерями в личном составе и боевой технике» был отстранён от должности. Отец принимал активное участие в работе военно — научного общества при Воронежском доме офицеров. Выступая с докладом на тему «145 стрелковая дивизия в начальный период Великой Отечественной Войны» ( июль 1941 года ), он указал причины, почему группа Качалова не выполнила поставленную перед ней задачу. В те тяжёлые дни отступления наших войск папа был назначен начальником гарнизона г. Рославль. В книге К. Симонова «Сто дней войны», посвящённой этому периоду, он пишет, что за всё время пребывания в прифронтовой полосе, он только в Рославле видел чёткую организацию отступающих войск и вывода беженцев — никакой паники и анархии. А вот фамилию генерала Симонов « забыл». Я сама читала эти строки, а вот в интернете их не нашла. Правда, и название книги было «Сто суток войны». По-видимому, это — более позднее издание. 12 июля 1942 года генерала Вольхина назначили командиром 147 стрелковой дивизии, входившей в состав 62 армии Сталинградского фронта. Шли ожесточённые бои. В это время вышел приказ Верховного Главнокомандующего №227 «Стоять насмерть, отступать некуда». Войска принимали клятву «Ни шагу назад». Большая группа войск 62-ой Армии, которой командовал в то время генерал-майор В.Я. Колпакчи, вначале  августа 1942 года попала в окружение в районе Суровикино — Пятиизбянский ( 33 гвардейская, 147, 181,229 стрелковые дивизии ). Приказ «Отходите ночью» был передан в 147 дивизию 9 августа прямым текстом, когда дивизии уже были в окружении комдивом 229 СД полковником Сажиным. Ставка Верховного Главнокомандования потребовала от генерал — полковника Ерёменко оказать помощь окружённым дивизиям и сообщила ( Ставка! ), что по донесениям штаба Сталинградского фронта 181, 147 и 229 стрелковые дивизии продолжают вести бои в обстановке окружения, выполняя приказ №227. Ставка подчёркивала, что считает делом чести Сталинградского командования спасение окружённых частей, и что у командования имеется достаточно сил и средств, чтобы пробиться к ним и вывести из окружения. Но в сложившейся обстановке сделать это было трудно, и никакие меры приняты не были. В результате дивизии были расколоты под мощным воздействием противника на мелкие группы, которые вплавь переплавлялись на восточный берег Дона. А в приказе комдиву 147 требовалось, создав группировку и подобрав под себя войска, нанести противнику сокрушительный удар и, пробиваясь в восточном направлении,поставить противника в условия окружения. 147 с.д., потеряв большую часть личного состава,подошла к обрывистому берегу Дона. В донесении — объяснении Военсовету Вольхин подробно изложил положение дивизии за период с 8 по 10 августа 1942 года и о предпринимаемым им мерах. В письме к Верховному Главнокомандующему И. Сталину он писал, что поскольку мощными ударами противника дивизия была расколота на мелкие группы, связь с дивизией отсутствовала. Комдив выходил с отрядом 500 — 600 человек при 3 -4 орудиях. После ряда схваток с врагом осталось 30 — 40 человек. К Дону вышло 7, переплыли трое: отец, адьютант и боец, который с радостным криком: - «Живой!!!» и совершенно голый подбежал к переплывшим. Г.К. Жуков в книге " Воспоминания и размышления", 3 изд., т.2 - М. изд АПН, 1978 г., с. 81 писал: " В октябре в Сталинград по решению Ставки было переправлено через Воллгу более 6 доукомплектованных дивизий, так как от старого состава 62 аромии, по сути дела, ничего не осталось кроме тылов и штабов". Выйдя из окружения, отец установил посты для встречи выходящих из окружения — на сборные пункты вышло более полутора тысяч человек. В августе 1942 года командарм Колпакчи был снят с должности и отозван с фронта, а Вольхин отдан под суд военного трибунала. Его осудили по 58 статье, разжаловали в рядовые и приговорили к расстрелу за невыполнение приказа по армии,  за невыполнение приказа Ставки № 227 и за переход на сторону врага. В течение 24 часов можно было подать прошение о помиловании, но он, считая себя невиновным, несмотря на все уговоры, категорически отказывался. Оставалось до истечения срока 15 минут, и тут кто-то догадался сказать ему: « А ты представляешь, что будет с твоей семьёй, если ты осуждён по 58 статье и приговорён к расстрелу?» Это решило всё - он написал: «М.И. Калинину. Прошу помиловать.» В тюрьме папа находился 2,5 месяца, в камере смертников - 32 дня. Решение о помиловании было получено, когда он находился в тюрьме г. Чкалов (ныне Оренбург). Все знали, что он осуждён несправедливо и с нетерпением ждали решения его судьбы. В один из вечеров начальник тюрьмы возвращался с женой из театра и решил узнать, пришли ли документы на Вольхина. Время было заполночь. Оказалось, что пришло решение о помиловании. Если смертника вызывали с 24 до 6 часов утра — то это расстрел. Но хотелось сообщить Вольхину о помиловании как можно скорее, и его вызвали после 24.00. Он так и подумал, что это расстрел. Как только он вышел из камеры, сразу же попал в объятия тех, кто ему очень сочувствовал. Он — рядовой, весь опухший: и лицо , и руки, и ноги — как колоды. Получил документы и пошёл в военторг. Там — очередь, в основном женщины. Встал в самом конце и разговорился с соседом. А голос у папы не просто командирский, а с очень необычной интонацией. Несколько раз женщина, стоявшая далеко впереди, выходила из очереди, всматривалась в него и опять возвращалась на своё место. Наконец она подошла и спросила: «Неужели вы Вольхин?» Он настолько изменился, что она узнала его только по голосу. С её мужем папа служил под Минском и жили мы в одном доме: семья Хвалей — на 3-ем этаже, а мы — на втором. Дружили и родители , и мы с их детьми - Галей, Нелей и Майей. Затем папа поехал в Москву, в резерв ГУК МВО СССР. Ему было присвоено звание — майор и назначен зам. командира 927 полка 251 стрелковой дивизии, затем и.о. командира полка. В августе 1943 года Вольхин, в звании майор, под г, Сафоново принял командование 251 стрелковой дивизией, так как её командир, Городовиков Б.Б. при переводе его на другой участок фронта заявил, что доверить дивизию может только майору Вольхину. 31 августа 1943 года войска 251 стрелковой дивизии штурмом овладели райцентром Сафоново в Смоленской области. «В Сафоновском историко — краеведческом музее во втором и в третьем залах, посвященных Великой Отечественной Войне хранятся китель и фуражка генерал — майора Вольхина, командира 251 с.д., освободившей посёлок Сафоново.» - выдержка из присланной музеем справки о музее; New Page 1 ). В январе 1944 года за боевые заслуги при взятии г. Витебск и освобождение Белоруссии папе было восстановлено звание генерал — майор, а дивизии присвоено звание Витебской ордена Суворова II степени. Судимость была снята, восстановлен партийный стаж в ВКП ( б ), возвращены орден Красного Знамени и медаль ХХ лет РККА. И несмотря на то, что возглавляемые им соединения отмечались командованием как успешные в боях, многие представления к наградам и, тем более к званию Героя Советского Союза, не утверждались. Были и такие случаи, когда операцию готовил Вольхин, а перед её проведением его назначали на другой участок фронта и лавры доставались не ему. Отрывок из "Очерка истории Сафоновского края", раздел «Великая Отечественная война» (стр. 2): «Извилистая военная карьера генерала Вольхина объясняется его волевым характером, принципиальностью и независимостью суждений, а также той сложной, зачастую бесчеловечной обстановкой, в которой приходилось выполнять по сути невыполнимые приказы. Только личное мужество и полководческий талант позволили ему преодолеть все невзгоды». После окончания войны он неоднократно обращался по поводу официальной реабилитации, но это приводило только к ухудшению положения. В сентябре 1945 года он был заместителем командира 54 стрелкового корпуса, в ноябре 1946 года — командиром отдельной стрелковой Сивашской бригады. Затем переведён в распоряжение кадров Сухопутных войск. С1947 по 1951 год возглавлял Московские окружные курсы усовершенствования офицерского состава, находящиеся в г. Владимир ( МКУОП, МООКУОС ). С 1951 по 1953 год — начальник военной кафедры Воронежского лесохозяйственного института. Награды Вольхина: Орден Боевого Красного Знамени — 1929 год 4 ордена Боевого Красного Знамени — 1943 — 1945 годы Орден Суворова II степени — 1944 год Орден Ленина — 1944 год Орден Красной Звезды – послевоенный Медали В 1953 году папа по болезни ушёл в запас, а затем в отставку с правом ношения генеральской формы. В это время он очень активно работал в военно — научном обществе при Воронежском доме офицеров. Принимал активное участие в организации предвыборных кампаний, был деятельным членом родительского комитета средней школы № 20, где сначала учились две его дочери, а потом и внук, часто выступал перед учащимися и студентами. В местном издательстве была издана книга « Слово солдатам», в которой напечатано два его рассказа, основанных на реальных событиях военных лет. Что за человек был мой папа? Я преклоняюсь перед ним. Наверное таких людей не очень много. Но словами выразить всё очень сложно, и всё-таки я хоть немного постараюсь вам о нём рассказать. Мой отец — очень мудрый, умеющий разобраться в самой сложной жизненной ситуации Он — очень простой в общении, доступный всем, независимо от социального положения, к нему обращались все, кому нужна была помощь: наладить семейную жизнь, посодействовать одинокой женщине в устройстве её сына в Суворовское училище, правильно составить документы для решения какой-либо проблемы и т. д. –- очень справедливый, принципиальный. Всегда отстаивал свою точку зрения по любому вопросу. Поэтому с начальством часто были натянутые отношения. Зато подчиненные относились к нему, как отцу родному. Во время войны солдаты подарили ему алюминиевый портсигар с дарственной надписью. Он его хранил,а мы его передали в один из музеев с которым поддерживали связь, в какой — не помним... --- человек. Обладающий чувством собственного достоинства. Папа рассказывал, когда он был на должности начальника штаба полка, в полк был назначен новый командир. Отца предупредил комиссар, что новый командир, если что не так, кроет всех матом. Папа же попросил комиссара предупредить его, что если хоть когда-нибудь он услышит что-нибудь подобное, то в ответ услышит такой мат, который он никогда и не слышал. Командир в присутствии отца не ругался... --- очень ответственный во всем. В любом воинском подразделении, которое он возглавлял, всегда добивался максимально возможного. Как-то он рассказывал о времени, когда был командиром роты. Если он узнавал, что в казарме не всё ладно (не важно что ), он брал из дома подушку и одеяло и жил вместе со всеми в казарме, до тех пор, пока всё налаживалось (личностные отношения, отношения к воинской службе и т. д.) --- очень хороший, строгий, любящий отец. В детском возрасте я одного его строгого взгляда боялась, хотя он никогда ни на кого даже не крикнул, тем более пальцем не тронул. У меня с папой были более близкие отношения, чем с мамой. Папа всегда мог помочь с учебой. Когда я училась в пятом классе у нас были очень сложные задачи — по 11-13 вопросов, если самой не получалось с ними справиться, всегда обращалась к нему. С решением любой задачи он справлялся. Он очень много знал, был ходячей энциклопедией. Однажды я специально устроила ему «экзамен» по экономической географии зарубежных стран. Ни один мой вопрос не поставил его в тупик, ни разу он ни в чем не ошибся. Если нам, дочерям, надо было что-то купить из одежды, делали мы это с папой, у него был очень хороший вкус. Он мог купить что-либо и без нас, все подходило точь в точь. В общем писать об этом можно много, но это очень трудно, так как на бумаге выразить всё, что хотелось бы, невозможно. Папа умер 29 сентября 1974 года. Последние его слова были: « Помилован, но не реабилитирован». Несмотря на то, что с него сняли судимость, восстановили партийный стаж, вернули награды, он не считал себя реабилитированным и с этим грузом он жил весь послевоенный период. До последних дней он сохранил ясность ума, верность своим принципам, и уверенность в том, что жизнь прожита не зря. Несмотря ни на что, он в одном из последних писем написал: « Я прожил хорошую жизнь!» Реабилитирован отец был 29 августа 2003года, через 29 лет после смерти. Узнали мы об этом совершенно случайно, так как у нас и мысли не было о том чтобы подать прошение о реабилитации. Внук Вольхин Сергей, актёр московского театра «Сфера». В ноябре 2003 года его товарищ принёс в театр газету «Версия» и поинтересовался , не о его ли деде помещена статья «Смертник». Увидев фотографию своего деда, напечатанную в газете, Сергей сразу понял, что это о нём. После спектакля он принёс нам (маме и мне, его тёте) газету. Читая статью мы рыдали... В 2014 году мы узнали, что под г. Суровикино, Волгоградской области воздвигнут мемориал «Калинова гора» в память о сражавшихся на этой земле и стоявших насмерть 229 и 147 стрелковых дивизий, выполнявших приказ Верховного главнокомандующего « Стоять насмерть...Отступать некуда». Летом 2015 года я, две его внучки, Ольга и Анна, правнук Иван, побывали в г. Суровикино, посетили краеведческий музей, мемориал «Калинова Гора», памятник танкистам. Осталось очень хорошее впечатление от общения с Еленой Епифановой, которая с большой любовью рассказывала о городе, о музее. Благодарны ей за то, что она много сообщила нам о трагических событиях времен Великой Отечественной Войны. Мы отправили ей имеющиеся у нас документы моего отца, касающиеся 147 стр. див.( доклад-объяснение о положении 147 с.д. в период с 8.08 по 10.08 1942 г. Военсовету, выдержки из письма Сталину И.), фотографии. Возможность работать с папиными документами мы получили только 2015-2016 годах. После их изучения многие вопросы, которые были неясными, встали на свои места. В документах мы обнаружили повести и рассказы, которые попытаемся отредактировать о опубликовать. Март 2017 дочь генерал-майора Вольхина Александра Алексеевича Малек Светлана

----------------------------------------------------------

Бальгаузен Александр Александрович