Тайны следствия (20 сезон, 17-24 серия). Фразы и цитаты из сериала
2020 год
В новом сезоне следователь Мария Швецова переезжает на дачу, но
отдохнуть на природе ей не удастся. Ограбление коллекционера, гибель
ученого, смерть адвоката, загадочное убийство без тела, похищение людей,
торговля наркотиками, шантаж и преследования – преступные схемы
становятся всё изощреннее, а злоумышленники – коварнее. Новые дела не
дают главной героине разобраться в личной жизни и ответить на вопрос,
что же связывает Швецову и оперативника Платонова (Алексей Комашко)? В
команде под руководством полковника Ковина (Вячеслав Захаров) к уже
полюбившимся оперативнику Курочкину (Александр Новиков), начальнику
отдела Кораблеву (Игорь Николаев) и криминалисту Квашне (Степан Пивкин)
присоединятся новые сотрудники Эльдар Калимулин (Радмил Хайрутдинов) и
Катя (Виктория Волохова). Смогут ли они влиться в коллектив и стать
частью легендарной команды?
Все фразы и цитаты
Серия 17
- Не пущу.
- Ваня, мне надо заниматься.
- Можно заниматься этим
не в семь утра?
- Это лучшее время для занятий йогой.
Лучшее, но не идеальное.
Порадуйся, что я не в пять встаю.
А-а-а! Ваня! Ваня, что это?
- Аня, что?
Вот дерьмо. Пойдем.
Пойдем, пойдем, пойдем.
Успокойся. Сядь.
- Это ужасно. Ужасно.
- На, выпей.
Вот ублюдки.
Ты куда звонишь?
- В полицию.
- Не надо. Не надо. Его куча народа
видела, без нас позвонят.
- Ну как тебе, Эльдар?
Ничего себе картинка?
- Я никогда в жизни такого не видел.
- С тобой трудно не согласиться,
Эльдар. Зрелище что надо.
Лейтенант, ну, как это?.. Может...
- Ну а что я могу,
товарищ подполковник?
У меня, конечно, такой строительный
игрушечный кран был в детстве,
но, боюсь, моих навыков
все равно не хватит.
- Чего, он так и будет болтаться
здесь?
- Ну, с конторой мы связались,
которая здесь стройкой занимается,
обещали через час-полтора
кого-нибудь пригнать.
- Странно.
- Что именно, Леонид Николаевич?
- Да тут охрана же должна быть
какая-то, а никого нет, кроме наших.
Ладно, пойду я там пошукаю
возле бытовок, а ты...
- А я там уже все посмотрел, кстати.
- И чего?
- Ну, ничего в бытовке самой не было,
но перед ней лежал сторож
с пробитой головой.
Ничего, конечно, смертельного,
но крайне болезненно.
Когда его на скорой увозили,
он очнулся, сказал,
что вырубили его ночью,
а кто именно, он не видел.
- Сам проверю. А ты давай здесь.
- Узнал я про этого сторожа.
Ничего особенного,
сидел человек, никого не трогал,
смотрел ящик.
Чего-то услышал, вышел,
получил по голове.
- Зачем такие сторожа нужны?
- Найдут другого.
- Ну а его версия правдива?
- Не знаю. Участковый говорит,
что еще чуть-чуть -
и отправился бы на небеса.
Так что такое, боюсь, не подстроишь.
Ну вот. Как вам картинка?
- Нет слов. Казалось бы,
всего повидала.
- У меня схожие ощущения.
- Он в халате?
- Похоже на то.
- Ты посмотрел, что с камерами?
- Да посмотрел.
На стройке их нет,
а где-то на подъезде...
Но я туда еще не добрался.
- Надо с генеральным директором
поговорить,
может, какие-то споры возникли
с подрядчиками?
- Поговорим.
- Ну, и близлежащие дома обойти.
Если нам повезет, то потерпевший
где-то поблизости жил.
- Обойдем.
- Я так думаю, что убийца
умел пользоваться краном.
Не знаю, даст нам это что-то...
- Вы хотите, чтобы мы нашли всех,
у кого есть корочки крановщика?
- Если зайдем в тупик, то да.
- Ох, Марья Сергеевна.
- Что со свадьбой-то?
Придумал что-нибудь интересное?
- Придумал, но это сюрприз.
- Для невесты?
- Для невесты в том числе.
Гостей хочу удивить.
- Дресс-код?
- Без каблуков.
- Ух...
А что подарить?
- Себя подарите мне, Марья Сергеевна.
- Думаешь, невеста обрадуется
такому подарку?
- Ну, тогда на ваше усмотрение.
- Катя! Кать, ты чего? Слезай оттуда!
Не надо там ничего делать! Слезай.
Я не дам! Не дам тебе там работать!
Хочешь там работать -
надевай страховку. А так не надо!
Пожалуйста, слезай, спускайся.
Спускайся, пожалуйста, Катя!
Ты чего делаешь-то? Ты чего,
а если бы покалечилась?
Ты могла упасть, и на какие деньги
мы тебя бы лечили?
Ты об этом подумала вообще?
- Ой, брось. Да брось, ну!
- Ну в смысле "брось"?
А если б ты упала?
- Возьми чемодан.
- Держи. Так.
Ну что, здорово, молодежь.
- Добрый день.
- Здрасте, здрасте.
- Так, так, так...
Ну что, господи, что ж ему такое
приснилось-то,
что он среди ночи бросился
на стройку вешаться?
Или он уже до стройки
готовенький был?
- А почему вы так думаете?
- А вон, видишь,
странгуляционная борозда
не так ярко выражена.
Такое ощущение, что его уже трупом
в петлю засунули.
Ну, вскрытие покажет.
- А можно мне забрать веревочку?
- Милая моя, забери веревочку,
денежку,
ключики от квартиры, все бери.
- Нет, мне только веревочку.
- Ну, веревочку так веревочку.
- Документов, как я понимаю,
при нем не обнаружено.
- К сожалению.
- И дома ближайшие обошли.
- Безрезультатно.
- Понятно. А с причиной смерти что?
- А вот уже интересно. Инфаркт.
- Ничего себе.
- Чем вызван, сказать не могу, но...
- Не понимаю, нет. Почему?
Стройка-то почему? Можно же в лес
отвезти, на свалку, куда угодно.
А проникают они на охраняемый объект.
- Да.
- Технику заводить... А?
Выглядит как сумасшествие.
- Да, согласна.
- Ну и что? Есть какие-то мысли?
- Для начала проверим
строительную фирму, а там посмотрим.
- Первый раз вижу.
- Сто процентов?
- Сто пятьдесят. У меня триста
подчиненных, я каждого в лицо знаю.
- Хорошо, а есть какие-то мысли,
как это тело
могло оказаться у вас на объекте?
- Сам бы хотел узнать.
- Ну, не знаю, может, у вас какие-то
конкуренты, соперники, враги?
- Товарищ майор,
мы же при капитализме живем.
Это раньше конкуренции не было,
а теперь она на каждом шагу,
куда без нее?
- Ясно. Спасибо, что просветили,
но ситуации все-таки разные бывают.
- Таких конкурентов у меня нет.
- Хорошо, ну, а вот понимания,
что вся эта чертовщина
может значить, у вас тоже нет?
Ну или, может, есть?
- У меня есть одно предположение.
- Вот, слушаю внимательно.
- Был у меня напарник, Миша Абрамов.
Вместе начинали сто лет назад.
На одном объекте вышел конфликт,
недопонимание.
Мы посидели, подумали,
решили разбежаться.
У него своя песня, у меня своя.
Так, краем глаза следил,
там какие-то проблемы.
Ну, после пропал человек.
А недавно объявился с предъявой -
мол, не так разбежались.
- Ну, и что?
- Ну а что? Что?
Где ты был, милый человек, раньше,
о чем думал?
Естественно, послал его.
- Так, ну и что этот Миша?
- Напомнил, что земля круглая.
А больше ничего.
Так что смотрите сами,
есть он здесь, нет, не знаю.
- А он не подсказал, случайно,
где искать своего бывшего товарища?
- Подсказал, Марья Сергеевна,
и телефон дал,
и, собственно, и созвонились.
Обещал подъехать в ближайшее время.
- Отлично, послушаем, что скажет.
- Да, верно. Это он у нас
конструктор покупал.
И мальчика тоже помню, да.
- Представлялся?
- Ой, простите, пожалуйста,
он, конечно, говорил, как его зовут,
но у меня такая плохая память.
- Ну, прежде чем встретиться, он же
должен был позвонить, правильно?
- Не он, женщина. Я поняла,
что это его дочь.
Она же и покупку оплатила переводом.
- А, вот так. То есть получается,
данные ее карты должны были у вас
остаться в банковском кабинете,
правильно?
- Ну да, думаю, да.
Странно, если бы их там не было.
- Свиридова Лена. Более подробную
информацию предоставлю,
когда получу ответ из банка.
- Хорошо. Что еще?
- Сказала, что произвели на нее
приятное впечатление
что дедушка, что внук. Ты в пути?
- Да, подъезжаю к дому.
Сейчас Злата в очередной раз спросит,
почему ты нас забыл.
- Злате большой привет.
Как только выдастся свободный день,
обязательно приеду.
- Договорились. Пока.
- Пока.
- Ну вы исполнители. Знал бы,
из-за чего меня дернули,
с места бы не встал.
- То есть ваш бывший партнер
слукавил,
когда сообщил о вашем конфликте?
- Почему же?
Конфликт есть, претензии мои
никуда не делись.
Только полиция тут ни при чем.
- То есть?
- У меня есть доказательства, что мой
глубокоуважаемый бывший партнер был,
мягко говоря, не слишком прав при
разделе имущества. И он это знает.
Также знает, что в суде у него
шансов не слишком много.
А с деньгами расставаться
ой как не хочется.
Вот, собственно говоря,
и весь сказ про белого бычка.
- Ну, товарищ сообщил,
что у вас-то дела не очень.
- А по мне так заметно, да?
Что который год от отчаяния
мутной спасаюсь.
- Ну, не сказал бы.
- Послушайте, он может говорить
что хочет.
Говорить ему недолго осталось,
арбитраж, что называется, на низком
старте. А там война покажет.
- Я вас понял.
- Так-то и я про него мог
столько наговорить,
от вас выбираться не будет.
Но не стану.
- Да? Почему?
- Бирюльки это все.
Будешь размениваться на мелочь -
сразу в пролет.
- Злата!
- Да, мам.
- Олег просил передать, что подъедет
при первой возможности.
- Хорошо.
- Чего у тебя там?
- Да вот, посмотри,
современное искусство.
- Да ладно?
- Угу, называется "Вознесение".
- Кошмар.
- Ну, это, конечно, постановка,
но мне кажется, перебор.
- Перебор - не то слово.
- Да, и у этого еще
очень много поклонников.
- Да ладно?
- Да, конечно.
Иначе этого бы и не было.
- Возможно, сфотографировал участник
или свидетель,
а может, даже сам убийца.
- Так, Марья Сергеевна, ну а зачем
убийце фотографировать труп
и выкладывать его в интернет?
- Ну, а может, это задание?
Ты помнишь, у нас дело было
о подростках, состоявших
в интернет-сообществе,
они там заканчивали жизнь
самоубийством?
- Ну да, было такое, трудно забыть.
- Ну или это художественная акция.
- Художественная акция - это как?
- Леня, ты ни разу не слышал
про группы молодых людей,
которые разрисовывают мосты,
поджигают двери в разных учреждениях
и говорят, что в этом есть
какой-то художественный смысл?
- Слушайте... Привет.
- Привет.
- Людей-то ведь никто не убивал.
- Все когда-то бывает в первый раз.
Я тебе сейчас фотку скину, надо будет
найти автора. Договорились?
- Ну хорошо, сейчас посмотрю.
Так...
Привет.
- Господи, что за ужас?
- Слушай, не обращай внимания,
это так, текучка.
- Кошмар какой-то. Я когда-нибудь
привыкну к твоей работе?
- Я надеюсь. А ты чего хотела-то?
- Тебя поцеловать.
- Наконец-то взламываем Пентагон?
- Это как-нибудь в другой раз.
Вот, можешь найти мне автора
вот этого снимка?
- Серьезно? Ты за этим
меня сюда позвал?
Ты вызвал хирурга экстра-класса
для того,
чтобы достать занозу
из пальца маленького мальчика.
Ты что, маленький мальчик?
- Валера, вот я сейчас сделаю вид,
что я не понял,
что ты сказал, и спрошу тебя еще раз.
Ты можешь мне помочь? Можешь найти
автора вот этого снимка?
Только ты подумай, не отвечай сразу.
И подумай хорошенько.
- Я найду автора за полчаса, а ехал
я в твое укромное место целый час.
Ради всякой фигни не зови меня.
Кидай ссылку, проси удаленно.
Давай телефон.
Через полтора часа отправлю адрес.
Я стал хакером для того, чтобы
сидеть дома и не общаться с людьми.
А встречи нужны,
если мы будем взламывать Пентагон.
(Сигнал входящего сообщения.)
- Что случилось?
- Спи, спи, это мне по работе.
Платонов: - Леонид Николаевич,
ты видел, который час?
- Подожди, Платонов, не пыли.
У меня есть адрес предположительного
убийцы нашего висельника.
- Отлично, вызывай наряд.
Я тут при чем?
- Но я не уверен. А вдруг это был
просто какой-то случайный прохожий?
Сделал фото, выложил в сеть.
А я потом утону
в отчетах и объяснительных.
Хотя последнее время
этим Курочкин занимается.
- Я не понял про фотографа.
- Ну что ты не понял?
Швецова увидела в Сети фотографию
нашего висельника.
Я пробил адрес - айпи реальный.
Ну, с фото, которое выложили в Сеть.
- Доказательства не стопроцентные.
Ну ладно, съездим, посмотрим.
Кого с собой брать,
Курочкина или Эльдара?
- Да до кого дозвонишься,
того и бери, что ты как маленький.
Все, отбой.
- Снимай ее.
- Ага.
- А-а!
- А-а!
- Кто это?
- Кто-кто, полиция. Вы чего, живая?
- Полиция? Ну так спустите меня уже.
Полиция...
- Не двигаться, тварь. Можешь
сохранять молчание, можешь нет,
мне по барабану, я тебе башку
все равно отстрелю.
Эльдар, как там девушка?
(Стонет.)
- Твоя работа?
- Да. А что с ней не так?
- Ладно, расскажи,
как ты обнаружил труп?
- Гулял, обнаружил днем.
Залез, сфотографировал, ушел.
- А почему в полицию не заявил?
- Так а чего заявлять-то?
Я и сам таким подобным занимаюсь,
как видите.
Тот, кто это сделал, он достоин
уважения. Не каждый смог бы.
- Я что-то не пойму, ты правда не
врубаешься, что это настоящий труп?
- Да?
- Да.
- Круто.
Я... Я, кажется, знаю,
кто это сделал. Сейчас.
Зовут его Головастов,
занимается постоянно
какими-то экологическими акциями.
У него постоянно на этих акциях
по женщине умирает.
А у меня не умирают,
у меня искусство.
(Женщина стонет.)
- "По-мо-ги-те!" -
кричит мое сердце,
обливающееся кровью.
Кровь - вода нашей планеты!
Она засорена вашими фекалиями!..
- Что это за жесть?
- Хотите еще видео?
- Нет.
- Этот фотограф,
скорее всего, ни при чем,
но он нам показал одного персонажа
по фамилии Головастов.
- А потом, как это бывает
среди творческой интеллигенции,
взял и слил своего коллегу, так?
- Причем с удовольствием.
Головастов тоже не факт,
что убийца по нашему делу,
но он стопудово долбанутый,
и возможно, калечит женщин,
прикрываясь экологическими акциями.
- Адрес Головастова есть?
- Да, фотограф слил его по полной.
Головастов открыл музей современного
искусства в Тосно, едем туда.
- Группа захвата нужна?
- Да нет, не нужна.
- Ну ладно. Отбой.
Читает: - "Фроська тихо вошла в баню
и в нерешительности остановилась.
Барин лежал на животе,
и две девки Наташка и Малашка
тоже голые стояли с боков.
По очереди ожесточенно
они хлестали вениками
по раскаленной багровой спине,
блестевшей от пота.
Барин блаженно жмурился,
одобрительно крякал.
"Квасу",- хрипло сказал он".
- Здрасте.
- Здрасте.
- Оперуполномоченный
Эльдар Калимулин.
Вы обвиняетесь в убийстве.
- Убийство?
- Да.
- А я подумал, что это папаша
одной из девчонок.
Ребята, ну какие убийства, а?
Я вас умоляю.
Девушки с видео -
вы их сами сейчас видели.
Вон они сидят, целехонькие,
на улице у меня.
Это же все постановка была,
понимаете, ну это же...
Это спецэффекты, так сказать.
Понимаете?
Но только все ради природы.
Я вам честно скажу,
с акционизмом я завязал.
Завязал полностью, потому что устал.
Устал от критики. Устал от клеветы.
Устал от негодования.
И сейчас я осуществил свою мечту.
Я живу в полном согласии с природой.
Потому что я... я художник.
Я как Лев Николаевич Толстой.
Я с утра покосил,
а вечером к фотоаппарату.
Ну, кушать... кушать, знаете,
как хочется?
Кстати говоря, на этих акциях
я немало бабла срубил.
Только вот мне очень интересно,
а кто вам про меня рассказал?
- Товарищ ваш, Барсуков.
- Сволочь!
Сволочь он! Вот он, кстати говоря,
и снимает одни трупы!
Так что ловите его!
Ловите обязательно!
И я очень много что про него знаю.
Я вам даже адрес его могу дать.
- Вы лучше скажите,
где вы были 27-го ночью?
Чем занимались?
- Как чем? Вот этим! Вот этим!
У меня на фотике, на компе все есть -
и время, и дата,
когда были сделаны снимки.
Я могу вам все показать. Хотите?
Пойдемте?
- Пойдемте.
- Пойдемте в лабораторию. Пойдемте.
- Только осторожно там, да?
- Вам нравится?
Возьмите на память о нас.
Всего пять тысяч.
- Всего?
- Может быть, вам нравятся картины?
Я художница.
Пишу интимными частями своего тела.
- Ого.
- Пойдемте, я вам покажу.
Это немного дороже,
чем обычные фотографии,
но оно того стоит.
- Олег, там действительно
все сходится
по компьютеру, по фотоаппарату.
- Пойдем поскорее отсюда.
- Да, я за.
- Подождите, ребята, а может,
купите пару фотографий, а?
- Да мне вот предложили на память уже
за пять тысяч женскую грудь.
Я еще знаю,
вы там интимными частями рисуете.
- Да. И не только этим.
- Вот поэтому мы и пойдем.
Всего вам творческого. До свидания.
- До свиданья.
- Вот! Вот из-за таких, как вы,
я занимался всю свою жизнь
всякой дичью!
Потому что никто не хочет
вкладываться в настоящее искусство!
Что вам только нужно?
Одни извращения! - До свидания.
- В настоящее искусство
никто не хочет вкладываться! Никто!
И, кстати говоря, про Барсукова!
Он был моим одноклассником!
И он в детстве зверей мучал!
Отыщите его!
Марфа!
- Что?
- Марфушенька, душенька.
- Да ладно тебе.
- Пойдем через костер прыгать?
- Ты считаешь, что этот художник
тут ни при чем?
- К сожалению, Леонид Николаевич.
- А разве не мог воспользоваться
фотоаппаратом Головастова
другой человек?
- Мог, но там дело в том,
что на снимках есть сам Головастов.
Видать, сделаны одной из девушек.
Кроме того, он просто не мог приехать
в город,
убить человека, повесить его,
а потом просто раз - и вернуться.
Там фотосессия еще всю ночь шла.
- Ладно, я понял, возвращайтесь.
- Ладно, до встречи.
Что, Эльдар, поехали?
Хватит уже этих творческих вечеров.
Хороший...
- Не знаю, мне понравилось.
- Ой, да кто бы сомневался.
- Алло, Олег, привет.
Пришел запрос из банка
по поводу Свиридовой вашей.
Адрес, телефон, все остальное. Ай!
- Чего там?
- Да ничего, чай горячий.
- Ага.
Пришли мне, пожалуйста, на телефон.
- Да, хорошо, сейчас сделаю.
- Ага. Давай, пока.
- Вот мне интересно,
как ты так быстро Барсукова-то нашел?
- Да есть у меня один знакомый,
в компьютерах разбирается,
я его недавно за то самое место взял
и держу при себе так,
на всякий случай.
- Ты случайно говоришь не о том деле,
где проходило шесть человек,
а село пять, а, Леня?
- Так он там не при делах был,
просто рядом сидел.
- Серьезно?
Чаек подносил, пока остальные
пенсионный фонд взламывали?
- Марья Сергеевна, так они же
не ради денег взламывали,
а так, поставить картинки
с мужскими причиндалами
на рабочий стол сотрудникам,
чтобы не скучали.
- Леня, все, не хочу это вспоминать.
- Зато он теперь нам должен.
- Я о твоих методах еще поговорю
с тобой.
- С удовольствием, Марья Сергеевна.
- Всего доброго.
- Всего.
- Извини, пожалуйста,
что ты говорила?
- Что я беспокоюсь за Никиту.
В последнее время с ним стало
просто невозможно разговаривать.
- Ну, его можно понять.
- Конечно, его можно понять,
и я его понимаю.
У человека убили родителей,
всю жизнь он думал, что убийца погиб,
и тут вдруг выясняется, что он жив.
- Не факт.
- Хорошо, возможно, жив.
Но даже если это он, и его поймают,
ему же за это ничего не будет.
Понятно, что Никита как на иголках.
- Хорошо, что тебя конкретно
беспокоит?
- Машенька, я его поддерживаю.
И готова еще долго так поддерживать,
но не бесконечно же.
Когда все это закончится?
Я выходила замуж за одного человека,
в одну секунду он стал другим.
- Все настолько плохо?
- Да.
Ты знаешь, сколько мне лет?
Я наконец-то встретила мужчину,
от которого хочу иметь детей.
И думала, что мы заведем первого
сразу после свадьбы.
А теперь... Я не могу долго ждать.
- Никита хочет детей?
- Раньше хотел.
А теперь он хочет только мести.
Маша, я понимаю,
что нельзя взваливать на вас
с Олегом такую ответственность,
но боюсь, что от вас с Олегом
зависит судьба моего брака.
- Я бы очень хотела помочь,
но я ничего не могу обещать.
- Маша, я думаю, если Никита просто
посмотрит убийце в глаза,
может быть, он успокоится?
Пусть даже его не посадят.
- Все будет хорошо, не беспокойся.
Мне пора на работу, прости. Пока.
- Спасибо.
Маша, спасибо тебе огромное.
- Если честно, с самого начала эта
версия-то про современное искусство,
это все как-то неубедительно.
- Согласна,
но другой версии пока нет.
- И то правда.
А что с пропавшими без вести?
- Ничего похожего.
Скорую тоже опросили - ничего.
- Понял.
Значит, будем ждать и верить.
- Получается, так.
Да, есть интересный факт.
На халате убитого обнаружена земля.
- Ну и чего тут любопытного?
- На стройке только глина и песок.
- Это что получается?
Значит, между спальней и стройкой
он успел еще в лесу побывать?
Ну, тут с ума сойти недолго.
- Да уж. Я еще хотела поговорить
по поводу убийства Ковалевых.
- Ну-ну.
- Дело в том, что я посмотрела -
в деле очень мало
свидетельских показаний.
- Так в этом деле они
и не слишком нужны-то были.
Практически ничего не давали.
- Мне бы поговорить с кем-нибудь,
кто хорошо знал Ковалевых.
- Мария Сергеевна, дотошная ты.
- Чья школа?
- Ну хорошо, ладно, ладно.
Я посмотрю, кто бы это мог быть.
- Спасибо.
(Звонок в дверь.)
- Мама, кто это звонит?
- Не знаю, сынок, мы не ждем никого.
Сейчас посмотрим.
- Добрый день. Майор Платонов,
уголовный розыск. - Здравствуйте.
- Могу я поговорить
с Еленой Свиридовой? - Да, это я.
Да, это и есть мой отец.
А это мой сын.
- Привет.
- Привет.
- Тебя как зовут?
- Артем.
- Меня Олег. Молодец.
Любишь рисовать?
- Ага.
- Ну, не отвлекайся.
Скажите, а отца вашего как зовут?
- Борисенко Степан Андреевич.
Борисенко?
- Да.
- Извините, а такая фамилия как
Михальчук вам ни о чем не говорит?
- Впервые слышу.
- А с отцом я могу поговорить?
- Наверное, можете,
только он здесь не живет.
- А где он?
- У него квартира в области.
Он к нам приезжает раз в месяц,
иногда чаще, иногда реже.
- Я понял.
А вы могли бы дать мне адрес его,
ну или, на крайний случай,
контактный телефон?
- Простите. А почему вас интересует
мой отец?
- Да это, в общем-то, сводка
по старому делу, ничего особенного.
- Да, хорошо.
- Я вас еще
об одном одолжении попрошу.
- А работает водителем маршрутки?
Платонов: - И имеет положительные
отзывы и пользуется авторитетом.
- Чудеса. А про Михальчука
никто ничего не знает.
Ладно, надо поговорить
с Борисенко с этим.
- Я как раз сейчас к нему
и направляюсь.
Буду держать тебя в курсе.
- Но только будь осторожен. Пока.
- Буду осторожен. Целую.
- Целую.
(Телефонный звонок.)
- Ой, господи. Да!
- Слушай, я изучила
результаты вскрытия. Ты пишешь,
что не так давно погибший перенес
операцию на позвоночник,
в результате которой был установлен
стабилизатор.
- Есть такое, врать не буду.
- А мне кажется,
или это очень редкая операция?
- Ну, не такая уж редкая,
конечно, сегодня.
Ну и, собственно, не аппендицит,
конечно.
- Смотри, если нам повезет, мы можем
установить личность погибшего
через стационар, где он оперировался.
Для этого, конечно,
придется обойти все больницы.
- Нет, не придется. Штуки 3-4.
- Чудесно. Все, не отвлекаю
от важных дел. Целую.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Я вот из полиции, ищу вашего соседа
Степана Андреевича.
Не подскажите, где он?
- Степу, что ли?
- Степу, да.
- Так на телефон ему позвоните.
- Да звонил вот, не подходит.
- Так, может быть, он на работе?
Здесь недалеко его база.
Вот буквально пять минут.
- А как пройти?
- Спуститесь вниз, повернете налево
и вперед пойдете.
Прям всего пять минут идти, и все.
Там очень много автобусов стоит,
парк автобусный.
- Ладно, спасибо. Спасибо.
- Добрый день, я из полиции.
Ищу Степана Андреевича Борисенко.
Не подскажете, где он?
- Да пес его знает.
- В смысле?
- Час назад прикатил, сказал,
что сегодня больше никуда не поедет.
И свалил. Вон его техника.
- А что случилось, не сказал?
- Я же объясняю: без понятия.
Ему как вожжа под хвост попала.
Я бы подумал, что после выходных
трубы горят, но это не его тема.
- И куда, тоже не сказал?
- Ничего не сказал. Теперь мне завтра
за него пахать.
- Ладно, спасибо.
Лена, Лена, попросил же
отцу не звонить.
По телефону: "Абонент временно
не доступен, перезвоните..."
- Получается, она предупредила отца,
и сама исчезла.
Платонов: - Получается, что так.
Понятия не имею, что все это значит.
- Ну, надо их искать,
и пускай все объясняют.
- Это мы сделаем.
Кроме того, я встречусь с Никитой,
узнаю, что он знает
о Борисенко Степане Андреевиче.
- Отлично. Все, до встречи, пока.
- Пока, до встречи.
- Господи, что с ним произошло?
- Скажем так, все не очень хорошо.
Так знаком вам этот человек?
- Я не знаю.
Такая фотография, конечно...
- Какая есть.
- А вы говорите, он у нас здесь делал
операцию на позвоночнике?
- Я не знаю, у вас он делал или нет.
Я сегодня был в областной больнице,
я сегодня был в центре нейрохирургии,
там его не было.
Поэтому, пожалуйста,
посмотрите повнимательнее.
- Господи. Боже мой! Он что, мертвый?
- Как видите.
- Слушайте, кошмар. Кто это сделал?
- Для того чтобы узнать,
кто это сделал, нам нужно понять,
кто это такой, а для этого нужно,
чтобы вы его опознали.
- Да как я его опознаю,
если его не было?
- Не было? Вы уверены в этом?
- Я не знаю, это я так,
к примеру сказала.
- Вы чего, издеваетесь?
Он был у нас или нет?
- Слушайте, что вы нервничаете?
Это вы вообще-то меня от работы
отвлекаете, а не я вас. - Простите.
- Ну ладно, пойдемте по базе данных
в компьютере посмотрим. - Пойдемте.
- С точностью 99 процентов,
Мария Сергеевна.
Делал операцию месяц назад, три дня
лежал на реабилитации в стационаре.
- Фамилия есть у человека?
- Все есть Мария Сергеевна:
Василий Вельский.
Домашний адрес? - Тоже есть.
Так я сейчас и еду как раз туда.
- А близкие родственники?
- Вот эта категория отсутствует...
Судя по ксерокопии паспорта,
человек не так давно в городе.
- Да, вот это беспорядок.
Это же надо было такое устроить.
- Судя по всему, не сам хозяин
бардак-то устроил.
Помогли ему здорово.
Он у нас в халате был? Вот, видимо,
его из теплой постельки-то
и выволокли.
Только халат и успел надеть.
- Да, судя по всему,
он сопротивлялся.
- Так, а кто ж не будет
сопротивляться-то,
если его из теплой постели
выволакивают?
Давай живо дуй к вахтеру,
узнай там насчет хозяина.
Ну, что за человек был,
чем занимался?
Может, он буйный какой был?
Нам бы, конечно, записи этой ночи.
- Какой ночи?
- Варфоломеевской.
Вельского-то ночью выволокли,
понимаешь?
А там камеры вроде на входе я видел.
Вдруг нам подфартит.
Ну давай-давай, иди.
- Да.
Что можете сказать
про этого человека?
- Все. В списках должников
его не видел.
Писем для него никогда не было.
Машину на газоне не парковал,
друзей не водил.
Только одна женщина приходила к нему
в последнее время.
- Женщина? Описать сможете?
- Вряд ли. Она всегда капюшон
надевала
или очки темные на пол-лица.
И когда шла, за ним пряталась,
чтобы ее никто не рассмотрел.
- Почему?
- Проститутка, наверное.
- А.
Виктор Всеволодович, у вас здесь
камеры везде стоят.
- Стоят. Без них куда? Никуда.
- Это верно. А можно записи с них
получить за понедельник, 27-е число?
- 27-го? Вряд ли.
- Почему?
- А их буквально накануне
какие-то отморозки перебили...
И над входом, и над лифтом - все!
А то, что вы видите - это новье.
Буквально сегодня с утра и привинтил.
- Господи, да что тут происходит?
- Здравствуйте, а вы кто?
- Надя.
- Леня. Очень приятно.
А вы, Надя, в этой квартире кто?
- Я тут убираюсь. А что случилось?
Вы кто? Где Василий Антонович?
- Да вы не пугайтесь, Надя.
Пойдемте, пойдемте со мной.
Я вам сейчас все объясню.
Ну что, успокоились? Ну и хорошо.
- Простите, просто он такой
славный был. И платил хорошо.
- Скажите, вы как давно помогаете
с уборкой Василию Антоновичу?
- Месяца три.
Он меня по объявлению нашел.
- А где он работал?
- Не знаю. Мне кажется, что нигде.
Я как ни приду, он все время
дома был, телевизор смотрел.
- А припомните, пожалуйста, может,
он в последнее время
чем-то был обеспокоен?
- Нет, не сказала бы. Хотя...
Я как раз убиралась, а Василий
Антонович по телефону разговаривал,
и мне показалось, что ему угрожали.
- А почему вам так показалось?
- Просто он сказал, что тот,
кто ему угрожает,
может свои угрозы
в одно место засунуть.
- Ну, понятно. И все?
- Все.
- Скажите, пожалуйста, а может,
вы мне посоветуете,
с кем можно о нем поговорить?
Может, друзья у него были какие?
- Про друзей ничего не скажу.
- Девушка, может быть, была?
- Девушка была. Я ее лично не видела,
но точно знаю, что была.
- А откуда?
- Я как-то под кроватью чулок нашла.
Сказала Василию Антоновичу,
он обещал передать.
- То есть ни имени, ни телефона
девушки?
Кораблев: - Думаю, это не проблема,
Мария Сергеевна.
Изъяли мобильный телефон,
так что найдем девушку.
- Ну, хорошо. Давай.
- Ага, пока.
- Значит, Борисенко, да?
- Степан Андреевич.
- Слушай, я чего-то не припоминаю
такого совсем. - Уверен?
- У меня такая память
на имена, что... А кто это?
- Человек, которого ты принял
за Михальчука.
- Да ладно? Интересно.
- Вот и мне интересно.
Вообще интересно, что происходит.
- С другой стороны, если Михальчук
инсценировал свою смерть,
то глупо же предполагать,
что он будет продолжать жить
под фамилией Михальчук. Я ведь прав?
- Ну, с одной стороны прав,
с другой - всякое бывает.
- Этот Борисенко, он кто?
Уголовник какой-нибудь?
- Да нет. Обычный мужик,
водит автобус, воспитывает внука.
- А где живет?
- В области.
- В области? Ну да, область-то
большая, а где в области-то?
Ну ладно, я понял, короче, я похоже,
не в свое дело лезу, извини.
- Да ладно. - Спасибо,
что занимаешься моим делом.
(Телефонный звонок.)
- Ничего, работа...
Так, а сейчас мне кажется, пора.
Все, будем на связи. - Давай.
- Привет, Олег!
- Привет, а ты где была?
- Я с Бусей гуляла,
а что-то случилось?
- Да нет, я просто здесь был у Никиты
недалеко, ну там, по делу.
Решил к тебе заехать.
Я вообще думал, ты на работе.
- А где твоя машина? Я не видела.
- Я, в общем, ее продал.
- Продал? - Да.
- Ты ее так любил. А зачем?
- Да просто решил,
что есть вещи поважнее.
- В смысле?
- Решил взять ипотеку.
А деньги за машину - первый взнос.
- Так, подожди,
у тебя ж квартира в Москве.
- Отдал жене. Я просто решил
в Питере купить квартиру.
Тем более, определился и с городом,
и с работой, и с...
- С чем?
- Поможешь мне выбрать квартиру?
- Ну, я, конечно, не риелтор.
Да помогу. Пойдем чай пить.
Все, хватит, пойдем. Пойдем, пойдем,
я чайник поставлю. Поможешь мне?
- Добрый день.
- Здравствуйте.
- Скажите, пожалуйста, а я могу
увидеть Елену Михнову?
- Это я. Вы от Насти?
- Нет, не от Насти. Почему от Насти?
- Она должна была ко мне своего
оболтуса на стрижку прислать.
Вы - это не он?
- Нет, я - это не он.
Я из уголовного розыска.
Вы только не пугайтесь, бога ради.
Я могу вам задать пару вопросов?
- Конечно, конечно. Присаживайтесь.
- Ага.
Парикмахер:
- Главное - седину прокрасить.
- А что случилось?
- Вот такое дело. Только вы... Да.
- Вася?
- Расскажете что-нибудь?
- С Васей мы прямо здесь
познакомились. Он пришел подстричься.
Я помню, что не моя очередь была,
но он как-то сразу в душу запал.
Девчонки уступили. У него, видимо,
тоже что-то екнуло,
потому что он через неделю
перестригаться пришел.
На свидание пригласил.
И пошло-поехало. Начали встречаться.
- Лена, скажите, вы вообще знали,
чем он занимался?
- Здесь, в Санкт-Петербурге, ничем.
Жил в свое удовольствие, гулял,
в бассейн ходил.
Но деньги у него были.
Он мне как-то признался,
что на оставшуюся жизнь ему хватит.
- А чем на жизнь зарабатывал,
не в курсе?
- Я не знаю. Он не говорил,
а я не спрашивала.
- Понятно. Вы меня простите,
бога ради, последний вопрос.
Просто я заметил у вас кольцо на
пальце - вы что, расписаться успели?
- У меня есть муж, это не Вася.
- А я могу с ним поговорить?
- Да можете. Он в запое
или у бабы своей в гостинице.
- Гостиница далеко?
- Здесь неподалеку.
- И кто муж?
- Моряк - с печки бряк.
С месяц назад вернулся, сразу понял,
что в доме непорядок.
- Видимо, не привыкать.
- Лена рассказывает,
что он тот цирк с конями и устроил.
С Вельским тоже пообещал разобраться.
Помните, домработница говорила,
что ему кто-то по телефону угрожал?
- Да.
- Вот, это он был.
- А чем сейчас муж занимается?
- Чем? Мстит, как я понимаю.
- Как мы понимаем, уже отомстил.
- Ну, его не остановить.
- В смысле?
- Он сейчас в отеле с любовницей.
- То есть у Вельского была любовница,
муж которой сейчас сам с любовницей?
- Марья Сергеевна,
там семья такая странная, что...
Серия 18
- Михнов у нас в этот раз
остановился в третьем номере.
- Ага. И часто он у вас
останавливается?
- Ну, бывает, заезжает, да.
Я вам передаю ключ.
- Он вообще давненько уже здесь?
- По времени минут через двадцать -
через тридцать
он уже должен освободить.
- Ага.
- Ну, я пойду.
(Слышны стоны.)
- Здрасте.
- Не, ну вы чего, прикалываетесь,
что ли?
Вы чего думаете, что я его в натуре
решать буду?
- Вы же сами говорили, что звонили
ему с угрозами. Разве не так?
- Нет, вы сами реально посудите -
где угрозы, а где реальное дело?
Не, ну позвонить, пообещать,
что челюсть снесу -
это все-таки святое,
это уж извините.
Если я с каждым, с кем эта курица
налево ходит, буду по-мокрому решать,
у нас в городе население поубавится.
- Даже так?
- Ничего не поделаешь.
Такова судьба моряка.
- Сочувствую.
- Игорь, скажите, а где вы были
и что вы делали
в прошлый понедельник вечером?
- Ну вы спросили!
Так сразу и не скажешь.
- Надо.
- Ну, надо так надо.
Да не трогал я его. Я этого утырка
даже в глаза не видел.
- Посещал любовницу, есть свидетели.
- Хорошо, если так.
- Там, в принципе, все было понятно.
Где этот механик - а где убийство.
- Ну я понял, да.
Очередной ложный след.
- К сожалению.
- Не дает мне покоя
этот кран строительный.
Ну что это значит-то все?
Для чего это сделано было?
- Ну, когда мы поймем, что это
значит, тогда и ключ к делу подберем.
- Это что такое? Ты хочешь сказать,
это не постанова?
- К сожалению, нет.
- Господи, что это значит?
- Много будешь знать -
плохо будешь спать.
- Ладно, мам, я хотела с тобой
серьезно поговорить.
- Давай.
- В общем, есть одна частная конюшня,
и она изначально предназначена
для реабилитации детей-инвалидов.
Но мне кажется, что они занимаются
подпольными делами,
продают лошадей на черном рынке,
подделывают паспорта.
- Да? Ну это, вообще,
серьезное обвинение.
- Да. Поэтому я хотела
с тобой посоветоваться,
прежде чем начинать расследование.
- Ну давай посоветуемся.
- Просто вдруг у меня ничего
не получится, и я тебя опозорю...
- Злата, ты хочешь заняться
хорошим делом,
поэтому ни на кого не оглядывайся.
- Ну ладно. Будешь мной гордиться?
- Я буду тобой гордиться,
если у тебя все получится.
И если у тебя ничего не получится,
я тобой буду гордиться. Обещаю.
- Ладно, пойду ужин готовить.
- Давай.
- Добрый вечер, Марья Сергеевна.
- Привет, Леня.
Слушай, а тебе не кажется, что
Вельский оказался на подъемном кране,
потому что убийца хотел произвести
на кого-то впечатление?
- А вот это я сейчас как-то не понял.
- В смысле? Ты никогда не видел
надпись на асфальте
"С днем рождения, любимая"?
- Ну видел. Даже сам писал
когда-то такие же.
- Вот, тут то же самое.
- Вы хотите донести до меня,
что в доме рядом со стройкой
живет человек,
на которого хотели
произвести впечатление?
- Ну конечно. И он может
вывести нас на убийцу.
- Так а как же мы его найдем-то?
- Я не знаю.
- Вот интересно. И трубку повесила.
Что ты тут такое смотришь?
- Вот.
- Приветствую!
Есть важная информация.
Мне нужен генерал.
- Прямо генерал? Боюсь,
нет у меня для тебя генерала.
Может, попроще кто-нибудь подойдет?
- Полковник есть?
- И полковника нет.
- Ну кого-нибудь давай.
- Ты чего сказать-то хотел?
Ты у меня вообще кто?
- Я? - Ты.
- Свидетель!
- Копай!
- Сам копай.
- Ах вот как ты разговариваешь?
У нас парень с характером!
- Мальчика нашли - ямами меня пугать?
Убьете меня -
денег вообще не получите.
- Ой, молодец, раскусил. Оценка пять.
Так что по деньгам?
- У меня твоих денег нет.
А свои я не отдам.
- А нам крепкий орешек достался,
Джексон.
Твой кореш такой же лихой
или пожиже будет?
- А ты лично у него спроси,
я с ним давно не виделся.
- Что поделаешь? Спрошу.
А ты, значит, уперся?
- Считай, уперся.
- Не веришь, значит,
что мы тебя тут исполним?
Думаешь, попугаем - и хорош?
Даю тебе три секунды,
чтобы обрести веру.
Один, два...
Ты чего нам тут Большой театр
устроил? Подъем! Ну-ка, подъем!
- Эй, вставай!
Он, по ходу, это...
Не можем же мы его так оставить.
- У нас вода в тачке есть? Облей его!
- Чем облить?
- Быстро!
- Ну и чего до полиции так долго шел?
- Да я поначалу накидался со страху.
А потом то одно, то второе. Хлопоты.
- Хлопоты у тебя, да? Интересно.
Какие у тебя хлопоты?
- Разные.
- Угу, синие, белые, красные.
Ну опиши этих двоих.
- Один, значит, молодой.
Ну, это который с пистолетом.
Второй постарше.
Но тоже не пенсионер.
И оба здоровые, как дубы.
- То есть, если что,
опознать сможешь?
- Да фиг его знает. Я ж говорю,
накидался со страху.
А потом то помню, то не помню.
Я вообще поначалу думал,
что мне это приснилось.
- Понятно. А с машиной что?
- А. Здоровая такая машина, красивая.
- Все у тебя здоровое. Марка какая?
- Простите, ради бога, не силен.
- А номер?
- Да у меня что-то зрение
в последнее время стало садиться,
все думаю очки себе подходящие найти.
А вы мне про главное-то скажите. Ну?
- Что?
- Я под программу попадаю?
- Прости, куда ты попадаешь?
- Под программу защиты свидетелей.
Ну, мне же мужики все рассказали.
Я вам показания -
а вы мне ксиву нормальную,
деньги, квартиру.
Главное, чтобы там пожрать чего было.
- А, вот ты о чем мечтаешь.
- Значит, не попадаю.
Ну хоть пожрать дайте.
- Понятно, где погибший
инфаркт получил.
- Ну, получается, что так.
- А о нем самом есть информация?
- Вельский Василий Антонович,
1973 года рождения,
уроженец города Москвы.
Ну что, родители, школа, институт.
- А что-нибудь интересное?
- Да ничего,
что обращает на себя внимание.
Родителей уже нет в живых.
Тут вот у меня одна выписка.
В 2005-м зарегистрировал ИП.
- Чем занимался?
- Розничные, оптовые перевозки,
консультации.
- Успешно?
- Ну так, плюс-минус. Выступил
учредителем в нескольких ООО,
но на данный момент
они все ликвидированы.
Когда переехал в Питер,
бизнесом уже не занимался.
- Понятно.
- Что понятно-то, Марья Сергеевна?
- Что ничего не понятно.
- Ну вот, в том-то и дело.
- Знаешь что? Раз Вельский ничем
интересным в Петербурге не занимался,
значит, искать причину его гибели
надо в родном городе.
- Наверное.
- Вот надо Олега туда отправить,
он тоже из этого города.
- О, кстати. Так и сделаем.
- Да. А что с домом? Обошли квартиры?
- Калимулин в процессе.
- Опять Калимулин?
А Федя чем занимается?
- Ну что там?
- Да что там, что там...
Прокладка у вас съехала.
Сейчас починим, и все будет хорошо.
- Прокладка?
Негодяи, негодяи криворукие!
Как же можно так работать? Хорошо,
я вовремя увидела, что течет.
А если б я соседей этих вот затопила?
Да где мне, на какие шиши
мне им ремонт делать?
С пенсии, что ли? Курам на смех.
А они у меня точно по суду
квартиру оттяпали бы. Ой, господи!
Как подумаешь, так дрожь берет.
- Да все хорошо. Все на месте,
живите спокойно.
- Спасибо тебе, хороший ты человек.
- Пожалуйста.
- Как же ты вовремя-то появился!
- Ну что, я пошел?
- Ой... Золотой,
с ерундой мне не поможешь?
- С какой ерундой?
- Комодик передвинуть надо
из одной комнаты в другую.
Зять все обещался, да ему некогда.
Всем не до меня.
А я - сам ведь понимаешь.
Мне ж тяжело в таком возрасте
мебель тягать. Спина вот-вот крякнет.
Помоги, пожалуйста, а.
- Конечно, помогу.
- В Москву?
- А ты не рад?
Друзей навестишь, подруг.
- Ну это вряд ли.
Может, это, молодого отправить?
- Да ладно. История ответственная,
Платонов, понимаешь?
Что он там может накопать?
Да он в метро потеряется.
- Ты зря, Леонид Николаевич, о нем.
Он очень такой талантливый парень.
- Ты не парься, мы найдем применение
его талантам. Давай, давай, вали.
- Хотя есть у меня один там
боевой товарищ,
который, я думаю, может мне помочь.
- Ну вот, тем более.
- Угу, добро.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Уголовный розыск,
старший лейтенант Эльдар Калимулин.
Могу зайти?
- Проходите.
Так что случилось?
- Все в порядке.
Скажите, вам известен такой человек,
как Вельский Василий Антонович?
- Пожалуй, что нет.
- Точно?
- Точно.
- Может быть, вы узнаете
этого человека?
- Первый раз вижу.
- А вы видели недавно у вас
под окнами на кране, на стройке...
- Ой, не напоминайте!
- Вам известно что-нибудь
по этому поводу?
- Что именно? Я проснулась утром
и увидела его из окна.
Я потом весь день валерьянку
и кофе с коньяком пила.
- Угу. А вы одна живете?
- Почему одна? С мужем.
- А с мужем можно поговорить?
- Только если вы его подождете.
Он на встрече.
- Хорошо.
- Считай. В тачку.
- Как дела?
- Ничего, в порядке.
- Как город?
- Красивый.
- В Эрмитаже был?
- Да что-то времени не хватает.
Обязательно было его убивать?
- А ты это про кого?
Про своего дружка-партнера?
- Да, это я про Васю.
- А с чего ты взял,
что это мы убили Васю?
Мы тут ни при чем.
Ну, не то чтобы совсем ни при чем,
но мы его не убивали.
Или ты мне не веришь?
- Тогда кто его убил?
- А какая теперь разница?
Васи все равно больше нет.
- Так, я не понял. Тут не хватает.
- Сколько тебе не хватает?
- Половины.
- Я принес столько,
сколько вы хотели.
- Дай-ка я тебе объясню,
а то ты, по-моему, не одупляешь.
Мы приехали, чтобы получить с вас
деньги, которые вы украли.
- Заработали.
- Не суть. Ты заплатил,
твой друг платить отказался.
Он бы заплатил, но не успел.
Значит, ты должен платить за него.
Я считаю, что это справедливо.
А ты как считаешь?
Не слышу ответа!
- У меня нет таких денег.
- Значит, ты отказываешься? Джексон!
- Хозяин - барин.
- Вы слышите? У меня нет таких денег.
- Я слышу, слышу.
Сейчас ляжешь тут, на пустыре.
- Хорошо, я принесу деньги.
- Когда?
- Через неделю.
- Ну какая неделя, брат?
Мы и так тут подзадержались.
Да, Джексон?
А у них тут, говорят, климат
хреновый, на легкие плохо влияет.
Никакой тебе недели.
Два дня, понятно?
- Не сдаст?
- Может.
- Да. Что, значит,
никто ни сном, ни духом?
- Извините, Леонид Николаевич.
- Квартиры все обошел?
- Угу. И квартиры обошел,
и с председателем поговорил.
- Странно как-то. Ладно, все, иди.
- Хорошо.
- Марья Сергеевна, это Кораблев.
Ну что, все опять как-то по нулям.
- Получается, мы опять ошиблись?
- Получается, так.
Я, если честно, сам в раздрае.
Ну, не думал, что так получится.
- Ну ладно, будем надеяться на Олега.
- Одна надежда на него.
- Пока.
- Пока.
- Солнце, я дома.
Нюша, ты тут?
Аня.
- Да, Иван. Что ты хотел?
- Что с Анной? Что вы с ней сделали?
- А с ней все в порядке.
Она передает тебе большой привет.
- Зачем? Мы же договаривались.
- Совершенно верно.
Но мы со своей стороны решили тебя
несколько простимулировать.
Не только деньги являются стимулом,
как ты считаешь?
- Если с ней что-то случится...
- Если ты все сделаешь,
как мы договаривались,
с твоей женой все будет в порядке.
Если нет, получается, ты виноват.
Я жду денег, Иван.
- Все будет.
(Телефонный звонок.)
- Васильева, слушаю.
- Елена Сергеевна,
к вам некто Платонов.
- Кто? Еще раз.
- Платонов Олег Николаевич.
Показывает удостоверение
оперуполномоченного.
- Пропускайте.
Ты давно приехал?
- Да только что вот.
Пять часов.
Долетел по платной дороге.
- Даже не предупредил.
Как же это называется, Олег?
- Ну, во-первых, я только вчера
узнал о своей командировке.
А во-вторых,
я даже номера твоего не знаю.
Я ж по 112 не буду звонить
и просить тебя подойти.
- Мог бы что-нибудь придумать.
- Хорошо,
в следующий раз обязательно.
- Кофе? Чай?
- А, нет, спасибо, не хочу.
- Ну смотри. Что у тебя за дело?
- Так, скажи, тебе знаком такой
персонаж, как Василий Вельский?
- Вельский, Вельский... Что-то
знакомое, никак не могу вспомнить.
- Пока был здесь, занимался
строительным бизнесом, по-моему.
- А, вспомнила.
Поняла, о ком ты говоришь.
Они с друзьями возводили
вторую Рублевку.
- Надеюсь, успешно?
- Как сказать? Проект провалился,
они разлетелись, а фирма прошла
через процедуру банкротства.
Было еще несколько взаимных исков
о мошенничестве,
но дело ничем не закончилось.
- Интересно.
А с товарищами с этими
как-то связаться можно?
- Один уехал в твои края.
А со вторым - да, почему нет?
- А первого фамилию не помнишь?
- Я так с ходу не вспомню.
- Ну, можно и не с ходу.
- Здравия, Леонид Николаевич.
Запишете или запомните?
- Запомню.
- В общем, Иван Баранов,
партнер Василия Вельского.
Так же переехал в Санкт-Петербург,
и есть смысл встретиться
и пообщаться.
- Я понял тебя.
- К сожалению, больше ничего сказать
не могу. Телефон сменил,
а адресом пока не располагаю.
- Ладно, сами постараемся.
Как у тебя?
- Да нормально все.
- Товарища встретил?
- Да, встретил. Все, все хорошо.
Ладно, я позвоню обязательно, если
что-то вдруг серьезное вскроется.
- Добро. Будем ждать. Пока.
- Ты сам как в Петербурге оказался?
- Ой, долгая история.
- Ну я не тороплюсь.
- Ну и, честно говоря,
не очень веселая.
- Ну понятно, не хочешь рассказывать.
- Слушай, а долго еще ехать?
- Минут 20. Так что можешь спокойно
рассказать - что ты, как ты.
- Здравствуйте. Можно?
- Да-да.
- Швецова, Следственный комитет.
Я вам звонила.
- А, да-да, я так и понял.
Присаживайтесь, пожалуйста.
- Спасибо.
- Чем могу служить?
- Вот, пришла поговорить
по поводу супругов Ковалевых.
- Ну вы и вспомнили, м-да...
Ну, спрашивайте,
но будьте милосердны к моей памяти.
- Конечно.
Вы же были у них научным
руководителем, так?
- Да, все верно.
Талантливые были ребята.
- Да. И что вы думаете об их смерти?
- А что мне думать?
Там же, если я правильно помню,
все на соседа показывало.
Разве не так?
Я, правда, не совсем это понял.
- В смысле?
- Мнение только мое,
я его никому не озвучивал. Только
не похож этот Михальчук на убийцу.
- Вы его знали?
- А как же, Марья Сергеевна!
Мы же наши участки все
от одного заведения получали:
Ковалевы - на третьей линии,
я - на Полевой,
Михальчуки - родители -
тоже на третьей. Все рядом.
- Ну вот вы говорите, не похож на
убийцу. А вы знаете, что он сидел?
- Ну и что?
В нашей стране это часто бывает.
Ну, набедокурил там по юности.
С кем не бывает?
Так-то он нормальный был.
Закладывал слегка, вот.
И потом, у него с Ковалевыми
были хорошие отношения.
Он им дорожки чистил до участка,
чтобы зимой можно было проехать.
- Интересная информация.
- Марья Сергеевна, опять я повторяю,
что все возможно.
Тем более там улики.
- Хорошо. А расскажите, пожалуйста, о
предприятии, на котором вы работали.
- Вы что, не слышали о нашем НИИ
полимеров и промышленных пластиков?
Известное, известное было заведение
в свое время.
Я понимаю,
что мы из разных поколений.
- Ну а что вот конкретно там
происходило, когда Ковалевых убили?
- Да ничего хорошего: 1990-е, да.
В институте было тяжело,
денег месяцами не платили. Выживали.
Кстати, и за счет наших огородов.
- И чем конкретно вы занимались
с Ковалевыми?
- Дело в том,
что Ковалев тогда занимался
сверхпрочными промышленными
полимерами.
Это, как выяснилось потом, оказалось
очень перспективное направление.
Тогда это мало кому было нужно.
Понятно, что институт нужно было
спасать - то есть реорганизовывать.
Было много разных предложений.
Кто-то даже вообще предлагал
перевести институт на самоокупаемость
и наладить производство
пластиковой продукции.
- И какое предложение победило?
- Самое дурацкое, как всегда:
институт расформировали,
а здание сдали в аренду.
- А сотрудники?
- В том-то и дело.
Тогда уже, года через два, возникает
новый исследовательский институт -
меньше форматом, чем наш НИИ,
конечно, -
на базе завода технических полимеров.
Вот туда и уходит 90 процентов
наших сотрудников.
Что лишний раз доказывало,
что решение было принято дурацкое,
и институт городу был нужен.
- Суть истории?
Ну, суть истории предельно проста.
У Василия и Ивана появилась идея
построить поселок премиум-класса.
Ну, нашли хорошее место, пригласили
сильного архитектора с командой.
Пошла рекламная компания.
- А на каких условиях вы работали?
- Вот это самый интересный момент.
Парни мне сразу сказали,
что на такой масштаб
финансами они не располагают,
но они готовы вкладываться временем,
связями и тому подобное.
Вас это устроило?
- Конечно нет.
Я деловой человек и знаю законы. Если
человек не вкладывает свои кровные,
дело ему побоку.
Тогда я предложил другой вариант:
я вкладываю за вас деньги,
дело приносит доход -
вы мне деньги возвращаете.
- Ну, справедливо.
- Стандартная схема, многие так
работают. Ну, начали дело.
Взяли землю. Согласовали проект.
Но кризис в нашей стране,
как вы знаете, дело перманентное.
- Ну да.
- Я пыжился, пыжился -
ничего не выходит. Проекты
схлопываются, денег нет.
Что остается? Остается морозить и
фиксировать убытки. Собираю парней,
объясняю варианты. Они в отказ:
"Денег нет, так не договаривались".
Ну ясен перец: они хотели доход,
а получили расход. Ну а что делать?
- Так и чем все закончилось?
- Да ничем.
Вы ж лучше меня знаете,
что у нас в законодательстве
дырок больше, чем в швейцарском сыре.
- Все?
- А что вы мне предлагаете, майор?
- Нет, про вы так об этом
легко говорите.
Вас кинули, а вам как-то все равно.
- Мне в этой жизни повезло,
я не жадный.
- Ну да, повезло.
- У вас еще какие-то вопросы
остались?
- Да, в принципе, нет. Но есть один.
Не знаю, насколько вы будете
компетентны, но я задам.
Как по-вашему -
кто бы мог быть причастным
к убийству Василия Вельского?
- Простите, Васю убили?
- Ну, это уже долгая история,
но в целом да, он уже мертв.
Нет мыслей, кто это может быть?
- Ни одной.
Ну, если Василий и дальше так
продолжил относиться к делам,
то, конечно, особо удивления
этот факт не вызывает.
- Ну что, как поговорили?
- Сложно сказать.
Но есть ощущение, что этот человек не
говорит и половины того, что знает.
- Считаешь, что он организовал?
- Нет.
Его реакция на факт гибели Вельского
была достаточно искренняя.
- Искренность можно изобразить.
- Да, но я думаю, тут дело в другом.
Только не спрашивай меня,
в чем именно, я не отвечу.
- Прошу прощения, к вам посетитель.
- Здравствуй, Антип.
- И тебе не хворать.
- Разговор есть.
- Ну, есть разговор - говори.
- Мы так не договаривались, Антип.
- Ты о чем, милый друг, балагуришь?
Я что-то в толк не возьму.
- Васю убили Вельского.
- А, вот оно что.
- У нас же с тобой в договоре
отдельной строкой это шло -
"делай что хочешь, а люди жить
должны". Не помнишь?
- Почему не помню? Помню.
Только мне донесли,
что он по собственному желанию ушел.
- Антип, ты чего,
стебаться вздумал, что ли?
- Да нет, мне кажется, это ты
надо мной стебаться вздумал.
Или ты забыл, что долг их мне отдал?
А ты что думал, я этот долг
в шашки возвращать буду, а?
- Ты говорил, что убивать не будешь,
что у тебя методов хватит.
- Я с тебя поражаюсь.
Вроде умный человек,
бизнесом занимаешься -
а такую пургу нагоняешь.
Я тебе как мелкоте должен объяснять,
что такое дело по-любому может выйти?
- Но ты обещал.
- Так оно-то и вышло. И поверь мне,
никто не виноват. Ни я, ни люди,
которые занимаются этим вопросом.
А ты, если мне не изменяет память,
за этот долг деньги-то получил.
Так что ты свою харю в сугроб
спрячь и не высовывай.
Такой тебе мой совет.
- Баранова тоже убьешь?
- Ты, милый друг, меня не слышишь.
Ты долг этих людей мне отдал,
и теперь тебя эти дела не касаются.
Так что как выйдет.
Ну а как выйдет, я сообщу.
Ну что встал? Свободен, милый друг.
- Понятно.
- Не понравился мне этот разговор.
Ты вот что, сделай с ним что-нибудь,
милый друг.
- Ты весь дом обошел?
- Да.
- И что, со всеми поговорил?
- Почти со всеми.
Кто-то ж на работе был.
Но как минимум с одним человеком
из каждой квартиры я поговорил.
- С этим говорил?
- Нет.
- А с ней?
- А с ней да, с ней говорил.
Она сказала, что у нее муж на работе,
и предложила подождать.
- Ты подождал?
- Нет.
- Так, Калимулин, я тебе даю
возможность реабилитироваться.
Это Баранов, партнер Вельского.
Ты понял, что спрашивать?
- Да-да-да.
- Давай, вперед.
- Все, хорошо.
- Добрый день.
- Здравствуйте. Полиция.
Иван Баранов?
- С утра был.
- Могу пройти? Спасибо.
- Конечно, я знаю,
кто такой Вася Вельский,
если честно, я видел тело на стреле,
но я понятия не имел,
что это мог быть он.
- Скажите, а может, вы имеете
понятие, как он там оказался?
- Нет, ни малейшего.
- Согласитесь,
что это очень странное совпадение.
Ваш бывший партнер по бизнесу
болтается под вашими окнами.
- Соглашусь, что это очень странно.
Но объяснения я вам дать не могу.
- Уверены?
- На сто процентов.
- Удивительная история.
- Остается только согласиться с вами.
- Знаете, я на днях к вам заходил,
и общался с вашей женой.
- Да, я знаю, она говорила.
- И где она сейчас?
- На работе, я так полагаю. Вы еще
хотите пообщаться с моей женой?
- Нет-нет-нет, что вы.
Спасибо вам, Иван.
Если у вас появится хоть какое-то
понимание, дайте мне знать.
- В первую очередь.
- Проводите?
- Пожалуйста.
- Хорошо.
- А Эльдар считает, что Баранов лжет.
- Не договаривает как минимум,
Марья Сергеевна.
Но как вывести человека
на чистую воду, он не понял.
- Грустно. А сам он чем занимается?
- А у него интернет-магазин,
торгует спортивными товарами.
- Хорошее дело.
- Отличное.
Кстати, этот Баранов выставил
на продажу автомобиль.
Марья Сергеевна, я не знаю,
имеет это отношение к делу или нет.
- Давно?
- Два дня назад.
Я перезвоню вам, я сейчас еду
к Калимулину, будем Баранова пасти.
Чувствую, там будет движуха.
- Ну, удачи.
- Ну что, Марья Сергеевна,
только что говорил с Платоновым.
- Так, и что?
- Афошин стал более разговорчивым
после того, как его чуть не убили.
- Так что конкретно он говорит?
- Первое - он говорит, что, по его
мнению, Вельский и его друг Баранов
его кинули.
- Да это и так понятно.
- А еще он признался, что уступил
долг свой вору в законе,
такой Антип, помните?
Ну, в общем, половину оплатил
и взял на себя еще кое-какие расходы.
- А что по этому поводу
думает Антипов?
- А ничего не думает. Его задержали,
а он на сотрудничество со следствием
идти отказывается. Молчит как рыба.
- То есть я так правильно понимаю,
что между Антипом и Вельским
связь установить пока невозможно?
- Совершенно верно, Марья Сергеевна.
- Печально.
- Ну все, отбой.
- Пока.
- Будете?
- Что там у тебя?
- Пирожки. Мама готовила.
- Нет, подожду пока.
А то чего-то как-то... - Ладно.
- Рад был тебя увидеть.
- Ну что, кто там у тебя в Питере?
(Телефонный звонок.)
Это она?
- Нет, это не она. Это бывшая жена.
Интересный день.
Как там Серега-то поживает?
- По-прежнему хочет тебя убить.
- Хорошо.
Хоть у Сереги все стабильно.
Я прям рад за него. Привет передавай.
- Уже.
- Ладно. Спасибо за помощь.
- До свидания. - Пока.
- Привет.
- Как ты узнала, что я в Москве?
- А я и не знала.
Я просто позвонила, а ты в Москве.
- А-а.
Все нормально, ничего не случилось?
- Да-да, все хорошо.
Я просто хотела тебя увидеть.
- А-а.
- Я тебе кофе заказала.
Еще помню, какой ты любишь.
- Спасибо.
У меня, если честно,
не так много времени.
- А я... Я быстро.
Олег, я...
Я скучаю по тебе очень сильно.
Я просто не могу больше так.
Понимаешь, все отношения
не складываются у меня,
потому что я всех сравниваю с тобой.
Прости меня, я просто подумала,
может быть, мы могли бы
с тобой попробовать...
- Не могли бы.
- У тебя что, кто-то есть?
- Да.
- Это серьезно?
- Да.
- Ты ее любишь?
- Да.
- Я рада за вас.
- Вика, не сравнивай их со мной.
- Смотри-ка. Калимулин!
- Я все понял, нет вопросов.
- Смотри у меня.
- Я готов на сто процентов.
- Слышал?
- Приехал.
- Один?
- Вроде да.
- Пойди глянь, что он там привез.
Не дергайся тут.
- Чего, Леонид Николаевич, упустили?
- Тихо ты, не каркай.
- Стоять.
- Норм.
- Откуда такие бабки?
- Занял.
- Хороший мальчик.
Забирай свою женщину.
- Прости меня.
- Ваня, Ваня, что происходит?
Кто эти люди?
- Прости меня, пожалуйста,
такого больше не повторится.
- Выметайтесь скорее отсюда
и скажите спасибо,
что мы вас не грохнули.
- Подожди.
- Леонид Николаевич,
а долго мы ждать здесь будем?
- Сколько надо, столько и будем.
- А можно я отлучусь ненадолго?
- Эльдар, ты же уже поел, поспал.
Что еще?
- По делам надо сходить.
- А-а. Ну иди давай,
только побыстрее.
Куда запропастился-то?
- На выход, живо. Иди вперед.
- Тихо, тихо. Спокойно.
Иду, иду, иду.
Спокойно, спокойно.
- Вот еще один.
- Ты тоже из полиции?
- Да.
- Мент.
- Господа, вы окружены.
Для вашего же блага,
отпустите нас всех, пожалуйста.
- Привел ментов?
- Нет, я ничего не знаю об этом.
- Сам виноват, кончай всех.
(Девушка кричит.)
- Всем на землю! Бросай оружие!
- За работу! Руки за голову!
- Шире ноги!
- Ложись!
- Упали на землю!
На землю, я сказал! Лежать!
- Руки!
- Лежать, стрелять буду!
- Мужики, мы свои. Вы чего?
- Ну что, надолго?
- Зависли, я боюсь.
- Извините, мужики, ошибочка вышла.
Приняли вашу машину
за машину вымогателей.
- Будешь?
- Нет, спасибо.
- Как хочешь.
- Чего ж вы мне раньше-то не сказали?
Я ж к вам приходил,
спрашивал про этого Вельского.
- Когда жену похитили,
я сразу в полицию позвонил.
И мне Валентин Георгиевич сказал
никому об этом не говорить,
даже другим полицейским.
А через пару дней вы пришли.
- Вы кто такие?
- Кто мы?
- Мы земляки. Привет тебе
от твоего друга Сережи Афошина.
Знаешь такого? Вижу, что знаешь.
Он передает тебе привет и напоминает,
что ты и твой товарищ должны
немного денег,
которые было бы неплохо вернуть.
- Ничего мы ему не должны.
- Ты ж понимаешь, мне плевать на ваши
разборки. Деньги возвращать будешь?
- Нет у меня денег!
Пошел на хрен отсюда!
- Надо обыскать хату.
- Угу.
- Семенов и Федоров приехали в город,
осмотрелись и начали действовать.
Семенов утверждает, что цели убивать
не было, но ситуация
вышла из-под контроля.
- Как всегда.
- А после того, как у Вельского
случился инфаркт, то решили они
воздействовать на Баранова.
Лошадиную голову никто не отменял.
- Ну да, все по классике, как в кино.
- Баранов не узнал товарища,
но ему быстро все объяснили.
- А как у них получилось
с краном-то управиться?
- Младший, который сейчас
в реанимации, он как раз учился
в строительном колледже
на крановщика.
- А-а. Лучше бы там и оставался.
- Согласна.
- Да. Ладно, ну что, с этим все.
Встречалась с человеком,
которого я тебе посоветовал?
- Да-да, спасибо,
очень интересная встреча.
Так вот он не верит
в виновность Михальчука.
- О как интересно. Это почему?
- Ну, он говорит, что Михальчук
вообще не тянул на убийцу.
- Да. А улики-то как?
Отпечатки, и все прочее.
- Мне бы поговорить с этим Борисенко,
который вроде как Михальчук,
но он исчез вместе с дочерью.
- Есть какие-то подвижки?
- Ищем.
Вот такое классное место Злата нашла.
- Шикарно.
Самое главное, тишина,
можно поговорить спокойно.
- Да.
- Слушай, Маша,
все время хочу у тебя спросить,
как ты относишься к детям
в условиях нашей работы?
- Я понимаю. Но я обожаю детей.
Слава богу, они у меня есть.
- Здорово. Я тоже обожаю,
правда, у меня их нет пока.
- Да, это грустно. - Да тут...
В Москве столько работы было.
Тем более опасной работы. И как-то
все это дело всегда откладывал.
А сейчас думаю,
сейчас будет работы еще больше,
и как-то в долгий ящик откладывать
уже не хочется.
Так и жизнь вся пролетит.
- Да.
- А у тебя двое, да?
- Трое.
- Трое?! Класс!
- Да.
- Четвертого не хочешь?
- Такой вопрос.
Может, и хочу. А ты когда-нибудь
катался на лошадях?
- Нет.
- Не хочешь попробовать?
- Может, и хочу.
- Давай. Пойдем. Я договорюсь.
- А к вопросу о детях
мы еще вернемся. - Буся!
- Классно.
- Ну что, попробуешь?
- Ну, наверное.
- Хороший.
Серия 19
- Вот, держите.
- Спасибо.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
Я хочу записаться на прием
к Забельскому.
- Так, возможна запись на 25-е число.
- Нет, мне нужно срочно.
- Послушайте, к Забельскому
запись на месяц вперед.
- Нет, я не могу так долго ждать.
- Мужчина, с вашим диагнозом
две недели ничего не решат.
- Откуда вы знаете мой диагноз?
- Ну вы же к онкологу пришли.
Тут один вариант.
- Да, вы правы.
Где у вас здесь туалет?
- Направо и по коридору.
- Спасибо.
- Так вас записать?
- Да-да, конечно. Я сейчас, сейчас.
Кто последний к Забельскому?
- Первый раз.
- Здесь по записи.
- У меня на 13.
- У меня на 13.
- Ой, перепутал, у меня на 13:30.
- О!
- Нужно ждать, пока вызовут.
- Ясно.
- Ну как?
- Поехали.
- Что-то долго.
- Ну, оформляет, наверное.
- Куда?
- Мужчина! Вы куда? Без очереди!
- Аркадий Вениаминович.
- А где врач?
- А вы?
- Я медбрат. Вас вызывали?
- Вы простите, я первый раз.
У меня запись на 13:30.
- Аркадий Вениаминович!
Аркадий Вениаминович!
- Обморок?
- Скажите, что сегодня
приема не будет.
Да, это онкологическая клиника
доктора Забельского.
У нас тут тело. Скончался врач
Аркадий Вениаминович Забельский.
Знаете что? Скажите,
чтобы никто не расходился.
Возможно, понадобятся свидетели.
- Думаете, убили?
- Не знаю, это уже скажет
следователь.
- Вы что же думаете,
вам больше всех надо, что ли?
- Врача убили.
- О господи!
Не уходите. Свидетели нужны.
- Убили?
- Так, оставайтесь все на местах,
дождитесь, пожалуйста,
приезда полиции.
- Что?
- Ничего себе!
- Так что, теперь приема не будет?
- В смысле?
- Привет.
- Привет.
Ну что, подруга Свиридовой разместила
ее фотографию в соцсети.
- Свиридова?
- Дочка Михальчука.
Ну, предполагаемая.
- А что за подруга?
- Некая Розмаева. По прописке
не живет, но судя по фотографиям,
они сейчас находятся со Свиридовой
и ее сыном в Гатчине.
Я думаю, что где-то на даче.
- Давай я попрошу Квашню пробить
айпи-адрес компьютера. - Ну...
(Телефонный звонок.)
- Да, доброе утро.
Я у конторы, а что? Онкология?
Хорошо, поняла. Скиньте адрес.
- Что там, труп?
- Ну да.
Съездишь со мной на Гражданку?
- На Гражданку?
- Район в Петербурге.
- А, конечно.
- Ладно, пойду я к медбрату
пообщаюсь.
- Ну что, Манюня, я тебе скажу?
Задушен каким-то шнуром
или поясом мягким.
- Может, от халата?
- Возможно, возможно.
- Аркадий Вениаминович остался один
с пациентом, когда я выходил.
- А что за пациент?
Как выглядел? Фамилия?
- Фамилия... Фамилия в журнале же
должна быть. Сейчас скажу.
Я просто недавно работаю.
А, вот, Смолов Игорь Юрьевич.
- Можно?
- Пожалуйста.
Такой, лет пятидесяти, наверное,
очки тонированные темные, борода.
- А вы обнаружили тело, да?
- Да.
- Сразу после ухода пациента?
- Да.
- А вот здесь это все,
кто сегодня приходил, да?
- Да, вот первый в девять,
ну и дальше.
- Это ж сколько у вас пациентов-то?
- До тридцати в день.
- И ни одного свидетеля?
А камер сколько в клинике?
- А в клинике камер нет.
- То есть как нет?
- Был судебный процесс, пациент
требовал защиты персональных данных,
анонимности. Такая сфера - онкология,
знаете...
Снаружи камеры есть.
- А, снаружи есть, да?
Ладно, а все проходят регистрацию,
внизу, да?
- Да, на первом этаже.
- Сколько, вы говорите,
работаете здесь? Недавно, да?
- Три месяца.
- Спасибо.
- Смолов.
- Скажите, а ксерокопию
можно сделать?
- Конечно.
- И на всех, кто у вас сегодня должен
был прийти, тоже данные нужны.
- На всех пациентов?
- Ну, сегодняшних.
- Там больше десятка.
Вы что, издеваетесь?
Я что, должна все бросить
и данные вам на больных ксерить?
- Это не совсем пациенты,
это свидетели по делу
об умышленном убийстве.
Хорошо, если я вам пришлю помощника,
пустите его к ксероксу?
- Конечно.
- Эльдар, ты подъехал уже?
Давай сюда в регистратуру,
тут есть ответственное задание.
На первом, да. Угу.
А записи с наружных камер
видеонаблюдения -
это к охраннику, да?
- Ну не ко мне же.
- То есть Смолова не существует?
- Да. Все вымышленное:
имя, фамилия, адрес, телефон.
Короче, человек подготовился.
- Они в клинике документы проверяют?
- Они в этой клинике слегка сдвинуты
на теме защиты персональных данных,
может, лишний раз боятся
паспорт проверить.
- Короче, нам от этого Смолова
осталось только
лишь описание медбрата. К сожалению.
- Шляпа, очки -
уникальное сочетание.
- И около десятка свидетелей.
Надо пригласить их ко мне в кабинет
поделикатнее.
Все-таки многие из них с Забельским
связывали надежды на выздоровление.
- Тем более должны будут прийти.
- Марья Сергеевна, обижаете,
наш отдел отличается
особой деликатностью.
- Угу.
- Можно?
- Ну, конечно! Что?
- В общем, я посмотрел камеры
на вход и парковку, мужчина лет 50
в очках и с бородой там не появлялся.
Но есть черный вход,
а камер там нет.
- Естественно.
- Угу.
- Ну что? Орудие убийства,
как я и предполагал, -
полоска тканого материала,
простроченная швом.
- Пояс от халата.
- Скорее всего.
Здесь сенсаций у нас не будет.
- Но?
- Но у жертвы был судорожно сжат
кулак. Разжать его было очень трудно.
А в кулаке была прядочка волос.
Видимо, Забельский, сопротивлялся
когда, хватал убийцу за волосы.
- А волосы какого цвета?
- Черные.
- А у медбрата?
- Каштановые.
- Да. Чудес не бывает,
учитывая, что последний пациент
не оставил ни слова правды
в своей карточке.
- А мы легких путей не ищем.
Правильно?
- Да. Больше ничего интересного?
- А, ничего интересного.
Ну, если не считать, что вон,
на левой скуле синяк,
видимо, сопротивлялся,
получил в ответ.
А так, в общем ничего интересного.
Если не считать, конечно,
что у покойного был рак.
- Какой?
- Рак печени.
Очень запущенный. Так сказать,
сапожник без сапог.
- Вот тебе раз.
- Вот тебе два.
- Степа, ну я на адресе.
Ковидова, 19, правильно?
- Не вижу.
О, сейчас, Олег, погоди секунду.
Пройди вперед.
- А подъезд какой?
- Ближе к западной стороне здания.
- Все, понял.
- Кто?
- Ольга Размаева.
- Не слышу. Оля? Из 29-й, что ли?
- Она все-таки в 29-й живет?
- Еще раз, я не слышу,
о ком вы говорите?
- Да про Ольгу. Ладно.
Здравствуйте, Елена.
- Здравствуйте.
Сколько себя помню,
папа всегда кого-то боялся.
Один раз к нам пришли
из электрической компании
счетчики проверить,
он из дома сбежал.
Требовал, чтобы я предупреждала его
о всех незнакомцах.
Кто бы они ни были:
полицейские, пожарные, космонавты.
- И когда мы начали его искать,
вы его предупредили.
- Да. Сразу же.
- Скажите, а когда вы ему позвонили,
он где находился?
Лена, я полицейский, но я сейчас
выступаю как частное лицо.
И у меня совершенно нет цели
арестовать вашего отца
или как-то наказать его.
Я лишь хочу разобраться,
кто и для чего его разыскивает.
Просто хочу помочь,
я не арестую его в любом случае:
у меня просто нет полномочий.
- Керченское шоссе,
дом 163, квартира 75.
- Спасибо.
- А когда он здесь жил?
- Месяц назад съехал.
- А, мы заехали две недели назад.
Я вот снял через интернет-сервис
квартиру очень дешево.
И все думал, в чем наколка.
- Оплатили как?
- Через сервис оплатил.
Вот, дать адрес?
- Ну дай, если можно.
- А, там, кстати,
ему почта приходила.
Так, вот.
- Штрафы?
Сортавала?
- Это Карелия. Вот сайт.
- Можно?
Благодарю. Счастливо.
- До свидания.
- Он нервничал очень сильно.
Полез без очереди.
Пациенты закричали:
"Почему без очереди? Вернитесь!"
Он все равно прорвался в кабинет,
ну и где-то минут через пять выглянул
и сказал, что Забельского убили.
- Как он выглядел?
- Ну как? Обычно.
Лет сорок, темные волосы.
- С бородой?
- Нет, бороды не было.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Извините.
- Так вот он.
За дверью: - Я вошел без очереди.
Кабинет был пустой.
Я осмотрелся, позвал Аркадия
Вениаминовича. Никто не ответил.
И появился этот... медбрат.
Так что в кабинете-то
только медбрат был.
И тот в лаборатории что-то делал.
- А предыдущего пациента
вы хорошо запомнили?
- Ну, так. Черная шляпа,
борода, очки.
На бороде, мне показалось, была
кровь, он прикрывал ладонью лицо.
Женщина его ждала в коридоре.
- А что за женщина?
- Лет сорок,
такая темноволосая, в очках.
Он подошел, и они ушли вместе.
- Скажите, а вы могли бы нам помочь
составить портрет?
- Попробую.
- Такие очки?
- Чуть квадратнее, наверное.
- Так?
- Да, вроде так похоже.
- Ну что? Можно подавать в розыск.
- Не думаю.
- Думаешь, камуфляж?
- Почти уверена.
Надо идти с другого конца.
- От Забельского?
- Еще раз посмотреть
камеры видеонаблюдения,
возможно, Калимулин, ища мужчину,
не обратил внимания на пару,
выходящую во двор.
- Репутация у Аркадия Вениаминовича
феноменальная совершенно была.
Я бы даже сказал, звездная.
Он в нашей клинике проработал
лет 15 без малого.
Так что его имя неразрывно связано
с нашей клиникой.
Поэтому смерть его была для нас
чрезвычайно существенна.
Он практиковал, занимался научной
работой.
У него докторская практически
была завершена.
Врач был от бога,
кто бы что ни говорил.
- А есть другие мнения?
- Злопыхатели всегда найдутся,
вы не хуже меня об этом знаете.
У Аркадия были сложности
в личном плане, тяжелый развод.
- Он разведен?
- Он в процессе был,
в буквальном смысле -
в бракоразводном процессе.
- А с кем из коллег
Забельский дружил?
- Дружил? Да нет, он вкалывал сутки.
Нет, по-моему, дружить
у него времени не было.
- А дети у него есть?
- Сын взрослый.
Работает в клинике
пластической хирургии.
- Ну, как по мне, здесь все очевидно.
Достаточно поинтересоваться,
кому выгодно.
- Кому?
- Тому, кто получит наследство.
Марина.
- Супруга вашего отца?
- Можно и так сказать.
- Вы думаете, она могла нанять
убийцу, чтобы завладеть наследством?
- Марина работала у отца ассистентом,
медсестрой.
Через полгода они поженились.
Еще через полгода отец понял,
что совершил ошибку.
Попытался развестись -
не тут-то было.
Марина, поняв, что ничего не получит
по разводу, подала в суд,
рассчитывая, что отсудит часть
наследства отца.
Дача ее интересовала
в первую очередь.
- Но она просчиталась.
- Шансов у нее не было.
Папа взбесился,
нанял крепкого адвоката,
который поклялся, что из зала суда
Марина выйдет голой.
И я не сомневаюсь, что он бы выполнил
свое обещание.
- Скажите, вы узнаете эту женщину?
- Нет, первый раз вижу.
- Не видел.
- Не видели, да? - Нет.
- Здравствуйте. - Здравствуйте.
- Уголовный розыск.
Скажите, вы видели этих людей
у вас в клинике?
- Нет, не видела.
- Не видели, да?
- Добрый день.
- Добрый.
- Скажите, пожалуйста, вы видели
этих людей у вас в клинике?
- Нет. Извините.
- Нет?
- Здравствуйте. - Здравствуйте.
- Скажите, пожалуйста,
а видели этих людей у вас в клинике?
- Кажется, проходили. Вчера, да?
- Да, а куда они пошли?
- Вроде к лестнице.
- Ага, спасибо большое.
- Здравствуйте.
- Добрый день.
- Мужчина, подождите пять минут.
Высохнет.
- Угу.
Скажите, пожалуйста,
куда вы выбрасываете мусор?
- Так во двор и выбрасываю,
в контейнер.
- В контейнер. Хорошо, спасибо.
- Ой, а мусор-то не заберете?
- А он сегодняшний?
- Да, с утра собирала.
- Нет, спасибо.
(Звонок домофона.)
- Кто? - Мария Швецова.
Следственный комитет.
- Проходите.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Марина?
- Да. Что случилось?
- Ну вы в курсе, что ваш муж погиб?
- Мы виделись год назад.
И еще в суде два раза.
- Мы можем поговорить?
- Да, конечно. Проходите.
- Но вы в курсе,
что Забельского именно убили?
- Да, я смотрю телевизор.
- Как думаете,
кому это могло быть выгодно?
- Я думаю, это кто-то из пациентов,
который понял,
что ему уже нечего терять.
- Думаете, кто-то был
недоволен своим диагнозом?
- Скорее, терапией. Врач он плохой.
Я с ним работала,
я его кухню изнутри знаю.
И онколог он средненький,
я бы даже сказала - паршивый.
И как диагнозист, и как терапевт.
- Многие бы с вами не согласились.
- Конечно.
Все, что умеет Забельский, простите,
умел - это производить впечатление.
Вся его слава дутая.
Один сплошной пиар.
Но со статистикой он превосходно
работает, в этом он большой мастер.
Но когда он понимает,
что больному уже не выкарабкаться,
он его аккуратненько
спихивает своим коллегам.
Придумывает что-нибудь.
"Не следует терапии",
"не так выразился", "опоздал".
Все, что угодно.
Вы поговорите с настоящими
онкологами.
Они Забельского всегда горячо любили.
Его всегда волновали только
показатели. Всегда.
И статически получалось,
что это лучший онколог во вселенной.
В хосписе ни одного больного -
естественно, начальство счастливо.
Со всей России
к нему толпы пациентов.
А по факту это одно жульничество.
Только в результате этого
жульничества десятки смертей.
Десятки. Которых можно было избежать,
попади люди
к нормальному специалисту.
Вероятно, пациент,
который понял, с кем имеет дело,
решил, что, если он убьет
Забельского, то спасет не одну жизнь.
- Но ведь вам, извините, не помешал
его подход выйти за него замуж?
- Дура была. Такая же, как и все,
ослепленная авторитетом.
Когда вы видите
эту запись на месяц вперед,
вы даже вообразить себе не можете,
что этот человек шарлатан.
Я была счастлива, что попала к нему,
пока не разобралась.
- Как думаете, с кем из онкологов
можно поговорить?
- С любым нормальным специалистом.
Хотя сейчас их днем с огнем...
- Я не знаю, там пока не ясно ничего.
- Как в телевизоре прямо.
Такое только в новостях показывают.
- Вон, смотрите, ищет что-то.
Улики, наверное.
Девчонки, у вас все волосы на месте?
- Кто-то опростоволосился.
- Нашел! Нашел! Вообще ненавижу
ковыряться в мусоре. Нашел!
- А это что, кровь, что ли?
- Свидетель упоминал
про кровь на бороде -
он, собственно, поэтому ее и выкинул.
А понятые-то присутствовали
при изъятии?
- Конечно. Главврач подойдет?
- Отлично. Слушай, ну, ДНК, значит,
у нас есть. Отнесешь Панову?
Пусть он там пошаманит.
- Хорошо.
- Но сначала обойди все места,
где злодей мог эту бороду приобрести.
- Так в смысле? Он мог ее
где угодно приобрести.
- Начни с продуктовых.
- Смешно.
- Федор, что ты говоришь.
Ну, кружки театральные. Что еще?
Киностудии, студии.
- Послушайте, театры шерстить надо.
Театры! Там главная зараза.
- Ага, тогда я Панову ее
через два месяца принесу.
- У тебя есть два дня.
- Тебе легкую жизнь
кто-нибудь обещал?
- Федор Михайлович тебе поможет.
- Так, а как с одной бородой
в разные места соваться?
- Слушайте, ребят,
ну придумайте что-нибудь.
- Легкой жизни никто не обещал.
- Потом надо эти камеры
на парковке посмотреть.
В общем, мы ищем теперь мужчину
пятидесяти лет без бороды, без шляпы.
- Леня, ты сейчас меня описал.
- Но с женщиной в очках.
- Леонид Николаевич,
я не могу разорваться.
- И когда следующее заседание
суда должно было быть?
- Семнадцатого.
- Семнадцатого.
И оно должно было стать последним?
- Так там адвокат Колесов.
- А...
- Я с ним поговорила.
Он в исходе дела не сомневался.
Так что если бы суд состоялся,
Забельская осталась бы на улице.
- А сейчас она где живет?
- В доме бывшего супруга.
- Мотив налицо.
- Да. Женщина цепкая,
своего не упустит.
- Ну попробуй номер пробить. Покажи
фотографии свидетелям, может, узнают.
- Да, и еще.
- Да?
- Теперь мы, кажется, знаем,
почему Забельский пропустил свой рак.
- В смысле?
- Его жена сказала,
что он был очень плохой диагност.
- Ну как же известность-то его?
- Дутая.
- Ну, строго говоря, для ситуации
с разделом имущества это неважно.
И дифирамбов от брошенной жены
в сторону бывшего мужа
тоже ждать не приходится.
Но тут надо проверить.
Тут тоже может быть мотив.
- Ну вот, это максимум.
Больше ничего не сделать.
- А по машине?
- Номер чужой, снят с микроавтобуса.
- А что это за машина?
- Машина, похоже, следила за мной
на адресе Михальчука,
пока я общался с жильцом.
- С жильцом? - Ну да.
Там парень студент снимает квартиру.
- А как они с Михальчуком?..
- Ну я не знаю,
как-то платит через сервис какой-то.
Кстати говоря, машину,
зарегистрированную на Михальчука,
оштрафовали в Сортавале.
- Есть.
- Чего там?
- Пропуск на парковку.
- Прочитать можешь?
- Думаешь, почему я так взволновался?
Так, парковка
на Южном шоссе, 17 или 47.
Так, что это у нас там?
Южное шоссе, 17.
Парковка оптового рынка.
- Кстати, дочь говорит, что Михальчук
всю жизнь от кого-то убегал.
- Естественно,
когда ты во всероссийском розыске.
- Да нет, не от полиции.
Возможно, как раз от таких
ребят с оптового рынка.
- Думаешь, они за ним
тридцать лет гонялись?
- Не знаю, надо их проверить.
Мы пока о них ничего не знаем.
- Так, Степа, пробей,
пожалуйста, номерок.
Все звонки за последний месяц.
- Марина Забельская?
Марья Сергеевна, вы, кстати, знаете,
что завтра похороны Забельского?
- Завтра?
- Да. Представляете,
клиника сделала рассылку
по всем сотрудникам,
в том числе на телефон Забельского.
Просто фарс какой-то.
- Как думаете, он придет?
Вместе: - Олег.
- Чего за машина-то такая, господи?
Да...
- Наша клиника за эти годы
стала клиникой Забельского.
Хорошо это или плохо, каждый
решает для себя, но это так.
Много раз я сталкивался с тем,
что люди считали Забельского
главврачом нашей клиники. Я их
не разубеждал, в чем-то так и было.
Поэтому можно сказать,
что сегодня клиника осиротела.
Вместе с Забельским мы потеряли
и какую-то очень важную часть
нашей экосистемы. С этой потерей
нам еще долго придется свыкаться.
- Гори в аду, тварь.
- Послушайте...
- Убирайтесь.
- Да отстань. Тьфу.
- Извините.
Все: - Кошмар. Разве так можно?..
- Извините, Швецова Мария Сергеевна.
Можем поговорить?
- Вы из полиции?
- Да, следователь.
- Я должна с вами разговаривать?
- Нет.
Если вы не хотите,
чтобы люди узнали правду.
- Люди? Вы думаете,
что людям нужна правда? Не смешите.
Людям нужен Забельский.
Им нужно это сладкое вранье, которое
он лил в уши с утра до вечера.
А правда...
- Мне нужна правда.
- Вам нужно знать, кто его убил.
Этого я не знаю.
- А кто знает?
- Найдите блог Трофимова в интернете.
Блог о враче Забельском.
Если вы действительно хотите правду.
- Трофимов?
- Юра Трофимов.
(Телефонный звонок.)
- Да.
- Марья Сергеевна, к вам
свидетельница. - Пропустите.
- Я пациентка Забельского.
Меня во вторник вызывали,
но меня в городе не было.
- Спасибо, что пришли.
Итак, вы присутствовали в тот момент,
когда медбрат сообщил,
что Забельского убили.
- Да, я была недалеко от кабинета,
а еще человек пять было.
- Помните этого человека?
- Да. Он последний вышел
от Забельского.
Потом зашел еще один человек, правда.
- А можете вспомнить какие-то детали?
Во что он был одет? Как выглядел?
Все, что запомнили.
- А он в шляпе был.
Он так вот ее надел, когда выходил.
И что-то он пробурчал себе под нос,
когда выходил из кабинета.
И у него платок был прижат к губам.
И мне показалось,
на платке была кровь.
А потом пошел на выход.
- К лестнице?
- Нет, он пошел в коридор.
А, его там женщина ждала.
- Вот эта?
- Да, эта.
Он, когда к ней подошел,
сказал что-то типа "поехали",
и они очень быстро ушли.
- Она его в стороне от очереди ждала?
- Да, она что-то в смартфоне искала,
когда он подошел.
- Какие-то детали запомнили?
- У нее на пальце было
кольцо с красным камнем.
- Что это?
- История болезни Смолова.
Прислали из больницы
по постановлению суда.
Вот, посмотри. Несмотря на то
что все данные Смолова вымышленные,
а с болезнью тут все натуральное.
Там результаты анализов,
заключения специалистов.
Очень много всего.
Подделать это просто невозможно.
- То есть он по-настоящему болел?
Значит, это не наемник Забельской?
- Вряд ли. 4-я стадия - полгода, год.
- Может быть, это месть врачу
за обманутые надежды?
- Случается.
- Да, еще у Кораблева новости.
Предполагаемые преступники
сели в желтую ламборджини.
Таких немного в городе - найдем.
- Ну и не так мало.
- Да, Катя поехала в клинику провести
трасологическую экспертизу. Ждем.
- Екатерина, как успехи?
Екатерина?
О! Сколько тут всего понамешано-то.
Бэм!
- Леонид Николаевич, вы вовремя.
- Привет.
Ну что, нашлось что-нибудь?
- Да, смотрите.
- Ух ты, красотища-то какая!
И чего это?
- Это сплющенная часть лапки лягушки.
Я нашла ее на парковке.
- А как нам это поможет?
- Из бесхвостых амфибий
в Петербурге и Ленинградской области
живет только 3-4 вида лягушек
и серая жаба.
И эта лягушка необычная.
Не такие, каких мы ловили в детстве,
не травяная и не остроносая.
Другие виды живут
только в Ленинградской области
в определенных районах.
И если это озерная лягушка чесночница
или серая жаба,
то сможем довольно точно определить,
откуда приехала машина. Вот.
- Отлично. Продолжай в том же духе.
Есть на кого страну оставить.
- День добрый.
- Добрый.
Я из уголовного розыска.
Меня интересует машинка одна.
Сейчас, секунду.
Знакома?
- Да, вот она, на стоянке тут стоит.
- А.
Номера не те, да?
Так, а хозяина я могу увидеть?
- Да, он здесь сейчас, в кафе.
- Спасибо. А, да, еще. К служебному
входу быстрее так или так?
- С этой стороны короче будет.
- Доброго отдыха, ребята.
Уголовный розыск.
А я по твою душу.
- А в чем дело?
- Да все в порядке.
Просто пара вопросов.
Телефон не забудь взять.
Давай нормально пообщаемся.
Дай мне телефон.
Дай.
Давай так. Как тебя?
- Женя.
- Женя, смотри, есть два варианта.
Первый: ты можешь не отвечать
на мои вопросы,
и тогда я передаю твой телефон
экспертам,
они шерстят телефонную книгу,
историю звонков,
после этого выходим на интересующих
нас людей и продолжаем диалог с ними.
И в ходе этой процедуры мы ответим
на вопросы не только по Михальчуку,
но и, возможно, вскроются
еще несколько нераскрытых дел.
Второй вариант: ты все рассказываешь,
я возвращаю тебе телефон,
ты идешь к ребятам,
вы продолжаете веселиться.
- Что за вопрос?
- Что ты знаешь об этом человеке?
Почему ты следишь за его квартирой?
- Кто такой - не знаю. Не спрашивал.
Задача была простая: пасти на случай,
если вернется. Пробивать приходящих.
- Задача поставлена кем?
- Моим бригадиром.
- То есть заказчика ты не знаешь?
- Нет.
- Ладно.
- Правда. Правда не знаю.
- Тогда вариант номер один.
- Ладно. Дам номер. Можно телефон?
- Это точно нужный номер, да?
Потому что в случае чего
я знаю, где тебя искать.
- Все?
- Да.
Никита? Есть серьезный разговор.
Встретиться можем?
Ты в порядке?
Так, я понял, я подъеду.
- Марья Сергеевна,
как всегда, рад вас видеть,
но все-таки что же привело вас к нам?
- Решила лично проконтролировать,
как продвигаются поиски ламборджини.
- А поиски продвигаются
следующим образом.
В Санкт-Петербурге зарегистрировано
30 ламборджини, из них 15 желтые.
Это при допущении, что наша машина
здешняя, а не заезжая.
- 15 не так много,
проверяли и больше.
Правда, как с ними поговорить,
с владельцами таких машин?
Они люди закрытые, состоятельные.
- Ну, вот тут есть один ход.
Наш эксперт Екатерина
нашла на месте парковки
сплющенную часть лягушки чесночницы.
Спокойно. Если предположить,
что лягушку раздавили
и она проехала на колесах до клиники,
то получается,
что владелец ламборджини живет
в Лужском районе Ленинградской
области. Ну, либо был там.
- А эта лягушка живет только там?
- Да.
Знаете, причем редкий вид.
Пахнет чесноком.
Днем чесночница обычно прячется,
зарывается под землю.
И еще интересный факт:
амфибии этой чесночницы достигают,
представляете, 18 сантиметров!
Это тот самый редкий случай,
когда личинка почти в 2 раза больше,
чем взрослая особь.
- Леня.
- Общаясь с Катей,
я узнаю много нового.
- Поздравляю.
- Так...
Все, Марья Сергеевна.
- И все?
- Так эти блокировки
исключительно для чайников.
Ну и для ярко выраженных
гуманитариев.
- Как мне связаться
с этим блогером Трофимовым?
- Ну, я бы попробовал написать ему
на почту и договориться о встрече.
- Короче, приехали на эту квартиру,
а там все наши, представляешь?..
- Ой, а что это у тебя?
Какая классная! Это ты вышила?
- Удивительно, что ни одно
средство массовой информации
не обратило внимания на тот факт,
что Забельский...
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Я ищу Юрия Трофимова.
- Извините, а вы кто такая?
- Следственный комитет.
- И что я опять нарушил?
- Ничего. Мне нужна
ваша консультация.
- Присаживайтесь.
А с врачами разговаривать бесполезно.
Они вам все равно ничего не скажут.
- Врачебная солидарность?
- Инстинкт самосохранения.
Один онколог попытался... попытался
разоблачить методы Забельского.
Глазом не успел моргнуть,
как оказался на улице.
Сейчас работает в скорой -
ни в государственные,
ни в частные клиники
работать его не берут.
Забельский же такие бабки
для клиники качал!
И после смерти продолжит,
вот увидите.
Его любимые ученики будут принимать
страждущих в товарных количествах.
Да и кто, кто мне позволит
разоблачить Забельского?
Ведь вся больница сразу же встанет
на его защиту
со всеми своими высокими связями
на изготовку.
Знаете, сколько времени прошло
между появлением моей статьи в блоге
и ее блокировкой Роскомнадзором?
Неделя.
А там, где я снимал студию,
арендодатель попросил
покинуть помещение в течение суток,
после выхода ролика на ютьюбе.
Ролик, конечно же,
тоже заблокировали.
- Вы меня извините, я просто не очень
понимаю: а что вы разоблачали-то?
- Подождите, а вы не знаете?
Ну смотрите, метод Забельского
очень простой. Простой, как валенок.
Повторить его может
практически любой.
Единственное, что для этого нужно, -
полное отсутствие совести.
Забельский лечил здоровых людей.
Дело в том, что онкология,
помимо всего прочего,
это довольно...
довольно массовая фобия.
Люди начинают подозревать у себя рак
сразу после того,
как узнают о его симптомах.
Но 90 процентов, приходящих
к онкологу, - это ипохондрики.
На самом деле,
никакой онкологии у них нет,
а есть лишь очень большие опасения.
Если добросовестный врач говорит им,
что все хорошо и они не больны,
то Забельский лишь подтверждает
их самые страшные опасения.
И он начинает их лечить.
У него разработан
сложный фармацевтический комплекс,
подкрепленный
завиральной терапевтической базой.
В результате пациент, попив эти,
в общем-то, безвредные таблетки,
выздоравливает.
И конечно же, его благодарность
и славословие Забельскому
не знают предела.
Вот таким вот незамысловатым образом
Забельский и обрел всенародную славу.
- То есть, получается, большинство
его пациентов - здоровые люди?
- Подавляющее.
- Ну, а как можно без биопсии
и анализов просто сказать человеку:
"У вас рак"?
- Это все техника.
Это все техника, это все обходится.
Я подробно пишу об этом
в своем блоге, почитайте.
Нет более незащищенного
и более доверчивого человека,
чем онкологический больной.
Или считающий себя таковым.
Любой врач может убедить его
в любой ахинее без особого труда.
- Ну, знаете, такие вещи
утверждать без доказательств...
- Доказательства есть, есть
около десятка случаев доказанных -
с историями болезней,
с анализами, со всем.
- Так, а где их?..
- Этим активно занимался
онколог Холодов.
Он был коллегой Забельского,
который пытался его разоблачить.
- Он сейчас в скорой работает?
- Да. Потому что в онкологию
путь ему закрыт.
У него после всей этой истории
вот такая вот черная метка на лбу.
- А он покажет мне материалы?
- Не знаю.
Последний раз он отказался
со мной разговаривать.
Я думаю, он просто надеется
вернуться в онкологию.
- Ну, Юрий, извините,
в таком случае это только домыслы.
- Вот. Посмотрите.
- И кто это?
- Это Настя Андреева.
Это пациентка Забельского.
Она покончила с собой,
когда он поставил ей рак.
Вскрытие показало,
что никакого рака не было.
Копия результатов вскрытия
у меня есть.
- Ну, в таком случае это уже...
- Это убийство.
- Непреднамеренное, но убийство.
(Звучит музыка.)
- А я и не знал, что ты так можешь.
- Как?
- Быть смешной.
- Разве я выглядела смешно?
- Прости, я не это имел в виду,
я в хорошем смысле этого слова.
- Угу...
- Катя, может...
- Это что, улики?
- Нет, это сырники.
Мама просила тебе их передать.
- Ты что, рассказываешь про меня
своей маме?
- Не только о тебе.
Я обо всех рассказываю.
Она всем передала.
И вот ты последняя.
- Хорошо. Спасибо.
- Пожалуйста. Пока.
Серия 20
- Итак, благодаря Екатерине
мы знаем,
что владельцы ламборджини
живут в Лужском районе. Или...
- Или?..
- Или недавно были там.
Нет, давайте будем думать,
что они все-таки там живут.
- Ну а как вообще по Ленобласти
можно ездить на таких машинах?
У нас и в центре иногда застреваешь.
Вы видели вообще
подвеску ламборджини?
- Ну, возможно, человек пользуется
только основными трассами,
а живет в загородном коттедже
с приличным подъездом.
- Ага.
- Вот здесь...
Вот здесь вот живут
трое владельцев ламборджини.
- Вдоль этой трассы...
Сейчас я тогда гляну по спутнику -
там все что угодно можно найти.
- Ну глянь.
- Есть, ну вот, вот, как я и говорил.
Сюда ж без внедорожника не доехать.
- Ну так, может, они недавно купили
недвижку, а у них два автомобиля:
один ламборджини - для города,
а другой внедорожник - для дачи.
- В любом случае начнем проверять
те три, что живут вдоль трассы.
- А вот, кстати, второй адрес.
- Ну и хорошо. По коням.
Ну что сказать, Марья Сергеевна?
В Лужском районе не так много
приличных коттеджных поселков
плюс далеко не по всем дорогам
в области
можно проехать на ламборджини.
- И поиск сузился до...
- Трех машин.
- Отлично.
- Калимулина отправил
поговорить с владельцами.
- Угу.
Калимулина?! А Федя?
- А Федя съел медведя.
- Ну ладно.
(Звучит музыка.)
- Эй! Стой! Стой! Стой! Стой!
Марина, я вам звонил сегодня.
Мы с вами договорились о встрече.
- Добрый вечер.
- Добрый.
- На, забирай.
Трусы надо? Забирай.
- Нет, не надо. Вы чего делаете-то?
- На вот, еще возьми!
- Не надо.
Зачем? Мне не нужна ваша одежда.
- А что ему надо? Тачку ему надо?
Во ему, а не тачка!
Только через мой труп!
- Да кому ему?! Я понять не могу.
- Как - кому? Моему мужу,
на которого ты работаешь.
- Я, я, я... Вы чего,
я не работаю на вашего мужа!
Я оперуполномоченный
Эльдар Калимулин.
- О-о, все. На него менты работают.
Докатились!
- Да успокойтесь вы, вы чего!
И ответьте мне на два вопроса.
Или мне придется вас задержать.
- Не-не, меня нельзя задерживать.
Давай, все, пока. Я пошла.
- Да стойте! Я вас задержу
за соучастие в убийстве.
- Чего?!
- В убийстве.
- Ты больной, что ли, да?
- Нет. - В каком убийстве?
- Что вы делали 14-го числа
во вторник с 12 до часу?
- А это уже не твое дело.
- Да я вас арестую,
если у вас нет алиби!
- Послушай, какое алиби?
Муж меня пасет 24 часа в сутки.
Думает, я с его братом сплю.
Так что давай. Пока.
- До свидания.
(Виброзвонок.)
- Эльдар! - Да!
- К мужу зайди обязательно,
пусть он видео тебе покажет.
- Хорошо. Но сначала я по второму
адресу съезжу и потом уже туда.
- Действуй.
- Ага, все. До свидания.
- Дома есть кто?
Никита! Наталья!
Наталья! Никита!
- Привет.
- Привет.
- Ну что, я все испортил?
- Ну не сказать, что испортил,
но идея с привлечением бандитов
была так себе.
Хорошо, что сказал.
- Ты пойми,
для тебя это просто...
просто задачка интересная, ребус.
Для меня это часть жизни, главная,
пойми ты это.
Я когда Михальчука этого
на фото увидел,
меня аж затрясло всего.
Жена говорит, что я себя накручиваю,
а я себя сдерживаю изо всех сил.
С тех пор как ты мне рассказал
про Михальчука и его дочь,
я места себе не нахожу.
А вы чего-то все тянете, тянете...
Чего вы тянете?
- Да, тянем, так и есть.
Потому что работы много.
Я говорил, если б ты сразу сказал,
то мы бы с твоими ребятами
хотя бы не дублировали друг друга.
Ну, хорошо, что все хорошо
и удалось не наломать дров
и не перестрелять друг друга.
Ладно, ты отдыхай тут потихонечку,
я поеду.
- Успели наломать.
Они почту прочитали,
увидели ярлык из Сортавалы
и рванули в Карелию.
Михальчук ушел в последний момент.
В леса ушел.
Не взяли его, облажались.
- Ты что, смеешься?
- Тридцать лет псу под хвост.
- Четырнадцатого числа
после двенадцати я был на совещании.
Свидетели есть.
- А скажите, на работу вы приехали
на ламборджини?
- Слушайте, извините, как вас?
- Эльдар.
- Эльдар, я был на совещании.
Какая разница, на чем я туда приехал?
- Да вот в том-то и дело,
что это очень важно -
знать, где была ваша машина
в это время
или кто мог ей воспользоваться,
кроме вас.
- Понимаете, дело в том,
что эту машину
неделю назад я подарил.
Подарил одной своей, скажем так,
хорошей знакомой.
- Ага. А номер вашей знакомой можно?
- А разве это необходимо?
Вы позвоните с моего,
задайте вопросы,
получите желаемую информацию.
- Я бы предпочел встретиться лично.
Но все останется между нами.
- Между кем?
- Исключительно между мной и вами.
- Ну ладно, записывайте.
- Кристина! Кристина!
- Эльдар?
- Да, здравствуйте.
- Может быть, поговорим за обедом?
А то я так проголодалась.
- Да у меня к вам
всего лишь пара вопросов.
- Ладно, давай.
- Где вы были четырнадцатого числа
с двенадцати до часу дня?
- А ты точно полицейский?
- Я могу показать удостоверение.
- Это еще ничего не доказывает.
- А что оно должно доказать?
- Что ты не от Гены.
- В смысле? Я от Гены.
Это он мне дал ваш номер телефона.
- Я спрашиваю, это он хочет знать,
что я делала 14-го?
Передайте ему, что у нас
особого договора не было,
и я могу делать что захочу
в свободное от него время.
- Кристина, если вам нужны
доказательства, что я на службе,
мы можем проехать в участок.
- Ладно. Ладно, я была с другом.
Не с Геной.
- Хорошо, друг может это подтвердить?
- Может, но это крайне нежелательно.
- Ага. Тогда где была ваша машина
в это время?
- Вы точно Гене ничего не скажете?
Это случилось 13-го.
- М-да. Ну тогда я не смею
вас больше задерживать.
Всего доброго.
- До свидания.
- Так, ну вот, Марья Сергеевна,
смотрите.
На первый взгляд ничего необычного,
но есть кое-что.
Забельская с пугающей регулярностью
звонит на номер,
зарегистрированный на ООО "Ларс".
Вот видите, я там пометил.
В один день звонила четыре раза.
- А что это за ООО?
- Ну, аппарат установлен
в коммерческом помещении,
там какой-то шиномонтаж.
Часа полтора от ее дачи.
- Владелец третьей ламборджини
является только фактическим
владельцем.
На самом деле за рулем ездит
его жена.
Напрямую с ней
не получилось связаться.
Муж дал рабочий номер,
секретарша говорит, что она занята.
- Надо посмотреть, кто это такая.
- Бескова Наталья Константиновна,
директор пиар-агентства "Малахит".
- Ух ты. Никого не напоминает?
- Не сказать, что одно лицо,
но что-то общее есть - нос, рот...
Надо проверять.
- Ну давай, вот и проверь.
Неприступные барышни -
это твой конек.
- Здравствуйте, это магазин?
Скажите, а вы продукты доставляете?
А, нет доставки? Ладно, спасибо.
- Маша, есть у тебя время?
Я просто еду сейчас пообщаться
с этой спутницей Смолова из клиники.
Поедешь со мной?
- Вы ее нашли?
- Да, я тебе еще про Никиту расскажу,
он там такого наворотил. Пойдем.
- Ну рассказывай.
- Я не предлагаю вам бездумно скупать
рекламные площади.
Я прошу вас, услышьте меня.
- Наталья Константиновна,
извините, пожалуйста, там из полиции.
- Я перезвоню. Звони срочно Маркову,
пускай он поднимается сюда.
И задержи их как можно дольше,
скажи, что я занята.
- Я попробую.
- В этом нет необходимости.
Здравствуйте. Полиция,
уголовный розыск. - Здрасте.
- Я без адвоката
с вами разговаривать не буду.
Пожалуйста, покиньте мой кабинет.
- В таком случае вам придется
проехать с нами.
- Я повторяю,
вы не имеете права меня задерживать,
и без адвоката...
- Имеем, Наталья Константиновна.
Вы подозреваетесь в соучастии
в убийстве. Если у вас нет адвоката,
мы его предоставим.
- В чем? Подождите, кого убили?
Секретарша: - Дмитрий Сергеевич,
поднимитесь к нам, пожалуйста...
Хорошо, ждем.
- Вам знаком этот человек?
- Я впервые его вижу.
- А что вы делали 14-го числа
с одиннадцати до трех?
- Нет, нет, нет. Стойте, стойте,
я официально заявляю,
что без адвоката я разговаривать
с вами не буду.
- Тогда поехали с нами.
- Да никуда я с вами не поеду!
Вы вообще кто? Какое-то убийство
неизвестно кого!
- Я просто показывал уже
удостоверение,
но давайте еще попробуем.
- Олег. Давайте сначала.
Убит доктор-онколог Забельский,
задушен в своем кабинете.
- Я-то здесь при чем?
- А вы ждали этого человека
в коридоре рядом с кабинетом.
У нас есть ряд свидетелей.
Мы не знаем, кто этот человек,
но знаем,
что у него было
тяжелое заболевание раком,
так что он вполне мог
задушить Забельского.
Вы боитесь, что о ваших отношениях
узнает муж?
- Он никого не убивал.
- Добрый день.
Марков Дмитрий Сергеевич,
адвокат Натальи Константиновны.
Вы ничего не подписывали?
- Нет, Дима.
- Спокойно, Наташа, все хорошо.
Ты ничего не подписывала?
- Да говорю же, нет.
- Прекрасно.
Можно узнать, что предъявляют
моей подзащитной
и на каком основании вы здесь
находитесь? Можно ваше удостоверение?
Спасибо.
- Мы подозреваем
Наталью Константиновну
в соучастии в убийстве.
Поэтому задерживаем ее
до выяснения обстоятельств.
- Ни слова не говори без меня.
Выйдешь через 72 часа.
- Телефон не забудьте свой,
пожалуйста.
- Наташа, не переживай,
все будет хорошо.
- Вы меня отпускаете?
- Ваша машина была на месте
преступления.
У нас есть записи
с камер видеонаблюдения на парковке.
Есть ваш фоторобот.
- Я не буду с вами ни о чем говорить
без адвоката.
- Как выяснилось, подозреваемый сел
в вашу машину, и вы вместе уехали.
У нас есть очень четкое фото.
- Я повторяю, я ничего не буду
говорить без адвоката.
- Очень скоро мы узнаем,
кто этот человек и задержим его,
так что вы упускаете последний шанс
стать из соучастника свидетелем.
Забирайте.
- Подождите.
Игорь никого не убивал,
это я точно знаю.
- Игорь.
- Борода была куплена
в постижерной мастерской "Карабас".
- В какой?
- В постижерной.
Ну, это где бороды, усы
делают для грима.
- Ну да. На банковскую карту,
принадлежащую
некоему Шатрову Игорю Михайловичу,
уроженцу Ленинграда, 1957 года.
и еще Шатров последние два года
возглавлял
петербургское отделение
партии "Перспектива".
- Подожди, это что, Шатров -
политик, что ли, который?
- Ну да.
- Теперь не оберешься.
- Почему?
- "Перспектива", угу.
Хорошо, вы пока с ним
не связывайтесь. Да.
Как видите, все выяснилось
без вашей помощи.
- Ничего вы не знаете.
- Просветите.
- Пускай он сам все расскажет.
- Ну пускай.
- Дайте мне, пожалуйста, телефон,
я постараюсь его уговорить.
Бояться ему нечего,
кроме шумихи в СМИ.
Это его самый страшный кошмар, ну,
в принципе, и мой, как его пиарщика.
- Но он никого не убивал.
- Почему вы так думаете?
- Он бы не пришел к вам, если бы
он был убийцей, один и без адвоката.
- А он придет?
- Дайте мне телефон.
Спасибо.
Да. Привет, это я. Надо встретиться.
Со следователем. Хорошо. Да.
Он согласен поговорить,
только не здесь.
- А где?
- В музее стрит-арта
на шоссе Революции.
- Хорошо.
- И никаких видео, никаких записей.
Вы будете одна.
- Когда?
- Он выезжает.
- Марья Сергеевна?
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Мы от кого-то прячемся?
- Вы слышали про черный пиар?
- Ну...
- Я последние полгода возглавляю
петербургское отделение нашей партии.
Вы не представляете, сколько дерьма
на меня вылили за это время,
зачастую безо всякого на то повода.
А если повод будет, просто растопчут.
Понимаю, вам все это неинтересно.
Поговорите с Наташей.
То, что я еще держусь на плаву,
исключительно ее заслуга.
Пиар - это непрерывная война.
- Понимаю. Скажите, это ваше?
- Где вы это нашли?
- Значит, ваше.
- А как вы думаете, если меня кто-то
узнает в онкологической клинике
и снимет на телефон, долго раковый
больной будет возглавлять отделение
политической партии после выхода
этого ролика в интернете?
А у нас слоган
"Наша партия - ваше будущее".
Я пять лет шел к этой должности,
и не один.
Свалят меня свалят целую команду,
и начнется хаос очередной.
Только-только мы все наладили.
- Ну хорошо. Расскажите о вашем
последнем визите к Забельскому.
- Вас интересует, я так понимаю,
убивал я его или нет?
- В основном.
- Слушайте, я похож на идиота?
- А знаете, сколько умных людей
совершают идиотские поступки?
- Хорошо, я его не убивал.
Я пришел на прием,
Забельский мне сообщил,
что он от меня отказывается,
потому что я, видите ли, нарушил
режим, который он мне прописал.
Который невозможно не нарушить,
если ты не под домашним арестом.
- Как вы на это отреагировали?
- Ну, как...
Сказал ему все, что я о нем думаю,
что отказывается он от меня
только для того, чтобы не портить
себе статистику.
Ну и дал ему в морду.
Получил в ответ.
Он, надо сказать, довольно ощутимо
разбил мне губу.
Все. После этого я ушел. Забельский
на тот момент был живехонек.
- Кто видел, как вы выходили
из кабинета?
- Медбрат.
- Он присутствовал при разговоре?
- Да. Ну, не все время, правда.
Он выходил ненадолго,
на несколько минут, наверное.
- А куда выходил?
- Ну кто ж его знает?
Но когда я выходил из кабинета,
он там был точно.
- Мне нужны ваши волосы.
- Что?
- Несколько волосков. Для экспертизы.
- Волосы разные визуально.
- Угу.
- И абсолютно разные
на структурном уровне.
- Волосы разных людей.
- Однозначно.
- Так что, получается, медбрат?
- Вот волосы медбрата.
- Да они даже внешне не совпадают.
- Может, он эти волосы
с утра в кулаке носит?
Кошку или жену погладил,
уходя на работу,
так и ходит с тремя волосинками
на ладошке. - Ты смеешься?
Врачи после каждого пациента
руки моют.
Я уверена, что он вырвал волосы
у убийцы.
- Похоже, там был кто-то третий, кого
не заметил ни медбрат, ни Шатров.
- Ниндзя-невидимка?
- Ну, ниндзя с каштановыми волосами.
- Что у нас вообще есть, кроме волос?
- У Забельской вот такой вот мотив,
учитывая ее странные звонки
в шиномонтаж. Ну, и нечистоплотная
статистика Забельского.
- Прекрасно. А еще утром
у нас был убийца.
Ладно, я доеду до шиномонтажа.
Он от моего дома неподалеку.
Заодно колеса сбалансирую,
а то что-то руль стучит на скорости.
- Так, а я поговорю с уволенным
онкологом. Может, он разговорится.
- А мне, как всегда,
достается самое сложное, да?
- Радоваться успехам коллег,
Платонов, - это ой как непросто.
- На самом деле, медбрат -
самый перспективный персонаж
из всей этой истории.
Если он находится там все это время,
обязан просто был видеть убийцу.
- А зачем он его прикрывает?
- Не знаю. Может, это его дедушка
или девушка.
- Спроси, куда он выходил
из кабинета.
- Кто? Куда выходил? Когда?
- Ну, он на пару минут выходил,
Шатров сказал.
- А, во время приема?
- Да.
- Ага, хорошо.
- Извините, пожалуйста,
а мне Холодов нужен.
- Он в каптерке был,
прямо по коридору.
- Спасибо.
Здравствуйте. А я Холодова ищу.
- Это я.
- Следственный комитет.
Можем поговорить?
- Пройдемте в столовую,
там никого нет.
- Вы знаете, что Забельского убили?
- Ух ты. Я думал,
это по поводу вчерашнего алкаша.
Да, про Забельского я знаю.
Вы что, думаете, это я его?
- А что, был повод?
- Вообще-то, я бы его
с удовольствием убил.
- За что? За подтасовки?
- Вы с Трофимовым говорили?
- Угу.
- Значит, и про Настю знаете.
Видимо, нашелся честный
и сильный человек.
Сочетание редкое,
но в природе встречается.
- Я так понимаю, что у вас тоже
нашлась смелость
разоблачить Забельского
и пожертвовать своей карьерой.
- Убить-то не смог.
- Может, к счастью.
Вы что-нибудь знаете
о его отношениях с женой?
- Да все.
Марина - тогда еще не Забельская,
а Селезнюк -
устроилась в клинику медсестрой
ко мне.
Это было года за два до того,
как меня уволили.
У нас с ней случился адюльтер,
надо сказать, довольно сумбурный
и изматывающий,
но разошлись вроде нормально,
но как-то нехорошо.
Она попросила, чтобы ее перевели
к другому врачу,
и ее направили к Забельскому.
Она была рада - конечно, ее же
перевели от середнячка к звезде.
Но уже через год, когда она вышла
замуж за Забельского,
она все поняла, как он достиг
этой всероссийской славы.
Она прибежала ко мне,
хотела посоветоваться, что делать.
Я был удивлен,
если можно так сказать,
что он ставит рак здоровым людям.
Я попросил ее собрать фактуру.
И когда она принесла
мне доказательства,
я не будь дураком выступил
на заседании научного совета
с разоблачительной речью.
Надо сказать, что произвести
впечатление мне удалось,
но реакция была какая-то странная,
как будто я бросил дрожжи
в деревенский сортир.
Поднялась волна такого
благородного негодования.
Как я посмел светлый образ
своими грязными руками...
Все как один заступились
за научного светилу.
Меня на следующий же день
выбросили из клиники,
а Забельский Марину выставил
с одним чемоданом.
Но не на таковскую напал.
Она поехала на дачу,
а когда он попытался
ее вышвырнуть оттуда,
она просто позвонила в полицию
и пожаловалась на домашнее насилие.
И тогда Забельский
пообещал ее посадить.
Он состряпал какое-то дело. У него
есть много знакомств, в полиции тоже.
В общем, она что-то украла. То ли у
него, то ли из клиники - я не знаю.
Кстати, скоро должен быть суд.
- Он обвиняет ее в воровстве? - Да.
- Я думала, там просто развод.
- Нет. Нет, ну развод тоже.
Марина в ответ подала на развод,
ссылаясь на то,
что он ее постоянно избивал. Но ведь
это все как пушкой по воробьям
по сравнению с тем, что может -
мог - Забельский. Да.
- Вы думаете,
он правда бы ее посадил?
- Конечно.
- Кать, привет. Извини, что отвлекаю.
Я исключительно по делу.
Скажи, как лучше парням -
на простенькой машине ездить
или вообще без машины?
- Ну, это зависит от многих факторов.
Далеко ли работа от дома?
Надо смотреть еще...
- Да я не об этом. Вообще,
как круче в глазах девчонки?
- Слушай, тебе это
для расследования нужно?
- Да исключительно.
- Ну если он стесняется своей машины,
то лучше вообще без нее.
Главное - уверенность.
- Угу...
А у меня еще один вопрос.
Сугубо по делу.
Скажи, куда лучше девчонку
пригласить на первое свидание?
И чтобы небанально было.
- В Кунсткамеру.
- Кать, пойдем в Кунсткамеру?
- У меня тут своих экспонатов
достаточно.
- Ладно. Прости, не отвлекаю.
- Кобря Степан Федорович.
Работает в клинике Забельского,
в онкологической.
А до этого работал у вас.
- Кобря...
- Да.
- Степан Федорович. Да, работал.
- Угу. А почему ушел, отмечено?
- Отмечено. По статье.
- Так-с. Деталями поделитесь?
- Деталями?
За руку поймали, медикаменты воровал.
- Ага. А там адрес вбит его?
Мне бы свериться.
- Да, конечно. Запишете?
- Да, уже.
(Телефонный звонок.)
- Да. Да я заехал на шиномонтажку,
надо проверить кое-что. Что?
Сметану купить? На шиномонтажке?
Да нет, это я шучу.
Просто теперь понятно стало,
зачем вообще человек женится, -
чтобы домой без сметаны не приходил.
Прости, у меня тут другая линия. Да,
извини. Брошу тебя на несколько. Ага.
Да, Марья Сергеевна.
Сказал, что если бы суд состоялся,
то Забельскую посадили бы?
Ну понятно, интересно, да.
Я вам потом перенаберу.
- Здравствуйте. Чем помочь?
- Извините, вы не проверите колеса?
Балансировку. А то что-то
на восьмидесяти руль трясется сильно.
- Сделаем.
- А у вас что, тут камеры есть?
- Есть.
- И чего, работают?
- Работают. А что?
- Да нет, я просто из полиции.
А у вас из начальства
есть кто-нибудь на месте?
- Роберт Ахматович!
- Что ты орешь?
- Товарищ из полиции.
- Леонид Николаевич!
Лапаев. - Точно.
- 159-я.
- Лапа, я тебя узнал.
Это ж сколько лет-то?
- Пятнадцать лет. Пятнадцать.
- ЗдорОво. Хорошо сохранился.
Ты что, шиномонтажкой,
что ли, занялся?
- Нет-нет, Леонид Николаевич,
поставили присмотреть, так сказать.
- А как же недвижимость на Рублевке?
- Я же через исправительное
учреждение прошел,
Леонид Николаевич, вы же помните.
Исправился.
- Да, сейчас мы посмотрим,
как ты исправился.
- Да... Ну а вы-то
уж, наверное, майор?
- Нет, ошибаешься, бери выше.
Подполковник, отделом командую.
- Ух ты! - Да. Вот.
- Стало быть, неспроста заглянули.
Знаете, чем я здесь занимаюсь?
- Боюсь предположить.
- Возвращаю свой долг обществу.
Помогаю людям в сложных ситуациях:
найти обидчика, вора,
пропавшего родственника.
Мы с тобой коллеги, Лапа.
- Да. Это моя клиентка.
Я ей немного помог.
А вот чем конкретно, сказать не могу.
Вы как коллега меня понимаете,
тайна следствия.
- Конечно, Лапа, базара нет,
я-то тебя понимаю.
Но как коллега коллеге я тебе скажу,
что вообще-то женщина эта -
она замешана в организации убийства.
А убит ее муж,
который хотел ее посадить.
А как ты понимаешь,
это мотив, да. Еще какой!
А ты случайным образом
оказался с ней в одной лодке.
- Нет-нет-нет, она не при делах,
можете мне поверить.
- Да я-то тебе верю,
но мне нужны доказательства.
- Ну, она вышла на меня
через своего адвоката. - Так.
- Ей нужно было найти что-нибудь
на своего мужа.
Ну, любой компромат, который она
могла бы использовать в суде.
- Нашел?
- Нет.
Но если б она действительно
хотела его убить,
я был бы первым,
к кому она обратилась бы.
- Может быть, она по этому поводу
к тебе и обратилась. Я ж не знаю.
- Видите ли, ее муж Забельский -
он все время чего-то боялся.
Дважды вызывал полицию: ему казалось,
что у него дома кто-то есть.
Однажды он напал на прохожего -
абсолютно случайного человека.
Ему показалось,
что тот за ним следит.
И главное, все это было бы
похоже на простую паранойю,
если бы однажды я сам не увидел,
как его и впрямь преследовала машина.
Его реально пасли. И главное,
Забельский это заметил.
Выскочил на светофоре, подбежал
к водителю, вытащил из-за руля
и стал предъявлять.
А тот даже и отпираться не стал,
тупо слился, и все.
- А что за чувак?
- Я толком разглядеть его не успел.
Лет тридцать, может быть, сорок,
темные очки, кепка.
Я номер машины записал.
- Да?
- Кстати, я видел эту машину еще раз.
Да, у здания клиники.
Она подъехала, постояла,
и потом в нее сел молодой парень,
медбрат.
- Из клиники Забельского?
- Да. Степан его зовут, кажется.
- Степан?
- Так вот, он в эту машину сел,
минут пять посидел и вышел.
А машина уехала.
- Лапа, ну ты же сделал
фотографии, признайся.
- Конечно. И номер,
и фотографии - все есть.
- Ну, пойдем, запишем.
Мужской голос: - Открой, а!
- Так а что сказать? Когда будет?
- Завтра.
(Звонок в дверь.)
- Чего надо?
- Есть там чего?
- Завтра будет.
- Две цены даю. Две!
- Сейчас.
Слышал?
- Да, да.
- Короче, есть только...
- Привет, медбрат. Клади.
В карман, в карман.
- Хорошо.
- Ага. Это все? - Да.
- На. Давай надевай. Впереди.
Давай, тебе пойдет.
- Вы что?
- Мы все.
- Ну все? Пойдем. Передачки готовь.
- Так, значит, Степан,
как минимум 228-я у тебя уже есть.
То, с какими осложнениями она будет
протекать, зависит от того,
как ты себя будешь вести
здесь и сейчас, -
то есть насколько я тебе
поверю или нет.
То есть в твоих интересах сейчас
убедить меня в своей искренности.
Попробуем?
Хорошо. Вопрос первый. Во время
приема Шатрова - точнее, Смолова -
ты выходил из кабинета?
- Да.
- Куда и зачем?
- Мне позвонили из интернет-магазина,
я заказывал наушники. Я вышел
встретить курьера к служебному входу.
- Ты принял заказ посреди приема
и вышел?
- Ну, Вениаминович не возражал.
Я его предупредил заранее,
что сегодня придет курьер.
- То есть ты встретил курьера
и вернулся, да?
- Нет. Я прождал минут 20.
Курьер мне еще позвонил пару раз,
сказал, что скоро будет,
и так и не приехал.
- Какие 20 минут? Смолов говорил,
что ты через 3 минуты вернулся.
- Двадцать минимум!
Я уже пришел, никого не было.
Только Аркадий Вениаминович
лежал на полу... мертвый.
Я позвонил сразу в 112 -
и приехала полиция.
- Телефон курьера у тебя остался?
- Я звонил по нему,
но там говорят:
"Неправильно набран номер".
А потом, курьер,
который приехал с наушниками,
он говорит, что вообще мне не звонил
и это вообще был какой-то левый чел.
- Так, а кто-нибудь еще знал о том,
что ты звонил курьеру
на эту доставку,
в этот магазин с наушниками?
- Не знаю. Аркадий Вениаминович?..
Но он не знал конкретно,
из какого магазина.
А, приезжал один чудак.
Не знаю, откуда взялся.
Выдернул меня посреди рабочего дня.
Говорит, что знает все про мою
предыдущую работу.
Ну, про медикаменты.
- Да, чего хотел?
- Список пациентов.
- Забельского?
- Да.
- Так, значит, получается, что Климов
видел поддельного медбрата?
- Климов видел убийцу.
Вместе с убийцей они обнаружили тело.
- Ты думаешь, убийца надел
костюм медбрата?
- Да, идентичный абсолютно,
но прежде он должен был сначала
увидеть этот костюм на медбрате.
- Вполне мог его вызвать из кабинета,
представившись курьером,
под предлогом доставки заказа.
Тот вышел,
а убийца через минуту вошел.
- Да, Забельский и Шатров
увидели входящего медбрата,
а это был переодетый убийца.
Ну, а что там?
Шапка, очки, халат, намордник -
все, идеальная маскировка.
- Да. То есть получается,
Шатров-Смолов выходит из кабинета,
лжемедбрат убивает Забельского.
А когда Климов заходит в кабинет,
вместе с ним
обнаруживает тело и делает вид,
что вызывает полицию.
- И похоже, убийца действительно
хорошо знал медбрата.
И не только знал его костюм,
повадки, привычки,
но также он еще знал
про замаскированного пациента.
Ну, под выдуманной фамилией - Шатров.
Ведь неслучайно вся эта катавасия
была приурочена к приему Смолова.
- Да, чтобы перевести стрелки
на очень удобного подозреваемого.
- Разумеется.
- А о Смолове он, скорее всего,
узнал от медбрата.
- Так. Вот машина, которая следила
за Забельским.
- А это откуда?
- Есть места.
Значит, в эту же машину садился
медбрат рядом с клиникой.
Причем на пассажирское сидение.
За рулем сидел мужчина.
А машина зарегистрирована... Сейчас.
На женщину - Краевскую Анну
Евгеньевну,
52-го года рождения,
проживает на улице Правды.
Чего делать?
- Надо брать.
За дверью: - Кто?
- Краевская Анна Евгеньевна?
- Да.
- Здравствуйте. Уголовный розыск.
- Это ваша машина?
- Люсечка, перезвоню. Моя.
- А кто, кроме вас,
еще управляет автомобилем?
- Сын.
- Он дома?
- Нет.
Так а с машиной-то что?
- Нам нужно осмотреть его комнату.
Разрешите войти?
- Прошу.
- Спасибо.
- Это комната сына.
- Знакомая девушка.
Кажется, видел ее в каких-то
материалах у Марии Сергеевны.
- Это Настя, бывшая девушка Юры.
Она покончила с собой.
- После того, как ей поставили рак?
- Да. Знаете? - Ага.
- Ваш сын - Трофимов? Блогер?
- Да, это фамилия его отца.
- Извините.
- До свидания.
- Стой на месте!
- Я хочу все рассказать!
Потом вы меня арестуете!
- Юрий, говорите, я слушаю.
- Я... я хочу поблагодарить
всех врачей-онкологов.
Это одна из самых героических
медицинских профессий.
Еще и потому, что враг, с которым
приходится сражаться онкологам,
могущественен
и практически непобедим.
И несмотря на это, тысячи онкологов
по всему миру
ежедневно сражаются за дни, месяцы
и годы своих пациентов.
Тем отвратительнее появление
таких врачей, как Забельский.
Это человек, который построил
все свое благосостояние
на самом отвратительном обмане,
который только возможен.
Забельский уверял здоровых людей,
что они больны раком.
Я не знаю, сколько жизней он сломал,
но одну он погубил точно.
Я... я убил Забельского.
Но только потому, что я не смог
остановить его другим,
менее кровавым образом.
Хотя я честно пытался.
Я очень надеюсь, что этот ролик
заставит все врачебное сообщ...
- "Убийца счастлив,
что его схватили".
Гениально. Статья на странице пять.
- За несколько суток интернет обрел
нового героя.
Слушай, а ты знаешь, сколько
просмотров у твоего ролика?
- Да я догадываюсь, судя по
количеству журналистов на пороге там.
Я хотел было бороду Шатрова
попросить взять погонять -
ну чтобы как-то между блогерами
там протиснуться.
- Может быть,
это было бы и нелишним.
Но есть предложение получше.
Смотри, Платонов, начальство решило
тебя премировать -
заметь! - оплачиваемым отпуском.
Неожиданно? Сам удивлен.
Так что, может, за это время
какой-нибудь звезде,
там, грудь увеличат -
про тебя, глядишь, забудут.
- Да, буду надеяться.
- Да, и это,
поаккуратнее там с медными трубами:
не все, знаешь ли, проходили.
Свободен.
- Ага.
Вон, в зоопарке родился гиббон.
И то, наверное, поинтереснее.
- Вот так всю жизнь бьешься, бьешься,
а Кузьма Кузьмич - раз! - и готово.
- Ну что, еще не выходил?
- Нет, но я не теряю надежды.
- Ага.
- Решил, как проведешь отпуск?
- Ну, думал пригласить следователя
по особо важным делам
в романтическое путешествие
в Карелию.
Поедешь?
- Я?
- Ну, я просто выяснил,
где прятался Михальчук.
Думаю, в четыре руки
за неделю найдем.
- А в чем романтика?
- Романтика будет.
- Вот он! Вот!
- По-моему, нам пора сматываться.
Репортеры: - Олег, простите,
нам нужно одно фото!
- Ну что, товарищ подполковник,
как проходит подготовка к свадьбе?
- Похоже, я совершил роковую ошибку.
- Ну, это, знаешь, все одно и то же
говорят перед свадьбой.
- Нет, серьезно. Я думал,
что выбрать место для свадьбы -
это самое простое.
Взял это все на себя,
а остальное все было как бы на Рите.
А оказалось, чтобы заказать
кейтеринг...
Теперь новое слово
в моем лексиконе.
Потом еще фотограф, цветы.
И для этого нужно каждому сообщать
адрес нашей будущей церемонии,
а я хотел оставить его в тайне
от Риты,
не говорить им этот адрес.
А теперь приходится с ними общаться
и сообщать его.
- Я не готов тебя за это жалеть.
- Нет, ты подожди, вот когда
ты позвонил со своего телефона
этим прохвостам,
после этого мне все, конец:
теперь они звонят только мне.
Я же жених. Давят на больное.
"Как же так, у вас будет только два
вида тарталеток!"
Ну вот, теперь у меня будет четыре
вида тарталеток.
И нет этому ни конца, ни края.
А теперь я еще и музыку
должен заказывать.
- Ого! А это как получилось?
- Ночью захотел кофе.
Рита согласилась это сделать,
если я найду музыкантов.
- Вот видишь, а кот бы тебе бесплатно
сделал. Дорогой кофе получается.
- Ну, между нами, это того стоило.
- А чего, Рита прямо хорошо
кофе варит?
- Волшебно. Нет, серьезно.
Ты как-нибудь заходи, попробуй.
- Тряпка ты, а не подполковник.
- Не поспоришь.
- Так, ну нам
на Приозерское шоссе, да?
- Других вариантов я не знаю.
Серия 21
- Р-р-р...
Света!
- А?
- А детей сколько будет?
- Каких детей?
У нас корпоратив. Компания велики
продает, должно быть человек 40.
- Корпоратив?
- Да.
- А на фига динозавр?
- Так это Емельянинов.
Сам себе в аренду сдает каждый раз.
Неважно, похороны у тебя
или день рождения.
- Молодец.
- Так что давай с ним поаккуратнее.
Если он лопнет, все узнают,
сколько он стоит на самом деле.
Емельянинов тебе никогда в жизни
не простит.
- Вы чего делаете-то? Я ж сказал,
шарики корпоративной расцветки.
Ты у меня раскрашивать их
сейчас будешь!
В зеленый, красный и белый!
Понял, да?
- Понял.
- Значит, Чумакова?
- Светлана Ильинична.
- Светлана Ильинична, ваш брат
Чумаков Иван Ильич последние два часа
не подает признаков жизни.
Скатерти он из прачечной не забрал,
и к телефону не подходит.
Я теперь Тимохина должен посылать?
- А ты в мессенджере ему писал?
- Если вдруг окажется, что Иван Ильич
жив-здоров и его не переехал КамАЗ
и не взяли террористы в заложники,
я тебе напомню, Светлана Ильинична,
наш разговор, когда ты мне обещала,
что ничего подобного не повторится.
- Да поняла я, разберусь.
- Так, который по счету?
Я вычту у тебя из зарплаты.
Ты поняла, да, меня? Уволю обоих.
(Телефонный звонок.)
- Да, алло.
Да, я иду, ты подъехал?
- Козел.
- Я быстро. Дождись меня.
- Слушай, как красиво!
Я обожаю Карелию.
- Ага. Видишь,
как хорошо совпало все.
- В смысле, совпало?
Я здесь бываю исключительно по делу.
- Ты здесь исключительно
по моей инициативе.
- Спасибо.
Да, где Михальчука-то потеряли?
- Его машина засветилась
в местном райцентре,
куда он приезжает снимать деньги.
Ему дочка пересылает.
Дом он снимает
у какого-то местного пенсионера.
Это где-то, я так понял, там,
на краю.
Эти чудаки умудрились ворваться
к нему в дом.
Но, видать, не рассчитали
его стратегический потенциал.
Он открыл по ним пальбу
из своего охотничьего ружья,
когда они потребовали
поехать с ними в Питер.
Пока они валялись где-то в кустах,
отлеживались,
он прыгнул в лодку и умотал.
- Такого поворота, я думаю,
они не ожидали.
- Естественно.
Пенсионер, кстати, говорит,
что у Михальчука где-то еще есть
охотничий домик.
Но он не знает где,
и похоже, этого никто не знает.
- Может, поговорить с каким-нибудь
местным охотником или лесником?
- Давай спросим.
- Да? Хорошо.
- Ваня!
Ваня, открой дверь! Ваня, я одна!
- А его второй день дома нет.
Его вчера уже искали.
- А кто искал?
- Двое.
Ну так, тридцать-сорок лет.
На вид не очень симпатичные,
довольно грубо разговаривали.
Слушайте, может, полицию вызвать?
- Полицию?
- Ну, если человек пропал.
Вы кто ему?
- Я сестра.
- А. Ну, смотрите.
- Чумакова.
- Что?
- Нашла брата?
- Да.
- Отлично. Я надеюсь,
он хорошо себя чувствует?
Ты передавай ему привет и зайди
в отдел кадров забрать ваши трудовые.
- Он умер.
- Что?
- Умер.
- Это что, шутка такая? Как? От чего?
- Его застрелили.
- Кто?
- Я не знаю, полиция разбирается.
У него дома.
Мне ничего не сказали.
Поэтому и не пришел.
- Да... Блин, ладно.
Сочувствую. А какой отдел-то?
- Чего отдел?
- Полиции отдел, который занимается
убийством, какого района?
- Они мне не сказали.
Квартира на Наличной. А что?
- У меня дядька просто в главке.
Может узнать - чего, как,
нашли убийцу или нет?
- Да не, не надо.
Я думаю, если найдут, скажут.
- Да ничего они тебе не скажут.
Ладно, он по фамилии в два счета
выяснит, кто ведет дело. Ты держись.
- Алло, здравствуйте.
Я хочу сообщить об убийстве.
Наличная, 17, квартира 35.
Знакомая. Ну, подруга.
Виталик, ты чего?
- Да я хотел с тобой кофе попить.
- Спасибо.
Слушай, мне надо работать, извини.
- Слушай, а раньше лесники, я помню,
жили в избушках в центре леса.
- Да... А сейчас не очень романтично.
- Ну что, ловит?
- Ага, все. Ковин звонил пять раз.
- Ого. Ладно, ты догоняй, я...
- Алло, Виктор Иванович,
здравствуйте.
- С 2007 года мы называемся
участковыми лесничими.
Живем в обыкновенных квартирах
или домах, работаем в офисах.
Но мой предшественник -
тот лесником был,
он до сих пор живет в доме в лесу.
Охотится.
Вам бы с ним поговорить.
Если кто-то заехал, новый жилец,
то это только с разрешения Семеныча.
- А где конкретно его дом
можно найти?
- Я вам сейчас покажу.
Я его иногда навещаю.
Только вы с ним осторожно,
а то он, кроме меня,
людей почти не видит, одичал.
- Сейчас, я...
Ну что?
- Мне надо уезжать.
- Куда?
- Куда, на труп.
Я же официально у Ковина
не отпросилась.
- Вот прямо некого вызвать на труп,
вот честно?
Я его люблю, передай ему от меня.
- Что узнал у лесничего?
- Да лесничий - это так,
одно название.
Он и лес-то видел
только на своем планшете.
В общем, он мне дал адрес
нормального лесника,
и когда кто-то селится в лесу,
тот об этом знает.
Но сейчас чего,
возвращаемся обратно в город?
- Не-не-не, ты-то оставайся.
Мало ли, Михальчук замаячит.
- А ты?
- Я поеду на электричке.
- На какой электричке?
- На пригородной.
- На какой электричке?
Ты чего, правда решила,
что я тебя отправлю на электричке?
Лишу себя трех часов
прекрасного общения.
- Спасибо, ты такой милый.
- Не, ну правда.
- Дверь откроешь?
- А, да-да, да.
- Деток-то надо...
- Не знаю...
Подожди вздыхать.
- Да что-то я...
- Стой!
- Стоять! Полиция!
- Хлопчик, это за кем же ты так
ударяешь-то?
- Да вон, сбежал.
- А-а-а.
Что? Упустил?
- Упустил.
- Эх ты!
- Привет!
- О, здрасте, Марья Сергеевна.
- А чего это мы чаек попиваем?
- А что нам, водочку попивать?
- Уже все осмотрели?
- А ты как думаешь?
Мы тут уже два часа околачиваемся.
Нам же не сообщили,
что ты к нам из другого региона
едешь.
- Ну извини. Я просила
кого-нибудь другого прислать.
- Здравствуйте, Марья Сергеевна.
- Привет.
- Ничего страшного,
трупа все равно нет.
- А кто нас вызвал?
- Светлана Чумакова,
сестра предполагаемого покойника.
Кстати, телефон ее тоже виден,
и он находится здесь, в доме.
Мы думали, что она с братом,
а нет, ее здесь тоже не было.
Зато был какой-то непонятный мужик,
который выскочил,
когда мы взламывали дверь.
Снес с ног слесаря и скрылся.
- Вы его преследовали?
- Я...
- Калимулин, ты лучше расскажи
о своей героической спецоперации,
как ты его догнал,
как ты за ним бежал.
Так же, Маша, и я мог побежать
за ним.
Вот чего я в оперативники не пошел?
Женщинам я бы больше нравился.
А то сейчас все
вон на Калимулина вешаются.
А чего на него вешаться?
Метр с кепкой на коньках.
- Зато я молод.
- Он еще растет.
- Ой, это ты на суде расскажешь.
- Да, я честно пытался,
но он прыгнул в машину и уехал.
- Номер машины есть?
- Не было номеров. Вот видео.
- Кате показывал?
- Да, уже показал.
- Привет. Что у тебя?
- Ой, Калимулин, Калимулин!
- Пытаюсь взломать хозяйский ноутбук.
- Что еще?
- И кровь на подоконнике.
- Вот странное ощущение,
когда трупа нет, да?
Как-то нехорошо на душе, тревожно.
- Мне нужно его забрать.
- Эльдар, оформляй изъятие.
- Калимулин, Калимулин,
оформляй, оформляй.
- И здесь должен быть телефон,
с которого поступал звонок
в дежурную часть.
- Давай.
Ну что ты елозишь,
как принцесса на горошине?
Что там, пружина у дивана лопнула?
- Да не знаю.
- "Не знаю"! Посмотри.
Ох! Ой, товарищи,
как мы удачно зашли-то нынче!
- Тут вон симки, деньги.
- Ах!
- О господи, что такое?
А чего происходит-то?
- Стоять! Стоять! Стоять!
Пойдем, пойдем.
Пройдемте, пройдемте.
- О! За девками-то ты
быстрее носишься. Огонь!
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Вы знаете, это называется
ложный донос.
- Да. Но я правда думала,
что его убили.
- Это преступление. Вы позвонили,
на адрес приехали специалисты.
- Это на подоконнике его кровь?
- Я не знаю.
Почему вы решили, что его убили?
- Потому что он пропал
и не отвечал на звонки.
- Ну а что, он раньше не пропадал?
- Пропадал.
Я устроила его к себе на работу,
он два раза опоздал и подвел всех.
И я тогда за него поручилась.
Руководство пошло навстречу,
но сказало, что если еще раз что-то
такое будет, то нас обоих уволят.
И он тогда поклялся мне, понимаете?
Он сказал, что больше такого
никогда не произойдет.
И если он пообещал, то он сделает.
- Но он не пришел?
- Нет, не пришел. Я все утро
его искала, потом сюда приехала.
И сосед сказал, что его уже искали.
- Какой сосед?
- Ну, из соседней квартиры.
- И вы решили, что его убили?
- Я не знаю, но точно произошло
что-то страшное.
- Вы когда в последний раз
его видели?
- Где-то полторы недели назад.
Мы работали за городом.
У нас компания занимается
корпоративами и праздниками,
мы делали детский день рождения.
И вот, наверное, тогда.
- И не созванивались?
- Нет, у нас вообще такой привычки
не было.
Ну, знаете, жизни разные,
друзей общих нет.
Он младший брат, и я всегда
ему помогала,
но, наверное, дружить -
нет, мы не дружили.
- Вам нужно подать заявление,
и тогда мы сможем
официально начать расследование.
- Да, конечно.
- Эльдар!
- Да.
- Поговори, пожалуйста, с соседом,
покажи ему видео с тем парнем,
может, он узнает.
- А что за парень?
- У вас есть фотография брата?
- Да, есть. Вот.
- Здрасте.
Поет: - Ты - мое солнце!
Как же мир с тобой чудесен!
Ты - мое солнце!
Сердце просит новых песен.
Ты - мое солнце,
Не уходи, свети в пути.
Режиссер: - Все, стоп, стоп!
Перестановка, делаем поправки.
- Леня!
- Витя! - Леня!
- Витя!
- Ты как здесь?
- Здравствуй, дорогой.
Как у вас тут все красочно!
А я это, просто тут...
Ну, по своим делам ходил
к вашим пиротехникам, киношникам
проконсультироваться.
- Ну понятно.
- Рад тебя видеть.
- Я тоже очень рад тебя видеть.
- Чего, клип, что ли,
мастыришь новый?
- Да нет, это называется
пробы перед концертным туром.
А, кстати, через три недели у меня
юбилейная программа сольная. Приходи.
- Да я с удовольствием.
Только не знаю,
что через три часа делать буду,
а ты - три недели.
- Понятно. Слушай, ну надумаешь -
звони, буду очень рад.
Спасибо. Пока.
- Слушай...
Подожди, кажется, надумал.
Есть она идея.
- Да? Круто.
- Только, боюсь, финансово не потяну.
- А чем конкретно
он занимался на празднике?
- Погрузка, разгрузка,
расстановка реквизита.
Унести, принести, подать еду,
забрать посуду.
Короче, делал все, что ему говорят.
Кстати, нормально работал.
Когда работал.
- То есть последний раз
вы его видели на празднике?
- Да, на базу он, кажется, не
вернулся. Да, мы приехали без него.
- Почему?
- Он пропал.
Мы загрузились - его нет,
звоним - телефон не отвечает.
Мы поехали без него.
- Такое часто бывает?
- Ну, все случается иногда.
У нас же график,
нам нужно технику сдавать,
у нас же все арендованное.
Поэтому всякое случается. Кто-то
в туалете застрял, кто-то болтает,
кто по телефону разговаривает -
все добираются своим ходом.
- И после этого вы с ним
не связывались?
- Нет.
- То есть, чисто теоретически,
если с ним что-то случилось в этом
доме, никто об этом не узнает?
- Ну, теоретически да.
Лично я с ним не разговаривал.
Может быть, кто-то говорил
или кто-то его видел.
- Вы знаете, мне необходимо связаться
с вашими заказчиками.
- Да, конечно. Это семья,
они постоянно живут в этом доме.
Этот человек уже долгое время
скрывается под другим именем.
Его ты знаешь
как Борисенко Степана Андреевича,
на самом деле это Алексей Михальчук.
И тридцать лет уже его разыскивают
за убийство молодой семейной пары.
Жестокое убийство.
- Да ладно?
- У них маленький мальчик остался.
Ну, сейчас он уже большой,
естественно, ему тогда повезло,
что он не был в этом доме,
иначе бы его тоже убили.
Как ты думаешь,
от кого Михальчук скрывается в лесу?
- От бандитов, что ли?
- Да, от бандитов. А кто их нанял?
- Бог его знает.
- Этот самый мальчик.
И лучше для Михальчука будет,
если я сейчас найду его первее,
чем они.
- Почему это?
- Ну потому что я не до конца уверен
в его вине и буду разбираться.
А они разбираться не будут,
сразу приступят, так сказать,
к исполнению приговора.
А они его найдут,
это просто вопрос времени.
- Да не знаю, где он сейчас.
Бывает здесь у меня,
ночует, когда приезжает рыбачить.
А вообще, домик у него
есть охотничий, здесь, в лесу.
- Покажешь?
- Лады.
- Ты не помнишь его?
- Честно говоря,
их тут так много было.
- Я тоже не помню.
Да я, честно говоря,
и в празднике-то особо не участвовал.
Занят был.
Ну был он, наверное, здесь,
если говорят. А что случилось?
- Он пропал.
- Ну, от нас-то он точно уехал.
Все уехали.
- Вы правда думаете,
что он где-то здесь пропал?
- А кто координировал всю работу
с организаторами праздника?
- Андрей. Андрей делал эту работу,
секретарь Сережи.
- Мой секретарь.
- Можно с ним поговорить?
- Ну конечно. Андрей!
Ой, простите, пожалуйста.
Андрюшечка, посмотри,
пожалуйста, может, ты помнишь?
- Ну да, я его помню. Он на празднике
работал. Коля, кажется.
- Иван.
- Точно - Иван.
- Коллеги говорят, что все уехали,
а он остался в доме.
- Да, он задержался. Я его до станции
подбросил, он телефон не мог найти.
- И вы видели,
как он садился в электричку?
- Нет, я его подбросил и уехал.
- Но телефон нашли?
- Так и не нашли. Видимо, сел.
Мы пытались дозвониться,
но безрезультатно.
- Значит, иди вдоль реки
километра полтора.
Там сразу за бровкой увидишь дом.
- Береженого Бог бережет?
- Оно мне надо?
Смотри, он без предупреждения палит.
- Ладно. Ничего,
что я машину оставил так? Не мешает?
- Да кому она нужна!
- Спасибо.
- Бывай.
- Так не видно же ничего,
Марья Сергеевна.
- Почти ничего.
Но он один раз обернулся.
Если привлечь Катю и Квашню...
Леня, у нас это единственная зацепка
благодаря вашему отделу.
- Благодаря нашему отделу
неизвестному удалось скрыться,
практически не напрягаясь.
- Так, может, исправите эту ошибку?
- Ну ладно, попробуем.
(Стук в дверь.)
- Привет.
Я тебе тут запись принес,
нужно посмотреть лицо подозреваемого.
Ладно, скину на почту.
- Зачем приходил тогда?
- Все уже ушли.
И... ты долго будешь здесь еще?
- Пока не взломаю.
- Это ноутбук с квартиры Чумакова?
- Да.
- Я тебе тут шоколадку принес.
Молочно-кремовую.
- Молочно-кремниевую?
- Нет, просто кремовую.
- Знаешь, как химики завтракают?
- Как?
- Они едят искусственный белок,
поджаренный на купоросном масле
и посыпанный бертолетовой солью.
- Не понял.
- Да ну тебя.
- А ты кофе будешь?
- Меня тошнит уже
от этого кофе автоматного.
- Так давай я тебе нормального
принесу, не автоматного.
- Давай.
- Да, странно, что он
эту фотографию сохранил.
- Твои родители?
- Да, вот мои родители,
а это мама Михальчука.
Они в одном отделе работали.
- А это вот они в институте, да?
- Да, там сейчас бизнес-центр.
А вот это дядя Коля -
он там до сих пор работает.
- Да? Кем?
- Он в институте завхозом работал -
и там по хозяйственной части
так и остался. У него дача
в двух домах от моей.
- А с ним как-то встречу
организовать можно?
- Да я думаю, не проблема.
А Михальчук в леса ушел?
- Ну да, ушел. С концами.
Но ничего, выкурим.
Не все время же он там сидеть будет.
Слушай, а может, мы к институту
подъедем? Может, дядя Коля там еще?
- Да у меня даже телефона его нет.
- Если он там - и телефон не нужен.
- Вот смотрите, там, на 3-м этаже,
окна лаборатории моего отца.
А когда он стал заместителем
по научной деятельности,
он на этаж выше переехал. Вот.
А мама работала в проектном отделе,
у нее окна на ту сторону выходят,
во двор.
- Так почему расформировали институт?
Он чем занимался? Полимерами?
- Да, институт промышленных
полимеров и пластиков.
Самое интересное:
почему расформировали - непонятно.
Выделили деньги и построили точно
такой же институт, только в Озерках,
и большинство специалистов
теперь там работают. - Любопытно.
- Николай Владимирович?
Да. Тут к вам пришли.
Никита Ковалев. Да.
Вас.
- Алло.
Николай Владимирович, да.
Да-да. Добрый вечер.
Извините, что поздно так.
Я тут хочу одному своему знакомому
показать, где родители работали.
Можно нам?
Ага. Вас.
- Да. Хорошо. Проходите.
- Здравствуйте.
- О, Никита!
Сколько лет, сколько зим!
Живем через два дома, а встречаемся
на другом конце Петербурга.
- Дядя Коля, меня тут Олег спросил,
зачем институт расформировали в 90-е?
Я даже не знал, что ответить.
Потом ведь точно такой же
построили в Озерках. Правда?
- Э-э... Ну...
Никита, слушай,
приезжай ко мне на дачу.
Там посидим, поговорим.
Я вам все расскажу, что помню.
Мужики, время, правда.
Ты позвони.
- И от кого это он так дернул?
От тебя, от меня?
- Не знаю. Наверное, от тебя.
- Да! Есть! Взломала!
- Чего сломала?
- Взломала.
Так, теперь мы про тебя все узнаем.
(Телефонный звонок.)
- Да.
Потеряшка? Как фамилия?
Чумаков? Да, мой. Нашли на стройке?
Я поняла. Спасибо.
Светлана?
- Да.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Пойдемте?
- Это точно он?
- У него в кармане нашли банковскую
карту на имя Чумакова Ивана.
Здравствуйте.
- Перелом основания черепа
в результате падения.
- Подождите, это не он.
- Что?
Это не он.
- А не знаете, кто?
Нет.
- Степа, привет.
- Здорово.
Ты по рабочим делам
или опять по своим личным?
- Это не личное дело,
Ковин о нем в курсе.
Просто раньше времени
дело не открываем.
- Ладно, что там у тебя?
- Посмотри, пробить можно?
- А номер-то серийный есть?
- Да вот здесь.
- А, вот. Можно.
- Ну и?..
- Позже. Позже, Олег.
- Ладно, позже зайду.
- Во-первых, это компьютер
не Чумакова.
Вот аккаунт владельца компьютера.
- Илья Рябинский?
- Да. Этот Рябинский
работал с биткоинами.
У него тут с десяток приложений
по работе с криптовалютами.
Но самое интересное, что установлены
они недавно, где-то неделю назад.
- А папку "Боровиков" можно открыть?
- Конечно. А кто это?
- Хозяин дома, где последний раз
видели Чумакова.
- Да, тут какие-то досье.
Вот компания этого Боровикова -
типография, мусоросжигательный завод.
- Ладно, потом посмотрю.
А фотография Рябинского есть?
- Да, в соцсетях. Сейчас.
- Так я его видела сегодня.
- Где?
- В морге.
- Вот, целое досье собрал
на этого Боровикова.
- Осталось понять, связано это
со смертью Рябинского или нет.
- А смерть у вас как сейчас проходит?
Как несчастный случай?
- Конечно. Но Рябинский хранил
свой ноутбук в квартире Чумакова,
в его бумажнике найдена
карточка Чумакова.
- Чумаков пропал, Рябинский мертв.
А что этот Рябинский-то?
Что он нарыл на Боровикова?
Может, там что-то чувствительное?
Может, они просто его шантажировали
и огребли?
- Я тоже об этом подумала, учитывая
ворох симок, найденных в квартире.
Так, значит, по информации, смотри.
Благонадежный вообще он бизнесмен.
Главное активы -
мусоросжигательный завод и типография
с крупными заказами от государства -
учебники печатают. Так, что еще?
Член питерского
предпринимательского клуба,
уважаемый человек, читает лекции
в инженерно-экономическом.
В общем, все прозрачно и легально.
- Да нет, это на компромат не тянет.
Тут, скорее, ода.
Или в крайнем случае некролог.
- А что с парнем
из квартиры Чумакова?
- А, да. Катя у нас,
конечно, кудесница.
Вытащила с камеры наблюдения. Вот.
- Ну отлично. С таким фото
можно и по базе прогнать.
- Так уже.
- И что? Судим?
- Почти. Бывший сотрудник.
Некий Заряжко Руслан.
Работал младшим опером
во Фрунзенском отделе.
- Фрунзенский - это там у нас Алик.
- Ну да. Так я с ним и поговорил.
Он там начальником
общественной безопасности.
Говорит, что Заряжко этот был
ни то ни се. Служил там недолго.
Потом, по слухам, ушел в детективную
контору, называется "Конфидент".
Ну так, работает с переменным
успехом.
- Что за контора такая?
- Да я сам впервые слышу.
Там такая милая барышня!
Вот записался на три часа.
- Тебя там каждая собака знает.
- На то и расчет, Марья Сергеевна.
- Ну ладно.
- Степа, а я у себя на телефоне
смогу увидеть этот сигнал?
Ну, где его навигатор находится?
- Не увидишь, у тебя интернета нет.
Ты сейчас от него в двух километрах.
- Что, будем играть в горячо-холодно?
- Будем. Пока у тебя
сигнал не пропадет.
Давай ускоряйся.
Вы параллельно сейчас двигаетесь.
- Не вижу пока.
- Притормози. Ты его почти догнал.
- Так, ладно, понял.
Алло. Степа?
Степа, слышишь меня?
- Стоять! Руки!
Не крути головой.
- Советую отдать мне арбалет.
- С чего это?
- А ты не думал, как я на тебя вышел?
- Семеныч навел.
- Спутник.
Сейчас перед кучей мониторов сидит
группа специально обученных ребят,
которые следят за нами со спутника.
И поверь, они видят
не только арбалет в твоих руках,
но и как давно ты уши не чистил.
Так что тут без вариантов -
тебя возьмут.
Нас до кучи еще и записывают.
Поэтому отвертеться на суде,
что это была просто самооборона,
не получится.
Если хочешь, чтобы тебя
взяли с осложнениями -
с перестрелками, погонями, драками, -
это будет тебе стоить
2-3 года как минимум.
Если все-таки желаешь
побыть на свободе,
то советую выдвигаться
со мной потихонечку,
где с тобой поговорят уважительно.
Оружие...
- Разрядил. Поехали.
- Добрый день. Моя фамилия Кораблев,
я записан на три часа.
- Леонид Николаевич?
- Точно.
- Присаживайтесь.
- Спасибо.
- Пожалуйста, проходите.
- Благодарю вас.
- Леонид Николаевич!
Ну что же вы себя утруждаете?
Позвонили бы, мы б к вам всем личным
составом пришли прямо в кабинет.
- Как вы меня быстро раскололи.
ОБЭП?
- Транспортная полиция.
Мы с вами пересекались в Усть-Луге.
Ну, помните портовое дело?
- Точно. А я думаю,
что мне ваше лицо знакомо?
- Чем я могу вам помочь?
- Да вот один ваш сотрудник
у нас на адресе засветился.
Хотел уточнить,
какую ему задачу ставили.
- Ну конечно. А фамилия известна?
- Заряжко. Заряжко Руслан.
- Заряжко? Хм.
- Сейчас, сейчас я... Вот.
- А такой у нас не работает.
А кто вас к нам направил?
- Так... И не работал?
- Нет.
- Точно?
- Нет.
- Ну, на нет и суда нет.
- Ну, если что, вы сразу к нам.
- Не сомневайтесь.
Всего доброго.
- Было очень приятно.
Выходи.
Значит, у тебя 24 часа,
чтобы ты исчез.
И чтобы я тебя найти не мог.
- Надолго?
- Навсегда желательно.
- Я же...
- Я не шучу.
Вот на этом сайте будет объявление:
"Продажа коллекционного аспирина".
Тогда, возможно, можешь вернуться.
Все, пошел.
- Я...
- Все, давай иди.
Через служебный вход выходи.
Мы заканчиваем работу
над вашим делом.
Деньги я вам верну на счет
за вычетом накладных расходов.
Наш сотрудник спалился -
сейчас зачищаем хвосты.
- Вот, Марья Сергеевна.
- Десять штрафов за неделю?
- И все за превышение скорости.
Получается, бегал от кого-то
этот Рябинский.
- Или кого-то догонял.
Новосветинское шоссе -
что-то знакомое.
- Новосветинское? Не знаю.
- Это рядом с типографией Боровикова.
- Опять Боровиков?
- Да. Жду от тебя биллинг мобильного,
и его штрафы посмотри.
- Хорошо, сделаю.
- Можно, Маша?
- Да.
- Привет, Степа.
- Привет, Олег.
- Прошу любить и жаловать,
Степан Андреевич Борисенко.
- Загадывай желание.
- Он же Алексей Михальчук.
- Тогда не сбудется.
- Здравствуйте. Проходите.
- Прошу.
- Вы следователь?
- Да, Швецова Марья Сергеевна.
- Я Ковалевых не убивал.
- Может быть, вы знаете - кто?
- Знаю, поэтому 30 лет и прячусь.
- Слушаю.
- Молодой человек, одну секундочку.
- С какой стати?
- Все, спокойно.
Ты не беспокойся, я из полиции.
Расследую дело о пропавшем Чумакове,
у которого ты был на квартире
и благополучно сбежал.
Я тебе задам сейчас несколько
вопросов, и если услышу от тебя
вразумительные ответы, я тебя отпущу.
- Почему я должен что-то говорить,
я не понимаю?
- А если нет, то я тебя
все равно отпущу,
только это фото,
которое я только что сделал,
будет отправлено твоему начальству.
Да, и мне почему-то думается,
что Хореву это очень не понравится.
И мне почему-то кажется, что ты
должен будешь покинуть Петербург
довольно в быстрое время,
и, может быть, даже навсегда.
- Если я соглашусь,
вы обещаете удалить?
- Нет.
Я отправлю эту фотографию
только в том случае, если выяснится,
что ты меня обманул. Так что
твое дело - верить мне или нет.
Так я спрошу?
- Да.
- Что делал в квартире Чумакова?
- Искал деньги.
- Просто деньги?
- Не просто.
Там должны были быть евро.
- Какую сумму?
- Сколько найду.
- Хорев послал?
- Да.
Но там ничего не было.
Вернее, деньги там были,
но только доллары и рубли.
Евро там не было.
Поэтому я ничего не взял.
- И что, никаких задач, связанных
с Чумаковым, тебе не ставили?
- Не знаю, я с ним не работал.
Поэтому задач никаких не было.
- Понятно. Кстати, кто твой клиент?
- Без понятия.
Серия 22
- Этот Гоша... Я с ним в Крестах
два месяца в одной камере просидел.
Вроде ладили, веселый парень.
Он как-то завалился ко мне,
я один был дома.
Сказал, что у него есть
денежная халтурка.
И так, шутками, прибаутками,
предложил убить соседей Ковалевых.
Я его выгнал,
но он предупредил, что убьет меня,
если я хоть слово кому вякну.
- Фамилия Гоши?
- Георгий...
Фамилию не помню, но вы же, наверное,
можете узнать, кто со мной сидел.
А сидел он по делу об ограблении.
Он мне сказал, что его подставили.
Хотя все так говорят.
Надо было мне тогда сразу пойти
в милицию, но я... я испугался.
Я так, не впрямую, попытался
предупредить Ковалевых.
Стал за ними приглядывать.
Взялся починить сарай у них во дворе.
Короче, когда он пришел их убивать,
я там был.
Я попытался ему помешать,
но он меня ранил и оглушил.
Когда я пришел в себя,
то Гоши уже не было.
Лежали два трупа и я в крови.
До сих пор не могу понять,
почему он меня тогда не добил.
Может, подумал, что мертвый?
- И вы бросились в бега?
- Оставаться нельзя было.
Либо менты меня примут:
моя кровь была на месте убийства;
либо Гоша меня замочит,
что еще вероятнее было.
Я уехал к своему сослуживцу в Карелию
и сделал новые документы.
- Так а кто такой Борисенко?
- Неважно. Вас же не это
сейчас интересует?
- Так Георгий вас искал?
- Ну, он или его дружки, не знаю.
Мою мать постоянно пасли, поэтому я
и организовал собственную гибель.
Как - не скажу: людей не хочу
подставлять. Никого не убивал.
- Понятно.
- Ну, после этого вроде все стихло.
У меня началась другая жизнь.
Завязал пить, устроился шофером.
Дочка родилась.
Когда выросла, переехала в Питер -
и я за ней.
- Мать знала, что вы живы?
- Я звонил.
Не так часто, но звонил.
Два раза она приезжала
ко мне в Карелию.
Но я каждый день ждал, что Гоша
или его заказчики меня найдут.
Поэтому когда дочка сказала, что меня
искали, я вообще не удивился.
Подумал: вот оно и случилось - нашли.
- Думаете, у него были заказчики?
- Ну это и ежу ясно.
Где Гоша - а где Ковалевы.
Взять с них нечего было -
только заказ.
- Так а зачем было их убивать?
Да еще так сложно.
Нашли Гошу, который с вами сидел.
Это же не совпадение.
Нашли сокамерника, чтобы через него
вас подставить? Что-то я не пойму.
- Веришь, нет - тридцать лет
об этом думаю и объяснить не могу.
- Привет.
- Привет.
- А поговорить?
- Вы его отпускаете?!
- Да, под подписку.
- Срок давности, что ли?
- Следователь и я почти уверены,
что он невиновен.
В любом случае решать все это
не нам, не тебе, а суду.
Суд пускай решает,
какой срок давности у этого дела.
К тому же я тебе позвонил
не для того,
чтобы ты сейчас наломал дров
и сел бессмысленно и надолго.
Могу тебе все в деталях разъяснить.
- Ладно, давай свои детали.
- Не знаю, меня это не убеждает.
Любой убийца будет переводить стрелки
на другого.
У него было 30 лет,
чтобы линию защиты выстроить.
И вот за все эти годы он хоть одну
попытку сделал правду рассказать?
- Он долго жил под чужим именем,
и любое упоминание о тех событиях
сразу бы его вскрыло.
Ну а живы или нет сейчас заказчики
убийства твоих родителей,
никто ж не знает.
- Ну, он мог анонимно.
- Да какое анонимно.
Даже если он врет, будет суд,
где ты услышишь Михальчука
и сделаешь свои выводы.
Ну а суд сделает свои.
- Короче, ты думаешь,
надо искать сокамерника?
- Ну и его заказчика.
На записи: "- ...чтоб через него
вас подставить?
- Веришь, нет, 30 лет об этом думаю
и объяснить не могу".
- Ну ясно.
И что этот Гоша?
Ты проверила, кто это?
- Конечно. Георгий Гутаев.
Значит, проходил в конце
восьмидесятых по делу о разбое,
вышел вскоре после Михальчука.
- А сейчас он где?
- Убит в 2002 году.
- Ну что, получается, что всех собак
можно на него теперь вешать, да?
Как ты думаешь, Михальчук знает,
что Гоша восемнадцать лет уже
как в могиле?
Ну давай, если честно.
Михальчук со всеми его связями,
которые ему позволили, понимаешь,
изобразить собственную гибель
и документы новые получить.
Он прожил по ним больше двадцати лет.
Ну что?
- Мог и не знать.
- "Мог и не знать".
Ну, Марья Сергеевна.
- Хорошо, а если не знал?
Это исключает,
что Гутаев мог быть убийцей?
- Нет,
но показания Михальчука
сильно подмывает.
Да в любом случае, Марья Сергеевна,
приходится мириться,
что правды мы уже не узнаем никогда.
- А кто-то говорил,
что все тайное становится явным.
- Отведи этого чудака к нам в архив
и покажи ему стеллаж с "глухарями".
- Да, я взяла из базы отпечатки
Гутаева, в деле Ковалевых таких нет.
Такое ощущение, что вообще не снимали
отпечатки ни у Ковалевых, ни у сына.
- Да?
- Да.
- Это странно.
- Он искал деньги.
- Евро.
- А этот Хорев из агентства
кому отправлял сообщение, выяснили?
- Квашня сказал, что он звонил
через какой-то мессенджер,
видимо, зашифрованное соединение.
Да и потом, Хорев профи,
он мой жучок уже через два часа снял.
Но Катя достала штрафы Боровикова.
Вот, посмотрите.
Особенно первый, я отметил.
Боровиков, оказывается, гоняет
гораздо быстрее, чем Рябинский.
И что удивительно, по тем же местам.
Вот, посмотрите,
там на первой фотографии
обе машины попали на камеру.
- Разница в минуту.
- Сначала едет Боровиков,
за ним Рябинский. Причем в машине, -
Квашне удалось увеличить фото, -
там и Рябинский, и Чумаков вместе.
Вероятнее всего, преследовали.
- Слушай, а не могли они работать
в этом агентстве "Конфидент"?
- Не, ну это маловероятно.
Они дилетанты, Хорев таких не держит.
А вот это вот биллинги Боровикова.
Что интересно, тоже я отметил, -
там Финляндия есть.
То есть четыре дня назад Боровиков
оказался в Финляндии.
Надо, кстати, проверить, ездили туда
Рябинский с Чумаковым или нет,
но здесь мы бессильны.
Просто там камер нет,
поэтому все очень сложно.
А на телефонах у них
стояли левые симки, я не знаю,
маловероятно их отследить.
- Хорошо. Я выясню,
пересекали ли они границу.
Слушай, я четыре дня назад
общалась с Боровиковым.
Да. И не был он
ни в какой Финляндии.
- Но по биллингам-то
он пересекал границу.
То есть рано утром
он пересек границу Финляндии,
а через два часа уже ехал обратно.
- Он заехал в Финляндию на два часа?
- Получается, это единственный способ
оторваться от Рябинского с Чумаковым.
- На два часа?
- Может быть, он заехал
и за это время понял,
преследуют его или нет.
- Слушай, Боровиков на своей машине
легко бы от них оторвался,
если б захотел. Как-то сложно.
- Марья Сергеевна,
других версий у меня нет. Честно.
- Лена! Тема!
- Деда!
- Привет, мой хороший.
Привет, привет.
Давай присядем.
Лена, я был в полиции.
- Да, я знаю, они звонили.
Не могут до тебя дозвониться,
спрашивают, приезжал ты или нет.
Ты им перезвони.
- Так уже.
Оказывается, они сравнили
отпечатки убийцы.
Они были на месте преступления.
Тогда еще их обнаружили,
эти отпечатки,
не знали, кому они принадлежат.
Кровь у него редкой группы,
тоже нашли еще тогда
под ногтями у жены.
- Ясно. Ясно.
- Так что можете возвращаться
в свою квартиру.
- Спасибо.
- Что случилось?
Я тебя чем-то обидел?
- А ты сам как думаешь?
Тебе в голову не приходило,
что следовало бы мне сообщить,
что ты разыскиваешься за убийство?
Что ты не тот, за кого себя выдавал?
У меня в жизни ничего настоящего
не было:
ни настоящей фамилии, ни бабушек,
ни дедушек, ни родственников.
Я с самого детства живу
по придуманной от и до биографии.
Нормально?
Михальчук.
Елена Алексеевна Михальчук.
С ума сойти. Интересные вещи
узнаешь о себе к тридцати годам.
- У Рябинского вообще нет паспорта?
А у Чумакова визы?
Ясно, спасибо.
- Марья Сергеевна,
я вот тут на финскую границу съездил.
Вот фотографии.
- Извини, пожалуйста, я только что
выяснила, что ни у Рябинского,
ни у Чумакова не было виз.
Они не могли пересекать границу.
Курочкин: - Тем не менее.
- Откуда кадры?
- Там въезд в пограничную зону.
А дальше их не пустили,
они развернулись и уехали.
- Они что, идиоты?
Сунулись на границу без виз.
- Марья Сергеевна, я думаю так:
они не знали, как там все устроено.
Они поехали за машинами Боровикова,
уткнулись в шлагбаум,
развернулись и поехали обратно.
- За машинами?
- Ну естественно.
Машина Боровикова и грузовик.
- А что за грузовик?
- А вы что, не знали?
- Нет.
- Да говорят, Боровиков сопровождал
машину с макулатурой.
- С макулатурой? А зачем в Финляндию
везти макулатуру?
- Интересно.
Вот я смотрю сейчас на тебя
и просто понимаю, что ты азиат.
Это в Москве у вас макулатура
ничего не стоит.
А это Европа, понимаешь? Европа.
И не просто Европа, а Скандинавия.
Они впереди всего мира по экологии.
А я вообще где-то читал,
что у них вся экономика
на переработке макулатуры построена.
Короче говоря, погранцы сказали,
что Боровиков сопровождал машину
с макулатурой.
- Ну ладно, ладно.
С макулатурой так с макулатурой.
Прямо так болезненно к этому...
Я бы поговорил с Боровиковым.
- Да.
- Этот грузовик, да?
- Да, да.
- Ну что, я водилу поищу,
а ты допросишь Боровикова?
- Спасибо за доверие.
- Здравствуйте, я из полиции.
- Здрасте.
- А с хозяином автомобиля
можно пообщаться?
- Да. Кирьян, тебя тут спрашивают.
Из полиции.
- Добрый день.
- Здравствуйте.
- Мы расследуем одно дело.
Вот этот автомобиль
не знаком вам случайно?
- Да черт его знает.
Мало ли ездит тут.
- А в Финляндию ездили
четыре дня назад?
- Ну, я два раза в месяц туда езжу
за бумагой.
- За бумагой?
- Да, за финской.
Мы на финской бумаге печатаем.
- Понял.
А ездите порожняком или как?
- Туда либо пустой,
либо с макулатурой, если набирается.
- Понятно.
А регистратор пишет маршрут?
- Да, конечно. За три месяца.
- А скачать можно?
- Да, конечно.
- Сейчас я флешку...
- Сергей Юрьевич,
вот здесь зеленый другого тона.
Видите? Немного гуще.
- Евгений Андреевич,
возможно, я не понимаю
всю важность цветового решения,
но мы ведь с вами выпускаем
не альбом Ренуара?
Насколько я понимаю,
это пособие "Справочник сварщика".
И сейчас разворачивать тираж
из-за того, что вам кажется,
что изумрудный превратился...
- Здравствуйте. Извините, вы заняты?
- Нет-нет.
Извините, это из прокуратуры.
- Следственный комитет.
- Ах да. Конечно, конечно. Проходите.
- Вы меня спасли. - Да?
- Присаживайтесь, пожалуйста.
Ну что, нашли?
- Что?
- Ну, паренька того
из праздничного агентства.
Или вы по другому поводу?
- По этому.
Скажите, вы узнаете эту машину?
- Вот эту?
Нет, нет, не узнаю. А должен?
- Дело в том, что паренек
из агентства
регулярно со своим приятелем на этой
машине следовал по вашему маршруту.
Вот, например, когда вы были
на границе с Финляндией,
в это же время они находились там.
- На границе?
- Угу.
- А как это удалось выяснить?
Вы следили за мной?
- Они следили. Второго не узнаете?
- Нет. Так а что им было нужно?
- Сами пытаемся выяснить.
Может быть, вам поступали
какие-то странные звонки?
- В смысле? А, шантаж?
Нет, нет, ничего такого не было.
- Вы зачем ездили в Финляндию?
- По работе, сопровождал машину.
- Зачем?
- Хотите, чтобы я вам рассказал,
как устроена наша таможенная служба?
Когда машина с грузом
может простоять там сутки,
хотя у нее безупречные документы.
Ой, я про это могу
долго рассказывать.
- То есть подстраховали груз
и вернулись обратно?
- Да-да, именно так. А они что,
и в Финляндию за мной поехали?
- Нет, их развернули на первом посту.
- Думаете, мне надо волноваться?
- Ну, пока не знаю.
- Так, получается,
что перед поездкой в Финляндию
грузовик заезжал
на мусоросжигательный завод.
- Да, водитель сказал, что он там
забирает макулатуру.
На заводе там сортируют мусор,
а макулатуру складывают отдельно.
Вот он два раза в месяц ее забирает.
- Так, а в этот день он
два раза заезжал?
- Да, совершенно верно. Он
подъехал на мусоросжигательный завод,
провел там два часа.
Ну, видимо, загружался.
Потом поехал в типографию,
там провел час.
А потом снова вернулся
на мусоросжигательный завод,
провел там еще два часа
и только потом поехал в Финляндию.
- Слушай, ну это особенности
отечественной логистики.
Тебя посылают на завод, потом через
два часа ты нужен в типографии.
Приезжаешь в типографию, там на тебя
орут, что ты должен быть на заводе.
Я все понимаю прекрасно.
- Ну не знаю.
Боровиков лично контролирует
и поездку,
сопровождает грузовик до таможни.
Я думаю, что у него и загрузка
на контроле.
- Да ладно?
- Ну в смысле?
Надо связаться с водителем.
- Сейчас.
Абонент не отвечает.
Может, в дороге где-то едет.
- Никуда он не едет. Машина стоит
у типографии, я вижу его трекер.
- Ну?
- Ну-ка, дай-ка номер.
Какой?
- Вот этот.
- Я его не вижу.
- Может, выключил телефон?
- Да нет, он не выключен.
И аккумулятор, видимо, вынут,
или симка вынута.
Ну, или вообще модуль связи
уничтожен.
- Ну, Боровиков-то в курсе.
Здравствуйте, Сергей Юрьевич.
Беспокоит Швецова Мария Сергеевна,
Следственный комитет. Да.
У нас возник вопрос...
Что?
Ну хорошо. Договорились. До свидания.
- Чего?
- Юрист Боровикова отругал его.
Просит официальный запрос
и постановление,
без адвоката разговаривать не будет.
- Ну правильно. Лучше перебдеть.
- Будет ему постановление.
Водителя ищи. - Ага.
- Алексей Александрович?
Узнаете меня?
- Никита.
- Никита.
- Привет.
- Здравствуйте.
- Хорошо, что меня твои ребята
не убили. Правда?
- Действовал согласно единственной
на тот момент версии.
- Ну да.
- Уезжаете?
- Да. Делать мне здесь,
похоже, нечего.
Убийца, как оказалось, двадцать лет
уже как сам убит.
Напрасно я столько лет боялся,
как выяснилось.
И себе жизнь испортил, и дочке тоже.
Ладно.
- Может, заказчик еще жив.
- А если и жив, как сейчас
на него выйти?
Через тридцать лет-то?
- Дядя Леша.
- Точно! Я для тебя тогда дядей был.
- Не хотите у меня пожить на даче?
Ну, пока дочка свыкнется.
- На даче? Там?
- На даче.
- Добрый день.
- Здрасте.
- А мне с Кирьяном бы вашим
поговорить.
- А его сегодня не было.
Приболел вроде.
- А машина?
- В гараж увезли. Захрустел кардан.
- Так. А гараж где?
- Чего, помочь хотите?
- Ну, мало ли, может, и помогу.
- Якорная, 24,
ангар увидите, наверху большая
надпись "Шиномонтаж грузовой".
- Нет, этот к нам не приезжал.
- Ясно, спасибо. Счастливо.
- Счастливо.
- Они сказали, на работу поедут.
- Кто - они?
- Ну, люди с работы.
Они сегодня утром пришли,
Кира на работу собирался.
Сказали, что его в офис отвезут,
там подписать что-то надо.
- А почему вы решили,
что они с работы?
- Так они ж сказали.
- А вы раньше видели их?
- Нет.
- А как они выглядят?
- Ну такие мужчины, одному лет сорок,
а второй помладше.
Аккуратные, в костюмах, вежливые.
Так а что, получается,
его на работе нет?
- Я не знаю. Как объявится,
позвоните мне, пожалуйста.
Спасибо. Всего доброго.
- Так, я съездил на стройку,
где нашли труп Рябинского.
Там рядом кафе есть
с камерой на улице.
Вот кино оттуда. Посмотри.
- Длинное кино-то?
- Ну, там за сутки. С 14-го до 15-го.
Так что, может быть, есть шанс
увидеть Рябинского живьем.
- А фотография Рябинского?
- Правильно мыслишь.
Дуй до горы. Давай-давай, не сиди.
- Есть.
- Это что, Билинкис?
Маша, это Билинкис!
- Я думала, он уже не практикует.
Он у меня римское право вел.
- Практикует, насколько я знаю,
практикует.
В исключительных случаях
по исключительной ставке.
- Зачем Боровикову такое оружие
массового поражения? Дело пустячное.
- Может, Билинкис - друг их семьи
или родственник.
Или у Боровикова паранойя.
- Или рыльце в пушку.
- Да. Но в любом случае готовься
к лекции по правоприменению.
- Спасибо огромное.
Ладно, мне все ясно, кроме одного.
Что здесь делает Сергей Юрьевич?
- У меня есть несколько вопросов
к Сергею Юрьевичу,
которые, надеюсь, помогут нам
найти Чумакова
и расследовать гибель Рябинского.
- Которая на данный момент
квалифицируется
как несчастный случай. Хорошо.
Что вас интересует?
- Сергей Юрьевич, мы с вами выяснили,
что машина вашей компании 14-го числа
повезла в Финляндию макулатуру.
- Да.
- Так, накануне, 13-го числа
машина загружала макулатуру
на мусоросжигательном заводе.
- Да, все верно.
- Вот, при этом,
согласно показателям трекера
грузовика... Пожалуйста.
Грузовик сначала приехал на мусорный
завод, потом к вам в типографию,
а потом вернулся на завод.
С чем связан такой маршрут?
- Да...
- Стоп-стоп. Мария Сергеевна,
позвольте взглянуть
на показания прибора.
Протокол изъятия данных...
- Сейчас.
- И еще вопрос, Марья Сергеевна:
каким образом эта информация
может помочь вам
в вашем расследовании?
Поясните, пожалуйста.
- С удовольствием.
Согласно нашим данным,
Чумаков и Рябинский преследовали
тот грузовик в течение недели.
Так вот, любая детализация
поведения грузовика,
поможет нам в поисках Чумакова.
- Понимаю. Логика присутствует.
Скажите, а я у вас ничего не читал?
- Римское право.
- Да? Итак, где протокол
перемещения машины?
- Может быть, в отделе оставила?..
- Тогда в юридическом поле для нас
эта информация не существует.
Я не сомневаюсь,
что вы это прекрасно понимаете.
И поэтому мой клиент не может
ответить на ваш вопрос,
даже если он знает ответ.
Еще вопросы?
- В таком случае...
- Да давайте я отвечу.
- Сергей Юрьевич.
- Да нет, там обычный рабочий
момент, правда. Ситуация такая:
грузовик мы на заводе загрузили
макулатурой только наполовину.
И он отправился на типографию
за бракованным тиражом.
Но книг бракованных оказалось меньше,
чем я думал,
и ему, водителю, пришлось
возвращаться на завод
и догружать оставшееся место
макулатурой. Все.
- Ну что же, похоже, мы имеем
впечатляющий случай
взаимного удовлетворения сторон,
с чем я вас и поздравляю.
- Спасибо. Подпишите, пожалуйста.
- Да, хорошо.
Все, мы можем идти?
- Я вас догоню.
- До свидания.
- Хорошо. До свидания.
- Мария Сергеевна...
Протокол изъятия данных,
Машенька, это "Отче наш".
- К следующему семинару исправлюсь.
- Вы думаете, будет следующий?
- Убеждена.
- В 21:40 Рябинский пробежал
до ворот стройплощадки,
и через две минуты
двое побежали за ним.
Из-за того что они были на другой
стороне улицы, лиц их не видно.
А вот если перемотать немножко...
Ага, они прошли через двадцать минут,
но уже спокойным шагом.
И вот как раз
сейчас он подойдет поближе -
и лицо его можно рассмотреть. Вот.
- Знакомая какая-то физиономия.
- Лабутенко, сотрудник отдела
наружного наблюдения.
- А, точно! Он в Тосненском РУВД
трудился. На пенсии?
- Уволен в запас в 16-м году.
Знаете, где его искать?
- Есть идея.
Приветствую!
- Леонид Николаевич!
Нам чужого не надо.
- Разве? А это разве не вы приказали
найти евро в квартире Чумакова?
- Какие евро? Кто такой Чумаков?
- Кто такой Чумаков, я думаю,
вам виднее.
А вот это...
Сейчас. Где это они у меня были?
А вот это его друг,
ныне покойный Рябинский.
Убит предположительно
вот этим человеком.
Он вам тоже, конечно, неизвестен?
- Нет, почему? Вот этого я знаю.
Он у нас работал. Лабутенко, кажется.
- Прямо работал?
- Уволился два месяца назад.
Показать заявление?
- Да нет, необязательно.
В любом случае, есть два эпизода,
по которым,
как считает наш следователь,
вам есть много чего рассказать.
Поэтому я прошу вас сейчас собраться
и проехать со мной
в Следственный комитет.
А мы пока здесь проведем обыск
в вашем офисе.
У следователя есть постановление.
Она считает, что во время обыска
удастся выявить заказчика
убийства Рябинского
и взлома квартиры Чумакова.
Я почему-то думаю,
что ее надежда небеспочвенна.
- А повестка у вас есть?
- Конечно.
- Сейчас, минуточку, я...
- Нет-нет-нет,
все телефонные звонки теперь
только из кабинета следователя.
Упс.
Неожиданно?
- Таня, звони Комаровскому,
пусть готовится к обыску! Немедленно!
- Таня, даже не думайте.
Смотрите, вот камера и вот.
Одно неосторожное движение -
и вы последуете за вашим начальником.
Пойдем.
- Ладно, ладно, ладно. Подожди.
Глуши. Давай договоримся.
- Давай.
- Мне заказали найти Чумакова.
И я его почти нашел.
Могу отдать все материалы по делу,
которые есть на сегодняшний день.
- Так кто заказчик?
Зачем он искал Чумакова?
- Из-за денег. Тот у него украл
кучу бабла в евро.
- Ты сам-то в это веришь?
Ну, сколько он у него взял?
- Двести тысяч.
- Ты хочешь сказать,
что из-за двухсот штук
он нанял недешевую контору,
которая уже наломала дров как минимум
лет на десять строгого режима?
Так не бывает.
И потом, твой сотрудник,
он искал в квартире Чумакова евро.
В тайнике лежали рубли и доллары.
Если задача стояла вернуть деньги,
почему он не взял все? Какая разница?
- Я не допрашиваю клиентов.
Мне ставят задачу, я ее выполняю.
- А кто заказчик? Давай, колись.
- Он ведь тоже не дурак палиться.
Со мной связались по мессенджеру,
бабло мне переводили на электронный
кошелек. А там не отследить.
А когда мы закончили, он все удалил,
все аккаунты. Я уверен, его не найти.
- Нет, звучит убедительно,
но не для меня.
По мне так первое, что должна была
сделать ваша контора
до выполнения заказа, - это пробить
заказчика до пятого колена.
А вдруг это подстава? Ну, он же
не продуктовый набор заказывает,
а как выяснилось,
непредумышленное убийство.
Я думаю, что в первые же два часа,
вы, скорее всего, пробили
не только имя этого деятеля, а также
его источники дохода, уязвимые места.
И поверь, мне эта информация
очень нужна.
Но заметь, мне нужно только имя,
и, по-моему, это справедливо.
- Боровиков Сергей Юрьевич.
- А зачем ему нужен Чумаков,
Хорев знает?
- Знает, но я думаю, не скажет
даже под страхом смерти.
- Шантаж сто процентов.
Чумаков что-то узнал,
когда был в доме Боровикова,
а потом они с Рябинским
решили развести Боровикова на деньги.
Ну а тот особо церемониться не стал,
обратился к профессионалам,
которые вопросов лишних
задавать не будут.
- И это как-то связано с евро.
- А обыск в доме Боровикова
мы не можем организовать?
- Ни в коем случае,
у него адвокат Билинкис.
Он меня чуть на переэкзаменовку
не отправил.
- Можем обыскать дом водителя.
Найти машину.
Ну, все-таки этот грузовик имеет
какое-то отношение к делу.
Мужик все-таки пропал,
жена может написать заявление.
- Скорее всего, люди Боровикова
уже все обыскали.
- Кстати, Хорев клянется,
что к водителю его люди не приходили.
Я ему верю. Потому что я слышал,
как он заканчивал дело по Чумакову
несколько дней назад.
- Значит, люди Боровикова.
- И еще по Чумакову. Хорев говорит,
что они его упустили в Новгороде.
- В Новгороде?
- В Новгороде?
- Да.
Может быть, там есть знакомые
или родственники?
- Да вроде нет.
- А у Рябинского?
- Да я этого Рябинского не видела
никогда. Только в морге.
Они с Ваней вместе работали
в магазине. Потом их уволили.
И Ваня попросил тогда меня
устроить его к нам в компанию.
Я тогда сказала: "Через мой труп".
Ну, потому что мне одного раздолбая
хватит, не уследить.
Что, думаете, он жив?
- Будем надеяться.
- Подождите, у нас в Новгороде
двоюродный брат на стройке,
в общежитии живет.
- Ну вот. - Точно.
- Ты был когда-нибудь в Новгороде?
- В Великом нет, в Нижнем был. А вы?
- Нет, ни там, ни там.
- Здравствуйте! Скажите, пожалуйста,
7-я налево, направо?
- Налево, последняя.
- Спасибо.
(Выстрел.)
- Да что ж ты палишь все время?
Руки. Сейчас придется
новгородских ждать,
чтобы оформили твою пулю. Елки-палки.
- Да все нормально,
это же я в потолок стрелял.
Закон о полиции, статья 23 часть 5 -
"предварительный выстрел в воздух".
- Следаку это расскажешь.
Женщина: - А что случилось?
- Извините, пожалуйста, все хорошо!
- Зато поймали. - Куда бы он делся?
- Вы что, из полиции оба?
- Оба. - Оба.
- Скажите, может быть, на ваш телефон
поступали какие-то непонятные
звонки от незнакомых людей?
- Никто не звонил.
Я уже сама к нему на работу
ездила в типографию.
- Марья Сергеевна, обратите внимание.
- Извините.
- Осторожно, следы.
- Понятые, подойдите, пожалуйста.
- А откуда такие деньги-то?
- Первый раз вижу. Доллары, что ли?
- Евро.
- Возможно, те самые,
которые искали у Чумакова.
- Что Рябинский делал у тебя дома?
- Жил.
Его подруга выгнала,
он ко мне переехал.
- А это его инициатива была устроить
слежку за Боровиковым или твоя?
- Какую слежку?
- Ну, вы на машине Рябинского
ездили за Боровиковым.
Вы даже в Финляндию за ним
пытались поехать.
- Никуда мы не ездили,
а на границе случайно оказались.
А Боровиков - это кто?
- Боровиков - это тот,
кто будет ждать тебя у дверей,
когда ты отсюда выйдешь.
Я больше чем уверен,
что он знает о том, что ты у нас,
и возможно, уже ждет снаружи.
- А вот что сделали люди Боровикова,
когда нашли твоего друга.
- А ты что, не знал?
Поэтому я думаю, что в твоих
интересах задержаться у нас
здесь в отделе подольше. А еще лучше
помочь нам задержать Боровикова.
Почему-то мне кажется, что ты
знаешь про Боровикова что-то,
что позволит нам его посадить.
- Не знаю я никакого Боровикова.
- Ладно. Ладно.
- Какой-то западный банк.
- Финский.
- Мы можем сделать запрос по номерам
упаковки через Центробанк,
но это очень длинная история,
это быстро не будет.
- А мы можем получить постановление
на обыск в типографии?
- А на каком основании?
Наличие денег в квартире, что ли?
Не является ни уликой,
ни преступлением.
А то, что у Чумакова искали евро, -
это никоим образом не делает
все остальные евро подозрительными.
- Да евро вообще ни при чем.
Вполне возможно, что в грузовике
вместе с бумагой перевозили
наличку в товарных объемах,
а Чумаков об этом узнал.
Ладно, это все подозрения. Хорошо.
Но у нас есть заявление от жены
о пропаже водителя. Так что вполне
можем провести обыск в машине.
- И ты, и я прекрасно знаем,
что это не повод для обыска.
А вот Билинкис - он этим обыском
воспользуется для того,
чтобы развалить это дело полностью.
Поэтому...
- Похоже, нечего разваливать. Чумаков
идет в отказку, так что... Ой.
Сейчас. Олег, а можешь
ко мне привезти Чумакова?
- Эти деньги нашли в вашей квартире.
- Это... не мое. Это не мое.
Мне это подкинули.
- Откуда они у вас?
- Я же вам говорю,
я в первый раз это вижу.
Меня подставили, вы не понимаете?
- Кто подставил? Боровиков?
- Каким образом подставили?
- Каким образом? Подкинули деньги.
Это не мое!
Я вам в пятый раз повторяю -
деньги подбросили!
- Подставили, чтобы что?
- Чтобы меня посадили.
- Наличие валюты -
это не преступление.
- Потому что они фальшивые.
- А что, мы не проверили,
фальшивые они или нет? Олег?
(Звучит динамичная музыка.)
- Здравствуйте.
Вам придется проехать с нами.
- На каком основании?
У вас постановление-то есть?
- Это подойдет?
- Я имею право на звонок адвокату.
- Это со следователем.
Давайте, парни.
- Это что за дверь?
- Мы ей не пользуемся.
- Откройте, пожалуйста. - Открыть?
- Ну, я же попросила.
- Ага, хорошо.
- Катя, посмотри.
- В типографии Боровикова печатались
фальшивые евро и отправлялись
в Финляндию. Скорее всего, во время
детского дня рождения вы подслушали
разговор Боровикова на эту тему,
вернулись домой и поделились
ценной информацией со своим другом
Рябинским. У вас созрел план
шантажировать Боровикова.
Вы начинаете слежку, и скорее всего,
Боровиков действительно переводит
вам деньги, которые вы просили.
Но тут начинается кошмар.
Боровиков серьезно взялся
за своих шантажистов, начинает ваши
поиски. Вам удалось скрыться,
а вот Рябинскому повезло меньше.
Иван, несмотря на то что мы знаем,
что происходит
в типографии Боровикова,
этого недостаточно для того,
чтобы привлечь его.
Куда бы вы не скрылись,
он вас найдет и уничтожит.
Единственный способ этого избежать -
все рассказать под запись.
- Это все Рябинский. Это он
придумал схему с криптовалютой.
Объявление: "Дорогие друзья!
Совсем скоро посадка заканчивается
и теплоход отправится на экскурсию".
- Здравствуйте, Сергей Юрьевич,
я ваш адвокат.
- А... где Билинкис?
- Он очень извинялся.
Я ему отправила материалы дела,
в частности, протокол допроса
свидетеля Чумакова, - и к сожалению,
у него возникли проблемы
со здоровьем.
- Ясно.
Допустим, я сейчас сообщаю вам
все имена и явки с обеих сторон -
и с финской, и с нашей.
Что вы можете мне предложить?
- Ну, это зависит от того,
где сейчас водитель грузовика.
- Да все с ним в прядке. Мы его в
Финку вывезли, пока пыль не уляжется.
- Мне нужно убедиться, что он
жив и здоров. - Да здоров он!
Просто помяли его слегка,
когда узнали,
что он тиснул несколько упаковок,
которые перевозил.
- Фальшивые евро?
- Да, да, да! Фальшивые евро.
Мы были уверены, что это он нас слил.
Я думал, что он заодно
с этими красавцами.
Я поверить не мог, что эти пингвины
так меня развели,
не имея на руках ни евро,
ни каких других доказательств.
- Хорошо. Вы мне рассказываете
всю схему вашего бизнеса,
а я обеспечиваю вашу безопасность.
И вашей семьи.
Думаю, для вас это первостепенно.
- Спасибо. Оп!
- Лена.
- Привет, папочка.
Ай, задушишь!
- Прости, прости.
- Деда!
- Ну, иди ко мне! Привет, привет.
Спасибо.
- Хорошо, сколько ты хочешь комнат?
- А ты?
- Олег...
- В идеале три, конечно:
гостиная, спальня, детская.
Ну, пока, конечно,
хватает только на двушку. - Угу...
Зачем тебе гостиная?
- Ну как зачем?
А встречаться? Новый год,
елка, праздники...
Вообще, мне эта нравится.
- Мне тоже.
- Мама!
- Злата, мы здесь!
- Меня напечатали! - Да?
- Напечатали?
- Ну что, напечатали?
- Ага, напечатали.
- Помнишь, я тебе говорила, что Злата
устроилась на стажировку в журнал?
- А, это что-то с конюшней?
Там лошадей поменяли что-то, да?
Слушай, я...
- Да.
Извини, постеснялся тогда спросить,
запах такой был. - Ну Олег!..
- Да нет, все нормально.
- Подожди, доказательств достаточно?
Начнут расследование?
- Да, благодаря моей статье,
прокуратура этим займется.
- Супер. Я тобой горжусь.
Давай будем чай пить, раздевайся.
- А вы что делаете?
- Квартиру выбираем.
- Вам?
Одновременно:
- Нет. - Да.
- Да?
- А что, нет?
- Так, однокомнатная, значит...
- Как? Почему? Двушка, двушка.
Уже однокомнатная?
- Ладно, я шучу.
Серия 23
- Ага, а Петя с другом будет?
Да? А чем он занимается?
Да ладно? Супер!
Знаешь, я, единственное, эти...
огурцы забыла.
Возьмешь? Спасибо, Вера. Еще, знаешь,
прихвати, пожалуйста, маслины.
Да я одну банку взяла, но мне
кажется, на 8 ртов не хватит.
А? Слушай, ну я к шести всем говорю.
К семи, наверное, точно уже
подтянутся.
Да. Да-да-да.
Ты знаешь, я не удивлюсь,
если мы, как в прошлый раз,
окажемся опять в караоке.
Это было... А-а-а!
Я вообще в шоке. Я...
- Извините.
- Да.
- Вас там следователь ждет.
Слушай, я перезвоню. Давай.
Меня следователь ждет.
Ну, если не арестуют, конечно.
Давай, пока.
- Профессиональная фомка.
Не длинная, не короткая.
- Довольно свежий партак, лагерный.
Лет пять-семь, не больше.
- Партак?
- Ну, говенно сделанная татуировка.
- Похоже, мужчина пробрался
в квартиру
и начал искать заначку
с помощью фомки.
И тут заявился хозяин с пистолетом.
- Ага. Ты хозяйку видела?
Представляешь себе,
как она палит в злодея?
- Ну, а что? Может быть, она нажала
на спусковой крючок со страху.
Или, наоборот, может,
она мастер спорта по стрельбе.
- Оружие не женское. ПМ, как минимум.
- Значит, вы вернулись домой,
а дверь была закрыта на все замки?
- Да, вот как я закрывала,
когда уходила, на два замка.
- А жертву знаете?
- Мужчину этого?
- Да.
- Первый раз вижу.
- Ну, а есть идеи, как он мог
проникнуть в квартиру?
- Вообще никаких. Может, вор?
- А вы с работы пришли?
- Да.
- Вы одна живете?
- Одна.
- А у кого-то могли быть еще ключи?
- Ну, мне ключи агент давала.
Наверное, у хозяина.
Я никому не передавала.
- А какой у вас график? Вы каждый
день в одно и то же время приходите?
- Ну обычный график - с девяти
до пяти, пять дней в неделю.
Сорок минут до работы. В восемь
выхожу, около шести возвращаюсь.
- А какие-то ценности
хранились в квартире?
На что мог позариться злоумышленник?
- Какие ценности? Тут иногда
не знаешь, чем за квартиру платить.
- Давно квартиру снимаете?
- Да, почти год. С сентября.
- Да я от этого проснулся.
Такой грохот.
Ну, я думаю: шкаф свалился на кухне.
Пошел, смотрю, висит.
- Понятно. А во сколько
вы услышали выстрел?
- Я не знаю. Я с ночной, сразу уснул.
А, да. Я от жены эсэмэску получил.
Там вот... сейчас посмотрю,
во сколько.
Ага, вот. Вот, вижу. 11:45.
А потом сразу уснул.
- Отлично. Спасибо, всего доброго.
- Всего доброго.
- До свидания.
- До свидания.
- Мария Сергеевна? Здравствуйте.
- Да, здравствуйте.
Внимательно слушаю вас.
- Секундочку.
Узнаете?
- Господи.
Какой ужас. Скажите, а в других
комнатах так же все разворочено?
- Надежда, вы покойного узнаете?
- Нет, никогда не видела.
- То есть он не жил в этой квартире?
- Я ему точно не сдавала.
- А давно вы этой квартирой
занимаетесь?
- Уже пять лет.
- Много жильцов сменилось?
- Да нет. Было четверо жильцов,
включая Екатерину. Все.
- Ну, смотрите, убитый попал в
квартиру, открыв дверь своим ключом.
Потом убийца закрыл дверь ключом.
То есть в деле фигурирует ключ.
- Ну, смотрите, у Екатерины точно
есть два ключа.
- Ну, это не она, я видела ее ключ,
и у нее железное алиби.
- Так, ну у меня есть ключ.
Но все ключи от квартир,
которые я сдаю,
хранятся в сейфе с договорами,
поэтому доступ к сейфу
есть только у меня.
- А хозяин?
- У хозяина, наверное, есть ключ,
если честно, я точно не знаю,
потому что он там практически
не бывает,
всем занимается его сын Артур.
Но у Артура точно нет ключа:
он его потерял.
Я знаю, потому что он как-то
просил у меня ключ.
Ему что-то нужно было забрать,
пока жильцов не было.
- Давно потерял?
- Понятия не имею.
Если хотите, я дам его номер
телефона. Сейчас эсэмэской пришлю.
- Да и список всех жильцов,
пожалуйста.
- Да, конечно, без проблем.
А, кстати, последние жильцы, пара,
они точно делали дополнительный ключ.
Она, жена, Алина, брала
у меня мой ключ до этого.
- Тоже потеряли?
- Нет. Там мужа посадили, Романа.
И когда его задержали,
оба ключа были у него.
- А за что посадили?
- Понятия не имею, если честно.
Я только помню, что люди вот-вот
хотели делать ремонт,
но, конечно, они после этого
сразу съехали.
- Понятно.
- Ну что, личность погибшего
установлена, как я понимаю.
- Да, Гафаров Рафиз Хамитович.
Две недели назад как освободился
после восьмилетней отсидки.
- Понятно. Недолго музыка играла,
недолго фраер танцевал.
Две недели - и снова за старое.
Таким образом, функцию
исправительного учреждения ИК-47
выполнила не полностью.
- Это да.
- Да. Значит, 8 лет он там был,
говоришь?
И чего тут? Ювелирный...
Да, молодец Рафиз Хамитович, молодец.
- Я вот тут чего подумал...
Может, его подельник убил?
- Да нет, какой подельник?
- Ну, смотрите, они пришли на дело.
Что-то друг с другом не поделили,
и один другого убил.
- Не, ну смотри, Эльдар,
во-первых, товарищ,
судя по возрасту и татуировке,
не первый год замужем.
- Ну это да.
- Восемь лет отсидел.
Его предполагаемый подельник -
это если твою версию развивать, -
скорее всего, тоже не мальчик.
Брать ствол на кражу - ну, слушай,
это дилетантизм высшей степени.
Уважающий себя вор - он гвоздодером
или отверткой вскроет квартиру,
да и замочит кого, если будет
на то необходимость.
Таскать на себе статью за хранение
огнестрела,
да еще с ограблением -
это будет только идиот, согласись.
А убийца, судя по тому, что у нас
на него ничего нет, вовсе не дурак.
Так что давай-ка так.
Попробуй для начала восстановить путь
нашего покойника
от зоны до квартиры, где его убили.
Интересно в первую очередь место,
где он проживал,
телефоны, которыми он пользовался.
Да, и попробуй найти инспектора
по надзору, вдруг они пересекались.
- Хорошо.
- Мысль понятна?
- Да. Все.
- Давай. Подожди.
- Да.
- Ты помнишь, что будет в субботу?
- Конечно. Ваша свадьба будет.
- А с кем ты на нее придешь?
- Обязательно с кем-то надо идти?
- А как же?
На свадьбу всегда парами приходят.
Ты кого выбрал?
- Я не думал еще.
- А ты вот подумай, Эльдар, подумай.
- Может, я все-таки один?
- Нельзя.
Иди, приглашай. Там, на выходе
из отдела кабинет.
- А вы откуда знаете?
- Мы все видим, все замечаем.
- Ладно, всего доброго.
- Да...
- Так а с сыном хозяина
ты связывалась?
- Да. Телефон отключен, где прописан,
не понятно. Может, через отца зайдем?
- Хорошо, найду. А этот... что с ним?
Предыдущий жилец,
его за что загребли?
- А, сидит под Питером,
там дело групповое. Ребята занимались
разборкой угнанных автомобилей.
Взяли его с ключами, так что вряд ли
ими кто-то мог воспользоваться.
- А жена его? Она ж там дубликат
делала, по-моему.
- Делала. Одиннадцать месяцев назад.
Потом сразу уехала с сыном
в Ярославль.
Ну вряд ли Гафаров приехал к ней
попросить ключи.
- У меня в Ярославле служит товарищ
один, я попрошу его зайти,
пускай она ему покажет ключ.
- Давай. Знаешь, что интересно?
Я разговаривала со следователем,
эту группу авторазборщиков
кто-то с потрохами сдал.
Некий аноним.
- Конкурент?
- Возможно.
- На Гафарова зарегистрирована
одна симка.
В Мурманске он ее зарегистрировал,
сразу как вышел из колонии, я думаю.
- А можно посмотреть, куда он звонил?
- Да, можно.
А никуда он не звонил. Один раз ему
звонили, он не звонил никуда.
Звонили со стационарного телефона
из учреждения.
- Из какого?
- Ну да, участковый пункт полиции,
куда его приписали, видимо.
Там, по идее, про него все знать
должны.
- А какой пункт полиции?
- 112-й, Лесная улица, дом 37.
- Лесная, 37.
Кстати, это тебе.
Официальный запрос на мероприятие.
- "Эльдар Калимулин, паспорт выдан...
...приглашает Екатерину Иванову
на свадьбу Леонида Кораблева
12 сентября 2020 года
по адресу: Приморское шоссе..."
Это что?
- Приглашение.
А, даже печать?
- Чтобы все было красиво.
Получите и распишитесь.
- Спасибо.
- Я в этой квартире 10 лет назад был.
Я ее для Артура купил,
когда он в институте учился,
поэтому у меня ключей от нее нет.
- И Артур там тоже не живет?
- Не живет.
Он ее сдает, получает доход.
- Единственный доход?
- Слушайте, у вас есть дети?
- Не понял, к чему вопрос?
- Вопрос такой.
Родительское счастье начинается,
когда перестаешь требовать
от детей соответствовать своим
идеалам. Я ему проповеди читал,
на работу пытался устроить, к себе
на стройку брал - никакого толку.
Тогда я махнул рукой, плюнул -
"делай что хочешь".
И вы знаете, я впервые почувствовал
себя счастливым человеком.
- А он что начал делать?
- Как всегда, ничего,
только разница в том, что я перестал
по этому поводу волноваться.
- У вас есть его фотография?
Разрешите?
А где он живет, пока сдает квартиру?
- Не знаю. У друзей, у подруг?
Я не вникаю.
- То есть где его искать,
вы понятия не имеете?
- Имею.
Там, где собирается
много быстрых машин.
- Автомобильные гонки?
- Дрифт.
- Их трое было -
Гафаров, Хомяков и Загарчук.
Взяли они ювелирный магазин "Бонтон"
на Большом проспекте.
- Как? Там же охрана круче,
чем в Эрмитаже.
- Ну, коллекции у них тоже бывают
музейного уровня.
Тогда как раз привезли
алмазный гарнитур из Голландии -
видимо, под заказ,
а заказчики отказались.
Вот и выставили в общий доступ.
- Угу. Их в магазине взяли?
- Нет. Взяли их вообще чудом.
Кстати, Хомякова так и не взяли.
Он ушел со всеми бриллиантами.
- И как они всех обошли?
- Довольно остроумно, надо сказать.
Двое пришли в магазин. Один
в цивильном, дорого одет - Хомяков,
второй - Загарчук
в форме полковника полиции.
Они приценивались
к самому дорогому украшению,
сказали, что выбирают подарок
жене полковника.
Вот когда они рассматривали
бриллиантовое ожерелье,
в магазин ворвался налетчик
с пистолетом - Гафаров
и, взяв в заложники Хомякова
и Загарчука, потребовал,
чтобы работники магазина наполнили
его сумку ювелирными украшениями.
- Неплохо.
- Это еще не все.
В чем главная-то красота конструкции?
Работники магазина, надо сказать,
не сразу бросились отдавать налетчику
ожерелье за миллион долларов.
Они заметно поколебались. Но
"полковник" Загарчук, пользуясь тем,
что налетчик отвлекся на Хомякова,
донес до сотрудников,
что он уже вызвал
отряд немедленного реагирования
и что сотрудники ничем не рискуют
налетчика сейчас возьмут.
- Класс.
- И сотрудники магазина
с легким сердцем
наполнили сумку Гафарова
ожерельями за три миллиона долларов.
Ну, и тот сбежал с заложниками.
- Да... Как же их взяли?
- Кто-то стукнул,
до сих пор неизвестно кто.
Я получила информацию от опера.
Подозреваю, что сдал ребят Хомяков,
потому что ему дали уйти.
По-другому я не могу объяснить
его бегство.
Видимо, была договоренность с опером.
- А кто опер?
- Так... Тимофеев.
Но он уже пять лет как погиб.
Сейчас уже точно не узнаешь,
кто сдал ребят.
- Ну только если найти Хомякова.
- Я бы не взялась за это дело.
Человек с тремя миллионами неуловим,
как Человек-паук. Тем более
за миллион можно такую пластику лица
сделать и такую ксиву,
что тебя родная мама не узнает.
- Да уж.
(Телефонный звонок.)
Ой, извини. Да, Катя.
Угу, поняла. Скоро подъеду. Давай.
Да, история.
- Гафаров...
- Ага. Он две недели назад
вышел из мурманской колонии.
- А, этот?
Я неделю до него дозвониться не могу.
Я завтра рапорт собирался
в управление везти.
- Его убили.
- Да ладно!
Ох, гора с плеч.
- Чего?
- А ты попробуй побегать
по управлению, пообъяснять,
почему у тебя рецидивист
не регистрируется.
В суд идти, подавать о пропаже
никто не хочет.
А как что случись -
ты крайний остаешься.
- Ладно, адрес у вас его есть?
Где его можно найти?
- Адрес да, давал левый какой-то.
- Вы там были?
- Когда-то был.
- И?
- Это якобы гостиница.
Ну, главное, они зарабатывают тем,
что штампуют квитки для приезжих.
Вот, записывай.
Полтавская, 13, корпус 2, комната 24.
- Спасибо большое.
- Обращайтесь. - Всего доброго.
- Вот аккаунт Артура,
нашла в автомобильном сообществе.
Но нашла не сразу, потому что
зарегистрирован он не на свое имя.
- Рубец?
- Да, это, видимо, кличка
среди дрифтеров.
Но это точно его аккаунт,
потому что привязан
к его номеру телефона.
- Так.
- Да, и пять дней назад
Артур Сырцов снял номер
в горнолыжной гостинице в Токсово.
Даже прикрепил видео.
- Так, отличный номер -
светлый, комфортный. Вот спальня.
Ну что, до встречи на "Полигоне", да?
- Что за полигон?
- Ежегодные соревнования дрифтеров
в Токсово, называются "Полигон".
- Олег, привет. Слушай,
Катя нашла Артура. Он в Токсово.
- Добрый день.
- Скажите, пожалуйста,
этот человек здесь?
- Нет.
- А может, вы видели,
как он выходил или еще что-нибудь?
- Нет, но знаю, что здесь его нет.
Он снял комнату четыре дня назад,
сдал ключ и с тех пор не появлялся,
даже не ночевал.
- Понятно.
А номер можно его посмотреть?
- А вы ему кто?
- А, извините.
Я ему оперуполномоченный.
А это что, хобби?
- Нет, это мы во все номера ставим,
когда соревнования проходят.
- А вы всегда такая серьезная?
- Конечно, я же на работе.
- Просто вы уже столько времени
с нами,
и, честно говоря, некоторые коллеги
вас откровенно побаиваются.
- Кажется, я даже догадываюсь какие.
Ну ничего, это полезно.
- Вы знаете, мне кажется,
что в глубине души
вы очень даже добрый
и нежный человек.
- Я подключаю.
- Угу.
- Так это же покойник из квартиры.
- Да, Гафаров.
- Это все?
- Ну вообще, немало.
Гафаров знает о существовании Артура.
И не просто знает, а знает даже,
где его искать.
- Нет, при всем уважении
к проделанной работе,
узнать это не очень сложно.
Достаточно зайти
в открытый аккаунт Сырцова -
пожалуйста - в социальной сети.
Он вывесил подробную инструкцию,
как его найти.
- Да, даже видео оставил.
- Да.
Ловушка?
- Вообще, я не думаю, что Артур
приехал туда, чтобы снять номер,
зафиксировать его на видео,
а потом просто скрыться
в неизвестном направлении.
Вообще, похоже на ловушку.
- Непонятно только,
чего он поймать хотел.
- Поймал Гафарова -
может, этого и хотел.
- Ну, значит, что мы имеем?
Некий молодой раздолбай-гонщик
вызывает повышенный интерес у только
что вышедшего из тюрьмы уркагана.
Так?
- Так.
- Гафаров пытается его найти.
И через несколько дней
мы обнаруживаем труп Гафарова
в квартире Сырцова.
- Да тут вроде все налицо. Сырцов
не спешит встречаться с Гафаровым.
Артур, в принципе, знает,
что произошло в квартире.
И, может быть, даже он автор трупа.
- А ключи Гафаров взял у Артура?
- Или вместе с ним туда поехал.
Хотя абсолютно непонятно,
зачем ехать на съемную квартиру,
где в любой момент
могут появиться посторонние.
- Одни вопросы. Где Сырцова искать?
Катя просмотрела всех посетителей
аккаунта Сырцова.
Есть особо активная девушка -
Симакова Юля.
Посещала аккаунт по пять раз в день.
Подарочный набор от Кати -
адрес и телефон.
- Кто поедет?
(Мария Сергеевна смеется.)
Плохая шутка. Понял.
Женский голос: - Вы к кому?
- В гостиницу.
- Проходите.
- Здравствуйте.
- Без вещей приехал?
- Куда?
- Ну, куда - в Питер на стройку.
Не знаю, куда ты там приехал.
- На стройку? Нет.
Уголовный розыск.
- Ой, извините, а я вас
за гастарбайтера приняла.
- Ладно. Скажите, пожалуйста,
вы знаете этого человека?
- Нет. Не помню его.
Я-то, вообще-то, их различаю.
- Кого?
- Ну, в смысле, постояльцев.
У меня память на лица хорошая.
- Просто он назвал
ваш адрес инспектору
как место постоянного жительства.
- Ну конечно. Наш адрес
на каждом углу висит.
Мало ли, что он там напишет.
- Мне кажется, вы говорите правду.
- Ну, конечно, правду.
- Но, к сожалению, есть процедура.
Сейчас сюда приедет
следственная проверка,
они здесь будут все выяснять,
опрашивать свидетелей, постояльцев.
Просто его слово против вашего.
Я-то вам верю,
а вот следователь не имеет права,
он должен все проверить.
Вот, допустим, если бы вы меня
обманули, сказали, что он был здесь,
но деталей вы не помните,
я бы ушел и не вернулся,
потому что никаких противоречий бы
не было. Ну а сейчас...
- Э-э... Погодите.
- Да.
- А можно еще раз посмотреть?
- Да, конечно.
- Так я его помню.
- Да?
- Он был здесь.
- А мне кажется, его здесь не было.
И как вы сказали, так и было.
- Да он не ночевал,
он просто попросил
засвидетельствовать.
У меня даже все паспортные данные его
записаны и телефон.
- Да? Давайте.
- Сейчас, сейчас... А, вот телефон.
- Ты не знаешь,
он в Питере зарегистрировал симку?
- Да нигде он ее не регистрировал.
Купил на Апрашке.
Вот, смотри. Звонил в основном
вот на этот телефон.
Давай-ка посмотрим. Значит...
Вот он. Зарегистрирован
на Артура Сырцова 4 дня назад.
- Ага. А мы сможем посмотреть,
где этот номер сейчас находится?
- Нет. Со вчерашнего дня
номер не активен.
- Это после убийства Гафарова?
- Здрасте. Добрый день.
- Здравствуйте.
- А вы Юля?
- А вы по поводу Артура?
- Да, по поводу Артура.
А что уже интересуются?
- Давайте там, у черного входа
поговорим, а то у нас тут камера,
начальник может подумать,
что вы клеитесь ко мне.
- А, понятно. Хорошо, хорошо.
У черного, да?
- Да-да-да.
- Ладно.
- Я скоро.
- Хорошо.
- Извините, а черный вход в магазин
тканей здесь, да?
- Да, у них только с улицы.
- А, с улицы? Конечно, с улицы.
Юля, подождите, пожалуйста.
- Помогите! Полицию позовите!
- Юля, я из полиции!
Вот удостоверение.
Извините, мне просто нужно было
сразу показать там, в магазине.
Это моя ошибка.
У меня один вопрос только.
Вот этот человек приходил к вам?
- Его убили?
- Да, его убили.
- Кто?
- Давайте с вами присядем где-нибудь.
Мне кажется, у нас есть общая тема.
Если вы не против.
- Давайте.
- Почему ты решила,
что его убил Артур?
- Ко мне этот мужик приходил,
он расспрашивал про Артура,
и когда я Артуру об этом рассказала,
он страшно перепугался.
Ну, мне так показалось.
Потребовал, чтобы я его описала.
Как мне показалось,
он не понял, кто это.
- Страшно перепугался
и не понял, кого?
- Ну, типа того.
- А этот что хотел?
Просто встретиться?
- Ну да. Я его спросила, кто он
вообще такой и зачем ему Артур.
Он сказал, что они давние друзья
и он хочет встретиться.
- Сказала ему, где Артур?
- Нет, конечно.
- А мне скажешь?
- Я не знаю, где Артур.
Я ездила в Токсово, его там нет.
У Киры, друга его, тоже нет.
- А что за Кира? Поподробнее.
- Друг.
- Они работали в ювелирном магазине
охранниками.
- А что за ювелирный, не помнишь?
- Он здесь на Петроградке,
"Бонтон" называется.
Мне его Артур показывал.
- В общем, что и требовалось
доказать. Я связался с магазином,
оказалось, Артур работал там
как раз тогда,
когда было совершено ограбление.
Уволился сразу после ограбления.
- Видимо, опер его вычислил
и предложил сдать грабителей.
Сырцов соглашается
и сдает подельников.
- Ну да, а Гафаров,
по всей видимости, выйдя с зоны,
решил отдать должок,
отомстить Сырцову.
- Другой вопрос - как они вообще
оказались в этой квартире?
- Это вопрос технический. Я думаю,
что Сырцов, как найдем его,
сразу нам все расскажет.
- Без орудия убийства?
- Расскажет, расскажет.
Я думаю, как раз дружок его
нас к нему и приведет.
- Держите. Только не забудьте
его на объекте,
а то его стоимость
из моей зарплаты вычтут.
Поставите на адресе, позвоните мне,
я его активирую.
Сейчас он выключен. Он магнитный,
подойдет любой металл:
абажур настольной лампы, батарея,
корпус компьютера.
На случай, если металла рядом нет,
я положила пластилин.
- Скажи, пожалуйста,
Сырцов созванивался со своим другом?
- Да. Несколько раз.
И встречались тоже.
- Я и говорю, главное - не спугнуть.
- А Гафаров связывался
с Загарчуком и Хомяковым?
- Номеров, зарегистрированных на них,
в биллингах нет.
Но надо смотреть еще, потому что там
тоже такие номера без рода-племени.
Я думаю, может, у него
еще какой-то номер есть.
- Должны были связываться. Хомяков
исчез с тремя миллионами - шутка ли.
- Добрый день.
Я из транспортной полиции.
Могу я с Кириллом пообщаться?
- А... Да, конечно.
- Спасибо.
- Проходите.
Кира!
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Произошло ДТП с участием пешехода.
Мужчина лет тридцати
попал в реанимацию.
К сожалению, при нем не было
ни документов, ни телефона,
только вот этот адрес,
я так понял, с вашим именем.
- Ну да, адрес мой.
- Можете помочь нам
с идентификацией человека?
- Не знаю. А фотография его есть?
- Именно его нет. Но вот при нем
еще была, кстати, фотография,
только вот такая.
Может, вам о чем-то говорит?
- Нет, не знаю.
- Не знаете, да?
- Нет.
- Ладно, извините.
Извините за беспокойство.
- Да ничего.
- Всего доброго.
- До свидания.
- Алло, Артур?
- Все, есть! Аппарат на Васильевском,
на Малом проспекте.
- К сожалению, вам все-таки придется
проехать со мной.
- Зачем?
- У следователя есть пара вопросов.
- Я правда не знаю, кто это.
- Да дело не в этом.
- Хорошо, но мне нужно
только позвонить.
- К сожалению, позвонить тоже нельзя.
- Не понял.
- Позвонить нельзя.
- Что за бред? - Одевайтесь.
Значит, Кирилл, сразу поясню, я знаю,
что ты друг Артура Сырцова
и что ты звонил ему десять минут
тому назад. Ты сам об этом знаешь.
Единственное, чего ты не знаешь,
так это то, что вот этот человек
был убит, и убит он предположительно
как раз таки Артуром.
Далее, благодаря вот этой штуке
я знаю номер, на который ты звонил,
и где находится сам аппарат.
Так что твоего товарища
мы возьмем по-любому.
Единственный вопрос:
насколько это будет безболезненно.
Если ты нам поможешь,
мы сделаем это максимально аккуратно.
- Судя по всему, телефон находится
в гаражном кооперативе.
Я вас вижу.
Будете приближаться, позвоню.
- Можно?
- Угу.
- Слушай, привет. Есть небольшая
надежда, что Сырцов живет в гараже.
Калимулин поехал туда.
Будьте осторожны,
может быть, у него пистолет.
- Что, он совсем дурак -
таскать с собой ствол,
на котором висит труп.
- А вдруг?
- Если вдруг,
тогда мы вообще в шоколаде.
- Когда будем его брать,
постарайся не высовываться,
у него может быт пистолет.
Он живет в гараже?
- Да, вот вроде этот гараж. Ага.
Свет горит. Может быть.
(Сигнал автомобильного клаксона.)
Хорошо.
- Вот это его гараж, да?
- У него камера на улице,
он видит всех.
- Что ж ты сразу не сказал?
- Я с вами?
- Сиди здесь.
(Звук выстрела.)
- Ты чего сделал?
- Да все нормально. Он жив.
Вставай давай.
- Его застрелили?
- Да.
- Кто, знаете?
- Думаю, что да. Вы.
- Шутите?
- Где вы были 21-го с 10 до 14?
- В гараже.
- Кто может подтвердить?
- Послушайте, я даже не знаю этого
человека, зачем мне его убивать?
- Ну как же не знаете? Благодаря
вашей информации 8 лет назад он сел,
а сейчас вышел, чтобы отомстить.
- Да не убивал я его.
Он даже не знал, что я их сдал.
- Почему вы так думаете?
- Я говорил с ним.
- По телефону?
- Не только.
- Хорошо, если вы его не убивали,
в ваших же интересах рассказать все
очень подробно, начиная с работы
в ювелирном магазине.
- Тогда надо до магазина начинать.
- Пожалуйста.
- Я после армии искал работу.
И пока искал, мне знакомый знакомого
предложил снять комнату у меня.
Я тогда жил в двухкомнатной квартире
один.
- Угу, и у вас появился жилец?
- Да, я сдал гостиную,
сам в спальне обитал.
- Гафарову?
- Нет, Хомякову. Гафарова я видел
пару раз, он к нему приходил.
- Хомяков, который сбежал?
- Да, я, естественно, не знал,
чем он занимается. Тогда он говорил,
что электрик,
периодически уезжал на заказы.
И вот тогда-то я и нашел работу -
охранником в ювелирном.
Хомяков меня туда сосватал.
Он сказал, мол, нашел объявление,
что нужен охранник.
- А в чем интерес Хомякова?
- Да не было никакого интереса.
Он так расспрашивал, как работа,
какие-то детали уточнял. Так, не
допрашивал, - вежливо, по-соседски.
Я же, естественно, все понял,
после того как ограбление произошло.
Понял, что это я им всю инфу выдал,
сам того не желая.
- Наверное, следователь помог понять?
- Да, опер.
Когда он меня начал расспрашивать,
я понял, что если он узнает,
что я с грабителем в одной квартире
живу, то я немедленно сяду.
- И вы решили опередить события?
- Ну да. Ну и плюс меня взбесило,
что эти уроды так меня подставили.
Ну, я им все рассказал. Все что знал.
И сдал всех троих.
Их поймали, кроме этого, Хомякова.
- Угу. И когда спустя 8 лет Гафаров
объявился, вы решили ему отомстить?
- "Решил". Я бросился в бега.
Я же не знал, кто меня ищет.
Юля как-то неопределенно его описала.
Я подозревал, что это по тому делу
8-летней давности.
Я часто об этом думал,
особенно сейчас, когда у них
сроки заканчиваются.
Опасался, но не знал.
Ну, я и решил проверить,
кто же меня так домогается.
Снял номер,
сообщил об этом всему интернету,
поставил камеру.
Действительно, оказался
один из троих - Гафаров.
- И вы отправили запись Юле,
чтобы она ее отнесла в полицию?
- Ну естественно.
Если что-то случится.
Я ему тогда с левого номера
отправил - мол, чувак,
если что-то произойдет,
то эта запись попадет в ментовку.
- Ну... "В полицию". Угу.
- Да.
Он мне на тот же номер отправил -
мол, зла не желаю, надо встретиться,
попасть в квартиру;
поможешь - мы квиты.
Ну, решил рискнуть. Пошел к Наде,
взял ключ, сделал дубликат,
встретился с ним, отдал ему.
Все, я больше его не видал.
- Интересно.
- А что Платонов?
- Да не знаю. Сказал, заедет куда-то,
с кем-то встретится. Это все неважно.
Леонид Николаевич, как так-то?
Я что теперь,
буду без оружия все время?
- Эльдар, ты молодец,
без тебя мы бы убийцу не задержали.
Ты пойми: мы применяем оружие
только в крайних случаях, -
а у тебя за последний месяц уже
второй эпизод спорного применения.
А это что? Это внутренняя проверка.
Весь отдел под ударом.
Так что это для твоего же блага.
Ну что, раскололся?
- Не-а. Хуже того: я ему почти верю.
- Тревожно как-то.
- Марья Сергеевна,
у меня пистолет забрали.
- Леня. - Для его же блага.
- А ты не балуйся с пистолетом. А?
- Хорошо.
- Вот список садоводов за последние
20 лет. Мне в правлении распечатали.
- Ты считаешь,
что убийца где-то среди них?
- Помнишь, как заволновался
дядя Коля,
когда стали расспрашивать про здание?
- Не так чтобы заволновался, но да.
- Я разговаривал
с коллегами родителей,
и все в один голос утверждают,
что здание института в 1990-е годы
было просто захвачено
коммерческой структурой.
Институт был расформирован вопреки
любой научной целесообразности
и против мнения руководства.
- А у тебя папа был
в составе руководства, да?
- И отец, и мать были
в научном совете института,
и они были против передачи здания, и
90 процентов сотрудников были за них.
Папа бы никогда не позволил
передать здание коммерсантам,
и у него была тысяча вариантов,
чтобы сделать институт самоокупаемым.
Ну, я, конечно, маленький был,
ничего этого тогда не понимал.
- То есть это могло быть мотивом?
- Да это и было мотивом. Конечно.
- А здесь список всех,
с кем ты разговаривал,
и всех, кто отказался
от передачи здания, да?
- Меня больше интересуют те,
кто был за передачу здания.
Я думаю, что здесь, в этом списке,
есть либо заказчик,
либо тот, кто его знает.
Уж очень хорошо убийца разбирался
во всех этих наших дачных реалиях,
знал про Михальчука и про его
взаимоотношения с моими родителями.
- А как бы нам получить данные
о владельцах здания?
- Да. И сравнить два списка.
- Ну да.
- Эльдар, понятые, можете подойти?
- Пойдемте.
- Пистолет Макарова.
- Он, кстати, похож на тот,
что нам нужен. - Да, я тебе
подробно завтра расскажу.
- Ну а как он объясняет, зачем
Гафаров его искал, если не отомстить?
- Гафарову нужно было
попасть в квартиру.
- В квартиру Сырцова? Зачем?
- Ну, вроде как он там оставил
ценные важные бумаги.
- Бумаги? Какие бумаги?
Он даже не жил в этой квартире.
- Согласна, звучит неубедительно.
- Но, несмотря ни на что,
вы ему верите.
- Я верю, что он не убийца.
- Ладно.
Он встречался с Гафаровым?
- Да, Артур передавал Гафарову
ключ от квартиры.
- Он признался, что передал
Гафарову ключ? - Ну.
- Ну предположим.
Хорошо, он встречается
с Гафаровым, несмотря на...
- Да, но он оставил запись подруге
на случай, если вдруг он пропадет.
- Угу, конечно. Он пропал, а она
ни слова не сказала Платонову.
Марья Сергеевна, я вообще не понимаю,
каким образом мы вписались
в этот блудняк.
- А ты понимаешь, как Артур
и Гафаров оказались в квартире,
почему именно там произошло убийство?
У нас вообще только мотив.
- Ну да. Нет, еще есть
отсутствие алиби.
Труп, вообще, нашли в квартире...
Но это все.
- Мы можем задержать его
максимум на 72 часа.
У нас нет никаких улик.
Тем более он сам все рассказывает,
а мог бы промолчать.
- Так он поэтому и рассказывает,
потому что ничем не рискует.
(Телефонный звонок.)
Прекрасно это понимает, поэтому
и лепит горбатого на все деньги.
Или идиот.
- Да, Эльдар. Что?
Где? Отпечатки?
Ну хорошо, поздравляю.
- Что?
- В машине Сырцова нашли пистолет.
В нише запаски.
- Ну вот, значит, идиот.
(Телефонный звонок.)
- Привет. А ты все пропустил.
У Сырцова в багажнике нашли
предполагаемое орудие преступления.
Ну и что?
Экскурсия по городу?
Романтическая прогулка?
Ну конечно, хочу.
Давай.
- В общем, вот это здание института,
который потом был расформирован
и преобразован в бизнес-центр.
Институт, где работали Ковалевы.
- Мы же здесь не случайно.
- Да. Никита считает,
что папу с мамой
убили как раз таки из-за того,
что они всячески сопротивлялись
этому расформированию
и захвату здания разными
коммерческими структурами.
- Они действительно сопротивлялись?
- Ну вот здесь работает завхозом
некий Николай Владимирович Соколов,
который еще со времен института.
Так вот когда Никита
меня хотел с ним познакомить,
он как-то себя странно повел, убежал.
И, ну, ничего не сказал.
Может, корочки Следственного комитета
как-то его разговорят?
- Думаешь, он еще тут?
- Последний раз был допоздна.
Думаю, да.
- Николай Владимирович?
Его сегодня не было.
- А он часто отсутствует
в рабочие дни?
У него какой-то скользящий
гибкий график, что ли?
- Да нет, каждый день как штык.
- Его подбросили.
- Кто?
Кто имел доступ к вашему багажнику?
- Да я даже не представляю.
Я весь день просидел в гараже,
ни с кем не общался.
С Кириллом только. - А с Гафаровым?
Вы же должны были ему ключ передать.
- Ну да, встречался. Я с Надей
встретился на улице, взял у нее ключ,
сделал дубликат. Затем я встретился
с Гафаровым в хостеле, где он жил.
Затем на следующий день я вернул Наде
ключ, и она мне сказала,
что в квартире произошло убийство.
- Где вы с Гафаровым встречались?
- В хостеле на Восстания.
- Это на Полтавской?
- Нет, на улице Восстания,
вход с Восстания.
- Марья Сергеевна, ну что,
выстрел произведен из пистолета,
найденного в багажнике Сырцова.
Поздравляю вас. - Отпечатки?
- Стерты. Нет отпечатков.
- Интересно, почему?
- Что? Стер, потому что стер.
- Или ему подкинули пистолет.
Ладно, я по другому вопросу.
Можешь кого-нибудь послать
на улицу Восстания? Там хостел,
где Гафаров останавливался.
- И чего? - По словам Сырцова,
у них была встреча с Гафаровым.
Для суда было бы очень полезно
задокументировать эту встречу.
- А. Ну, задокументируем.
- Он здесь только ночевал.
Ну и встречался с людьми.
- С ним?
- С ним? Да, с ним тоже.
- А был еще кто-то?
- Да, еще мужчина приходил.
- Камер у вас нет, да?
А описать сможете?
- Да. Такой, знаете, чуть больше
сорока. Я подумала, что он строитель.
- Почему? - Почему?
Не знаю, наверное, из-за костюма.
- Он что, был в каске
и с отбойным молотком?
- Да нет, он был обычно одет.
А, знаете, у него в кармане
карандаш заточенный был, простой.
Я еще подумала,
что у строителей такие бывают.
- Угу, понятно.
- Сейчас. Вот здесь.
Сейчас позвоню.
Не отвечает, телефон выключен.
- Может, он на выходные приедет?
- Да он вообще тут круглый год живет.
- Молодые люди, вы к Коле?
- А, дядя Миша!
Это дядя Миша Скворцов.
Привет, дядя Миша.
- А, Никита, приветствую.
Извини, не узнал.
К нему вчера курьер
приезжал из магазина.
Пытался дозвониться - не получилось.
- А вы его давно
в последний раз видели?
- Дня три, наверное.
- Ну ладно, дядя Миша, пока.
- Никита, а у тебя что,
Михальчук живет, Леша?
- Ну да.
- А он что, жив?
Отсидел, получается, да?
- Да не за что ему сидеть.
Не убивал он никого.
- А, да?
- Да.
Ну ладно, дядя Миша, пока.
- Счастливо.
- Всего доброго.
Получается что - Соколов исчез
сразу после нашего разговора?
- Ты думаешь, мы его
прямо так напугали?
Думаешь, он заказчик, что ли?
- Да нет, нет. Какой заказчик?
Но то, что он знает заказчика, -
в этом я почти не сомневаюсь.
- Я его найду.
- Никита, давай только
без самодеятельности на этот раз.
И без всяких этих контактов тесных.
- Ладно, хорошо.
Серия 24
- Принадлежит номер некоему
Желинскому, 1965 года рождения.
Военный пенсионер, живет в Вологде.
- Так, получается, Гафаров
не звонил на этот номер?
- С известного нам номера не звонил,
но вот смотрите,
на номер Желинского
звонили вот с этого номера,
префикс 908 - мурманский. Затем
с этого же номера звонили из Вологды.
- Кстати, совпадает
с передвижениями Гафарова.
- Да, и в последний раз
с этого мурманского номера
Желинскому звонили уже из Питера,
с улицы Восстания.
- Ага. Это, получается,
еще одна симка у Гафарова.
А с этой симки он никому не звонил?
- Звонил, уже здесь, в Питере.
Некоему Загарчуку,
1972 года рождения.
- Загарчук - это подельник Гафарова.
Так он же сидит вроде.
- Нет, его уже освободили
полгода назад из колонии-поселения.
Сейчас зарегистрирован
на Богатырском проспекте,
официально устроен в СМУ-24.
- Ого. Электрик?
- Да.
- Так, ну что?
Кто хочет проветриться,
посетить Вологду?
Платонов?
- В Вологду?
- Да. Курочкин?
- Я могу.
- Ну хорошо. Возьмешь себе в подмогу
Платонова - и дуйте до горы.
- А зачем туда вдвоем?
Может, я один тогда?
- Как один? А огневая поддержка?
Давайте, давайте, парни,
покажите класс.
- Поехали.
- Так, Федор, давай-ка
поговори с Загарчуком.
Главная задача - подтвердить,
что Гафаров знал
о предательстве Сырцова.
А я, пожалуй, займусь,
как всегда, самым сложным.
- Ну да, переосмыслением
базовых методов дедукции.
- Давай посерьезнее.
Попробую найти свидетелей,
которые видели Сырцова
в утро убийства возле квартиры.
Если найду, то дело закроем в момент.
- Леонид Николаевич,
я буду держать за вас кулаки.
- Не надо. Побереги кулаки для дома.
- Так, сейчас...
Да, точно. В том же году, 92-м,
здание института
было переведено на баланс города.
Город сдал здание в аренду
ООО "Вектор",
которое через три года, в 95-м году,
это здание приватизировало.
- А можно получить список
учредителей этого ООО?
- Сейчас я вам распечатаю.
- Спасибо.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Мне нужен список всех сотрудников.
- Всех?
- Всех.
- Смотрите, что у нас есть.
Вот список ООО "Вектор".
Вот это список членов
садового товарищества.
Интересно, что фигурирует
и там, и там фамилия Скворцов.
Видите? Вот, Михаил Игоревич.
- Дядя Миша?
- Вы его знаете?
- Я там всех знаю.
Я его буквально вчера видел.
Но он же бизнесом не занимается,
он же депутат в заксобрании.
- Ну, может, он и не учредитель.
Дело в том, что это информация
начала девяностых.
"Вектора" никакого нет,
зато есть ЗАО "Гелла",
и там, к сожалению,
на данный момент Скворцова нет.
- Посмотрите,
вот Небаба Василий Андреевич.
- Тоже садовод?
- Не-не. Фамилия запоминающаяся.
Он у нас участковым был.
- На момент гибели родителей?
- Нет, раньше.
А сейчас, смотрите,
начальник службы безопасности.
- Вроде этот дом.
- Вы к кому?
- День добрый.
- Здрасте.
- А мы Виктора Желинского ищем.
- Ага. Это я.
- Несколько дней назад к вам приходил
некий Гафаров Рафиз Хамитович,
он звонил вам на телефон
несколько раз до и после визита.
Припоминаете?
- Гафаров?
- Да.
- Не знаком.
- А вот этот телефон принадлежит вам?
- Мне. Только мне не звонил этот,
как вы сказали?..
- Гафаров.
- Гафаров.
- Да-да, вот он, кстати.
- Мертвый.
- Да.
- Ну ладно, ладно. Извините.
Извините тогда.
- Да пожалуйста.
- Всего доброго.
- Привет.
- Ну и что ты творишь?
- Надо отъехать,
я сейчас все объясню.
- Итак, Холмс, я весь во внимании.
- Вы обратили внимание на фомку,
Ватсон?
- А, гвоздодер у него в рукаве?
Конечно.
- Да нет, это настоящая
воровская фомка.
- Ладно, и что?
- Это Хомяков.
(Платонов смеется.)
- Холмс, это гениально.
- Да вы посмотрите, посмотрите.
Гафаров выходит из колонии,
и кому он должен первому позвонить?
Хомякову.
Хомякову, который убежал
со всем накраденным.
А у этого Хомякова бриллиантов
и украшений на три миллиона долларов.
Разумеется, один из них
полагается Гафарову.
Хомяков живет под чужим именем.
В руках у Желинского
воровской инструмент.
По возрасту все сходится.
У нас сейчас есть возможность
задержать последнего
из трех участников ограбления
ювелирного магазина.
Срок давности еще не истек.
Он врет, вы видели.
- Да я знаю, что он врет,
сам заметил, да.
- Ну? И то, что ему Гафаров звонил.
- Ладно, давай проверим эту версию,
хотя она держится
только на гвоздодере.
И вообще, чего мы оттуда уехали,
если она рабочая?
(Шум мотора.)
- А вон почему.
- Черт.
Следить надо за техникой,
чтоб не подводила. Руки.
- Что, попался, Хомяков?
- Кто?
- Кто-кто! Отпечатки снимем -
будешь ктокать.
- Так значит, ты не Хомяков?
- Вы что, охренели, что ли?
- А чего побежал?
- Какое побежал, я в магазин.
- В магазин?
- В магазин.
- В магазин с палаткой?
Далеко, наверное, магазин, да?
- Пойдемте, пойдемте, пойдемте.
Расскажете в отделении,
кто такой Гафаров,
почему он вам звонит и приезжает,
и про воровскую фомку.
Все-все-все расскажете, давайте.
- Добрый день. Скажите,
вы в этом подъезде проживаете?
- Да, в 24-й квартире.
- Дело в том, что я из полиции,
у вас тут убийство произошло
в 27-й квартире.
- Да, на четвертом этаже, да.
- Скажите, пожалуйста, вы случайно
вот этого человека не знаете?
- Это Артур. Я его еще мальчиком
знала, студентом,
как только он сюда заселился.
- А когда видели его в последний раз?
- С полгода... Ой, знаете,
это было вообще полтора года назад.
- Полтора года.
Ладно, спасибо большое.
- Ой, погодите. Я других видела.
В тот день, когда убийство произошло,
с утра.
Я в магазин спускалась.
Какие-то двое - вот недалеко
от подъезда - так ругались!
Я когда про убийство узнала, решила,
что это наверняка один другого убил.
- С утра... А в каком точно часу
это произошло, не припомните?
- Около десяти. Без пяти десять.
Я как раз к открытию пошла.
- Описать их сможете?
- Да. Один черноволосый такой,
южного типа.
- Так, секундочку. Не он случайно?
- Он. Так это его и убили?
- А второй как выглядел?
- Второй... Постарше, пожалуй.
Славянского типа. Шатен.
И... Не помню. В джинсах.
- Но не Артур, точно?
- Да нет, ну что вы.
Я Артура знаю хорошо. Нет.
- Спасибо вам большое.
Ладно, всего доброго.
- Всего хорошего.
- Расстегни человеку наручники,
неудобно ж так сидеть.
Я вот одного понять не могу.
Набрал добра на три миллиона долларов
и ничего лучше не нашел, как просто
осесть в деревушке под Вологдой?
Восемь лет ждать,
пока за тобой приедут?
Легче тронуться умом, честно.
- А как вы думаете,
мы сможем по экспертизе понять,
что эта фомка с места ограбления?
- Ну конечно. Сделаем экспертизу,
сравним эти следы
с теми следами, и все.
- Фомка - с места ограбления,
только я там не был.
Потому что я не Хомяков.
Вам следы ваши - пальчики,
отпечатки - все покажут.
Хомяков жил у меня полгода,
мы друзья детства.
Только нечасто виделись,
вот в чем дело.
Он рванул сразу ко мне,
потому что понимал,
что обо мне никто не знал.
Он потому уверен был,
что искать здесь не начнут.
Он приехал сюда сразу после
ограбления, уже с новыми документами.
- И где сейчас Хомяков?
- Где, где... На кладбище.
Могу показать могилу -
у нас в деревне.
- Хомяков мертв?
- Он умер через полгода после того,
как ко мне приехал. Заболел.
Пневмония, воспаление легких.
Но я думаю, что он перенервничал.
Места себе не находил.
- А как же деньги, драгоценности?
- Да не было никаких драгоценностей
при нем.
- Так в смысле? Они же украли...
- "Украли"!
Он все оставил там. В том месте,
где его пытались задержать.
Он испугался, что его возьмут
с ювелиркой. Спрятал все.
- Где?
- Он мне не сказал, где спрятал.
Он вообще никому ничего не говорил,
даже перед смертью.
Надеялся, что его вылечат.
Ну не верил Андрюха,
что от пневмонии можно умереть.
Он собирался поехать туда,
как только вылечат его,
и все забрать.
- Это его телефон,
на который Гафаров звонил?
- Да, этот телефон я ему и сделал.
Он номер отправил Гафарову
сразу в зону, и когда Гафаров
освободился, он сюда и позвонил -
так, мол, и так, где драгоценности?
Я говорю: "Драгоценности в квартире".
- Которую он арендовал, да?
- Ну, там же его попытались
задержать.
- Квартира Артура?
- Ага.
- Только я думаю, там уже ничего нет.
Наверняка нет.
- То есть вы хотите сказать,
за 8 лет, что...
- Да дело не в этом.
За эти полгода, что он жил у меня,
он связался с дочерью.
- Какой дочерью?
- У Хомякова была дочь.
(Телефонный звонок.)
- Да. Я Загарчук. На какую тему?
А что с ним? Ясно. Хорошо. Понял вас.
- Скажите, а у Гафарова
откуда ваш телефон?
- Он сказал, что по базе пробил.
Сейчас базы-то на каждом углу,
не проблема.
- А первый раз Гафаров
когда вам позвонил?
- Ну, неделю примерно назад, дней
десять. Да вы же владеете вопросом.
Отмотайте звонки, посмотрите.
- Чего хотел?
- Как - чего?
Восемь лет не виделись!
Встретиться хотел, поговорить.
- Ну? Встретились?
- Ну да, на стройку ко мне приехал.
Пивка попили, поразговаривали,
кто как сидел. Ну и все.
- Ясно. А больше не виделись?
- Нет.
- Понятно. Скажите, а вот 21-го числа
вы что делали с 10 до 2 часов дня?
Это был понедельник.
- Ага...
Нет, в понедельник на работе не был,
выходной взял.
А ездил я на рынок строительный
за аккумулятором для шуруповерта.
Мои два полетели, а там и выбор есть,
и... В общем, поменять надо было.
- Удалось купить?
- Полдня зря потерял.
- Официально дочка
никак не оформлена.
Естественно, ни фамилию матери,
ни фамилию дочки Желинский не знает.
После смерти Хомякова она объявилась
через три года,
и Желинский ей сразу рассказал
про то, где спрятано все украденное.
Ну, она, я так понял,
сразу туда и поехала, на квартиру,
и вычистила там все -
и золото, и бриллианты.
- Как это возможно?
Там же все время кто-то жил.
- А интересно,
Гафаров знал про дочку?
Желинский ему наверняка рассказал,
что дочка пять лет уже
как выгребла все из квартиры.
- Ну да. Да, он рассказал.
Все рассказал.
- Так а чего он тогда полез-то туда?
- Надеялся на что-то.
Во всяком случае, понятно,
что Гафаров искал Артура,
чтобы получить доступ в квартиру.
не исключает другое.
- Одно, строго говоря,
не исключает другое.
- И у Артура не было мотива. Да и
вряд ли бы Гафаров потащил Артура
в квартиру, если собирался забрать
ценности на три миллиона.
Значит, был кто-то другой.
- Был. - Кто?
- Я с соседкой разговаривал.
Она в день убийства видела,
что Гафаров тер с каким-то мужиком.
Ну, она его так внятно не разглядела.
Там, лет за сорок где-то.
Через полчаса Гафарова нашли убитым.
Я думаю, это Загарчук, больше некому.
- Здрасте. - Привет.
- О, ты как будто ждал
слова "Загарчук" за дверью.
- Так что, у Загарчука есть алиби
на день убийства или нет?
- Не было у него ничего.
Я говорю, какой-то мутный тип.
В этот день ездил на рынок, ничего
там не купил. Вот я уверен, что врет.
- Ну, я думаю, надо брать.
- Ага.
(Звучит музыка.)
Гафаров, узнав о том, что украденные
ценности хранятся в квартире Сырцова,
решает туда проникнуть и забрать их.
Подключает к этому вас.
21-го числа вас видели около дома.
А через час Гафарова убили.
Я думаю, после передачи дела в суд
вас признают виновным.
Что можете сказать?
Хорошо. Забирайте.
- Все так.
- Что - так?
- Все так, как вы говорите.
Гафар - ну, Рафиз - решил,
что ювелирка еще в квартире,
захотел, конечно, забрать.
Ну, мы с ним старые кенты,
еще с девяностых.
Рафиз решил, что справедливо будет
поделиться со мной,
мы оба это заслужили. Я сказал,
что не буду подписываться под это все
и ни к чему хорошему это не приведет.
Он уехал, сказал,
что в понедельник туда пойдет,
и если я передумаю,
то чтобы тоже подошел.
- И вы подошли?
- Да.
Только целью было не квартиру
посмотреть, а его отговорить.
Я знал, что все закончится так,
как началось.
И просто ему это сказал. Он поступил
как друг - ну и я попытался.
Тем более я уверен был,
что ничего там в квартире уже нет,
потому что там побывала хомяковская
дочка. И наверняка все подмела.
- То есть вас в квартире не было?
- Нет.
- А что вы знаете про дочь Хомякова?
- Ну, знаю, что она где-то есть.
Сказал мне про нее Гафаров.
- Распишитесь.
До свидания.
- Загарчук, ну что, опять? Ты ж
только вроде выйти должен был.
- Это недоразумение.
- Это ты, Загарчук, недоразумение.
Веди его, давай.
- Алексей!
- Мария Сергеевна, здрасте.
- Леша, а ты занимался ювелирным?
- Да, мы вместе с Тимофеевым.
- Зайдешь на секунду?
- Не вопрос.
- Скажи, пожалуйста, ты Хомякова
помнишь? Их трое было.
- Еще бы!
Хомяков - человек-невидимка.
Из-под самого носа у нас ушел.
Ни до, ни после такого не было.
- Из квартиры?
- Что "из квартиры"?
- Ну, вы же их в квартире брали?
- А!
Нет, мы же его с награбленным
хотели взять.
Мы двумя группами его поджидали -
одна на лестнице,
другая внизу у подъезда.
Если б мы к нему в квартиру
стали ломиться,
он бы сто раз все спрятал бы.
В общем, Хомяков выходит из квартиры,
садится в лифт, едет вниз.
На третьем этаже лифт
останавливается.
Потом дальше едет.
А внизу Хомякова уже нет.
- Спрятался в соседней квартире?
- Все квартиры по стояку обшарили.
Хотя, если здраво рассуждать,
выше четвертого этажа
он чисто технически
не мог никуда деться.
- Странно. - Да.
- А про дочь Хомякова слышал?
- Слышал. Ребят этих нам,
можно сказать, подарили.
- Сырцов?
- Знаете.
Перед задержанием Хомякова
мы особенно-то ничего на них
найти не смогли. Ну а когда Хомяков
исчез, начали рыть его окружение.
И нашли одну его боевую подругу
с дочкой лет 17.
Полагаю, что эта дочка Хомякова,
наверное, и есть.
- Имя, фамилия? Имя и фамилию
я не помню. Но могу рассказать,
где квартира находится.
Знаешь переулок Крылова, где отдел?
- Да.
- Вот. Там следующий двор сразу.
Угловая парадная. По лестнице
последний этаж и деревянная дверь.
Да, деревянная дверь.
- Спасибо огромное.
- Да не за что. Найдете Хомякова,
привет ему от меня передавайте.
- Не передам. Умер он через полгода
после ограбления.
- Умер?
- Ага.
- Да... Ну, вот и не знаешь,
где найдешь, где потеряешь.
Вот если б тогда сел,
сейчас бы живым и здоровым уже вышел.
Жалко. Талантливый мужик был.
- Драгоценностей в квартире Сырцова
никогда не было.
Возможно, Хомяков имел в виду
совсем другую квартиру,
где они до сих пор и лежат.
- Квартиры-то тогда все проверили.
- Ну, значит, надо лучше проверять.
- Здесь тоже ничего нет.
- Переходим к следующей. - Есть.
- Мария Сергеевна, восемь лет прошло.
- Прошло. А людей продолжают убивать
из-за этих драгоценностей.
- Вы что, думаете,
Гафарова из-за этого убрали?
- У тебя есть другая версия?
- Не знаю. Панасенко сказал, что они
потеряли его где-то на третьем этаже.
- Не совсем. Он сел в лифт, и лифт
остановился на третьем этаже.
Возможно, он зашел туда со своим
воровским инструментом.
- Лифт...
Ну да, ведь фомку-то
в Вологде нашли.
- Катя, поднимайся!
- Лифт.
- Стой. Руки вверх.
- Ты кто?
- Человек с пистолетом.
Руки за спину.
А-а.
- Хм. Мент?
- Ну рассказывай.
- Что?
- Ну, что делал в подъезде?
Зачем за мной следил?
Желательно в деталях, в красках.
- А если не расскажу?
- Ну, в другом месте расскажешь.
Чего делал?
- Следил за квартирой,
в которую ты звонил.
- И что там?
- Там живет Маргарита.
Пасем ее там.
- Зачем?
- Кинула нас.
- Вас? Кого?
- Микрофинансовую организацию.
Вскрыла сейф.
(Звук заводящегося мотора.)
- Куда?
- Диктуй адрес микрофинансовой
организации, покажешь сейф.
- Пришла девушка,
взяла 15 штук на две недели.
Ничего не предвещало.
Показала паспорт с пропиской.
А через неделю ночью нас взломали.
Вскрыли сейф.
Ну и взяли почти три лимона.
- В полицию не обращались.
- Короче, еще через неделю
она пришла вернуть деньги.
Извинялась, просила простить процент,
задержала на один день.
Ей простили.
Сказала спасибо 27 раз и ушла.
Ей бы все это сошло с рук,
если бы бухгалтер не заметил
одну тысячную купюру с маленькой
детской печатью, зайчик какой-то.
Купюра-то действующая,
только очень приметная.
- Она расплатилась
краденными деньгами?
- Ну. Вообще борзая.
- Вся в отца.
- Что?
- Да нет, не важно.
Ладно, вопросов больше нет.
- Вскрывайте потолок.
- Восемь лет они там пролежали.
- И пять лет их искала Маргарита.
- Маргарита? Какая Маргарита?
- Дочка Хомякова. По крайней мере,
так она представилась
этим финансистам бандитским.
И так она в паспорте оформлена -
Маргарита Пискарева.
- Да...
- Что мы еще про нее знаем?
- Ей 25 лет, и она убила Гафарова.
Ну больше некому. Убила Гафарова,
подбросила пистолет Сырцову.
- Зачем?
- Я не знаю. Мне кажется,
она просто была уверена,
что Гафаров знает, где драгоценности.
Угрожала пистолетом,
требовала указать место.
А он об этом знает ровно столько же,
сколько и она.
Ну, знает только, что Хомяков спрятал
где-то ювелирку в квартире, и все.
- Но их там не было.
- Поэтому она его и застрелила.
- Ну, допустим. Она знала,
что Гафаров идет в квартиру,
знала, зачем.
А от кого она могла узнать-то?
- От Загарчука, от Сырцова,
от того же Гафарова.
- Да... Других вариантов нет?
- Я, кстати, вспомнила,
почему съехали предыдущие жильцы.
- Мужа посадили.
- Да, но почему?
- Наркотики? Кто-то стуканул?
- Кто-то стуканул. Но почему?
Да потому что жильцы затеяли ремонт.
- А, и они могли в ходе ремонта
обнаружить драгоценности.
- Да...
- То есть наша цель - это человек,
который имел возможность
в течении пяти лет искать
драгоценности в квартире,
причем он знал всех жильцов,
мог спокойно подбросить
пистолет Сырцову.
- Женщина 25 лет.
- Есть у нас такая особа.
- Риелтор.
- Надя.
- Вот именно.
- Телефон у Нади выключен?
- Да. Катя говорит, симка вынута,
и телефон вообще не пробивается -
значит, вынут и аккумулятор тоже.
Кроме того, стало известно, что
никакого риелтора Нади не существует.
То есть она была риелтором
только для Сырцова
и за всю свою жизнь не продала
и не сдала ни одной квартиры.
А насчет Артура,
как думаешь, сработает?
- Если она на него выйдет -
а она на него выйдет - сработает.
- Значит, просто ждем?
- Ждем.
Тебе Никита рассказал про Небабу?
- Про что?
- Ну, Небаба Василий Андреевич.
В девяностых он был участковым
в садоводстве "Химик",
а нынче начальник безопасности,
советник компании.
- Участковый?
Это что, он, получается, курировал
Михальчука после его отсидки?
И знал также,
что он сидел с Гутаевым.
- Об этом и речь.
- Здравствуйте.
- Добрый день.
- Я к начальнику охраны
Василию Андреевичу.
- Ага, поняла. Как вас представить?
- Георгий Гутаев.
- Василий Андреевич, добрый день.
К вам Георгий Гутаев.
Георгий Гутаев.
- Он меня очень ждет.
- Говорит, что вы его очень ждете.
Хорошо.
Прямо по коридору пройдите,
слева дверь. - Спасибо.
- Ну? Что за шутки? Вы кто?
- Как кто?
Георгий Гутаев, я же сказал.
- Так, я понял.
Ну-ка, давай-ка.
- Куда? Нет, стоп-стоп.
У меня весточка от Гоши.
Я же сидел с ним.
- Когда?
- В Крестах в 2001 году.
Да, он много так рассказал о тебе.
Ну, там фигурировала твоя фамилия.
- Не у меня одного такая фамилия.
И что? Что он тебе говорил?
- В общем, то ли в 1991,
то ли в 1993 году ты нанял его.
Нанял его, чтобы убить
семью Ковалевых.
Ну, Гоша должен был договориться
со своим бывшим сокамерником,
который тогда жил рядом с ними.
Ну, чтобы он их, в общем, убил.
А в итоге тот сдрейфил,
и Гоша сделал все сам.
- Бред.
Мне-то ты зачем все это
сейчас рассказываешь?
- Так я думал, ты подумал: "Бред",
когда еще я там снизу тебе позвонил.
- Ты, может быть, денег хочешь?
- Нет, блин, пиццу и два капучино!
- А что же ты тогда ждал 20 лет?
- Не, ну как? Я же сидел 8 лет.
Потом как-то времени не было.
Ну, тебя пока нашел.
Ну извини, задержался.
- Значит так, умник.
Лучше будет, если ты сейчас исчезнешь
и забудешь как страшный сон
и дорогу в этот кабинет, и все,
что тебе наговорил Гутаев. Понял?
- Лучше для тебя?
- Для тебя. Поверь.
- Нет, это как-то плохо. Я-то...
Ну, у меня есть идеи.
Я хотел кинуть этот материальчик
какому-то журналюге,
ну такому, поротатее,
чтобы прямо вот...
Не, ну а чего? Бабок нет - так нет.
Понял. Счастливо.
- Стой.
Слышь, ты, дятел, если ты только
дернешься в эту сторону,
пикнуть не успеешь,
как ляжешь вместе с Гутаевым.
Мне предъявить нечего,
у меня срок давности вышел.
Меня посадить нельзя, даже если ты
принесешь целые карманы своих улик.
У тебя нет ничего,
кроме твоих бредовых россказней.
Ты сейчас сунул палку
в медвежью берлогу.
Я бы на твоем месте уже бежал.
Это хороший совет.
- Ну как, там все было слышно?
- Отлично, все записалось.
Мужик сейчас кому-то звонит.
А, знаете кому? Скворцову.
Этого хватит?
- Вполне.
- Я не могу разговаривать об этом
по телефону! Когда и где?
Что?.. Что такое?
- По-моему, все-таки очень удачно
я сунул палку в берлогу к медведю.
А вот и пчелы.
На записи:
"...ляжешь вместе с Гутаевым.
Мне предъявить нечего,
у меня срок давности вышел.
Меня посадить нельзя, даже если ты
принесешь целые карманы своих улик".
- Запись произведена согласно нормам
уголовно-процессуального кодекса.
Заметьте, я сейчас не говорю о вашей
причастности к убийству Ковалевых,
а исключительно о признании
в убийстве Гутаева.
- Меня же шантажировали.
Вынудили.
- На что?
- Организовать все это вот.
И Гутаева тоже.
- Кто?
- Скворцов.
- Вы готовы подписать протокол
и повторить все это в суде?
- Да.
- Привет, Артур. - Привет.
А я дозвониться до тебя не могу.
- А я номер сменила.
Меня тут какой-то маньяк преследует.
А тебя все, с концами отпустили?
- Да, под подписку.
- И чего они от тебя хотели?
- Да бред какой-то.
Как будто я этого чудака убил
из-за каких-то драгоценностей.
- Каких драгоценностей?
- Да там подельник его
украденные украшения спрятал,
причем он спрятал,
как я понял из показаний опера...
Я же все читал по делу,
времени много было.
Вот, спрятал он их на лестнице.
Даже я это понимаю: что нужно искать
либо на лестнице, либо в лифте.
А эти дебилы упорно роются в квартире
и дома у меня еще. Придурки.
- Слушай, а я не поняла:
с чего ты решил, что они в лифте?
- Алло, да. Я все сказал.
Мне кажется, она поверила.
- Добрый день.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Поговорим?
- Проедем?
- Эх ты, олдскульные отмычечки!
Класс!
- Это что такое?
- А я думал, это твое.
- Нет, нашла.
- Удачная находочка. Я думаю, на этих
инструментах лет 20 строгача висит.
- А мне-то что?
- Ну, в принципе, да, действительно.
Мы здесь все равно
по другому делу собрались.
Так что да, неважно.
Так, смотрим. Твоя работа?
- Шутишь?
- Ну да, я шутник.
Так, а вот это знакомо?
- Тысячная бумажка?
Ага, видела несколько раз.
- Так, давай знаешь как поступим?
Я, в общем, отдаю следователю
материалы по взлому сейфа
в микрофинансовой организации.
Заявление пострадавших у меня есть,
дело открыто.
Доказухи там выше крыши.
Вот эти инструменты, я думаю,
тоже, кстати, лишними не будут.
Там твоих отпечатков, я уверен,
тоже предостаточно.
Значит, пока идет следствие и суд,
по которому ты получишь
не меньше пятерки, я думаю,
следователь будет подбивать
материалы по убийству.
А там, должен тебя огорчить,
тоже доказухи достаточно.
Проведена большая работа.
Так что сразу после суда по взлому
начнется суд по убийству.
Надеюсь, к этому моменту
ты будешь еще в нормальной форме.
- А что мне помешает?
- Надя, мы, конечно,
постараемся тебя защитить в СИЗО,
но надо было думать,
когда грабишь бандитов.
- Какие есть варианты?
- Я договариваюсь, ты
возвращаешь деньги микрофинансистам,
они забирают заявление о взломе
и про тебя благополучно забывают.
Взамен ты даешь показания
по Гафарову. Все честно.
- Ладно.
- Хорошо.
- Было возобновлено расследование
по делу почти 30-летней давности,
связанному с убийством
в дачном поселке супругов Ковалевых.
По информации
осведомленных источников,
по этому делу задержан начальник
службы безопасности ЗАО "Гелла"
Небаба Василий Андреевич...
- Кто-то слил уже.
- Так-с. Сейчас Скворцов
пойдет вразнос,
подключит артиллерию.
- Или сбежит.
- Так, объясни мне, пожалуйста...
- Вот смотри, я подъезжаю...
- Хорошо.
- Подъезжай.
- Я его снимаю.
- У нас к вам вопрос.
- Скажите, пожалуйста,
вы уходите в отставку?
- Как вы относитесь к обвинению,
которое выдвигает прокуратура?
- Поехали. Вперед. Быстро, быстро.
Дверь закрой. Воды дай.
(Спецсигнал скорой помощи.)
- Разряд. Разряд.
Зафиксируй время смерти.
- Дорогие мои, любовь - это большое
сокровище, дарованное человеку.
Ваша жизнь, как песочные часы -
два хрупких сосуда,
связанных невидимой нитью времени.
Эта нить связала вас, ваши судьбы.
А сегодня ваши сердца
заключают союз -
биться рядом, неразрывно,
на всю последующую жизнь.
Перед тем как официально заключить
ваш брак, я хотела бы услышать,
является ли ваше желание
свободным, искренним, взаимным?
- Так-так-так. Сейчас правее.
Все хорошо.
Спокойно, сейчас ступеньки будут.
Аккуратно. Раз, два, три. Стоять.
Вот мой сюрприз.
- Ты шутишь?
- А что?
(Звучит динамичная музыка.)
- А вы знаете, что девушки-химики
пьют до потери реакции?
- Да. А патологоанатомы пьют
до потери сознательности,
потом до потери пульса,
а потом уже до гробовой доски.
- А физики - до потери сопротивления.
- По-моему, они сработались.
- А Эльдар с Катей
нормально смотрятся.
- Ты уже познакомилась с Катей?
- Да, хорошая девочка очень.
- Нормально?
- Да, отлично.
- А! Злата, привет! Красота моя.
Будь здорова!
- Нет, не могу. Я на свадьбе
у Кораблева. Действуйте сами, все.
А ты чего один?
- Да... Машка заболела моя,
Ольга решила с ней дома остаться.
Виктор Иванович,
а я вот чего думаю...
А Кораблев зачем это все надумал?
Чего ему не жилось-то?
- Ну пусть попробует.
(Звучит динамичная музыка.)
- Вроде едут.
- Едут! Едут! Едут! Вон там, смотри!
- Ой какая прелесть!
(Звучит лиричная музыка.)
- Романтично как!
- Привет!
(Радостные возгласы гостей.)
- Горько! Горько! Горько!
(Звучит музыка.)
- Манька!
- Ты - мое солнце,
Как же мир с тобой чудесен!
Ты - мое солнце,
Сердце просит новых песен.
Ты - мое солнце,
Не уходи - свети в пути.
- Солнце с луною -
Бег по замкнутому кругу.
Солнцу с луною
Не догнать никак друг друга.
Мы с тобой на них похожи,
Только верю я, что можем
Мы с тобой быть вдвоем.
- Месяц мой ясный,
Темной ночью мне сияешь.
Месяц мой ясный,
Все тревоги прогоняешь.
Месяц мой ясный,
Не уходи - свети в пути.
- Солнце с луною -
Бег по замкнутому кругу.
Солнцу с луною
Не догнать никак друг друга.
Мы с тобой на них похожи,
Только верю я, что можем
Мы с тобой быть вдвоем.
- Оп!
- Кто поймал?
(Радостные возгласы гостей.)