Янычар (1 сезон, 2021 год). Фразы и цитаты из сериала

Чтобы исполнить последнюю волю отца, казак Алеха отправляется на чужбину поклониться Деве Марии. Путь Алехи лежит через дворец Султана Османской Империи, где он попадает в плен и становится янычаром Али. Но никакие крепости не удержат вольного казака. Алеха не теряет надежды обрести свободу, исполнить волю отца, встретить свою любовь и вернуться на Родину.

Все фразы и цитаты

Серия 1

-Алеха!
Батя приехал.
-Что ж ты, глупая, плачешь?
-Я от радости.
-Здравствуй, батя.
-Да ты ж мужик совсем.
Сын...
-Батя...
ИГРАЕТ БАЛАЛАЙКА, СМЕХ, ШУМ
-Несу-несу, уже несу.
-Стеша, иди к нам.
-Ступай, Стеша, погуляй с детьми.
Иди.
-Садись.
-Как вы тут поживаете?
-Живем? Хлеб жуем.
-Ногайцы сильно беспокоят?
-Одно время было, зачастили.
А как твой Леха свой караул собрал,
присмирели. По степи рыщут,
а к нам ни ногой.
-Мой Леха караул собрал?
-А чей еще?
Видал бы ты его с саблей.
Любо-дорого.
Прям как мы с тобой в молодости.
-Погляжу, успеется.
А у Семена дочка
совсем невеста стала.
Красавица!
Чего молчишь? Приметил я,
как она на тебя смотрит.
По всему видно, не чужая невеста.
Когда жениться думаешь?
-А я, бать, про женитьбу
вообще не думаю.
То есть... если жениться,
то чтоб как у вас с матерью.
Один раз и на всю жизнь.
Чтоб она меня ждала,
как мать тебя ждет.
И чтоб меня только к ней тянуло,
где бы я ни оказался.
-Вот, значит, как.
Ну хорошо.
А то уж я подумал, что тебя
будто ветром от юбки к юбке носит.
-Нет, батя, не носит.
А теперь вон и ты вернулся.
Глядишь, с выбором поможешь.
-Я скоро уеду, сынок.
-Как - уедешь? Куда?
-Надо, я обещал...
Той зимой, когда нас кучумцы
в Искерии осадили,
думал, помру.
Голодно, холодно.
Идешь в дозор - мысль одна:
не уснуть бы на морозе.
Бывало, что казачки вот так
засыпали, стоя на посту...
Так их потом вместе с пиками
так в землю и клали.
Примерзали они к пикам...
как прирастали.
Вот тогда-то при Святой Деве
я и дал обет:
коли домой живым вернусь,
приду на поклон к Ее могиле.
Так что дорога у меня теперь одна -
к Елеонской горе, в долину Кедрон.
-Мать знает?
-Не говори ей до времени.
Дух переведу - сам скажу.
РЖАНИЕ ЛОШАДИ
-Ногайцы!
-О-о!
ЯРОСТНО КРИЧИТ
-Батя!
Батя...
-Алеша, ты куда?
-Я отцу слово дал...
что клятву его исполню.
-Ты отцу слово дал
мать и сестру беречь.
-Я вернусь, мама.
Обет исполню и вернусь.
А за вами покуда дядька Семен
приглядит.
-Не пущу.
Не пущу.
ЯНЫЧАР
-Эпоха великих войн закончилась.
Мир стал таким,
каковым ему суждено быть многие столетия.
Это понимаем мы с вами, это понимают
ваш сюзерен и мой султан.
-С вашего позволения,
я продолжу свою мысль.
Османская империя, как вы
верно подметили, призвана стать
в новом мире ключевым звеном,
связующим Восток и Запад.
Для нашего общего блага это так.
Но...
-Есть но?
-Да, многоуважаемый визирь, есть.
И имя этому но -
Российское государство.
-Государь, государь приехал!
-Нет. Борис Федорович Годунов.
-Тпру, стой!
-Следуйте за мной.
-Никого не пускать.
-Здравствуй, Борис Федорович.
-Здравствуй, сириец.
-Европе невыгодны
сильные соседи.
Османская империя пугает ее.
-Османы по-прежнему сильны,
Климентий. И сил у них довольно,
чтобы ломать хребты
европейским государствам.
Никто в Европе не захочет
воевать с османами.
-Они другое затеяли.
Европейские посланники в Стамбуле
нашептывают мысли о походе на Русь.
-Кому нашептывают? Ты же сказал,
что Мехмед уехал из Стамбула.
-Мехмед в походе, но в городе
у него множество советников.
На Мехмеда имеет влияние
один из его визирей - Хасан.
А Хасан дружен с посланником
английской королевы.
-Да нет, ерунда.
После того как туркам под Астраханью
зубы пообломали,
они на Русь не сунутся.
-С тех пор много воды утекло.
Русь другая, турки другие.
Да и рассказы про Сибирь с ее
богатствами по всему свету разошлись.
Так что свой интерес у османов
будет немалый.
-Отправляйся обратно в Стамбул.
С визиря этого глаз не спускай.
Ежели что узнаешь, без промедления
мне доклад с гонцом.
ПО-ТУРЕЦКИ: Кто такой?
Что тебе надо?
Приближаться к каравану запрещено.
-Не понимаю я тебя.
-Стой! Слезай с коня.
Оставь оружие.
Оставь оружие, я сказал!
-Еще раз тронешь,
я тебе руку сломаю.
-Ты кто?
-Я иду в долину Кедрон.
Вот подумал, может, нам по пути.
-То есть ты хочешь служить
господину Машхади?
-Я в слуги не набивался.
Купец казаку не хозяин.
-Нельзя столь неуважительно
говорить с господином Машхади.
Гоните его прочь!
-Я же тебя предупреждал.
-Что это такое? Чтобы я больше
не видел этого неумеху!
-Господин Машхади,
я только выполнял вашу волю.
Господин Машхади...
Господин Машхади, пощадите!
-Я прикажу убить
этого наглого гяура.
-В своем караване
приказы отдаю я, а не ты.
Эй, русский!
Ты изувечил моего человека.
-Была бы крепкая, не сломалась бы.
Зачем тебе то, что легко ломается?
-Мой караван идет в Стамбул.
Можешь остаться.
Но будешь работать бесплатно.
Ешь, ешь.
ГОВОРИТ ПО-ТУРЕЦКИ
-Чего?
-Ты что, вообще не понимаешь меня?
Как тебя звать?
-Алеха Кречет.
-Не Алеха - Али.
Ты должен учиться говорить.
Атеж.
-Атеж.
-Ханчер.
-Ханчер.
-Экмек.
-Экмек.
-Звал, Борис Федорович?
-Звал.
Служба тебе есть. Поедешь к туркам
как посланник государя.
-И с чем же в этот раз
мне ехать надлежит?
-Дело войной пахнет. Европа
решила столкнуть нас и Порту лбами.
Разумеется, из-за своей выгоды.
А война нам ох как не с руки.
Не сдюжим мы сейчас войны.
Так что, Данила Иванович, ехать надо.
В этой грамоте изложены
все наши чаяния.
Россия с османами войны не желает,
у нее своих врагов довольно.
Впрочем, как и у Османской империи.
Им тоже роздых нужен после боев.
Как приедешь в Стамбул,
всеми правдами и неправдами
добивайся встречи с султаном.
Грамоту эту передашь лично
Мехмеду в руки.
-Это ведь не государем писано.
-Это мной писано именем государя.
-Извини, Борис Федорович.
Чудно это как-то.
Дело государево мне ты доверяешь.
Послание государево ты передаешь.
Грамота государева
твоей рукой писана.
-Не доверяешь?
-Я человек прямой. Скажу как есть:
я царю служу. Не Шуйским,
не Бельским, не Романовым.
Извини, не Годуновым.
-Ступай за мной.
Здравствуй, государь!
-А Ирина Федоровна не говорила,
что ты придешь.
-Что же ты, шурину не рад?
Согласие твое нужно
на богоугодное дело.
-А Шуйский говаривал без его ведома
никаких посторонних бумаг
не подписывать.
-Что же это, я посторонний?
Я же брат твой.
Сургуч застынет.
Спасибо, государь!
А вот так, Данила.
Некому более на Руси править.
А дела державные делать надо.
-Но есть и другие.
-Кто? Они же все под себя гребут.
А меня ты знаешь, Данила.
Я не для себя стараюсь.
-Господин Машхади!
-Что тебе?
-Ты говорил, что твой караван
идет в Стамбул.
-Я тебе не говорил, что мы едем
прямо. Для купцов нет прямых путей.
А чем ты недоволен?
Я тебя кормлю,
пою, выучил языку.
Посмотри, что это за люди?
-Стой! Не приближаться!
-Негоже христианину поднимать оружие
на простого инока.
Из казаков будешь?
-Да, отче.
-Звать как?
-Алехой кличут.
-Куда караван идет?
-В Стамбул.
-Можешь проводить нас
к своему хозяину?
-Нет у меня хозяев.
Эти люди - паломники.
Они идут по святым местам.
Просят дозволения ехать с караваном.
-Мы можем заплатить.
-Данила Иваныч приехал!
-Коня прими!
Ванька, лошадей расседлай.
Накормить не забудь.
-Уезжаю. Проститься приехал.
-Далеко ли?
-В Туреччину.
Царь с посланием отправляет.
-Анна так дожидалась. Днями у окна
сидит, все глаза проглядела. А ты...
Проститься приехал.
СТУК В ДВЕРЬ
-А у меня для тебя подарок.
Какой ты хотела.
-Я не подарка ждала.
-Слышала, что я матери говорил?
Ну не серчай. Вернусь я.
Исполню царев наказ и вернусь.
-Один наказ исполнишь -
другой будет.
Так ведь?
-Ну, пожалуй, что так.
-Отче, Машхади велел не отставать.
-Купец за свой товар боится?
-А что, есть чего бояться?
-В крепости - нечего.
Там османы хозяева.
Купцы под их защитой.
А здесь власти нет.
Тут башибузуки хозяйничают.
-А почему же османы их не утихомирят?
-А зачем?
Башибузуки на османов
хвост не задирают.
Зато все население
в страхе держат.
-О, а вон и крепость!
-Башибузуки!
ВОИНСТВЕННЫЕ КРИКИ
-Надо помочь.
-У нас с тобой другое дело.
Быть может,
от него зависит тысяча жизней.
-Эй, куда ты?
-Может, стоит вмешаться?
-Нет, я досмотрю до конца.
-Хвала Аллаху!
Да будет благословлен тот день,
когда я взял тебя на службу!
Надень это.
-Спасибо.
-Видит Аллах,
я хорошо платил своим людям.
А эти псы бежали
при первой опасности.
Ешь, пей, сегодня ты герой.
Тебе можно все.
Пойду принесу еще
горячего чаю.
Ах!
-Т-ш-ш! Откроешь рот -
зарежу, как барана.
Это он, бек.
-Видит небо, здесь какая-то ошибка.
Я купец.
-Ошибка в том, что гяур,
который служит тебе,
поубивал моих людей.
-Русский?
Он мне не служит, я ему не плачу.
-Послушай, купец,
привезешь его - или я прикажу
сжечь твой товар
и перерезать тебе глотку.
-Пей, Али.
-Стой! Нам приказано досматривать
все повозки, покидающие крепость.
А это кто?
-Это мой бывший слуга, неверный.
Он отдал душу своему
нечестивому богу. И везем его тело
на гяурское кладбище.
СТОН
-Ты врешь, купец, он жив.
-Зови начальника караула!
СТОНЕТ
-О, купец...
-Это же тот гяур,
что вчера бился у городских ворот.
-Да, это он. За убийство правоверных
мы сдерем с него кожу
и отдадим шакалам.
Мой бек так приказал.
-Вопросы жизни и смерти здесь
решает только Байзид-ага.
Купец, разворачивай.
Отвезешь этого гяура в гарнизон.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Оскопили...
-Какой там "оскопили"?
Кому тут нужен евнух?
-Ладанка... Где ладанка? Где...
-Он еще не отошел от действия опия.
Уложите его, пусть спит.
-Приветствую тебя, благородный,
око и длань султана в этих землях.
-Что тебя привело к нам, бек?
-Я пришел к тебе
восстановить справедливость.
Твои люди не дали свершиться
благородной мести.
Проклятый гяур поубивал моих людей,
правоверных мусульман,
и избежал наказания.
Это неправильно.
-О каком гяуре ты говоришь?
Не о том ли, что защитил купцов,
когда твои люди хотели отнять
их товар? Не о том ли,
что бился, как дикий барс,
и сразил шестерых?
-Отдай его мне.
Я сдеру с него шкуру, с живого.
-Того гяура больше нет.
Есть раб нашего великого султана -
правоверный мусульманин Али.
Обряд был совершен сегодня
на рассвете по всем законам шариата,
как положено.
-Раз!
ВСЕ: Раз!
-Два!
ВСЕ: Два!
-Три!
ВСЕ: Три!
-Четыре!
-Почему не ешь?
Есть надо, силы нужны.
Как воевать будешь?
-Я не буду воевать.
-Вставай - время намаза.
ПРОИЗНОСИТ МОЛИТВУ
-Ты кто?
-Полковой мулла.
Ты янычар, раб султана, как и все мы.
Это великая честь.
-Чего тебе от меня надо?
-Ты должен есть, должен молиться...
должен служить султану.
Это твоя оплата за жизнь.
-Мне не нужна такая честь...
...и такая жизнь.
-Твоя непокорность
принесет только страдания.
-Мать... с сестрой... бере... береги.
-Не тревожься, отец.
СКОРБНЫЙ НАПЕВ
-Я... я... слова, данного...
пресвятой Деве Марии, не исполнил.
А как... теперь...
перед Господом... предстать?
-Я исполню твой обет...
...батя.
-Сын...
СТОНЕТ
СКОРБНЫЙ НАПЕВ
-Встать!
Быстро во двор!
-Али, перестань!
На эфенди нельзя поднимать руку!
-Да пошли вы!
-Быстро во двор его!
ЯРОСТНО СТОНЕТ
-Ты явил непокорность
и неповиновение.
За отказ выполнить команду
ты получишь 20 ударов палкой.
За то, что поднял оружие
на своих единоверцев, -
еще 20 ударов.
Илкер-эфенди, приговор
привести в исполнение.
-Арслан!
ВМЕСТЕ: Раз...
Два...
СДАВЛЕННО СТОНЕТ
Три...
-Поправляйся.
Хочу сразиться с тобой.
-Лучше сразу убей...
или я тебя убью.
СТОНЕТ
АРАБСКИЙ МОТИВ
-Проходи, Келим-бей.
Русский царь отправил посольство
в Высокую Порту.
Как докладывает верный мне человек,
послание русского царя
нашему великому султану
должен передать Данила Исленьев.
Русские хотят мира с Высокой Портой,
а я хочу, чтобы это письмо не попало
к султану. Я хочу держать
этого Исленьева вот так.
-Можно было бы подкупить посланника.
-Исленьев верен своему царю.
Я думаю, что с ним можно договориться
только в одном случае -
если в наших руках окажется
его главное сокровище.
Я хочу, чтобы мне доставили
дочку русского посланника.
Только так, чтобы
никто не заподозрил в этом османа.
РАЗДАЕТСЯ НАМАЗ
-Помогите ему.
ЯРОСТНО СТОНЕТ
КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН
-Садись, владыко.
Думаю в Диком Поле
и по Волге крепости строить.
-К войне готовишься?
-Мира хочу.
А кто мира хочет,
тот к войне должен быть готов.
-Если тебе, Борис Федорович,
нужен совет, как крепости строить,
то это не ко мне.
Я в военной части не сведущ.
-Ты в других делах сведущ.
О Московском патриархате думаю.
Ежели Москва - Третий Рим,
то патриарху тут и место.
Как думаешь, митрополит?
-Смелое у тебя мечтание,
Борис Федорович.
-Никаких мечтаний.
Государство мечтами не строится -
только расчетом.
Ну что, митрополит? Готов стать
первым на Руси патриархом?
-С огнем играешь, Борис Федорович.
Ни Константинополь,
ни Александрия на это не пойдут.
-Ежели Русь православная, я хочу,
чтобы она не только на бумаге
православной была,
чтобы каждый мужичонка знал,
что в Москве патриарх сидит,
а не где-нибудь за семью морями.
Ну что, готов служить?
Или мне другого патриарха искать?
-Готов.
-Другого и не ждал.
РАЗДАЕТСЯ НАМАЗ
-В зиндан его.
Твой Бог не примет твоей жертвы.
Ибо ты совершишь страшный грех.
-А разве не грех -
изменить своему Богу?
-Омойся, русский.
Намаз надо совершать чистым.
-Байзид-ага, зачем ты с ним возишься?
Ты только скажи - и я выбью из него
непокорность.
-Нет. Сломать волю -
это значит породить злобу.
Зачем великому султану
безвольный и злобный воин?
Али...
ТИХО МОЛИТСЯ
-Отче наш, иже еси на небеси,
да святится имя Твое,
да приидет царствие Твое,
да будет воля Твоя,
яко на небеси и на земле...
-Я хочу видеть султана прежде,
чем другие испортят ему настроение.
РАЗДАЮТСЯ КРИКИ
-Ищите девку!
-А ты почему ее так замотал?
-Она хитрая и злая, как все русские.
-Ежели хоть малое подозрение
на измену Исленьева появится,
докладывайте с гонцом немедля.
-У меня шесть дочерей.
Каждая отдала бы все,
чтобы быть на твоем месте.
-Ты хочешь жить, княжна?
Оставь своего Бога под этим деревом.
-Крепости нужны,
чтобы к казне присосаться.
Обманывает он тебя, государь.
-Я собственность султана.
Она собственность султана.
-Тебе мало отрезали, чтобы ты имел
право говорить с этой собственностью.
-Ты, я смотрю, себя уже царем
возомнил? Так ты не торопись.
И за тобой есть кому приглядеть.


Серия 2

-Добро пожаловать,
уважаемый Семир-эфенди.
Отважный Келим-бей давно
не присылал к нам своих людей.
-Отважный Келим-бей
не забыл про тебя.
Он прислал меня по неотложному делу.
-А отважный Келим-бей...
прислал еще что-то?
Кроме неотложного дела и тебя,
уважаемый?
-Ты чего брешешь?
Лису в поле чуешь?
-Свидетелей не оставляем.
Девку берем и уходим.
Келим-бей будет недоволен,
если мы не справимся.
-Келим-бей будет доволен.
-А ну, вставай! Чего разлегся?
Хозяйка еще третьего дня
велела дров наколоть впрок.
Вставай!
-Авдеич!
-Татарва!
-Ищите девку!
В цель смотри!
-Анна! Анна!..
Анна!
-Нашел!
-Мне надо спустить сундуки на землю.
Позови людей.
-Мои матросы не носильщики,
уважаемый.
Фуркад, Ясим!
-Деда...
-С чем пришел, Мирон?
-Плохие вести, Борис Федорович.
Татары имение дьяка Исленьева
разорили. Терем сожгли,
челядь поубивали, жену Исленьева
тоже. Дочку Исленьевскую в полон
увели. Подпасок видел -
в конуре схоронился.
-Дочку Исленьевскую, говоришь?
Значит, за ней и приходили.
-Может, совпало?
-Нет. Не бывает таких совпадений,
Мирон.
-Ну так что теперь?
Посольство отзывать?
-Обожди. Данила Исленьев -
большого ума человек.
Только на его преданность
в переговорах с османами
и могу понадеяться.
-Когда человеку кровинку родную
в обмен на государеву тайну
предложат, надежды на его преданность
немного, Борис Федорович.
-Я Исленьева не один день знаю.
Не то меня сейчас тревожит.
Об отъезде государева посла в Стамбул
мало кто знал.
О послании его тайном -
и того меньше.
Так как же османы об этом пронюхали?
Лазутчик у нас завелся, Мирон,
не иначе.
И эта вражина совсем рядом.
В самом ближнем
государевом окружении.
-Все, отчаливаем.
-Прими мешок.
-Эй! Позови мне капитана.
-Почтенный Нияз-ага отдыхает.
Не велел будить.
-Я велю!
-Кто рвет глотку
без моего разрешения?
-Вот письмо. Ты повезешь девку
в Трапезунд. И смотри,
хорошо следи за ней.
Иначе ваш султан
отрубит твою лысую голову.
-А ты почему ее так замотал?
-Она хитрая и злая, как все русские.
Так что лучше ее не разматывай.
-Эй, Бахти! Запри ее в моей каюте.
-Хитро задумано. А?
-Еще как хитро.
А знаешь, сколько Бориска
таких крепостей хочет поставить?
-Борис Федорович говорит,
крепости нужны... чтобы мир был.
-Ему крепости нужны,
чтобы к казне присосаться.
Обманывает он тебя, государь.
-Не может такого быть.
Он же брат мне.
-Не тебе он брат,
а жене твоей.
Он твоей доверчивостью пользуется.
Не давай ему денег, государь.
А будет просить - ко мне отправляй.
-Ступай с богом, Василий Иванович.
Устал я.
-Вишь, какие времена нынче, Мирон.
Своих приходится слушать.
-Шуйского подозреваешь?
-Всех подозреваю.
Шуйского, Бельского,
Мстиславского, Романова...
-Ну не знаю. Какие-никакие...
А зачем им против Руси
что-то затевать?
Они же все при власти.
-Именно что при (!) власти.
Если четверо власть делят
и каждый при власти,
кому не захочется
единолично управлять?
Вот что, Мирон...
Пригляди за этими боярами. Мм?
-Пригляжу, Борис Федорович.
-А ты красивая.
Не бойся, я не причиню тебе вреда.
И ты должна обучиться языку.
НА ТУРЕЦКОМ: Не нужна мне твоя наука.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Не бойся, дай руку.
Я не стану заворачивать тебя в ковер,
как дикие крымчаки, но и ты должна
вести себя пристойно.
-Отпустите меня.
Мой батюшка - приказной дьяк,
государев человек.
Он богатый, он заплатит -
только отпустите меня, пожалуйста.
-Зачем мне деньги,
если мне отрубят голову?
У меня нет выбора.
И у тебя тоже.
Поешь.
-Мне нужно человека к османам
отправить, послание передать.
Чтобы память хорошая была,
чтобы Климентия знал...
и чтобы в случае чего
мог бы себе язык откусить,
а лишнего не сболтнуть.
Есть у тебя такой?
-Найдется.
НА АНГЛИЙСКОМ: "Сейчас война
между русскими и османами
уже не выглядит столь недостижимой
целью". Записал?
-Да, сэр.
Позвольте спросить...
Чем Россия так неугодна Англии?
ХМЫКАЕТ
-Своим существованием,
дорогой мой Уильям.
Россия слишком быстро прирастает
землями. Говорят, в Сибири
золото лежит под ногами
прямо на земле,
а пушного зверя как ворон в Лондоне.
Российское государство размерами
уже больше всей остальной Европы.
Вчера это было Московское княжество,
сегодня - царство, завтра оно станет
империей. То же самое было
с османами. Еще вчера они были
горсткой воинственных кочевников,
а сейчас эти дикари обосновались
в центре мира, стали империей
и диктуют всем свои правила.
Но Англия не играет
по чужим правилам.
И нам не нужны две варварских
империи под боком.
Так что пусть османы и русские
режут друг друга,
а мы будем стоять в стороне.
-Но в конечном итоге
кто-то же победит.
-Нам важно,
чтобы они убивали друг друга
как можно больше -
тогда в конечном итоге победим мы.
Это письмо должно быть доставлено
ее величеству в самые короткие
сроки.
-Ну ходит и ходит, и пес бы с ним.
Не в том беда.
-Так он там соловьем разливается,
государю елей в уши льет!
А государь мягок, может и поддаться.
-Уже поддался. Федор Иоаннович
ему средства на крепости-то
выделил...
Только не о том ты говоришь, Богдан!
Другое хуже! Государь меня слушать
перестал. Вроде слушает как прежде,
а делает по-своему!
-Вернее будет сказать, по-годуновски.
-Когда совет собирали,
кто себя первым среди равных обозвал?
Ты же кричал, что лучше одному
от имени всех с государем говорить,
чтобы его не смущать, подвинул всех.
А теперь, когда он тебя одного
слушать перестал, прибежал.
-Не слушать, а слушаться.
-Придумали, когда перелай устроить!
Делать что будем?!
-Это ты заволновался,
потому что государь деньгою
идею Годунова с крепостями поддержал,
а не твою с пушками?
-Какие пушки?
-Которые ему англичане
под войну с османами
обещали по сходной цене.
-Кому война, а кому мать родна?
-Воевать все равно придется.
Годунов это знает, поэтому
и забегал со своими крепостями.
И пес бы с ним,
если бы одну-две затеял строить,
так нет же, у него охват такой,
что полказны оттяпать сможет!
Притопить его надо,
пока силу не набрал.
-А зачем?
Чтобы Шуйских повыше подсадить?
-Не о том ты думаешь.
Пока мы с вами здесь беседы ведем,
Годунов тишком на трон вползает!
-Что же ты за спиной с англичанами
сговорился? Нехорошо это.
-И ты туда же, Богдан.
Какой сговор, коли денег нет?
Было бы царево одобрение,
был бы разговор.
-С англичанами?
-Да поделился бы я с тобой.
Ведь ты меня знаешь.
-Знаю. Поделился бы!
Но в одном ты прав:
Годунов выше дозволенного лезет.
Уронить его пора.
Но тут есть одна закавыка:
на крепости деньги просить легче,
чем на пушки.
Ежели война не случится...
-Случится, Богдан. Случится.
-Подай лепешку.
Ты грозился меня убить?
Прошу.
ГУЛ ГОЛОСОВ
СКАНДИРУЮТ: Арс-лан! Арс-лан!
-Дайте ему ятаган.
-Давай-давай!
СКАНДИРУЮТ: Арс-лан! Арс-лан!
-Поддаешься?
-Я не могу портить имущество
великого султана.
СКАНДИРУЮТ: Арс-лан! Арс-лан!
-Драться с янычаром - это тебе
не голодранцев раскидывать.
Ты разочаровал меня.
Ты машешь ятаганом, как дубиной.
-Прекратить!
-Все-таки, уважаемый Байзид-ага,
в этот раз ты был неправ.
Этот русский боец - никчемный боец.
Но я сделаю из него воина.
Встать!
Марш в казарму!
-Держи. Теперь это твое оружие.
-Я хочу, чтобы ты заточил вот здесь.
Чтобы рубить вот так.
Завтра после намаза приду.
-Тебе сказали, зачем ты здесь?
Ну и зачем же?
-О том рассказывать
никому не велено.
-Что значит "никому не велено"?
Соображаешь, с кем говоришь?
-Соображаю.
Тебе и без моих слов все известно,
а другим знать не надобно.
-Соображаешь.
Ну тогда запоминай.
Послание на словах, бумаги не будет.
И передать ты его должен точно,
слово в слово.
Дочь Исленьева османы в полон взяли.
Знать о том Исленьеву не надобно.
Коли прознает - следить за ним особо.
Ежели хоть малое подозрение
на измену Исленьева появится,
докладывать с гонцом немедля.
Послание это передашь лично
сирийцу Климентию и никому другому.
Завтра же и выдвигайся.
Ступай.
-Шайтан!
-Спасибо, кузнец.
-Что тебе здесь надо, Али?
Иди в свой угол.
Здесь едят мужчины.
-Арслан!
-Янычар казаку в бою неровня.
-Хороший конь! Покупай коня!
-Покупаю твоего коня.
-Стоять!
Стоять!
-Задавили! Человека задавили!
-Опять ничего не ела.
-Не хочу.
-Это плохо.
У меня шесть дочерей.
Каждая отдала бы все,
чтобы быть на твоем месте.
Быть избранницей султана -
это величайшее счастье.
-Пустое. Я не буду утехой
у басурманского царя.
-Османская империя - это сердце мира.
А султан - владыка его.
Если ты подаришь ему счастье,
ты всегда будешь сыта и досмотрена.
А теперь ешь.
-Не могу.
Долго везли поперек седла.
Теперь морская болезнь.
Надо походить по твердой земле.
-Хорошо. Мы идем в порт
пополнить запасы провианта.
Возьмем тебя с собой.
ЗВОН КОЛОКОЛОВ
-Богдан...
Куда спешишь?
-Как - куда?
По государевым делам.
-Все мы тут по государевым делам.
Вчера твои люди у торговых рядов
бузу устроили, человека преследовали.
-Так не человека, Борис Федорович,
а татя. Человек тот тишком пришел
куда не звали, тишком ушел.
Подозрительно.
-А мне кажется
подозрительной рьяность твоя.
С чего это вдруг ты
чужих служивых людей ловить удумал?
-Твой человек, что ли?
-С чего ты взял? Просто присматриваю
я за тобой, Богдан.
-Ты, я смотрю,
себя уже царем возомнил?
Так ты не торопись,
и за тобой есть кому приглядеть.
-Хм...
Сукин сын. Прости господи.
-Раз! Два! Три!
Четыре! Пять! Шесть!
Семь! Восемь! Довольно!
Разойдись!
-Здесь мы встречаем карету
и провожаем ее до Стамбула.
В охране десять человек.
Ехать быстро.
Лишнего внимания не привлекать.
Сопровождаемого беречь,
как самого султана.
-А в карете кто?
Кто-то из знатных вельмож?
-Вопросы не задаем.
Наше дело - сопровождение и охрана.
Илкер-эфенди,
отберешь восемь человек.
Выбирай самых лучших.
-Да будет милостив Аллах
к посланнику русского царя.
Что привело тебя сюда,
Данила Исленьев?
-Когда великий султан вернется
в Стамбул с победой
и в добром расположении,
я хотел бы оказаться среди первых,
кто с ним встретится.
Я хочу увидеть султана прежде,
чем другие испортят ему настроение.
-Все хотят видеть великого султана.
Он не может одарить своим сиянием
каждого. Любое дело могут рассмотреть
без участия султана.
-Мое дело предназначено
только для ушей султана.
-Есть установленный порядок.
СКРИПНУЛА ДВЕРЬ
Конечно, можно прийти завтра
к этому времени.
Здесь будет Атмаджа-паша.
Если ему понравятся твои подарки...
-Мои подарки, как и мое дело,
предназначены только султану.
-Всем построиться!
-Строиться!
-Башкур! Оздемир! Серхат!
Арслан!
Улуч!
Карай!
Иджат!
-Иджат, встань на место.
Али!
-Открыть ворота!
-Тебе хватит?
Нравится?
Идем.
Дай сюда.
Это сколько стоит?
-Бери, уважаемый, дешево отдам.
-Сколько, говоришь?
-Бери, уважаемый, не пожалеешь.
А потом еще придешь.
Не думай, бери.
Хороший подарок будет.
-Серхат, не отставай.
-Он не может.
Серхат всегда спит в седле.
-Зачем взяли меня с собой?
Я казак, а не охранник.
И раб из меня плохой.
-Ты хороший воин.
Я видел тебя в бою,
знаю, на что ты способен.
Даже не думай сбежать.
Тебя все равно догонят.
-Не беспокойся, Байзид-ага,
он не сбежит, я за ним пригляжу.
Что застыл, как баран?
Моря никогда не видел?
-Никогда.
-Что ж ты тогда в жизни видел?
-Мы на месте.
-Тпру!
-Здесь мы встречаем карету
и сопровождаем до Стамбула.
Смотреть на сопровождаемых особ
запрещено.
Вступать в разговор с сопровождаемыми
особами строжайше запрещено.
Забудьте, что у вас есть язык. Любой,
кто откроет рот, будет наказан.
-Не надо, госпожа.
Никто не должен видеть ваше лицо.
-Все равно нас никто не видит.
ПОЕТ ПЕЧАЛЬНУЮ ПЕСНЮ
ПЕСНЯ ИЗ КАРЕТЫ
РЫДАЕТ
-Осторожней с девкой.
Чтоб ни один волос не упал!
-Отпустите меня! Я дочь государева
человека, приказного дьяка!
-Ты будешь наложницей султана.
Это честь. Нужно гордиться.
-Да я лучше сдохну.
-Это тоже возможно.
Но только по воле и желанию султана.
Послушай меня. Впереди долгий путь.
Ты можешь провести его в седле...
или поперек седла.
Выбор за тобой.
-А ну, отпусти меня, хряк!
-Кучи! Заверни ее в кошму.
Ей нравится ехать поперек седла.
Все тут сжечь!
ШЕПОТОМ: Избранной Деве Марии,
превысшей всех дщерей земли,
Матери Сына Божия,
Еюже дается спасение мира,
со умилением взываем:
воззри на многоскорбное житие наше,
воспомяни скорби и болезни,
яже претерпела еси,
яко наша земнородная, и сотвори
с нами по милосердию Твоему,
да зовем Ти: радуйся, многоскорбная
Мати Божия, печаль нашу
в радость претворяющая...
-Оставили бы вы ее, госпожа.
Доведет она нас до беды.
-Бога побойся. Это Святая Дева Мария.
Нельзя оставить Бога,
если не хочешь,
чтобы Бог оставил тебя.
-Спрячьте ее. Если османы увидят,
беда будет.
-Да что они со мной сделают?
В темницу посадят?
Я и так уже в темнице.
-Меня пожалейте.
Я матушке вашей обещала.
-Приготовил лошадей?
-Да. Что-то захромал, перековать бы.
-Воин!
Подай мне воды.
Спасибо.
Ты не похож на османа.
Ты русский?
-Нам запрещено говорить с вами.
-Так ведь это я с тобой разговариваю,
а не ты со мной.
-Я казак.
-Как тебя зовут?
Меня зовут Лилит.
Я армянка. Дочь князя.
Так как тебя зовут?
-Теперь зовут Али.
Раньше звали Алеха.
-Алеха... А мама тебя как звала?
-Мать зовет Алеша.
-Почему ты служишь султану?
-Не по своей воле.
-Тебе сказали, не смотреть в глаза
и не разговаривать.
-Нинуш! Нинуш! Он не виноват.
Он не виноват!
-Довольно.
Прошу прощения, княжна. Янычары
больше не посмеют вам докучать.
-Он не виноват!
-Хорошо.
-Ты почему волосы отрезала, глупая?
Красивые же были. Что ты думаешь,
что султан от тебя откажется
из-за такой мелочи?
-Сосулькин жар ваш султан получит,
а не дочь государева человека.
-Ты все-таки хочешь сбежать.
Ну идем.
Беги.
-Алеша!
Прости меня. Я не подумала.
Я не знала, что будет так.
Умягчи наши злые сердца, Богородица,
и напасти ненавидящих нас угаси...
...Не даждь нам, Мати Благосердная,
жестокосердия к ближним нашим...
-Встань, княжна!
Ты должна запомнить,
и запомнить на всю жизнь:
нет другого Бога, кроме Аллаха.
И судьба тех, кто с этим не согласен,
незавидна. Великий султан не сделает
поблажки ни для одного христианина,
даже для своей жены.
Оставь своего Бога под этим деревом.
Али! Я знаю, что ты здесь.
Подойди!
Проводи княжну до ее шатра.
Потом ступай спать.
На посту тебя сменят.
Отдыхай, княжна.
С утра снова в дорогу.
КНЯЖНА ПЛАЧЕТ
-Княжна, никто не может запретить
тебе верить.
Никто.
Ты можешь делать вид,
что мусульманка,
но в душе оставаться христианкой.
-Али!
Ты не смеешь говорить с ней.
-Я собственность султана.
Она собственность султана.
Почему бы собственности султана
не поговорить между собой?
-Тебе мало отрезали,
чтоб ты имел право говорить
с этой собственностью.
ШУМ МОРЯ, КРИКИ ЧАЕК
-Бросай якорь!
Прибыли. Тут мы с тобой попрощаемся.
А это для твоего же блага.
ШУМ, РАЗГОВОРЫ ЛЮДЕЙ
-Почтенный Нияз-ага?
-Да, это я.
Я доставил ваш груз.
-Красивая. Только волосы плохие.
Растить надо.
-Это дворец султана?
-Глупая, ты в Трапезунде.
Это дом губернатора.
Топкапы в тысячу раз богаче
и в тысячу раз прекраснее.
Идем.
-Ты кто?
-Я подарок моего народа
великому султану.
-Какой щедрый твой народ.
-Друг мой, они убьют тебя
и твоих людей. Их три десятка,
не меньше.
-Не выдашь?
-Под самыми страшными пытками
не выдам.
-Много ты про пытки знаешь.
-Я к ним готов.
-Мы будем защищать вас,
насколько это возможно.
-Странное имя для янычара -
Алеха Кречет.
-Я казак. И не суди по одеже.
-История помнит, как при Молодях
наши стрельцы и казаки били
ваших янычар. Для великого султана
это и правда печальный пример.
УДАРЫ, СТОНЫ
-Нам нынче самое важное -
не допустить войны русских
с османами.
И если Мурат в этом поможет,
он нам потребен до крайности.
Если переводить с персидского
буквально "шахмат" -
шах умер.


Серия 3

-Заходи.
Отдыхай. Тебе принесут еду,
питье и одежду вместо твоих обносков.
ЛАЕТ СОБАКА
-Цыц, холера!
Ты чего брешешь?
Семка, ты чего здесь?
Опять проспал?
Митрич-то без тебя уехал.
Ох, высеку я тебя, высеку!
А ну, бегом, Митрича догоняй!
-Авдеич, ты опять шумишь
с утра пораньше?
Вернется отец, я ему скажу,
что ты мне спать не давал.
-А ты скажи, скажи.
А я Даниле Власовичу скажу,
что Андрей Курбатов
опять под твоим окошком стоял.
Улыбался, знаки подавал.
-Какие знаки? Что ты придумываешь?
И откуда мне знать,
чему там ваш Андрейка улыбался?
-Наш Андрейка, наш.
Федор!
-Татарва!
-Бери девку!
КРИЧИТ
-Рассказывай.
-Исленьев прибыл в Стамбул.
Поселился. Практически не выходит,
посетителей не принимает. Ждет.
Справлялся о великом султане
и его возвращении.
Ни с кем, кроме султана,
говорить не намерен.
Но прибыл гонец из Трапезунда...
-Так скоро?
Ты справился лучше, чем я ожидал.
-Дочь Исленьева везли
как русскую наложницу -
в дар Мехмеду от ногайского хана.
-Возьми людей, поезжай в Трапезунд.
Привези мне ее лично.
И чтоб ни одна живая душа
об этом не знала.
-Я буду осторожен.
-Ты будешь очень осторожен.
Я думаю, теперь Данила Исленьев
захочет поговорить с кем-то,
кроме султана.
-Приветствую вас, Мурад-паша.
Сегодня мои люди видели Келим-бея.
Он нанимал всякий сброд
на западе от города. Денег не жалел
и, судя по разговорам,
собирался в Трапезунд.
-Сколько он нанял человек?
-Несколько десятков.
-Возьми людей, поезжай в Трапезунд
за Келим-беем.
Узнай у него, зачем он туда поехал.
-А если он не скажет?
-Мне нужно имя того,
кто платит Келим-бею,
имя того, чьи приказы он выполняет.
Мне нужно, чтобы имя Хасана
прозвучало из уст Келим-бея
и было повторено им
перед судом кади
или самим султаном.
Знаешь, откуда возникло название
этой игры - "шахмат"?
Если переводить с персидского
буквально...
..."шах умер".
-Байзид-ага! Не верю своим глазам!
Ты ли это?
Мой старый боевой друг!
-Прекрасно выглядишь, хвала Аллаху.
Как бы мне не перепачкать
твои одежды.
-Все разговоры потом.
А теперь прошу.
Мой дом - ваш дом.
-Идем.
-Дальше мужчинам нельзя,
дальше женская половина.
-Вход на женскую половину
охраняют мои люди.
-Сегодня его будут охранять
мои янычары.
-Дорогой друг,
мне ведь тоже есть что охранять.
-Дорогой друг, девушка,
которую сопровождаем мы,
предназначена великому султану.
При всем уважении, я не доверю
ее охрану никому, кроме своих людей.
-В женской половине
есть еще одна девушка,
назначенная великому султану.
И мои люди справлялись с ее охраной.
-Ее сопровождал не я.
-Мой дом - твой дом,
уважаемый Байзид-ага.
Пройдем.
-Приезд такой знатной особы,
как вы, для нас неожиданность.
Пока готовят ваши покои,
вам придется погостить в других.
Зато будет с кем поговорить.
-Простите, уважаемая,
я устала и хочу побыть одна.
-Госпожа Лилит, это ненадолго.
Пока наши гости находятся
в этом доме, им будут прислуживать
наши слуги. Таков закон.
Ваша служанка присоединится к вам,
как только вы решите
продолжить свой путь.
-Ты кто?
-Я?
Я подарок моего народа
великому султану.
-Какой щедрый твой народ.
-И все же я тебя не понимаю,
Байзид-ага.
Ты бы давно уже мог
продвинуться по службе,
жить спокойной жизнью,
в достатке, почете.
-Чем выше ступенька лестницы,
тем больше опасность.
И у эмиров, и у шейхов.
А я не люблю, мой друг,
когда мне присылают шелковый шнурок
или вонзают кинжал под сердце.
-Очень хорошо. Нам как раз нужен
честный кади. Твоей рукой Аллах
сможет вершить честный суд шариата
во всем округе Трапезунд.
У тебя будет свой дом, слуги.
Станешь очень уважаемым человеком.
Байзид-ага, я могу похлопотать,
и ты займешь место кади.
-Мой дом - это гарнизон.
Мои слуги - мои руки и ноги.
-Икону у тебя отобрали?
-Да.
И с тех пор я ни разу не молилась.
-У меня на глазах
все поместье вырезали.
Никогда им этого не прощу.
Давай сбежим отсюда.
-Я не могу.
Если я сбегу,
османы разорят мое княжество.
Отца убьют, всю родню убьют.
Будет война.
Судьба у меня такая -
жить среди османов.
-Я уронила бусы.
Подарок моего отца.
-Алеша!
-Тише, княжна.
Услышат.
-Принеси жемчуг, пожалуйста.
Пожалуйста.
-Что здесь?
-Все тихо.
Только госпожа Лилит отказалась
переезжать в отдельные покои.
-Почему не доложил?
-Было приказано не покидать пост.
-Иди отдыхать. Али, становишься
в караул, через три часа тебя сменят.
-Не спеши.
СТОНЕТ ВО СНЕ
-Алеша...
-Это его зовут Алеша?
-Все верно, Алеха.
Алеха Кречет.
-Странное имя для янычара -
Алеха Кречет.
-Я казак. И не суди по одеже.
Ты без косы и в этом наряде
тоже не очень-то
на русскую девку похожа.
-А ты называешь себя казаком
и ходишь в янычарах.
-Зачем ты так, Анна?
Он хороший человек.
Ты ничего о нем не знаешь.
-А зачем мне что-то знать?
Достаточно того,
что он родную веру предал.
-Не злись на нее, Алеш.
-Вот твои бусы, княжна.
-Они не мои. Это бусы Анны.
-Держи свои цацки, Аннушка.
-Какая я тебе Аннушка?
Я Анна Даниловна Исленьева,
дочь государева человека.
А это не цацки, а его подарок.
-Али?
Отстегни ятаган и положи на пол.
-Убивай уже.
-Убью.
Но сперва ты встанешь на колени
и будешь молить о пощаде.
-Я встану на колени, Арслан,
но для этого тебе надо
отрубить мне ноги до колена.
-Убьешь невесту султана, да?
С УЛИЦЫ: Боевая готовность!
Все янычары - во двор!
-Что случилось? Аллах милосердный!
Ответь мне, что случилось!
-Ключи.
-Я вас услышал, досточтимый
Келим-бей, но и вы войдите
в наше положение. Я понимаю,
ваш статус неизмеримо выше моего...
но у нас приказ -
доставить девушку в Стамбул.
Как мы можем нарушить его?
-Вы сами сказали: мой статус выше.
Поэтому я вам советую просто
выполнить приказ и передать
эту девушку мне.
-Видите ли, уважаемый Келим-бей,
мы действуем на основании
письменного указания Мурада-паши,
положение которого при дворе
выше вашего.
-При всем моем глубоком уважении
к вашему духовному сану, мулла,
я намереваюсь выполнить
другой приказ - любой ценой.
-Нам нужно подумать.
-Я вернусь в полдень.
-Убрать ятаганы!
А что если он не врет?
-Женщин во дворец должна сопровождать
личная султанская гвардия.
-Так это и есть султанская гвардия.
-В войне против персов
я бился плечом к плечу с гвардейцами.
Поверь, эти люди не гвардейцы.
Они могут выглядеть как угодно,
но если они на самом деле
посланы султаном,
то обязаны знать, что к султану
везут двух девушек. Двух.
А они приехали за одной.
-Так или иначе, их слишком много,
нам не выстоять.
-На все воля Аллаха.
У нас приказ - охранять
невесту султана.
Теперь, видимо, двух.
До полудня мало времени.
-Мы все поняли, Илкер-эфенди.
Говорите, что нам делать.
-Точите клинки.
-Илкер-эфенди, клинки наших ятаганов
всегда заточены.
-Я знаю.
Точите клинки.
-Ты мне друг, Байзид-ага,
но и с людьми султана
я ссориться не хочу.
-А если они не люди султана?
Тебе стоит шевельнуть одним пальцем -
и здесь будет вся охрана Трапезунда,
которая готова уничтожить любого,
на кого ты укажешь.
-Все не так просто, друг мой.
Какую бы сторону я ни выбрал,
я могу оказаться неправ.
-Ты слишком осторожен, мой друг.
-Иначе не стать губернатором.
Важно сделать правильный выбор,
Байзид-ага.
-Я тебя понял. В любом случае я буду
считать, что ты оказал мне услугу.
-Ты мудр, мулла, и ты прав.
Я очень осторожен,
и я ничего не видел и не слышал.
Не кори меня. Мне и самому неловко.
-Ты знаешь, я ни на кого
не держу зла.
Ступай с миром.
Твой кров послужит нам крепостью.
-Друг мой... отдай девушек Келим-бею,
иначе они убьют тебя и твоих людей.
Их три десятка, не меньше.
-Удачной охоты.
Убирайте шатры и прячьте лошадей.
-Илкер-эфенди,
ты суп из потрохов готовишь?
-Тебе этот суп поперек глотки
встанет, а потом вместе с мозгами
выскочит.
-Почему? Ты мог меня выдать.
Ты мог меня убить.
-Когда Илкер-эфенди закричал,
я подумал: если что-то серьезное,
Илкеру ты можешь понадобиться,
а если мелочь - я расскажу
о твоем предательстве.
Оказалось, не мелочь,
поэтому ты все еще жив.
-Их много, и они неплохо вооружены,
а у нас оружия маловато.
-Да. Нужно было мушкеты взять.
-А ты не боишься, что я тебя
во время боя... случайно зарежу?
-Хочешь сказать, ты глупее меня?
Ты стоишь троих, а я - пятерых.
-Это будет очень много значить...
когда наступит полдень.
-Обещаю, мы будем защищать вас,
насколько это возможно.
Но даже если нас всех перебьют,
то не думаю, что вашей невинности
что-то угрожает.
Этим людям вы нужны невредимыми.
Это на всякий случай.
-И что нам делать?
-Довериться и молиться.
-Ты сможешь себя убить?
-А ты?
-Докладывай.
-Русский живет тихо,
выходит редко и ненадолго.
Пару раз был в порту,
но каждый раз обедает
в одной и той же таверне.
-Хозяин турок?
-Турок, зовут Осман.
Мы его проверили, дали необходимые
наставления. Он будет молчать
и делать то, что нам надо.
ГУЛ ГОЛОСОВ
-К тебе приставлены двое.
Один заручился моей поддержкой
против тебя, Данила,
а второй сидит здесь, в зале.
-А третий чинит обувь на углу.
-Это невозможно. Это Хусейн,
я его полжизни знаю.
-И полжизни он знает,
что ты православный?
-Тут даже никто не знает,
что я из греческого рода,
иначе бы меня здесь не было.
-Отец Климентий ждет вас.
-Открывай ворота.
Убить их всех!
-Вперед! Живых не оставлять!
Нам нужны только женщины!
-Вступить в бой!
КРИКИ И ЗВОН ОРУЖИЯ
ВЫСТРЕЛ
-Именем султана - прекратить бой!
Сложить оружие!
-Реджеп-паша!
Необходимо ваше участие.
Что прикажете с ним делать?
-Ничего. Поучится,
как надо исполнять свой долг.
Воды ему. Раненым оказать помощь,
убитых убрать.
-Мы под Стамбулом.
-Мы уже полдня плутаем.
Долго еще?
-Так надо,
чтобы хвоста от таверны к храму
не привести. Там святыня.
Не дай бог в чужие руки попадет.
-А если заприметят тебя и схватят -
не выдашь?
-Не выдам.
Под самыми страшными
пытками не выдам.
-Много ты про пытки знаешь.
-Я к ним готов.
Мы почти на месте.
-Реджеп-паша, сюда!
Мы поймали главного.
-Узнаешь меня, Келим-бей?
-Реджеп-паша.
-Как ты посмел обрядить свой сброд
в одежду личной гвардии султана?
Увести и допросить.
Напоите лошадей
и отведите их на конюшню.
-Как-то нескладно у нас
знакомство вышло.
-Я полагал, что буду говорить
с царем Федором Иоанновичем.
-Человек полагает,
а Господь располагает.
Царь на молении.
-Я пришел говорить
от имени великого султана о передаче
Русским царством земель
от Раздорского юрта до Астрахани.
-От Каспия нас отрезать хотите?
Или повод ищете?
-Волею Аллаха
великий султан заботится
не только о своих интересах.
Если мы заключим соглашение,
то земли будут переданы
верноподданному Османской империи
Крымскому ханству,
немало претерпевшему
со стороны Русского царства.
-Ваши верноподданные крымские татары
имеют обыкновение нападать
на наши земли и уводить
наших людей в полон.
-Набеги прекратятся.
Как только ваш царь отдаст земли.
-А если нет, тогда что?
-Несговорчивость в подобных делах
заканчивается весьма плачевно.
История знает немало тому примеров.
-Да. История помнит,
как при Молодях наши стрельцы
и казаки били ваших янычар.
Для великого султана это
и вправду печальный пример.
-Ваши слова
можно считать отказом?
-Отчего же? Вовсе нет.
Только ты говоришь от имени султана,
а в верительной грамоте
у тебя другое имя.
-Вам что, недостаточно грамоты
от визиря Хасана?
-Будет грамота от султана -
будет разговор.
А ежели нет, то и говорить не о чем.
-Единственная сила, которая
может противостоять визирю Хасану
и его союзникам, - это Мурад-паша.
К сожалению, у меня нет людей,
вхожих в его окружение.
-Нам нынче самое важное -
не допустить войны
русских с османами.
Если Мурад в этом поможет,
он нам потребен до крайности.
Так что давай
к Мураду-паше подбираться.
-Мы пытаемся. Но мне не хватает
ни молодых рук, ни молодых глаз.
А сам я стар.
-Не ропщи, отче.
Не ты ли мне говорил:
"Делай, что должно, и радуйся тому,
что имеешь"?
-Я все сделаю, Данила.
-Спаси Бог, отче.
А теперь прощай.
Пора показаться соглядатаям Хасана.
Поди заскучали там.
Прощай.
-Уважаемый Реджеп-паша,
Келим-бей нижайше просит дозволения
на разговор с вами.
-Веди.
-Мне сказали, что ты готов говорить.
-Реджеп-паша, я прошу милости.
Прекрати мои страдания.
-Что же удостоит тебя такой милости?
-Я назову имя.
-Называй.
Ну?
-Меня послал визирь Хасан.
-Вот.
Теперь, когда ты мне сказал то,
что я хотел услышать,
осталась самая малость - ты должен
повторить это перед лицом султана.
Или на суде перед лицом кади.
Наивно, Келим-бей.
Наивно и глупо.
-С твоей стороны, Реджеп-паша.
-Вы хотели говорить со мной.
-В вашей стране так много людей,
готовых говорить от имени царя.
Я даже теряюсь.
-Вы сами просили встречи.
Смелее.
-Какой ужас.
-На ваш дом напали.
Из всех, кто воспользовался
вашим гостеприимством,
в живых остались лишь два янычара,
полковой мулла и невеста султана.
-Байзид-ага, как он?
Что с ним?
-В лучшем случае
протянет до вечера. Много крови ушло.
Я сделал все, что в моих силах.
-Этот человек обязан жить!
Алга! Али!
Бегите по всем врачам Трапезунда.
Все лекари до единого
должны быть здесь.
Быстро! Бегите!
-Я жду вас в Стамбуле.
О том, что не вернетесь в гарнизон,
вашему командованию сообщит гонец.
Он уже в пути.
Теперь вы гвардейцы
султана Османской империи.
ПО-АНГЛИЙСКИ: Стамбул населяет
около 400 000 человек,
что ставит его в один ряд с такими
крупнейшими европейскими городами,
как Рим, Париж, Москва и Лондон.
Большую часть населения
составляют турки,
но в Стамбуле имеются кварталы,
заселенные людьми
других национальностей -
греками и армянами.
Обычно они селятся вокруг церквей
и резиденций своих патриархов,
но по приказу султана Мехмеда
многие церкви закрыты,
и христиане вынуждены тайно
исповедовать свою религию.
СТУК В ДВЕРЬ
-Послание от великого визиря.
-Спасибо.
Уильям, прервемся с донесением.
Визирь Хасан приглашает меня
в гости. Эта встреча может
оказаться очень важной для нас.
-Говори.
-Мстиславский ничем себя не проявил,
а вот Романов второго дня
с турецким послом встречался.
-Вот оно как...
Продолжай следить, Мирон.
За всеми.
То, что Мстиславский себя никак
не проявил, его не обеляет.
-Эти женщины доставлены
великому султану из Трапезунда.
Армянка - невеста султана.
Русская - подарок от ногайского хана.
ГРУСТНЫЙ НАПЕВ
-Идите за мной.
Вам приготовили другие покои.
-Но мы вместе.
-Это просьба невесты султана.
-Нет!
-Султан ничего не может запретить
истинным слугам Аллаха!
-Пали!
-Ну что, государь,
одолели мы твой страх?
-Кто такие?
-Али, гвардеец султана.
А это преступник,
он народ на бунт подбивал.
-Он лжет!
-Русская? Я тоже русская.
Ольгой звали.
-Отче, я там, в городе, на рынке,
среди рабов Серафима увидел.
-Я думаю, что ты невиновен.
Но казнят в любом случае тебя.
-Лилит!
-Анна!
-Гафур! Неужели наш султан наконец
возвращается из похода?
-Вы кто?
-Благодарная женщина.


Серия 4

-Не грустите, русская госпожа.
Уверена, все образуется.
-Какая госпожа? Я теперь наложница.
-Для меня вы все равно госпожа.
-Ты! Ступай за мной.
-Не уходи!
-Прислуга не может жить
вместе с наложницей султана.
Меня отправят домой.
ВЗДЫХАЕТ
Я прошу вас,
позаботьтесь о моей княжне.
-Я постараюсь.
-В битве при Креси
английские лучники остановили натиск
рыцарской конницы французов.
С тех пор лук в Англии считается
благородным оружием,
достойным настоящего джентльмена.
-Воинственно.
У нас стрельбу из лука
называют ремеслом султанов.
Составные луки Востока
намного мощней европейских.
Их склеивают из кусочков кости,
рога, дерева и кожи.
Это повышает упругость
и увеличивает мощь выстрела.
Прошу к столу.
Я жду приятного для нас обоих
известия, дорогой лорд.
И предлагаю скоротать время
за трапезой.
А какого же известия мы с вами ждем,
дорогой визирь Хасан?
-Мои люди должны доставить
из Трапезунда русскую девушку -
дочь посла Исленьева.
Когда она будет в наших руках,
тогда переговоры с русским послом
пойдут так, как это будет угодно нам.
-Вы искусный дипломат.
ШАГИ
-Великий визирь, прибыл гонец.
-Давай скорее.
-Входи.
-Иди.
Проклятье!
-Что-то случилось,
многоуважаемый визирь Хасан?
-Дочь Исленьева в гареме.
Она стала наложницей.
ВОСТОЧНЫЙ НАПЕВ
-Время ужина.
-Я не буду.
-С норовом. Русская?
Я тоже русская.
Ольгой звали.
Я тоже с норовом была.
И здесь уже тридцать лет.
Много чего повидала.
И так тебе скажу:
ты себя не изводи.
Все одно упорство даром пропадет.
Турки знаешь как говорят?
"Так решено Аллахом".
Ничего не изменить.
А ты красивая.
Султан тебя заметит.
А повезет - женой сделает.
-Я не хочу.
-Ну и глупая.
Тебе уже повезло,
а будешь умной - повезет еще больше.
Не упрямься
и не повторяй моих ошибок.
А то вместо почета и роскоши будешь
до старости в прислугах ходить,
как я.
-Они имение сожгли.
Семью порезали.
Меня увезли на край света.
-Больше тебя никто не обидит.
Ты под защитой султана.
А жемчуга у тебя эти откуда?
-Подарок.
Батюшкин подарок. Это все,
что у меня от родного дома осталось.
-Спрячь!
Ни к чему носить в гареме
напоказ драгоценности,
подаренные не султаном.
ВСХЛИПЫВАЕТ
-Приехали. Истанбул-ата.
-Царьград-батюшка.
КАШЕЛЬ
-Этот город полторы тысячи лет
назывался Константинополем.
-Очнулся.
-Неделю без памяти лежал.
-Слава Аллаху всемилостивому
и милосердному.
Все в руках Его
и происходит по воле Его.
-Трогай!
-Ну что, много?
-Нет, госпожа, не вижу ни одного.
Их нет.
-Это потому, что ты старая
и слепая. Ну вот...
Я же говорю, что ты видишь
как верблюдица безлунной ночью.
-Простите мою старость, госпожа.
Я и правда плохо вижу.
-Аллах простит.
-В гарем привезли двух новых девушек
для вашего сына.
-Что ж ты молчала?
-Что так долго?
-Масуд все принес.
-Что это?
-Одеяние медника
из ремесленного квартала, господин.
Ты просил, чтобы все было настоящим.
Масуд долго отмывал кровь с обуви.
-Помоги одеться.
-Господин, теперь ни один смертный
не отличит вас от ремесленника.
-Давай сюда.
-Ну и город! Муравейник какой-то.
-Не муравейник, а центр мира.
-Фазан говорящий.
-Этот фазан называется "попугай".
ПОПУГАЙ: Слава, слава!
-Так вот он какой. Сосед
с нашей станицы, Иван Терентьев,
про попугаев рассказывал.
-Сосед.
Странный вы народ, русские.
Живете на краю мира,
а все обо всем знаете. Идем.
КРИК ПОПУГАЯ
ВОСТОЧНЫЕ МОТИВЫ
-Лилит?
-Алеха! Батя приехал!
-Ой! Эта шуба какая!
Да это самой царице впору.
-Кто ж ты у меня?
Ты ж моя царица и есть.
Я же уходил -
он еще юнцом безусым был.
-Сколько лет прошло!
-Чуешь, сухим донником пахнет?
А цикады как трещат-то, а!
В Сибири, сынок, все другое.
А тут все наше, казацкое.
Э-ге-гей!
-Этот ваш хаммам - ерунда какая-то,
а не баня. Вот у нас в станице
баня была! Дед Трофим, бывало,
как поддаст парку...
аж крыша поднимается. А на верхнем
полке никто дольше моего бати
выдержать не мог.
Вот он выйдет, в прорубь бултых!
И только пар столбом.
-Зачем ты там, в Трапезунде,
к женщинам султана пошел?
-Русская уронила бусы в окно.
Лилит попросила принести.
Я принес.
-Ты мог их утром
с прислугой передать.
-Она очень попросила -
значит, эти бусы ей дороги.
-Русской... или Лилит?
-Русской. Понравилась она мне.
Анна. Даниловна.
-Ты говоришь о женщине султана.
За такие речи тебе голову отрубят
и выбросят у стены Топкапы.
Ты понимаешь?
-Понимаю. Только ты сам на Лилит
смотришь во все глаза.
-Ни одна из них не сделает
моего сына счастливым.
-Почему вы в этом так уверены,
госпожа? Они обе стройны,
у каждой белые зубы, густые волосы.
У обеих стать и высокая грудь.
Я не вижу в них изъяна.
Они обе красивы.
-У них печальные глаза.
Они обе несчастны.
А несчастливая женщина
неспособна осчастливить мужчину.
-Приходи еще, уважаемый.
ГУДЕНИЕ ГОЛОСОВ
-Это что такое, свадьба?
-Это зикр, священный танец.
Восхваляют Аллаха.
-Да?
-Благородные дервиши!
Почему вы делаете зикр
в грязном переулке,
а не во дворце Топкапы?
Кто запретил вам, столпам веры,
славить Аллаха великого
и милостивого? Кто?!
Наши предки славили Аллаха там,
где они считали нужным!
ОДОБРИТЕЛЬНЫЕ КРИКИ
Пришло время вернуться
на истинный путь!
-Там же стража. По приказу султана
это запрещено.
-Султан ничего не может запретить
истинным слугам Аллаха!
-Ты слышал? Они хотят нарушить
приказ султана.
-Идем в Топкапы!
-Да ну их, бесноватых! Идем!
Арслан!
-Зикр! Зикр! Зикр!
-Останови их! Что ты делаешь?
Люди, остановитесь! Остано...
ТОЛПА: Зикр! Зикр!
-Зикр!
-Я не сразу узнал тебя, господин!
-Слушай еще раз.
Когда толпа сметет стражу на площади
у дворца, веди своих к воротам.
Толпа пойдет за вами, и мы прорвемся
внутрь, а там и до гарема недалеко.
Мне нужна эта русская!
Чего встал? Иди, славь Аллаха!
Зикр! Зикр!
КРИКИ ТОЛПЫ
НЕДОВОЛЬНЫЕ КРИКИ ТОЛПЫ
-Дойдет, кто блажен! Давай! Давай!
МУЗЫКА ПРЕКРАТИЛАСЬ
-Благородные дервиши!
Вы нарушаете покой владений султана.
Долг гвардейцев - защищать дворец,
и они выполнят его.
Прольется кровь...
В ТОЛПЕ ВОИНСТВЕННО КРИЧАТ ПО-ТУРЕЦКИ
Разве ваша вера допустит это?
-Давай! Зикр!
-Люди, идите по домам!
ПРОДОЛЖАЮТ ВОИНСТВЕННО КРИЧАТЬ
Ночью нужно спать,
чтобы на следующий день иметь силы
для благих свершений.
Благородные дервиши,
что смутило ваши разумы
и заставило забыть главную заповедь
истинных защитников веры?
КРИКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ
...Что великому султану
станет известно ваше желание.
...Он сам позовет вас на площадь
дворца и вместе с вами будет...
Послушайтесь своего разума, люди!
Идите по домам. По домам!
Я вынужден отдать приказ гвардейцам.
РОПОТ В ТОЛПЕ
-Пойдем отсюда! Мы же только хотели
восславить Аллаха...
-Восславим Аллаха в другом месте.
-Да!
-Славить Аллаха можно где угодно...
-Он покарает...
-Никому нельзя доверять!
Почему он замолчал?
Почему не повел толпу на стражу?
-Масуд не знает, господин.
Масуд всего лишь ваша тень и опора.
-Стоять.
-Чего встал?
ЦОКОТ КОПЫТ
-Кто такие?
-Али, гвардеец султана.
Это преступник,
он народ на бунт подбивал.
-Он лжет.
-Взять обоих!
-Великий Мурад-паша!
Мне кажется, что эти пленники
и есть зачинщики бунта.
Городские стражники арестовали их
рядом с площадью.
Эти двое так кричали,
что пришлось заткнуть им рты.
-Снимите кляпы.
РУГАЕТСЯ ПО-ТУРЕЦКИ
-Как вы посмели?!
-Тише, тише, глубокоуважаемый!
Назови себя.
-Ты хочешь сказать,
что не узнаешь меня, Мурад-паша?
-Я узнал тебя, Хасан.
Но хочу, чтобы ты назвал себя сам.
-Я Хасан Кара-Ахмед,
визирь султана Мехмеда.
-Объясни мне,
глубокоуважаемый визирь Хасан,
почему ты в таком простом платье?
И что ты делал на площади
в эту неспокойную ночь?
-Я выполнял твою работу, Мурад-паша.
Мне стало известно о заговоре.
Я оделся простым ремесленником
и пробрался в сердце мятежа.
Я почти схватил главаря мятежников,
но этот шакал убил его.
Он виновен! Достоин смерти!
-Он врет!
Он сам подбивал людей на бунт.
-Ну а ты кто такой? И как ты смеешь
обвинять высокочтимого визиря?
-Янычар великого султана, записан
в гвардию по приказу Реджепа-паши.
-Ты из тех янычар, которых
Реджеп-паша привез из Трапезунда?
-Мы охраняли невесту султана.
А сегодня я видел,
как начинался бунт.
И этот... подбивал людей
ворваться в гарем.
-Хорошо. Я разберусь.
Проводите глубокочтимого
визиря Хасана...
в его дом.
Я думаю, что ты невиновен.
Допускаю, что именно визирь Хасан
подбивал дервишей на бунт.
А охранял его слуга по имени Масуд.
Тот, которого ты и убил.
Но казнят в любом случае тебя,
а не его.
-За что?
-Твоя правда ничего не стоит
против правды визиря.
И за тебя никто не заступится.
Ну, разве что...
Я мог бы помочь тебе.
Но с одним условием.
Мне нужен свой человек
в охране дворца.
Так сказать, глаза и уши.
Я должен знать настроения
и тайные помыслы людей, которым
доверено охранять покой Топкапы.
-Я должен доносить на людей,
с которыми служу?
Это подло.
-Подумай сам. Если то, что ты
рассказал мне сейчас, правда,
то ты именно это и делал сегодня.
Защищал покой Топкапы.
И ты сам же говоришь,
что это подлость?
-У меня есть просьба.
-Я еще не отвел саблю палача
от твоей шеи, а ты уже просишь.
Да ты наглец!
Хе-хе! Ну, говори!
-Пусть со мной в охрану дворца
возьмут янычара Арслана.
Это мой товарищ по службе.
-Борис Федорович...
Борис Федорович!
Хорошо ли почивали, Борис Федорович?
-Скверно.
Новины давай.
-Княгиня Шуйская отправилась
на богомолье в лавру.
-Давай дальше!
Что в Европах творится?
А с мамой что?
-Князь трансильванский Жигмонд Батори
разбил передовой отряд басурман.
А броню их предводителя Саган-паши
нашему государю Федору Иоанновичу
в подарок прислал.
-Что за броня?
-Доспех из стальных пластин.
Знатный. Князь Мстиславский государю
заметил, что в таких доспехах османы
будут неуязвимы для русских ратников.
Государь теперь доспеха боится.
-Вот и Мстиславский себя проявил.
Одеваться мне, живо!
Ну что, братцы, проверим,
какова на зуб османская сталь.
Стреляй!
УДИВЛЕННЫЙ РОПОТ
-Неуязвимы.
-Пищали!
Пали!
-Ну что там?
-Ну что, государь,
одолели мы твой страх?
-Одолели, Борис Федорович.
-Вроде здесь. Ну-ка, подсади!
-Нас узнают.
-Мы первый день в дворцовой страже.
Никто нас не узнает. И темно.
-Вы двое, направо.
Вы - налево вдоль стены.
-Али! Али!
-Стоять, не двигаться!
-Именем султана, остановитесь!
Стоять!
Алга! Вы - налево,
вы - прямо по улице. Быстрее!
-Вроде оторвались.
-Ты везучий.
-Я видел, как по двору шла Лилит.
Значит, они обе там.
ВДАЛЕКЕ СТРАЖНИК ДАЕТ УКАЗАНИЯ,
НЕРАЗБОРЧИВО
-Что это?
-Это дворцовая стена.
Здесь нас с тобой заметила охрана,
а вот здесь...
Что ты такой пугливый?
До нас никому дела нет.
-Не испытывай терпение Аллаха:
удача не вечна.
-А ты не каркай.
-Кто из вас Али?
-Я.
-Следуй за нами.
Если не пойдешь сам,
нам придется применить силу.
И оставь оружие.
-Держи.
-Ты чего?
-Иди вперед.
-Вы кто?
-Благодарная женщина.
Присядь.
Пей.
Это просто розовая вода.
-Я слышал, что мужчин, пробравшихся
в гарем Топкапы, ждет смерть.
Тебя привел Кара по моему приказу.
-Вы меня с кем-то перепутали.
-Ты весь соткан из достоинства, Али.
Как полагается настоящему герою.
-Ну какой же я герой?
-Предлагаю тебе службу.
-Я уже служу султану.
-Мы все служим султану.
-Я говорю о другом.
Народ любит султана. Но в любом
народе всегда найдутся мерзавцы,
желающие расшатать устоявшийся
порядок. Султан держит их
в повиновении,
но когда султана нет...
В это раз всех нас
спас ты, я видела.
Предлагаю служить мне.
-Спасибо. Мне пора.
-Иди.
Но подумай.
Я жду твоего решения.
И учти, я не привыкла к отказам.
-Я в гареме был. Под охраной
провели, еще и глаза завязали.
Евнух, черный такой, Кара зовут.
Я посчитал шаги, запомнил повороты -
смогу вернуться.
-Зачем тебя повели в Топкапы?
-Меня привели туда по приказу
одной достопочтенной хатун.
Больше я ничего не скажу.
Извини.
ШУМ БАЗАРА
ТИХАЯ МОЛИТВА
-Отче! Я там в городе на рынке
среди рабов Серафима увидел.
-Какого Серафима?
-Ну Серафим. В Московии у митрополита
в лавре гостили, помните?
-Ты хотел меня видеть?
-В Стамбул прибыл корабль с рабами.
Ты можешь узнать, куда их отправили?
-Всех рабов, прибывающих в город,
до продажи держат в темницах
на невольничьем рынке.
-Туда можно как-то попасть?
-Невольничий рынок окружен воинами.
-Осман, я спросил не об этом.
-Раньше был тайный путь.
Я узнаю, отче.
-Хорошо. Ступай с Богом.
-Если турки узнают, они нас убьют.
Вы же сами говорили,
от нас зависят сотни жизней.
-От него, возможно, тоже.
Ты подумай, где Московия с лаврой
и митрополитом, а где Стамбул.
-Думаете, он неслучайно
здесь оказался?
-Гафур!
-Дядя!
-Неужели наш султан
наконец возвращается из похода?
-Наш отряд поехал вперед
предупредить, чтобы Стамбул
готовил встречу
победителям в Керестецкой битве.
СТОН
-Тише-тише.
Тише, сын мой, тише...
-Вы... Вы кто?
-Отец Климентий.
Пришел исповедать...
и облегчить страдания.
-Вон те, в углу... Их били за побег.
До утра не доживут. Исповедуй их.
-Что там за шум?
Кому здесь охота поговорить?
Я же тебе сказал, это не здесь.
Идем дальше.
-Ушли вроде.
Как твое имя?
-У него нет имени, как и у нас всех.
Такова наша участь -
умирать безымянными.
-Отец Климентий!
-А?
-Хорошо, что пришел.
Послание у меня к тебе.
Дочь Исленьева османы в полон взяли.
Знать ему об этом не надобно.
Коли прознает, следить за ним особо.
Ежели хоть малое подозрение
на измену Исленьева,
докладывать с гонцом немедля.
Повеление к выполнению обязательно.
Все.
-Я тайный ход знаю.
Выведу тебя отсюда.
-А остальных? Тоже выведешь?
Если я с тобой пойду...
они шум поднимут. Никто не выйдет.
-Слушай меня!
Я выведу вас!
-Меня переиграли, Гафур.
Более того, я теряю людей.
Да еще этот проклятый янычар
путается под ногами.
Так что твой приезд весьма кстати.
-Я не хочу оспаривать
твоих решений, дядя.
Но ты уверен, что война
с русскими - удачная затея?
Мехмед жесток, но войны
не выигрываются одной жестокостью.
-Никто не говорит о том,
чтоб без оглядки кидаться на русских.
Есть Ногайское и Крымское ханство,
они теперь их.
Но если их направить... Кроме того,
нас готовы поддержать в Европе.
Беда в том, что, помимо нас,
у султана есть другие советники.
И эти советники рушат мои замыслы.
-Я думаю, не стоило выдавать
дочь русского посла
за новую наложницу султана.
-Да. Это была моя ошибка.
Как простую девку
ее везли бы дольше и сложнее.
Но она была бы сейчас у меня
в подвале, а не в гареме Топкапы,
и этого Исленьева
я держал бы за горло.
-Да, дочь русского посланника
не у тебя в подвале.
Но откуда об этом знать
русскому посланнику?
-В Стамбуле наверняка найдутся люди,
которые скажут Исленьеву правду.
-Значит, нужно поговорить с ним
прежде, чем он узнает эту правду.
Любой отец потеряет бдительность
и рассудительность,
если узнает, что его дочери
грозит опасность.
-Мне так тебя не хватало, Гафур...
ШАГИ
Что случилось?
-Мой господин! Мне только что
передали мои люди:
человек, который встречался
с русским послом Исленьевым
в таверне у османа, тайно проник
в подвалы, где держат невольников.
С ним был еще старый сириец.
-Дядя, давай я этим займусь.
Я возьму своих людей и пойду туда.
-Своих не надо.
За порядком в городе следят янычары
Мурада-паши.
Вот пусть они и потрудятся.
-Твоя дочь против грамоты,
писанной вашим царем нашему султану.
Обмен.
-Видал, что турецкий посланник
царю подарил?
К войне с нами турки готовятся.
-Да ты ж знал.
-Не хотел ставить тебя
перед невозможным выбором, Данила.
-Если верить этой бумаге,
то янычар Али виновен
в организации бунта дервишей.
-Снова меня называешь госпожой?
Как 20 лет назад.
Как будто у меня нет имени.
-Взять их!
-Не щадить никого!
-ПОлно, Борис Федорович,
всюду врагов искать.
-Так я же не ищу.
Они сами нас находят.
-Русские готовятся к войне.
А раз готовятся, значит, хотят войны.
Это именно та правда,
которую должен услышать султан.
-Перед лицом Аллаха клянусь,
что никогда не имел злых мыслей
против султана и его власти.
ВСЕОБЩЕЕ ЛИКОВАНИЕ


Серия 5

-Такое распоряжение может отдать
только Мурад-паша.
-Так пошли за ним своего постового!
Только учти: пока прибудет визирь
и примет решение,
побег уже может произойти.
Я пойду туда вместе с тобой.
Значит, и отвечать буду
наравне с тобой.
Лучше проявить бдительность,
чем огорчить султана.
-Подъем!!!
-Приготовься! Построиться!
-Надо идти в греческие кварталы.
Там есть ход в таверне Османа,
через него вы уйдете в горы.
Идемте, идемте, ну!
Давай! Идемте!
Быстро! Идемте!
-Именем султана, стоять!
Окружить площадь!
Никого не выпускать из окружения!
Оружие к бою!
Взять их!
-Лучники! Бегите быстрее!
Уйди...
ЗВУКИ БОРЬБЫ
Сиди!
-Не щадить никого!
КРИКИ, СВИСТ
-Никодим!
Что ж вы, ироды, сотворили,
отродье вы басурманское!..
Видишь, Никодимушка,
как все обернулось.
Господи! Как же так?!
Как же так, Господи?
Как же так?..
-Ты откуда здесь, отче?
-Вот. Не уберег.
-Пойдем скорее.
Я помогу тебе вынести его отсюда.
-Государь, я должен покинуть
ваши гостеприимные земли.
Позвольте поднести
прощальный подарок.
-Спасибо тебе, посланник.
Мы твой подарок не забудем.
Обещаю!
-Боже духов и всякия плоти,
смерть поправый
и диавола упразднивый,
и живот миру Твоему даровавый!
Господи, упокой душу
усопшего раба Твоего Никодима.
В месте светле,
в месте злачне, в месте покойне,
отнюдуже отбеже болезнь,
печаль и воздыхание...
-Мать...
с сестрой береги.
Живи праведно.
-Не тревожься, отец.
Я твоего имени не посрамлю!
-...Един кроме греха,
правда Твоя - правда вовеки,
и слово Твое - истина.
-Чужому богу молюсь,
безбожникам служу.
Больно это. Все, что ни делаю,
все как-то...
Как во всем этом человеком остаться?
-Господа моли о спасении души.
Он милостив - простит
и направит по верному пути.
-Бежать мне отсюда надо.
-Послушай меня, Алексий.
Господь прозорлив.
Встречу нашу не просто так управил.
Нужен ты мне здесь, Алексий.
Потому что я здесь
не только Богу служу.
Я здесь русский интерес представляю.
-Что делать надо?
-Жди пока, смотри,
слушай, смекай.
Потом я сам тебя найду.
-Зови, когда понадоблюсь.
КАПАЕТ ВОДА
-Видал, что турецкий посланник
царю подарил?
-Я слыхал, Борис Федорович,
на Востоке плеть дарят
в знак великой дружбы.
-Мы не на Востоке, Мирон!
У нас другие обычаи.
И турок этот не хуже нас с тобой
это понимает.
К войне с нами турки готовятся.
-Это и есть тот евнух?
Как, ты говорил, его звали?
Кара?
-Мне почем знать?
Ночью все мавры черные.
-Теперь ясно, к какой хатун
ты ходил в Топкапы.
Не знаю, что у тебя с ней за дела,
но я бы на твоем месте
с ней не связывался.
-Почему?
-Небезопасно иметь дело
с любимой наложницей султана.
-Госпожа велела позвать тебя.
-Я не могу.
Я в карауле.
-Госпожа ждет тебя ночью.
-Передай госпоже,
что я не приду вовсе.
Мне есть кому служить.
Пусть поищет себе другого героя.
-Я передам госпоже, что ты
отказался выполнить ее пожелание.
-Чего он хотел?
-Чтобы я снова встретился
с его госпожой.
-А ты?
-А я решил послушать совет друга.
-Ты об этом пожалеешь, янычар Али.
ШУМ РЫНКА
-Спокойно. Мы просто поговорим.
-А ты, часом, не ошибся,
добрый человек?
Я тебя не знаю.
-Я не ошибаюсь.
Ты посол Данила Исленьев.
Привез в Стамбул
грамоту от русского царя.
Видишь ли, наша империя велика.
У султана Мехмеда
слишком много забот.
Не нужно отвлекать его
подобными мелочами.
Отдай мне грамоту.
-У меня много неотложных дел.
Пойду я.
-Посол! С твоим поместьем
случилась беда -
его сожгли крымчаки.
Но дочь твоя Анна...
она невредима.
Более того, она сейчас здесь,
в Стамбуле.
Хочешь увидеть ее живой -
отдай грамоту.
Понимаю, непростое решение.
Я даю тебе время подумать.
-Климентий!
У них моя дочь.
Они узнали о царевой грамоте,
разорили мое имение,
вывезли Анну. Теперь требуют то,
что для султана назначено.
Да ты знал!..
Что ж не сказал?
-Не хотел ставить тебя
перед невозможным выбором, Данила.
-Но это моя дочь!
-Но это твой долг, Данила.
Я буду молиться за тебя...
за Анну...
за Русское царство.
-С твоим поместьем случилась беда...
Его сожгли крымчаки...
Но дочь твоя Анна...
...она невредима...
Хочешь увидеть ее живой...
отдай грамоту!
-Ты что здесь делаешь?
-Пришел за ответом.
Твоя дочь против грамоты,
писанной вашим царем нашему султану.
Обмен.
-Я же сказал,
я не понимаю, о чем ты говоришь.
Ты обознался.
-Ну не надо так.
Только представь,
что могут сделать злые османы
с православной девушкой.
-Оставь меня, добрый человек.
Оттого что ты меня пугаешь,
я не начну понимать больше.
-Ну хорошо. Я пришлю тебе ее ухо.
Или палец.
Действуйте, как приказано.
-Серафим...
-Слушаю тебя, отче.
-Запоминай послание.
В Московию поедешь.
-Русский посланник отказался
менять дочь на царскую грамоту.
Проявил завидную силу духа. А может,
не верит, что его дочь у нас.
Так или иначе на договор
с нами он просто так не пойдет.
Но есть другой способ.
Дома он грамоту не хранит.
Мои люди там все обыскали.
Стало быть, носит с собой.
Снимем грамоту с покойника,
и Мехмед никогда не узнает
о мирном предложении русского царя.
-Кроме того, убийство посла
равнозначно объявлению войны.
Русский царь будет вынужден
сам начать войну с Высокой Портой.
И вот еще.
-Откуда это?
-Принесли сегодня утром.
Какая-то старуха передала
через охрану.
Если верить этой бумаге,
я не виновен в бунте дервишей.
И пусть Мурад-паша узнает об этом,
мой мальчик.
КРИКИ ЧАЕК
ПЕНИЕ ПТИЦ
-Я наслышана о твоих подвигах -
и в крепости, и в Трапезунде.
-Никаких подвигов, госпожа.
Мы просто исполняли свой долг.
-Снова меня называешь госпожой?
Как 20 лет назад.
Как будто у меня нет имени.
Имя, Байзид, дается человеку
не только для того,
чтобы его с ненавистью
шептали враги, но и для того,
чтобы его с нежностью
произносили друзья.
-Простите, Сафие-султан.
-Если бы каждый, кто служит
моему сыну, долг понимал так, как ты,
мы бы правили миром.
-Да будет на то воля Аллаха.
-К сожалению, Мехмед
слишком резок и абсолютно лишен
необходимой гибкости.
Потому Аллах ему дал меня.
А мне - тебя.
Тебе идет этот халат.
-Благодарю. Но мне привычнее
походные одежды.
-Пора менять привычки.
Довольно прятаться
по дальним гарнизонам.
Твои таланты нужны мне при дворе.
-Я простой полковой мулла.
Боюсь, я не создан
для придворной службы.
-Иногда и при дворе случается
надобность простому полковому мулле.
-При всем уважении, Сафие-султан,
я должен отказаться и просить
разрешения отбыть в крепость.
-Довольно.
Ты останешься.
Это не просьба, Байзид,
это назначение.
Мне нужен честный, смелый человек.
Мне нужен ты.
Такова воля моя.
Неужели ты хочешь оспорить ее?
Даю тебе время подумать.
Потому что для меня очень дорого
твое добровольное согласие.
-Знаешь, что это?
-Я вашей грамоте не обучен.
-Здесь написано, что ты замышлял
против великого султана.
И дервишей на бунт тоже ты подбил.
Что скажешь?
-А то и скажу:
это клевета и наговор.
-Наговор?
А свидетельство в твою защиту есть,
если это наговор?
-Нет у меня свидетелей.
-А раз нет у тебя свидетелей,
твоей участи не позавидуешь.
В камеру его!
ВДАЛИ: Стройся! Налево!
Клинок на уровне глаз!
Резче отбивай!
-Не виноват он. Это Хасан
отводит от себя подозрения.
-Возможно.
Даже скорее всего.
Но надо иметь очень весомые доводы,
чтобы заступаться за обвиняемого
в государственной измене.
У меня таких доводов нет,
Реджеп-паша. А у тебя?
Значит, придется пожертвовать
этой пешкой.
-Сафие-султан, я готов принять
ваше предложение.
И у меня есть просьба.
СТУК ШАГОВ
-Не спишь.
-Поспишь тут...
когда в темницу без вины закинули.
-А ты ни в чем не виноват?
-Уж точно не в том,
в чем меня обвиняют.
-Знаешь, кто такая валиде-султан?
-Знаю. Мать султана.
-Я валиде-султан.
Что же не просишь о милости?
Не доверяешь?
Правильно. Никому не доверяй,
даже мне.
В Топкапы можно верить одному Аллаху.
Аллах всегда на стороне правосудия.
А правосудие будет на твоей стороне,
если ты ему доверишься.
-Знаешь, в чем тебя обвиняют?
-Да, Байзид-ага.
-К кади-аскеру следует обращаться
"кади-эфенди".
-Да, кади-эфенди.
Я знаю, в чем меня обвиняют.
-Ты признаешь свою вину?
-Нет! Кади-эфенди...
-Его вина очевидна, кади-эфенди.
Я прошу самого сурового наказания
для этого изменника.
-Насколько мне известно, Гафур-паша,
тебя не было в городе,
когда дервиши устроили мятеж.
-Это так, кади-эфенди.
-Есть здесь кто-то, кто может
подтвердить вину этого человека?
Подойди.
Скажи, готов ли ты перед лицом Аллаха
поклясться на священном Коране
в своей невиновности.
-Готов, кади-эфенди.
Перед лицом Аллаха клянусь...
что никогда не имел злых мыслей
против султана и его власти.
И никогда не подбивал дервишей
на мятеж.
-Уважаемый кади-эфенди,
неужели вы поверите клятве
этого гяура?
-Клятве гяура - нет.
Но! Я принимаю клятву раба султана
и правоверного мусульманина.
А ты, Гафур-паша,
готов перед лицом Аллаха поклясться
на священном Коране в том,
что этот человек виновен
в злодеяниях,
описанных в этой бумаге?
-Эту бумагу писал не я, кади-эфенди.
-Так приведи того, кто писал.
Пусть он подтвердит свои слова.
Пишите!
Если завтра до начала зухра
вина янычара Али не будет доказана,
то волей Аллаха я его отпущу.
Уводите.
-Ты знаешь нового кади-аскера?
-Нет.
-Если завтра к полуденному намазу
я не приведу к нему автора доноса,
то этот новый кади-аскер
отпустит Али.
-Он или слишком смел,
или слишком глуп. Откуда он взялся?
-Говорят, за его назначением
стоит Сафие-султан.
-Старая карга.
-Скажи мне, дядя, ты на самом деле
не имеешь отношения к этому доносу?
-Мальчик мой, я сам готов поклясться
на Коране, что не писал этой бумаги,
не диктовал ее
и не приказывал ее написать.
Я не меньше тебя хочу знать,
кто написал этот донос.
-Великий султан возвращается
в Стамбул. Необходимо подготовить
ему достойную встречу.
-Да, встреча должна быть достойной.
Ликование соразмерно победе.
-Я был на суде. Похоже, Али
рано сбрасывать с шахматной доски.
-Вставай!
-Итак, Гафур-паша, готов ли ты
представить нам свидетеля
против этого янычара?
-У меня нет свидетелей, кади-эфенди.
Документ, что лежит у тебя на столе,
передали через постороннего человека.
-Готов ли ты поклясться в истинности
сказанного в этом письме?
-Нет.
-Пишите: "Янычара Али
освободить из-под стражи.
Гафуру-паше уплатить 100 акче
за ложное свидетельство".
-Кади-эфенди, мной двигал долг...
и единственное желание -
верно служить султану.
-Все мы служим султану.
-Я буду говорить правду, визирь
Хасан, а она не всегда приятна.
Россия богата и необъятна...
-Я спрашивал не об этом!
-...и она не хочет делиться
своими богатствами.
Сын покойного государя Иоанна
слишком мягок
и не решает ничего без совета
со стороны приближенных.
А желающих давать ему советы слишком
много. Среди наиболее влиятельных
я бы выделил Шуйского, Бельского,
Романова и Годунова.
-Годунов? Родственник царя?
-Брат царицы.
Мне кажется,
он ближе всех к престолу.
Годунов держится дерзко.
Он боится войны с Высокой Портой,
не хочет ее, поэтому готовится к ней.
-Русские готовятся к войне.
А раз готовятся, значит, хотят войны.
Это именно та правда,
которую должен услышать султан.
-Государь!
-Борис Федорович, напугал, окаянный.
Прости, Господи, за злое словцо.
-Прости, государь, что побеспокоил,
но время не терпит. Ты почто
деньги, выделенные из казны
на укрепление крепости в Орле,
монастырю отдал?
Крепость в Орле укрепляем
против крымцев.
Стены латаем, пушки новые ставим.
-Не тирань меня, ради Христа,
Борис Федорович! Жертвование
монастырю - дело богоугодное.
-В том монастыре
боярин Роман Захарьин погребен
и потомки его, Романовы,
твои, государь, первейшие враги.
-Полно.
Полно, Борис Федорович,
всюду врагов искать.
-Хм! Так я ж не ищу.
Они сами нас находят.
Крепость в Орле мыслю в первую голову
как опору против османов.
И другие города-крепости
строить надо.
Я наметил Воронеж...
Елец...
Белгород...
Царев город тот же.
-Царев... мой, стало быть?
-Твой, государь, твой. Только,
чтобы его построить, деньги нужны.
А ты их - монастырю.
-Хм... Не отнимать же теперь...
-У этих отнимешь...
Ты, государь, следующим разом
совет с митрополитом Иовом держи.
Он державную нужду знает.
И если деньги на крепости пойдут,
то за это сто дней молебны о здравии
твоем по всем храмам на Руси
твориться будут.
-Сто дней?
Спаси Христос!
-Вот и договорились.
Здравствуй, Федор Савельевич!
Давно от тебя вестей не было.
Как жив-здоров?
-Твоими молитвами, Борис Федорович.
-Ну, что с крепостью?
-Кольцо стен замкнули. Башни
складываем. Дожди замучали, окаянные.
Земля плывет.
-Что фундаменты? Выдержат?
-Обижаешь, Борис Федорович.
Ладим как в Белом городе.
На дубовые сваи клети из бревен
кладем, бутуем щебнем, камнем;
сверху кладку ведем.
Триста лет простоит - не шелохнется.
-Давай, Федор Савельевич, поспешай.
С запада никакой обороны,
окромя старой
Можайской крепости, нет.
В будущем году закончишь?
-Не казни, Борис Федорович.
Ни в будущем,
ни через следующий не закончим.
Люди работают так, что ночами
не спят. Поесть забывают.
-Знаю, все знаю.
Но поспешай, Федор Савельевич.
Чую, Смоленск нам понадобится.
Скоро понадобится.
-Сказывают, что государь хочет
приехать на крепость посмотреть.
Правда аль нет?
-Ты вот что... пойди отдохни
с дороги. Завтра еще поговорим.
РАДОСТНЫЕ КРИКИ, ХЛОПУШКИ
ЛИКОВАНИЕ
-Валиде...
-Стамбул ждал тебя с победой,
Мехмед. И ждет от тебя новых побед.
-Мою победу приветствовали
всю дорогу - от дальних подступов
к городу до самых ворот Топкапы.
-Во дворце Топкапы
все в надлежащем порядке.
В твое отсутствие я
неустанно забочусь об этом....
...мой драгоценный сын.
-Ты все так же прекрасна, Зульфия!
-Мой падишах!
-Завтрашний день я хотел бы
начать со встречи с тобой.
Сегодня меня еще ждут визири.
Я рад, что здесь все в порядке,
валиде.
-Милостью Аллаха,
великий султан Мехмед!
-Визирь Хасан!
И Мурад-паша!
Вы оба пригодились бы нам
под Мезекерестешем.
Жаль, что мои советники не могут
оказаться в двух местах одновременно.
Но кто-то должен следить за порядком
в столице, пока я на войне.
-Мурад-паша весьма преуспел
в подавлении беспорядков в городе.
-А визирь Хасан проявил усердие
в ловле заговорщиков.
-Что ж, я рад, что оставил столицу
в надежных руках.
-Ваши предки покорили полмира,
ваше величество.
Новая победа показала
всем сомневающимся,
что золотой век не прошел.
Вашими стараниями он продолжается.
А пока продолжается
пора великих завоеваний,
мы можем устремить
свой взгляд дальше.
-Поясни, визирь Хасан.
-Россия...
Богатейшие земли! Теперь к ней
присоединилась Сибирь.
Пушнина, самоцветные камни!
Покойный царь Иоанн откусил
слишком большой кусок, и этот кусок
не по зубам Русскому царству.
-Что думаешь ты, Мурад-паша?
-Боюсь, Высокая Порта
не готова к еще одной войне.
-Русское царство ослаблено
Ливонской войной и римскими набегами.
Именно оно не готово теперь
к войне, мой падишах.
-Кто это?
-Это новая наложница,
которую ногайский хан
прислал тебе в подарок.
-Primus inter pares
его божественное всесвятейшество
и вселенский патриарх Иеремия II.
-Что с моими родными? Рассказывай!
Что ты молчишь?
-Подарок от моей королевы
достопочтенному визирю.
-Ты слишком долго принимаешь решение
по поводу женитьбы на мне.
-Если тебе не нравится
твое нынешнее положение,
я могу избавить тебя от него.
-Вы Константинополь через мелкое сито
просеяли. Святыни иноверцам отдали.
А в христианских храмах
мечети позволили устроить.
Так что не гневи меня, патриарх!
-Мне нужно, чтобы ты незаметно
следил за русским послом
и в случае опасности защитил его.
-Это ты меня так
на цареву службу зазываешь?
-А ты что, казак,
царю служить откажешься?
-Я должен знать все: где Али бывает,
что делает, с кем встречается,
о чем говорит.
-Ты пешка, Али. Так что шагай
куда говорят и забудь про обиды.
-Вот, сберег, как ты просил.
-Спасибо!


Серия 6

-Визирь Хасан, вероятно,
запамятовал, что мы воюем
с Габсбургской монархией
и ее союзниками.
-Мурад-паша, видимо, забыл,
что мы сегодня празднуем.
Великий султан Мехмед сам возглавил
войско и одержал победу.
Не думаю, что в мире осталось место,
которое не склонит колен
перед его величием.
-Хасан...
Для начала войны
недостаточно одного желания.
Нужен повод!
-Если есть желание,
повод всегда найдется.
-Великий султан,
русский посол сейчас в Стамбуле,
ждет встречи с вами.
Может быть, разумно сначала
пригласить его
и послушать, что скажет?
-Да, конечно. Я приму его.
-Ваше величество...
-Поговорим об этом позже, Хасан.
А сейчас...
...отдыхайте.
-Ты будешь наложницей султана.
Это честь.
-Быть избранницей султана -
это величайшее счастье.
-Султан тебя заметит,
а повезет - женой сделает.
-Судьба у нас такая -
жить среди османов.
-Анна, что с тобой?
-Ты еще спрашиваешь?
Посмотри вокруг.
-Султан вернулся.
-Вот именно!
Только представлю, как он
свои поганые руки ко мне тянет...
А для тебя это понятно и правильно.
-Знаешь, а ведь это не ты,
а я невеста султана.
И свои, как ты говоришь,
поганые руки он ко мне, возможно,
потянет еще раньше, чем к тебе.
-Тебе-то что?
Ведь ты сама говорила,
что ты давно смирилась,
что судьба твоя такова,
что это большая честь для тебя.
-Кто это?
-А, это. Это новая наложница,
которую ногайский хан
прислал тебе в подарок.
Необузданная русская.
Я слышала, по пути в Стамбул
она отрезала себе волосы,
только чтобы не попасть в гарем.
Неблагодарная дура.
-Те, кто спорят с судьбой,
нередко выглядят безумцами.
Вот только... люди часто называют
судьбой не замысел Аллаха,
а свои собственные представления
о воле Всевышнего.
То, что она не покорилась
чужим решениям по поводу ее судьбы,
заслуживает восхищения.
-Хм. Она обыкновенная
простолюдинка, Мехмед.
-Ты тоже не царской крови, Зульфия.
-Смею тебе напомнить,
что я родилась сербской княжной
и ехала в Порту как невеста султана,
мой господин.
Но ты слишком долго принимаешь
решение по поводу женитьбы на мне.
Так долго, что я превратилась
в наложницу.
-А... не понимаю твоих упреков.
Ты прекрасно знала, когда ехала
в Порту, что не каждая невеста
может стать женой. И ты стала
не просто наложницей.
Твой статус, согласись,
гораздо выше.
Но... если тебе не нравится
твое нынешнее положение,
я могу избавить тебя от него.
Я рад, что не совсем понял
твои слова, Зульфия.
Теперь я хочу отдохнуть.
Иди.
-Должно быть, приятно осознавать,
что ты в чем-то превосходишь других.
-Нет, Мурад-паша. Безмерно скучно,
когда твое имя выбито
на мраморной колонне.
-Время идет.
Имена новых победителей выбивают
на новых колоннах.
Возможно, пока ты почиваешь
на лаврах, кто-то другой
уже на шаг впереди.
-Я всегда буду на два шага
впереди тебя.
-Ты наконец нашел время для меня.
ЗА ОКНОМ ФЕЙЕРВЕРКИ, ХЛОПКИ
-Что здесь было без меня?
-Ничего.
Стамбул стоит. Твоя власть,
хвала Аллаху, не вызывает сомнений.
Мне доложили, что ты отказался
проводить торжества и аудиенции
в тронном зале. Почему?
Это я подготовила его
к твоему приезду.
Возможно, я сделала что-то не так.
Ты скажи, и я отдам
необходимые распоряжения.
-Не нужно распоряжений.
Ты все сделала как должно.
Причина в другом. Я им уже говорил.
В тронном зале все пропитано
ядом и дворцовыми интригами.
Там нечем дышать.
Там, где все пронизано прошлым,
мне очень сложно принимать решения,
от которых зависит будущее.
-Мехмед, что с тобой?
-Что со мной?!
Я слышу пушки.
Пушки слышу там!
Австрийцы палили, будто
разгневанный Аллах сотрясает небо.
А от меня теперь ждут новых побед.
Я не могу больше.
Я... Я устал от войны.
В гарем привезли новую наложницу.
Русскую.
Пусть ее приведут ко мне.
-Я распоряжусь. Ее приготовят.
-Доброй ночи.
КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН
-Primus inter pares
его божественное всесвятейшество
архиепископ Константинополя
Нового Рима и вселенский патриарх
Иеремия II.
-Я рад лицезреть русского государя.
Русское царство сейчас воистину
стало оплотом православного мира
в северных землях.
-Ваше всесвятейшество прибыли сюда,
чтобы говорить о делах.
Но гостеприимство не позволяет
государю утомлять разговорами
столь высокого гостя,
не дав ему роздыху.
Государь предлагает вам отдохнуть
с дороги. А разговоры о делах
оставим на после.
-Что происходит?
-О своих людях не беспокойся,
их разместят отдельно.
Пройдем.
Поговорим, патриарх,
покуда тебе опочивальню готовят.
Что время попусту терять?
-Я остановился в другом месте.
-Присядь.
Законы русского гостеприимства
не дозволяют столь высокого гостя
селить где попало.
Да и дела вершить сподручнее,
когда все под боком.
-Какие у нас с вами
могут быть дела, боярин?
Я ехал по приглашению
государя Федора Иоанновича.
-Ну а приехал, стало быть, ко мне.
То, что вам от нас надо, -
про то знаем.
Теперь слушай, что нам нужно.
Вышло так, что Второй Рим,
коим Константинополь обозначили,
под турками-безбожниками оказался.
Ну а Москва Третьим Римом наречена.
А раз так, мыслю, что нужно
нам с тобой, патриарх, об основании
Московского патриархата поговорить.
-Да вы лишились ума?
-Отчего же? Сам же сказал,
что Русское царство -
оплот православия.
-Вы понимаете, с кем вы говорите?
-С первым среди равных.
Так вот, как равный, предлагаю:
ты, патриарх, своей волей
Московский патриархат утвердишь,
ну а мы... С чем ты там приехал?
Проси что хочешь.
-Ваша просьба не может быть
удовольствована.
-А я и не прошу.
-Этого не будет никогда.
Это невозможно.
Константинопольский собор
не дозволит.
-Какой собор? Где твой собор,
а где Константинополь.
Вы Константинополь через мелкое сито
просеяли, святыни иноверцам отдали,
а в христианских храмах
мечети позволили устроить.
Так что не гневи меня, патриарх.
Не договоримся, значит?
Стража!
Проводить патриарха в покои,
ни в чем ему не отказывать,
любую вычуру исполнять.
У дверей выставить двойную охрану,
чтобы без моего дозволения не то что
мышь - блоха не прошмыгнула.
-Зульфия, подойди.
Ты неважно выглядишь.
-Я плохо спала, валиде-султан.
-Почему?
Насколько мне известно, мой сын
не призывал тебя сегодняшней ночью.
Ах да, я понимаю.
Ты всю ночь томилась в ожидании,
когда же он тебя позовет. Возможно,
султан нашел себе новую забаву.
-Вы ошибаетесь, валиде-султан.
Великий султан остался неизменен
в своих пристрастиях.
-Мой сын распорядился подготовить
для него русскую наложницу.
-Не надо волноваться, госпожа.
Это для вас. Все здесь
в соответствии с вашим положением.
-И что им от меня нужно?
-Они сделают вашу кожу гладкой
как шелк. Притирания для кожи век.
Если использовать каждый день,
никогда не будет морщин.
Мазь для подмышек. Если втереть мазь
и смыть горячей водой,
волосы исчезнут на целый месяц.
Не надо сопротивляться, госпожа.
Если вы не позволите рабыням
исполнить должное,
они просто позовут евнухов.
Сейчас они вас омоют
и натрут благовониями.
Будьте послушны.
Позвольте им раздеть вас.
И ваша жизнь изменится к лучшему.
-Отец Климентий!
-Надо идти в греческие кварталы.
Там есть ход в таверне Османа,
через него вы уйдете в горы.
КРИКИ, ЛЯЗГ ОРУЖИЯ
-У них моя дочь. Они требуют то,
что для султана назначено.
-Это твой долг.
-Это моя дочь.
-Все?
-Еще. По пути в Стамбул
в Крыму меня перехватили.
Допытывались, кто такой,
от кого и к кому направляюсь.
-Кто допытывался?
-Они не назвались. Но спрашивали так,
как будто знали что-то.
-Ступай. Понадобишься еще -
дам знать через митрополита.
-Хасан опасен. На сегодня он,
возможно, главный враг
Российского царства.
Следи за ним. Это сейчас важно.
-Это ты меня так
на цареву службу зазываешь?
-А ты что, казак,
царю служить откажешься?
-Расскажи еще, Игнат, как тама,
за Каменным поясом?
-Богатая земля - Сибирь.
Самоцветы можно горстями черпать.
А земли той знаете сколько?
До края не дойти, не доплыть.
Всю Русь расселить можно,
и место останется.
-Видать, не шибко ты
по родным-то местам тосковал.
-Тосковал.
Еще как тосковал. Особливо той зимой,
когда Кучум нас в Искере запер.
А мороз такой - птица на лету падает.
И жрать нечего.
Мерзли, ворон варили,
подметки да ремни жрали.
-И все это богатство - землю
Сибирскую - царю-батюшке положили?
-Не мы положили, Ермак положил.
-Эка - мерзли и ремни жрали все,
а герой, значит, один?
-Истинно так, мужики.
Мерзнуть - не велика заслуга.
А без Ермака
мы бы там все костьми полегли.
То последняя для атамана зима была.
За Ермака Тимофеича!
Вечная память и земля пухом.
-Будем считать, что сговорились.
-Здесь, в Стамбуле,
сейчас посланник русского царя.
Приехал он сюда,
чтобы войны с турками не допустить.
-Султан войны с Русью хочет?
-Это визирь Хасан
войны с Русью хочет.
-Волею судьбы армянская княжна
больше не невеста Мехмеда.
Пусть ее переведут из прежних покоев
к другим наложницам.
-А если она спросит,
почему такие перемены?
-Расскажи ей правду
и отдай ей это кольцо.
Может, оно ее хоть немного утешит.
-Слушаюсь, госпожа.
-Без трости ты выглядишь
значительно лучше, Байзид.
-Без подпорок всякий выглядит лучше.
-Однако же случается,
что человек без крепкой опоры
не может устоять на ногах.
Как ты думаешь, мы с тобой достаточно
крепкая опора для моего сына?
-Великий султан Мехмед, как мне
кажется, крепко стоит на ногах.
-Ты слуга султана, Байзид.
И ты не можешь считать иначе.
А я мать. И я говорю тебе:
Мехмеду нужна опора,
и это знаю не только я.
Мехмед выбирает себе опору,
и важно, чтобы он не прогадал
в своем выборе.
-Я не вполне понимаю вас, госпожа.
-Поверь мне, мы не можем сейчас
воевать с русскими.
У Порты недостаточно сил для этого.
Мехмед еще не оправился
от недавних сражений,
ему надо отдохнуть, перевести дух.
А вот визирь Хасан уверен в обратном.
-Хасан сможет заставить султана
сделать то, что он не желает?
-Да. Он может организовать
тот самый безусловный повод,
после которого война с Россией
будет неизбежной.
И этим поводом может стать
убийство русского посланника,
который сейчас в Стамбуле
ждет встречи с Мехмедом.
Необходимо, чтобы посол
был под нашей охраной.
-Я сделаю, что смогу, Сафие-султан.
-Что с моими родными?
Рассказывай, что ты молчишь?!
-Персы захватили Ангехакот.
Твой отец погиб во время штурма.
-А мама?
-Играешь?
-В бирюльки дети играют
и те, кому заняться нечем.
-Это игра ума.
-У меня служба.
-От службы я тебя на время освобожу.
Послужишь иначе.
-Кому?
-Мне и великому султану.
-Великому султану здесь все служат,
а тебе, Мурад-паша, я уже послужил.
Только вместо награды
меня в каземат засунули.
И что-то я не припомню,
чтобы ты попытался отвести от меня
саблю палача.
-Следи за языком, Али.
А не то отправишься
обратно в темницу.
-Обиделся.
Видишь вот эту фигуру?
Это пешка. Ее легко убить.
Но, если она будет шагать,
куда скажут,
может дойти до конца доски
и стать самой сильной фигурой.
Ты пешка, Али.
Так что шагай, куда говорят,
и забудь про обиды.
Права на обиду ты еще не заслужил.
-И куда шагать?
-Визиря Хасана помнишь?
Нам нужно знать о каждом его шаге,
о каждом слове, о каждом его вздохе.
-Что теперь будет со мной?
-На улицу не выгонят.
Останешься жить в гареме
как наложница.
У тебя будет все необходимое.
Подарок от Сафие-султан.
-Возьми себе.
А мне устрой встречу в городе.
Найди здесь одного янычара.
Он русский. Зовут Али.
Скажи, что мне очень надо
с ним увидеться.
-Здесь так нельзя.
-Мне теперь все можно.
-Оденься неприглядно,
потому что я хочу,
чтобы ты на время стал его тенью.
-Узнаешь что-нибудь важное -
придешь ко мне.
Понадобишься - я тебя найду.
Ступай.
-Он слишком своенравен, Реджеп-паша.
-Но он приглядит за визирем.
А чтобы глупостей не наделал,
за ним тоже приглядят.
-Кто?
-Есть у меня одна задумка.
-Проходите.
-Визирь Хасан сейчас в саду.
Ожидайте, господин примет вас.
-Я хочу, чтобы ты присутствовал
при этом разговоре, мой мальчик.
-Не уверен, что англичанину
это понравится, дядя.
-Господин, прибыл лорд Трэйвел,
посол Елизаветы Тюдорской,
королевы Англии и Ирландии.
-Проводи лорда к нам.
Позвольте вам представить:
Гафур - паша великого султана
и мой племянник.
У меня нет от него секретов.
-Что ж, как вам будет угодно.
Дорогой визирь, я получил послание
от моей королевы.
Елизавета ждет новые сведения
о планах вашего султана
в отношении Русского царства.
Но вы молчите.
-Речь идет о войне.
Здесь не бывает поспешных решений.
Но смею вас заверить,
что у нас будет повод
для войны с русским царем.
-Когда?
-Возможно, он появляется уже сейчас,
пока мы с вами беседуем.
И тут возникает другой вопрос:
насколько мы можем рассчитывать
на поддержку вашей королевы
в случае начала войны?
-Дорогой паша, в вас говорит
ваша пылкость. Я давно знаком
с вашим дядей, и у нас нет повода
не доверять друг другу.
-Во мне говорит здравый расчет.
Вы обещаете нам поддержку,
однако до сих пор сохраняете
торговые отношения с Россией.
-К чему нам рвать устоявшиеся связи
без повода? Это вызовет подозрения,
не так ли?
Я обещал поддержку,
но для этого вы должны сделать
первый шаг.
Господа, я полагаю,
здесь собрались союзники,
и готов подкрепить свои слова.
Это подарок от моей королевы
достопочтенному визирю.
-Я принимаю дары английской королевы.
-А теперь позвольте угостить вас,
досточтимый лорд.
-Будешь следить за Али.
Вы друзья, он тебя не заподозрит.
Я должен знать все: где Али бывает,
что делает, с кем встречается,
о чем говорит. Заметишь что-то
важное - доложишь незамедлительно.
Али служит султану,
но за ним нужно приглядеть.
Это для его же пользы.
-Мне не нравится этот англичанин,
дядя.
-Он скользок, как любой,
кто имеет отношение к власти.
Но поверь, он наш союзник.
-Не стоило брать подарков.
Ты знаешь закон: такие дары может
принимать только великий султан.
Приняв подарок, ты поставил себя
выше султана. Если кто-то узнает...
-А от кого узнает этот кто-то?
-Царя, значит, лицезреть желает?
В неистовство впадал?
-Нет, спокоен.
-Ваш государь знает, что вы творите?
-Знаешь, как у нас говорят?
До Бога высоко, до государя далеко.
-Дикость.
Неслыханная дерзость.
Все, что вы делаете, - это...
непозволительно.
-Неправда.
Я к тебе со всем почтением,
просто переговоры у нас затянулись.
-Нам не о чем с вами разговаривать.
-Вот. Я и говорю, долгие,
многотрудные переговоры.
-Смеетесь? Это не переговоры.
Вы ограничили мою свободу,
вы лишили...
-Охрана - единственно
для твоей безопасности.
-Господь... покарает вас за дерзость.
-Я не пророк, с Господом не говорил.
Но если полагаться на опыт...
Господь дерзким благоволит.
-Долго вы намереваетесь
меня здесь держать?
-Я ж тебе разъяснил: ты мой гость,
им и останешься, пока не договоримся.
-О, Господи!
-Здравствуй, Борис Федорович.
Что это ты охрану у дальних покоев
выставил? Какое добро стережешь?
-Государственное.
-А патриарх куда запропал,
ты не знаешь?
-Откуда же мне знать?
Я же ему не пастырь.
-Досада какая!
Государь про патриарха спрашивал.
Я по неведению сказал,
что ты про него все ведаешь.
Стало быть, теперь тебе
и ответ держать.
-Не волнуйся, перед государем
я отвечу. Ты о другом тревожься.
Придет время - я же каждого вспомню,
кто мне палки в колеса вставлял.
-Когда это время еще придет,
Борис Федорович?
А может, и не придет оно вовсе.
А государь тебя
прямо сейчас призывает.
ШУМ ОЖИВЛЕННОЙ УЛИЦЫ
-Али!
-Кади-эфенди...
-Надо поговорить.
Идем.
-В Стамбуле находится посланник
русского царя.
Мне нужно, чтобы ты незаметно
следил за русским послом.
И в случае опасности защитил его.
-Шуйский сказывал, ты патриарха
извести решил.
-Господь с тобой, государь!
И в мыслях не было.
-Я хочу его видеть.
О Боге поговорить.
-Не выйдет это сейчас.
Никак не выйдет.
Уехал патриарх.
По святым местам поехал.
Вот вернется - тогда и поговорите.
-А когда вернется?
-Ну кто ж его знает!
-Шуйский сказывал...
-Государь!
Я тебе скажу то,
чего Шуйский не знает.
Патриарх задумал
Московский патриархат установить.
Оттого по нашим святым местам
и поехал.
Вернется - бумагу подпишет.
ШУМ ЦИКАД
-Вот! Сберег, как ты просил.
-Спасибо.
-Стало быть, это ты у меня
цареву грамоту схоронил.
-И не зря, как оказалось.
Как в воду глядел.
-А ты не боишься, что они снова
с обыском нагрянут?
-Не успеют. Меня поутру султан
с этой бумагой примет.
Я заночую у тебя?
-Ночуй.
Данила! К султану пойдешь -
скажи о дочке.
Проси его...
-С тем, кто просит о малом,
о большом не договариваются.
А я о мире между державами
говорить иду.
-Постарайся, чтобы не осталось
следов, которые могут привести к нам.
-На нас не падет даже тень
подозрения.
-При этом нужно, чтобы о происшествии
узнали все, и достаточно быстро,
не только в Стамбуле.
-Я тебя понимаю.
-Здравствуй, брат!
А ты чего здесь?
Давно за мной следишь?
-Кто за тобой следит?
-Кто тебя послал?
-Смерть неверному!
-Ты мне был как брат. И соврал.
-А война продолжается здесь,
между всеми вами.
Надеюсь, моя новая русская наложница
сумеет развеять мои темные мысли.
-Ты принес?
-Да. Но, госпожа,
наказание за убийство -
смертная казнь!
-Для меня лучше смерть,
чем нижний гарем. Давай склянку.
-Что за язык такой?
-Это не язык, а литорея -
тарабарская грамота.
-Подарок в честь вашей победы.
-Я хочу бежать.
Бежать с тобой, Алеша.
-Арслан! Надо поговорить.
-И в следующий раз не остановлюсь.


Серия 7

ГУЛ ГОЛОСОВ, СВИСТ
-Недоглядел я, отче.
-Упокой, Господи,
душу раба твоего Данилы.
К султану шел.
Не дошел.
-На него бродяги какие-то напали.
Я не успел.
-Письмо при нем было
от государя султану.
-Письмо? Я видел, как эти с шеи
у него что-то сняли, свиток.
И унесли.
-Скверно это, Алексей.
Что тело сюда принес - хорошо.
Если тела нет - они не докажут,
что государев посол
Данила Исленьев убит.
А если посол не убит,
то и повода для войны пока нет.
-Держи свои цацки, Аннушка.
-Какая я тебе Аннушка?
Я Анна Даниловна Исленьева,
дочь государева человека.
А это не цацки, а его подарок.
-Данила Исленьев - приказной дьяк,
государев человек.
Анна - дочь его. Та русская,
которую мы в гарем привезли.
Это что же выходит,
я ее отца не сберег?
-Людей православной веры
веками тут хоронили.
И Данилу я здесь схороню.
Все сделаю как положено.
Надо, чтобы султан узнал - мол,
посол государя российского,
приказной дьяк Данила Исленьев
уехал из Стамбула.
Это будет лучшей службой усопшему.
Я из города на время уйду.
Не ищи меня.
Будешь нужен - сам тебя найду.
Как же ты его один сюда дотащил?
-Мне Арслан помог.
-Арслан? Мусульманин?
-Он мне друг.
-Очень скверно. Мусульманин
видел лишнего. Это опасно.
Из-за него дело,
которому Данила жизнь отдал,
может остаться несделанным.
-Али!
Ты странно выглядишь.
Что-то случилось?
-Нет, кади-эфенди. Все благополучно.
-Ну что ж,
тогда да храни тебя Аллах, Али.
-Кади-эфенди, чуть не забыл.
Сегодня утром я был в порту и видел,
как русский посол поднялся на борт
торгового корабля.
-Какого корабля?
-На нем был иностранный флаг.
Каша.
-Я ем, что дают. Мне гяуры не платят.
-Мне тоже.
Я не мог его бросить без погребения.
Это же человек, понимаешь?
-Мертвый гяур,
которого мы с тобой тащили...
Я понял, это был русский посол.
-Ну так иди,
донеси на меня Реджеп-паше.
ШЕПОТОМ: Арслан, о том, что ты видел,
никому рассказывать нельзя.
Иначе мне придется тебя убить.
-Успокойся, Гафур.
Я знаю, кто это.
-Я тоже знаю, потому и не доверяю.
Говори!
-Бумаги неверного
у меня возле сердца.
-Заплати.
-Что там?
-Русский царь призывает
нашего султана к дружбе.
Но он забыл, что султан может водить
дружбу только с равными себе.
Вот так же будут гореть
города русских.
Блистательная Порта раздвинет
свои владения от Дуная
до Дербентского моря и реки Итиль.
-Я ознакомился
с положением дел в империи.
И я недоволен тем,
как собирались налоги,
как заготавливалось
продовольствие для армии
и как строились новые мечети.
Визирь Гулям...
Ты плохо работал в мое отсутствие.
Я желаю сообщить о своем решении
касательно твоей судьбы письменно.
Отправляйся домой
и ожидай моего послания.
Аллах снисходит до того, чтобы
выполнять за нас грязную работу.
Продолжим. Мурад-паша...
-Да, ваше величество.
-Ты настаивал на нашей встрече
с русским послом.
Почему он до сих пор
не предстал перед нами?
-Ваше величество, русский посол
необычайно горд и высокомерен,
чем вызвал гнев правоверных.
-Ваше величество!
Да простит мне достопочтенный визирь,
но прежде, чем он что-то сообщит вам,
позвольте мне поделиться последними
вестями о русском после.
-Говори.
-Русский посол покинул Стамбул
и уплыл на торговом судне,
ваше величество.
-Как это понимать?
-Русский посол не захотел омрачать
ваш взор видом язвы на своем лице.
-А почему же никто,
кроме досточтимого кади Эскера,
не видел, как уплывает
русский посланник?
-Я видела. И еще многие.
Русский посол действительно заболел
и отправился на излечение.
-Если русский посол заболел,
пусть лечится,
мы никуда не торопимся. Я устал.
Ступайте все.
-Здравствуй, патриарх!
Говорят, ты меня спрашивал.
Случилось что? Кормят не досыта?
Чего не хватает?
Или кто из моих людей законы
гостеприимства нарушил?
-Бросьте вы свое скоморошество,
я по горло сыт вашим гостеприимством.
Я сделаю то, о чем вы просите.
Все равно Константинопольский собор
не признает моего решения.
-Признает.
-В каждом вашем слове ересь.
-Господь рассудит.
-Для рукоположения мне понадобится...
-Для рукоположения вам понадобятся
перо и пергамент.
Мне нужна грамота,
которая утвердит Московский
патриархат на все времена.
-Всем встать!
-Янычар Али, подойди.
-Разойдись!
-Сегодня ты заступаешь старшим
в охрану дома визиря Хасана.
Смотри в оба. Будь бдителен.
Помнишь, что говорил тебе Мурад-паша?
-Я помню.
-Никого. Трогай!
-Пошел!
-Стой!
-Никто не смеет задерживать нас.
Таков приказ визиря.
-Что везешь?
-Не твое дело!
-Еще раз спрашиваю: что везешь?
-Это имущество визиря.
-Что за имущество?
-Визирь разгневается, если узнает.
-Таков приказ султана! Показывай!
-Не сметь!
Прочь от повозки!
-Гони!
-А ну, пошли! Вперед, вперед!
-Продолжать нести службу, янычары.
Выполнять!
-Господин, к вам пришел человек,
сказал, что его зовут Али.
-Зови!
Сядь.
-Я кое-что видел.
Не знаю, как это произнести.
Дайте бумагу.
Вот.
-Что это такое?
-Эти буквы были на сундуках,
которые вывезли из дома
визиря Хасана.
Там еще что-то было в начале,
я не запомнил.
-Так было написано?
-Похоже.
Я обязан доложить об этом
Реджепу-паше.
Но мне кажется, вы должны узнать
об этом раньше него.
-Правильно. Ступай.
Юсуф!
-Слушаю, господин.
-Седлай коня.
-Это ты Али?
-Ну я. Чего тебе?
-Моя госпожа ищет встречи с тобой.
Моя госпожа из гарема.
-Передай своей госпоже из гарема,
что ноги моей больше не будет у нее.
-Она очень просит о встрече
в городе. Это важно.
-Знаешь таверну Османа? Передай ей:
там завтра в полдень.
-Для чего сундуки, помеченные знаком
английской королевы,
вывозили из дома Хасана?
-Полагаю, для того чтобы их там
не нашли.
-А как они там оказались?
-Об этом лучше спросить
визиря Хасана.
-Если на сундуках имя английской
королевы, значит, они предназначались
султану. Равному от равной.
Шея Хасана почувствовала шелк удавки,
и он заторопился.
Мы этим воспользуемся.
Но к султану сам на аудиенцию
не ходи.
Пусть эту черную весть моему сыну
принесет тот, кто спит и видит,
как бы покончить с Хасаном.
ШЕПЧЕТ МОЛИТВУ
-Душно здесь, Борис Федорович.
-Да ладно. Царю нравится.
А что государю хорошо,
то и нам благо.
-Выйдем на воздух на два слова?
Скажем так...
Один мой знакомец видел, как твой
Мирон доверительные разговоры
с турецкими посланниками ведет.
И не раз видел.
-Визирь Хасан,
где английские сундуки?
-Они в надежном месте,
ваше величество.
-То есть ты не отрицаешь,
что ты присвоил себе подарки
от английской королевы Элизабет,
предназначенные мне?
-Во всей Блистательной Порте
нет слуги более преданного вам,
чем я. Присвоил? Я?
Поскольку вы были в походе,
лорд Трэйвел передал сокровища мне.
А я поместил их под охрану.
-Но я вернулся из похода.
И тому уже немало дней.
-Конечно. Именно поэтому я послал
своего племянника Гафура-пашу
за сокровищами.
Вчера вечером он доставил сокровища
в Стамбул. Но возле моего дворца
на него напали какие-то люди,
и он был вынужден бежать,
спасая дары английской королевы.
-Кадиаскер Байзид-ага видел все
своими глазами и уверяет,
что сундуки вывозили
из дворца визиря.
-Было уже темно. Многоуважаемый
кадиаскер ошибся.
Я клянусь, я клянусь вам,
что Гафур-паша ехал ко мне во дворец,
а не из дворца.
-И где теперь Гафур?
-Вместе с подарками для вас
ожидает аудиенции у дворцовых ворот.
-Ступай проверь.
Ты принимал лорда в мое отсутствие?
-Да.
-Чего хотят англичане в ответ
на свои подарки?
-Лорд Трэйвел неоднократно заверял,
что Англия желает только одного:
процветания Блистательной Порты.
-Мой падишах, дары английской
королевы для вашего величества.
-Подарок в честь вашей победы.
-Княжна!
-Меня здесь больше ничего не держит.
Я больше не нужна султану,
а он никогда не был нужен мне.
Я хочу бежать. Бежать с тобой, Алеша.
Хочешь... Хочешь, мы убежим
к тебе в Россию?
Хочешь... Да куда хочешь.
-Княжна!
Я не могу сейчас бежать.
Нужно... подождать.
У меня здесь еще важное дело.
Нужно еще одного человека
из гарема вытащить.
-Из гарема? Какого человека?
-Анну.
-Анну?
Она под замком сейчас.
-Да хоть под тремя замками.
-Да что тебе в ней?
-Нравится она мне.
Ты не волнуйся.
Мы тебя не бросим.
Ты теперь мне как сестра.
-Али!
Что за женщина с тобой?
-Тише!
Это женщина из гарема.
-Дурные вести?
-Для тебя хорошие.
Лилит больше не невеста султана.
-Ты отвел меч палача от своей
и моей шей. Везти золото во дворец
было мудрым решением.
-В карауле у моего дома
стоял тот самый янычар - русский.
Он связан с кадиаскером Байзидом.
Байзид - человек Сафие-султан
и Мурада. Эта цепь едва не сковала
нам руки.
-Надо рвать эти цепи.
-И какое звено ты хочешь порвать?
Мурада? Мать султана?
Цепь нужно рубить посередине.
Кадиаскер Байзид слишком долго
вредил нам. Пришло его время.
-Дядя, но он мулла!
Любой правоверный, поднявший руку
на такого человека, попадет в ад.
-А кто сказал, что кадиаскер Байзид
должен пасть от руки правоверного?
Заплати за это какому-нибудь гяуру.
МОЛИТСЯ ВПОЛГОЛОСА
ШИПЕНИЕ ЗМЕИ
-Юсуф!
-Бегу, господин!
Что с вами?
Господин!
-Ну что ты молчишь, врач?
-Моя госпожа, этот человек
уже видит свет райского сада.
Тело его доживает
последние мгновения.
-Но ты же лекарь - где твои снадобья,
где примочки и отвары?
Почему вы стоите как истуканы?!
-Змеи очень редкие и ядовитые.
У него множество укусов.
Яд уже в сердце - его не спасти.
-Пошли вон...
Прощай, мой старый друг...
моя любовь. У меня предчувствие...
мы расстаемся ненадолго.
-Мне давай.
-Нет, отдам Борису Федоровичу
в собственные руки, никому другому.
-Отдашь мне. Ну!
-Что у тебя тут, Мирон?
-Да вот, Борис Федорович,
человек подозрительный.
К тебе шел.
-И как же он сюда пробрался?
-Стража привела. Я ее отпустил -
думал, сам разберусь.
-Кто таков?
-Ширвани, торговый гость из Леванта.
-Ты где это взял?
-Человек подошел в Стамбуле,
когда отплывали.
Просил передать в Москве.
Сказал: подарок, поясок дочери
боярина Бориса Федоровича.
Посулил, что денег много дадут.
-За дверью обожди.
-Так это же не поясок,
Борис Федорович.
Это послание какое-то.
-Оно самое.
ПЫТАЕТСЯ ПРОЧЕСТЬ
-Что за язык такой?
-Это не язык...
а литорея, тарабарская грамота.
Тайнопись.
Тут сказано: "Нынче преставился
раб божий Данила Исленьев
от рук нечестивых османов.
А я уеду на время, пока уляжется все.
Верного человека во дворце оставляю.
Храни вас Бог...
Климентий".
-Преставился, значит, Данила...
-Не дошла, значит,
грамота государя до султана.
-Ну и что теперь делать будешь,
Борис Федорович?
-Что должно.
Купца этого проводи и заплати.
Мирон! И стражника ко мне позови.
Поезжай к митрополиту, скажи:
Годунов просил Серафима прислать.
И чтобы ни одна живая душа
про то не прознала.
-Сегодня ночью умер Байзид-ага.
-Знаю. Его искусали ядовитые змеи.
-Его убил визирь Хасан.
-Доказательства?
-Доказательства не нужны.
Я уверен.
-И что следует из твоей уверенности?
-Я хочу убить визиря Хасана.
-Ты кем себя возомнил?
Сегодня ночью пойдешь в караул
на задний двор.
-Вы задумали хорошее дело, визирь.
Вкладывая в образование,
мы вкладываем в будущее.
-Вы совершенно правы.
-Говори.
-Сегодня ко мне приходил человек.
Он готов на все, чтобы свести счеты
с Хасаном.
-Кто он?
-Вы его знаете, Мурад-паша.
-Арслан! Надо поговорить.
-Нам не о чем разговаривать.
Но я слежу за тобой.
И в следующий раз не остановлюсь.
-Госпожа...
султан снова не пожелал видеть вас.
-Ты мне поможешь, Кара.
СКРИП СТУПЕНЕЙ ЛЕСТНИЦЫ
Кара, иди сюда.
Ты принес?
-Да. Но, госпожа,
наказание за убийство -
смертная казнь.
-Для меня лучше смерть,
чем нижний гарем. Давай склянку.
-Что ты здесь делаешь?
-Твои туфельки, девонька,
под окном нашла.
-Это в них она жуков положила?
-Скорпионов.
-Зачем? Я никому ничего плохого
не сделала.
Я здесь никого не знаю.
-Девочки... это гарем.
Необязательно знать женщину,
чтобы перейти ей дорогу.
Ты ее запомнила?
-Н-нет.
Только голос.
-Я должна все рассказать
Сафие-султан.
-Пока никому ничего говорить не надо.
-Кара, собирайся в нижний гарем:
новая партия пришла.
-Что с тобой?
-Мне кажется, это она.
-Госпожа, так нельзя.
-Госпожа! Госпожа, беда.
-Все запомнил?
-Да.
-Тогда отправляйся завтра же вечером.
Южной дорогой из города не выезжай -
не ровен час, кто выследит.
Уходи через западную окраину,
а там уж кружным путем.
И запомни: от тебя теперь
многое зависит.
-Здравствуй, Борис Федорович. Звал?
-Звал.
Докладывай.
-Верный мне человек говорит,
что в Москве бунт зреет.
Бояре народ мутят.
Говорят... Говорят: семь лет назад
царевича Дмитрия в Угличе
по твоему приказу умертвили.
-Когда ты был маленьким,
ты хотел, чтобы у тебя был
игрушечный город.
-Я помню.
-А сегодня под твоей властью полмира.
-Я знаю.
-Но будь осторожен,
Хасан нечестен с тобой.
-А Гулям был честен со мной?
И Мурад? И остальные?
Каждый из них заботится
только о своих карманах.
Я надеялся, когда я вернусь -
отдохну. А война продолжается здесь,
между всеми вами.
Я не могу спать по ночам.
Из темноты я слышу голоса.
-Все это всего лишь ветер, Мехмед.
Тебе надо отдохнуть.
-Должно быть.
Надеюсь, моя новая русская наложница
сумеет развеять мои темные мысли.
-Не думаю, что ты захочешь ее видеть.
Утром она устроила драку
с твоей любимицей.
Я приказала запереть обеих.
Теперь она под замком
и ждет наказания.
-Ну кого наказывать,
а кого миловать, решаю я.
Пусть ее переведут
в мраморные покои.
-Эта русская вряд ли годится на роль
матери наследника Великой Порты.
-Говоря о русской, я не думаю
о наследнике Великой Порты.
Я не нуждаюсь в твоих советах
касательно моих наложниц.
Я требую беспрекословного исполнения
моей воли.
Если бы я захотел,
ты была бы уже в моей постели.
Если бы я позволил,
ты бы уже была мертва.
-Сейчас можешь съесть
только немного винограда.
Скоро оглан будет тебя учить,
как правильно ублажать султана.
-Как видишь, я не забыл тебя.
-Мне так не хватало твоих ласк!
-Мой интерес - это Русское царство
и его процветание.
-Все так говорят.
-Своим английским друзьям передай:
мы станем воевать с русскими
только тогда,
когда получим обещанные пушки.
-Ты прекрасная лицедейка.
Невинность удается тебе
особенно хорошо.
-Ты раб султана Османской империи.
-Телом - да, душой - нет.
-Твоя душа принадлежит Аллаху.
-Богу.
-Зачем вы пришли?
-Чтобы предложить вам
союз и дружбу. К взаимной выгоде,
разумеется.
-Ты настаиваешь на моей свадьбе?
Тогда я женюсь на русской наложнице.


Серия 8

ЗА СТЕНОЙ ПОКАШЛИВАНИЯ, СМЕШКИ
-Эй, ты!
Нравится взаперти?
-А тебе?
Ты ведь тоже заперта.
-Между мной и тобой огромная разница.
За драки положено наказание,
а драку затеяла ты.
Свидетелей тому море.
-Я скажу, что ты хотела меня убить.
-Никто никогда этого не докажет.
-Давай так.
Я не стану ничего говорить...
...а взамен ты мне скажешь,
зачем ты хотела убить меня.
Что тебе до меня?
Чем я тебе насолила?
-Ты глупа, если думаешь,
что Мехмед тебя полюбит.
-А с чего ты взяла,
что мне нужна его любовь?
Я его даже видеть не хочу.
-Госпожа, следуйте за мной.
Мне приказано отвести вас
в мраморные покои.
-Откуда такая милость?
-Такова воля великого султана.
-Я рада, что твоя жизнь
меняется к лучшему.
-Я хочу есть.
-Сейчас можешь съесть
только немного винограда.
-Почему?
-Скоро оглан будет тебя учить,
как правильно ублажать султана.
Это нельзя делать на полный желудок.
Потерпи. Потом тебя накормят.
-Госпожа, вы должны обучиться
искусству дарить радость
и удовольствие своему господину.
Оглан немой. Я буду говорить за него.
Он вам не сделает плохо.
Просто верьте.
Главное расслабиться.
Все будет хорошо.
МУЗЫКА УСКОРЯЕТСЯ
СТОНЕТ
-Я не могу выполнить твой приказ
и привести к тебе вечером
русскую наложницу.
Она убила гаремного раба,
который должен был обучать ее
искусству любви.
Воткнула ему в глаз
вилку для фруктов.
Теперь она взаперти,
как этого требует закон.
-Сегодня вечером приведи ее ко мне.
-Мехмед, она убила.
Я не смогу сохранять
порядок в гареме,
если в нем перестанут
соблюдаться законы.
И ты должен выбрать
для нее способ казни.
-В Великой Порте главный закон -
воля султана.
Так иди и выполни мою волю.
-Ты слышала про Роксолану?
Она вошла в эти двери рабыней,
а вышла первой хасеки-султан.
Запомни: ты не Роксолана.
-Сядь.
Надеюсь, ты не станешь втыкать
мне вилку в глаз.
Я хочу сделать тебе подарок.
В знак особого расположения.
От моих подарков не отказываются.
-Подарите мне свободу.
И я не откажусь.
-Свободы не существует.
От тебя ждут, что ты будешь делать
то, что нужно другим.
-Ждут?
-От меня тоже.
Тебе это не нравится.
И мне. Но они это называют судьбой.
И ты противишься судьбе.
-А вы?
-Я повелитель мира.
Если бы я захотел, ты бы уже была
в моей постели. Если бы я позволил,
ты бы уже была мертва.
-Тогда зачем все это?
-Скотина! Кошель мой взял, а!
На!
-Да нету его!
-На!
-Да нет его у меня!
Не брал, Господом Богом клянусь!
-Не брал!
А куда же он тогда девался?
-Тихо-тихо. С чем тебя Годунов
к османам отправил?
-Ни с чем не отправлял. К османам
я не иду, у меня другой путь.
Ты, видно, обознался, мил человек.
-Стоять!
-Мирон...
Живой?
-Не слишком ты торопился,
Борис Федорович. Мне твой друг
чуть голову не отрезал.
-Вяжите его.
ЗВОН КОЛОКОЛОВ
-Боярин, подай, Христа ради,
копеечку.
Камень. Камень... Иродов хлебец.
-Пошел прочь, пес.
Пошел прочь!
-Борис Федорович.
Лихо ты... убогих обижаешь.
Что же ты так людишек-то не любишь?
-Людей я люблю, но вот грубость
терпеть от них не намерен.
-Ночью, говорят, еще одного обидел.
-Никого я ночью не обижал.
Змеюку изловил, которая на нас
османам доносила.
Ты... прости меня.
Я ведь и тебя подозревал.
Больше других подозревал.
-Ну что же...
извинения твои приму.
Но только дружбы меж нами не будет,
не надейся.
Я тебя с твоим интересом
насквозь вижу.
-Мой интерес - это Русское царство
и его процветание.
-А-а, все так говорят.
-Твои все за власть грызутся,
а я делаю дело!
-Знаю я твое дело.
Деньги из казны тянешь.
Крепости якобы построить,
а пока еще ни одной не построил.
Патриархат придумал.
Что, попов под себя подмять решил?
Так что не убедил ты меня,
Борис Федорович. Совсем не убедил.
-Борис Годунов просил напомнить
вашему величеству
о битве при Молодях, намекая на то,
что поражение Девлет-Гирея -
это наше поражение.
-А царь Федор?
-Царь полностью поддерживает
решение своих советников.
-Позвольте отметить, ваше величество,
что поспешный отъезд
русского посланника в этом свете
уже не выглядит столь безобидным.
-Оставьте меня.
Визирь Хасан.
Что ты думаешь обо всем этом?
-Я думаю, что...
если волею Аллаха война
с Русским царством неизбежна,
нам следует нанести удар первыми.
-Ступай.
-Видно, судьба нам с тобой
одними дорогами ходить.
-Дороги, может быть, у нас и одни,
но цели...
Не может быть у меня общих целей
с предателем.
-Кто предатель?
Кого я предал?
Ты бы как поступил на моем месте?
Отвечай, чего ты молчишь?
-Ты раб султана Османской империи.
-Телом - да, душой - нет.
-Твоя душа принадлежит Аллаху.
-Богу?
-Ты так и остался гяуром,
хоть и прикидывался правоверным
мусульманином.
-Да какая разница!
Мы с тобой врагов вместе рубили.
Мы побратались.
-Ты мне не брат.
Братья - те, кого можно за спину
пустить. А к тебе повернись спиной,
ты в нее ударишь.
-Слышь, елдыга, за помелом следи,
а то укорочу.
Ну и кто первым за железо схватился?
-Защищайся.
-И не подумаю. Хочешь - руби. Ну!
Что застыл? Руби!
-Ты такой смелый потому, что знаешь,
что я не буду убивать безоружного.
-Хм, дурак!
-Трус!
-Держись, дурень османский.
-Я отрублю твою гяурскую башку.
-Не хвались на брань едучи,
похваляйся с брани едучи.
Я русский, ты армянин -
мы оба янычары не по своей воле.
Мы не сами выбрали эту судьбу.
Если кто-нибудь из нас сейчас умрет,
кто из них обрадуется -
Анна или Лилит?
Дурак.
ТИХО: Княжна!
-Алеша!
-Потерпите немного, мы вас вытащим.
Мы вас вытащим!
-Не подавай виду, навлечешь беду.
Он тебе нравится?
-Кто?
Я его даже не знаю.
А если бы и встретила раньше,
то, наверное, и не заметила бы.
-Я спросила не о раньше.
-Ты ему нравишься.
-Нет. Я для него просто друг.
А любит он тебя.
-Мы не закончили.
-Да не буду я с тобой драться.
-Трус!
ПО-АНГЛИЙСКИ: А, это вы, Уильям.
Чем порадуете?
-Ваш срочный пакет для ее величества
покинул порт и уже плывет в Англию,
сэр.
-Стало быть,
совсем скоро сюда из Англии
поплывут наши пушки.
Все складывается как нельзя лучше,
Уильям.
Присаживайтесь.
На днях в порт прибудет
"Святой Олеандр".
Опечатайте этот пакет,
добавьте к тем бумагам,
что лежат в самшитовом ларце,
и доставьте ларец капитану.
-Слушаюсь, сэр.
-Ни одна бумага не должна
скомпрометировать нас и дать
кому-либо повод думать, что мы имеем
какое-то отношение к этой войне.
Понимаете?
-Но ведь это наши пушки.
И потом, помимо бумаг, могут всплыть
какие-то договоренности,
пойдут слухи.
-Пушки, Уильям,
ничего не доказывают,
кроме наличия торговых отношений,
а слухи - пустой звук.
Доказать что-то могут
только документы, поэтому,
когда сюда прибудут наши пушки,
этим документам дОлжно находиться
в безопасном месте,
то есть в Англии.
-Да, мой господин.
Теперь я понимаю.
-Польские и испанские войска
уже в Венгрии, нам не одолеть их.
И султан понимает это не хуже нас.
Наступают тяжелые времена,
Реджеп-паша.
Ты же знаешь, когда османы перестают
резать неверных, они начинают
пускать кровь друг другу.
-Тебя приводят ко мне не первый раз.
Чего ты боишься?
-Я не боюсь.
-Но ты напряжена.
-Просто здесь как в диком лесу.
Солнце, птицы,
но везде подстерегает опасность.
-В моих покоях тебе нечего бояться.
Почему ты не надела мой подарок?
-Не хочу, чтобы в гареме
на меня смотрели как на особенную.
-Но этот жемчуг
ты тем не менее носишь
и не боишься, что на тебя посмотрят
как на особенную.
Разве тебе не сказали, что в гареме
не принято носить украшения,
подаренные кем-то, кроме султана?
-Это подарок моего отца.
-Не, не бойся,
я не заберу этот жемчуг.
Мой отец не баловал меня подарками.
Даже империю после его смерти
мне пришлось взять самому.
А твой отец тебя, наверное,
очень любит.
Кто он? Как его зовут?
-Он государев человек,
приказной дьяк,
Данила Иванович Исленьев.
-Посланник русского царя?
-Вы его знаете?
-Он был в Стамбуле.
Но я не успел принять его.
Мне доложили, что он уехал
поправить здоровье.
Но он должен вернуться.
Ха! Оказывается, ты умеешь улыбаться.
Жаль, что эта улыбка
не для твоего султана.
-Вы не мой султан.
У нас на Руси правит царь.
-Ты смелая девушка.
Меня это забавляет.
-Что тебе из Царьграда привезти,
Аннушка?
-Ничего. Ты, главное, сам возвращайся
живой и здоровый.
А мне тогда любая малость
в радость будет.
Хоть цветочек.
-Синенький?
-Аленький.
-Будет тебе аленький,
ПО-ТУРЕЦКИ: Не грусти, Аннушка,
я скоро вернусь.
-Я буду грустить.
-Не скучай, Аннушка.
-Послушай, скоро в Стамбул прибудет
мой отец, чтобы поговорить
с султаном. Он узнает, что я здесь,
и вызволит нас.
-Султан не станет его слушать.
-Батюшка найдет слова, он умеет.
-Поздравляю.
Я тебя недооценила.
Ты прекрасная лицедейка.
Невинность удается тебе
особенно хорошо.
Скажи, султан купился на это
или ты ему предлагаешь что-то
более любопытное?
Ведь девственность -
это товар, который можно продать
только один раз.
-Что ты несешь?
Этого не было и быть не может.
Я уже говорила, мне ничего не нужно
от вашего султана.
Ему от меня тоже ничего не нужно.
Мы с ним просто разговариваем.
-Госпожа?
-Видимо, султан опять захотел
побеседовать с тобой.
-Госпожа, его величество
желает вас видеть.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Я так рада, что ты не забыл меня.
-Как видишь, я не забыл тебя.
-Мне так не хватало твоих ласк...
и наших бесед.
-Должен тебя огорчить,
мне сейчас не до бесед.
Кара проводит тебя.
-Что ты делаешь, сын мой?
-Пытаюсь успокоиться.
-Нам нужно поговорить.
-Говори.
-Прошло много дней
после твоего возвращения.
Уходя на войну, ты намеревался
жениться срезу после того,
как будет одержана победа.
Ты победил.
И, слава Аллаху, вернулся,
живым и невредимым.
Стамбул, народ, империя
ждали твоей победы.
Но вместе с этим
они ждали и твоей свадьбы.
Народу необходима хасеки-султан.
-Хасеки-султан необходима тебе.
Так что не надо прикрываться
нуждами народа.
-Крепкая семья правителя -
залог будущего его народа.
Если у правителя нет наследника,
значит, у империи нет будущего.
-Довольно.
-Ты думаешь только о себе.
А обязан думать
о Блистательной Порте.
Ты меняешь любимых наложниц -
ногайскую на сербскую,
сербскую на русскую. И ты можешь
менять их до скончания дней.
Но это не отменяет твоего долга
перед Аллахом и Великой Портой.
-Ты настаиваешь на моей свадьбе?
Хорошо. Тогда я женюсь
на русской наложнице.
-Чем же эта русская
так очаровала тебя?
Она смогла как-то по-особенному
лишиться своей девственности?
-Тебе, должно быть, сложно
понять это, но русская наложница
ни разу не была в моей постели.
Переведи мою невесту в верхние покои
и готовься к свадьбе.
-Бояре в самом деле воду мутят,
и слухи, что по твоему приказу
царевича Дмитрия зарезали... идут.
-Кто слухи распускает?
-Бельский самолично,
Шуйский похитрее -
через своих людей действует.
А сам молчит
и на людях даже сомневается.
-Ясно. Ступай.
-Отпустил бы ты меня,
Борис Федорович.
Я ведь для мирских дел
не шибко приспособлен.
Я себя для Бога готовил.
-Мало ли кто для чего себя готовил.
Или думаешь, мне все это в радость?
При мне будешь.
Доверяю я тебе.
-А чего же ты замолчал, визирь Хасан?
-Ваше величество, служить вам -
большое счастье для меня.
Я готов исполнить любую вашу волю,
но уместно ли брать в жены русскую,
если вы решили воевать
с Русским царством?
-Войны с русскими не будет.
Подойди.
Возьми.
Именно ты займешься
подготовкой свадьбы.
И... прикажи щедро отблагодарить
крымского хана за то,
что прислал мне в подарок
русскую наложницу.
-Слушаюсь.
-Держи свои цацки, Аннушка.
Как-то нескладно у нас
знакомство вышло.
-Она, должно быть, красивая.
-Она, должно быть,
самая красивая на земле.
-А вы спросите у Али.
-Али, скажи, а русская, которую вы
с Арсланом привезли из Трапезунда,
красивая?
-Самая красивая.
-Я же говорил, наш великий султан
другой бы не выбрал.
-Ты о чем?
-Великий султан,
да хранит его Аллах, женится
на русской, которую вы привезли
из Трапезунда. Что, не слышал?
-Ты откуда знаешь?
-Об этом все говорят.
Скоро нас ждет большой праздник.
-У кого праздник,
а нам только работы прибавится.
-Ты уверена?
Султан сам тебе это сказал?
-Я не видела его уже несколько дней.
Сафие-султан сказала о свадьбе,
когда меня переводили
в верхние покои.
Я не выйду за султана.
-Тебе надо бежать.
-Как? Мы в клетке.
-Госпожа, вас хотят видеть.
Идите за мной.
Я буду недалеко, госпожа.
-Кто вы?
-Моя госпожа...
Вы же позволите себя так называть
вашему покорному слуге?
Мое имя Хасан.
Я визирь нашего великого султана,
да будет его милость бесконечной,
как воды Босфора.
-А что нужно визирю султана
от невольницы?
-Ну какая же вы невольница, госпожа?
Вы вознеслись так высоко,
что ни одной женщине мира
не сравниться с вами.
Блистательная Порта -
сильнейшее государство на Земле,
а вы совсем скоро станете женой
правителя этого государства.
-Зачем вы пришли?
-Чтобы предложить вам союз и дружбу.
К взаимной выгоде, разумеется.
-А зачем мне ваша дружба?
-Хотя бы из чувства благодарности.
-За что я должна быть вам благодарна?
-За то, что ваша судьба сложилась
так удачно. В этом есть немалая
заслуга вашего покорного слуги.
-Что?
-Да. Это именно я отыскал вас
на задворках мира
и приложил все усилия,
чтобы вы вознеслись
к султанскому престолу.
-Вы?
-Да.
-Тут орда!
-Ищите девку!
-Нашел!
-Ах ты, гадина поганая,
я же убью тебя сейчас.
За маменьку, за бабушку тебя убью.
Ты слышишь меня, Хасан?
Твоя голова первая полетит
под мои ноги!
Запомни это, как я запомнила
твое имя! Вымесок! Вражина поганая!
-Ты меня напугал!
-У меня к тебе дело.
-Нет у меня с тобой никаких дел,
парень, и быть не может.
-Мне нужно увидеть Лилит.
-Ты понимаешь, о чем просишь?
-Выведи ее ко мне. Я буду ждать
у причала сегодня вечером.
-Дядя, что произошло?
-Эта русская, она погубит нас.
С ней нужно покончить, и немедля.
-Она невеста великого султана.
-Значит, придется потратить
больше золота.
Теперь она серьезная угроза.
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
-Быстрее.
-Старик Леви не хотел давать в этот
раз. Он боится, что кто-то узнает
и его казнят.
-Не узнали до этого,
не узнают и сейчас.
Пять карт. Начинай.
-Четыре жезла означают праздник.
Первая карта - верность гадания.
-Значит, свадьбе все-таки быть.
-Маг - злоба, коварство, обман.
-Ну это то, что происходит сейчас.
-Суд. Эта карта предрекает потери.
Они связаны с теми людьми,
которые вас окружают.
-И?
-Скоро кто-то умрет.
Давайте отменим гадание, госпожа.
Дьявол.
-Убери и уходи. Все это ложь
и дьявольское искушение.
-Найти человека, который проникнет
в Топкапы и совершит убийство,
будет не так просто, дядя.
На поиски может уйти не одна неделя.
-Ты меня не слушал, Гафур.
У нас нет недели, у нас нет ни дня!
Первая же встреча Георгия
с султаном или старой каргой Сафие
может закончиться катастрофой
для нас.
Я заплачу столько, сколько попросят.
Я заплачу вдвое больше!
Только найди человека,
который не даст ей дожить до утра.
-Люди подобного склада, дядя,
ценят золото.
Но свою шкуру они ценят дороже.
Может, воспользоваться кем-то
из гарема?
Того, кто ненавидит эту русскую.
-Это будет еще дольше.
-Ты ведь лучший стрелок из лука
во всей Порте, дядя.
-И что с того?
-И ты тот, кто может беспрепятственно
пройти все дворцовые кордоны.
Ты проникнешь на стену рядом
с гаремом и с нее убьешь русскую
стрелой из лука.
Это надо сделать ранним утром,
когда вокруг не будет
ни одного свидетеля.
И ты тут же скроешься незамеченным.
Только как заставить ее
выйти к фонтану?
-А знаешь, мой мальчик,
это может оказаться не такой уж
большой сложностью. Я знаю человека,
к которому она выйдет не раздумывая,
по первому зову.
-Не все признали.
Прав был его всесвятейшество.
-Анне грозит опасность.
Ты должна сделать так,
чтобы Анна не вышла в сад.
-Кто?
-Как имущество султана
ты имеешь право только молчать.
-Возьми.
-На рассвете произошло то,
что до сегодняшнего дня
считалось немыслимым. Предатель
посмел покуситься на святое.


Серия 9

-Он будет ждать тебя на восточном причале.
Если спросят, говори: ходила в лавку
к старику Леви по моей просьбе.
-Спасибо.
-Только не задерживайся.
-Госпожа!
Велено передать послание
для невесты султана.
Завтра рано утром у фонтана
русскую будет ждать ее отец.
-Иди.
-Здравствуй, Алеша!
-Здравствуй!
-Ты хотел меня видеть.
-Говорят, что... султан...
...женится на Анне. Это правда?
-Так сказала Валидэ-султан,
когда переводила Анну в покои
для невесты султана.
Еще к Анне приходил визирь Хасан
и пытался втереться
к ней в доверие. Но она задала ему
трепку и пообещала,
что казнит его первым,
если станет женой султана.
-Я уведу вас отсюда.
Ты передай Анне, я все придумаю.
-Может быть, тебе не придется
ничего придумывать. Отец Анны -
русский посол Данила Исленьев.
Он в Стамбуле.
Анна уверена,
что он вызволит ее из гарема.
-Этого не может быть.
-Почему?
-Потому что...
просто не может...
-Я сама слышала.
Завтра на рассвете он встречается
с Анной в саду гарема.
-Ты можешь сделать так,
чтобы завтра Анна не вышла в сад?
Послушай меня. И поверь.
Завтра на рассвете
там не будет никакого отца.
Анне грозит опасность.
Ты должна сделать так,
чтобы Анна не вышла в сад.
Обещай мне.
-Я попробую.
-Сделай это... сестренка.
-А мы?
Сестренка...
-Нужно прямо сейчас отправить гонца
к султану. Или ехать во дворец
к визирю Хасану и вязать его.
Он преступник, замышляет убийство.
-Кто это сказал? Тебе что-то
наболтала наложница из гарема,
которую ты даже видеть не должен был?
Из этой болтовни ты сделал
какие-то выводы и обвиняешь
в преступлении визиря
Османской империи?
Возможно, ты прав.
Но тогда Хасана нужно брать
на месте преступления.
Только поймав его за руку,
мы сможем что-то доказать.
Мы устроим засаду у фонтана...
и будем ждать, когда Хасан появится.
-А если Хасан вовсе не появится
у фонтана?
-Тогда мы схватим того, кто появится.
-Мы рискуем жизнью невесты султана.
-Ты слишком горяч. Мы не станем
рисковать жизнью невесты султана.
А Хасан - или кто-то другой -
не уйдет.
-Лилит?
-Я тебя никуда не пущу.
-О чем ты говоришь?
-Не ходи туда!
-Там будет мой батюшка.
Он пришел, чтобы меня спасти.
Он и тебя отсюда вытащит.
-Не будет там твоего батюшки.
-Тебе-то откуда знать?
-Мне сказали.
-Пусти.
Вот, значит, как.
Значит, и ты им продалась.
ВСКРИКИВАЕТ
Лилит, отопри дверь!
Меня там батюшка ждать будет.
-Не будет там твоего батюшки.
-Лилит! Я прошу тебя,
пожалуйста, отопри дверь.
ДЕРГАЕТ ДВЕРЬ
-Я тебе это докажу.
-Пошел-пошел-пошел...
Тш-ш-ш...
КРЯХТИТ
-Замри.
-Лилит?
-Это он?
-Трое за стену, живо.
-Откройте дверь!
Откройте!
Откройте дверь, я приказываю!
Откройте дверь!
Откройте дверь!
РЫДАЕТ
-Всемогущий...
Вся моя жизнь подчинена
служению вашему величеству.
Каждый мой поступок несет благо
султану и Блистательной Бурсе.
-И поэтому... ты убил невесту
своего повелителя?
-Позвольте мне объяснить.
-Не надо мне слушать
объяснения предателя.
Вы все будете казнены.
На каждом из вас вина
в смерти моей невесты.
На каждом.
-Ваше величество, мы сделали все,
чтобы... схватить убийцу.
Этот русский был заодно с Хасаном.
Это он помог визирю
выманить девушку к фонтану.
-Ваше величество, русская жива.
У фонтана убита другая наложница,
армянка.
-Мурад-паша, подготовкой
свадебных торжеств я повелеваю теперь
заняться тебе. Перед церемонией
я хотел бы ублажить
мою русскую невесту
изысканным зрелищем.
Казнью ее соплеменника.
-Как прикажете его казнить,
о святейший?
-Посажением на кол.
-Где? Где она?
Где Лилит?
-Уведи ее.
-Нет, пожалуйста, не надо!
Нет, пожалуйста!
Пожалуйста, не надо!
Отведите меня к ней, пожалуйста!
Пожалуйста! Где Лилит?
Я хочу ее увидеть!
Пожалуйста, пустите меня к ней!
-На рассвете произошло то,
что до сегодняшнего дня
считалось немыслимым, -
убита наложница султана.
Вероломный и коварный предатель
посмел покуситься на святое -
собственность великого султана.
Злодей разоблачен и казнен,
но вина в преступлении лежит
не только на нем.
Вина лежит и на ней,
армянской княжне,
которая посмела нарушить
непререкаемые законы гаремной жизни.
Да, она виновна, потому что
пренебрегла главным законом:
жизнь и судьба любой из вас
принадлежат вашему господину -
великому султану.
Это огромная честь и надежная защита.
Армянка посмела принять
самостоятельное решение
и без дозволения
распорядилась своей жизнью.
Нарушение закона
приводит к одному...
заслуженной каре Аллаха.
-Откройте!
Есть тут кто?
Эй!..
-Успокойся, девонька.
Убийцу уже поймали и наказали.
А ей-то, может, так и лучше.
Новая жизнь у нее не задалась,
старая вся вышла,
возвращаться некуда.
-Я тебя никуда не пущу. Не ходи туда.
Не будет там твоего батюшки!
-Значит, и ты им продалась.
-Я тебе это докажу.
-Это я должна была
быть там у фонтана.
-Понимаю.
Понимаю.
-Понимаешь?
Что ты понимаешь?
Эта стрела должна была убить меня.
-Тебе нужно готовиться к свадьбе.
-Откройте! Эй!
-Отойди от решетки!
Прекрати шуметь!
Или я велю тебя наказать.
-Почему меня здесь заперли?
-А где еще должен сидеть
убийца невесты султана?
Скажи спасибо, что тебе
не отрубили голову на месте,
как твоему покровителю.
Но это поправимо.
Завтра с утра по воле Аллаха
покарают и тебя.
Теперь твоя судьба
в руках великого султана.
-Ты кем себя возомнил?
-Ты пешка, Али.
-Тебе что-то наболтала
наложница из гарема,
которую ты даже видеть не должен был.
-Мы рискуем жизнью невесты султана.
Это он!
-Зачем ты его отправил на кол?
Он мог бы еще пригодиться.
-Али сделал все,
что от него требовалось,
а потом стал опасен.
Он мог бы рассказать султану,
что это мы поставили под удар
жизнь его невесты.
Всем будет лучше, если Али не станет.
Кроме того, наш великий султан
теперь не будет терзаться
поиском иных заговорщиков.
Хасана и этого русского
вполне достаточно,
чтобы успокоить его величество.
-Возможно, ты прав.
ОТКРЫВАЮТСЯ ЗАСОВЫ
-Что, Али, тяжело, когда тебя
предают те, кого считал друзьями?
А знаешь, что самое смешное, Али?
Завтра утром казнят и тебя.
Причем казнят за то же,
за что казнили моего дядю.
Пожалуй, я даже выпью за это
на свадьбе султана.
-Невеста султана мертва.
-Мертва армянская наложница.
Русская невеста жива.
Но это ненадолго.
Я могу избавить тебя от страданий.
Мой дядя считал тебя мелкой сошкой,
и это стоило ему жизни.
Я уверен, ты не так прост,
как хочешь казаться.
Назовешь султану имена тех,
кто за тобой стоит.
Расскажешь ему, чьи поручения ты
выполнял и какие цели преследовал.
А взамен я подарю тебе
быструю смерть.
-Пошел к дьяволу.
-Не боишься?
-Не тот казак, кто боится собак.
-Ты будешь извиваться на колу.
А потом, когда ты испустишь дух,
тебя бросят в яму, как паршивого пса.
И ни один человек не найдет
твою могилу.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Откройте!
-Полагаю,
у тебя найдется способ
его утихомирить.
АЛИ КРИЧИТ
-Не думаю, что этот способ уместен
по отношению к имуществу
великого султана,
да продлит Аллах его дни.
-Поверь мне, великий султан
совершенно не расстроится,
если гяура посадят на кол
с переломанными ногами.
АЛИ КРИЧИТ,
ГРЕМЯТ ЗАСОВЫ
Главное, чтобы дышал.
-Всемогущий Боже...
Ты, кто сотворил землю и небо
со всяким дыханием...
умилосердись
над бедным русским народом...
и дай познать,
на что Ты его сотворил.
МОЛИТСЯ
-Благая весть для тебя,
владыка.
Грамоту привезли
от Константинопольского собора.
О создании Московского патриархата.
Признали тебя.
А ты сомневался.
-Не все признали.
Прав был его всесвятейшество.
-Признали.
О том и бумага.
А что подписей недостает,
так это от спешки.
Торопился вселенский патриарх
нас порадовать.
Это документ, владыка.
-А государь что об этом думает?
-А государь...
сейчас моление окончит
и сам к народу выйдет
благую весть объявить.
-Государь идет.
-Государь идет, государь!
КРИКИ ЛЮДЕЙ
-Что с государем?
-Прости, боярин,
никакого недуга у государя нет,
разве что душевный.
-Пошел вон, стоеросина!
-Не серчай на него,
Борис Федорович.
Откуда ему знать, что только
мне да Господу ведомо?
Не поможет мне лекарь.
Помру я скоро.
-Странно мне от тебя такие речи
слышать, государь.
Ты же молод еще.
-Здесь молод,
а здесь старец древний.
Я каждый день молил Господа,
чтобы простил грех наш.
Не уберегли мы царевича Димитрия,
голубка нашего.
Отсюда все беды. Шуйский говаривал,
что и ты в том грехе повинен.
-Наговор это.
-Знаю.
Знаю я, Борис Федорович.
Оттого перед Господом
мне одному ответ держать.
-Рано тебе перед Господом
ответ держать, государь.
Злые люди с турецкой земли
войной нам грозят.
Престол за твоей спиной пуст.
Некому шапку Мономахову надеть,
понимаешь?!
-Недужится мне.
Ступай с миром.
-Потерпи, государь.
Я тебе нового лекаря приведу.
-Прекратить!
Дай сюда.
Тебе не разрешали стучать в дверь!
Тебе не разрешали!
СТОНЕТ
Ты - раб!
Как имущество султана ты имеешь право
только молчать и выполнять приказы.
Молчать и выполнять приказы!
А в случае непослушания - умереть.
Опусти его!
Для великого султана большая радость
созерцать мучения грешников
вроде тебя.
-Да простит меня Аллах.
ЖЕНСКИЙ ГОЛОС НАПЕВАЕТ
НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ
-Невеста султана жива, слышали?
-Нет, ее убили.
Я ее, как тебя сейчас, видел.
Мертвее мертвого.
Арслан тоже.
-Так невеста султана русская.
А армянка была наложницей.
-А знаешь, кто стрелу пустил?
Об этом весь Стамбул знает.
В нее стрелял наш Али.
-Брат, ты чего?
-Али сам княжну охранял.
Рисковал своей жизнью.
Чуть не погиб.
-Арслан, отпусти его!
Он говорит правду.
Я сам видел, как Али в камеру тащили.
Арслан! Арслан, ты куда?
-Ты куда? Не пущу.
-Встать! Ты кто такой?
Стоять!
Взять его!
-Снова за мной следишь?
-Я проходил мимо. Что поделать,
если Стамбул такой маленький?
Уходи!
-А ты?
-Все хорошо, я подерусь
за брата-гвардейца. Иди! Пошел!
Пошел!
Иду к тебе, Лилит...
-Мой повелитель! Что-то случилось?
Вы призвали меня в столь поздний час.
-Как продвигаются приготовления
к моей свадьбе?
-Ваша невеста препоручена заботам
Сафие-султан. Подготовка к церемонии,
праздничным торжествам
идет полным ходом, мой падишах.
Все благополучно.
-Хорошо.
-Ваше величество,
какие события вас так огорчают?
-Меня огорчают не события, а люди.
Точнее, тот факт,
что рядом все меньше тех,
на кого можно положиться.
-Вы всегда можете положиться на меня.
-Подойди!
Возьми!
В знак моего особого расположения.
Я надеюсь, ты понимаешь,
что мое особое расположение
накладывает на тебя
и особые обязательства?
-Конечно, я понимаю, мой падишах.
-Хорошо, потому что, к сожалению,
визирь Хасан этого не понял.
-Не терзайте себя мрачными мыслями,
мой падишах.
Визирь и все, что с ним связано, -
это прошлое.
Лучше думать о будущем.
Вас ждет радостное событие,
ваша невеста, наша будущая госпожа.
Она прекрасна!
-Ступай!
-Господин, меня послал за вами
Реджеп-паша. Он ждет вас
в янычарском дворе. Просил передать,
что это очень срочно!
-Я надеюсь, ты понимаешь, что если
утром Али не будет сидеть на колу...
...то кол пустым не останется.
-Мы найдем его. Он не дурак.
Постарается как можно скорее
покинуть город.
Самый короткий путь - на запад.
СВИСТ
Проверить окрестности: каждую улицу,
каждую подворотню, каждый двор!
Перекрыть все выходы из города
на запад! Проверять всех:
женщин, мужчин, стариков -
всех до единого! Исполнять!
-Отец Климентий предупреждал,
что тебе может понадобиться помощь.
Одежду я тебе дал, еду тоже.
Но долго прятаться здесь нельзя.
-Да ты не бойся, я скоро уйду.
-После того как у меня погиб сын...
я больше ничего не боюсь.
-Ты грамоте обучен?
"Уважаемый Реджеп-паша!
Когда ты прочтешь это письмо,
я буду уже далеко от Стамбула.
Спасибо тебе, что спас меня
от смерти и устроил побег.
Я буду молиться за тебя до конца
своих дней. Да хранит тебя Аллах".
И подпись: "Али".
-Я сделаю все, чтобы это письмо
попало паше в руки.
-Нет.
Сделай все, чтобы оно попало
не к нему.
-А где тебя искать,
если отец Климентий спросит?
-Искать меня не надо.
Все, что мог, я сделал.
Тихо! Не дергайся.
Отведешь меня в гарем - будешь жить.
-Я никуда не смогу тебя отвести,
пока ты не уберешь кинжал
от моего горла.
Зачем тебе в гарем?
-Мне нужна Анна.
Мне нужна твоя помощь.
Мне больше не к кому обратиться,
кроме тебя.
-Что для государства хорошо,
то для каждого отдельного боярина
беда лютая.
-Полагаю, Аллах не станет гневаться
на меня за мою слабость.
-Госпожа, она еще дышит.
-Вызовите лекаря.
-Мы оба служим великому султану,
мы оба делаем одно дело,
нам стоит доверять друг другу.
-Почему не доложила сразу же?
Ты ведь знаешь, что тебя за это ждет.
-Прости, государь, что нарушил
твой покой, но дело не терпит.
Нужно твое царево указание,
чтобы бояр Бельского, Шуйского
и Романова в ссылку отправить.
-Я не обману надежд моего повелителя.
-Конечно, не обманешь.
КРИЧИТ


Серия 10

-Никто не сможет пройти в ее покои -
ни ты, ни даже я.
Она невеста султана. Ее охраняют лучше,
чем самого султана.
-Тогда устрой мне встречу
с госпожой Зульфией.
-Она не желает тебя видеть.
-Я желаю.
Приведи ее ко мне сейчас.
-Ты хоть понимаешь, что будет,
если я сейчас позову на помощь?
Сюда сбежится половина Топкапы,
тебя убьют на месте.
-Возможно.
Но ты этого уже не увидишь,
потому что я убью тебя раньше.
Так что лучше помолчи
и делай что говорят.
Это в интересах твоей госпожи.
Поверь мне.
-Жди здесь.
-Не жалейте того,
чем Аллах дал вам одним...
...преимущество перед другими.
Мужчинам - долю из того,
что они приобрели.
Женщинам - долю из того,
что они приобрели.
-Мы вас вытащим!
-Говорил, что никогда больше
не придешь, но все-таки пришел.
Нужно быть одержимым,
чтобы прийти сюда в твоем положении.
-Мне нужна твоя помощь.
Мне больше не к кому обратиться...
кроме тебя.
-Тебе нужно бежать из Стамбула
как можно дальше.
Тогда, может быть, и не умрешь.
-Приведи сюда Анну.
Я знаю, ты можешь.
-Что вы находите в этой девчонке?
Чем она вас так пленила,
что вы стремитесь к ней,
как мотыльки на огонь?
-Я люблю ее.
-Любишь?
Помнится, когда я обращалась к тебе
с просьбой, ты ответил отказом.
Но я подумаю.
Самое правильное, что я сейчас
могу сделать, - это позвать охрану.
Но я не стану этого делать.
-Мне позвать охрану, госпожа?
-Нет. Бегство русской девчонки -
единственный способ
вернуть все на прежние места.
Для меня нижний гарем
равносилен смерти.
Для меня нижний гарем хуже смерти.
-Мужья стоят над женами за то,
что Аллах дал одним преимущество
перед другими. За то, что они
расходуют из своего имущества.
И порядочные женщины благоговейны
и сохраняют тайное в том,
что хранит Аллах.
-Я утомилась, хочу спать.
Оставь меня.
-Этой ночью подруги дают советы
на будущую жизнь невесте.
Так положено, госпожа.
-Рядом со мной больше нет
ни одной подруги.
Не было ни дня, чтобы ты
не напоминала мне о покорности.
Так покорись, уйди отсюда.
-У меня тоже есть совет для тебя.
Перед сном полезно дышать
свежим воздухом.
Не бойся и иди за мной.
-А у Семена дочка
совсем невеста стала. Красавица.
Чего молчишь? Приметил я,
как она на тебя смотрит.
По всему видно, не чужая невеста.
Когда жениться думаешь?
-А я, бать, про женитьбу
вообще не думаю.
То есть если жениться,
то чтобы как у вас с матерью -
один раз и на всю жизнь.
Чтобы она меня ждала,
как мать тебя ждет,
и чтобы меня только к ней тянуло,
где бы я ни оказался.
-Вот, значит, как?
Ну хорошо.
А то уж я подумал, что тебя
будто ветром от юбки к юбке носит.
-Нет, бать, не носит.
-Куда ты меня ведешь?
-Сейчас увидишь.
Уходите, пока я не передумала.
Уходите.
-Спасибо.
-Султан никогда не простит, госпожа.
-Я не знаю других способов
вернуть его любовь.
-Боярин! Боярин!
-М-м... Какого черта?
-Сам же просил хоть среди ночи
докладывать, если что.
Бояре там - Бельский,
Шуйский, Романов...
-Ты чего это, Борис?
Не спится?
-Мне донесли, что заговорщики
против державной власти
в Кремль пробрались
и тут скрываются.
-Окстись, Борис Федорович,
какие заговорщики? Тут только мы,
государю верные люди.
-Вижу, что верные. А это что?
-А это письмо подметное,
чертеж палат царских.
А еще тайный ход
к тебе в опочивальню.
Ты зенки-то разуй, слуга государев.
В мельницу мы сели играть.
-А камни игральные где?
-Где-где - в ВологдЕ!
Не успели расставить еще.
-Ступайте.
Запомни, боярин Романов...
и ты, боярин Бельский,
и ты тоже, князь Василий Иванович,
покуда я жив,
бунтов у нас не случится.
И все тут по-моему будет.
-Так ведь это покуда жив.
-Что ты бродишь, владыка,
среди ночи?
-Государь позвал.
-Чего же не зайдешь?
-Лекарь у него.
-А он тебя за какой надобностью
вызвал?
-Что у государя в голове,
мне про то неведомо.
Ты-то что разволновался,
Борис Федорович?
-Заволнуешься тут...
Государь помирать собрался,
бояре воду мутят, заговоры плетут,
митрополиты зубами в спину скрежещут.
-Раньше о том мыслить надо было.
Или ты как думал, Борис Федорович?
Порядки менять, хвосты прижимать,
да чтобы тебя на руках носили?
Что для государства хорошо,
то для каждого отдельного боярина
беда лютая. Это для тебя
крепости - мощь государства.
А для бояр твоих это деньги
из казны мимо их кармана.
Это для тебя патриархат Московский -
упрочение государства.
А для митрополитов - потеря власти.
Кто личную выгоду теряет,
спасибо не говорит.
-Суров ты стал, владыка.
-Так времена такие - не до благости.
-Чего вытаращился?
Говори, падучая у царя?
-Нет у Федора Ивановича падучей,
благодетель.
-Стало быть, поправится?
-Как знать...
-Тогда за каким лядом
я тебе деньги плачу?
-Не гневись, боярин.
Коли человек сам себя хоронит,
уж к Господу постучался, он долго
на этом свете не задержится,
будь он хоть царь, хоть кто.
А Федор Иванович,
храни его Богородица,
сам жить не желает.
-На.
Про царя кому скажешь...
...сам Бог тебя не спасет.
Уяснил?
-Государь тебя позвать просил,
владыка.
-Постой, владыка.
Мне нужнее.
Государь...
-Подождать не мог?
Завтра бы поговорили.
-Прости, государь, что...
нарушил твой покой,
но дело не терпит.
Нужно твое царево указание,
чтобы бояр Бельского, Шуйского
и Романова в ссылку отправить.
-Это за что же?
-Смуту они учинить думают.
-Прежде он на тебя напраслину
возводил, теперь ты на него.
-А ежели не напраслина?
Ежели я тебе доказательства приведу?
-Об искуплении думать мне надобно.
О земном - сами.
Патриарха мне позови.
-Хорошо.
-Только не забывай...
Господь заповедовал
возлюбить ближнего.
-На всех ближних, государь,
моей любви не хватит.
ШУМ ПРИБОЯ
-Времени нет. Идем.
-Где невеста султана?
Почему ее не было
на утренней молитве?
Танильдиз...
-Ее нет, госпожа.
-Я вижу. Но где она?
-Вышла в сад.
-Так пойди и приведи ее.
-Она вышла в сад еще ночью.
И... не возвращалась.
И никто не знает, где она.
-И ты посмела ее отпустить?
Почему не доложила сразу же?
Ты ведь знаешь,
что тебя за это ждет.
Кто ее выводил?
Отвечай!
Вывести русскую из верхних покоев
и провести ее по коридорам дворца
мог только ты.
Или кто-то в твоем сопровождении.
Я доверяла тебе, Кара. Не могу
поверить, что ты по собственной воле
предал меня.
Я хочу знать, кто заставил тебя
это сделать.
-Никто, госпожа.
-Танильдиз?
-Нет.
-Начальник караула?
-Нет.
-Ну же, Кара... Почему ты берешь
всю вину на себя?
Ты боишься мести преступника?
-Нет.
-Это Зульфия потребовала вывести
русскую наложницу из дворца?
-Нет. Нет, это не Зульфия.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Что случилось?
-Слышишь... как тихо.
И крика муэдзина не слышно.
-Пойдем.
-Реджеп-паша...
вы арестованы по приказу
великого султана.
-Что происходит, Ягзы?
-Вы арестованы за устроение побега
приговоренному к казни янычара Али.
Я выполняю приказ, господин.
ХЛЕСТКИЙ УДАР ПО ГОРЛУ
-Идя на измену мне,
она приговорила себя к смерти.
Но преступница не заслужила
быстрого исхода, я не намерен
дарить ей то, что она возжелала.
Бросьте ее на землю. Если к ночи
не умрет, определите в рабыни.
Надеюсь, это всех научит верности.
-Мой повелитель!
В миле от берега мы нашли лодку,
и в лодке было вот это.
Мы перехватили все суда и проверили.
Но беглецов там нет.
Думаю, это хитрость, чтобы пустить
нас по ложному следу.
-Я требовал задержать Реджепа.
Твоего друга.
-Реджеп-паша никогда не был
моим другом.
Его задержали, и он ожидает
вашего решения.
-Они ведь нас уже ищут.
-Сперва они обыщут город.
Это займет у них время.
Найдут лодку, в которой твой платок.
Может быть, это собьет их со следа.
В любом случае, когда они
спохватятся, мы уже будем далеко.
-Нам нельзя уходить далеко.
-Как это - нельзя?
Что ты такое говоришь?
-Где-то в Стамбуле мой отец.
Данила Иванович Исленьев.
Его сам государь к османам отправил.
Нам нужно его найти,
и он нам поможет!
-Мы передохнём здесь и пойдем дальше.
-Нет, мы должны вернуться.
Мой отец нам поможет.
-Нет, Аннушка. Твой отец нам
не поможет. Умер он.
-Он где-то в Стамбуле.
Мой отец - государев человек.
Мы должны его найти,
он нам может помочь.
Данила Иванович Исленьев,
мы должны его найти.
-Его убили по приказу Хасана.
Я сам его похоронил.
В нижнем городе.
В подземной церкви.
-Нет... Нет...
Нет-нет, нет.
Нет, нет, нет, нет!
Нет, нет!
РЫДАЕТ
СТУК В ДВЕРЬ
-А у меня для тебя подарок.
Какой ты хотела.
-Я не подарка ждала.
-Слышала, что я матери говорил?
Да вернусь я.
Исполню царев наказ и вернусь.
-Когда он уезжал,
обещал подарок.
Спрашивал меня, что привезти.
Я сказала: да хоть цветочек аленький,
только чтобы поскорее вернулся.
Он обещал вернуться. Обещал.
-В этом письме нет ни слова правды,
это навет.
-Перед лицом смерти
все блеют одно и то же.
-Я всегда был предан вам,
Аллах свидетель.
-Если ты был предан,
почему этот русский янычар сбежал?
Если ты был предан, как могло
случиться, что он увел из гарема
мою невесту?
-Я найду их, я приведу!
Клянусь, я принесу их головы.
-Нет. Ты приведешь их живыми.
СТОНЕТ
-Госпожа, она еще дышит.
-Поднимите ее...
и отнесите во дворец.
И вызовите лекаря.
И осторожнее.
ЗВУКИ УПРАЖНЕНИЙ С МЕЧОМ
-Куда теперь?
-Сперва на могилу Богоматери.
Обет я исполнить должен, Аннушка.
А то ведь не будет нам
ни белой дороги, ни попутного ветра.
-Тебе нравится живопись?
-Аллах порицает тех,
кто решил состязаться с ним
в акте творения,
и запрещает всякое
изображение человека.
-В Европе все ценят живопись.
Полагаю, Аллах не станет гневаться
на меня за мою слабость. Я собираю
портреты голов своих мертвых врагов.
Что скажешь? Как тебе этот портрет?
-Я не муфассир, но Аллах запрещал
рисовать живых, а не мертвых.
В любом случае,
согрешил тот, кто рисовал.
-Портрет хорош.
Только здесь ты ошибся.
Эта жила у отрубленной головы
выглядит не так.
-Прошу прощения, Ваше величество!
Я обучался искусству и анатомии
в мастерской Берсано,
который считается учеником
самого Тициана.
Эта жила выглядит именно так.
Ваше велич...
-Видишь, как эта рана выглядит
у отрубленной головы?
В следующий раз не спорь о том,
чего не знаешь.
Оставьте меня!
Гафур!
У меня не стало визиря.
Хочу, чтобы ты занял его место.
-Я не обману надежд моего повелителя!
-Шелк прочен. На нем этот портрет
провисит сто лет.
Конечно, не обманешь!
Потому что, если это случится,
тебе в подарок пришлют
такой же шнурок.
-А если они уже там?
-Они нас там не ищут.
-Они нас все равно поймают и казнят.
Тогда лучше ты меня убей.
-Глупости говоришь.
Тише!
Я тебя никому не отдам.
-Пойдем.
-У тебя было все: лучшие покои,
драгоценности, наряды,
расположение султана.
Но кажется, Аллах пошутил с тобой:
подарив все это, лишил тебя рассудка.
Зачем ты это сделала?
-Ради...
СТОНЕТ
...любви.
-И ты подумала, что,
нарушив его волю,
вернешь его любовь?
Воистину у тебя помутился разум.
Ты знала, что любовь к султану -
это как любовь к Аллаху.
Ты обязана его любить,
но не в праве от него требовать.
-Помогите мне...
умереть.
-Танильдиз казнена два часа назад
за пособничество преступнице.
Мне нужна личная служанка.
Поправляйся.
-Здравствуй, добрый человек.
Мы с братом идем издалека.
Не найдется у тебя места
переночевать?
Я заплачу.
-Найдется.
Вы не похожи на османов.
-Мы из казаков.
-Куда путь держите?
-К Елеонской горе.
-А брат твой, я смотрю,
не из разговорчивых.
-Он глухой и немой от рождения.
-Ладно. Ешьте досыта.
Пойду воды принесу.
-Живее! Стройся!
-Али больше сам по себе был,
близко к себе никого не подпускал.
Водился только с Арсланом,
они с ним еще в крепости
познакомились.
-Как Али в крепость попал?
-С караваном пришел.
На караван башибузуки напали.
Так русский их порубал.
-А как Али попал в караван?
-По дороге из Руси прибился.
Он к Елеонской горе ехал
поклониться мощам матери его Бога.
Как велел его обет.
Это все, что я знаю.
НАПЕВАЕТ ЖЕНСКИЙ ГОЛОС
-Буду откровенен,
ваш визит удивил меня.
Ваш дядя никогда не был
в числе моих друзей,
скорее, наоборот.
Иногда мне казалось,
что вражда со мной была смыслом
его жизни, а победа в этой битве -
вожделенной целью.
Вы намерены предложить
мне что-то иное?
Мне нужно понимать это как угрозу?
-Как предложение.
Мы оба служим великому султану...
оба делаем одно дело -
нам стоит доверять друг другу.
Я не вижу причин для вражды.
-Слова достойны
государственного мужа.
-Вы ему верите?
-Я всецело разделяю взгляды
великого султана.
А наш падишах не верит никому.
-А вот и Борис
Над троном навис!
Царевича Дмитрия загубил
колдун-душегуб Сатанаил!..
-Меня трудно удивить,
но, признаюсь,
ваше приглашение стало
для меня неожиданностью.
-Эй!
-Идем скорее.
-Что вам от меня нужно?
-А ты что про пушки вспомнил?
В долю захотел?
-Отче, там... там...


Серия 11

-Господин!
Реджеп-паша просит принять его.
-Пусть войдет.
-Мне пора.
-Я прошу вас задержаться.
Что привело тебя ко мне
в столь поздний час, Реджеп-паша?
Говори. У меня нет секретов
от визиря.
-Я знаю, где искать Али.
Но у меня связаны руки,
мне нужны люди.
-Я не могу дать тебе людей
без дозволения великого султана.
-Но я один.
-Ты не услышал меня, Реджеп-паша.
Мне нечем тебе помочь.
-Я дам людей.
Только тогда, когда будет известно,
где он, а не где он может быть.
Мне пора. У меня ноет старая рана,
Мурад-паша, а к этому времени
приходит лекарь, чтобы наложить мазь.
-Но мы еще не закончили партию.
-Я предлагаю ничью.
-Будет правильнее отложить ее
до другого раза.
-Вы ему верите?
-Я всецело разделяю
взгляды великого султана.
А наш падишах в свете
последних событий не верит никому.
Кроме Аллаха.
СМЕХ
-А вот и Борис!
Над троном навис.
-Царевича Дмитрия загубил!
Колдун, душегуб, сатана!
СМЕХ
Руки к шапке Мономаховой тянет.
А вдруг как царем
нашим будущим станет?
-Слыхал, чего болтают?
-Не бери в голову, боярин.
Народ что твое стадо: что один баран
проблеет, остальные подхватят.
А заводилам за такую болтовню
приплачивают.
-Схватить бы их да в прорубь кинуть.
Так ведь сразу шептать станут,
что все, что болтают, правда.
-Так неправда же.
-Так ведь каждому же не объяснишь.
Хоть самому скоморохом рядись.
А ты чего такой смурной?
-Вести дурные.
-Говори.
-К боярину Романову...
посланец давеча явился.
Тишком пришел, грамотку принес.
А князь Шуйский встречался
с английским посланником.
-Я-то, грешным делом, подумал:
шпиона поймаю - легче станет.
Хотя с чего бы? Когда те же люди
на тех же местах.
-Кто она тебе?
-Я не понимаю, о чем ты говоришь.
-Да не враг я тебе,
а брат во Христе. Она тебе жена?
-Невеста.
-Нехорошо это - без венчания.
-А где тут венчаться-то?
В мечети, что ли?
-Зачем в мечети? Господь там,
где есть вера в Него.
Я расскажу тебе, где искать
прибежище верующим во Христа.
-О чем вы говорили со стариком?
-О грехе.
-Ты что, ему рассказал, кто я?
-Он сам догадался. Ты не тревожься,
старик нас не выдаст.
А еще он рассказал про тайный
монастырь в тех местах,
куда мы идем.
Там нас обвенчают.
Пойдешь за меня замуж,
Анна Даниловна?
ЗВОН КОЛОКОЛОВ
-Здрасте, Борис Федорович!
-Да что же ты все ходишь-то
за мной, как привязанный,
Борис Федорович?
-Разговор есть.
-Чудной ты человек. То угрозами
сыплешь, то извиняешься,
то вон с рындами посередь ночи
приходишь чуть ли не под стражу
брать. Теперь вот разговор затеял.
-Государь совсем плох.
Когда случится, разлад пойдет.
Бояре не договорятся.
Развалят Русское царство.
Давай мириться. Воевать нам с тобой
сейчас совсем не время.
-Говорено тебе уже,
не будет между нами дружбы.
-О царстве подумай.
Растащат же все, что Рюриковичи
веками собирали.
ВЗДЫХАЕТ
Ну хочешь ты эти пушки у англичан
покупать - пусть.
Но пойми, у нас сейчас
противник общий.
-Ты что про пушки вспомнил?
В долю захотел?
А понимание у меня имеется.
И понимаю я вот как.
Под седалищем у тебя припекло,
оттого ты ко мне и прибежал.
Пока...
Федор Иоаннович на троне,
то и ты при троне.
А как не будет его - так и ты
полетишь вниз кубарем.
В цари себе место наметил?
Только глаз хочет, да зуб неймет.
Не того ты роду-племени,
и сам это знаешь, оттого-то у нас
этот разговор и случился.
Только просчитался ты,
Годунов, если подумал,
что я сына Федьки Кривого
на трон посажу.
-Говори.
-Теперь я лично прослежу
за поимкой беглого янычара
и вашей невесты.
Думаю, что скоро смогу
порадовать вас доброй вестью.
-Мне нравится твое рвение, Гафур.
-И еще. Верные люди из России пишут,
что русский царь Федор тяжело болен
и вряд ли переживет зиму.
Это нам на руку в будущей войне
с Русским царством.
-Ты удивительно быстро успел
обзавестись верными людьми, Гафур.
Но займись для начала
поисками беглецов.
Получишь все, что необходимо.
Ступай.
Я сказал, что мне нравится
твое рвение, Гафур.
Но не бери на себя больше,
чем сможешь унести.
-Ты местный?
-Да, господин.
-А пришлых в последние дни не видел?
-Что-то не припоминаю.
-Их двое, мужчина и женщина.
Оба беглые рабы великого султана.
Припоминай.
-Не видел.
-Идем скорее.
-Эй! В деревне пришлых не было?
-Были двое, господин.
Мужчина, и с ним мальчик.
Останавливались на постой
у Георгиоса, а утром они ушли
вон в ту сторону.
-Если бы мы были в Англии,
я бы предложил вам бокал хереса,
но здесь, увы, только розовая вода.
-Благодарю.
-Рад видеть вас наконец в своем доме,
дорогой Мурад-паша.
-Меня трудно удивить, но, признаюсь,
ваше приглашение стало для меня
неожиданностью.
-Визирь Хасан как-то сказал,
что Блистательная Порта - это мост
между Востоком и Западом,
что османы всегда будут
немножко тем и немножко этим.
-Досточтимый лорд,
позвольте дать вам совет.
Упоминать имя преступника
Османской империи
не следует.
-То есть...
вы не согласны с его суждением?
-Именно так.
Не согласен.
Блистательная Порта сегодня
центр мироздания.
Мы закончили расширять границы
наших владений силой оружия.
На смену жестокому веку
должен прийти век...
благоденствия и процветания.
-Боюсь, его величество султан
с вами не согласится.
Или вы готовы оспорить его решение
воевать с Россией?
-Победы можно добиться,
не используя оружие, лорд Трэйвел.
-Пушки, обещанные моей королевой,
прибудут в Порту до конца года.
Сопротивляться этому бесполезно.
Но вы можете стать тем человеком,
который поможет мне донести
эту благую весть вашему султану.
-Хм...
С подобным предложением вы могли бы
обратиться к визирю Гафуру,
как достойному продолжателю дел
своего дяди.
-Я имел удовольствие общаться с ним.
Он не тонок и не слишком умен.
-Уверен, вам хорошо известно,
что я всегда выступал против войны.
Вы предлагаете мне предать
собственные убеждения?
-Убеждения? Бросьте.
Вы же политик.
-Что это?
-Ваша доля.
В случае если вы согласитесь помочь
мне с доставкой оружия и пороха
от моей королевы вашему султану.
Я надеюсь, вы примете...
единственно верное решение,
дорогой Мурад-паша.
ТРЕСК КОСТРА, СТРЕКОТ ЦИКАД,
РЖАНИЕ ЛОШАДЕЙ
-Выпьешь? Хорошее вино.
-Ой! Хозяин, твой Якташка здесь.
-Тьфу ты! Шайтан тебя раздери!
А ну, пошел!
-Зачем гонишь Якташку, хозяин?
Якташка хороший.
Якташка хороший, хозяин.
-Иди, я сказал!
Слабоумный бродяга прибился
к каравану. Хозяином называет.
Какой я ему хозяин?
И зачем он мне?
НАПЕВАЕТ
НАПЕВАЕТ
-Эй! Что за песня? Османская?
-Нет.
Ее отец пел. Он не из этих мест был.
-А теперь где ваш отец?
-Погиб.
-Где Петька? Идет арба.
Скоро будет ураза.
Якташку забыли.
Забыли.
Караван ушел.
Хозяин забыл своего Якташку.
А Якташка знает, куда бежать.
Он найдет хозяина.
-Пойдешь этой улицей, увидишь
по правую сторону дом с изразцами.
Хозяина зовут Ари.
Там можно переночевать.
Я договорился.
-Спасибо.
-Дорога к Елеонской горе... там.
Пусть Аллах сделает легким ваш путь.
-Идем.
-Я бусы у купца забыла.
-Жди здесь.
-Аллах свидетель,
в прошлый раз я отдал все,
что был должен, и даже сверху.
-В прошлый раз ты должен был
за прошлый раз. В этот раз
ты должен за этот.
Не заплатил - значит, украл.
Знаешь, что делают с ворами?
-Я знаю, что делают с ворами.
Волею султана ворам отрубают руки.
-Я тебя отблагодарю.
-Не надо.
Прощай, купец.
-Молодой, крепкий, глаза светлые,
волосы русые, не из осман.
Клянусь Аллахом, четверым досталось.
Бежали сверкая пятками.
Теперь не сунутся. Я ему
всем обязан. Жизнью, товаром!
-Купец!
Твой спаситель - мой лучший друг.
Я его ищу. Где он?
-Он остановился на ночлег у Ари.
Пойдешь по этой улице,
по правой стороне, дом с изразцами.
Ушел и даже ничего не попросил.
Спасибо ему.
-УзнаЮ Али.
-"Я напал на след Али.
Невеста султана с ним.
Нужны обещанные вами люди.
Буду ждать их в таверне
у западных ворот Ашдода".
-Вели седлать лошадей.
Султан будет доволен, дядя.
Скоро мы получим то,
чего так долго ждали.
ПО-АНГЛИЙСКИ:
-Вот и все, Уильям.
Обещанные Мехмеду пушки
прибудут в Стамбул
до конца месяца, а значит, уже
весной османские и русские дикари
начнут убивать друг друга.
Вы узнали, когда отправляется
ближайший корабль?
-Да, сэр.
"Святой Леандр" отправится
сегодня на рассвете,
следующий - через три дня.
-Нет.
Нет. Три дня...
эта информация ждать не может.
Ступайте в порт и передайте ларец
капитану "Святого Леандра".
-Прямо теперь?
-Да, именно так.
Королева ждет вестей от нас,
и нам не следует испытывать
ее терпение.
-Господин...
Дай Юзману монетку.
Юзман купит себе поесть.
Ну дай монетку, господин.
Дай Юзману монетку.
-Пошел прочь!
-Господин!
-Что вам от меня нужно?
Я дам вам денег.
Я служу британской короне.
Если вы меня убьете...
-Вы убили его.
-Нам пришлось.
У него было оружие.
-Плохо.
-Вероятно, он нес это в порт.
-Заберите кошель,
снимите перстень -
пусть выглядит как грабеж.
Уходим.
Как ты и просил, мои люди
следили за домом посла.
Этот ларец англичанин спешно нес
в порт. Ключа при нем не было.
-Ты собери меня в дорогу,
а я посплю дотемна.
-Отдыхай.
-Посол британской королевы
Элизабет лорд Трэйвел.
-Я принял дары твоей королевы.
-Моя королева в исполнение
достигнутых договоренностей
просила известить:
обещанное ею оружие
уже готовится к отправке
и скоро прибудет в Стамбул.
-Это наш подарок твоей королеве.
Нет драгоценного камня
крепче бриллианта.
Надеюсь, слово твоей королевы
подобно этому камню.
-Можете не сомневаться,
ваше величество.
Да... Великий султан,
позвольте обратиться с просьбой.
-Ты удостоен чести говорить со мной
как посланник британской короны
и смеешь просить что-то для себя?
-Я прошу вашу милость
о справедливости. Мой секретарь
был ограблен на улицах города.
По моему поручению он должен был
передать на корабль,
отправляющийся в Англию, ларец,
предназначенный для моей королевы.
Теперь ларца нет.
Я верю в вашу справедливость
и взываю к вашему всемогуществу.
-Что было в ларце?
-Я не могу говорить об этом
ни с кем, кроме моей королевы.
-Ты говоришь с падишахом.
От меня не может быть тайн,
особенно у того,
кто явился с просьбой.
-В ларце - бумаги.
В них нет ничего,
что бы могло навредить.
Просто мой отчет
перед ее величеством.
-Я услышал твою просьбу. Мурад-паша,
отведи людей. Пусть найдут вора
и накажут. Похищенное имущество
вернуть хозяину.
-Повинуюсь, мой падишах.
-Воров обезглавить. А ларец,
если найдется, доставить мне.
-Слушаюсь.
-Хочу знать,
о чем этот льстивый червь
доносит своей королеве.
ЛЯЗГ ОРУЖИЯ И КРИКИ
КРИЧИТ
-Я выполнил твой обет, батя.
-Смотрите!
-Это какой-то бродяга.
-Стой, нищий! Стой!
Что у тебя в мешке?
А ну, покажи! Эй! Стой!
КРИЧИТ
ПРОТЯЖНЫЙ КРИК
-Ну что там, Фархат?
-Труп в расщелине.
Я не полезу.
-Ладно. Одним бродягой меньше.
ГРУСТНЫЙ НАПЕВ
-Далеко еще?
-Потерпи, уже скоро.
-Может, мы не туда повернули?
Может, не туда идем?
-Здравствуй, отче.
-И вы будьте здоровы.
-Мы ночлег ищем... и убежище.
-А от кого бежите?
-От людей чужой веры.
Нам сказали, что где-то здесь
есть монастырь, в котором можно
от осман укрыться.
-Да. Монастырь Святых апостолов.
Мы принимаем всех гонимых османами -
во славу Господа нашего
Иисуса Христа.
Следуйте за мной.
-Пошли.
-Благодарим, отче.
-Угощение скудное.
Мы живем просто.
-Мы непривередливы.
КАРКАЕТ
СТОНЕТ
-Отче наш, Иже еси на небесех!
Не за себя прошу.
Пошли милость свою...
ПЕСНОПЕНИЕ
-Когда Иисуса повели на казнь,
стражники рыскали в поисках
учеников его, чтобы предать их
смерти, но Господь уберег апостолов.
Они укрылись в пещере и сумели
спастись, чтобы затем нести
веру Христову по всему свету.
Пещеры эти люди почитали
святым местом - так и появился
наш монастырь.
Османы нечестивы,
но они не отваживаются
посягать на эту святыню.
-Отче!
Отче!
Там...
-Что?
-Там...
-Клади.
-Это же отец Климентий.
Это же мы с ним...
-Возвращайся в укрытие.
И следи за дорогой.
Глаз с тропы не спускай!
-А кто этот Климентий?
-Друг.
ГРОХОТ
-Говори.
ПЫТАЕТСЯ ОТДЫШАТЬСЯ
-Я бежал полночи...
и уже сутки ничего не ел.
-Где гяур и невеста султана?
Ты зря испытываешь мое терпение.
Говори!
-А ведь султан покарает и тебя,
Гафур, если мы не приведем беглецов.
Только я знаю, где они.
Так что прикажи подать еще мяса
и жди, пока я не наемся.
-Ты уже насытился. Поднимайся.
ПОДГОНЯЮТ ЛОШАДЕЙ ОКРИКАМИ
-Быстрее! Надо до рассвета
достичь подножия скал.
ДОНОСЯТСЯ ПЕСНОПЕНИЯ
-Тебя зовет настоятель.
БОРМОЧЕТ СЕБЕ ПОД НОС
-Раны глубокие.
Из него вышло много крови.
-Господь призывает
отца Климентия к себе.
-Он один был?
-Один.
По камням полз весь в крови.
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Слава богу... Мешок...
Мешок где? Мешок...
-Отец Климентий, ты меня узнаешь?
-Пусть все уйдут, Алеха.
Алексей, пусть все уйдут!
-Кто тебя так?
-Неважно теперь...
Время дорого...
Послушай внимательно, Алексей.
В мешке... ларец. Грамотки там.
Грамотки...
-Отец Климентий!
-Пить...
-Воды!
-Пить... Пить...
-Но... ему нельзя пить,
это его убьет.
-Принеси воды.
-Пить...
Пить... Английский посол...
грамотки эти в Лондон отправлял.
-Какой?.. Какие... какие грамотки?
О чем ты?
-Там про войну все.
Если... Борис Федорович...
эти грамотки получит,
можно многих бед избежать.
Доставь! Ларец Годунову доставь!
-Я в бегах.
-Я Господа молил, чтобы дал человека,
который дело начатое закончит.
Он мне тебя прислал.
Кто мы, Алексей, чтобы перечить Ему?
Доставь!.. Ларец Годунову доставь.
Именем Христовым... доставь.
ОБЕССИЛЕННО: Доставь...
-Отец Варфоломей,
там османы на дороге, много!
Все с оружием.
-Сам молчи, Романов!
Ты вообще не Рюрикова корня.
КРИКИ, БРАНЬ
-Она совершенно здорова.
Здорова телом, госпожа,
а душу врачевать я не умею.
-У Шуйского прав больше всех
на трон.
-Откуда это?
-По... посетитель оставил.
В уплату.
-У его величества султана Мехмеда
появилась большая личная обида.
-"Готовьтесь к войне.
Как только придут английские пушки,
мы выступаем".
-Самое разумное сейчас - бежать.
-Я никогда ни от кого не бегал.
-Печатка смазана.
-Зато подпись ясная.
Грамота истинная. Я руку государя
ни с чьей не спутаю.


Серия 12

ГОМОН ГОЛОСОВ
-Ну как наш батюшка-государь?
-Благоухание по опочивальне
разлилось, не чуете разве?
Святой наш государь-батюшка
Федор Иоаннович. Как есть святой.
-Тихо!
Столпились как коровы на водопое.
Государь умирает, а вы...
Пошли вон!
Не ясно?
А ты что встал?
-Меня за патриархом послали.
-Ну так иди.
ЦОКОТ КОПЫТ
-Стой!
Дальше пойдем пешком. И тихо.
-Помилуй мя, Боже, по велицей милости
Твоей, и по множеству щедрот Твоих
очисти беззаконие мое.
Наипаче омый мя от беззакония моего
и от греха моего очисти мя;
яко беззаконие мое аз знаю,
и грех мой предо мною eсть выну.
Тебе eдиному согреших
и лукавое пред тобою сотворих,
яко да оправдишися во словесех...
-Неужто и вправду святой?
-Собор решит.
Государь наш - Божий человек.
-Кто святому государю унаследует,
на того часть святости падет.
-Нашел время о новом царе говорить.
-Тебе-то какая печаль,
Борис Федорович?
Мы, Рюриковичи,
между собой разберемся,
кому нашей державой править.
-...и ныне, и присно,
и во веки веков. Аминь.
ВСКРИК
-Отмучился.
-Покойся с миром,
раб божий Климентий.
-Прощай, отец Климентий.
Царствие с тобой небесное.
-Отец Варфоломей, там османы
на дороге, сюда идут.
Много, все с оружием.
-Я уверяю вас, что в нашей тихой
и скромной обители нет посторонних.
-Ты лжешь, монах.
Обыскать здесь все.
-Пойдете в Вифлеем через горы.
В горы не заходите - поймают.
Сперва пойдете на юг,
а у Вифлеема сворачивайте на запад.
Вам нужно идти в Ашкелон,
там много кораблей из Европы.
-Спасибо, владыка. И еще просьба
у нас к тебе с Аннушкой.
Обвенчаться хотели.
-Всякое может случиться,
нехорошо невенчаными умирать.
-Венчается раб Божий Алексий
с рабою Божией Анной.
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Аминь.
Венчается раба Божия Анна
с рабом Божиим Алексием.
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Аминь.
Благословен Ты, Господи Боже наш,
священнодействия таинственного
и чистого брака Совершитель,
и супружества телесного Законодатель,
непорочности Хранитель...
-Я вырежу тебе глаза!
-Наша обитель охраняется договором
между Ватиканом и Стамбулом.
Ваш султан будет разгневан,
если узнает,
что кто-то нарушил его закон.
-Я знаю, что они были здесь.
Говори, где они,
или мы перережем вам глотки.
-Оставь его.
То, что беглецы опять ушли, -
твоя вина. Ты арестован, Раджаб.
Догнать.
-Он нужен живым?
-Нет.
Дорога ведет в Вифлеем.
Если они действительно были здесь,
то пошли туда.
Уходим.
-Помоги, владыка. Стою перед тобой
как перед Господом и говорю:
не ведаю владыка, что делать дальше.
-Делай что должно, и будь что будет.
-А что должно?
Государь, брат мой, преставился.
Теперь распри за трон начнутся.
Не хочу.
Не хочу становиться причиной распрей
за трон Российского государства.
Он того не хотел.
-Сомнения твои понятны,
Борис Федорович.
-Уеду я, уеду.
-Куда уедешь?
-Не знаю, неважно. В Сибирь.
Навсегда, в добровольную ссылку.
Благослови, владыка.
-Душа государя нашего
на пороге райских кущ стоит.
Мне ее молитвой проводить надобно.
А ты, Борис Федорович,
ступай и делом займись.
-Все будет хорошо.
-Они везде.
-Все будет хорошо.
-Куда ставить, хозяин?
-Дай мне свои бусы.
-Зачем?
-Ты говорила,
что не снимала их даже в гареме.
Тем, кто нас преследует,
наверняка это сообщили.
-Нет. Это же...
-Знаю.
Но его подарок спасет его дочь.
-Капитан требует расчет.
-Уважаемый!
Нам с братом надо в Европу.
У тебя наверняка есть
знакомый капитан.
-Вам с братом сперва нужно
расплатиться за ужин.
-Здесь больше, чем за ужин.
-Пойдешь на берег, спросишь Джелала.
Его корабль завтра отплывает.
Скажешь - от Абделя.
-Это русский?
-Не знаю.
-Там, в городе, облавы,
ищут каких-то русских. Беглых.
-Ты мне ничего не говорил,
я ничего не слышал.
-Смоленский рубеж не достроили еще,
Саратов только заложили -
и уже горел два раза.
Нельзя, чтобы в такую годину
трон пустой был.
Для государства Российского нельзя.
-Одной души, за государство болящей,
мало, Борис Федорович,
чтобы на трон-то взойти.
-Все знаю, владыка.
Что это?
-Государь за седьмицу до кончины
грамотку написал, духовную.
Царство супруге своей Ирине завещал,
сестре твоей.
А меня, грешного, и тебя главными
советниками при ней просил быть.
-Печать и подпись государевы.
-А сегодня утром царица Ирина
волю свою явила.
В монахини постричься
под именем инокини Александры.
А грамотку мне отдала.
Я венец мономаший принять не могу,
сам понимаешь.
Так что...
по всему... трон твой.
Тяжелый венец на себя принимаешь.
Но да Господь милостив,
не по силам ношу не дает.
-Я визирь великого султана.
Ищу беглую невесту нашего повелителя.
И русского янычара,
который помог ей бежать.
-Я... Я вчера говорил
начальнику портовой стражи,
Улуку-эфенди, у меня не было
этих преступников.
-Тогда почему ты так трясешься?
А это откуда?
-А это... посетитель оставил...
в уплату.
-И когда это было?
-Может, три дня тому...
Я не помню.
-Так я тебе напомню.
Это было вчера.
-Их было двое - парень и мальчик.
У них не было денег,
и я взял жемчуг.
Они спрашивали про корабль,
который отправится в Европу.
Я назвал капитана Джелала.
И они ушли. Пожалуйста, господин,
можете оставить их себе.
Я не знал, что вы их ищете.
Пожалуйста, пожалуйста...
Я ничего не...
-Джелал!
-Джелал отплыл рано утром, господин.
-С ним были два попутчика?
-Боюсь ошибиться, господин,
но, кажется, вчера к нему подходили
какие-то люди.
-Можешь его догнать?
-Увы, господин,
я не закончил погрузку.
Но даже если бы мы и были готовы
прямо сейчас, я не выйду в море.
Посмотрите - будет шторм.
-Долго ты будешь от всякого шороха
вздрагивать?
-Пока домой не вернемся.
-Завтра вечером уплываем.
Я договорился.
Примерь.
Нравится?
Ну так надевай.
-Уплывем отсюда, тогда надену.
Пока уж лучше так.
Вдруг османы корабли проверять будут.
-Не будут. Не ищут нас здесь.
-Не ищут?
-Они твои бусы нашли.
Подумают, что мы последнее отдали.
Расспросили, куда мы направились.
Вышли на корабль,
который трактирщик указал.
А корабль уплыл.
-А если они не поверили?
-Я бы поверил.
-Ничего не выйдет, визирь Гафур.
Мы отправили три шхуны.
Сильный ветер, волна такая,
что ни одна из шхун не смогла
выйти из бухты.
-Мы возвращаемся в Стамбул.
-Самое разумное сейчас - бежать,
и как можно дальше, от гнева султана.
-Я никогда ни от кого не бегал.
-Государь Федор Иоаннович
царице Ирине престол завещал!
-Да она уже не царица, а инокиня.
На то Божья воля была!
-Лествичное право чтить надобно.
Кто из Рюриковичей
старший в роду ныне?
-Да молчал бы!
Лествица твоя истлела давно.
Сейчас не ордынские времена.
У князя Голицына прадед еще живой,
по лествице его на трон сажать надо,
а он уже под себя ходит.
-Сам молчи, Романов!
Ты вообще не Рюрикова корня.
Что ты тут рот разеваешь?
-Упросить царицу в мир вернуться!
-Ну что лаетесь, точно псы?
Наша свара весь мир потешит.
-Что, Василий Иванович,
сам шапку Мономаха решил примерить?
-Наш род подревнее
Даниловичей московских будет.
И ни Мстиславские, ни Трубецкие,
ни Голицыны с ним не сравнятся!
-Симеон Бекбулатович!
-Ополоумел?
Не бывать инородцу
царем на святой Руси!
-Угомонитесь, бояре!
Тут все высокородство
русское собралось,
а ведете себя
как бурлаки на постоялом дворе!
-То-то и оно, что высокородство!
Тебе здесь делать нечего,
сын Романов, пес Захарьевский!
ВОЗМУЩЕННЫЕ ВОЗГЛАСЫ
-Ты как смеешь?..
КРИКИ
-Деретесь?
-Тебя кто звал, Годунов?
-Далеко собрался, Борис Федорович?
-Что там, Василий Иванович?
-Печатка смазана.
-Печатка смазана.
-Зато подпись ясная,
не сомневайся, Богдан Яковлевич,
не сомневайся. Грамота истинная.
Я руку государеву
ни с чьей не спутаю.
-Это ценный подарок, Гафур.
Но он не стоит и тысячной доли того,
что ты обещал мне.
Это мой тебе подарок.
Ступай.
-Ваше величество,
вы посылали за мной.
-Мурад-паша, готовьтесь к войне.
Как только придут английские пушки,
мы выступаем.
Иди.
-Где украденный ларец? Говори!
-Сэр, к вам Мурад-паша.
-Нарушаете указ великого султана?
-Дом посла является
территорией государства,
которое он представляет.
Моя королева не запрещает вина.
-Вы слишком раздражительны,
дорогой лорд.
-А вы слишком радостны.
У вас есть повод?
Вы нашли этих злоумышленников,
готовы мне вернуть похищенные бумаги?
-Да, мы нашли похитителей.
-Ну тогда будьте так любезны
и верните мне мою собственность.
-К сожалению, не могу этого сделать.
Ларца с документами
у них не оказалось.
-Это то, что вас так радует?
-Да. Потому что теперь
наш султан не прочитает документы,
адресованные вашей королеве.
Но меня радует не только это.
Есть еще одна новость,
которая может обрадовать и вас.
У его величества султана Мехмеда
появилась большая личная обида,
следствием которой может явиться
война с Русским царством.
Теперь дело за вашими пушками.
И в этом свете мне бы хотелось
более подробно обсудить мое участие.
-Разойдись! Разойдись, говорю!
КРИКИ
-Отойди! Отойди!
-А-а!
-Ну все, все, мужики, что же вы такие
тугоумные? Чисто бусурмане.
-Прекратить!
Что здесь?
-Лазутчика поймали.
-Вижу, что поймали.
А ты?
-Я к Годунову шел.
Эти говорят: "Не пустим".
-И ты драться полез.
-Не для того я из самого
Царьграда сюда пер,
чтобы меня всякие там
лазутчиком называли.
-А зачем тебе к Годунову?
-Надобность у меня к нему.
И касается она только его ушей.
-Ну если надобность, тогда пойдем.
Вот, Борис Федорович,
привел тебе человека из Царьграда.
-Ассирийца?
Говори, что Клементий сказать велел.
-Ты Годунов?
Сказать ничего не велел - помирал он,
не до разговоров было.
А передать просил. Охрана у тебя
твердолобая, мешок порвали.
Что там?
-Посторонних убрать.
Вот ведь сивиец.
ШУМ ТОЛПЫ
Это переписка
английского посланника.
Это его руками
ее величество Елизавета
османов против нас к войне подбивала.
Шиш им с маслом, а не война.
Живо ко мне этого... Как его?
-Казак он, Алехой кличут.
-Посторонних, говорит, убрать.
Вот меня и выставили.
-Может, он не так сказал?..
Или ты не так понял?
-Да все тут понятно.
Он царь, а я кто?
Но посторонним меня...
Сундук этот тащил через полсвета.
-Ну и куда ты убег? Я за тобой
по всей Москве людей гонял,
пока нашли.
-А чего меня искать?
Вот он я.
-Вот и ладно.
Вот, держи. Благодарность.
Сослужил ты службу державе,
"казак, Алехой кличут".
-Я не за благодарность.
-Ну тогда оставайся при мне.
Государевой службы много.
Люди верные да бывалые
всегда пригодятся.
-Домой мне надо.
Больше года не был.
Отпустил бы ты меня.
-Лошадей и телегу дам.
А пока хочу знать...
Как ты во всем этом оказался
и как живым выбрался?
-Такое быстро не расскажешь.
-Рассказывай.
Время на то у меня есть.
-Дела...
-С этими бумагами мы теперь
с англичанами иначе говорить будем.
-Да, с таким резоном
войны мы, пожалуй, избежим.
Признаю, Борис Федорович,
прав ты был, когда от англичан
меня отговаривал.
Одно оправдание только остается,
что крепости твои
тоже пустой тратой были.
-Не пустой. Крепости строить надо,
и пушки нужны.
Только не у англичан их покупать,
а самим лить.
-К чему? Если османы
на нас не пойдут.
-Пойдут. Не османы, так ляхи.
Не завтра, так после.
Зови своих англичан.
Разговор у нас к ним имеется.
-А откуда ты такое сокровище достал,
Борис Федорович?
-Есть люди.
ПО-АНГЛИЙСКИ: Отчего вы встали
на рейде, капитан?
Можно было уже приступить
к разгрузке.
-Я уполномочен передать вам
послание ее величества, сэр.
-Что-то случилось, досточтимый лорд?
-Лодка ждет, сэр.
-Возникла небольшая заминка.
Я вынужден вас... оставить,
дорогой Мурад-паша.
-Что происходит?
Что я должен передать моему султану?
-Передайте, что пушек не будет!
Обстоятельства изменились!
-Подождите! Вернитесь!
Я требую объяснений!
-Ты обещал поставить ее на ноги
еще два месяца назад.
-Простите, госпожа,
она совершенно здорова.
Здорова телом, госпожа,
а душу врачевать я не умею.
-Ты поднимешься.
-Она может подняться прямо сейчас,
но трудно спасать тонущего человека,
если он твердо решил утонуть.
-Когда я был маленьким,
я хотел стать художником,
или поэтом, или музыкантом.
Мне казалось, что искусство -
самое прекрасное, что есть на свете.
А теперь не кажется.
Теперь я это твердо знаю.
-Я пришла к тебе
не как валиде-султан
к своему повелителю,
а как мать к сыну.
Мне есть что тебе сказать.
-Говори, мать.
-Ты бросил вызов Аллаху
и пролил слишком много крови.
-Крови не бывает много,
когда речь идет о предательстве.
-Кровь можно оправдать,
когда она пролита во благо,
а не тогда, когда ее льют
от бессилия.
Мне немало лет, сынок.
Я скоро предстану перед Аллахом.
И тогда Он меня спросит:
"Зачем ты жила?"
Ты знаешь, что я Ему отвечу?
-Что же?
-Я родила сына, который стал
самым великим правителем на земле.
-Это достойный ответ.
-Да. Ответ достойный.
Но мне хотелось бы,
чтобы он был еще и... правдивым.
-Тпру!
-Ах!
Чего смотришь?
-Ты, бать, прям как Стеша малая.
-Эх, Алеха! Не понять тебе
моего блаженства!
Потому не понять, что от станицы
дальше чем на 3 дня
ты никогда не отходил.
Возвращаться в родные места -
это, знаешь...
как дитю малому
к мамкиному подолу прижаться.
-Ну, чего улыбаешься, жена?
-Ты у меня как дите малое.
 

////////////////////////////