рядовой

О прошлом – для будущего Я должен всё переупрямить, Всё вспомнить, бывшее окрест. Тот, кто зачёркивает память, На будущее ставит крест. А.Абрамов Прошло уже семь десятилетий с тех пор, как окончилась Великая Отечественная война. Время уносит нас всё дальше от этой трагедии, но мы должны всегда помнить имена героев, обязаны чтить и уважать память о тех, кто отдал жизнь ради нашего существования, кто перенёс неслыханные страдания, лишения, боль утраты, но не потерял мужества и стойкости, верности Родине. Мне повезло, что я смог узнать о некоторых фактах самого кровопролитного периода истории Советского Союза не только из страниц учебников, документальной и художественной литературы, но и из уст моего деда, участника Великой Отечественной войны. Ведь мы, потомки, обязаны по крупицам собирать правду о войне, о непомерно тяжёлой работе, которую во все времена наши защитники называли «обыкновенным делом, которое нужно добросовестно выполнять». Мой дед, Ляшенко Иван Климович, 1904 года рождения, в начале войны не был призван на службу, так как имел порок сердца и был признан не годным к военной службе. Проживал в деревне Свыдя Черняховского (в годы войны Потиевского) района Житомирской области вместе со своей семьёй. В годы военного лихолетья они с женой Марией растили пятеро детей, а в 1944 году родилась и младшенькая дочь Нина, моя мама. Тяжело было, голодно. Но в один из дней единственный кормилец в семье  принял для себя важное решение: просто собрал в котомку вещи, немного еды, сухари и сам ушел туда, где шли кровопролитные бои – в Бородянку под Киевом. Вместе  с ним в одной части воевали братья Когут Владимир, Никонор, проживавшие на одной улице с дедом, Когут Мефодий, Федорчук Пётр. Как-то построили всех бойцов в шеренгу и командир спросил: - Есть ли среди вас грамотные? Выйти из шеренги! Дед Иван считался в своей деревне грамотным: в своё время он закончил церковно-приходскую школу с отличием, много читал, хорошо знал арифметику. Когда он шагнул вперёд, командир приказал ему принять под своё командование группу бойцов. Дед Иван растерялся и стал объяснять, что никогда раньше в армии не служил и командовать не умеет. Командир снизу вверх грозно посмотрел на бойца (а надо сказать, дед Иван был высокого роста и могучего телосложения) и с нажимом в голосе проговорил, что приказы на фронте не обсуждаются. Дед Иван повернулся к строю солдат и с виноватым видом обратился к ним: - Ну, ставайте, хлопцы… Пойдёмте, хлопцы… Рассвирепевший командир аж за кобуру схватился: - Подавай команды, как надо!!! К слову сказать, немного потребовалось времени деду Ивану, чтобы научиться командовать своим отделением и принимать решения в бою. Когда перед наступлением особенно волновался, лез в котомку и доставал погрызть сухарик – успокаивало. Воевал стрелком противотанкового ружья (ПТР) в 1130 стрелковом полку 336-й стрелковой Житомирской Краснознамённой ордена Суворова дивизии. Награжден Медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», Орденом Отечественной войны II степени, юбилейными медалями. …Однажды перед одним из особенно важных боёв дед Иван сидел в окопе со своими товарищами, наслаждался тишиной и… задремал. И снится Ивану, что он в родном селе  и рвёт спелую вишню в своём саду. Ягод много, и он складывает их за пазуху, но ягоды подавились, и большое тёмно-красное пятно расползлось по белой рубахе… В том тяжёлом бою во время атаки наших солдат дед Иван был тяжело ранен – осколки пробили лёгкие. Когда дед очнулся, первая мысль была: «Всё, конец!..» Но санитары после боя нашли раненого и вместе с другими отправили в госпиталь. Осмотрев раны деда Ивана, уставший хирург тяжело вздохнул. - Что, отвоевался Иван? – спросил к тому времени посеревший от боли дедушка. - Жить будешь, - ответил врач. – Котелок супа, котомка сухарей – и снова наберёшься крови. Позже дед Иван узнал, что в том страшном бою полегли его друзья-односельчане Владимир и Никонор. После операции деда Ивана отправили в Грузию, в госпиталь №2454. Последовало длительное лечение. Но даже спустя много месяцев во время перевязок на спине через осколочные дырочки были видны лёгкие. Деда Ивана после лечения больше на фронт не отправили. Далее служил стрелком в 75-й стрелковой роте обслуживания в Баку, а ещё разгружал гуманитарную помощь, отправленную другими странами для воинов Красной Армии. Служил Иван, а голову обседали тяжелые думы о благополучии его семьи, ведь родные земли были оккупированы. Не знал он, что не только в селе хозяйничали фашисты, но и в его доме тоже. Жена  с  детьми жила в одной комнате, остальные заняли  немцы. Марья потом рассказывала, что часто просила детей сидеть на печи и не показываться лишний раз на глаза немцам. Но сын Василий, которому шел десятый год, не мог скрыть своё презрение и ненависть к оккупантам. Однажды, когда к нему немец обратился с каким-то приказом, он просто плюнул тому под ноги. Взбешённый фриц с криками: «Партизан! Партизан!..» - направил на мальчишку пистолет. Мария, заливаясь слезами, бросилась в ноги фашисту, умоляя сохранить жизнь сыну. Обошлось. Но позже, под Новый год, когда немцы получили посылки с продуктами, один из них подошёл к Наденьке, средней дочери, и положил ей в фартук немного конфет и печенья – угощал. Девочка, давно забывшая вкус выпечки, всё же не захотела принять угощение от врага и вытряхнула сладости к его сапогам… И снова Мария с горькими слезами и причитаниями объясняла немцу, что её девчушка не «партизан». Демобилизовали деда только в августе 1945 года. После окончания войны дед Иван приехал в родную деревню. Сразу после демобилизации восстанавливал колхоз, один ходил в Белоруссию, в западную Украину за лошадями для колхоза. В 1950 году дед Иван прошел курсы обучения на комбайнёра и впоследствии много лет ещё работал комбайнёром. Своим внукам о войне рассказывал только смешные истории из своей жизни и жизни своих сослуживцев. С бабушкой Марией они вырастили и воспитали шестеро детей. Все они стали достойными людьми. Несмотря на то что боли от тяжёлого ранения постоянно давали о себе знать, дед Иван никогда не сидел сложа руки и прожил 82 года. Вернулся живым и его родной брат Ляшенко Денис Климович, но после контузии он остался совершенно глухим. Друзья-односельчане Пётр Федорчук и Мефодий Когут возвратились инвалидами – взрывом оторвало ноги. Дядя Василий Наконечный, 1921 года рождения, попал в одном из боёв в плен, оказался в концлагере, сумел бежать, но немцы поймали и вернули обратно. Когда советские войска освободили пленных, измождённый дядя Василий пешком прошёл весь путь с Германии до родного дома. Долго не просыхали слёзы у матери и сестёр – ведь далеко не сразу в тощем «подростке», весившем 34 кг. они узнали Василия. Держу в руках тяжёлые медали, перелистываю пожелтевшие, потрёпанные листочки военного билета, пересматриваю немногочисленные чёрно-белые фотографии деда и вижу за ними тяжёлую, полную трудностей и испытаний жизнь. Я понимаю, что должен сохранить память не только об его истерзанном теле, неслыханных страданиях, лишениях, но и беспримерном мужестве, отваге, искренней вере в светлое будущее. Такими были защитники Родины в годы Великой Отечественной войны. Такими мы обязаны их помнить и чтить, чтобы никогда больше не допустить войны. Ростислав Костюченко, директор Лангепасского городского муниципального автономного образовательного учреждения дополнительного образования «Центр спортивной и военно-патриотической подготовки детей и молодежи», 2015

----------------------------------------------------------

Машков Максим Андросович