Осторожно Собчак. ЛИНДА VS ФАДЕЕВ: война за хиты 90-х (2026 год). Цитаты и фразы

Линда — одна из самых ярких певиц 90-х и один из самых успешных проектов Максима Фадеева. Спустя почти 30 лет их история превратилась в конфликт — с обвинениями, спорами о правах и попытками переписать прошлое. Это уже не про ностальгию, а про деньги, влияние и вопрос: кому на самом деле принадлежат хиты той эпохи? 0:00 Тизер 1:17 В локации, как в легендарном клипе «Ворона» 2:09 Напоминаем, чем известна Линда 3:21 Настраиваемся на интервью 4:22 Детство. Степи, ветра и горные хребты 5:25 «Принц и нищий» — любимая книга маленькой Линды 6:40 Привет Лене Ремизовой, которая буллила юную Линду 7:21 Реклама 9:28 Антисимметизм 11:48 Реклама 13:38 Личный водитель и охрана вместо метро. «Лихие 90-е» 15:34 Краш Линды 16:46 Папа Линды — один из богатейших банкиров своего времени 17:53 Начало карьеры. Юрий Айзеншпис, Фёдор Бондарчук 18:56 Что Айзеншпис писал о Линде в своей книге? 23:30 «Обычная провинциальная еврейская девочка, чем папа сильно поднялся?» 26:16 Реклама 27:37 Кто подарил Максиму Фадееву путёвку в жизнь? 31:24 Михаил Кувшинов. Как привёз из Кургана в Москву юного Максима Фадеева 35:13 Про «Кристальную музыку», которую создали для проекта Линда 35:56 Что так подкупило Линду в Максиме? 36:35 «Приехав в Москву, он голодал, ел голубей, делил одну картошку напополам с женой» 37:35 Подробности жизни юного Фадеева в Кургане 39:46 Отцу Линды пришлось «выкупить» Фадеева у омского бизнесмена? Правда и вымысел. 43:06 Едем на концерт в «16 тонн». Лучшие хиты Фадеева 44:35 Прайм эра с Фадеевым. Как случилась та самая химия? 46:28 Мистическая Линда. Образ, придуманный Максимом? 48:55 Как Линду обвинили, что она подсадила всю страну на наркотики? 54:37 Обращение Линды к Андрею Губину 58:04 «Максим — это всё. А всё остальное - это приложение к нему» 59:30 Самое безумное с гастролей 1:03:45 Обложка журнала «ОМ» 1996 г. Максим и Линда 1:04:50 Первые звоночки конфликта 1:06:40 Схемы манипуляций Фадеева 1:09:36 У отца Линды начался кризис. Как отреагировал Максим? 1:15:02 Отец Линды преследовал Максима Фадеева, бегущего в одних носках через границу? 1:17:42 Михаил Кувшинов. Про долю Фадеева 50% в «Кристальной музыке» и планы Максима на Тутту Ларсен 1:21:05 Марина Черкунова - двоюродная сестра Фадеева и солистка группы «Тотал». О начале работы с Максимом после Линды 1:25:05 Гамбит Фадеева. Линда «домогалась» до Максима? 1:28:07 Как Фадеев заполучил студию Линды в Германии? 1:30:00 Кранчики постепенно закрывались 1:33:19 Почему Линда не согласилась записать совместный альбом с Фадеевым? 1:35:40 Абсолютный момент счастья с Максимом 1:38:04 За час до концерта Линды. Почему не поёт все хиты Фадеева? 1:40:12 Обращение Линды к фанатам на концерте 1:43:22 За что Максим Фадеев должен попросить прощения? 1:45:48 Читаем посты Максима про Линду и права на песни 1:49:43 Михаил Кувшинов. Про обвинения Фадеева в подделке подписи. Движение прав на хиты. 1:54:30 Какую цель преследует Фадеев? 1:57:17 Про состояние отца Линды и почему он не сможет выступить в суде? 1:58:30 Арест Андрея Черкасова из «Джем». Повод для атаки? 2:03:20 Заявление в полицию на Кувшинова. Статья за мошенничество? 2:05:13 Говорим про благородство Фадеева. Глюкоза, Наргиз и «Тотал» 2:06:40 Марина Черкунова про письмо, которое получила от Фадеева 2:09:02 Жизнь без песен Фадеева 2:12:47 Оказавшись перед Фадеевым, что ты ему скажешь? Мир или война? 2:17:48 Про больного отца Максима, которому тайно помогла Линда 2:19:36 Марина Черкунова из «Тотал». Обращение к брату 2:24:00 Линда с отцом — Львом Гейманом. Письмо-пожелания родным

Все фразы и цитаты

Вам столик на одного.
Секундочку. А он не один. У него есть
счёт в точкобанке и круглосуточная
поддержка.
Счёт и бухгалтерия для бизнеса
бесплатно. Бизнесу быть точкабанк.
Что именно тебя подкупило в Максиме
Фадей? Он голодал, ел голубей, делил
одну картошку наполам с женой. Все права
на музыку были мошенническим образом
переписаны на другого человека. Почему
за все эти 30 лет от Максима не было
никаких претензий? Опиши тип этой
манипуляции.
Он пришёл к моему отцу и сказал: "Меня
домогается ваша дочь. Я вот такой
большой Максим Фадеев. Я всё это сделал,
а все лавры достаются моей подопечной".
и удовлетворить своё финансовое
благополучие, эксплуатируя болезнь моего
отца, который дал ему путёвку в эту
жизнь. За что, на твой взгляд, Максим
Фадеев должен у тебя попросить прощения?
Линда, привет.
Привет, дорогая.
Очень рад тебя видеть. Мы, как ты
видишь, готовились специально искали
помещение, как в клипе Ворона, объездили
всю Москву. Ну вот фабула HQ нам
помогла. Мы теперь здесь
очень близкая тема.
Мне кажется, важно в такой обстановке
поговорить про
твой творческий путь и про то, к чему он
тебя сегодня привёл.
Поехали.
Поехали. Линда, она же Светлана Гейман,
одна из самых загадочных певиц
девяностых и, пожалуй, самый узнаваемый
проект Максима Фадеева. Ворона.
Я ворона. Я ворона.
Мало огня. Мало. Мало. Мало. Мало. Мало
огня.
Северный ветер.
Северный ветер.
В саундтреке эпохи, где мистика,
телевидение и поп-культура смешались в
один большой миф. Тогда они называли
друг друга братом и сестрой, а их союз
считался идеальным. Проект строился на
деньги её отца. Под него создавалась
студия. Сам Фадеев, по сути, формировал
звучание и образ Линды. Спустя почти 30
лет уже не союз, а конфликт. Фадея
заявляет о подделанных подписях и
украденных правах на музыку. Команда
Линды о попытке переписать историю и
забрать то, что давно принадлежит им.
Это уже не просто ностальгия по
девяностым. Это история о деньгах,
влиянии, о том, кому на самом деле
принадлежат права на главные хиты той
эпохи.
Давай начнём с самого начала. Ты росла в
Казахстане, потом жила в Тальяте и потом
переехала с родителями в Москву. Где
тебе по-настоящему хорошо?
Начну с небольшой такой сонастройки для
самой себя, чтобы выйти из этой
вселенной в ту из текущего мира. в
абсолютную красоту,
в алфавитном порядке, замыкающем круг в
белых крыльях дракона. Попробую
выстроить цепочку
своей жизни, исходя из данной точки
моего понимания и моей осознанности в
этот момент.
А с самого начала
а я как-то определилась именно в
каком-то своём мироощущении, в своём
поле. возможно, куда меня и поместили, и
проявляя определённые качества в этот
мир, в зависимости от того, какой выбор
я делала и каким образом я эти качества
проявляла во внешний мир, и
выстраивалась как бы моя жизненная
система, мой сценарий жизни. Родилась я
в городе Кентау, это Казахстан. Это
бесконечные бескрайние степи ветра. Это
горные хребты, это табуны лошадей, это
звуки и
ритмы востока,
а это горловое пение, естественно, это
моя родина в данном воплощении.
Огромное влияние на меня оказывает
музыка. А не музыка в плане песен там
или, а именно звуки пространства. И это,
в принципе, сопровождало меня постоянно.
То есть всё-таки самое уютное место для
тебя это вот то место, где ты родилась
бескрайней степи,
ветер?
Это да, это мой дух. И это я всегда
мысленно сонастраиваюсь с этим местом.
Уже сейчас осознавая, как всё
происходит, как устроено наше мироздание
и что важно. Правильно я понимаю, что
вот если речь идёт про этот период
детства, твоя самая любимая книга - это
Принц и нищий Марка Твенна.
Ну, можно так тоже сказать.
Там есть цитата: "Сытый желудок немного
стоит, когда голодают сердце и ум. Это
применимо к твоей жизни?"
Я думаю, да, в какой-то степени как бы
отношения моей семьи
и совокупности, скажем, аспекты, которые
также прививала мне моя бабушка и также
мои родители, то есть мой отец, это я
всегда смотрела на него как
невероятной силой духа человек и воли. И
мама. Мама - это человек, когда нужно
было собраться, она собиралась
мгновенно,
принимала всегда правильное решение. То
есть вот тоже концентрация всех вот этих
элементов, э, которые, видимо, во мне и
расцветали.
Я хочу тебя процитировать. В Тальяте
прошли, наверное, лучшие годы моей
жизни. Такие бурные, интересные. Я там
жила недолго, 5 лет, но они запомнились
надолго. Но ведь в то же время в твоей
памяти навсегда осталась девочка по
имени Лена Ремезова, о которой ты
рассказывала в одном из интервью,
которая тебя огнобила, назвала тебя
Жидошкой и в четвёртом классе она в
десятом классе. Вот такой жёсткий булинг
ещё на тему национальности.
Да, было такое. У меня есть такая черта
характера, что я запоминаю только самые
позитивные моменты жизни. Даже если я
сталкиваюсь с какими-то трудностями, я
умею их как-то переварить в себе и
сложить их просто на полочку и просто не
трогать.
Ну, Лену Ремезову ты запомнила?
Я запомнила, да.
В бьюти индустрии есть такой культ: "Ты
должна всегда выглядеть отдохнувшей". То
есть в офисе или на переговорах обязана
выглядеть как после СПА? Мм, не очень
понимаю. Я предпочитаю выглядеть
энергичной, быть в ресурсе, в тонусе, а
не в вечном санатории. И мне для этого
нужны понятные, логичные решения. С
возрастом вопрос упругости и
эластичности кожи почти всегда сводится
к коллагену. Он меняется количественно,
качественно, и кожа это сразу
показывает. Именно поэтому линия
extraминг от Clarance давно стала
бестселлером. Она работает как раз с
коллагеном, накапливая его запасы в
коже, как на банковском счету. У линий
системный подход. Варианты дневного и
ночного ухода для разных типов кожи,
потому что днём и ночью она живёт в
разных режимах и требует разной
поддержки. В линии extraминг отранance
идея как раз в комплексной работе с
возрастными изменениями, а не в
маскировке последствий. В этом году в
Линии появился дневной крем с акцентом
на энергию кожи. Он делает
дополнительный фокус на том, как кожа
функционирует в течение дня. В его
формуле органический экстракт красного
женьшеня, который помогает клеткам лучше
обновляться и поддерживать защитный
барьер. Текстура здесь - это отдельный
акцент. Лёгкое суфле с мягким
перламутровым эффектом, которое быстро
впитывается, не перегружает кожу и
добавляет деликатное сияние. Она
выглядит живой и ухоженной, без
избыточного блеска. Ночной крем работает
как восстановительный этап, когда кожа
переключается в режим обновления. Такая
пара делает уход последовательным.
Поддержка днём и восстановление ночью.
Плюс кремы производятся в формате
рефилов. Баночка остаётся, меняется
только внутренний блок. Современный
экологичный и рациональный подход. Линия
Clarance Extra Firming - это
качественный уход без лишних обещаний.
Для тех, кто хочет продлить красоту и
молодость кожи. Подробности по ссылочке
в описании.
Значит, город Тальяти. Естественно,
приехала семья и там какой-то именно ту
местность, где мы проживали. Проживали
мы на Коммунистической улице. Это,
конечно, никаким образом не связано с
этим аспектом. В принципе, всё
складывалось очень здорово. Как я помню,
для меня как бы новое место. И тут
Светлана Гейман, твоё настоящее имя,
идёт в школу советскую с
коммунистической улице пешком с
портфельчиков. Да.
Что происходит там? Твоё первое
столкновение с антисемитизмом?
У меня семья сыльная, то есть бабушка с
четырьмя детьми, голод, бомбёжки.
Сослали их на свинцовые рудники. А
отец моего отца, ну, то есть муж бабушки
расстрелян. за донос. А донос он
занимался пишущими машинками, вот эти
печатные машинки, и собирал детали для
них. И для этого часто выезжал в Москву.
Написали дано, что вот такой-то,
такой-то Исакович, фамилия уже
определённая. Вот он ездит и что-то там
мутит на стороне.
Это сталинские времена, я правильно?
Это сталинские времена, да. Вот. И
поэтому любое слово, которое я слышала,
ну, там против евреев, там вот жидовка
пошла, вот она там, ну, я как бы
вставала в позу защиты
как бы своей семьи. Ну, естественно,
завязалась драка, когда я услышала это
от вот этой прекрасной девушки Елены. В
общем-то, мы с ней и подрались
нормальненько, так с кулаками. Вот. Да,
вечером её родители пришли к нам домой.
У неё своя версия, что ни с того ни с
сего как бы это произошло. Ну и как бы
когда отец услышал то, что происходит,
то он прекрасно знает, что, ну, уверен в
моём воспитании, как бы, знает, что
просто так на ровном месте мне не
стукнет в голову кидаться на человека.
Ну, и как-то потом, как ты знаешь,
наоборот, поменялось всё местами. И, а,
еврейская, скажем, атмосфера, наоборот,
она приветствовалась.
Принято считать, что выпадение волос -
это про витамины, шампунь или генетику,
но чаще причина в напряжении и
изменениях в организме, которые
накапливаются не за один день. И пока вы
экспериментируете с репейным маслом или
надеетесь, что всё само восстановится,
волосы продолжают редеть. Специалисты
считают нормой выпадения от 50 до 100
волос в день, но на фоне постоянного
напряжения эта цифра легко выходит
из-под контроля, поэтому ждать плохая
стратегия. Здесь нужен системный подход.
Я в таких случаях выбираю продуманное
решение. Ну, например, сыворотку от
выпадения волос селенцин минексага. Она
помогает уменьшать выпадение и
стимулировать рост новых волос. Но за
счёт комплексного подхода, а не просто
одного активного компонента. Здесь
действительно продуманный состав.
Формула построена на сочетании трёх
комплексов, каждый из которых работает
над своей задачей. Комплекс Минексага
улучшает микроциркуляцию и создаёт
условия для роста новых волос. Пептидный
комплекс помогает работать с источением
и снижением густоты. Витаминный комплекс
с Омега отвечает за качество волос по
длине. Они выглядят более плотными и
ухоженными. То есть это не про намазать
и забыть, а про нормальную системную
работу с волосами. Плюс практичный и
удобный формат: флакон с пипеткой.
Сыворотку можно спокойно наносить прямо
на кожу головы без лишних манипуляций. И
важный момент, нет синдрома отмены, а
значит, можно использовать курсами. На
результат это не повлияет. Селенцин -
источник силы и красоты ваших волос. По
моему промокоду Ксения 03 скидка 10%.
Ссылка в описании.
Ты переехала в Москву. Дальше ты
попадаешь в школу, где класс всего
восемь человек. Папа уже крупный банкир,
богатейший человек своего времени. И
твоё любимое метро сменяется на машину,
охрану и минус твоё личное пространство.
Были ли конфликты с отцом на эту тему,
что, мол, папа, я хочу быть вот как все
остальные подростки, ездить на метро,
курить за школой и не смотреть, что у
меня за спиной охранник.
Ну, как таковых конфликтов не было, и я
предпочитала путь обхода этих
конфликтов. Убегала раньше времени со
школы, выходила из чёрного хода своим
ходом.
Вспомни какую-нибудь самую безумную
историю из девяностых. Были моменты,
когда ты, не знаю, боялась за жизнь
отца.
Был такой случай. Я возвращалась со
школы, как раз подъезжая к дому, и дом
окружён десятками чёрных машин. В центре
стоит, э, машина моего отца.
Вот. И я понимаю, что-то происходит,
потому что люди как бы, ну, непростые,
скажем так. Вот. Ну, идёт какая-то
внутренняя беседа внутри машины. Я
просто стою и наблюдаю за всем этим. Я
была, конечно, очень напугана.
Ты тогда испугалась, что это машина
увезёт его куда-то и всё? И
ну, конечно, было совершенно некомфортно
в виде, сколько людей, сколько машин и
отец один.
А у тебя у самой не было вот такой
бандитской романтики? То есть твой краш
- это обязательно мужчина в хмурой
кожаной куртке, на вишнёвой девятке.
Вот. И с торчащим пистолетом из-под этой
курткой, с ремнём Версачи, если он ещё и
успешный бандит.
Нет,
не было
никогда.
Какие мальчики нравились тогда вот в
совсем молодой Линде, там
шестнадцатилетней?
А мне нравился Робин Гуд.
Ну подожди, Робин Гуд как он выглядел?
Вот как он выглядел, да? А ты не видела
фильм вот самый старый? Я вообще очень
была под под впечатлением той старой
форматике фильма
и вообще фильмов того времени очень
старого.
Я не помню просто.
Длинные волосы.
А вот так,
а такой греческий формат лица какой-то
такой, не знаю,
так
сильный, ээ, свободный.
А из певцов может быть кто-то нравился?
Из эстрады того времени? Я любила м
Питера и Гбрила. Вот просто обожала со
всех сторон и музыкальные, и внешне. И
мне импонировала Genesis группа и Бьёрк.
Это вот два
неплохой вкус. То есть ты уже даже в то
время слушала такую крутую музыку. То
есть вся эта группа технология
Сташевский это обошло тебя стороной. Да.
Ну, ну да, наверно.
Счастливый человек, воспитанный в
хорошей вкусовой семье.
Твой папа Лев Исакович Гейман, он
строгий и авторитарный человек. Судя по
тому, какой сложный путь он прошёл с
самого детства и до самого своего
становления, начинал он просто простым
электриком. Когда в Москву переехал, он
был директором завода ЗВИ. Ему очень
нравилось именно создавать схемы.
Например, если когда он занимался
банком, он создал свою банковскую
систему.
То есть практически Теньков того времени
придумывал новый механи.
Да, да, да, абсолютно чётко.
Такая семья, папа банкир, казалось бы,
вот дочь должна идти в финансы,
думать о том, как она потом возглавит
папину империю. Но ты выбираешь
совершенно другой путь, хочешь стать
звездой шоу-бизнеса, хочешь заниматься
музыкой и поступаешь в Гнесинку. Вот как
формировался внутри тебя этот выбор?
Я понимала, что один из самых главных
языков моего общения с внешним миром -
это музыка, это звуки. Я совершенно не
стремилась ни в какой шоу-бизнес,
но попробовать, как я понимаю, сразу
решили по-крупному. То есть наняли Юрия
Азишпица, который на тот момент супер
успешный продюсер.
Ну, тут, скорее всего, не налинили,
просто Юрия Азишпис обратился к отцу,
они делали какой-то совместный проект.
Папа знает, чем я начала заниматься. И
вот произошло как бы знакомство с Юрией
Шмельвичем. Прекрасный, весёлый человек
был. Да, я его тоже хорошо очень знала.
Первая твоя работа - это девяносто
третий год, Игра с огнём. Клип снимает
сам Фёдор Бондарчук.
Юрий Шмельч всё это продюсирует. То есть
это сразу, давай так, заявка на
супервысокий взлёт. Но такого суперус
успеха ещё после первого клипа нет.
Недолго вы поработали с Юрием Шмельвичем
и расстались. Почему? А мы, в принципе,
и не договаривались ни о какой работе.
Давайте снимем клип, а там посмотрим.
Правильно.
Ну, для него, наверное, это какое-то
тестирование было для Юрияшмилича.
Подготавливаясь к этому интервью, я
перечитала его книгу. И вот что он
рассказывает
о периоде работы с тобой. Уж извини,
если там не всё будет приятно, но мне
кажется, тут важно всё это
разложить по полочкам. Что вот пишет
Юрий Айзеншпиц в своей книге? Я успел
немного поработать с певицей Линдой.
Думаю, что если её кто и помнит, то по
песне про ворону. А тогда мне позвонил
её папа Лёва Геймон и уверенно сказал в
трубку, что его дочка весьма талантлива
учится в Гнесенке на вокальном
отделении, будет звездой эстрады.
Угу. Что ж, познакомиться с
потенциальной звездой всегда интересно,
особенно если её папа банкир. Мы
встретились, и выяснилось, что Линда
обязательно хочет петь дуэтом со своей
подружкой Ларой. В будущем эта Лара,
кстати, написала много песен, в том
числе и Пугачёву, и Киркорову. Вначале я
не мог понять, зачем нужна подружка, а
потом разгадал незатейливый секрет
Линды. Она оказалась настолько
закомплексованной, что как огня боялась
сцены. Вот ей требовался компаньон по
выступлению, дабы одной не так страшно
было. Но я убедил богатого папу, что
раскрутить дуэт сложнее. Почему-то
именно так я считал. Линда приходила на
пробы. Я просила её снять пальто, а она
пряталась за шкаф, за стол. Но настоящая
белая ворона. Линда носила длинные
волосы и не могла связанно говорить.
Обычная провинциальная еврейская
девочка, чей папа сильно поднялся. Вовсе
никакой не талант. Просто девчонка
хотела петь. А в училище, естественно,
почувствовав вкус наживы, стали её
записывать суперталанты. Просто
разводили родителя с явно корыстными
целями, чтобы он нанял дорогих учителей.
Я же сразу заявил, что никакая она не
певица и надо много работать, а все эти
комплименты просто чушь. Папа обижался
за свою коровиночку, но, наверное,
ощущал мою искренность и правоту. За
полгода нашей деятельности мы записали
ряд песен и передач ТВ. Проект понемногу
выстраивался, но тем временем от
непосильного груза музыкальных
инвестиций Лада Банк, похоже,
обанкротился. А потом пришёл Макс Фадеев
и забрал последнее. И сумел всё-таки
что-то слепить, протолкнуть Линду на
экран, используя дружбу с Эрнстом. На
пластинке, кстати, 70% вокала вообще не
её. Сейчас у Линды третий заход. Папа
взял в продюсера Пригожина, у которого
хорошие связи с русским радио Records. И
ушлый Иосиф умудрился втюхать туда её
песенки, хотя и явно не форматные. Ну и
дай им бог удовольствие, ведь бизнеса в
этом как не было, так и нет.
Слушай, ну здесь обижает наверняка. Нет,
не это не обижает, но просто здесь нет
ни слова правды. Я точно скажу, о каком
Пригожине речь идёт, я понятия не имею.
Лада банк не обанкрачивался.
То есть у папы был сначала Ладабанк,
потом этот Ладоанк стал ИПА покомбанком.
И финансовый кризис наступил в девяносто
восьмом году. А
это гораздо позже.
Гораздо позже, конечно. Когда мы
начинали работать с Фазеевым, папа
наоборот выстроил полную структуру, и он
был главным архитектором проекта Линды,
кто создал и, в принципе, дал
возможности всему этому состояться. То
есть мы с Фадеевым проработали 5 лет с
девяносто четвёртого года по девяносто
девятый. Его такие оценки по поводу
некой подружки, это вообще
Я не знаю, о чём эта речь. Реально, я не
знаю. У меня никогда не было. Я не знаю.
У меня была подруга Лара. Действительно,
это ещё в школьное время.
Гнесинке никакого отношения, как бы, ну,
она училась, мы вместе с ней учились, но
желание хотела с ней до этого?
Нет, никогда в жиз у неё абсолютно своё
направление было. И она работала по
направлению в стиле Жаны Агузаровой. Ну,
то есть она уже определялась там. И,
по-моему, даже аранжировщик
Жаны Агузаровой. Ну вот где-то в этом,
да, с ней работали. У меня было
совершенно неопределённое поле. Мне
хотелось связать свою жизнь э с той
гармонией, которую я чувствовала внутри.
Ну то есть это этника. И я как бы была
помещена большими своими улыбками и
ошибками в структуру и матрицу как бы
начального вот этого шоу-бизнеса,
главой которого являлся Юрий Шмильч. Но
вот эта оценка, обычная провинциальная
еврейская девочка, чей папа сильно
поднялся, ей все завирали, что она
талантливая, чтобы папу раскрутить. Это
же, наверно,
слушай, ну я же не могу сейчас
оправдываться за его слова. Это его
видение, его ощущение. Наверняка это же
слышать очень неприятно, потому что, ну,
я сама человек, который, знаешь, ты
стараешься, что-то делаешь, всю жизнь
работаешь, а тебе всё равно говорят: "Ну
понятно, это всё ей папочка, значит,
оставила на голубой коёмочке, на
блюдечке".
Ну, понимаешь, это их уровень, это их
вибрация. Я не хочу присутствовать на
уровне этих вибраций. Я знаю, какие у
меня вибрации. И я понимаю, что если бы
всё сказанное было подтверждено,
а, ну, в как в этой книге, ну, наверное,
Ксюша, я бы не сидела сейчас здесь. Я бы
все эти 30 лет не создавала бы песни,
которые пишу уже много лет сама, как бы.
Ну, и это моя энергетика, это мой как бы
образ жизни, который складывался. И
когда отец как бы уже не имел
возможности всё это содержать и
помогать, мы начинали просто с чистого
листа, не имея ничего.
А, и я могла выйти на центр вселенной и
отжаться на кулаках, как мне это надо
было. То есть я собиралась и делала.
Ну вот сейчас, глядя назад, как ты
думаешь, почему не случилась вот этой
химии с Изншпицами? скажем так, химии и
не начиналась, потому что, ну, мы оба
понимали, что, видимо, по крайней мере,
то, что предлагал мнешпис, я попробовала
сделать.
И я не чувствовала себя в этом
комфортно. Но поскольку эта система
диктовала, что ты имеешь в виду образ
Мадонны в этом клипе, да? что нужно
сделать такой шаг, а потом посмотреть
школьное время как бы м не ну совершенно
не ориентировалась в этих пространствах,
а тут такой мостовитый
продюсер, как бы знающий толк и знает.
Ну, естественно, я прислушивалась к
тому, что мне как бы говорили. Но это
для меня тоже был определённый опыт,
который поставил точку навсегда и сказал
внутренний голос, сказал, что всё, нет,
это невозможно. Ты это попробовала, ты
понимаешь, что в этом ты никогда не
долго не задержишься.
С Пригожиным у тебя был какой-то? Я
никогда в жизни в своей не встречалась,
не пересекалась. Мы не даже никогда не а
ну как бы мимо друг друга не проходили,
чтобы сказать просто: "Здравствуйте". Ни
разу в жизни.
Выбирать мебель для новой квартиры -
это, безусловно, увлекательно. Bocкарум
- это российский премиальный бренд. У
Bocкарум интересная история. Они выросли
из студии интерьерного дизайна, поэтому,
видимо, и знают, как на самом деле
должны выглядеть вещи, которые можно с
гордостью показывать гостям и с
удовольствием видеть самому. С первого
дня они работают без компромиссов.
Только максимум качества и современные
технологии. А вот причина, по которой я
сюда приехала в этот раз. Airblade.
Первая парящая кровать без ножек.
Выглядит как абсолютно инженерная магия.
Кстати, за неё Bка Room получили
международную премию Red Dot, выше
которой в мире дизайна просто нет.
Дизайнер Михаил Шапошников полностью
переосмыслил идею кровати, убрал всё
ненужное, и она буквально воспарила.
Здесь форму задаёт не основание, а сам
матрас. Как? Наверное, я могла бы
узнать, но, знаете, не хочу портить
впечатления. Достаточно того, что это
работает и выглядит просто невероятно. И
это не артобъект, а реальная мебель.
Могу доказать. Если вы тоже в процессе
ремонта или обустройства квартиры, есть
смысл Bка Room увидеть вживую. Как
видите, это не просто мебель, это
дизайн, инженерия и отличный вкус. Я
свой выбор уже сделала, а вы переходите
по ссылке в описании.
В наши дни Макс Фадеев такой авторитет
с репутации очень скандального, но очень
талантливого продюсера. С одной стороны,
очень много историй его разных разборок
с его же протежей и его же продюсерскими
проектами. С другой стороны,
профессионалы говорят: "Ну, всё равно,
как композитор, он один из лучших". Меня
поразила история,
если я не ошибаюсь, что вообще твой папа
привёз его из Кургана в Москву и, по
сути дела, стал продюсером Максима
Фадеева, потому что из неизвестности и
нищеты вытащил его именно твой отец. Это
правда.
Это девяносто третий год. И я в
разговоре с Фёдором
Бондарчуком узнаю, что есть какая-то
студия, где работают какие-то интересные
музыканты. Я знакомлюсь с Михаилом
Кувшиновым. А на то время Миша это уже
такой был
человек с опытом, скажем так. Человек,
который писал первые альбомы Цоя.
Угу.
А работал с с Валерой Леонтьевым.
был студийным его звукорежиссёром, также
был концертным режиссёром и студийным
режиссёром Сергея Крылон.
Уже большой послужной список,
да. Одним из инициаторов, кто привёз
Макса в Москву, это был Михаил Кувшинов.
При знакомстве на студии я поставила
задачу, что я ищу хорошего
аранжировщика. Миша предложил мне
послушать работы Фадеева. Я послушала.
Мне
тогда ещё никому неизвестного.
Не, никому неизвестного, естественно.
Миша его привёз в Москву, устроил его к
себе на студию и делился с ним своими
контактами и давал ему, приводил, в
общем, как сказать, клиентов для того,
чтобы Максим
мог, ну, что-то, какую-то копеечку
зарабатывать, я так понимаю.
Я появляюсь на этом фоне, когда Максим
уже работает в студии, Миша мне
показывает его работы. С с первых секунд
я говорю, что да, мне интересно, мне это
созвучно, и я хочу работать, делать
аранжировку для вот той песни, из
которой я пришла. Максим делает
эту аранжировку. Дальше уже разговор за
разговором. У Максима есть очень
талантливая и замечательная черта
характера. Он входит в доверие просто.
А, и особенно у него это хорошо
получается, когда не особо опытные люди
перед ним в это доверие войти, в
общем-то, расположить себя, завязать
определённые контакты, в общем-то. И
меня этот человек реально обоял. То есть
я за него была готова, ну, просто, не
знаю, порвать глотку любому. Если кто-то
скажет какое-то нехорошее слово по
поводу моего как бы друга, талантливого
человека,
во всех интервью, которые того периода
времени, а происходили со мной, я не
говорила о себе, я говорила о Максиме,
какой он талантливый, какой
То есть это была такая настоящая
творческая влюблённость в талантливого
человека. творческая атмосфера на самом
деле была и те вещи, которые происходили
благодаря возможностям, которые давал
мой отец, благодаря огромной команде,
которая сложилась, и благодаря
стопроцентной отдаче каждого этому делу,
э, совокупность всех этих фактов, они и
сделали хороший результат.
Михаил, рада с вами познакомиться.
Взаимно, Ксения, очень.
Мы много говорили о вас с Линдой. Вот
расскажите. Как вы нам всем подарили
фигуру Максима Фадеюва?
А вся история началась с того, что
совершенно случайно как-то ночью по
телевидению увидел отборочный конкурс
Ялта 91,
на котором гостем уже выступал персонаж
по имени Максим Фадеев. Я, когда увидел
его, немножко остолбенел, потому что это
был абсолютный не формат музыки того
времени. Я в то время работал с Серёжей
Крыловым. И на следующий день же я
говорю: "Серёж, ты видел такого
персонажа, Максим Фадеев?" Он говорит:
"Слушай, он, по-моему, из Кургана. Мы
через пару месяцев туда на концерт
едем". Ну вот в Кургане и познакомимся,
если захочешь. И вот как та самая
американская история, да? Курган,
спальный район, пятиэтажка,
облезлый подъезд, дверь без звонка, стук
в дверь.
Открывает Максим Фадеев. У нас в пороге
стоит суперзвезда Сергей Крылов в яркой
одежде. И за плечом его такой вот
распокорный слуга Сергей у него
спрашивает:
"Ты Максим?" Тот такой: "Да, одевайся,
поехали, разговаривать будем". Так мы
познакомились
с Максимом Фадеевым.
Круто.
Мы дали ему понять, что
Курган вряд ли станет музыкальной
столицей России. Так, через какое-то
время
Максим переехал в Москву.
Это правда, что он жил у вас в квартире
первое время?
Ему негде было просто жить первое время,
и я с удовольствием и вся моя семья его
приняла.
Ну, это же про бизнес было или
это? Не про бизнес. Я вообще не про
деньги. Я про творчество и про
постоянное желание помочь. В то время
как раз тот же Сергей Крылов познакомил
с молодой начинающей командой Art
Pictures Group Федем Бондарчуком, Стёпом
Михалковым. И Феди Бондарчук просто
позвонил и сказал, что у нас поступил
проект съёмки клипа молодой певицы
Линды.
А песня хорошая, но там не очень хорошая
аранжировка. Может быть, что что-то
подумаете на эту тему. Дал координаты
Линди.
Она приехала. Мы познакомились, я дал
послушать ей материал Максима.
Мы взялись за эту аранжировку с
Максимом.
И, в общем, так произошло знакомство с
Линдой. И так родилась не то что идея, а
просто всё привело к тому, что я поехал
на знакомство Альвом Саквичем, мы с ним
поговорили, он сказал: "Ну, давайте
попробуйте. Вот у Юрия Шмильвича не
получилось, может у вас что получится с
этим". Главное, что Светки всё очень
нравится. Договорились об условиях.
старта попробовать и начали работать в
студии. Наблюдая за тем, как проходит
процесс, как всем всё нравится, я Савиже
предложил: "Слушайте, давайте создадим
юридическое лицо, которое будет
заниматься хозяйственной деятельностью,
впоследствии, э, который будет всем этим
владеть учредителями".
Соответственно, он попросил стать
Максима Фадеева и меня. Он предложил и и
сказал: "Ребят, сделайте юридическое
лицо 50 на50,
50 на50. Я верю в вашу команду. Я вижу,
как это всё работает. Я вижу, как
довольна дочь".
Хорошо, вы сделали. Дальше там была
записана музыка, все эти хиты.
Создалась огромная база, которай
завидовала вообще полмосквы. Это была и
звукозаписывающая студия, и
репетиционная комната, и танцевальный
зал, и съёмочный павильон, даже, в
котором снималось несколько клипов.
То есть это миллионы долларов вложений.
Ну это очень существенные вложения. Да.
Отец ещё создал кристальную музыку
специально для это лейбл такой, скажем,
для проекта Линды, для того чтобы мы
могли, ну, как-то дальше самостоятельно
уже работать. И создал нам целую базу,
студию. То есть там была репетиционная
база, огромная хозяйственная часть, а
танцевальное,
э, помещение, где мы репетировали.
Прямо огромный бизнес, который создан,
да, конкретно
как бы для тебя, но под Максимом
Фадеевым по сути.
Нет, не под Максимом. Он был конкретно
создан для меня, а Максим был нанят как
нанятый музыкант для проекта Линды.
Что именно тебя
так подкупило в Максиме Фадееве?
Его открытость, общение очень лёгкое,
какие-то истории, рассказанные им, а под
знаком вопроса, правда это или нет, не
знаю. Но в эти истории ты входишь, ты
переживаешь за человека. Он рассказывал
о том, что как ему тяжело было в
кургане, как у него тяжело складывалась
жизнь, какие тяжёлые взаимоотношения, а
с родителями там, я не знаю, что там его
первая жена какие-то последствия
оставила и травмы в его душе. как
приехав
в Москву, он голодал, ел голубей, делил
одну картошку, нашедшую за холодильником
наполам с женой. Ну то есть вот эти все
вещи,
которые вызывают в тебе, ну, не знаю,
какой-то трепет души, какую-то, хочется
защитить этого человека, помочь ему
обнять и приласкать, да.
Ну вот как раз ты упомянула и первую
жену. И вот для общей картины важно
сказать, что незадолго до этого Фадей
вписал свой первый альбом Танцуй на
битом стекле на студии в Екатеринбурге.
Был вхож в местный рок-клуб, но
реального успеха не имел. Первым его
проектом, где он писал аранжировку,
стала местная певица Лора. Была такая
договорённость с директором студии
звукозаписи, что он помогает Лоре с
песнями и может писать тогда свой альбом
на студии. Вот что директор этой студии
Сергей Кислов вспоминает про Макса
Фадеева тех лет. Помню, что его первая
жена Галя сидела у меня в кабинете, и
она мне говорит: "Ну что делать? Денег
Максим не зарабатывает. Я мою полы в
подъезде, на эти деньги и живём. Если
сегодня помою, мы поедим". Не помою, не
поедим. Макс жил в творчестве. Он
безмерно талантливый человек, но со
своими тараканами. После разговора с
Гали я предложил Максу написать альбом
для Лоры. Благодаря альбому Мадам Париж
у Фадеева появились первые деньги и
связи с опытными саундпродюсерами.
Если бы не мишка Кувшинов, Фадеева не
было бы. Это Миша привил ему вкус и
передал свой опыт. Кувшинов познакомил
Макса с папой Линды. Уже после этого
Фадеев стал известным продюсером и
композитором. Я просто ему дал вовремя
денег на мадам Париж.
Угу.
Ты говоришь про Галю, первые травмы. Ну
вот, понимаешь, Галя вот здесь выглядит
человеком вообще. Галя полы мыла,
чтобы поесть и по сути дела обеспечивала
ему возможность всего вот этого. Да, я
не в курсе всех вот этих,
то есть о твоих рассказах, не будем в
это углубляться. Она была демониче
рассказаны, да, другие ситуации, что
наоборот она мешает его и занимается
какими-то магическими, чуть ли не
магическими а вопросами и что он болеет,
и что бу
приворотом мстит ему там приворото.
Да, да, да, да, да. болеет, что жена
из-за этого, ну,
будущее.
А он верит сам во всё это, когда он
Я не знаю. Ну, я думаю, верил.
Может быть, это просто для меня было
рассказать. Для меня, честно, я уж не
знаю, сколько лет прошло, но очевидно,
что человек ээ пишет со стороны, ему,
как бы, кажется, не особо есть смысл
врать.
Это тоже, видишь, не с его слов сказано.
То есть такие вещи,
да. Ну, как бы если чужой человек
говорит, что она мыла полы и вообще на
это и она ко мне приходила, это
рассказывала, но это такой образ как бы
наоборот женщины, которая занимается
самопожертвой.
По всей видимости, да.
Был момент, что некий омский бизнесмен
спонсировал ээ альбом Макса, вот этот
Танцуй на битом стекле, и якобы его надо
было выкупать, чтобы он работал с тобой.
Это правда, что это за история?
Поскольку мой отец был не просто
инвестором Максима, да, не просто его
как бы спонсором, но он ещё и был
какой-то жизненной опорой для него,
вообще человека, который дал ему как бы
путёвку и в жизни какую-то опору в этой
жизни. Поэтому он пришёл к отцу, а у них
отношения были очень доверительные.
Как этот выкуп происходил? Нужны деньги.
Отец всегда давал безвозмездно. деньги
на все нужды.
Эта история не так давно всплыла, когда
к нам на концерт в Омске пришёл тот, о
ком идёт речь.
Омский бизнесмен. Омский бизнес. Вы
знали его фамилию?
Я знал его фамилию. Я, в общем-то, и
видел его несколько раз. Мы общались, и
он тогда помогал
до Линды он помогал Фадееву выпустить
первый альбом.
Угу.
Потом Максим сказал, что они как-то там
плохо с ним разошлись. Тот чего-то начал
требовать. Максим, насколько я так
понял, попросил ульвайкши денег типа
откупиться от человека, которого
Сколько Сколько тогда стоило выкупить
Максима? Что-то в районе 150.000
долларов США.
Неплохо это, извините, в 90 там.
Да, да,
да. Столько квартира стоила тогда 25.000
долларов.
Ну вот была названа такая
50.000 долларов.
Это был где-то там девяносто четвёртый,
наверное, год, да?
Ну это огромные деньги.
Это большие деньги. долларо в дече году.
Это большие деньги, которыми Лев Сак в
то время спокойно оперировал.
И там, так сказать, он сказал: "Ну,
так сказать, ну давай, как бы не
вопрос".
Без всяких договоров,
конечно,
конечно.
Так он отдал эти деньги, и Максим
сказал: "Всё, теперь я выкуплен из
рабства".
Да, всё, эта история как бы всё ушла и
всё. Вот спустя несколько лет, некоторое
количество лет, вот уже в 2000ных годах
было, подходит ко мне за пульт человек,
говорит: "Привет, не узнаёшь?" Я говорю:
"О, привет". Каким образом? Говорит: "А
что, даже на концерт не позовёте
как-то?" Я говорю: "Ну что-то как-то
что-то как-то, говорит, что-то как-то
расстались, непонятно". А с Максимом
как? Я говорю: "Да мы не работаем уже,
он как бы исчез.
Вот". Ну да, мы что-то плохо как-то, он
со мной тоже плохо расстался. Говорю:
"Ну как плохо? Ты же попросил выкуп". Он
такой: "Какой выкуп?" Говорю: "Там отец
Линды помогал Максиму, чтобы он от тебя
откупился. Ты каких-то денег потребовал,
поэтому, в общем-то, с тобой и не
общались. Вы что, с ума сошли, что ли?
Каких денег?" Он просто исчез и всё, и
не отвечал на мои звонки. Я так понял,
что ну и бог с ним.
Чудесная схема. Ну, в общем, да,
кошмар. А потом были ещё похожие схемы.
Ты слышала о чём-нибудь подобном? Ещё
не исключаю, что кто-нибудь его откупал
от Льва Исаковича, например. Просто не
исключаю такую схему, зная зная всё, что
происходило потом.
Линда, расскажи, пожалуйста, куда мы
сейчас едем.
А сейчас у нас концерт, это 16 тонн.
Так, а в общем-то вот едем на встречу с
нашей публикой всегда. Это для меня это
очень важный момент, потому что это
некий взаимообмен.
Если всё-таки говорить про одну песню,
на которую всегда хлопают больше всего
на концертах, это какая?
Из Фадеевских, естественно, это ворона.
Ворона.
Я ворона. Я ворона.
Нананана. Я ворона. Я ворона.
Нананана. Мало огня. Мало мало. Мало
мало мало огня. Я хочу ещё немного
больше. Мало, мало, мало, мало, мало
огня. Разрешаю. Это значит можно.
Именно в то время у людей что-то
происходило, и они всегда будут
возвращаться в то состояние самого
лучшего периода для их жизни, которые
сопровождались этими песнями. И ты
никуда не денешь.
факт, и он останется фактом.
А бывает вот такое вот, знаешь, как
Лазарь рассказывал, что если он не поёт
песню плод, то просто начинается хейт.
Концерт можно отменять.
Ну, много раз этого было и нет, всё
хорошо, всё нормально. Да
ты сегодня будешь петь эту песню?
Нет.
Ваше сотрудничество с Фадеевым началось
в девяносто четвёртом году. Почему с
Максимом Фадеевым в тот момент
случилось? та волшебная химия, которая
нужна для успеха.
Совпало время, совпали возможности моего
отца, совпало наши желание, совпали не
только возможности моего отца, но ещё и
его желания, потому что он очень желал,
чтобы мы встали на ноги и делал всё для
этого всё возможное. Вообще мы себя
чувствовали свободными, мы могли
совершать ошибки, мы могли их
исправлять, что это всё было допустимо в
нашей истории.
И мы просто набирали команду и очень
грамотных, профессиональных людей, те же
режиссёры, например, которые снимали
наши клипы, Армен Петросян, Макс Осачий,
оператор, это просто ээ люди как бы
другого уровня, других возможностей
именно творческих, которы для него это
тоже были какие-то знакомства совершенно
с другими людьми, правильно я по
Конечно. Да. Но это правда было какое-то
фантастическое время. Вы называли друг
друга братом и сестрой вместе на всех
телевизионных программах Успех песен.
Ворона Северный Ветер.
Северный Ветер,
Северный ветер.
Мало огня. Марихуана.
Мама. Мамарихуана.
Это некрасиво.
Не бери её.
Никогда,
никогда
этих слов никому.
Этих слов только ветер знает.
Это вот был прямо взрыв всех чартов и
сплошные хиты. Причём это время, когда
твоя загадочная персона, то есть все
хотят верить в необъяснимое, в тайное
расцветка Шпировского с банками и чумак,
который заговаривает, и тут появляется
такая мистическая Линда. Вот скажи
честно, это ты уже тогда так себя
мистически ощущала или всё-таки Фадеев
тебе вот подал эту историю, что это
зайдёт?
И ни он не подавал, и ни я не ничего для
этого не предпринимала. Это просто не
полноценное общение с прессой,
а где какие-то вещи происходили. Ну,
например,
ты рассказываешь эпизод, когда там,
например, снимали клип Ворона. Я
нахожусь в центре, вокруг меня висят
прожекторы, лампы. Вдруг это всё
взрывается, всё, вся система выходит из
строя. Все эти лампы обрушиваются. Я
нахожусь в этом огненном круге, ни одной
царапины. То есть, ну, то есть и вот
этот момент раз и рассказался. Дальше
это это это реально была правда.
И вообще в присутствии моём, я не знаю с
чем, ну, вернее, сейчас я понимаю с чем
очень часто выходит техника из строя.
Здесь какая-то несостыковка. Если
пространство не хочет выпускать,
например, какую-то заданную информацию,
она и будет как бы мешать. А
рассказывал об этом Макс.
А рассказывал об этом Максим.
Ну вот смотри, я тебе просто делюсь
своим опытом. У меня тоже техника часто
выходит из строя, но я на это смотрю
просто, что, к сожалению, люди часто
безрукие и мудоковатые работают, а не
потому, что у меня такая энергетика. То
есть ты же понимаешь, что на любую вещь
можно посмотреть совершенно по-разному.
И в этом смысле, может быть, Макс,
скажем так, прокручивал внутри себя,
что,
возможно, я не могу сказать за него,
возможно, он вообще любил, а, сесть,
подумать, как простроить какую-то
историю, как-то зайти с другой стороны.
То есть он понял, что вот эта история
работает.
Чумак и Кашровский подмогут немножечко
тебе. И тут появляется загадочная
женщина с чёрными волосами
в момент любви
народа России ко всему мистическому. Ещё
одна очень важная тема в твоём
творчестве девяностый - это героиновый
шик. Это куртка Бейн, это все эти тёмные
круги под глазами. И вот в такой
атмосфере уже в попсовой музыке выходит
твой клип Я ворона. И Фадеев тоже на тот
момент очень грамотно, таинственно
манипулирует
не только тем, что у тебя приборы гаснут
на площадке и магически всё выключается,
а не потому, что сэкономили на
световике,
но
возможно,
но и темой наркотиков, вот этих всех
зависимостей,
то есть такие странности, закрытые,
волосы, вот это всё. А я знаю, что это
имело очень такой негативный сценарий в
твоей жизни, что как будто бы чуть ли ты
не всю страну подсаживала на наркотики.
Вот.
Ну такой, например, случай был. Мы на
гастролях, у нас гастроли были, и мы
переезжали
ехали в город Тальяти, как раз на
поезде.
Угу. И проводница
ээ этого вагона, значит, в котором я
ехала, в общем, она начала с претензий и
просто с определённых
эмоциональных
таких просто наездов на меня, что, в
общем-то, у неё история в её семье, где
её дочка как бы использовала все. И она
считает, что основная главная
причина - это музыку, которую она
слушала. И на основе этой музыки она,
значит, давалась как бы
вела такой образ жизни, скажем так.
Такие неприят,
она накинулась, да, у нас прямо какой-то
она порвала на мне одежду. То есть там
просто какой-то с её стороны это
рукопкладство было. А
что ты почувствовал этот момент тебе?
Вот ты почувствовала ответственность,
что а вдруг правда вот я этого не
хотела, но я виновата в том, что кто-то
из-за меня подсадит на наркотики. Ну, я,
во-первых, не ассоциировала наше
творчество с наркотиками. Это
ассоциировало
всё пространство, которое вокруг
спекулировала этой темой, скажем так. И
мы очень удачно в эту тему как бы
вписывались. Ну, потому что была песня
там марихуана. Да, марихуана - это
чёткая песня. Тонкий, тонкий росток
обвивает меня. Я купалась в огне,
забывай себя. Завежи мне глаза и
дотронься, где ток. Я как будто одна. Я
как будто цветок.
Тут как бы, ну, про марихуану пес.
Слушай, это можно интерпретировать
по-разному. Кто во что верил, кто как
это видел, так он это интерптиру.
Писна даже с таким названием и припевом
марихуана.
Но тут скрываться-то не буде.
Это не крапива, не бери её. Здесь как бы
наоборот посыл такой. Мама, мамарихуана,
ты её не трогай, лучше без неё.
С другой стороны, ну, это красивое
растение, которое даёт какую-то свою
пользу. Просто в нашей нашем
материальном мире для неё создали вот
такой аспект негатива, в котором как бы
это растение оказалось. Возможно, оно
каким-то образом даёт эффект, но если
его правильно использовать, наверное бы
оно приносило больше
пользы.
Правильно.
Ну, как любое лекарство, если его
использовать в каких-то определённых
маленьких ээ вариациях.
То есть ты залегалась?
Я не залегалась. Я вообще не знаю, что
это такое. Но, например,
подожди, есть движение по миру. Ты
знаешь, что во многих странах марихуана
разрешена, и ты можешь в аптеке, если у
тебя там твой психолог считает, что ты
там как успокоительно её используешь, то
можешь пойти и купить в аптеке марихуану
или в специальных кофе-шопах там в
Амстердаме. Абсолютно официально. То
есть есть ряд стран, которые это
называется legгалай.
Слушай, ну в этой теме тогда надо очень
хорошо разбираться. Я не разбираюсь,
поэтому какую-то вести беседу на эту мне
как бы сложно, но я вообще за любую
свободу и за любую независимость,
которая возможно существовать в может
существовать в наших, скажем,
человеческих рамках. Ну,
ну, а как вот скажи мне сам этот образ?
Это вот всё-таки больше Максим говорил,
что так надо. Вот это давай этого
наркотического тумана напустим. Или это
всё-таки был какой-то твой внешний
облик, который
так считывался?
А, ну я от него не слышала никогда, что
давай напустим какого-то тумана. Нет,
такого реально нет.
Ты сама это всё как бы Да, у меня была
некая отрешённость немного от внешнего
мира. Это всегда было с самого детства.
И это основное моё качество, которое я
так проявляла усердно в этот мир. Как бы
это было, наверное, с этим связано. И
потом я была действительно довольно
закрытым человеком. И любое интервью -
это вообще не моя сильная сторона.
То есть ты интроверт,
наверное. Не знаю.
Общение с людьми тебя как бы из тебя
высасывает энергию или наоборот даёт
тебе энергию? Мне легко даётся общение
через музыку, за что я всегда и что я и
для себя определяла, что главное моё
общение - это звучание через звук. То
есть звук - это некая материализация,
да, чего-то. Вот что может
материализовать что-то в пространстве. У
меня на канале недавно вышло интервью с
Губиным, и такая большая развернулась
дискуссия в социальных сетях, потому что
он высказал такую позицию, что, мол, ты
был молодой, красивый в девяностых,
выступал и нормально. Нельзя вот сейчас
уже постаревшим, не таким свежим, как
раньше, выходить и, как он сказал,
позориться. Вот.
Угу.
Вот ты что бы могла ему на это ответить?
Почему выступать, когда тебе уже условно
не 18 и время, может быть, твоих там
главного расцвета
осталось там в том времени? Почему
сейчас выступать нужно, можно и
правильно?
Ну и я так думаю, что так можно сказать
только человеку, у кого у кого не было
этой задачи внутренней. Ну, то есть он
делал, когда он чувствовал себя молодым,
красивым, то есть это не было задачей
его конкретной задачей его души, потому
что если бы это было задачей, ему было
бы абсолютно наплевать, в каком он
возрасте находится. Это задача его души.
Какая? Почему тут внешность? Ну, о'кей,
мы все люди, как бы у нас природа
меняется со временем, это нормально.
Вот. Но задача как бы она превыше всех
этих телесных как бы изменений. Если
тебе есть что сказать на сегодняшний
день и ты не можешь не сказать, ты
говоришь это через творчество, если ты
занимаешься конкретной как бы творческой
составляющей, правильно? Так говорит
человек. Видимо, у него в жизни что-то
происходило, за что он себя не уважает в
какой-то определённый момент времени.
Возможно, за что он перестал себя
уважать. Возможно, ему просто соединить
всё это и дальше что-то нести достойное
нести, которое реально бы преображало
что-то в пространстве, значит, нечего.
Но тебя беспокоит вот то, что условно ты
смотришь там на себя молоденькую и
думаешь: "Боже мой, вот как я там раньше
выглядела. Сейчас, конечно, уже я
постарше уже там всё.
Ты знаешь, естественно, я смотрю, но
меня вдохновляет.
Я понимаю, что
ты не страшишься.
Я понимаю, что наоборот это интересно.
За этот период времени ты проживаешь
просто разные
состояния. Вот в таком, да, вот это
самое прекрасное состояние, потом оно
перетекает в другое. Здесь ты начинаешь
адаптироваться и превращаешь это
состояние.
Слушай, ну Фадеев что только не делал
тогда с тобой, какие только безумные
идеи не реализовывал. Я вот только помню
убийство Джани Версачи в девяносто
седьмом году и тут же твоя фотография в
чёрной рамке. То есть тебя он хоронил
практически. Вот ты помнишь?
Ну я не знаю, как какую каким
прикладывал ли он к этому руку. Я не
знаю, честно. Но для меня тогда было это
кошмаром, потому что мы на тот момент
были на гастролях где-то на Дальнем
Востоке. И, естественно, ошарашенная
семья моя звонит мне узнать вообще, как
дела, что происходит вообще. Папа
прочитала, например, или мама, что меня
там в чёрную рамгу поместили. Для них,
конечно, я успокаивала их, говоря, что,
ребята, со мной всё нормально,
успокойтесь, я скоро приеду, мы обо всём
поговорим, о всём разберёмся. Ну то есть
с моей шок был у моей семьи однозначен.
Твоя цитата. Мы в шутку называли друг
друга братом и сестрой. Я не обращала
внимания, что всё информационное поле
выстраивалось таким образом. Максим -
это всё, а всё остальное - это
приложение к нему. Почему ты не замечала
этого раньше?
Ну, в тот момент, конечно, нет. Мне
абсолютно было всё равно. Я должна была
обращать внимание, кто насколько
натягивает на себя своё одеяло. Я вообще
была вне этого, вне этой схемы
совершенно. Для меня важно было нести
то, что мне дорого.
Вот реально, в чём я
раскрывалась, в чём я горела. Даже если
я делала какие-то ошибки, мне абсолютно
было до лампочки, потому что я знала, к
чему я стремлюсь и к чему я иду. Меня
это тебе не казалось даже вот в самый
расцвет в ваших отношениях, что условно
ты же понимала, была уже взрослой
девушкой, ты понимала, что платит за всё
твой папа, что это композитор
до девяносто восьмого года я у меня
никогда не возникало вообще ничего. То
есть я просто на 100% была в розовых
очках. На 100% я видела каждый день
перед собой восход солнца. Я поднимала
руки к этому восходу солнца и понимала,
что вот оно моё всё. И не дай бог кто к
этому солнцу слева или справа
прикоснётся. Я расчищу всё небо, все
тучи.
Слушай, а если вернуться в девяностые
годы, вот самое вот что-то безумное с
гастролей можешь вспомнить?
Ну, это вот бесконечные переезды. Это
не, ну я читала вот, например, какую-то
историю, что ты прыгала из окна, из
второго этажа.
Да, такое тоже было. То есть ко мне
заходили люди, закрывали гримёрку. А
человек просто в неадеквате, с какими-то
психологическими, видимо, проблемами.
Что хотел? Ну просто он, у него в руках
были ножницы там, он хотел, если вот я
сейчас не уйду с ним, то значит
из жизни никого в живых не останется на
этом месте. Но какие-то такие вещи
добивался тем, он хотел, чтобы ты с ним
что-то,
он чтобы я с ним, да,
не, ну
не знаю.
И в этой ситуации в закрытой гребёрке я
спрыгивала просто. Был такой случай.
Потом был случай, когда, а, к нам
подъехала
команда определённых людей, это город
Сочи. У нас огромный концерт на
стадионе. Ну, в общем, снимают этот
концерт эти люди, приехавшие на машинах
с оружием там и так далее, подходят к
Мише Кувшиному, объясняют, что сейчас
артистка собирается, концерта у неё
здесь не будет. Она едет к нашему, э,
хозяину и будет петь у него в его
резиденции.
Ну что нам оставалось сделать? Люди
такие, на них страшно было не просто с
ним пообщаться, на них было страшно
просто смотреть. И это реально просто
настроенные,
отмороженные глаза. Там никакого диалога
не не предполагалось. только стоит там
поднять этот вопрос и не знаю, остались
бы мы вообще живы в этой
Так и что вы делаете вообще?
Ну мы съезжали с этого концерта, поехали
в резиденцию этого.
То съезжали, подождите, концерт
отменили.
А концерт отменяли, организаторы
отменяли концерт каким-то образом
возвращали.
Ну это же билеты людям
возмущаться.
Ну это всё возмущаться.
Подожди, а нельзя было договориться, что
давайте я выступлю и потом поеду. Ну,
это вот прямо в момент концерта всё
решалось. То есть вот мы выходим на
сцену, вот уже вот сейчас уже полный зал
народу, уже люди сидят,
уже люди сидят, уже всё, зашли, полный
зал, и нас снимают просто и просто
буквально за руки садят в машину всю
команду, меня в том числе и везут к
хозяину. Мы там выступаем. И мои ребята,
группы Конвой, они просто меня вот так
вот закрыли. Я нахожусь в центре, потому
что по кругу сцены, где мы находились,
это не сцена была просто
дома у него,
да, там, не знаю, подиум какой-то. А
стояли просто люди с автоматами и как бы
караулили ситуацию.
Что же за человек-то был? Сейчас ты уже
расскажи.
Я не знаю, кто это. Я честно скажу, что
я
Ну, фамилию тебе не го.
Ну, бандит, чиновник.
Ну, конечно, может быть и то, и другое.
Я не я я не знаю.
Подожди, а где вот Макс был? в этой
ситуации или он с не
Макса? Макса в этой ситуации с нами не
было. И то, что
То есть на гастроли ты ездила одна при
этом пахате?
Ну вот вот на этом концерте, да, мы были
без Максима. И я единственное, что я
могла сделать - это позвонить своему
папе, объяснить ситуацию. И
папа мне сказал: "Не, не, ничего не
бойся, езжай, выступи, всё решится
нормально, не волнуйся". Главное, не
волнуйся и всё.
А ещё был момент, что после всего этого,
когда у нас уже был следующий переезд, к
нам подъехали люди этого человека и
привезли охапку просто огромных цветов.
Там просто весь вагон был завален
красными алыми розами в благодарности и
свои извинения, что они нас дёрнули и с
нами так.
Но им было важно, что они именно отменят
концерт. Им вот это было важно.
отменили концерт мы можем
не знаю ксей ну важно было просто
захотел человек чтобы выступила Линда и
нужно было неважно концерт не концерт
ну организаторам хоть и зрителям
компенсировали деньги
конечно конечно я нашла обложку журнала
Ом девяносто шестого года на обложке ты
и макс ну вообще это же очень странно
где такое видано чтобы продюсер
вместе вместе был со своей звездой. То
есть вот я плохо себе представляю,
Сташевский и такой озеншпиц его нежно
обнимает. Ну как бы он всегда в тени.
Все знают, что Влад Сташевский проект
Озеншпиц или такой Матвиенко с
Иванушками. Ну нет. А тут почему? То
есть такое ощущение, что он как будто ну
немножко использовал тебя для своей
личной расходы.
Не немножко. Это уже заложено.
Тебя преуменьшать.
Да. Да. Это уже заложено было. И когда у
нас успех, я думала, думаю, с этого
момента и начались какие-то внутренние
неустройства, что типа я вот такой
большой Максим Фадеев, я всё это сделал,
а все лавры достаются
типа моей подопечной линии, наверное,
наверное, где-то это его как бы, ну, его
это внутренне не устраивало. На своём
личном опыте я это поняла, когда
нами заинтересовалась
BMG Нью-Йорк. К нам приехала команда
ребят из BMG и сам представитель
Ричард Суэр такой был, который решил со
мной проехаться по нашему гастрольному
графику. А график у нас был тогда просто
неимоверно огромный. То есть 3 месяца
этот тур. Вот они ездили с нами,
смотрели. И и в когда этот тур
закончился, Ричард Сэрр предложил мне
контракт. И здесь вот я столкнулась с
давлением как бы Максима. Он был не
особо рад этому.
То есть только тебе предложили? Контра.
Только мне? Да. Там
без Максима.
Без Максима и даже без песен, а которые
на которых в принципе и была
популярность у нас в России.
Так. Он никогда напрямую не говорил о
том, что его волнует. Он всегда заходил
из какого-то далека, обрисовывая
совершенно другие истории, другие
проблемы. Но подводка была потом к тому,
чтобы я почувствовала себя некой
виноватой, скажем так.
Ну, можешь вот опиши тип этого
разговора, вот этой манипуляции, да? Вот
манипуляция,
ну, например, вот какая была бы прямая
речь? Манипуляция была следующая, что мы
столько, ну, например, я сейчас реально
не помню,
да, схематично,
схематично, что мы столько работы
проделаны, столько всего впереди. Вот,
э, сейчас как бы ситуация там меняется.
У меня со здоровьем не всё плохо, не всё
хорошо, вернее. А там, возможно, мне не
так много осталось, но это всегда было в
процессе манипуляции со мной, чтобы я
села и подумала, что, боже мой, как всё
сложно, как помочь в этой ситуации.
Немного осталось, что типа он умирает,
что ли.
Ну, были такие, да, были такие моменты,
когда он мне напрямую говорил, что,
возможно, ему у него была операция на
сердце, он мне всё время об этом
рассказывал, у него была клиническая
смерть.
Он все знаешь, это уже не первая
история. У него был один инфаркт, потом
второй, третий, четвёртый и 145. И в
общем-то и всегда требовались финансы на
лечение. В общем, но это уже второй
вопрос. И в этой ситуации я,
естественно, себя почувствовала реально
виноватой, некомфортно, потому что я
подумала реально, как я могла вообще
даже подумать о контракте с BMG. Я
сейчас предам своих друзей, свою
команду. Я, значит, здесь сейчас всё
оставлю и пойду заниматься, значит,
своей карьерой. И мне так было неудобно
за себя. Я просто просто даже была
готова извиняться. Я извинялась, и я
отказалась от этого контракта. Я
поставила условие, что либо мы делаем
это вместе с Максимом и на основе тех
песен, которые были уже созданы и
написаны, либо, значит, всё, вот это
было вот такой отправной точкой. И
Ричард Свер, он как бы поставил на паузу
это, взял песни и запустил их на
тестирование, и они крутились в каких-то
чартах американских. Там это было
тестирование, как бы
крутилась ворона, по-моему, и клипы.
Угу.
Ворона американском MTV. Потом, когда
это вот как раз уже начало финансового
кризиса моего отца, девяносто восьмой
год, потом ситуация уже поменялась.
Крайний альбом, который мы записали с
Максимом, это была плацента.
Ну, то есть этого контракта не
состоялся.
Не смжи нет. А он состоялся уже позже,
когда мы расстались и наши пути
разошлись с Максимом. И, но тогда это
уже было русское бимжи, уже тогда другие
отношения.
Ну да. То есть тогда ты могла выйти на
международный, да, чего я не сделала
рынок, и он как бы тебя не отпустил. Ну,
здесь, конечно, моя ментальность.
Я не не говорю, что как бы если бы у
меня было другое настроение, скажем, и
другой настрой к этому и и другое
видение, конечно, я бы пошла своей
дорогой. Ну,
ещё одна твоя цитата. Человек постоянно
болеет, плачет мне в жилетку, что завтра
он умирает. Ты выходишь из студии,
проходишь 50 м, вспоминаешь, что забыла
ключи от машины, нужно вернуться. Ты
возвращаешься и видишь, что человек
живенько играет на компьютере какие-то
стрелялки. Всё прошло, слёзы ушли. И это
как-то вставляла. Был вопрос: "Зачем?
Помнишь эту ситуацию? Можешь
рассказать?" Это вот как раз когда уже у
Максима, видимо, было понимание, что ему
проект Линда становится неинтересен,
потому что уже нету как бы этого потока
финансового, когда уже произошёл
разговор моего отца с ним. То есть
где-то примерно за несколько дней или за
неделю до кризиса он собрал всех своих
партнёров, с кем работал. И, э, для
того, чтобы определиться, как
действовать дальше, что неизбежно то,
что сейчас будет происходить в стране.
После всех этих разговоров он остаётся
один в огромном банке со своей
помощницей Надеждой Гончаровой со всей
этой кучей проблемы.
Он ээ отказывается, как его партнёры
разбежались все по разным углам, как
крысы стнущего корабля. Он остаётся один
для того, чтобы всё разрешить
самостоятельно. Он с лёгкостью, э,
расстаётся со всем, что он имел на тот
период времени. Он рассчитывается со
всеми своими кредиторами. Он никому не
остаётся должен. Он всё делает чисто,
законно и до сих пор остаётся очень
уважаемым человеком в свое в своём
кругу. Как бы, если навести справки о
моём отце, всегда с большим уважением и
почитанием к нему относились и
относится, потому что он с людьми очень
э порядочно поступал.
И как он воспринимал вот твой отец в
этой ситуации Максима? Вот как
он поговорил с ним тоже как бы сразу. и
сказал, что Макс у меня сейчас начнутся
серьёзные проблемы. Я не смогу без
ограниченно финансировать, как это
происходило до сегодняшнего момента.
Возможно, я буду что-то каким, ну,
немного помогать и поддерживать. У вас
есть всё. Я вам построил базу, я вам
открыл ваш лейбл. А, занимайтесь
самостоятельно, отдельно от меня, чтобы
мои проблемы никаким образом не
коснулись вас.
и работайте, как бы, а я отхожу в
сторону.
Ну, логично, да.
Из чего я делаю такие выводы, что,
видимо, произошло, что пропал интерес
дальнейшей совместной работы с Максимом.
Потому что что сделал в первую очередь
Максим? Он пришёл к группе Конвой. Это
его группа была. Ну, то есть изначально,
ну, кто с тобой работал, твои музыканты,
правильно?
Да. Изначально там тоже история была,
что это была сформированная группа,
которая искала вокалиста.
И этим вокалистом оказался Максим
Фадеев, который к ним пришёл уже в
готовую группу. Он приходит к ним и
говорит, что: "Ну всё, Линда сдулась".
Это уже ребята мне рассказывают с группы
Комвой.
Сдулась в каком плане? У вас же на тот
момент куча всего.
Сдула. Ну да, Линда сдулась уже. Это
сейчас всё будет сложно происходить. У
неё там своя какая-то депрессия. В
общем, поэтому нужно создавать что-то
другое, уходить в другое плавание,
искать новые проекты
и так далее. Ну, ребята сказали: "Нет,
мы остаёмся с Линдой". Видимо, я не
знала, что из себя изнутри представляет
Максим Фадеев. А все знали, как бы, и
все те разговоры, которые про шли у меня
за спиной, естественно, я о них узнала
уже после нашего расставания. И узнала я
от этих же ребят из группы Комбой,
почему я для себя и сделала абсолютный
отрез этого периода времени и не
возврата туда никогда в своей жизни
вообще ни при каких обстоятельствах.
Потому что для меня это было, ну, просто
невозможно просто быть настолько,
ну, это не человеческая природа, это
просто, ну, не невозможно таким катком
проходить по живым людям. Ну, для моего
понимания.
А они молчали и какое-то время тебе не
говорили.
В то время, когда основное общение, это
всегда всё было через Макса.
То есть Макс занимал
99% моего свободного времени. 99.
То есть мы были всё время на связи, мы
были всё время вместе. 24 на7 - это
студия, 24 на7 - это телефоны, 24х7 -
это работа, 24 на7 - это просто общение
в его семье, с его женой, с его
обстановкой, либо с моей семьёй. Ну то
есть вот это просто одна связка всего. И
в этой связке, когда начало всё вот это
вот происходить, и когда мне стали
ребята рассказывать из группы, кого и
как оно на самом деле и почему, и какие
причины, и как это на чём это всё
держалось, я ещё долго не могла в это
поверить, и у меня была внутренняя
надежда, что всё-таки это какой-то
временный период времени, что это
закончится, и мы найдём возможность и
желание встретиться, поговорить,
обсудить и как
нормальные люди, если это человеческая
природа, найти какие-то коммуникации,
взаимопонимания там, ну и так далее. Но
этого не произошло. И я убеждалась это
уже на собственных, э, примерах, потому
что пошли, а, статьи в жёлтой прессе,
в которых, а, заголовки этих статей
я дословно не помню, но суть была
следующая, что мой отец преследует
бедного Максима Фадеева, чуть ли не в
носках пересекающего границу, чтобы
скрыться от
после от преследования моего его отца.
То есть мой отец в этот момент был
совершенно занят другими решениями
вопросов своей глобальной системы,
которую он на тот момент разруливал. И
вот прямо ему нечего было делать, как
гнать бедного Максима Фадеева по всем
этим, значит, беспределам, которые
писались в золотой прессе. И я понимала,
откуда это всё строится. Я, во-первых,
вначале процитирую то, что говорил сам
Максим в этот же момент об этих же
отношениях. То есть его спрашивали: "А
что случилось?" Он рассказывает про
твоего отца. Ему нарассказывали про меня
разных историй, страшилок и воронья, и
он поверил и начал вести себя как слон в
посудной лавке. Вместо того, чтобы
взвесить всё, проанализировать, прийти и
просто поговорить, начались какие-то
угрозы, нелепые оскорбления, обвинения.
Некрасиво было. На этом наши пути
разошлись. Я ушёл. После этого мы с
Линдой никогда не разговаривали. Но,
насколько я знаю, они до сих пор считают
меня врагом номер один. Продолжают
говорить какие-то гадости обо мне.
Настолько омерзительная история, что
даже говорить не хочется. И в этой
ситуации самым страшным было, что ради
собственной амбиции меня предали мои
друзья. Решили остаться и работать в
проекте и после моего ухода. Все до
одного. Вот у меня сразу несколько
вопросов. Друзья, кого он упоминает,
это, видимо, вот группа Конвой. Не очень
понимаю, почему остаться работать в
проекте, в который ты же их привёл,
является
прямо предательством. Ну то есть это
странно исходить, что я ушёл и вы все
должны вслед за мной уйти. Ну как бы
первое. Второе. Здесь он сам лично не из
жёлтой прессы, а говорит про какие-то
угрозы. И в-третьих, хочу услышать вот
от тебя, как от очевидца тех событий,
вот где была та точка разрыва. То есть я
поняла, что папа поговорил, сказал:
"Денег больше не дам, но я вам всё
построила, работайте". Он начал тебя
подсливать. Там сказал плохо, здесь стал
искать, видимо, другие проекты. Но вот
точка разрыва наверняка же вот не может
быть.
Как таковой точки не было, потому что он
просто исчез из поля зрения. Как Максим
Фадеев перестал иметь 50% этой студии?
Да он не то, что перестал иметь 50%
владения этой студии, он просто исчез в
девяносто де.
Ну, он сейчас в документах или просто
исчезла эта студия.
Он просто уехал, не пода не выходил ни
на какие контакты. До момента
финансового кризиса у Льва Исаковича
ему просто платились деньги за песни, за
альбомы, заработная плата.
оговаривался гонорар за альбом, когда
Лев Савич сказал нам о том, что
финансирования таких в таких объёмах не
будет, мы с ним вдвоём, с Максимом сели
и начали решать, как и что. Максим
предложил тогда сделать проект первый, с
которого он хотел начать. Это проект
Стуй Ларсон. Здесь я ему сказал, что
смотри, здесь может быть такой момент,
естественная отцовская ревность к
другому женскому проекту. Произошёл
некоторый конфликт
Угу.
интересов в данном случае. Он говорит:
"Я всё построил, это всё для моей
дочери, а вы хотите ещё какие-то там
другие проекты".
Потом родилось следующее предложение:
давай сделаем простую и понятную схему.
Угу.
Вы на базе, которую я создал, можете
делать те проекты, которые вы посчитаете
нужным, но 50%
со всех доходов, всех проектов вы
инвестируете в проект Линда. Я довольный
приехал к Максиму и сказал:
"Все проблемы решены".
А что он сказал? 50%.
Я буду пахать, а я должен с этого всего
отдавать 50%. Зачем мне это надо? Сказал
Максим.
А по поводу проекта Линда, как он видел
тут заработок на 100%
условных тут и Ларсон и прочих мне, но я
продолжаю ээ бесплатно работать на Линду
или как?
Нет. Предложения никакого не
последовало. Он сказал, что его всё это
не устраивает. Он не собирается ни на
кого пахать. Ну, а с Линдой почему вот
она на пике славы? Я вот это не могу
понять. Артистка супер работает. Неужели
он не предложил давайте делить? Да зачем
ему уходить? Это же глупость. Давайте 50
на50 делить.
Нет, нет, я подозреваю, что види, видимо
уже был какой-то дальнейший план,
но это ему не выгодно. Здесь ты всё
равно имеешь право претендовать на
какие-то деньги, потому что человек твои
песни поёт. Ну, можно же тут копеечку
сохранить и там новые
ба. Может быть, он понимал, что уже
вытянуто такое количество денег
с этого всего и не получится, видимо,
больше.
А в группе тотал с двоюродной сестрой.
Почему не Тута Ларсон? Там отвалился
спонсор
Тотал - это изначально планировался с
Тут и Ларсон проект тотал,
да? А потом, когда эта вся история не
вышла, и как бы он решил, что все деньги
должны быть в семью, и решил как бы
вместо Тут и Ларсон свою двоюродную
сестру Марину Черкунову с ней сделать
проект.
А то есть это сам Фадеев решил, что он
просто будет раскручивать Туту Ларсона,
потом подумал: "Нахера Туту Ларсон лучше
твою родную сестру, я её смогу
контролировать". Совершенно верно.
Делиться ни с кем не надо.
С Максом мы всегда были дружны, вместе
чудили, вместе творили, вместе чесали
друг другу спинку на ночь. В общем, я
считаю, что у нас была дружная семья.
Пока была бабушка, это действительно
была семья. Дальше разъехались. Макс
уехал и создал, на мой взгляд, шикарный
проект Линда. И 6 лет мы все взрослели,
росли и восхищались этой музыкой. Я
всегда гордилась, а, своим братом. Потом
он уехал в Москву и, в общем, стал тем,
кем он стал. У меня так сложилась жизнь,
что мои курганские, мы все из города
Кургана, а мои курганские девяностые вот
эти вот пацаны решили сделать бизнес в
арабских Эмиратах. И мы открыли русский
ресторан. Мы с девчонками сами стряпали
пельмени, потом обслуживали наших
русаков, которые там были на то время. А
вечером я сидела за роялем, играла песни
собственного сочинения. Макс узнал, что
я уехала в Эмираты. И вдруг он мне
звонит, и он мне сказал э такую фразу:
"Сестра, мне нужна твоя помощь. У меня
обострение серьёзные сердцем".
Аа ты же знаешь, мама как бы психически
нестабильная, эмоциональная женщина. Она
сейчас этого не переживёт. Она уже как
бы не в том состоянии. Мне нужна твоя
помощь. Если ты меня бросишь, я не
переживу. Я расторгла контракты там с
ребятами, бросила, буквально переодела,
вот переложила сумки и пригнала к нему.
Встретил он меня весёлый, а, радостный,
удивлял меня, угощал какими-то ништяками
московскими. Он меня прокатил по Москве,
привёз к офису Кристальная музыка,
сказал: "Вот это вот офис Линды, а вот
рядом старый такой набеговой старый дом
московский. Это для тебя снятая
квартира. Я хочу сделать тебе
предложение. А я знаю, что ты всегда
мечтала стать фронтву, а группы. Я
задала себе вопрос: "Да, я мечтала, но
вызов я приняла, безусловно". Вот у меня
уже Линда состоялась, мы уже 6 лет
бомбим все радиостанции, площадки и так
далее. Вот я хочу развиваться, я хочу
делать новую команду, новую музыку, но
почему нет, если мне предлагает сама
судьба, тем более брат, которому я
доверяла и любила любила и, возможно,
люблю его до сих пор. А-а,
конечно, я сказала, что ок. Мы вот
поселились в этой квартире, прямо
напротив была кристальная музыка. И
проходи проходило время, я начала
задавать вопросы. Во-первых, мне снимала
квартиру кристальная музыка, и я знала,
а проект Линда существовал за счёт
финансирования, а Льва Исакача Геймана и
отплатили мне зарплату, как бы так
называемую, в сумме 500 долларов. И я
начала за где-то через полгода начала
задавать вопросы: "Макс, как бы я
немного не понимаю". То есть ты мне
сказал, что я буду артистом лейбла.
Договоров с кристальной музыкой у меня
не было, но деньги мне регулярно
ежемесячно платили. Нам вполне хватало с
ребёнком на жизнь. Испытывала чувство
неловкости дикое, потому что я говорю:
"Макс, ну мы должны что-то делать, иначе
как бы я не привыкла а жить за за чужой
счёт. Мне нужно обоснование вот этой
зарплаты, мы должны что-то делать". Он
начал писать музыку и для моего проекта.
Понимаю Линду, потому что как бы, ну,
они жили 6 лет одной большой семьёй, тут
появилась я. Естественно, там наверняка
была какая-то ревность. 2 года мы жили
одним большим коллективом с Линдой, и,
собственно, они мне и платили деньги,
потому что никаких договоров не было. И
потом я как-то уже интуитивно понимала,
что что-то там не то происходит, потому
что Макс начал нервничать,
свои какие-то вердикты говорил, что вот
всё не так и м уже не все его прихоти
исполняются. И, наверное, наверное,
пришла пора, ну, расставаться. И Макс
уезжает в срочном порядке в Германию к
своему другу. И что типа всё, я больше с
Линдой не работаю, мы расстались, потому
что а какой-то финансовый кризис у
Геймана и типа всё, дальше
финансироваться проект не будет, как бы
смысла в этом нет, будем делать своё.
Какой-то день ты приходишь на студию:
"Ой, всем привет, а где Макс? Телефон
выключен". Так что
нет. Он говорил о том, что у него сейчас
всё плохо со здоровьем, ему нужно на
какое-то время перерыв сделать,
отдохнуть, ээ посмотреть. В общем, всё
было передано на здоровье. Чуть ли не
там не осталась неделя, возможно,
доживёт ли он эту неделю, как он её
будет проживать. В общем, акцент на этом
был.
То есть человек начал искать другие
вакансии,
да. по рассказам Михаила Кувшинова,
моего как бы человека, которому я на
100% верю как самой себе, что Максим ему
нужна была какая-то причина для моего
отца, что почему ему нужно на некоторое
время отстраниться от проекта. Он пришёл
к моему отцу и сказал следующее, что
Лев, такая вот странная ситуация,
меня домогается ваша дочь.
У меня семья, у меня жена, и я ничего не
могу сделать. Она влюблена в меня по
уши, не даёт мне жития и прохода, и мне
нужно какое-то время, чтобы
абстрагироваться. Параллельно мне он
говорит о том, что он себя очень плохо
чувствует и что ему нужно время, чтобы
восстановить своё здоровье. Слушай, это
очень грамотная схема, потому что папа,
естественно, ему будет не нравиться, что
дочь уже не молодым мужчиной, скажем
так, и вот это всё. И очная ставка
невозможна, потому что и папе будет
неудобно тебе это сказать. Это очень
грамотный ход. Это просто гамбит.
Ну да, схема была продумана, видимо. У,
э, ну, естественно,
ну, я ведь правильною, это никогда не
было, потому что про Макса наоборот
рассказывают, что скорее он проявляет
внимание
Да, нет, здесь здесь только творческая
основа. Естественно, мы тянулись как
люди друг к другу, потому что, ну, всё
это вместе было.
Ну, это просто, чтобы для кадра было,
поэтому
так, естественно, нет. Аа что происходит
дальше? Естественно, я об этом ничего не
знаю. Ну, как бы проходит какое-то
время, человек просто исчезает. Это вот
уже после девяносто девятого года, как
мы выпускаем альбом плацента. Плаценту
мы ещё вместе делали, он принимал также
активно.
Всё. И дальше он уезжает лечить
здоровье.
Лечить здоровье, да. Всё, контакты
шифруются.
Он в Германию уезжает.
Да.
Да. Но ведь, насколько я знаю, твой отец
в Германии тоже делал какую-то студию.
Он дал ему деньги на строительство
студии, которую Максим там построил для
себя или я не знаю, что ну что-то, да,
что-то
подобное,
чтобы продолжать проект Линда,
правильно?
Так,
ну и как бы всё, Максим со всем этим
хозяйством уезжает, и в принципе больше
мы с ним. А как это возможно? То есть
папа даёт деньги не только на студию в
Москве, но и на студию в Германии, что
строилось для тебя, я правильно понимаю?
С самого начала было понятно, что он её
как бы забирает себе, что ты к ней уже
отношения имеешь.
Мне это было непонятно. Это понятно было
Макси, судя судя по его схемам, которые,
как я вижу, вообще не поменяли своей
никакой тактики, везде одно и то же, по
одной системе развития происходит.
Видимо, оно так и было. Я не знаю.
Максим уходит продюсировать группу
Толтал, зовёт музыкантов. Музыканты
отказываются.
Какие козни начинаются после этого с его
стороны? Где невидимая рука Фадеева
влияла на ротацию твоих клипов, на
участие телевизионных программах?
Возможно, потому что мы каким-то образом
попали в чёрный список практически всех
радиостанций.
Расскажи, каким образом?
Раньше мы приносили это за деньги во
времена вороны и во времена Фадеева. Это
всё решалось деньгами. Потом, когда уже
эти времена как бы закончились,
наступило типа все такие стали умные,
которые начали разбираться в форматах.
Вот здесь это форматно звучит, здесь
неформатно, здесь слишком много звуков,
здесь слишком много текста, нужно
поменять. То есть редактора этих
радиостанций, они говорили,
ну, как были, да, не формат, да, что
нужно убрать, где нужно правильно
поставить запятую, какой барабан нужно
здесь подзвучить, какой вообще стереть с
лица земли. Ну, в общем, таким способом
это решалось. И когда мы приносили свой
материал, нам сразу говорили: "Всё, это
всё это всё". И нас даже не не, как
сказать,
не выслушивали. Ну, то есть нас не
допускали до разговора.
То есть ты прямо довольно быстро
почувствовала, что как будто закрылись
какие-то все кранчики. Вот,
да, все кранчики постепенно закрывались
в списках чёрных списках Первого канала,
то есть в списках радиостанций. А ты не
пыталась с ними поговорить, что, Максим,
слушай, ну хорошо, мы расстались, каждый
пошёл своей дорогой, но ведь наша семья
столько тебе сделала хорошего, зачем ты
нам портишь? Зачем ты гадишь? Это же уже
не про себя история.
Там, где мы появлялись,
он сразу исчезал с поля, видите, даже он
там никаких пресечений, он даже снимал
своих, э, себя там, я не знаю, или своих
артистов с тех передач, если вдруг мы
вместе должны были выступать. Например,
история с Ургантом вечерним. Ты
рассказывала,
что там произошло. То есть тебя позвал
вечерний Урганд.
Ваня сам. Правильно?
Ну да. У нас была вот съёмка, видимо, мы
даже удивились, что вообще это
произошло, что какая-то оттепель
наступила. Вот. И в разговорах уже
потом.
То есть вы участвовали в съёмке, это
было записано?
Да, это было записано. И в разговоре был
такой намёк. Это не прямым текстом
сказалось, но был такой намёк, что типа
помиритесь со своим бывшим продюсером, и
в принципе всё наладится у вас в жизни,
как бы намёк на это. Ну вот, ну как бы
понятно.
Программа вышла вечернего.
А вот этого, кстати, я не знаю, вышла
она или нет. Может быть, и вырезала.
Ну давайте проверим.
Я не вот серьёзно не знаю. Я знаю, что
был золотой граммофон, который потом
тоже удалили.
Именно ваш номер? Да, именно наш номер.
Что происходит в голове у человека,
который сам уходит из-за проекта, потому
что ему там мало денег,
а при этом ведёт себя так, как будто вы
его страшно обидели? То есть я вот это
пытаюсь по
Ну вот, судя по его комментариям,
видимо, в его э сфере, как он в его
придуманной сказке для него самого себя,
наверное, он именно так и думает. Это
первое. Второе, то, что никак за эти
годы не получается
нагнуть Линду и прийти на поклон, что, в
принципе,
видимо, ожидалось.
Вот. И как
то есть ты думаешь, что все эти действия
были для того, чтобы ты пришла на поклон
и приняла его условия?
Не знаю, я просто рассуждаю. Ну, видя по
тем обстоятельствам, которые
складываются и как постоянно какие-то
болевые ощущения нам всё время
накручивали. вот это вот всё, чтобы мы
себя чувствовали просто таким образом,
то я складываю это так. Ну а как ещё
по-другому это объяснить? И когда он
уходил,
как ребята из группы Комвоя, он сказал,
что вы без меня, я вы сотрётесь в
порошок, я это сделаю, потому что вы без
меня никто и звать вас никак.
То есть вы должны либо перестать
существовать, либо существовать по его
условиям.
По его условиям, да, видимо, да. Ну, а
был Подожди, из твоего рассказа он не
выставлял условия, то есть из твоего
рассказа он просто пропал. Может быть,
просто мы выпустили эту часть истории.
Было такое, чтобы он пришёл и сказал:
"Вот я готов продолжать работы только,
если там, не знаю, я получаю 60%
прибыли, ты 40, и ты становишься моим
пам".
Нет, никаких вообще таких разговоров. Он
не торговался,
он вообще ничего, никаких претензий
никогда не предъявлял, не выходил на
разговор. Единственный раз,
а в двадцать первом году
а в своих соцсетях он пообещал своей
публикой, что в этом году он 100%
запишет альбом с Линдой.
Да, вот я сейчас зачитаю. Ровно в этот
день, 21 год назад, вышел альбом Линды
Ворона. Это его текст в Инстаграме. Для
меня это один из самых удивительных
периодов моей жизни. Я времени работы
над этой пластинкой. С вороной связано
много разных магических и странных
событий, о которых я расскажу позже в
своей книге. Но я хочу обратиться к
Линде. Вспомни то время, как это было,
как это было по-настоящему. Мы сидели в
студии, смеялись, писались. Это было
единение музыки, желаний, ощущений.
Многое в жизни изменилось. Мы стали
другими. Но я по-прежнему с трепетом в
сердце вспоминаю это время. Давай
сделаем пластинку для наших поклонников,
однуединственную в том же звуке, с теми
же интонациями, с похожей энергией.
Давай сделаем слушателям ещё один
подарок. Во всяком случае, я бы этого
хотел.
А вот объясни мне, почему было ээ не
зацепиться за это публичное сообщение и
не ответить ему? Хорошо, Макс, давай
поговорим, давай встретимся, обсудим.
Готова в партнёрстве?
сделаем одну пластинку и подарим её
слушателям.
Пройдя вот эту школу медных труб и всего
всего, как это складывалось, и когда
просто выворачивалась на изнанку а твоя
вера и надежда, они оказывались
совершенно в таком грязном белье, что их
просто сложно было отмыть от этого всего
для меня самой. Я потому что всю
какое-то первоначальное время пыталась
оправдать это всё, отмыть вот это всё,
во что я так бесконечно верила. И когда
до меня уже дошло, что, ну, невозможно
так, но я просто, вот, я говорю,
отрезала этот
кусок жизни и, естественно, второй раз
на тренажёр грабли я никогда не встану.
Для меня это это были бы очередные
грабли.
Можешь вспомнить какой-нибудь абсолютный
момент счастья с Максом Фадеевым вот
того времени, когда он был ещё тем
человеком?
Ну, поскольку мы вообще не расставались
и всё было вместе, было очень много
радости, позитивных моментов,
ну, какой-то можешь вот
радовались просто всему, любому
какому-то произошедшему,
не знаю, там, успеху, там, не знаю,
первый концерт, как мы оба тряслись, как
мы оба переживали, там, как бы я всё
время боялась забыть слова. Мне
казалось, что я вообще не вспомню даже
гармонически. Мне сны снились, что я, э,
выхожу на сцену, и я не помню ни одной
ноты, и я не помню, как звучит эта
песня, я не могу её сложить. То есть до
такого он также переживал. Я помню, как
он, когда мы там делали какие-то, ну,
сценически придумывали, э, как это
обустроить всё на сцене, там у Максима
была идея сделать такое гнездо. Это ещё
не было у нас вороны, но это были песни
Тибетский хлам. И что вот из из этого
гнезда, из птичьего как бы появляются
все музыканты. Мы так и сделали на
первом концерте. Мы делали это гнездо из
этих сухих веток, ставили это гнездо на
сцене, и оттуда выскакивали все мы
вместе с Максимом
и музыкантами. И в общем-то мы, а я была
вот просто, ну, как-то, не знаю, тоже
увлечена всеми этими моментами. Что,
например, касается образа, там я
привозила там из Лондона, в то время
была возможность ездить и какие-то
невероятные просто и журналы, в том
числе, которых у нас в стране не было. Я
ездила по музыкальным магазинам и искала
именно те струны для наших гитар,
которые должны именно так звучать, как
они должны звучать. Тогда этого тоже как
бы не было. И всем этим занималась в
основном я. И я помню, как мы сидели у
Максима дома с этой кучей журналов
невероятных
каких-то. Искали то, что нам нравилось,
мы всё это вырезали, каким-то образом
это комбинировали. И потом соединяя все
эти внешние инструменты уже готовые как
бы и которые откликались нам, создавали
нечто своё. То есть и такое тоже было.
Ну что, мы приехали, 16 тн, пойдём в
гримёрку,
да?
Сколько в месяц у тебя выступлений
обычно концертных?
Примерно 8-10.
Ребят, привет.
Привет,
ребят. Здорово. Да. Ну что, как вы
настраиваетесь?
Да мы уже почти
заканчиваем.
Готовы уже.
Хорошего концерта, ребята.
Да, ребят, настройки всем нам. Удачи. У
тебя, может быть, какие-то ритуалы есть,
выхода на сцену?
А, есть. Вот со мной сейчас нет моего
бубна. Обычно я настраиваюсь с со
звуками со своими, которые я слышу.
У меня есть мой бубен,
где я просто звучу. Ханги, преимущество,
там, где есть возможность возить эти
инструменты с собой. Я это делаю, да,
либо это делаю в своём пространстве, в
своём доме. Обязательно перед выездом в
какой-то тур я сонастраиваюсь со всеми
своими местами силы.
Скажи, ну вот с точки зрения того
судебного разбирательства, которое тебя
грозит с Фадеевым, как-то изменилась
твоя программа? Ты пока перестала
исполнять вообще его песни или вот как у
тебя с
Нет, я не не перестала как бы исполнять.
Я просто нашла какую-то золотую
середину, потому что, ну, на самом деле,
нет желания,
как бы нести все эти, как бы,
получается, заранее заложенные
негативные моменты, которые будут
проявляться по-любому.
Вот что это за золотая середина?
Оставила для себя три трека. Мало огня.
Сделай так. И никогда в этих песнях 100%
заложена моя энергия. Я их чувствую. Мне
очень важно и нужно сказать вам вещи,
которые для сейчас для меня очень важны.
К сожалению, в данный момент времени нам
навязывают очень жёсткую,
несправедливую, конфликтную
ситуацию
со стороны
МФадеева.
И в связи с этим я приняла решение, что
в данный момент у меня нет никакого
душевного желания исполнять его песни,
написанной для меня 30 лет назад. И
ну и большого уважения к вам мы выбрали
золотую середину и несколько треков мы
исполним для вас, потому что в них на
100% заложена моя энергия. И я заранее
всех благодарю за понимание и за ваше
желание быть с нами до конца в любые
радостные и не очень моменты. Спасибо.
Это острые коготки, это тонкие лепестки.
Это тихое. Не могу.
А это шёпот усталых губ. Это слабость
усталых рук. Это делай мне только так.
Угу.
Это там, где бывают сны. Это лёгкое
огни. Это делает нас отни
это больно и сразу сразу это ночью ведь
там, где смер это будет с тобой мной.
Это сделает нас огнём. Это будет
казаться.
Это ты, это я. И я, и я, и я.
Это не сможет нас уберечь. Это будут
ожоги встречи. Это ты. Это я.
Мало мало мало мало мало огня. Я хочу
ещё немного больше. Мало мало мало мало
мало. А я разрешаю этот ночик. Пожа мало
мало мало мало мало. Аня, я хочу ещё
немного больше. Мало мало мало мало
малоня
разрешаю это значит можно. Оянареда
оренадареда.
Оренаридарина.
Можешь сформулировать чётко, за что, на
твой взгляд, Максим Фадеев должен у тебя
попросить?
Вообще так не считаю. Ни за что и не не
должен.
В нашей ситуации, как бы с человеческой
точки зрения было бы разумно, это был бы
простой человеческий разговор. Просто
сложилось,
то есть, чтобы он позвонил и встретился
и просто поговорил,
да, чтобы, да, без всяких там вот
нагромождений.
Ну, то есть смотри, вот ты можешь сейчас
на камеру сказать: "Максим, хочешь,
давай не сообщение в Инстаграме, а
просто позвони мне, и я возьму трубку".
Можешь это сказать? Тогда возьмёшь
трубку, если он тебе позвонит?
Ну почему бы нет? Да.
О'кей, Максим, я знаю, что ты нас
смотришь.
Его спрашивали подписчики, появится ли у
него аналогичный проект, как Линда. И
вот что он написал: "Должно совпасть
несколько странных и несовместимых
факторов. Первое: нищий, бездомный,
амбициозный музыкант. То есть он
фактически признаёт, что твой папа очень
сильно ему помог, что он таким был.
Второе, искренняя, верящая в себя, но
очень посредственная артистка. Ну, тут
он опускает тебя.
Ну, понятно.
И третье. Одержимый будущей славой своей
дочери отец, готовый оплачивать это
безумие. Как вы с отцом восприняли эти
слова?
Ну, не знаю, как отец, но вот, судя по
тому, что ты озвучил, это как бы схема,
которой руководствовался Максим Фадеев.
Он просто в трёх этих фразах описал
схему, по которой он и действовал, по
которой он заходил в нашу семью и
которую он чётко сыграл.
Ну да, потому что у меня-то главный
вопрос. Максим Фадеев мне не даёт
интервью, потому что дают интервью мне
довольно часто его жертвы. А, но у
меня-то, например, вопрос как бы к нему.
Если ты считал человека
посредственностью, а ты зачем с ней
такой талантливой работал только из-за
денег? Ну тогда это говорит о тебе
больше, чем о людях, которые искренне
хотели заться. Да,
да. Вот в этих трёх фразах он себя
характеризовал,
да? То есть это вопрос, что я про себя
говорит Максим Фадеев, за деньги, да?
Ну вот как бы, а при этом всё такое
духовность.
В одном из постов он написал, что устал
быть благородным. Это его цитата. Тяжкая
ноша молчать, когда есть что сказать,
особенно если сказанное очень сильно
изменит жизнь другого человека. Не
уважаю, в кавычках самой негативная
оценка, которую я себе позволил
публично, в отличие от неё с её отцом.
Если бы они после своих заявлений в
отношении меня отказались зарабатывать
деньги на моей музыке, я бы их уважал.
Но до сих пор именно те песни собирают
ей залы и дают возможность есть хлеб. Не
плюй в колодец, из которого пьёшь или
пил. То есть, понимаешь, здесь такая
ситуация, что он в полной уверенности,
что это его колодец, что песни,
написанные на деньги твоего отца для
тебя в рамках вашей совместной работы и
песни, за которые, как я понимаю, и
права на них были оплачены, это всё
равно по-прежнему его колодец. Объясни,
как так могло получиться?
Ну, я не знаю. Это надо у Максима
спросить какой-то его колодец. Если, а,
песни написаны были для меня, написаны,
естественно, им. Никто не не умоляет его
этого, но
как переданы права кристальной музыке.
Кристальная музыка дальше по цепочки
передала их мне и дальше как бы я её
То есть все права на все эти главные
хиты девяностых абсолютно
папа подписал на тебя правильно
эти права были Максимом переданы
кристальной музыке кристальную музыку
создал мой отец
а учредителями кристальной музыки был
сам Фадеев и Миша Кувшинов и Миша
Жикувшинов являлся директором Ну, это
они так договорились между Максимом и
Мишей, потому что Максим не хотел как бы
заниматься всеми хозяйственными
вопросами кристальной музыки. Поэтому
как бы всеми этими вопросами занимался
Миша.
То есть он передаёт всё. Это уже было,
когда вы расставались, он передавал всё
кристально,
видимо, да, как я понимаю, это девяносто
восьмой год,
да? То есть вы уже тогда не работали
вместе?
Нет, тогда мы ещё продолжали работать.
Мы сделали альбом плацента.
Выпустили его уже не на кристальной
музыке, а на Real Records.
То есть все песни он передаёт. Это за
деньги происходило. Ему было заплачено
по этому договору.
Ну, конечно все,
да. Но он теперь, как я понимаю,
отрицает
то, что подпись под этими документами
настоящая и говорит, что подпись не его,
что она была подделана Михаилом
Кувшиновым и даже показывает в соцсетях,
сравнивает как бы ту подпись какую-то
другую свою с этой.
Да, я, конечно, в недоумении от всего
вот этого происходящего и то, что это
прилетело к нам. Вот у меня просто тогда
два вопроса. А почему за все эти 30 лет
от Максима не было никаких претензий,
никаких попыток поговорить с моим отцом?
Потому что главный архитектор и
создатель их договорённостей,
а это был Геймон Лев Исакович, который в
настоящее время находится в тяжёлой
ситуации по здоровью. И тогда
получается, что все эти 25 тире28 лет,
когда отец был здоров и мог ответить на
вот эти вот все обвинения, как бы с
Максимом поговорить на эту тему и найти
какие-то золотые середины, чтобы все
стороны остались как бы довольны. Он
этого не сделал. И он выбрал именно
момент, когда мой отец находится
абсолютно беззащитным. Сейчас защитницей
я его являюсь, его дочка.
Девяносто восьмой год. Именно тебя,
Максим Фадеев обвиняет в подделке
подписи.
Обвинять меня в подделке подписи
особенно абсурдно, хотя бы потому, что
даже в 2009 году было судебное
разбирательство, в котором и я, и Максим
были третьими лицами, и уже обсуждался
вопрос по поводу подписи в настоящем
договоре. И Максим не оспаривал как
наличие самого договора, так и свою
подпись в нём. Конечно же, я не
подделывал никакие договора, никакие
подписи Максима Фадеева.
Ты помнишь этот момент, как это
происходило? Как вы подписывали эти
документы? Можешь рассказать об этом?
У Львая Сакча возникли большие
финансовые проблемы в связи с кризисом в
стране. Ситуация изменилась. Мы приняли
совместное решение о том, что альбом
будет издаваться на другой компании.
Поэтому потребовалось заключение данного
договора, который и был подписан. И это
был стандартный для того времени договор
о передаче исключительных прав. На весь
материал, который был создан специально
для Линды. Юридический отдел Real
Records проверял наличие этого договора,
проверял его легитимность.
То есть он передавал свои права на песни
кому? Real Records.
После того, как вышел альбом плацента на
Real Records, мы поняли, что альбом не
приносит никакого коммерческого
результата из-за многих причин, но тем
не менее никаких финансовых поступлений
от реализации этого альбома не приходило
в кристальную музыку. И Максим Фадеев
окончательно потерял э какой-либо
интерес к проекту Линда, практически
самоустранился от управления компанией,
не выходил на связь. И на этом фоне в
2001 году я принял решение о передаче
исключительных прав от компании
Кристальная музыка непосредственно тому,
кому эти права по факту и должны были
принадлежать. Это Светлана Геймон, это
Линда, это исполнитель и заказчик всех
этих песен.
Но кристальная музыка - это учредители
два человека, в том числе Максим Фадеев.
Да.
То есть по этому договору 50%
этого он имел право получать. Правильно.
Фадеев владел 50% прибыли, доли в
компании, так же как и я. К сожалению,
после событий кризисных девяносто
восьмого года прибыль компании не то что
свелась к нулю, а компания стала
практически убыточной.
Он это получал все эти годы этот
процент. Всё причитающееся Максиму
Фадееву
от кристальной музыки, от Линды, от её
отца всё было в своё время выплачено.
Никаких задолженностей мы за собой не
чувствуем, потому что всё было
выплачено. Фактически к 2001 году
компания уже не вела никакой
деятельности Кристальная музыка.
Фактически компания прекратила свою
финансовую деятельность, и в дальнейшем
она была ликвидирована налоговой
инспекцией. То есть права перешли к
Линди, но он оставался там на 50% вдоли.
Я правильно понимаю?
Передав права АЗТ Кристальная музыка,
Фадеев перестал быть владельцем данных
исключительных прав. И владельцем
исключительных прав стало общество.
Ни разу не позвонил вам и не высказал
претензии и не сказал, что, слушайте,
давайте вот какие-то деньги мне, где это
за последующие почти 30 лет. получал ли
он что-либо от каких-либо других
организаций РАО или ещё причитающиеся
какие-то ему авторские вознаграждения,
мы данной информацией не обладаем. За
эти 30 лет было несколько ситуаций,
когда обращались телеканалы,
телепрограммы и другие юридические лица
с просьбой об использовании песен Линды.
И они обращались в продюсерский центр
Максима Фадеева. Его представители
отправляли всех всегда к Линде для
очистки этих прав. Он подтверждал, что
все права на все песни, созданные им в
тот период, принадлежат Линде.
Я не верю в это, потому что Миша
Кувшинов, так же как и мы все очень ему
верил как творческой единицы. Он поверил
в него первый. Он его привёз из кургана
как самородка. И тогда Макс писал
действительно реально неземную музыку.
Это его первый альбом Танцуй на битом
стекле. Тогда он тогда он творящий был.
Тогда он творил. Ну и Линда, собственно,
да. Тогда он горел, творил. Он поверил в
него. Миша был другом семьи. Мама Миши
работала бухгалтером у Линды. Ребята все
жили у Миша Кувшинова дома. Это была
семья. Это были люди, которые в него
верили. Я недавно пересматривала
архивные видосы. Миша был везде с
семьёй, в семье, вместе за столом. То
есть, ну, в смысле, подделал это, ну,
просто, ну, это теоретически невозможно,
как бы. И сейчас на то, что прицелился
Максим, это, в принципе, я. То есть, что
он хочет, чтобы меня не стало, чтобы
разрушить мои ценности. А мои ценности -
это моё творчество, моя семья, моя
команда,
что он хочет построить и пополнить и
удовлетворить своё финансовое
благополучие, эксплуатируя болезнь моего
отца, в принципе, человека, который дал
ему путёвку в эту жизнь. Я не знаю, что
он хочет, но, судя по тому, что
происходит, оно выглядит вот так в моих
глазах. Слушай, ну ты, мне кажется,
сейчас говоришь очень важные вещи. Может
быть, обратиться прямо к Максиму на
камеру, сказать ему об этом. Ведь если
есть какие-то человеческие вещи,
может быть, правильно как раз обратиться
к нему, чтобы он вспомнил обо всём, что
было у него связано с твоей семьёй, с
папой.
И,
ну, вот просто не хочу этого делать. Я
как бы сказала, всё, как дальше
пространство будет простраивать,
это как бы, ну,
я правильно?
С моей стороны, как бы я знаю, что я
никогда ничего плохого не в мыслях и
даже, наоборот, всегда пыталась
оправдать любую ситуацию и найти в
какое-то золотое зерно во всём. Не
только как бы в отношениях Максима.
Вообще у меня по жизни так. Я люблю
видеть всё позитивное с этой точки
зрения. А всё остальное перерабатывать и
просто отпускать это оттуда, откуда это
приходит.
То есть пока папа твой был силён,
когда папа был, да, никаких претензий,
никаких даже моментов и намёков. А
наоборот, наоборот, если там, где
появлялся мой папа, он с нами часто
ездил на гастроли уже после Максима, ну,
ему просто нравилось. Ему просто
нравилось. И когда вдруг а кто-то видел
там людей Максима или самого Максима там
и вдруг видели, что Лев и Сакшнами там
просто всё из поля зрения всегда
исчезало. Ну, то есть вот до такой
степени, если существует, э,
существовала, не знаю, человеческая
какая-то природа, это по-любому были бы
какие-то коммуникации нормального
разговора в рамках хотя бы разговора. Но
этого не было за протяжении всех этих 30
лет.
И только тогда, когда появился повод,
довольно-таки весомый повод, когда
человек
болен, когда он не сможет даже вспомнить
вообще всех этих вещей, а это происходит
вот такой как бы удар. Я воспринимаю это
как очень тактичный,
спланированный удар.
Откуда Максим Фадеев мог узнать о
состоянии здоровья твоего отца? Часть
коллектива группы Конвой за это за этот
небольшой период времени стала работать
с Максимом. Ну там тоже, видимо, людей
же очень можно купить оченьочень чётко.
Я думаю, что, наверное, всё это, потому
что общаясь там с этими же ребятами, как
бы ничего не подозревая, естественно,
меня спрашивали, как там папа себя
чувствует, я, естественно, откровенно
рассказывала, что папа, конечно,
ну, как бы сдал очень сильное за
последнее время и что он практически не
слышит и не чувствует этот мир. Он
просто живёт как в своей форме.
То есть он не может быть в суде даже
привлечён. Нет,
он не дееспособен сейчас.
А он знает о том предательстве, которое
вот против него Фадеев сейчас осуществил
или ты даже ему не рассказываешь?
Это Ну какой смысл? Кроме травмы
определённой какому-нибудь приступу,
который может возникнуть?
Атака Фадеева, после которой ты решила
прервать молчание, случилось 29 ноября
прошлого года, когда задержали
генерального директора компании Джем
Андрея Черкассова.
И вот пост на эту тему я зачитаю. Вчера
в Москве был наконец-то арестован глава
издательства Джем Андрей Черкасов.
Новость, честно говоря, не стала для
меня неожиданностью. Мы все ждали этого
несколько десятков лет. Именно этот
человек обманул меня неоднократно,
касаемо моих авторских прав, в том числе
на проект Линда. В сговоре ещё с
некоторыми людьми, которых мы укажем
позже, и которые, я надеюсь, последуют
за Черкассовым, они подделали мои
подписи на документах конца девяностых о
том, что я якобы отдал им все авторские
права на созданную мной музыку. В данный
момент именно Черкассов владеет правами
на песни Линды, переданные ему её отцом
Львом Гейманом. На протяжении 30 лет я
не получала авторские отчисления за свою
музыку, которые я написал для Линды. В
связи с этим можно сделать вывод, что
кто-то на протяжении этих 30 лет меня
обворовывал. Ну и далее, собственно, он
рассказывает, что эта ситуация не должна
остаться без наказово и как он рад.
Как бы комментировать. Я не знаю, как
это комментировать. Я вообще не понимаю,
какое отношение имеет Черкассов к нашей
истории. Андрей Черкассов шёл как бы
параллельно по нашей жизни, в том числе
и творческой. Вначале оказался в том же
здании,
которое мы арендовали для кристальной
музыки. Он являлся дистрибьютором, то
есть человеком, который продавал
произведённые кристальной музыкой
альбомы.
Максим его знал.
Максим его знал хорошо и очень хорошо. И
очень часто Андрей Черкасов
выручал Максима деньгами, когда Максиму
опять чего-то там не хватало. Он бежал
на второй этаж к Андрею Черкасовую:
"Андрюш, выручи, мне деньги нужны". Тот
ему давал в долг, а потом, так сказать,
кристальная музыка гасила эти долги.
Ну вот сейчас его называет Максим Фадеев
главным мошенником в этой
для меня, для меня это вообще я я не
могу понять, у меня не укладывается в
голове человек, который тебя выручал
много много раз, мы прочитали, когда с
Линдой этот пост, мы просто обалдели,
потому что это, ну, это за гранью
понимания просто нашего. Как такое может
быть?
А может это быть частью большой
глобальной схемы? То есть
дискредитировав Черкассова и всё, что с
ним связано, переключиться на Линду.
Фадеев вообще может так мыслить
за эти годы, учитывая всё, что как бы
становилось известным, всё, что
происходило с другими артистами, всё,
что происходило с его подопечными, всё,
что происходило в принципе вокруг, и все
те козни, которые время от времени до
нас выплывали, которые он пытался
сделать против Линды и так далее, я уже
ничему не удивлюсь абсолютно.
Как и обещал Фадеев, раскрыл все карты и
имена 10 декабря двадцать пятого года.
Многие знают, что недавно за
мошенничество был задержан глава
компании Джем Андрей Черкассов. Но знают
не всё. 30 лет назад я начинала работать
в одном здании с этим человеком. Он
тогда скупал у кристальной музыки
альбомы Линды и мои. Потом я уехал в
Германию и решил уйти от Линды. И тут
случилось чудо. Все права на музыку и
фонограммы, которые я создал своими
руками, были мошенническим образом
переписаны на другого человека, на
Светлану Гейман, Линду. В этой схеме
участвовали конкретные люди. Первое
Михаил Кувшинов, директор кристальной
музыки. Он собственноручно подделывал
мою подпись на документах и выдавал её
за реальную. Второе- его мать, которая
была бухгалтером этой компании. Третье,
отец Лев Геймон, отец и первоначальный
инвестор Линды. И четвёртый- Андрей
Черкассов, который всё это покрывал и
продавал. До сих пор я не знаю, кто 30
лет получает мои авторские отчисления. Я
требую восстановить справедливость и
провести полную подчерковеческую
экспертизу, которую до сих пор не
сделали. Кувшинов не должен остаться
безнаказанным. Он мошенник, он подделал
мои подписи, он украл мои права. Он
должен нести ответственность.
Вот я тоже очень хочу разобраться во
всех этих комментариях, которые даёт
Максим Фадеев. И мы как бы и во всех
этих процессах это уже дело адвокатов. А
вообще разве срока давности по таким
делам не существует? Слушай, я просто не
разбираюсь в этих нюансах, в этих
схемах. Я не знаю, как это работает. Я
знаю чётко, абсолютно со своей стороны,
что
я абсолютно, мой отец и также Миша
Кувшинов - это абсолютно чистая история.
И всё, что там переворачивает Максим,
этого быть просто не может.
По поводу тебя. У него есть уже
конкретное.
Было написано заявление в полицию.
Вызывали меня на опрос по доследственной
проверки, вызывали Линду. Главный как бы
человек во всей этой истории, кто мог бы
что-либо сказать- это Лев Исакович. Но,
к сожалению, по здоровью он сейчас не
может ответить на какие-либо там
сомнения, обвинения ещё там, потому что
и, видимо, ему хорошо стало известно об
этом. Может быть, решил воспользоваться
этой ситуацией?
Тебе грозит реально статья за
мошенничество. Более того, можно же, ты
понимаешь, это живой человек, он может
сегодня по-другому начать расписываться
спустя 20 лет. Как можно это доказать
вообще?
Я не знаю. Это юридические плоскости,
которых, ну, сейчас приходится в них
погружаться. Насколько я знаю, в 2009
тире две году всплывал. Со стороны
немножко прилетела информация о том,
что, э, Максим отдал эти же песни в 2007
году компании Монолит. И в 2009 году
компания Монолит подала к третьей стране
э-э претензии по поводу выхода альбомов
Линды. Но судебный процесс ээ привёл к
тому, что сторона ИСА признала наличие
договора девяносто восьмого года и
претензий по этим песням больше не
предъявлялись. Подобные же вещи
всплывали в 2016 году, когда Максим
Фадеев предъявил иск к Яндексу за
размещение песен Линды и отозвал этот
иск.
Ну тут,
ну то есть то есть он всеми способами
уже говорят адвокаты, есть преюдиции по
всем этим. Это никогда не оспаривалось.
Были выиграны эти судебные процессы. Я
не понимаю, что сейчас вдруг произошло,
кроме того, что, может быть, Лев Сакже
действительно не может ответить на это.
Для меня это выглядит так. Вот я рощу,
например, ребёнка до определённого
возраста, занимаюсь им. И потом, когда
мне всё это чего-то не хватает в нём или
там что-то мне надоедает, я просто ему
предъявляю за счёт, за то, что я его,
значит, уделяла ему внимание. И как бы
для меня это вот
за каждую кашу, которую
Да, за каждую кашу, за каждую ложку.
Вот. Ну то есть это вот так вот
выглядит.
Если ты создаёшь, ну где твоя вообще,
как он говорит, я устал была
благородным. Где твоё благородство?
Если ты вырастил столько всего, посадил
эти зёрна, полил дождём, из этих зёрн
столько плодов, ну так радуйся, почему
ты это всё уничтожаешь? Только вот всё
мне нельзя же только потреблять, надо же
уметь
ну что-то оставлять. Что ты оставишь в
этом сценарии жизни после себя? Ты же не
вечный. Как бы мы все невечны,
правильно? И в этом пространстве мы
что-то оставляем, свою энергетическую
структуру. Ну ты же знаешь, что ты не
одинока в этой истории. Есть также
разборка по авторским правам с глюкозой,
разборка даже столовом. Я всё это знаю
поверхностно, естественно, да, наргис и
так далее. То есть такое ощущение, что
это, ну, какая-то в этом есть
закономерность.
Ну, потому что схема не меняется. Я все
эти 25 лет как могла сохраняла,
записывая новые альбомы и новую музыку.
И мне никогда не возникали никакие
претензии, никакие, а, даже намёки на
то, что нам надо какие-то контракты
заключить. И я, причём, все эти годы
ходила, говорила: "Слушайте, давайте мы
как-то оформимся. Во-первых, кому
принадлежит вы брендировали имя, но
тотал должно кому-то принадлежать. По
словам старожил, все права подарены
кому-то из тотал. Ну кому кому-то из
тотал, видимо, не знаю, звукорежиссёру
нашему, который умер на словах. Он дарил
мне это тысячи раз и сказал: "Это твоё,
давай, действуй. Давай, девочка, чеши.
Сможешь, пожалуйста, я я ухожу, я
отказываюсь". И 25 лет ко мне не было
претензий. И 25 лет я её исполняла. Люди
знают, это адреналин моё лицо имеет и
другие песни. А буквально недавно пришло
две бумаги, они есть у меня с собой. Это
полный запрет на исполнение.
Уведомление
от 2 марта двадцать шестого года.
Уведомление о запрете использования
музыкальных произведений без согласия
правообладателя. индивидуальный
предприниматель Максим Александрович,
являясь автором и обладателем
исключительных прав, он себя называет,
на следующие музыкальные произведения и
дальше перечисляются все. То есть без
лицензии на каждое выступление я не имею
права исполнять эти песни, которые я
исполняла 25 лет и которые как будто бы
принадлежали мне и даре подаренные мне
много-много раз.
Я не до последнего времени не собиралась
сидеть перед камерой.
Я давно разговариваю с бумагой. Я его
всегда уважала как творческую единицу. Я
просила представителя Максима, который
охраняет его права. Давайте рассмотрим
другой вариант договора, либо я подпишу,
давайте договоримся. Он мне объяснял, он
длинную телегу задвигал. Марина, ты
понимаешь, аа
у него пазл, который он хочет собрать, и
не хватает двух деталек. Я говорю: "А
почему двух? Как бы, ну я же одна".
Потом я слышала, что у Линды были
проблемы, что у неё тоже претензия
прилетела. Что я буду делать, не знаю,
но я, естественно, общаюсь и
консультируюсь а с юристами.
Можешь описать свою жизнь, если Максим
Фадеев выиграет. это дело
описать свою жизнь в независимости.
Как ты себе представляешь свою жизнь вот
дальше без этих песен?
Ну, без этих песен я себе, я не вижу,
что это каким-то образом поменяют мою
жизнь, но дело в том, что, ээ, это моё
наследство, как бы это моя стихия,
которую я несла все эти 30 лет, и в них
на 100% живёт моя энергия, там уже моё
ДНК просто. в этих песнях.
Но это не только твоя энергия, что очень
важно, но ты правильно говоришь, это же
ещё и наследство. Это то, что твой папа,
как я понимаю, оставил тебе,
да? Ну, даже если от этого всего
абстрагироваться, ну, я ничем, ни перед
чем не остановлюсь. например, взять
крайние концерты, где после того, что
нам навязывают вот эту жёсткую ситуацию
со стороны Фадеева, и у меня нет желания
исполнять эти песни.
Ну, слушай, это, мне кажется, тоже
странно. Это твои песни, ты права, в них
твоё ДНК. Почему ты не должна их петь?
Ну, то есть от того, что у него есть
желание взять молодую девочку с длинными
тёмными волосами, дать ей твои песни,
сделать другую аранжировку и чтобы она
чесала за 3 копки по всем, значит,
пырловкам, а Максим Фаде с этого собирал
деньги. Если больше нечего сказать этому
пространству Максиму Фадееву, наверное,
цель такая. Но я ещё слышала, я
поговорила с одним крутым продюсером, не
буду называть его имя, но этот человек
мне сказал, что он негласно требует за
типа, что я не буду скандалить, но
заплатите мне 3 млн долларов. Это
действительно такое было?
Я не знаю, понятия не имею. Но
однозначно это самый главный вопрос -
это построить своё
как бы финансовое сейчас как бы на вот
этой ситуации, которую он запускает. И
при этом он как бы понимает, что главный
свидетель всех этих договорённостей
находится как бы в больном состоянии по
здоровью, да. Но что хочет взять Максим
с нас? Я не знаю, мы зарабатываем
деньги, это только концерты. То, что
приносят
м наши песни, скажем,
с той же компании, которую мы отдали на
управление этими, это ровно хватает,
чтобы погасить налоги.
Вот. И там не только песни Фадееву. Я
после Фадеева выпустила 13-14 альбомов
своих уже.
Да. Ну, может быть, у него логика такая,
что папа оставил тебе всё равно какое-то
большое состояние и, соответственно,
можно сейчас качу. Папа своё состояние
пустил на решению своих финансовых
проблем.
После чего этого нет. Ты зарабатываешь
деньги сама.
Не, конечно, мы вот просто, я тебе
говорю, когда вот всё это произошло, мы
просто начинали с нуля. Если завтра
Максим Фадеев после этой программы тебе
позвонит и скажет: "Хорошо, давай не
будем судиться, я не буду вот это всё
писать. Миллион".
Да нет, уж пусть судится. Я хочу, чтобы
правда восторжествовала.
Потом позвонит, скажет: "Всё, готов
подписать заново миллион долларов с тебя
и готов подписать все права вот на эти
песни по и дальше".
Ну хорошо, если он готов ждать эти
миллион долларов ещё через два
воплощения, наверное, я соберу эти
деньги. У тебя просто нет этих денег. Я
Да нет, конечно, откуда? Да даже если и
были, раз он уже запустил вот эту всю
грязную историю, пусть она очистится.
Если бы ты оказалась перед Максимом
Фадеевым сейчас, что бы ты ему сказала?
пожелала, наверное, ему
встретиться
и почувствовать
задачи своей души, прежде всего,
и то оставшееся время, которое ему даёт
Земля, матушка наша и наше вообще
мироздание, которое всё-таки надеется на
каждого человека, у кого есть душа, и на
то, что в этот переходный момент времени
всех энергетического состояния, начиная
от Земли. И дальше уже это всё
материализуется в каждом человеке и
трансформируется у каждого по-своему.
Вот, чтобы он просто, а, вышел на это
созидание
с точки зрения неразрушения
этой разрушительной силы, а, наоборот,
созидательных каких-то моментов. Потому
что вся разрушительная сила, она в
данное время теряет свои ресурсы. Ей
нужно за что-то зацепиться. Она же тоже
хочет существовать, а не просто
раствориться. Она либо будет
трансформироваться в некое созидание,
либо она будет просто утилизироваться,
скажем так. То же самое будет и с
происходить со всеми нами. Вообще, если
мы идём, а, в гармонии со Вселенной и
слышим это правильно и делаем какие-то
вещи, которые, ну, это реально вот ты
сейчас смеёшься, а я вот в это чётко
понимаю и вижу просто.
Я не смеюсь. Нет, я просто наоборот
думаю о том, что ты ему говоришь:
"Спаси свою душу". Максим Фадеев
примерно. Ну, ну потому что мы сейчас
все этим занимаемся. Нужно открывать вот
этот пространство для сотворения чего-то
нового. Не путём
молотка и там, не знаю, чего ещё, а
путём других вещей. Это важно. Об этом
весь мир кричит. О том, что нужно.
Мы же все это один корень всего. Просто
нас вот разъединили, как бы сделали
такими индивидуалами.
Как бы у каждого как бы своя жизнь, и мы
погружены во все эти.
Ну давай так. Если ты исповедуешь такие
принципы, то значит если бы Максим здесь
оказался или тебе позвонит, ты должна
искренне иметь возможность просто
обняться с ним, простить ему всё и
отпустить ему, и тогда записать
совместный альбом, понимаешь?
А с моей стороны,
ну, то есть
вижу противоречия, понимаеш?
Нет, с моей стороны нет противоречия,
наоборот.
Ну, готова,
ну,
ну, допустим,
то есть готова обняться, простить его и
сказать: "Хорошо, давай начнём". Я давно
все эти годы как бы не акцентировал
внимание. С одной стороны, ты как бы
говоришь про вот эту философию
и прощение и всё, но с другой стороны,
вот я прямо чувствую, что ты сердцем не
можешь ему это предательство простить,
что ты считаешь, что он плохой человек,
что он сделал И поэтому, ну, тут,
понимаешь, либо одно, либо другое, либо
правда, прощение и тогда совместный
альбом и забыли всё.
И на его протянутую руку ты кладёшь
свою, и ты принимаешь его со всем
говном, которое в нём есть, со всей
любовью к деньгам, со всеми вот этими
отец умирает, а, а как бы и он
пользуется слабостью твоего отца, но ты
ему это прощаешь. Вот давай так. Это не
еврейская философия. Либо вот давай,
может быть, я в этом смысле как бы,
знаешь, око за око
и всё остальное в этом духе. Либо вот
надо честно сказать: "Нет, не прощаю. Он
умирает, он тебя вытащил.
Хер тебе, я тебя не прощу, буду
бороться. Ни копейки ты от меня не
получишь". Понимаешь? Либо одно, либо
другое. Нельзя как бы и крестик, и
трусы. Ну, как бы надо что-то снять.
Ну, вот смотри, я пытаюсь понять, где
мы. Да, я скажу так, что я всё понимаю и
всё могу прини всё принимаю, всё, что
происходит. Я не знаю, что такое прощаю.
Я просто принимаю всё, что происходит.
Но а
новых
а пересечений я для себя не допускаю
абсолютно никогда. Вообще это для меня
просто невозможно. Всё. Пусть человек
будет счастлив. Я посылаю ему всю самую
лучшую благодарность и лучшего сценария
для его жизни. Пусть он цветёт,
расцветает, творит добро, творить всё,
что он хочет,
но без тебя
абсолютно.
Как-то член нашего коллектива и группы
Конвой Саша Косьянов, он тоже из
Кургана, ездил в Курган
и, вернувшись оттуда, рассказал историю,
что он пришёл в филармонию
родную свою, а там работал
Александр Иванович Фадеев,
отец отец Фадеева. Там был какой-то
праздник в этой филармонии. Саша ээ
попал прямо с корабля на бал на этот
праздник, и он увидел Александра
Ивановича и говорит: "Александр
Иванович, а вы меня что, не узнаёте, что
ли? Как бы что-то как-то не не
здороваетесь?" Он говорит: "Саш, ой, это
ты, а я тебя просто я очень плохо вижу,
тебя не разглядел, не увидел". Он
говорит: "Да что такое?" Он говорит:
"Ну, я просто плохо вижу. Вот коплю
деньги на операцию. 500 долларов
операция стоит. Я как бы это. И вот Саша
нам всё это рассказывает. При этом мы
понимаем, что у Максима всё в порядке с
деньгами.
И узнали, что, оказывается, они даже как
бы некоторое время, продолжительное
время даже он не общался с отцом своим.
И Линда была свидетелем этого разговора.
О, не тоже обалдела. И после этого, это
никто не знает, я сейчас расскажу. Линда
подошла ко мне
в расстроенных чувствах такая, говорит:
"Миш, как такое вообще может быть?
На следующий день, а тогда было не очень
хорошо с деньгами, мягко говоря, не
очень хорошо с деньгами,
она пришла и принесла мне 500 долларов и
попросила отправить в Курган
эти деньги на операцию, но только чтобы
этого никто не знал.
Если бы вы сейчас оказались перед
Максимом Фадеевым, что бы вы ему
сказали?
Не стыдно?
какой-то период он вдруг, ну, я не буду
ставить диагнозы, он почему-то понял,
что вот он вершитель судеб, что он
хозяин. И мне страшно об этом говорить,
но однажды я поймала себя на мысли, что
не заигрался ли он, что он играет не
просто персонажами из из своих
придуманных игр, он играет человеческими
судьбами, получается. То есть хочу, дам,
хочу, не дам. Вот тебе дам, а тебе не
дам. То есть люди вкладывают сюда, ну,
свои ресурсы, свою жизнь, верят на
каком-то этапе. И мы же могли
договориться, а потом он стал почему от
чего-то недоговороспособен. В чём его
претензия, обиды, я не знаю. Я тоже
слышу это так же, как и вы, из СМИ,
читаю, смотрю интервью. Я, наверное,
сейчас буду выглядеть наивной, но когда
я ехала сегодня сюда, а у меня нет ещё
судебного решения. То есть получается,
что бумага от него о запрете на
исполнение юридически, но это просто
бумага. Судебного решения нет. И песни
находятся в Рау. И мы по закону знаем,
пока песни находятся в Рау, Равляется
лицензирует и Равляется
представителем исполнителя. Да это же
просто письмо предупредительное
получается. Пока я работаю. А что делать
дальше? Я не знаю. Ну в тюрьму,
наверное, все пойдём. Что делать-то?
Будем в тюрьме адреналин петь. Ну такое
на ложках сыно. Я могу на гитаре будем
играть. Не шутки шутками, но как бы я не
знаю, что делать. Я, наверное, буду
очень наивной. Но я, еха в сюда,
всё-таки
теплилась во мне надежда, что это просто
пугалки и что они меня всяческими путями
заставляют отдать смежные права, чтобы
являться единственным правообладателем
на эту музыку. Но до суда дело не
дойдёт. И я до сих пор питаю эту детскую
наивную иллюзию, что всё-таки, ну, по
крайней мере, на сестру в суд не будут
подавать. Дорогой мой брат Максим,
много слёз и писем тебе написано, многие
много обещаний от тебя выслушано.
А всё это есть у меня в переписках. Всё
это я могу показать.
Много лет я делюсь с бумагой, всеми
нюансами взаимоотношений вокруг нас,
происходящие и с нами происходящими.
Когда-нибудь я, видимо,
выпущу книгу или мемуары напишу. Я
расскажу всё, как было, в нюансах, как
это всё, как как мы начинали, когда были
добрыми, любящими,
горящими, как мы радовались нашим
песням, как мы их писали вместе. У меня
есть черновики сохранились, как мы
обещали друг другу, как мы спасали друг
друга в трудные минуты.
И
сейчас я хочу тебе,
Сердце болит, мне больно думать об этом.
Сейчас я хочу тебя просто призвать к
здравости, что ли, к человечности.
Я хочу, чтобы ты
просто поговорил с нами. Это правильный
путь поговорить и договориться. Я
считаю, что любой из нас, все мы
артисты, люди, я знаю девочку Линду с
тех времён, жили вместе практически
одной семьёй. Я знаю, как она относилась
всегда к тебе, как тебя любит и любил
Миша Кувшинов, что это была
действительно семья. Эти люди готовые на
компромисс, эти люди готовы
договориться. Эти люди всё ещё готовы
тебя любить, равно как и я. Потому что у
меня можно забрать всё, но у меня нельзя
отобрать жизнь и нельзя отобрать право
любить, право быть родственниками. К
сожалению, не хочу плакать, к сожалению,
нет наших родителей с тёть Светой. Мы не
попрощались.
Но наше
моё право на любовь мне не отнимит
никто, поэтому,
мне кажется, имеет смысл поговорить.
Ты нравишься мне твоё отражение
в стеклянных витринах,
на снимках движения.
Ты нравишься мне.
штрихами за гранью.
Я вот просто сохранила
листочек записки, которую оставил папа.
Где-то это двадцать четвёртый год. Вот
здесь он написал. Я приехала к нему
после гастроли и увидела это на столе.
Меня это очень тронуло. Он написал
следующее, что я хочу, чтобы мои дети и
внуки были счастливы и ни в чём не
нуждались, чтобы они работали во благо
семьи и чтобы работа им нравилась, чтобы
их окружали члены семьи и друзья
единомышленники,
чтобы в стране был мир и страна
постоянно развивалась. Пусть Господь
поможет им.
Я просто тогда
поняла, насколько он сильно переживает
за всех нас
и что его внутренний мир, он постоянно
в заботе о нас. Он очень человечный
человек, широкой души человек. Реально в
этой атмосфере выросла вся наша семья и
вся традиция и ценность главное для папы
- это, конечно, семья. Всё остальное,
как он всегда говорил, всё остальное
будет. И любимая фраза его была, он мне
всегда говорил о том, что всё
обязательно будет хорошо. Не обязательно
просто, но обязательно хорошо.
Опусти меня,
он меня внутри.
Будут биться птицы. Ты на ней смотри.
Опусти меня,
я не повесь.
Опусти меня, я больше не вернусь.
 

////////////////////////////