1        2        

Случай на шахте восемь (1957 год). Фразы и цитаты из фильма

После окончания института в Ленинграде молодой геолог Володя Батанин приезжает работать по распределению на угольный комбинат в Заполярье. Володя быстро проявляет себя хорошим специалистом, переживающим за общее дело, и становится секретарём парткома шахты № 8. Вокруг трудностей с организацией работы шахты и официальных отчётов о работе шахты у Батанина возникает острый производственный конфликт с начальником комбината Егором Денисовичем Краевым, который осложняется тем, что Володя влюблён в дочь Краева Аллу.

Все фразы и цитаты

 СЛУЧАЙ НА ШАХТЕ ВОСЕМЬ
-В тот год Володя Батанин окончил
институт
и получил назначение на Крайний
Север.
Он ехал в город, который до тех
пор видел только на карте,
к людям, про которых только
читал.
-Эй, Ленинград, замерз?
-Я думал, сентябрь, тепло.
-За здешний сентябрь северную
надбавку платят. -Держи мешок!
(Автомобильный клаксон)
-Ты что, не видишь, куда едешь?
Здравствуйте.
-Здравствуй, поворачивай за мной.
(Гудок)
-Где геолог?
-Плывун.
Напоролись, так сказать,
на подземное русло,
и вся эта гадость потекла
в шахту.
-А раньше вы куда глядели?
Вы с работы сняты. Идите отсюда!
-Где начальник шахты?
-Я здесь, Георгий Леонидович.
Почему все стоят? Срывай воронку,
пробку делай.
-Послали за лесом.
-"Послали"!
Смотри, это все в твою шахту
лезет!
-Стой, гадюка, стой!
Шире, хлопцы! А ну-ка,
елки-палки, живо!
-Ой, перемычка встала! Мои
рукавички там!
-Наверху сейчас там тоже
шуруют.
-Вовка!
-Аллочка, утонешь!
-Давай, я передам.
-Что ты мне суешь? Ты мне лесу
дай!
-Затыкай воронку!
-Чем же? Лесу-то нет!
-Вот тебе лес. Разбирай дом!
-Раз-два, взяли!
(Грохот)
-Живем, Георгиевич!
-Думаю, что надо сено, глину
в мешках.
-В провал надо кидать муку.
-Муку! А макароны?
-Брось, он правильно говорит.
Можно и муку. Только где она?
-А я на ней приехал.
-Не дам!
У меня свое начальство. Мы в ваш
комбинат не входим!
-А в Советский Союз вы входите?
Разгружайте!
-Расписку давай!
-Сматываемся?
-Я тебе смотаюсь!
Да что они там, наверху, дрыхнут,
что ли?
-А вы откуда к нам свалились?
-Я геолог, меня на работу
прислали. -Давай еще муки! -Есть!
Ну и как, вам работа нравится?
-А мне?
-А вы парторг.
Вы агитируйте нас, а под мешок
не лезьте.
Что ты, я Мурманске грузчиком
работал.
Работал я грузчиком до сих пор.
30 лет прошло.
-Раз-два!
-Не уходит.
-Остановили!
-Устояла наша баррикада!
-А кто строил, а?
-Ну, что же... По домам!
(Смех)
-А вы что же? Команда "по домам".
-Мы этого дома жители.
-Построим вам дом лучше этого.
Тасин, размести пока людей.
-Стоит наш геолог, не уходит.
-А где тот, с мешком?
-Он вон Герасимыча домой повез,
парторга.
-Оформишь его к себе геологом, а
этого поганой метлой.
Безобразие! Ноги насквозь мокрые,
и целый день здесь торчала.
-Я на тебя смотрела.
-И как, насмотрелась?
Дуреха. Нет на тебя мамы. Не
стала с тобой, как я, нянькаться.
-Она бы с тобой не стала
нянькаться.
Это я с тобой так,
по-товарищески.
Измазюкался весь, как поросенок.
Приедешь домой - и в постель.
-А на работу? -Я позвоню.
-Мне старичка жалко.
-Геолога?
Ну и мне жалко. А дальше что?
Виноватых бьют.
-А ты точно знаешь, что он
виноват?
-Я другое точно знаю: аварии без
виноватого не бывает.
-Я понимаю. И все-таки жалко
старичка.
-А этот новенький - толковый.
-Смешной.
-Можно?
-Володечка, заходи.
Ну как, принял дела? Хорошо.
Ну, старина,
пожмем друг другу руки -
и в дальний путь на долгие года.
Лично ко мне у вас претензий нет?
-Просьба у меня к вам, Борис
Яковлевич. -Слушаю.
Оставьте меня на шахте, хоть бы
геологорабочим.
Я ее строил. -Нет, мы же не
звери. С вашей гипертонией...
Вот и отдел кадров. Ведь не
оформишь, Волков?
-Ну? Не уговорил?
-А Волков как?
-Не он решает.
-Ясно. Краев!
-Краевское слово - закон. Понял?
Краев его выгнал, а ты к себе под
крылышко?
Никуда мы его не возьмем!
И все-таки надо взять! Ну не
понимаете вы Краева.
-Ты много понимаешь.
-Геолога сняли за халатность.
Что же его теперь, живым в землю
закопать?
Хочет человек работать -
пускай работает.
И в Конституции так написано.
Я его к себе возьму. И не
рабочим, а коллектором!
-Давайте рискнем, старик не
плохой. -Ты же не хотел!
-Неясно мне было!
-Хорошо, я вас беру коллектором.
Но предупреждаю, чтобы Краев вас
на шахте не видел.
Прячьтесь где угодно: на земле,
в небесах и на море.
(Лай собаки)
-Робин, нельзя! Робин, назад!
-Здрасьте.
-Здрасьте.
-Алла Георгиевна! С ветерком!
-Спасибо, я в управление, к папе.
До свидания!
-До свидания!
(Шум мотоцикла)
-Алла Георгиевна, у меня к вам
серьезный разговор.
Алла Георгиевна!
-Мне комнату дали.
-В нашем доме? -Ага.
Соседи будем.
-Да нет, не будем.
Переселяют меня. Вот иду свои
пожитки собирать.
-Это просто свинство. Да какое он
имеет право!
-Вам туда?
-Это ваше.
-Владимир Александрович!
-Арсентий Павлович!
-Стихи пишете?
-Нет.
Статью в газету, "Покоренный
плывун".
-Про аварию?
-Ага.
-Насчет того, кто виновник, я бы
и сам мог написать.
Только не стану.
И вы напрасно это затеяли.
-Да что вы боитесь, это не про
вас.
Я что хочу?
Я хочу, чтобы все знали, какие
здесь люди у вас, на Севере.
Про Краева.
-А ему это понравится?
-Спокойной ночи, Арсентий
Павлович.
-Спокойной ночи.
-Вторую шахту, ОТК. Аллу
Георгиевну. Капралов просит.
-Алка!
Анатолий. -Да ну его!
-Не отвечает.
-Взаимностью?
-Товарищу геологу. Подпишем.
-Что подпишем?
-Что в забое вода.
А то дали норму - на двоих одну
платформу. Скидку надо.
-Так нет у вас там никакой воды.
-Вы слазьте в забой, помочите
ножки.
-Я только что оттуда. Вот вас
там не было.
-Ладно. (Поет) Раскудря-кудрявая
девчонка давно приметила меня.
Вторую! ОТК.
Краев приехал.
-Опоздали.
-Чтобы эта штука всегда тут была
для всех.
А то велю гвоздями прибить.
-Сделаем.
-Батанин тут, Батанин там. Что
это у вас за многостаночник?
-Это я Батанин. Иван Герасимович
заболел.
-Не бойтесь, этот прочтет.
Головастик!
-А, геолог. Ты что же, свои кадры
не знаешь?
-Буду знать. Здравствуйте. Гущин,
секретарь парткома комбината.
-Вот это как в воду глядели.
Мы за тем и приехали.
Где твой Капралов?
-Капралов!
-Здравия желаю! Извиняюсь,
конечно.
Пекарь в муке, шахтер в угольке.
-Капралов, будем на твоем участке
вводить цикличный метод.
-Можно, только путь палки
в колеса не тычут,
чтобы скидка нормы была
подходящая.
-А кто тебе мешает?
-Есть такие люди.
-Поможем. Вот хоть Батанин.
Что не так, он подскажет.
-А ты давай нам уголек.
-Будет уголек!
Алла Георгиевна, шагайте сюда.
Серчаете? Зря.
Я вам прямо рубану, по-шахтерски,
молча страдать не буду.
Я же вас люблю, Аллочка.
-Вы мне лучше меню дайте.
-Всегда пожалуйста.
-Поднимите меню.
-Интересно как.
Щека у вас мягкая, а рука
жесткая.
-Вам все как с гуся вода.
Ну и натура у вас, Капралов.
-Натура у меня простая, открытая.
Квиты теперь? Да, устарела
техника.
Вашу оленину, девушка, надо
отбойным молотком рубать.
-Шницель и компот.
-3 стакана какао.
Одно какао пью, как дошкольник.
Выпил бы пивка, да не люблю
в очереди давиться.
О, арена смелых!
(Голоса)
(Грохот)
-Товарищи, да вы с ума сошли!
-А ты чего хвост поднял?
Схлопотать охота?
-Драться с вами никто не будет.
Извинитесь и убирайтесь вон.
(Смех)
Драться с вами никто не будет.
-Ты на кого...
Алла Георгиевна!
(Грохот)
-Что вы!
-Таня, я вроде не в шахту лазал.
-Возьмите мой.
Подождите.
Чего мы тут стоим? Пойдемте?
А вы откуда к нам приехали?
-Из Ленинграда.
Я там Горный институт кончил.
-Да?
А я в этот институт провалилась.
Папа меня может в любой институт
устроить.
-Так что же он? -Может, да не
хочет.
А мне и здесь нравится.
-Да, у вас хорошо.
А вы давно здесь?
-Давнее всех.
Мы с папой на аэросанях приехали,
как землепроходцы.
Папа сказал: "Здесь будет город
заложен".
-А вы что сказали?
-Я ничего не сказала.
Я тогда еще разговаривать
не умела.
-А теперь здесь автобусы, как
в Ленинграде.
Вы со своим папой все уже сделали
без меня.
-И на вас хватит, еще и другим
останется.
Вот только драться не надо.
-Надо, только без проповеди.
Подойти - и сразу в ухо.
-Здравствуй, Аллочка!
-Здрасьте!
-Подвезти? -Я домой. -А-а, а ты
давай на шахту, садись.
А кто это тебя так разукрасил?
-Да так.
До свидания, большое спасибо.
-И вам спасибо, что проводили.
-Обожди, я вылезу.
-Полный газ!
-Останови машину.
-Что ты, приказы начальства надо
выполнять. -А кто она?
-Это же Аллочка, Краева дочка.
-Я тебя по всему городу искал.
Партбюро собралось, секретарь
парткома приехал.
Иван Герасимович уезжает от нас
лечиться.
-"Коронаросклеротический
миокардиосклероз".
-Коротко и ясно.
-Да...
-Ну а кто тебя будет замещать?
-Как кто? Волков.
-Боюсь. Тут шахта, а я не горняк,
не потяну.
-Подумаешь, 2 месяца. Потянет.
-У вас всегда так: тянет,
потянет, вытянуть не может.
Нет, парторгом должен быть
горняк.
А что бы вы сказали о Батанине?
-Володя? Товарищ Гущин, не смеши
народ.
-Парень он грамотный, только
молодой еще руководить.
-В его годы я комиссаром полка
был.
-А чего вы боитесь? Специалист он
знающий,
в институте секретарем партбюро
был.
-Знающий-то он знающий, да чудной
какой-то.
-Зубы? -Да нет, это он в шахте
ушибся. Споткнулся.
-У нас к вам серьезный разговор,
Батанин.
-Ну вот ты и секретарь
на два месяца.
Только смотри, не зарывайся.
Парень ты молодой, горячий.
Держитесь шахтеров, у вас есть
старые, опытные коммунисты.
-Верно. Они помогут тебе,
подскажут.
-Принципиальность, энергия - это
у вас есть, набирайтесь опыта.
И главное, не действуйте
в одиночку,
а то опять споткнетесь,
как сегодня.
-Имеете вопросы к докладчику?
-Имею.
-Конечно, я вам не компания!
Он был шахтер, простой рабочий.
-Противный вы человек, Капралов.
-Я человек прямой, открытый.
Противный...
-Дядь, сегодня какое кино будет?
-Началось новое коммунистическое
воспитание
против эгоистов и мелких
собственников,
против тех привычек, которые
говорят:
я добиваюсь своей прибыли, а до
остального мне нет дела.
Владимир Ильич обращался к нам, и
эти слова надо помнить.
-Какой культурный... Можно мне?
Вчера вот мы идем с Козюлиным, а
хулиганы отпустили реплику.
-Какую?
-Хулиганскую, вот какую!
А Козюлин будто не слыхал.
(Смех)
-Чего гогочете! А что мне было
делать?
-Я знаю. Подойти - и сразу в ухо.
-Правильно!
-Неправильно.
-Факт, неправильно.
Вон парторг полез один, ему и
подкинули.
-Надо всем колхозом.
-Я предлагаю так.
Дать каждому гайку на веревочке
или гирю.
(Смех)
-Уж лучше без гаек. Нам
профессия не позволяет трусить.
А лучше подобрать ребят
поздоровее.
-А что ж. Я за чужую спину
прятаться не стану.
-Конечно.
-Мы тоже!
-Вот и замечательно. Вопросы еще
есть?
-Есть. Вы холостой?
-Холостой.
А какое это имеет значение?
У вас локоть продранный, давайте
наши девушки зашьют.
-Спасибо, в другой раз.
-Почему в другой раз? Не слушайте
его, девчонки!
-А вы подождете? -Я с вами.
-Пошли.
-Чего ходят! Покормить не дадут!
-Валечка, ему можно.
-Это парторг. -У него рукав
порван.
-Проходите.
-Идем.
-А это что за комсомолец?
-Это Валечки Самохиной.
-А вы почему в общежитии? Отец
где работает?
Нет отца.
-Вам иголочку?
Пускай он живет, как хочет.
Я сама Павлика подыму.
Вот только работу я бросила, а
теперь туда не берут.
-Потому что она кормящая.
-Давай я вдену.
Валечка, посмотри, как он ребенка
держит!
-Свои будут - научится.
-(Поет) Раскудря-кудрявая
девчонка. Ого!
Сильна мораль! Такую лекцию и я
прочитаю.
-Иди отсюда! Чего ты лезешь!
-До свидания, куколки!
-Валечка, так вы приходите
на шахту. -Пожалуйста. -Спасибо.
-Постараюсь вам помочь.
-Ну, я пошла.
Товарищ Краев будет волноваться.
-Спасибо, девушки.
Вам, правда, надо домой?
-Да.
А вам, наверное, на шахту?
-Нет.
-Тогда проводите меня. За тот
раз.
-Извините, одну минуточку.
А вы разве в общежитии? Квартиру
не дали? -Квартиру?
Вот пустил Козюлин
на свою койку, вдвоем и спим.
Хорошо, еще на такой, с мизинчик.
-Вам квартиру дадут, вы пойдите
к Краеву.
-Как там у Валентины, порядок?
-Какой там порядок!..
-Такую девушку бросить! Подлец
он.
-Всего хорошего.
Вы замерзли? Не сердитесь,
пожалуйста.
А я о вас думаю, думаю.
Каждый день в столовую ходил
специально из-за вас.
Думал, встречу.
-Ну вот и встретили.
-Так...
Молодец, не орет.
Тю-тю-тю-тю.
(Плач ребенка)
-Ну? Чего пришел? Девчат нету.
-Я к тебе пришел. Может, надо
чего помочь?
-Чем ты поможешь? Пеленки, что
ли, стирать будешь?
-Это, конечно, нет.
А так что-нибудь, по мужской
части.
-По мужской части мне не надо.
-Ты мои слова не переинакивай.
Я насчет этого самостоятельный.
Я так пришел, по-человечески.
-Пришел, так сиди.
-Аллочка, ты что, заблудилась?
-Сейчас иду, минуточку.
-Дура я, правда?
Вот, разыскала тебя.
-Длинные у тебя стали минуточки.
Ну что ж, пора.
Был бы малый хороший.
-Замечательный.
-Улетишь ты скоро от меня с
каким-нибудь "замечательным".
-Ни на кого я тебя не променяю.
Мы все вместе будем жить.
-А я его знаю? -Нет.
Он тебе понравится.
-"Плывун уже подбирался к самому
сердцу шахты,
но товарищ Краев принял смелое и
единственно правильное решение.
"Ломайте дом", - раздалась его
команда".
-Во расписали. -Так было же.
-Было?
А почему было? Вот вы об этом
напишите. Подхалимы.
-Георгий Денисович, к вам из
разломанного дома,
насчет квартиры.
-Некогда сейчас, Батанина
давайте.
-Занят Краев. Вертит нами, как
цыган солнцем.
-Это ты писал?
-Я.
-А кто тебя за язык тянул?
Ты меня похвалил, а я тебя ругать
буду.
Вот месячные отчеты, гляди.
Про аварию там ни слова.
А теперь после твоей статьи,
что я должен сделать?
Все зачеркнули: хорошую работу,
честь, славу комбината.
Эх, Батанин, Батанин.
У нас аварий сроду не было.
-Но ведь эта была.
-Не было! Это явление не
типичное, незачем его выпячивать.
К нам ребята едут, комсомольцы.
Работать, строить!
А чем мы их встретим? Авариями?
Хорошая реклама?
-Ну, я лично думаю...
-Ты лично думаешь!
А я по-государственному думаю.
Не о себе, обо всех.
Ты молодой, с тебя спрос
маленький.
А ведь ты срываешь важную
политическую кампанию.
-Какую кампанию?
-Вербовку рабочих на Север.
Так или не так?
-По-моему, совершенно не так.
-Ну, тогда говорите вы. Слушаю
вас.
-Для тех, кто сюда едет, реклама
не нужна, особенно поддельная.
Люди о трудностях знают и не
боятся их,
а обманывать людей, значит, не
уважать их.
И они вас не будут уважать, не
будут вам верить!
-Кому вы мораль читаете?
Гляди! Вот они, люди.
Они со мной строили этот город.
В пургу, в мороз.
Потому что верили мне. И верят!
-Вы знаете, мы с вами совершенно
по-разному смотрим на вещи.
-Смотреть можете как угодно, хоть
из колодца,
а делайте так, как вам говорят.
Для вас же будет лучше. Идите.
Восьмая, Тасина.
Как у тебя работает Батанин?
Да?
Что-то не верится.
-Писателю привет.
-Куда! Куда с чемоданом лезешь!
-Ты не толкай! Если я толкну,
ты ракетой полетишь.
-Сережа! Это вы так с
хулиганством боретесь?
-Довели! Пойду и лягу у Краева
в кабинете.
-Нашел гостиницу, турист.
-Раз квартиры не дает!
-Не ходите, Сережа. Что-нибудь
придумаем. Пошли.
(Напевает) -Что нам стоит дом
построить?
Нарисуем - будем жить.
-Уже утро?
-Ночь. Спите, Арсентий Павлович.
-17 лет на Севере - никак не
привыкну.
-Такое наше солнышко.
Летом без выходных, а зимой
в отпуск уходит.
А это что у нас, новый пассажир?
-Арсентий Павлович, вы не против?
-Что вы, милости просим.
Будем жить теремком.
-Ай, какая думочка!
Спокойной ночи. Сергею от Вали.
Это что ж, дама сердца вышивала?
-Как?
А-а. Нет. Это так,
по-товарищески.
-Ну, нагородил.
-Ты не учи меня.
Гостю в доме все преимущества.
-Разве я сам не могу себе дом
построить?
Вон сруб продается, и цена
подходящая.
-А сколько у тебя на книжке?
-Поменьше твоего. Ходи.
-Ну? А говорят, побольше
моего.
А может, и побольше. Соседи, они
всегда лучше знают.
Ты ходи, ходи. В общем, на дом
хватит.
Мне другое обидно.
Ты обещал - значит, сделай.
Краев обещал - забыл.
-"Ломайте дом", - раздалась его
команда".
А построить дом - на это команды
нету.
-Раньше бы он про такое дело не
забыл.
Вместе сюда приехали, в тундре
костры жгли.
Он пить, есть забывал, а про
людей помнил.
А теперь вознесся чего-то, поверх
наших голов смотреть начал.
-Он последнее время много на себя
брать стал.
Ему сказать об этом надо, а
Батанин про него статьи пишет.
(Стук)
-Батанин здесь живет?
-Здесь.
-А Серега Байков?
Здесь живет.
-Кто, кто в теремочке живет?
-Пошли на работу. Обыскался я
тебя. Капралов вызывает.
-Вот моду взяли.
-Так вы же только что со смены...
Сережа!
А мы теперь по-новому работаем,
цикличным методом.
Я всю неделю по 2 смены вкалываю.
Зато, говорят, премия будет
здоровая.
-Постой, ты что-то не то
говоришь.
Цикличным методом работают
по 8 часов, по графику.
-Какой там график! Пошли!
-А вы куда?
-Спите, спите Арсентий Павлович.
(Клаксон автомобиля)
-Володя, садись, подвезу.
-Неудобно, Аллочка, я же не один.
-Тогда пойдем пешком?
-А они?
-А они поедут.
-А я ведь читала.
-Что?
-А-а... -Молодец.
Придешь к нам сегодня? Я вас
познакомлю.
У тебя неприятности? По работе?
-Любишь?
-Любишь.
-И не разлюбишь?
-Не разлюбишь.
-Даже если все-все совсем будет
плохо?
-Все будет очень-очень хорошо.
-Что случилось? Почему все сидят?
-Лесу нет, крепить нечем.
-А вызывают по ночам.
-Гоняют только взад-назад.
-Ну, кончай прения!
-Есть лесок!
-Где взял?
-Купил, нашел, насилу...
-Молодчик.
Чего расселись? Геморрой
наживете!
-Товарищ парторг, это что,
цикличный метод -
с чужих участков лес забирать?
Грабеж среди бела дня!
-Да какой тебе белый день в
шахте? Давай ребята.
-Ну ладно. Вы на принцип, ну,
тогда и я пойду на принцип.
-Капралов!
-А ну жми, орлы, качай уголек!
Давай, давай! -То сидели песни
пели, а теперь - "жми, орлы"!
-Опять шипишь? Не нравится в
шахте, иди печенье перебирать.
-Про эту катавасию, я считаю,
надо в партком комбината заявить.
-Я сам справлюсь.
-Все шахту лихорадит через одного
нашего Капралова.
-Только наладишь работу,
вдруг - на тебе!
Ничего, сейчас он у меня
почешется.
Ребятки, подбирай лес!
-Ну иди-иди, твоего тут нет
ничего. -Да? А вот.
От главного инженера. Так что,
Анатолий, извини-подвинься.
Грузи, ребятки!
-Недолго попользовались. Садись!
Перекур с дремотой.
-Капралов.
-А?
-Черт-те что творится: комбайн
стоит, лесу нет, люди мучаются.
-Не вовремя, товарищ парторг,
чуткость проявляете!
Мне проценты нужны, у меня
цикличность.
-Составьте график на каждый день,
работайте ритмично.
Это цикличный метод! -Краеву не
график, ему уголек нужен.
-Имейте в виду, я вас
предупреждаю.
-Высоко прыгать стали, сорветесь.
Аллочка плакать будет.
-Товарищ Стасин!
-Да.
-Вы Серегу Байкова от меня
уберите. -А что такое?
-Сам не работает и коллектив
разлагает.
А парторг его поддерживает.
-Ага, попался секретарь.
Тебя Волков искал. Иди,
стенгазету проверь.
-Погоди ты! Дай в душ-то сходить.
-Товарищ парторг, как с
путевками? Поговорили - забыли?
-Согласовано с месткомом.
Выделят. -Вот спасибо.
-Валечка, вы ко мне?
-Да вы умойтесь, я обожду.
-Нет-нет. Заявление? Давайте.
-Какая из нее работница! Сегодня
ребенок заболел, завтра сама.
-Рабочий день на 2 часа короче.
-Правильно.
Ты заботишься об интересах шахты?
А Валечкины интересы?
Они для страны так же важны, как
интересы шахты. Об этом ты забыл.
-Куда же мне ее приткнуть?
Что муж-то, не прокормит, что ли?
-Да нет у нее мужа.
-А, мать-одиночка? Ясно, сдаюсь.
-Валечка, пройдите в кадры.
-Арсентий Павлович, Краев
приехал.
-Отставить! Учебная тревога.
Молодец, старина!
-Что за фокусы?
-Какие там фокусы?
Не дай Бог, увидит его Краев, все
полетим: и я, и он, и ты.
Он на меня не обижается. Правда,
старина?
-Конечно, старик из ума выживает.
Отчего бы не пошутить?
-Видишь! Чего ж на меня
накинулся? Не выспался?
-Да, не выспался. Я у Капралова
торчал.
Ты знаешь, что там делается?
-Знаю, хаос.
А что я могу поделать? Ты же
знаешь Краева.
Стране нужен уголь - будет уголь.
Освоим, возглавим.
Весь Север всколыхнем! И сразу
телеграмма министру:
"Освоили цикличный метод. Точка".
Освоили, так давайте больше угля!
Вот и даем.
Ни черта мы не освоили.
-А почему на других шахтах
нормально работают?
Это только у тебя так.
Я это дело поломаю.
-Хватит! Кажется, уже наломал
дров со своей статьей.
Копался бы лучше в своей
геологии!
-Я еще пока секретарь
парторганизации.
-Дай булочки-то.
Ведь люблю я тебя, дурака, а ты
из меня жилы тянешь.
Володечка, ну поверь ты, не будет
по-твоему.
-Ты олень.
-Ну почему олень?
-Ты северного оленя видел?
-Видел.
-Вот, он с рогами, а забодать
никого не может.
Ну, я в шахту.
-Арсентий Павлович, не хотел при
нем. Ну что вы их всех боитесь?
Да шлите их к черту! Сколько раз
вам говорил?
-Владимир Александрович, милый,
не боюсь я, шахту свою люблю.
Разве он поймет, Краев?
-Спокойной ночи, товарищ Краев.
-Ты зачем мою книжку взял?
-Подожди, не скандаль. Мне же
одна страница осталась.
Это он?
-Да.
-Но ты хоть знаешь, что он за
человек? -Знаю.
-Да ты у нас все знаешь. Это
фрукт.
В чем-в чем, а в людях я
разбираюсь. Он еще себя покажет.
И тогда, ты меня знаешь, для меня
нет ни зятьев, ни сватьев.
-Не понимаю, что тебе наговорили?
-Я, девочка, своим умом живу.
Мой совет - выкинь это в печку.
-Зачем же в печку? Я в альбом.
-Э, нет! Мне такого соседа не
надо. -Альбом не твой.
-Может быть, твой?
-Хорошо, тогда я свои фотографии
заберу.
-А те, где мы вдвоем, резать
будем?
-У нас нет, где мы вдвоем. Всюду
ты один.
-Как это один? -Старые есть еще
общие. А потом все один.
(Бой часов)
-Глупости ты болтаешь. Ложись-ка
спать.
(Стук)
-Это Валечкин.
-А она где?
-Заробела. -Зови ее сюда.
-Зовите, зовите, зовите.
-Пусти, руку сломаешь!
-С работой вас беспокоили, теперь
опять.
-Ремонт у нее.
-Пускай она тут переночует. А я
устроюсь где-нибудь у ребят.
-Да ну что вы, Сережа!
-Да что вы, Сергей Васильевич!
В нашем теремке всем места
хватит.
Ну, кто в теремочке живет?
Мышка-норушка, лягушка-квакушка?
-Арсентий Павлович...
Ты послушай.
У меня волос темный и жену я,
скажем, возьму с темным волосом.
А пацан беленький.
Это каждый не смолчит, уколет:
"Не твой малыш, девку с приданым
взял". Что я им отвечу?
-Да, конечно...
-А я им отвечу: "Не ваше собачье
дело!" -Совершенно правильно.
(Звонок)
-Да! Ну?
-Опять свое "я" показывает. Ну
кто, Батанин.
-Опять Батанин? Я знал: черт попу
не работник.
Я им займусь.
-Арсентий Павлович, Краев
приехал.
-Не выйдет, Борис Яковлевич.
-Хорошая компания. Выйдите!
Так... Значит, не унимаетесь?
Теперь вам цикличность не
нравится?
-Мне жульничество не нравится.
-Наглец ты!
Я в этой тундре молодость,
здоровье, зубы свои оставил!
Я строил, а ты - ломать!
Не дадим.
Услышу о тебе еще хоть слово -
пробкой вылетишь из комбината.
С треском!
-Здрасьте!
Что у вас случилось?
-Так... Поругались.
-Вот еще дети! Ведь он, как
порох. А ты не мог смолчать?
-Он слепой.
-Зачем ты так говоришь? Он тебя
обругал?
Он грубый. Но папу здесь все
любят. Он зря никого не обидел.
-Он всех обидел. Попробуй, скажи
ему!
У него же мозги перевернулись!
-Не смей так говорить о папе!
-Аллочка!
Не знала я, что ты за человек.
(Плач)
-Эй, парторг, чего, раздевшись,
бегаешь? Или кровь горячая?
-В шахту пойдешь, Борис?
-Нет, что ты! Некогда мне!
-А это что такое?
-График цикличности.
-Чей? Ну, что молчишь? Чей
график?
-Участка Капралова. Посылаем в
управление.
-Не смейте! В этом месяце не было
у них цикличности.
-Да пойми, сводка уже в Москве.
Во всех газетах напечатано.
Видишь - "Утверждаю. Краев".
-Об этом мы с тобой и должны
кричать на всех перекрестках!
Как бы ни пугали! -Сам лезешь в
омут и меня хочешь затянуть?
Отвезите, Лелечка.
-А я не дам!
-Не трогай!
-Нате, везите!
-Я разорвал график и за это
отвечу.
Но пусть и Краев ответит за
"липу"!
-Не ясно мне, кто из вас прав.
В армии у нас было так: приказ
командира - закон.
Слушай, сходи в партком. Гущин
разберется.
-А мы на что? Мы не коммунисты?
Или это тебе тоже не ясно?
-Что ты на меня накинулся!
Постой!.. Шальной.
Партком.
Товарищ Гущин, тут, видишь ли,
такая непонятная история...
-Волков звонил. Хороший он
парень, но тугодум.
Тоже насчет цикличности.
-Тут дело не в Капралове.
Тут, товарищ Гущин, подымай выше.
Буду говорить с Краевым.
Он определенно начал зарываться.
-Поговори с ним, как коммунист с
коммунистом.
-Я вижу, этот вопрос мы с вами
понимаем одинаково.
Хорошо, что вы пришли к нам.
Только этого мало. Надо
разъяснить каждому шахтеру,
что такое цикличность.
Не формальная, а настоящая.
Жаль, Батанин не пришел с вами.
-Но ведь он какой: я сам, я сам!
-Аника-воин. Учил я его, да,
видно, мало.
Ладно. А где сейчас Краев?
-Уехал на "елку".
-Дети, кто к нам приехал?
(Хором) -К нам приехал дядя
Краев!
-Грамотные они у вас.
-Ты, Егор Денисович, свою
критику-то брось.
-Ну, опенки, налетай!
-А мне полагается?
-Не дорос еще.
(Детские голоса)
-Ко мне приходили с 8-й шахты.
Что у тебя там с цикличностью?
-Все в порядке, введена.
(Дети поют) В лесу родилась
елочка,
В лесу она росла,
Зимой и летом стройная
Зеленая была.
Так... Пускай подождет.
И что же наговорил тебе Батанин?
-Кстати, приходил не он.
-Батанин выдвигает против тебя
серьезные обвинения.
-Обвинения? А ты знаешь, что он
за тип?
Он дебоши устраивает, документы
рвет.
-А в чем же он все-таки тебя
обвиняет?
-Тьфу ты, поп - свое, черт -
свое.
Иван Васильевич, он ведь дальше
носа своего не видит.
Но мы-то с тобой должны понимать.
Объявили участок циклующий.
Раньше времени?
Допускаю. Но зато рабочим сразу
премия, сразу слава.
Вот лучшая пропаганда
цикличности. Вот главное.
-Странно ты понимаешь главное.
-Да, главное! Что не так - потом
исправим.
А что твой Батанин делает?
Срывает задание партии.
-Странно ты понимаешь задание
партии.
Раньше ты так не рассуждал.
-Ты с какого года коммунист?
-С 43-го.
-А я с 23-го. Ясно тебе?
Это мы ценим, Георгий Денисович.
Но важно не только с какого года,
но и до какого годы мы
коммунисты.
-Этих слов я тебе не прощу.
-В райкоме на бюро поговорим.
-Егор, что он на тебя?
-А, учит все, поправляет.
Тебя эта детвора еще не учит?
Что я, карман себе набиваю или
за славой гонюсь?
У меня этой славы - во, могу с
ними поделиться.
Я же им показываю, как надо
работать с людьми, а они...
-Они! Что они? Народ тебя знает,
а не их.
-Тасин! Где ты там?
Пошли кого-нибудь за Волковым.
Садись, пиши рапорт,
как он саботировал цикличность.
Игрушки-то бросьте!
Надо же было такого парторга
выбирать!
Как вы все проглядели?
-Правильно! Разрешите сказать.
Я человек беспартийный, но у меня
тоже душа болит.
Этот парторг хулиганит, по бабам
шляется.
А почему на моем участке кашу
заварил?
По личной злобе, опять же из-за
бабы. Из-за девушки.
-Иди Капралов. Это к делу не
относится.
-Я человек прямой.
-Да, прямой, как штопор.
Пиши, пиши. Да, Батанин демагог.
Его не каждый раскусит.
Вот и партком ни черта не понял.
А мы покажем, что это за фигура.
Кадры? Садись.
Подготовишь приказ о снятии
Батанина
за срыв ответственного задания.
-Георгий Денисович, при таком
обвинении
его могут из партии исключить.
-Если заслужил, исключат.
-Не знаю, товарищ Краев, к чему
такая спешка? -Я знаю! Пишите.
-Валечка, а это вот Павлику.
-Конфеты ему еще рано.
-Ну, сами съедим. Раздевайтесь!
Будем чай пить.
Куда это вы?
-Меня на дальний рудник
переводят. Я согласился.
Там квартиру дают. Не век же у
тебя на шее виснуть.
-А вы, Валечка?
-Я уж с ним.
-Я думал, чай будем пить...
А Новый год?
-На новом месте встретим.
Пора.
-Сядем?
Ну, приезжай в гости, Володя.
-Большое вам спасибо.
Аллочке привет передайте.
(Клаксон автомобиля)
-Новый год опять вдвоем встречать
будем.
И хорошо, и к лучшему, и нечего
жалеть, Алена.
Отец-то прав оказался.
Душонка у твоего замечательного
темная.
-Что случилось?
-Почитай.
Его друг Тасин пишет.
-Это неправда.
-Правда.
Его еще из партии погонят.
С кем ты связалась? С хулиганом.
С бабником.
-Это все вранье!
Ты что, слепой?
Он мне правильно говорил.
-Он тебе правильно говорил?
Один я тебе неправильно говорю?
Алла, запрещать я тебе не хочу,
но и смотреть, как он испоганит
твою жизнь, тоже не собираюсь.
Мне надоело!
-Пожалуйста, я могу уйти.
-Иди!
Иди, дура.
Вот! Двери открыты.
Сейчас же поставь чемодан на
место!
-Все равно уйду!
Все на него, как волки.
-Алла! Ты с ума сошла?
Вернись сейчас же!
Робин! Назад!
-Это мое приданое.
-Кто-кто в теремочке живет?
-Ты, наверное, есть хочешь?
Садись.
(Грохот)
-Ну и живешь же ты! Как дикарь.
Только что книжек много.
-Шесть чашек. -Пожалуйста.
-Тарелок шесть. Шесть ложечек.
В общем, все, что полагается.
-Половничек возьмете?
-Да, да. Шесть штук.
-Пожалуйста.
-Это... Одну штуку.
-Пожалуйста.
-Что вы набираете? Жениться
надумали? -Женюсь, Лизочка.
Первый тост - за невесту.
Второй тост - за жениха.
Третий тост - за всех
присутствующих.
Горько!
-Конечно, горько.
Ты же еще ничего не знаешь.
-О чем ты?
(Стук)
-Зажали? Зажали свадьбу, собаки!
Но разведка доложила точно.
(Гитарные аккорды)
(Поет) С платочком в белых
кружевцах
Девчонка в танце кружится.
Раскудря-кудрявая девчонка,
девчонка, девчонка,
Что обходишь ты меня сторонкой
и не глядишь ты на меня?
Молчу, тобой не спрошенный,
Таю слова хорошие.
Раскудря-кудрявая девчонка,
девчонка, девчонка,
Что обходишь ты меня сторонкой
и не глядишь ты на меня?
Тебе, моя упрямая...
-Аллочка, а со мной?
-Не хочу я с тобой танцевать.
-Ай да ловко! Володя, поглядывай.
(Поют) Раскудря-кудрявая
девчонка, девчонка, девчонка,
Что обходишь ты меня сторонкой
и не глядишь ты на меня?
Спрошу, и вдруг окажется,
Что все мне только кажется.
Раскудря-кудрявая девчонка,
девчонка, девчонка
Давно приметила меня.
-Да брось ты!
(Поет) Если сессию провалишь
безнадежно,
И услышишь от профессора
"прощай",
Не вступай в ненужный спор,
бесполезный разговор
Забирай студбилет - и убегай.
-А у нас не так пели.
(Поет) На профессора наплюй,
Ты студент, а не холуй.
Забирай студбилет - и убегай.
-Выходит, я, по-твоему, холуй?
-Да что ты плетешь?
-Эх, Володечка!
Было время, я тоже держал хвост
морковкой.
А потом до меня дошло: хочешь
спокойной жизни -
сиди и не чирикай.
Я тебе добра желаю.
Ты меня знаешь.
-Нет, Борис, он еще не знает.
Ты расскажи, как ты на него донос
написал.
-Какой донос?
-Ну, рапорт.
-Правильно, я подписал.
А кто меня заставил? Твой отец!
А кто заварил весь этот компот?
Он, твой муж.
-Какой рапорт?
-Тебя снимают с работы, из партии
хотят исключить. -Это верно?
Борис! Зачем же ты пришел сюда?
-Значит, я здесь лишний?
-А как по-твоему?
-Я пришел тебя морально
поддержать,
а ты мне в глаза плюешь?
Я рисковал! Ты думаешь, я со
всеми так: "Володечка"?
Ладно, идем, Волков.
-Борис, ты не прав. Володя, надо
же наконец выяснить.
-Мне и так все ясно.
-Ну, остынешь - поговорим.
Извините, Алла Георгиевна.
Володька, не кипятись! Объясни
толком, подожди.
Сам себе хуже делает.
-Вот шальной.
(Стук)
-Войдите.
-А где он?
-На партбюро.
-Сесть можно?
-Нет.
-Даже так?
-У него ножка сломана. На.
-Как ты здесь будешь жить?
Прислать тебе хоть кресло, ковер?
-Ты из-за ковра пришел?
-Я из-за тебя пришел.
Слава Богу, мама не дожила до
такого позора.
Я пришел шапку ломать перед ним,
чтобы тебя, такое сокровище, не
потерять. Довольна?
-Я не помешал?
-Вы мне давно мешаете.
Из партии вас исключат, я
полагаю.
У меня в кармане приказ о вашем
снятии.
-Спасибо, папа.
-Скажите себе "спасибо".
Черт вас разберет!
Может быть, вы и честный человек,
но объективно вы мешаете делу!
Поймите это и перестаньте
ерепениться.
Признайте на собрании свои
ошибки,
тогда я разорву приказ и в партии
вы останетесь.
-В партии я останусь.
Я перед партией ни в чем не
виноват.
-Папа!
-Можно? Здравствуйте.
-Здравствуйте, Иван Васильевич.
-Вот это здорово: напутал, а дядя
распутывай?
-Да. А надо будет, я и сам в
Москву поеду.
-Зачем?
-Я там всю объясню, они поймут.
-А здесь ты все объяснил, и тебя
не поняли?
Райком, партком, шахтеры.
Ты к ним обращался?
-Да зачем? Ну кто из них против
Краева пойдет?
-Вот-вот! Твой стиль. Один ты
лев, остальные все зайцы.
Не так это просто.
Краев себе верит, и ему многие
верят.
У него авторитет - не с твоим
равнять.
А ты воюешь с ним один на один.
Зачем?
-Но ведь прав-то я.
-В чем?
Что скандалил, бумаги рвал,
с партбюро убежал?
Напортил себе и нам.
-Я не для себя, я для людей.
-А сказать им об этом забыл.
Не учись у Краева, не считай себя
умнее рабочих.
-Я не считаю. -Пока не поздно,
иди к ним и объясняй.
-Когда уж теперь?
-Завтра.
Завтра на собрании, когда твои
художества будут обсуждать.
Да, еще одно.
Тут про тебя много нехорошего
болтают по этому вопросу.
Верить?
-Это моя жена.
-Вот здорово. Поздравляю,
поздравляю.
-Ну, что он сказал?
-Что завтра я буду перед
собранием отвечать.
-Слово имеет товарищ Тасин.
-Товарищи, мы все знаем и ценим
начальника нашего комбината.
-Доигралась?
Ты думаешь, мне хорошо одному?
-Папа, ты ведь добрый, умный.
Подумай, что ты делаешь.
Помоги ему.
-Я хотел помочь. При тебе.
А теперь уже поздно, его судит
народ.
А ты вернись, дочка. У тебя еще
все впереди.
-И тогда Батанин...
-Продолжайте.
-И тогда Батанин разорвал эти
документы.
К саботажу, к подрыву авторитета
руководства
прибавилась хулиганская выходка.
-И не случайная выходка.
Не бойтесь правды.
-И я считаю, что партбюро нашей
шахты
напрасно вступается за Батанина.
-И партбюро против меня настроил.
Ладно, народ разберется.
-Народ разберется.
Мне хочется, чтобы ты разобрался.
-Мы пригласили сюда товарища
Капралова.
-Товарищ Батанин решил меня
съесть.
Как говорится в народе, с
потрохом.
Для этого не пожалел и
цикличность сорвать,
и обидеть трудящийся народ
премией.
Ходит тихо, а кусает лихо!
-Что творит! В поганом ведре
человека топит.
-Он и с Валькой Самохиной
путался.
Даже на работу ее пристроил.
А как пошли разговорчики,
куда-то спровадил. Нету.
Она бы вам много чего рассказала.
-Не слушайте! Не слушайте его!
Не смейте! Владимир
Александрович - светлая душа.
-А этот адвокат откуда взялся?
-Можно мне?
Я, скажем, навал-отбойщик.
Мы за эту, как ее...
-Цикличность. -Во-во.
Мы за нее пуп рвали, по две
смены трубили.
А премия наша где?
-Петух склевал.
(Смех)
-Вот-вот, я и говорю, гнать надо
за такие дела!
И нечего тянуть, дело ясное.
Выноси решение!
Сегодня Новый год встречать надо.
-Успеем, встретишь.
Надо разобраться, товарищи.
Батанин, давай.
-Трудно очень, обидно признавать
свои ошибки, но приходится.
Я спорил с Краевым, бегал по
кабинетам,
а с вами говорю первый раз.
Вот тут сказали, рвали пуп, а
премии не получали.
Сколько вам было выписано?
-400 рублей.
-А сколько вы заработали без
премии? -2800.
-Так неужели за эти 400 рублей
вы продадите свою рабочую
совесть?
Правительство не хочет, чтобы
шахтер трубил по две смены.
Шахтеру нужна настоящая
цикличность,
планомерно организованная работа,
чтобы за 6 часов без натуги те же
деньги зарабатывать! -Правильно.
А вам заткнули рот премией - и
рвите себе пуп на здоровье.
Это не цикличность, это обман!
-Я скажу. -Волков, дай мне!
-Я желаю!
-Фирсов!
-Дай мне говорить!
-Так ты же не говоришь, а орешь.
-Ну и дай мне орать!
Товарищ Краев!
Так работать - ой как тяжело.
Заполярным шахтерам от всей
страны слава.
Так зачем же эту славу марать?
Рекорд ставили - фальшивили,
цикличность вводим - фальшивим.
-Правильно, Фирсов.
-Ведь было дело?
До аварии дофальшивились!
Арсентий Павлович, скажи!
Ну скажи!
Чего ты притаился? Ну говори!
Не бойся, здесь народ кругом.
-Я виноват, но больше всех в этой
аварии виноват товарищ Краев.
Сколько я просил сделать
подробную разведку? Отмахнулись?
Спешили пустить шахту досрочно?
-Что он мелет?
-Правильно, писал он мне и вам.
-Я побоялся спорить, а он не
боится.
И я теперь тоже.
(Крик ребенка)
-Что там за детский сад?
-Выйдите.
-А я прошу собрание оставить
товарищей.
Мы их сами пригласили с дальнего
рудника.
-Садитесь, пожалуйста.
-Прошу слова.
Товарищ Краев, мы вместе с вами
наш дом сломали.
А новый где?
-Будет!
Когда мы сюда приехали,
в палатках жили.
А у меня даже и палатки не было.
Но я для вас мелочь пузатая,
а для него - нет.
Да он для любого, каждого ночью
с постели вскочит, побежит.
И вы его считаете дурнее вас?
Да кто вам дал такие права?
-Вы ближе к делу.
-А это тоже дело.
Вы я вижу, товарищ Краев, як
Петро Великий,
что хочете, то и делаете.
-У нас в Донбассе не так.
-А в Донбассе с цикличностью?
-Работают по графику и гроши
богато заробляют.
Тут разговор за товарища Краева.
-Товарищи, есть повестка дня!
Товарищ Капралов, вот вы тут
обвиняли Батанина.
Какие у вас данные?
Откуда это видно?
-Отовсюду видно.
В бабьем общежитии своими личными
глазами видел,
чуть ли не телешом сидел вон у
нее.
-Он с комсомольцами зашел. А
девочки ему пиджак зашивали.
-Может, ты и на квартире с ними
не жила?
Мамаша без папаши.
-Товарищ Самохина!
-Я не Самохина!
-Она Байкова! Поняли? Жена моя!
Поняли?
А это сын мой, Байков Павел
Сергеевич. Поняли?
-Поняли, поняли. Ты дубинку-то
брось.
-Еще что скажете?
Ничего? Тогда я скажу, товарищи.
На партбюро мнения разделились.
Лично я воздержался. Мне не ясно
было.
Мне и сейчас не все ясно.
Но только, по-моему, травят
Батанина.
Как же это получается?
Скажите, товарищ Краев.
-Так ведь было предложение
закрыть прения.
-Не согласны!
-Рано!
-Так ты ж на Новый год
торопишься. -Успеем, встретим.
-Со старым не рассчитались.
-Продолжаем. Пускай ответит.
-Погляди, кто за тебя. Тасин,
Капралов - и все?
Как ты очутился в такой компании,
Егор Денисович?
-Имею вопрос к порядку ведения.
Почему товарищ Краев сел прямо в
президиум?
Ты не дергай, не дергай. Он меня
в должности не понизит.
Я и так на 100 метров под землей.
Кто его выбирал?
-Правильно! Проголосуем, потом
сядет.
-Продолжим разговор, товарищи.
Разговор у нас получился шумный,
сердитый,
но, по-моему, правильный,
партийный разговор.
Коммунисты шахты 8 крепко
одернули товарища Краева.
Человек зазнался, никого
не слушал
и дошел до обмана шахтеров,
государства.
Решай, Георгий Денисович, как
тебе работать дальше.
Об этом тебя спросят на бюро
райкома.
И ты, Батанин, не задирай нос.
Кто победил в споре с Краевым?
Партия, народ, люди,
с которыми ты не нашел времени
посоветоваться.
Запомни это на всю жизнь.
-Вот так кончился тот год.
Тебе не легко пришлось, Володя.
А еще труднее придется товарищу
Краеву.
Зато вы оба поняли, кто хозяин
этого города
и кто решает судьбы его людей.
 

////////////////////////////