содержание   ..  596  597  598   ..

Понятие превышения пределов необходимой обороны Министерство общего и профессионального образования ******** государственный университет Юридический факультет Кафедра уголовного права Понятие превышения пределов необходимой обороны студента 6 курса очного отделения юридического факультета -- (указать Ф.И.О.) -- Научный руководитель : _______________ - (Ф.И.О.) - Допущена к защите «___» ______________199___ г. Заведующий кафедрой доктор юридических наук профессор __________ - (Ф.И.О.) - Н - ск 199__ г. С О Д Е Р Ж А Н И Е стр. ВВЕДЕНИЕ 3 - 7 ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И УСЛОВИЯ ПРАВОМЕРН ОСТ И НЕОБХОДИ МОЙ ОБОРОНЫ 7-35 §1 Понятие необходимой обороны 7-19 §2 Условия правомерности необходимой обороны 20-35 а) Относящиес я к пос ягательс тву 20-33 1. Общес твенная опаснос ть пос ягательства 21-27 2. Наличнос ть пос ягательства 27-30 3. Действительность пос ягательс тва 30-33 б) Относ ящиеся к з ащите 33-35 1.Активность отраж ения общес твенно опас ного посягательства 33-34 2. Причинение вреда пос ягающему 34-35 ГЛАВА 2 ПОНЯТИЕ И ВИДЫ ПРЕВЫШЕНИЯ ПРЕДЕ ЛОВ НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЫ 35- 51 § 1 Понятие превышения пределов необходимой обороны 35-45 § 2 Ви ды превыш ения пределов необходимой обороны 45-51 ГЛАВА З ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СОСТАВОВ ПРЕСТ УПЛЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ ПРИ ПРЕВЫШЕНИИ ПРЕДЕ ЛОВ НЕОБХО­ДИМОЙ ОБОРОНЫ И ИХ ОТЛИЧИЕ ОТ СХОДНЫХ ПРЕСТ УПЛЕНИЙ 51-62 §1 Убийство и тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение, прич инённое при превышении пределов необходимой обороны 51-57 §2 Отграничение престуллений, совершаемых в с остоян ии с ильного душевного волнения от прес туплений, с овершаемых при превышении пределов необходимой оборо ны, либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. 57-62 ЗАКЛЮЧЕНИЕ 63 В В Е Д Е Н И Е В 1997 год Россия вошла с тяжёлым грузом проблем. Как отмечено в Послании Президента Российской Федерации Федеральному собранию, государственный аппарат разъедает коррупция, власть слабо обеспечивает выполнение законов и указов. «Преступный мир, по существу, бросил вызов государству, вступив с ним в открытую конкуренцию. Появилось немало хорошо организованных преступных групп со своими мозговыми центрами, исполнителями, «судами», «силовыми подразделениями». Эти преступные структуры расширяют свое влияние...»[1] В главе второй первого раздела конституции Российской Федерации, предусматривающей права, свободы человека и гражданина сказано, что каждый имеет право на жизнь, достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.[2] Однако некоторые авторы не без оснований считают, что ситуация сейчас такова, что преступность становится подлинно социальным бедствием, угрожает самим устоям государственности и национальной безопасности, вызывает тревогу всего населения, подрывает у людей веру в способность власти защитить их жизнь и безопасность.[3] К такому положению привели многие просчёты и ошибки в проведении социальных и экономических реформ, правовой политики. История показывает, что перераспределение власти и собственности всегда порождает волну преступности и насилия. Ещё Карамзин подметил, что долговременные несчастья государственные остервеняют сердца и вредят нравственности людей. Примеров патологической жестокости и насилия не счесть. Криминологический прогноз, по мнению Генерального прокурора Российской Федерации Ю. Скуратова, не предвещает позитивных перемен в ближайшие годы. Причём официальная статистика не полностью отражает реальное состояние дел (по оценкам учёных и практиков на каждое зарегистрированное преступление два-три незарегистрированных).С учётом такой латентности в России совершается около 10 миллионов преступлений, (а не 2,7 миллиона, как показывает статистика).[4] Указанное мнение поддерживается и другими авторами. Переход к многоукладной экономике, считают они, имущественное расслоение, разрастание групп и слоёв повышенного социального риска, напор на подрастающее поколение пропаганды насилия, негативных социальных привычек и стандартов поведения, культа богатства любой ценой - открывает в ближайшие годы возможности для стимулирования роста преступности и неблагоприятных изменений её качественных показателей.[5] Огромную роль в борьбе с преступными посягательс тва­ми на интерес ы общества, на интересы граж дан игр ают органы государства: с уд, прокура тура, орг аны ми лиции, органы государственной бе­зопаснос ти, совершенствовани ю деятельнос ти которых должно уделяться пос тоянное внимания . Однако ос ущ ествлять борьбу з а укрепление правопорядк а должны не только правоохранительные органы. Ус пешное решение этой задачи немыслимо без актив­ного участия других государственных органов, общес твенных ор ганизаций и отдельных граждан. Только в результате их с овместных усилий могут быть до­ стигнуты успехи в реш ении этой важной задачи. Причем центр тяжести долж ен быть перенесен не на ужесточение уголовно-правовых репрес сий, а на предупреждение преступлений. Российский закон предоставляет гражданам России большие права по защите как с амих с ебя, так и любого члена общества от пре ступных посягательс тв . Формы участия общественности в борьбе о пре­ступностью весьм а разнообразны. Это участие может выразиться и в сообщении органам власти о готовящихся или с оверше нных преступлениях, а такж е о тех недостатках в работе государ­ ственных учреждений, предприятий и общественных организаций, которые могут с пособствовать совершению преступлений. Одним из наиболее эффективных средств борьб ы с преступностью, является непосредственное отраж ение гражданами общественно опасных пос ягательств , направленных на государственные , общественные и личные интерес ы. Предоставление любому гражданину права отраж ать прес тупное посягательство только тогда дает должный эффект, когда каж дый человек будет знать, что он имеет такое право и умеет им пользоваться. При необходим ой обороне дей ствия лица направлены на защиту интерес ов государства, общественн ых инте­ре сов, личности и её прав от обществ енно опасного пос яга­тельства, поэтому эти дейс твия не предст авляют общественной опасности, а, наоборот, они являютс я общес твенно полезными, так как они защищали законны е права и интерес ы. Жизнь подтверж дает, что наиболее активно в пре сечении преступлений и задержании прес тупников учас твую т лица, хор ош о знающие законодательство о необходим ой обороне. Правильное применение законодательства о необходимой оборо не является важ ным условием широ кого вовлечения населения в борьбу с преступнос тью. Однако мы до сих пор встречаем ся в ряде с лучаев с фактами, которые свидетельствуют о том, что в работе следственных и с удебных органов ещё допускаютс я ошибки, когда необоснованно привлекают к уголовной ответс твеннос ти лиц, дей ствовавших в сос тоянии необходимой обороны. Такие ошибки могут серьёзно подорвать успех борьбы с общественно опасными элементами, пос ягающ ими на гос ударс тв енные и общественные интерес ы, на жизнь и здоровье граж дан. Необходимая оборона - важнейшее и дей ственное средст ­во в борьбе с преступностью. Но, к с ожалению, ещё многие граждане почти ничего не знают или имеют весьма смутное представление о праве на необходимую оборону. Об этом свидетельствуют данные с оциологичес ких исследований, проведенных в некоторых городах нашей страны. В частнос ти, В. Козак приводит данные соци ологического исследования, проведенного в г. Саратове. В ре зульта те исследований установлено, что 53,9 % опрошенных лиц указали, что им ничего не известно о праве граждан на необходимую оборону: 20,6 % опрошенных заявили, что им мало что- либо извес тно о необходимой оборо не. И только 25,5 % опрошенных указали, что они ос ведомлены о праве граждан на необходимую оборо­ну. «Меж ду тем, - как справедливо отметил автор, - от осведомленности граждан о с ущес тв овании института необходимой обороны за вис ит их активно сть в участии по пресечению преступных посягательс тв, которы е с овершаютс я в их присут­с твии.»[6] Чтобы каж дый гражданин фактически ис пользовал предоставляемое ему з аконом прав о необходимой обороны, чтобы никто не проходи л мимо преступления и принимал действенные меры к защ ите охраняемых законом прав и интересов граждан от общественно опасных посягательств, надо ш ироко пропаган­ диро вать среди населения закон о необходимой обороне и в следственно - прокурорс кой и с удебной практике обеспечить правильное его толкование и применение. Придавая большое значение осведомлённости граждан о принятых законах Пленумом Верховного Суда Российской Федерации № 8 от 31 октября 1995 года было справедливо указано: «...не могут применяться законы, а также любые иные нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы, обязанности человека и гражданина, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения.»[7] Право необходимой оборо ны долж но быть широко использо­вано для защ иты любых охраняем ых законом интерес ов от пре­ступных пос ягательств. Это право было закреплено в ст. 13 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных р ес ­публик, и являлось серьёзной гарантией охраны интересов государства, прав и интересов граж дан от общест­венно опасных пос ягательств. Право на необходимую оборону было подчеркнуто в Ука зе Пре ­зидиума В ерховного С овета ССС Р от 26 июля 1966 г ода «06 усилении ответственности за хулиганство.» В ст. 16 Указа сказ ано: «Действия граждан, направленные на пресечение преступных посягательс тв и задерж ание преступника, яв ляются в соответствии с законодательством Союза ССР и союзны х рес­публик пр авомерным и и не влекут уголовной и ли иной ответ­ственнос ти, даж е если этими дейс твиями вынуж денно б ыл при чинен вред преступнику. »[8] В опросам необходим ой обороны постоянно уделяетс я бо льш ое внимание в теор ии и практи ке. Россия подписала Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, в ст.2 первого раздела в которой говорится: «Право каждого человека на жизнь охраняется законом. Никто не может быть умышленно лишён жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание.» Однако далее конвенция предусматривает право граждан на необходимую оборону, в ней говорится: «Лишение жизни не рассматривается как совершённое в нарушение данной статьи, если оно является результатом применения силы, абсолютно необходимой: а) для защиты любого лица от незаконного насилия...»[9] Статья 13 Уголовного кодекса РСФСР, предусматривающая право гражданина на необходимую оборону была изменена в 1994 году. Пр актические работники, применяя законодательство о необходимой обор оне, нередко сталкив аются со значительными трудностям и. Поэтому имеют ещё место случаи, когда отдельные суды форм ально подходят к анализ у доказ ательств при ре шении вопроса о том, дейс твовало ли лицо в состоянии необходимой обороны или ж е допустило превышение её пр еде­лов. Такие оши бки не изжиты и до настоящего времени, на наш взгляд допус каютс я из-з а отсутс твия у некоторых работников ор ганов следствия, суда и прокуратур ы дос таточно четкого пре дставления по вопросам, связанным с уголовно - правовой оценкой оборонительных дей ствий. Подавляющее число уголовных дел, рассмотренных судами г. Иркутска в период 1990-1995 г.г. с вынесением обвинительного приговора по ст. 105, 111 УК РФ, явилось результатом перехода с основных (ст.ст. 103, 108 УК РФ - 85%) или даже квалифицированных (ст. 102 УК РФ - 1%) составов преступлений. Стабильное же снижение числа зарегистрированных преступлений и лиц, их совершивших по ст.ст. 105 и 111 УК РФ наблюдаемое в последние годы, при том, что случаи оправдания лица за правомерностью причинённого им вреда практически единичны в судебной практике, а случаи отказа в возбуждении уголовных дел со ссылкой на правомерность действий обороняющегося вообще явление исключительное, свидетельствует скорее о недостатках уголовного законодательства о необходимой обороне, чем о его достоинствах.[10] По многим вопросам пр именения законодательств а о необходимой обороне, в особеннос ти относящимся к понятию уголовно наказуемого превыш ения её пределов , в литературе нет един ства взглядов. Прини мая во внимание вышеизлож енные м оме нты, мы сочли возмож ным выбрать тему дипломного сочинения - Понятие превышения предело в необходимой обороны. ГЛАВА 1 ПОНЯТИ Е И УСЛОВИЯ ПРАВ ОМ ЕРНОСТИ НЕОБ ХОДИМ ОЙ ОБОРОНЫ § 1. Понятие необходимой обороны. В науке советского уголовного пр ава и в российском уголовном законодательс тве выделяются опре дел енные деяния, которые с внешней стороны предс тавляю тся пр отивоправными, однако в силу определенных при чин не я вляются общ ественно опасными и потому не влекут за собой уголовной ответственности. Одним из таких деяний наш е уголовное з аконодатель­ство пр изнаёт действие, совершённое в с остоянии необходимой обороны. Уголовное законодательство допускает необходимую оборону граждан от пре ступных посягательств потому, что она н аправлена против общественно опасных дей ствий и тем самым являлась дей ствием не об щественно опасным. И зучение вопро сов необходимой обороны ст ало особенно актуальным в последнее время. Это связ ано с практическим осуществлением принятых государством мер по усилению борьбы с преступностью, необходимостью охраны прав граждан. Впервые в советс ком уголовном праве определение поня­тия необходимой обороны было дано в «Руководящих началах по уголов ному праву РСФСР » 1919 года. Од нако статья 15 «Руководящих начал» имела недостатки, вызванные с лабой разработкой в то время учения о необходимой обороне в тео­рии советского уголовного права и отсутствием практического опыта по рассмотрению дел соответствующей категории. Не было указано, что дей ствия, представляющие собой акт необ­ходим ой обороны, не являются преступлением, а го ворилось лишь о и х ненаказуемости. Отсутствовал о четкое определение круга интересов, котор ые можно защищать путем причинения вреда нападающему. В обстановке ожесточенной классовой б орьбы, изменения фо рм и хара ктера преступл ений против пролетарского госу­дарства, встала задача дальней шего укрепления революционной законности, задача об ес печения строж ай шего революционного порядка в стране. В.И. Ленин на IX съезде Советов в декабре 1921 года говорил: « Чем больше мы входим в условия, которые являются условиями прочной и твердой власти, ... тем настоятельнее необходимо выдвинуть твердый лозунг осуществления большей революцион ной законности...»[11] Шаг вперед в уточнении понятия необходимой оборо ны был сделан в УК РСФСР 1922 года. В статье 19 первого совет­ского Уголовного Кодекса устанавливалось, что «не подлежит наказанию уголовно-наказуемое деяние, совершенное при необходимой обороне против посягательс тва на личность и права обороняющегося или других лиц, если при этом не допущено превыше ния пределов необходимой обороны. »[12] Новым в определении было то, что в нём говори лось о защите не только от посягательс тва на личность, но и от таких дей ствий, которые направлены на нарушение пр ав обороняющегося и других лиц. Вместе с тем определение необходим ой обороны в УК РС ФСР 192 2 года имело и некоторые недостат ки. В нём, как и в «Р уководящих началах» не было указа ния на допусти­мость обороны против посягательства на го сударственные и общественные интерес ы. Конечно это не означ ало, что зако­нодатель считал неправомерной защиту от пос ягательств на советский государственный и общественный строй, социалис ­тическую собственность и другие коллективные интере сы. В соответствии с общими принципами советск ого уголовного пр ава подобного рода оборонительные дей ств ия всегда при­знавались общ еств енно полезными, заслужи вающ ими одобрени я и поощре ния. Поэтому не совсем точным, на наш взгляд, является вс тречающееся в литератур е ут вер ждение о том, что «Руководящие начала» и УК 1922 года ограничивали область необходимой оборон ы л ишь защитой индивидуальных интересов.[13] Правильнее будет сказать, что в назв анных уголовно-правовых актах отсутствовало пр ямое указание на допустимость обороны против пре ступных посягательств на коллек­т ивные интерес ы. Вторым недостатком определения необходим ой обороны в УК 1922 года явилось то, что в нём правомерные оборонитель­ные действия назывались « не подлеж ащими наказанию уголовное наказуемыми деяниями». Такая неудачная формулировка, ра­зумеется, не содей ствовала правильной политической и ю ридической оценке действий , вызванных необходимостью отраже­ния преступных посягательств на обществен­ные отношения. По мере развития теории уголовного права и накопления опыта судебной деятельности совершенствовалось и законодательное определение понятия необходимой обороны. Восполняя пробел, имевшийся в ранее дейс твовавших правовых норм ах, статья 9 «0сновны х начал уголовного за­конодательства СССР и союзных республик" 1924 го да отнесла к правомерной обороне и защ иту «против посягательств на советскую власть и революционный порядок.» Однако в «Основных началах» понятие необходимой обороны было сформ улировано недостаточно четко. Статья 9 ( в редакции Постановления ЦИК СССР от 25 ф евраля 19 27 го­да, в которой она дей ствовала до принятия «Основ уголов­ного законодательства Союза ССР и союзных республик» 1958 года ) [14] устанавливала, что меры социальной защиты не применяются вовсе к ли цам, совершившим дей ствия, предусмотренные уголовными законами, если судом будет признано, что эти дей ствия совершены лишь в состоянии необходимой обороны против посягательства на советскую власть, либо на личность и права обор оняющегося или другого лиц а, если при этом не было допущено превышения пред елов необходимой обороны».[15] Недостатком этого постановления явилось прежде всего то, что в нём не указывалось, что акт необходимой обороны не являетс я преступлением, а говорилось лишь о его ненаказуемости. Такая характеристика правомерных защитительных дейст­вий не раскрывала и х дей ствительной сущности, их роли в борьбе с преступностью. Она создава ла неправильное представление, будто необходимая оборона исключает только наказуемость причинения вреда нападающему, но не наличие в дей­ствиях защищающегося при знаков состава преступления. В ст. 9 «Основных начал» не был дан достаточно чёткий перечень интересов, пося гательство на которы е созда­ёт право необход имой обороны. В них говорилось о правомерности «обороны против посягательства на Советс кую влас ть либо на личность и права обороняющегося или другого лица». Неопределенность формулировки «посягательство на Советскую власть» приводила к слишком узкому её толкованию некоторы ми учёными и практическими работниками. Так, на­пример, утверж далось, что «под посягательством на Советскую власть» следует понимать посягательств о на представителей власти, советские учреждения или пр инадлежащ ие сове тском у государству пр едпри ят ия. Этот взгляд находил отраж ение и в судебной пр актике. Отдельные суды склонны были понимать под защито й Советской в ласти оборону пр отив посягательства на социалистический государственны й и общественный строй. Поэтому о ни приходили к неправи льному выводу, что в иных случаях защита пра­вопорядка от преступных нарушений не охватыв алась понятием необходимой обороны. Н едостатком ст .9 Основных начал являлось то, что в них не было раскрыто долж ным образом сам о содерж ание понятия необходимой обороны, не был подчеркнут и её а ктив­ный характер и не определялось прев ышение пре делов доз­воленной защиты . Решение вопро са о наличии или отсутствии состояния необходим ой обороны возлагалось на суды. Так ой порядок противоречил нормам уголовно-процессуального права в соответствии, с которым органы р асследования, установив, что вред причинен другому лицу в ре зультате необходимой обороны, без пре выш ения её пределов, отк азывали в возбу ж­дении уголовного дела или прекращали его за отсутствием в дей ствиях защ ищавшегося состава преступления. Неправильное по ним ание положений закона о необходимой обороне, про води вшее к судебным ош ибка м, о граничивало право граждан на законную защиту. Поэтому Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 23 октября 1956 года « 0 недостатках судебной прак тики по делам, связ анным с применением законодательс тва о необходи мой обороне » проанализировал эти ош ибки и дал судам соответствующие руководящие ра зъясн ения. [16] Да нное По становлен ие содействовало устр анению нару­шений законности, а некоторы е его полож ени я в последствии были воспринят ы новым законо дательством о необходимой обороне. Важ ное значение для д альней шего совершенствования института необходимой обороны им ели раз работка и принятие новых уголовных законов. Проект Основ уголовного законодательства был выне сен на всенародное обсужд ение, что позволило уч есть м нение широкой обществен­ности при окончательной форм улировке ряд а положений уголов­ного права. Так, в ст. 13 про екта да валось следующее опре­деление необходимой обороны: «Дей стви я, совершенные в с остоянии необходимой обороны от общ ес твенно опасного по сягательства на интер ес ы Советс кого государства, социа­листическую собственность, личность и права обороняющегося или другого лица не вле кут за собой уголовной ответствен­ности, если при этом не было допущено превышение пределов необходимой обороны».[17] Эта форм ули ровка отличалась больш ей четк остью по сравнению с той, которая давалась в Основ ных началах 1924 года. Однако, и в ней не бы ли устранен ы некоторы е из от­меченных выше недос татков законодательного определения не обходимой оборо ны. Не указыв алось, в частности, что дей ствия, совершённые в с остоянии необходимо й обороны, н е являютс я преступлением ( говор илось лишь, что они не влекут за собой ответственности), не был подчеркну т их активный характер ( не у поминается тако й призна к необхо димой обороны, ка к п ричинение вреда нападающему), недо­ста точн о че тко опреде лялся к руг интересов, котор ые мож но защ ищ ать от пре ступника, не разъ яснялос ь, что следует понима ть под превыш ени ем пределов дозволенн ой защ иты.[18] С учётом предложений, высказанных в проц ессе обсуж­дения проект а, в « Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзны х республик», принятых 25 декабря 1958 года , была помещ ен а, ст атья 13, в которой бы ло дано законодательное определение необход имой обороны. Принятая Ф орм улировка без изменени й была воспроизведена в уголов­ных кодекса х союзных ре спублик, принятых в 1 959-1961 годах. Ста тья 13 УК РСФСР устанав ливала, что «не являе тся преступлением действие, хотя и по дпадаю щее под приз наки деяния, пре дусм отренного Особ енной ч ас тью коде кс а, но совершенное в сос тоянии необходим ой обороны, то есть при защите интере сов Советского гос ударства, общественных интересов, на личность и право обороняю щегос я или друго­го лица от общественно опасного посяга тельства путём причинения пося гающ ему вре да, если при этом не было допущено превышения пред елов необход им ой обороны. [19] А.А. Пионтковский считал, что необходим ая оборона есть правомерная защита против посягательства на интерес ы го­сударства, общественные интересы, на личность и право обороняющегося или других лиц путём при чинения какого - либо вреда нападающему.[20] Необходимая оборона является лишь субъективным правом граж дан на отраж ение общественно опасного посяга­тельства путём причи нения вреда нападающему. Граждане могут использовать это право, но мог ут и уклониться от его осуществления. Однако при этом, замечает А.А. Пионтковский, в определённой ситуации, например, когда про­исходит нападение на интересы государства или общественные интерес ы, или на ж изнь либо здоровье других лиц, необходимая оборона может являтьс я моральной обя­занностью граж дан, ибо нрав­ственность воспитывает их в духе товарищеской взаимопомощи и заботы о государственных и общественны х интересах . [21] Такого же мнения придерж иваются и Н.И. Паше-Озерский [22] , В.Ф . Кириченко[23] , И.И. Слуцкий[24] и другие. Думается, что справедливо с такими высказываниями не соглашается Т.Г. Шавгулидзе, который считает, что использ ование пр ава необходимой обор оны нельзя рас­сматривать как моральную обязанность . О необходимой обороне речь идёт лишь тогда, когда правовые интересы защищают­ся путём причинения посягающему вреда, которы й при иных обстоятельствах вызвал б ы уголовное наказание. Если же защита правового блага осуществлена без причинения вреда посягающему, в таком случае не приходится говорить об использовании защищающ им права необходимой обороны. С ле­довательно, считать использование права необходимой оборо ны моральной обязанностью граж дан равносильно утвер­ждению, будто у граж данина есть моральная обязанность защищать правовые интересы от посягательства именно путём причинения вреда пос ягающему. Соверш ение соот ветс твующи х действий, по мнению профессора Е. А. Ф ролова, пусть даж е внеш не и напоминающи х преступление, лицом в сос тоянии необходимой оборо ны, есть моральный долг каждого граж данина. Однако нельзя исходить из того, что на всех граж данах лежит юридическ ая обязанность действовать подобным образом, ю ри дической обязан­ност ью эти действия являются лиш ь для лиц, на которых в силу пр ямого указания закона и ли в силу их служ ебного положения возлож ены ф ункции по охране общественного по­рядка, бор ьбе с преступнос тью, спасению людей или имущества. Для всех же остальных граждан соверш ение указанных действий, соединённых зачастую с немалым риском для и х собственной ж изни и здоровья, является лиш ь правом, но не обязанностью.[25] Исходя из понятия преступления и руководствуясь об­щим значением обстоятельств, исклю чающ их преступность деяния, мож но дать определение понятия необходим ой обороны в уголовном праве. Как известно, непременными признаками всякого преступления по российскому уголовному праву являются: общественная опасность, уголовная противоправность, виновность и нака зуемо сть деяния. Эти признаки, как правило, вз аимосвязаны, представляют собой единое целое. Несомненно, что важней шее место принадлежит первому из них - признаку общественной опасности. В уголовно - правовой литературе необходимая оборона обычно характеризуется к ак обстоятельство, исключающее общест­ венную опасность.[26] Сущ ествует и такое мнение, что необходимая оборона ес ть обстоятельство, исключающее преступность деяния, или что она исключает уголовную ответственнос ть.[27] С указанными выше мнениями, на наш взгляд, правильно не согласен Н.Н. Паше-Озерский, который отмечает: «Ни одна из приведённых характеристик необходим ой обороны не является достаточной. Не льзя ограничиваться при знанием того, что необходимая оборона является обстоятельством, только исключающим общественную опасность деяния или только исключающим пре ступность деяния. Необходимую оборону в советском уголовном праве правильнее рассмат­ривать как такое с остояние, при котором защитительные дей ствия лица лиш ен ы свойства общественной опасн ости. Дей ствие же, не являющееся общественно опасным, лишено также признаков уголовной противоправности, ви новности и наказуемости. Следовательно, необходимая оборона пред­полагает отсутствие признаков преступления в деяниях лица в м омент их совершения.[28] Таким образом, в защитительных дей ствиях при необходимой обороне отсутствуют признаки пре ступления. А это означает, что в них отсутствует состав преступления которы й является основанием уголовной ответс твенности по уголовному праву. При необходимой обороне устраняетс я общественная опасность совершенного деяния, если она удовлетворяет требованиям, относящимся как к нападению, так и к защите. В таких случаях деяние не носит преступного характера. В уголовно - правовой литературе нет единства взглядов по вопрос у о том: может ли деяние, лишённое общественной опасности, форм ально соответствовать соста­ву преступления ? Т.Г. Шавгулидзе считает, что деяние, совер шенное в состоянии необходимой обороны формально не соответствует составу преступления. В частнос ти, он пишет, «что же касается необходимой обороны, ... то она не только лишена общественной опасности и противоправности, но даже и форм ально не с оответствует составу преступления.»[29] На наш взгляд, более правильную позицию при решении данного вопроса занимают проф. Т.В. Церетели и В.Г. Макашвили, которые считают, что в случаях, предусмотренных ч.2 ст.7 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, деяние форм ально соответствует со­ставу преступления. Они отмечают: «С овершенно очевидно, что сказанное сохраняет значение и для других обстоятельств, устраняющих общественную опасность и противоправность деяния, т.е. для необходим ой обороны, край ней необходим ости и т.д.» Таким образом защи ти­тельные дей ствия от преступления Ф ормально соответс твуют составу преступления. Важным признаком необходимой обороны является право защищать интересы государства, общественные интерес ы, личности или прав обороняющегося и ли другого лица, путём причинения вреда посягаю щему. При чём, в ред этот может носить самый различный характер, вплоть до лишения жизни посягающего. Причинение такого вреда при обычных обстоятельствах признаётс я преступлением. При необходимой обороне дейс твия лица направлены против общественно опасных по сягательств, поэтому такие дей ствия являются правомерными. Это полож ение полностью подтверждено Указом Президиум а В ерховного Совета СССР от 26 июл я 1966 года «Об усилении ответственности за хули­ганство», в котором в ст. 16 говорится: «Дей ствия граж дан, направленные на пресечение преступных посягательств, являютс я правомерными и не влекут уголовной ответствен­ности, даж е если этими дей ствиям и вынуждено был причинен вред преступнику.»[30] Таким образом, закон предоставляет граж данам право на совершение указанных дей ствий в интере сах охра ны общественного порядка от хулиганов, бандитов, грабителей и иных преступнико в. Исходя из вышеизложенного, по вопросу о понятии необходимой обороны, нам представляется наи более правиль­ной формулировка, данная Н.Н. Паше-Озерским которы й считал, что необходимая оборона по советскому уголовному праву - это не являющиеся престу­пными в момент и х сов ершения, а потому и ненаказуемые дей ствия, предприняты е в защиту от общественно опасного посягате льства на интере сы государства, на общественные интересы или на личность и права обороняющегося либо другого лица и причиняющие посягающему вред, не являющийс я, с точки зрения право­сознания и морали, резко несоразмерным с ценностью, важ ностью, общественным значением защищен ного интереса с угрожавшим этому интересу вредом.[31] Институт необходимой обороны призван служить делу укрепления законности, воспитанию людей в духе нетерпим ого отношения к преступным про явлениям, выпо лнять серьёзную проф илактическую роль, предупреждая лиц, способных решиться на соверш ение пре­ступления, о том, что жер тва посягательства и любые другие лица могут им дать достой ный отпор. Он постоянно совершенствуется, законом Российской Федерации от 1 июля 1994 года ст. 13 Уголовного кодекса РСФСР была изложена в следующей редакции: «Каждый имеет право на защиту своих прав и законных интересов, прав и законных интересов другого лица, общества, государства от общественно опасного посягательства независимо от возможности избежать посягательства либо обратиться за помощью к другим лицам или органам власти. Правомерной является защита личности, прав и законных интересов обороняющегося, другого лица, общества и государства путем причинения любого вреда посягающему, если нападение было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Защита от нападения, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.»[32] В указанной статье развито и конкретизировано положение ст.46 Конституции РФ о том, что каждый в праве защищать свои и чужие права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. В новой редакции ст.13 УК было закреплено право защищать не только свою жизнь, здоровье, собственность, но и права других лиц. Исключительно важны для повышения значения необходимой обороны положения закона о том, является правомерной защита путём причинения посягающему любого вреда, если нападение было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Нападение по мнению Тенчова Э.С., есть активное и неожиданное для потерпевшего агрессивное действие, создающее реальную опасность немедленного и непосредственного применения насилия над личностью подвергшегося нападению.[33] Насилие, опасное для жизни, как считает судебная практика, это такое физическое воздействие которое способно причинить смерть, нанесение ранений в жизненно важные органы. Угроза - это выражение намерения причинить вред или применить насилие. На основании ч.3 ст.13 УК правомерность защиты от нападения, не соединённого с насилием, опасным для жизни, определялась как и ранее: если она не превысила пределов необходимой обороны. Новый уголовный закон о необходимой обороне стал ближе к его основному адресату, поскольку последний из содержания ч. 1 ст. 13 УК РФ получил значительно большую возможность знать о своих правах непосредственно из текста самого уголовного закона, а не из актов его толкования. В нём усилилась конкретность в части описания условий, при которых необходимая оборона всегда правомерна ( ч. 2 ст. 13 УК ).При этом впервые за весь советский и пост советский период была сделана попытка дифференцированного определения характера причиняемого вреда посягающему в зависимости от охраняемого обороняющимся блага. Эта попытка выразилась в исключении действия института превышения пределов необходимой обороны в отношении общественно опасных посягательств на общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность жизни. В отличие от ранее действовавшего уголовного законодательства, в новой редакции ст. 13 УК РФ юридически более точно и правильно было дано определения понятия превышения пределов необходимой обороны как умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства. Такое законодательное решение наконец-то прекратило полемику о субъективной стороне преступлений, предусмотренных ст. ст. 105, 111 УК РФ. Хотя и не из специальной нормы, но из содержания ч. 3 ст. 13 УК РФ следовал однозначный вывод о том, что превышение пределов необходимой обороны влечёт уголовную ответственность лишь в случаях умышленного вреда посягающему.[34] Констатируя, что ст.13 УК в редакции Федерального закона от 1 июля 1994 г. Явилась существенным шагом вперёд в развитии законодательства о необходимой обороне, вместе с тем надо обратить внимание на то, что она не лишена недостатков. И. Звечаровский и Ю. Чайка считают, что в 1994 году законодатель, сделав шаг навстречу личности не решил до конца главного: в новой ст. 13 УК РФ ясно описывались только те условия, при которых возможна необходимая оборона; подобная ясность отсутствовала в определении условий её правомерности. А именно это важно при принятии решения о реализации права на необходимую оборону. По-прежнему, избрав путь общего определения правомерности необходимой обороны, законодатель действительно поставил потенциального субъекта необходимой обороны в ситуацию при которой он должен не только дождаться нападения, но и определить его направленность и выяснить характер применяемого или угрожающего насилия, т.е. решить вопросы, которые вызывают затруднение даже у специалистов и которые без разъяснения Пленума Верховного Суда однозначно толковаться не будут. Цена же ошибки общеизвестна: конфликт с уголовным законом со всеми вытекающими отсюда последствиями.[35] По мнению В. Ткаченко в ч.1 ст.13 декларируется право на необходимую оборону, но не раскрывается, а в чём же она состоит, то есть не указывается, что защита осуществляется путём причинения посягающему вреда. Другими словами, законодатель в отличие от прежней редакции ст.13 УК не дал определения необходимой обороны. Правда в ч.2 говорится о том, что защита производится путём причинения посягающему вреда. Однако, строго говоря, это касается лишь обороны от нападения, соединённого с насилием, опасным для жизни или угрозой такого насилия. Остаётся лишь предполагать, что и при защите от других посягательств причинение вреда посягающему является обязательным признаком необходимой обороны. Чтобы не делать субъективных предположений, целесообразно было бы, по мнению Ткаченко, в самом законе чётко определить все признаки рассматриваемого института.[36] В ч.1 ст.13 названы объекты защиты: права и законные интересы. Права перечислены в главе 2 Конституции. Что имеется в виду под законными интересами, защита которых возможна путём необходимой обороны, неясно. Да и нет законов, в которых бы давался перечень каких-то интересов. Чтобы по мнению В. Ткаченко, не вносить в понятие необходимой обороны неточностей и нечёткости, было бы полезным в числе объектов защиты оставить лишь права граждан. В ч.1 говорится, что основанием необходимой обороны является общественно опасное посягательство. В частях 2 и 3 основание конкретизируется. Им называется нападение, соединенное с насилием, опасным для жизни, или угрозой такого насилия в отношении обороняющегося или другого лица, а также нападение, не сопряжённое с насилием опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с угрозой применения такого насилия. Между тем насилие очень часто совершается не только путём нападения, например, при превышении пределов необходимой обороны, которое является общественно опасным. Если считать правомерной необходимую оборону только против нападения, соединённого с насилием или угрозой насилия, то будет неправомерным её применение против многих посягательств, не связанных с насилием: поджога, грабежа, несвязного с насилием и т.д. В числе оснований необходимой обороны в ст.13 названо нападение, сопряжённое с непосредственной угрозой насилия. В законе между тем не названы критерии непосредственной угрозы нападения. Значит, это понятие становится оценочным, могло вести к ошибкам.[37] Право на необходимую оборону предусмотрено и уголовным кодексом РФ принятым Государственной Думой 24 мая 1996 года. В ст.37 говорится: «1.Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны.2.Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Это право принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти. Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства.»[38] Как следует из указанной статьи УК РФ необходимая оборона - это правомерная защита от реального и наличного общественно опасного и уголовно-противоправного посягательства путём причинения в целях отражения данного посягательства вреда посягающему, если при этом не были превышены пределы необходимой обороны. Общественно опасное уголовно-противоправное посягательство - такое запрещённое уголовным законом посягательство на интересы личности, общества или государства, которое существенно угрожает этим интересам или уже непосредственно причиняет им соответствующий вред. Посягательство должно быть наличным и реальным, то есть иметь место в данный момент и иметь место в действительности, а не существовать лишь в воображении обороняющегося. При необходимой обороне допускается причинение вреда посягающему, а не третьим лицам, состояние необходимой обороны констатируется как при защите собственных интересов, так и при защите интересов других лиц, общества, государства. Необходимая оборона имеет место не только тогда, когда обороняющийся находится в безвыходном положении, но и в случае, когда он имеет возможность избежать посягательства другим путём - например, путём бегства и т.п. Закон допускает активную защиту лишь законных интересов и лишь от незаконных противоправных действий. Активная защита от посягательства, сопряжённая с возможностью причинения посягающему любого вреда, допускается только в случае, если посягательство сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, а также с непосредственной угрозой причинения такого насилия. По мнению П.Н. Панченко, под насилием опасным для жизни, понимается в данном случае такое насилие, результатом которого может быть смерть потерпевшего или телесное повреждение, способное поставить потерпевшего в опасное для жизни состояние. Угроза применения насилия будет непосредственной в том случае, если её осуществление возможно именно в данный момент или хотя и спустя определённое время, но неотвратимо.[39] По моему мнению, положительным является то, что в ст. 37 УК РФ прямо указано, что при необходимой обороне причинение вреда посягающему не является преступлением. Однако, уточнение: «Право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица не зависимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения» носит декларативный характер. Указанную оговорку не было необходимо вносить в статью, т.к. равноправие граждан, в том числе и перед законом, предусмотрено Конституцией РФ и нет необходимости повторять её нормы. Ссылки на специальную подготовку и служебное положение излишни. Если идти по пути уточнения групп населения, которым также разрешена необходимая оборона, то почему бы не упомянуть их социальное положение, пол, национальность, уровень образования, вероисповедание, которое, кстати, имеет большее значение для верующего, обороняющегося из-за постулатов - «не убий, не противься насилию» и т.д. чем ссылка на служебное положение. Однако, следует иметь ввиду, что не всякая оборона является правомерной и потому ненаказуемой. Для того, чтобы оборона могла бы ть признана необходимой, правомер­ной, исключающей наказуемость за причиненный нападающему вред, она должна удовлетворять ряду условий. §2.Условия правомерности не обхо дим ой обороны. А) Относ ящиеся к посягательству. Условия, при которых защитительные дей ствия признаются правомерн ыми, а сама защита - необходим ой обороной в уголовно-правовой литературе общепр инято де лить на две группы: 1.Условия правомернос ти, относящиеся к посягательству. 2.Условия правомер ности, от нос ящиеся к защ ите. Такого деления придер живаются многие учёные-правоведы: А.А. Пионтковский , Б.А. Куринов [40] ,Е.А. Фролов [41] и другие. С таким делен ием условий не согласен И.С. Тишкевич, который пишет: «Деление условий правомерности оборо нитель­ных действий не две гр уппы ( относящ иеся к нападению и относящиеся к защ ите), столь распространен ное в литературе несколько искус ственно. Поскольку мы говорим об условиях правомерности обороны, то все они относятся именно к ней, т.е. характеризуют её как дозволенное за коном действие по пре сечению общ ественно опасного посягательства».[42] Несколько иного взгляда придерживается Т.Г. Шавгулидзе. Он пиш ет: «Господствую щее в теории советского уголовного права выделени е условий необходимой обороны, нам каж ется не совсем точным. Из этого деления вытекает, будто с уще­ствуют условия правомерн ости необходимой обороны, относ я­щиеся к посягательству, и условия правомерности необходи­мой обороны, относ ящиес я к защите. В дей ствительности, пос ягательство, вызывающее право необходимой обороны, является общественно опас ным, поэтому не совсем точно говорить «об условиях правомерности необходимой обороны, относ ящихся к посягательству.» По нашему мнению условия, существование которых придает обороне правомерный харак­тер, следует именовать не условиями правомернос ти, относящимися к посягательству, а условиями возникновения и прекращения состояния необходимой обороны [43] .Из приведённой цитаты можно сделать вывод, что Т. Г. Шавгулидзе пытается подменить терм ин «условия право­мернос ти» на «ус ловия возникновения и прекращения с остоя­ния необходимой обороны.» Однако, как И.С. Тишкевич, так Т.Г. Шавгулидзе не решают вопроса классификации. А поэтому в дальней шем, при изложении работы, мы будем придержи­ваться деления, которое предлагают большинство учёных-правоведов . 1. Общественная опасность посягательства В соответствии с законом, (ст.37 УК РФ ), обяза­тельным ус ловием возникновения права на необходимую оборону является наличие общес твенно опасного посягатель­ства на какие-либо охраняемые законодательством объекты: интересы гос ударс тва, общественные интерес ы, личность или права обороняющегося или другого лица. Таким образом, состояние необходимой обороны воз­никает у любого гражданина, ес ли у него на глазах про­исходит общес твенно опас ное посягательство. Для правильного понимания ус ловий и пределов необходимой обороны, а также признаков наказуемого в уголовном порядке пре вышения этих пределов, нужно, прежде всего, уяснить понятие «пос ягательства». Закон не раскры вает формы общественно опасного посягательства, которое с лужит ос нованием необходимой обороны. В нашей литературе было выс казано мнение о том, «что необходимая оборона возможна только против таких общественно опасных действий, которы е имеют характер нападения».[44] З.А. Вышинская даже попыталась дать опре деление понятия нападения: «Нападение имеет место в тех случаях, когда общес твенно опас ное пос ягательство осуществляетс я непосредственно путём насильс твенного дейс твия и пресле­дует цель лишать потерпевшего возможнос ти сопротивляться и таким образом позволить осуществить намерение нападающего».[45] Но И.С. Тишкевич считает данное определение неточным, так как преступное нападение «... может выразиться не только в примен ении физического или пс ихического насилия к кому-либо, но и в посягательстве на тот или иной объект с целью его уничтожения или повреждения, похищения иму щества или документов и т.п. »[46] Наиболее аргументированным нам представляетс я взгл яд Н.Н. Паше-Озерского. Он считает термин «нападение» вообще неприемлемым: «.. . Только весьма ус ловно можно назвать «напа дением» нарушение лицом гос ударственной границ ы СССР, антисоветскую агитацию и пропаганду, кражу общественного или личного имущества. А между тем, против всех эт их общественно-опас ных действий вполне возможна и допустима необходимая оборона.»[47] Поэтому наиболее приемлемым нам предс тавляетс я термин «пос ягательство», т. к. термин «нападение» не охватывает всех общественно опасных дейс т­вий против которых допус тима необходимая оборона. Посягательс тво, наличие которого является непременным условием необходимой обороны, выраж аетс я, как правило, в определенном деянии человека. В уголовно-правовой литературе существует мнение И.И. Слуцкого о том, что «не только теоретически, но и практически возмож на оборона против преступного бездействия.» [48] Это мнение разделяет полностью и Т.Г. Шавгулидзе, который и сходит из того, что "без дейс твие может сос тоять в причинной связи с общ ественно опасным последствием... »[49] Против существующих мнен ий о том, что необходимая оборона допусти ма и от прес тупного бездействия, на наш взгляд, совершенно прави льно выступил И.С. Тишкевич, который считает, что правила о необходимой обороне не могут применяться к случаям пресечения преступления вы ражающегося в бездейс твии.[50] Указанную точку зрения разделяют многие учёные правоведы, так, например, В.Ф. Кириченко [51] , Н.Н. Паше-Озерский[52] и ряд других авторов. Нельзя не согласиться с мнением В. Ткаченко, котор ый пишет, что при необходимы й обор оне цель защиты обществен­ных отношений достигается путём приведения пос ягающег о в такое сос тояние, при котором он ф изически не сможет продолжить нападение. Если пос ягательство проявляется в бездействии, то принуждение пос ягающе го к выполнению правовой обязанности путём причинения ему вреда спос обно лишить его возможности выполнить требуемые от него действия.[53] К тому же, российская с удебная практика не знает ни одного с лучая необходимой обороны против без действия. Поэтому мы склонны отрицать возможность допущения необхо­дим ой обороны про тив посягательства в форме бездейс твия. Говоря об общ ественной опасности посягательс тва, необходимо решить вопр ос о том, долж но ли оно быть ещё непременно преступным ? Ибо возмож ны случаи, когда посягательство по тем или иным субъекти вным основаниям не является преступным ( н апад ени е со стороны невменяемого или не достигшего во зр аста с ко торого возможно привлечение к уголовной ответс твенности). «Тем не мене е, - как спра­ведливо отм ечает А.А. Пионтковский,- во всех этих случаях против такого посягательства допустима необходимая оборона».[54] Указанную т очку зрения разделяет также и Н.Н. Паше-Озерский. [55] Основанием необходим ой обороны являютс я предусмотрен­ные уголовным за коном дейст вия, ибо они объективно общественно опасны, т.е. имеют описанное в статье 37 УК социальное с одерж ание. Дейст вия невменяем ых определяютс я больной психикой, и никто не может заранее предугадать, до каких пределов дойдет их агрессия, поэтому необходимая оборона от таки х дей ствий допус тима. [56] «Однако, - как отмечает А.А. Пионтковский,- в этих особ ых случаях для при знания правомер ности соверше нного акта необходимой обороны должны быть предъявлены специ­ф ичес кие условия, отвечающ ие характеру соверше нного нападения ... Если возмож но избежать нападения, не при­чиняя вреда нападающему, то применение необходимой обо­роны нельзя признать правомерным. Меры обороны против нападения душевнобольного должны применяться с особой осмотрительностью».[57] Против указанного взгляда выст упает С.А. Домахин. Он не допускал необходимой обороны против невменяемых лиц, считая, что если подвергшийся нападению со стороны невменяемого, знал об этом, то его дей ствия, направлен­ные на предотвращение грозящей опаснос ти, следует квалиф ицировать как соверше нные в состоянии крайней необ ходимости.[58] Такого же м нения придерживаются И .И. Слуц­кий[59] и М.А. Аниянц [60] . М не ние, что в данном случае при чинение вреда по­сягавшему сле дует рассматривать по правилам о крайней необходимости, по нашему мнению, ошибочно. Как известно, одно из отличи й край ней не обходим ости от необходим ой обороны состоит в том, что при край ней необходимости вред причиняется не ис точнику опасности, а третьим лицам. Напро тив, при необходимо й обор оне вред причиняетс я непосредственно интересам посягающего. Для крайней н еобходимости характерно, что причинен­ный вред должен быть меньше вреда предотвраще нно го, что не является условием правомерности отраж ения посягатель­ ства невменяемого[61] . Нельзя не согласиться с мн ением В. Козак. Он пишет: «Если ж е встать на высказанную выше точку зрения, то придется признавать возмож ность наличия в состоянии край­ней необходимости при причинении вреда источнику опасно­сти, т.е. игнориро вать важ ное отличие между рассматривае­мыми институтами. Следует такж е иметь в виду , чт о опреде­ление правомерност и защ иты от указанных дей ствий по прави­лам край ней необходимости неблагоприятно отразилось бы на охране законных интересов по терпевших».[62] Вот почему правильно поступают с уды и работники следственных органов, которые защиту от общественно опас ных дейс твий таких лиц рассматривают как необходимую оборону. Наприм ер, Р., с традающий психическим заболева­нием, беспричинно избивал свою несовершеннолетнюю дочь. В это время в квартиру заш ла его жена и попыталас ь за­щитить ребёнка. Г. набросит ся на жену , с тал наносить удар ы и ей, отчего она выбеж ала в коридор. По вызову соседей пр ибыл наряд милиции. При входе в квартиру участковый инспектор Б. подверг ся нападению со стороны Р., который нан ёс работнику милиц ии ранение в плечо. Когда ж е душевнобольной пытался нанести инспектор у ещё удар ножом, последний предупредил, что применит оруж ие. Однако это не возымело действия, больной продолж ал на­с тупать на работника ми лиции, и тот, про изведя выс трел из пистолета, смерт ельно ранил нападав шего. Следователь прекратил уголовное преследование против работника милиции за отсутствием в его дей ствиях состава преступления, сославшись не на крайнюю необходимость, а на необходим ую оборону[63] . Иную позицию по данному вопросу занимает И.С. Тишкевич, который считает, что «к рассматри ваемым случаям не могут быть применены в полном объёме ни правила не­обходим ой обороны, ни правила крайней необходимос ти. Поскольку в действующем законодательстве этот вопрос не урегулирован, но следователям, прокурорам и судьям его приходится решать, правильнее все же руководс твоватьс я с оображ ениями, вытекающими из института край ней необхо­димос ти, учитывая при этом некоторые особеннос ти лица, не могущего отвечать за них вследствие невменяемос ти, малолетства и т. п.»[64] «Поскольку общественная опасность хара ктерна не только для преступлений, но и для иных правонарушений, то можно сделать вывод, - как пишет В. Ткаченко, - что основанием необходим ой обор оны являются такж е админис т­ративные правонарушения, обладающие свойством немедлен­ного причинения вреда общественным отнош ениям».[65] Сле дует отметить, что, по поводу допустим ости необхо­ димой обороны вы сказ ана и противоположная точка зрения В. Грибановым[66] и Я. Дзенитис [67] . На наш взгляд, решение вопроса о допустимости необ­ходимой обороны против правонарушений зависит от выяснения их социальной значимости. Законодатель, исходя лиш ь из учёта характера сложившихся в общес тве отнош ений и того, в какой степени те или иные деяния противоречат этим отношениям, относит их к пре ступлениям или проступкам. Не смотря на различия во взглядах теоретиков уголовного права 50-60 годов по вопросу о допустимости необходимой обороны от общественно опасных посягательств, не предусмотренных Особенной частью уголовного закона, в настоящее время этот вопрос решается, практически, единодушно: необходимая оборона возможна от посягательств любой степени общественной опасности. Тем более, что для их разрешения в административном законодательстве ( ст. 19, 227 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях 1984 г.) создана нормативно-правовая основа, подобная той, которая существует в уголовном законодательстве. Заставляет задуматься, однако, другое, какую практическую нагрузку «несёт» административное законодательство в части регламентации необходимой обороны, если последняя допустима против любого посягательства, независимо от степени его общественной опасности и если эта проблема урегулирована в уголовном законодательстве? В период 1990-1995 г.г. ни в одном отделении внутренних дел г. Иркутска не было зарегистрировано не одного факта «административной» необходимой обороны. И это вполне закономерно, поскольку из двух юридических режимов, направленных на урегулирование одного и того же «среза» общественных отношений, один заведомо оказывается не просто малоэффективным, но и практически бесполезным. Поэтому представляется необходимым ограничиться только уголовно-правовой регламентацией необходимой обороны, исключив соответствующие статьи из административного законодательства.[68] Приведённые доводы убедительны, поэтому с мнением Звечаровского И.Э. и Пархоменко С.В. трудно не согласиться. Говоря об условиях необходимой обороны, необходимо выяснить вопрос о том, допустима ли необходимая оборона от действий, которы е сами совершены в состоянии необходи­ мой оборо ны, но вышли за пределы необходимос ти ? В уголовно-правовой литературе существует мнение о том, что «нападающий не имеет пр ава на самоза­щиту и в случае, когда потерпевший или другие лица пред­пр ини мают такую оборону от общественно опасного посяга­тельства, которая явно выходит за пределы необходимости и потому сама становится преступным дей ствием[69] ». Автор высказанного выш е мнения сч итает, что, так как такие ответные дей ствия вы званы общ ественно опасным поведением самого нападающ его, то он, в таких случаях вправе лиш ь устранить грозящую ему опасность по правилам о крайней необходимости. С такой т очкой зрен ия на наш взгляд, нельзя с огла­ситьс я. Не вызывает с омнения то, что необходимая оборона допустима против правомерного наруш ения тех или иных интерес ов, в частности, против акта необходимой обороны. Д ей ствия де обороняющегося, вышедшие за пределы необходимости, сами становятся общественно опасными и преступными, а, потому и защита о т них допус тима. Далее необходимо рассмотреть вопрос о том: допус тима ли необхо димая оборона от непра вомерн ых дей ствий должно­стных лиц ? В литературы при реш ении это го вопроса нет единства взглядов. Уголовное право не устанав­ливает каких-либо особых правил защиты от прес тупных дей ствий до лжностных лиц. Отдельные учёные-правоведы счита ют, что на защиту от должн остных преступлений долж ны распространяться общие правила о необходимой об ороне[70] . Указанная точка зрения нам предоставляется правильной. Она не противоречит принципу равенства граждан перед законом, провозглашённому в ст. 4 УК Российской Федерации, в которой говорится, что лица, совершившие преступление, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств[71] .Совершенно справедл иво, на наш взгляд, не согласен с таким решением вопроса В.Ф. Кириченко, который считал, что распространение общих правил о необходимой обороне на эти случаи поставило бы должностных лиц под угрозу произвола со стороны отдельных граждан и затруднило бы выполнение ими их обязанностей[72] . Уголовный закон тре бует от всех должност­ных лиц, чтобы их деятельность в целях гарантирования прав граждан была не только по существу, но и формально законной. В случаях, когда действия должностных лиц по суще­ству з аконные, но форм ально незаконные, т.е. хотя и не вышли за пределы служебной компетенции данного должно­стного лица, но были предприняты без соблюдения опреде­лённых, требуемых законом форм, по нашему мнению, не­обходимая оборона от таких действий вполне допустима. Мы полностью разделяем мнение Т.Г. Шавгулидзе, ко­торый отмечает, что «если должностное лицо при осущест­влении определённых служебных обязанностей нарушает предусмотренную для них форму, то такое действие не только Формально является незаконным, но и по существу становится таковым.»[73] . Другое дело, в случаях, когда должностными лицами совершаются действия по существу незаконные, но с соблю­дением предусмотренных формальностей, то тогда, на наш взгляд, не может быть допущена необходимая оборона. В таких случаях закон предоставляет гражданам иные пути и возможности восстановления нарушенных прав и интересов. 2. Наличность посягательства. Вторым непременным условием правомерности акта необ­ходимой обороны относящимся к посягательству, является наличность посягательства. Слово "наличность", исходя из его смыслового значения, означает, что нападение должно быть налицо, то есть его осуществление должно уже начаться и не быть ещё оконченным. Начавшееся - значит; что уже наступила непосредственная угроза его осуществления. Она должна быть настолько очевидной, что охраняемые законом права и интересы поставлены в непосредственную опасность. Для признания акта обороны правомерным нельзя требо­вать, чтобы нападение уже началось [74] .Такое условие поста­вило бы лицо, обороняющееся от преступного посягательств а, в положение, при котором оно вынуждено терпеливо ждать нанесения ему первого удара нападающим. Старая русская пословица гласит: «Искру гас и до пожара, беду отводи до удара». Непосредственная угроза посягательства делает обо­рону правомерной. В пос тановлении Пленума Верховного Суда СССР от 4 декабря 1969 года «0 практике применения судами законодательства о необходим ой обороне» было специально указано, что в ряде случаев суды не признают сос тояния необходимой обороны при наличии реальной угрозы посягательства, либо когда об ороня ющ ем уся по обстоятельствам дела не был ясен момент окончания посягательства. В связи с этим Пленумо м В ер ховного Суда СССР в упомянутом Постановлении дано судам следующ ее указание: «Состояние необходимой обороны наступает не только в самый момент нападения, но и в тех случ аях, когда налицо реальная угр оза нападения.»[75] . Следовательно, оборона возможна при наличии реальной угро зы посягательства. Не все авторы считают терм ин «наличность» обоснованным прим енительно к инс титуту не­обходимой обороны. Так, И.С. Тишкевич говорит о ненужности этого понятия и о необходим ости зам ены его более правиль­ным требованием - с воевременной обороны, ссылаясь при этом на высказывание Н.Н. Паше-Озерского: «Наличное пося­гательство обыч но понимается в смысле посягательства «осущ ествляемого» и «непосредс твенно предстоящего», но понятие «наличности непосредственно предс тоящ его посяга тельства » содерж ит внутреннее противоречие»[76] . Далее Н.Н. Паше-Озерский предлагает вести речь о на­чальном моменте посягательства. М.И. Якубович полагает, что «требование налично ст и нападения вес ьма существенно, так как с ним связано определение гр аниц возможного использования права необ ходимой обороны во времени»[77] . А.А. Пионтковский в качестве обязательного условия правомерности необходимой обороны выдвигает «наличность посягательства»[78] . Думается, что спор здесь не носит при нципиального характера - авторы, уточняя тер минологию, просто стара­ются определить границы возмож ного использования права необходи мой обороны во времени. Состояние необходимой обороны может наступать ещё раньше, чем нападение начне тся, так как есть реальная угроза немедленного нарушения право охраняемого интереса. Вопрос о том, началось ли посягательство, решается с учётом как субъективного представления лица, осущест­вляющего оборону, так и объективных данных, на основе которых сложилось это субъективное представление. Други­ми словами, субъективное представление лица о том, что посягательство уже началось или начнется немедленно, должно быть основано на Фактической обстановке, на дей­ствиях посягающего, создающих реально угрозу для общественного или личного интереса. Проиллюстрируем это прим ером: 6 января 1997 года гр-н Заборский будучи в состоянии алкогольного опьянения пришёл к дому 15-летней В. В г. Н - ск. Выбив в окне стёкла, он заявил находившейся одной в доме В., что изнасилует её. На предложение В. Оставить её в покое Заборский не реагировал. Выражаясь нецензурной бранью, он в циничной форме подтвердил своё намерение, а затем выбил и раму. Видя, что Заборский проникнет к ней в дом и, не имея возможности защитить себя, в тот момент, когда Заборский пытался проникнуть в дом через оконный проём, В. Плеснула ему в лицо уксусную кислоту, причинив Заборскому тяжкий вред здоровью. Органами следствия действия В. признаны совершёнными в состоянии необходимой обороны и уголовное преследование в отношении неё было производством прекращено. Из анализа сложившейся обстановки следует, что у В. Были все основания полагать, что ворвавшийся в её дом в ночное время пьяный мужчина может изнасиловать её, лишить жизни или причинить вред её здоровью[79] . Гово ря о наличности посягательства, необходимо за­тронуть вопрос о том, можно ли рассматривать как реальную угрозу нападения и предполагаемое, пре дстоящее в буду­щем посягательство ? Этот вопрос в уголовно-правовой литературе решается отрицательно. Лицо, задумав­шее совершить преступление, н ичего не предприняло для этого, а лишь тем или иным образом (на словах, в письме) обнаружило своё нам ерение, то нет ещё и преступной дея­тельности, а, следовательно не может быть необходимой обороны от неё. В самом деле, обнаруж ение умысла само по себе не является общественно опасным деянием, и потому не может вызвать уголовной ответственности, ибо оно не создаёт реальной опасности для общест­венных интересов. А вот угро за, в отличие от обнаружения умысла, является общественно опасной, так как оная явля­ется психическим насилием, и поэтому, когда по обстоятельствам дела очевидно, что посягательство должно немедленно последовать вслед за угрозой, в таком случае может воз­никнуть состояние необходимой обороны. В юридической литературе высказывается мнение, что «в тех случаях, когда необходимая оборона направлена про­тив объективно общественно опасного посягательства и одновременно преступного деяния, такая оборона возможна не только против самого преступного деяния, но и против покушения на него, а равно и против приготовления»[80] . Этой же точки зрения придерж иваются И.С. Тишкевич , С.А. Домахин и И.И. Слуцкий. Наиболее правильным нам представляется мнение В.Ф. Кириченко, который писал: «Приготовительные к престу­плению действия, выраж ающиеся в привлечении или приспо­соблении орудий, средс тв и создание условий преступления ... не могут считаться нападением, так как они не создают непосредственной опасности нарушения правоохранных интересов»[81] . С этим мнением можно полностью согласиться, ведь проведение оборонительных действий против подготавливае­мого преступления значительно бы расширило понятие необходимой обороны и дало бы почву для нарушения закона. Иногда граж дане в целях охраны имущества от воров, устраивают различного рода защитительные приспособления предназначенные для пресечения посягательства путём при­чинения вреда нападающему. С точки зрения нашего уголов­ного закона, устройство таких защитительных приспособле­ний не может рассматриваться как необходимая оборона. Защитительные при способления, как правило, пред­назначаются для причинения вреда в будущем, и действуе т вне зависимости от воли установившего их лица, механи­чески. Тем самым, они ставят в опасность жизнь и здо­ровье любого человека, могущего соприкоснуться с ними, например, прохожего, случайно наткнувшегося на это приспособление. Нельзя не согласиться с мнением А.А. Пионтковского, который считает: «Установку механизмов, которые могут причинить повреждение и нападающим и другим пос торонним лицам, или причинить вред, ( смерть или тяжкое телесное повреждение), явно не соответствующий значению охраняе­мого блага, нельзя оправдать правом осущ ествления необходимой обороны»[82] . Однако, сказанное не означает, что вообще нельзя пользоватьс я защитительными приспособлениями. В с лучаях, когда защитительные приспособления дей ствуют в момент посягательс тва на право охраняемые объекты, и тем самым причинят посягающ ему вред такой, который допустим при необходимой обороне, то в этом случае, на наш взгляд, защитительные устройства могут рассматриваться как необходимая оборона. Думается, было бы целесообразным в качестве средств защиты имущества, помимо общих, назвать и технические средства. Однако последние не должны предназначаться для причинения смерти или заведомо создавать значительный риск причинения смерти или тяжкого вреда здоровью. Таким образом, причинение вреда посягающему путём установки автоматически действующего приспособления может расс матриваться как необходимая оборона или пре­вышение её пределов только в том случае, когда при­способление установлено для пресечения общественно опасного посягательства в момент его совершения. 3.Действительность посягательства. Третьим условием правомерности акта необходимой обороны, относящимся к нападению, является действитель­ность посягательства. Совершенные в состоянии необходи­мой обороны действия лишь тогда устраняют общественную опаснос ть соверше нного, когда пос ягательство было реальным, существующим в действительнос ти, а не только в воображении субъекта [83] . Поэтому, установление дей ствительности посягатель­ства для при знания наличия необходимой обороны, являет­ся обязательным. Иную позицию по данному вопросу занимает В.Ф. Кири­ченко. Он считает, что установление действительности посягательства является бесполезным, так как оно с во­дитс я к утверж дению, что «нападение долж но быть напа дением. »[84] Позицию В.Ф. Кириченко оспаривают А.А. Пионтковский и М.И. Якубович, справедливо с сылаясь на то, что известны с лучаи предпринимаемой обороны для отражения кажущегос я нападения. М.И. Якубович пишет: «Против несуществующего нападения необходимая оборона недопустима. Когда в действительности не было никакой угрозы осуществления общественно опасного действия, тогда совершенное являет­ся объективно не только обязательно полезным, но и общественно вредным действием».[85] «Но, - как совершенно правильно отметил профессор А.А. Пионтковский,- однако только признак действительном нападения позволяет провести разграничение между необхо­димой обороной и так назыв аемой «мнимой обороной», ответ­ственность за которую определяется не только по правилам о необходимой обороне, но и по правилам о ф актической ошибке».[86] Нам представляется, что А.А. Пионтковский и М.И. Яку­бович правы. Дей ствия лица, находящегося в состоянии обороны от несуществующего посягательства всегда объек­тивно общественно опасны, так как причиняется вред не­виновному лицу. Итак, от необходимой обороны следует отличать так называемую «мнимую оборону». По вопросу о самом понятии мнимой обороны в советской уголовно-правовой литературе нет единства взглядов. Так, по мнению Н.Н. Паше-Озерского, «мнимая оборона» - это оборона против воображаемого, кажущегося, но в действительности (объективно) не существующего посягательства, т.е. результат ошибки»[87] . С таким определением понятия мнимой обороны не согласен Т.Г. Шавгулидзе, который считает, что данное определение нуждается в уточнении «Дело в том, - отме­чает автор, - что вопрос о мнимой обороне (в уголовно-правовом смысле) ставится не во всех случаях, когда лицо обороняется от несуществующего нападения, а лишь тогда, когда лицо в результате такой «обороны» причиняет вред «посягающему»[88] . Наиболее удачное, по нашему мнению, понятие мнимой обороны даёт профессор Н.Д. Дурманов, когда включает в понятие мнимой обороны момент причинения вреда мнимо «посягающему». Он, в частности, пишет: «Мнимая оборона выражается в причинении вреда человеку, которого лицо, причинившее вред, считает совершившим посягательство, чего в действительности нет»[89] . Точку зрения Н.Д. Дурманова о понятии мнимой обо­роны, разделяют большинство криминалистов[90] . Раскрывая понятие мнимой обороны, нельзя согла­ситься с М.И. Якубович, который считает, что «мнимая оборона может считаться лишенной опасности и исключить ответственность лица за совершенные действия».[91] Мнимая оборона направлена на отражение несуществую­щего в действительности посягательства, а потому не слу­жит действительной защитой конкретных общественных отнош ений. Ис ходя из этого, действия лица, нах одящегося в состоянии мнимой обороны, являю тся общест­венно опасными. При необходимой же обороне, действия лица, направ­ленные на пресечение общественно опасного посягательства, рассматриваются как общественно полезные. В этом заключа­ется существенное отличие мнимой обороны от необходимой. О мнимой обороне можно говорить лишь тогда, когда лицо причиняет вред другому лицу, которого он ошибочно принял за нападающего, с целью защиты конкретных правовых интересов. В некоторых случаях суды допускают ошибки при ква­лификации действий, совершаемых при мнимой обороне. В связи с чем Пленум Верховного Суда СССР в своём постановлении от 4 декабря 1969 года «О практике применения судами за­конодательства о мнимой обороне», дал судам указание о том, что они «долж ны различать состояние необходимой обороны и так называемой мнимой обороны, когда отсутству­ет реальное общественно опасное посягательство, и лицо лишь ошибочно предполагает наличие такого посягательства. В этом случае, в зависимости от обстоятельств дела, лицо может отвечать либо за неосторожные действия, либо вообще не подлежит пр ивлечению к уголовной ответс твен­н ос ти. Однако необходимо им еть в виду, что мнимая обо­рона исключает уголовную от ветс твенность лишь в тех случаях, когда вся обстановка пр оис шествия давала до­статочное основание полагать лицу, пр именившему сред­ства защиты, что имело место реальное посягательство, и оно не сознавало ошибочность своего пре дположения».[92] Синюков, будучи в состоя нии алкогольного опьянения, желая попасть в ночное время в дом с воей знакомой, ошибочно проник через окно в дом гражданина Демидова, проживающего по улице Димитрова г. Н-ска, стал стаскивать с Демидова, который спал, одеяло. Проснувшись, Демидов принял Синюкова за грабителя, нанёс последнему подставкой от цветов менее тяжкие телесные повреждения. Из данного примера видно, что у Демидова были все основания полагать, что в его квартиру проник преступник, поэтому его действия были признаны как совершенные в состоянии мнимой обороны, за которые он ответственности нести не должен.[93] Б) Условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к защите. 1. Активность отражения общественно опасного посягательства. В статье 37 УК РФ говорится, что необходимая обо­рона выражается в причинении посягающему вреда и не является преступлением. Отсюда мож но с делать вывод, что необходимая оборона всегда пре д­полагает причинение вреда посягающему, всегда имеет активный характер. Защита при необходимой оборо не ес ть отраж ение общес твенно опасного посягательства, т.е. дей ст­вие, противопоставленное реально грозящей опасности. По мнению профессора Н.Н. Паше-Озерского, «защита при необходи­мой обороне долж на быть - и всегда бывает - активным дей­ствием. Защищаться при необходимой обороне путём бездей­ствия нельзя, немыслимо».[94] Таким образом, особенностью защиты, при необходимой обороне, является её активный характер, выражающийся в причинении вреда посягающему. Защита при необходимой обороне может представлять собой не только собственно отраж ение общественно опасного посягательства. «Она мож ет, - как, совершенно справедливо, отметил Н.Н. Паше-Озерский, - переходить в контрнаступления в контр нападение, в принуждение посягающего лица путём применения к нему насилия».[95] Нельзя согласитьс я с профессором А.А. Герцензоном, который пишет: «Защита должна быть единственно возможным в данных условиях с редством отраж ения нападения. Ес ли же имеетс я возмож ность пресечь напад ение путём обращения к пр едставителю власти, то использование этого средства исключает необходимую оборо ну».[96] Эту точку зрения справедливо подвергли критике такие советские учёные как В.Ф . Кириченко[97] и А.А. Пионт ковский [98] . Пленум Верх овного Суда СССР в Постановлении от 4 декабря 1969 года специально отметил, что отдельные суды, неправильно понимая закон, полагают, что лицо, подвергшееся нападению, не вправе активно защищаться, если имеется возможность спастись бегством, обратитьс я за помощью к гражданам, к органам власти или избрать какие-либо иные способы, не носящие характера активного противодей ствия посягающему». Такая точка зрения как указывал Пленум, «чуж да принципам советской морали и социалистическому правосознанию».[99] 2. Причинение вреда посягающему. При необходимой обороне вред должен быть причинён только посягающему, как непосредственному источнику опасности, а не третьим лицам. Это требование в уголовно-правовой литературе признается всеми учёными-правоведами. Это поло­жение вытекает из закона, так, в ст. 37 УК РФ, сказано, что не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства. При необходимой обороне причинение посягающему вре­да не только не наказуемо, но и лишено общественно опасного характера. Причём вред, причинённый нападающе­му при определённых условиях, может быть равный и даже больший, чем тот, которым он угрожает. Иногда только причинение вреда может явиться единственным эффективным средством защиты. Вот один из примеров: 17-летний Дурных Павел, крайне отрицательно харак­теризующийся, проживая в г. Н-ск неоднократно избивал свою мать и братьев (в том числе и четырехлетнего братишку), покушался на жизнь своего престарелого отца. Всем соседям Павел заявлял, что совершит убийство своих родителей. 1 февра­ля 1976 года в первом часу ночи, будучи в нетрезвом состоянии. Дурных подверг беспричинному избиению ногами своего отца и 14-летнего брата Василия, а также свою мать, пытавшуюся как-то защитить своего младшего сына. Во время избиения матери Павлом, Василий убежал босиком из дома на улицу. В то время, когда Павел погнался за братом и выбежал на улицу, родители закрыли на крючок дверь. Вернувшись через минуту, Дурных выбил в доме лопатой стекла, пообещал родителям, что, проникнув в избу, убьёт их. Пытаясь выполнить свою угрозу, он дей­ствительно вооружился ружьем и ворвался в избу. Отец, видя, что Павел передергивает затвор находившегося в его руках ружья, сейчас же приведёт свою угрозу в исполнение, опередил его, выстрелом из охотничьего ружья 16-го калибра убил сына.[100] В данной обстановке только убийство посягающего могло спасти жизнь обороняющемуся и его жене. Пределы необходимости определяются с учётом соразмерности средств защиты со средствами посягательства, соразмерности интенсивности защиты и интенсивностью по­сягательства, соразмерностью между благом защищаемым и благом нарушаемым. Защита, при осуществлении необходимой обороны, выражающаяся в различных форм ах, причинения вреда нападающему, должна быть направлена только на пресечение общественно опасного посягательства. Недопустимо причи­нения вреда при осуществлении необходимой обороны третьим лицам. Последним условием необходимой обороны, относящимся к защите, является требование о том, чтобы защита не превышала пределы необходимой обороны. Этот вопрос и будет освещен в последующих главах. ГЛАВА 2 ПОНЯТИЕ И ВИДЫ ПРЕВЫШЕНИЯ ПРЕДЕЛОВ НЕОБХОДИМОЙ ОБОРОНЫ. § 1.Понятие превышения пределов необходимой обороны. Необходимая оборона признаётся обстоятельством, исключающим общественную опасность совершенного деяния, только в том случае, когда защищающимся не было допущено превышение пределов необходимой обороны. Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно несоответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства ( ст. 37 п.3 УК РФ). Содержание этого требования в юридической литерату­ре раскрывается по разному: защита по своей интенсивно­сти должна находиться в соответствии с нападением[101] ; защита должна быть единственно возможным в данных условиях средством отражения нападения[102] ; средства защ иты должны с оответствовать сре дствам нападения[103] ; защ ита должна осуществляться своевременно[104]               содержание   ..  596  597  598   ..