Тайны следствия (20 сезон, 9-16 серия). Фразы и цитаты из сериала

2020 год

В новом сезоне следователь Мария Швецова переезжает на дачу, но отдохнуть на природе ей не удастся. Ограбление коллекционера, гибель ученого, смерть адвоката, загадочное убийство без тела, похищение людей, торговля наркотиками, шантаж и преследования – преступные схемы становятся всё изощреннее, а злоумышленники – коварнее. Новые дела не дают главной героине разобраться в личной жизни и ответить на вопрос, что же связывает Швецову и оперативника Платонова (Алексей Комашко)? В команде под руководством полковника Ковина (Вячеслав Захаров) к уже полюбившимся оперативнику Курочкину (Александр Новиков), начальнику отдела Кораблеву (Игорь Николаев) и криминалисту Квашне (Степан Пивкин) присоединятся новые сотрудники Эльдар Калимулин (Радмил Хайрутдинов) и Катя (Виктория Волохова). Смогут ли они влиться в коллектив и стать частью легендарной команды?

Все фразы и цитаты

Серия 9

- Черт!
- Две недели сидите дома,
а потом снова к нам.
- Две недели? Ведь это так долго!
Я умру со скуки.
- Умирать вовсе необязательно.
И помни: никакого мороженого.
- Совсем?
- Совсем-совсем.
Нужно потерпеть, пока горло
немножко не пройдет.
- Точно умру! - Так, ну все,
хватит говорить глупости.
Спасибо вам большое. До свидания.
- До свидания.
(Звонит телефон.) - До свидания.
Да-да, братик, у меня прием.
У тебя что-то срочное?
- Так, десять секунд.
Я просто хочу сказать, что это чудо
тебя больше не побеспокоит.
- Я не понимаю, какое чудо.
Ты про Диму?
- Какое-какое - твое.
- Слава, что случилось?
Что ты сделал?
Я же просила не вмешиваться.
- Что значит "не вмешиваться"?
Как я могу не вмешиваться,
когда мою сестру обижают?
- Слава, что ты сделал?
- Все, я тебя плохо слышу.
Давай, пока.
- Инна Станиславовна, очередь.
- Сейчас. Да, приглашай.
(Звонит телефон.)
- Привет. Привет.
- Как дела? Устала?
- Да, я вообще думала,
что этот день не закончится.
- А у меня новости, слушай.
- Так. Давай.
- В общем, в одном из своих первых
обысков Дадашьяна,
я нашел у него телефон,
который был записан в одном журнале.
Ну, это не важно. У меня все
не доходили руки его пробить.
В общем, сейчас я это сделал.
Оказалось, что номер оформлен
на некоего Андрея Карелова.
- Ни о чем не говорит.
- Мне тоже. В общем, этот Карелов -
сотрудник одной очень крупной
охранной организации "Дружина",
занимающейся...
Ну, такая достаточно
серьезная охранная фирма,
много точек и объектов по городу.
- В том числе и клуб Стрельцова
охраняет? - Вот да.
В том числе. Но не это интересно.
Одним из учредителей
этой охранной компании
является Симановский-Швеллер.
- А, есть такой авторитет,
но он сейчас в Германии.
- Да, в Германии. Но мне удалось
ковырнуть его биографию,
там всплыли интересные такие моменты.
В общем, 15 лет назад он вложился
по-крупному в строительство,
и его партнером
как раз-таки был Рябинин.
- Подожди, Дадашьян получил заказ
на Стрельцова,
и при этом общается с кем-то
из его окружения?
- Вот, я думаю,
что это совсем не совпадение.
- И что?
- На моем опыте очень много случаев,
когда заместители
просто заказывали своих шефов.
- Рябинин?
- Вполне. Я думаю, да.
- А что с этим охранником, Карелиным?
Можем его найти?
- Да, сегодня-завтра я думал
как раз заняться этим.
- Вот. Я думаю, после встречи с ним
кое-что прояснится.
- Да. (Звонит телефон.)
Кто-то звонит.
- Да, Виктор Иванович.
- Привет, Мария Сергеевна. Ты уехала?
- Ну, конечно, уехала. А что?
- У нас труп. С явными признаками
насильственной смерти.
И отправить некого.
- Там, наверное, бытовая история.
- Ну непонятно там, пока непонятно.
Сведения приходят крайне
противоречивые.
- Ладно, скиньте адрес, я приеду.
- Ну, и хорошо.
- Ну что? - А день-то,
оказывается, только начинается.
- Инна, как себя чувствуете?
- Не очень хорошо.
- Потерпите, сейчас уже закончим.
- Игорьков Дмитрий 1986 года рождения
был вашим мужем?
- Гражданским.
- А откуда он?
- Я вам не могу подсказать.
- Как так? Жили с человеком
и не знаете, откуда он?
- Надо было знать Диму,
он не любил про себя рассказывать.
- Ну а чем он занимался тогда?
- Последнее время - ничем,
раньше работал на стройке,
но у него случился какой-то там
конфликт, и он был вынужден уйти.
А иногда подрабатывал в такси,
но там трудно много заработать.
- Понятно. - То есть, получается,
за ваш счет жил, так?
- Получается, что так.
- Понятно. Может, у него враги какие
были? Он никому ничего не был должен?
- Насколько я знаю, нет.
- Понятно.
Вам не кажется,
что мы здесь время теряем?
- Мне - нет.
- Ну здесь же все очевидно.
- В смысле?
- Ну как? Знаки, труп.
Вы что, не видите?
- Я, Эльдар, пока еще в прошлое
заглядывать не научился.
- Привет.
- Здравствуйте, Марья Сергеевна.
- Марья Сергеевна, здрасте.
- У нас здесь такое произошло!
Сейчас я вам все расскажу и покажу.
Сейчас. - Что случилось?
- Сейчас, сейчас.
- Эльдар раскрыл преступление,
хочет нас в этом, так сказать,
убедить. - Пожалуйста.
- Вот-вот-вот, смотрите, видите труп?
И здесь труп.
Здесь очень много совпадений,
вы их еще не замечаете.
Смотрите, вот на следующей
фотографии. Смотрите, видите?
Леонид Николаевич, видите? И вот.
Это было нарисовано рядом
с первым трупом. И... Ну?
- Все-все, понятно.
- Совпадение! Знаки!
- Все-все, хорошо. Чем нарисовано?
- Не суетись.
- Не похоже на кровь?
- Сейчас эксперты все узнают.
- Ясно. Что с личностью погибшего?
- Да ничего пока нет.
Имя, фамилия, отчество.
- Ну что тут у нас?
- О! - Привет.
- О! Давайте пройти.
Ух ты! А что это у нас такое?
Что это у нас?
Как на прошлой неделе, да?
- Да-да, я про то же говорю.
- Так, давайте успокоимся
и начнем работать.
С соседями поговорили?
Камеры видеонаблюдения посмотрели?
- Не успели.
- Не успели.
- Так вперед. - Есть!
- Смешной.
- Парень-то горит. - Да вижу.
- Суетливый.
- Ты как?
- Что? То же самое?
- Ой, у него синяки, да?
- Ну есть такое дело.
- Не похоже на ритуальное убийство.
- Ой, ну черт его знает,
Марья Сергеевна.
Ну, ритуалы бывают разные.
Разные, разные - голубые, красные,
желтые, зеленые бывают ритуалы.
- Степа. - Степа-Степа.
- Степа, что у тебя?
- Да, Марья Сергеевна.
Ну, потихоньку работаем.
- А это что такое? Дай-ка мне... Ага.
На экспертизу.
- Здорово. Покормишь?
- Садись.
Ты где был?
- С товарищем одним встречался.
- Это с кем, с Кузнецовым?
Ты же обещал.
- Не, ты его не знаешь.
- Что? Выпивал, что ли?
Тебе ж нельзя.
- Ну я чуть-чуть, за встречу.
- Тебе завтра в рейс.
- Мать, не кипишуй.
Сейчас посплю, и все пройдет.
- А с рукой что?
- Так, в стену ударил.
- Ой, Слав, то об стену, то еще чего.
- Успокойся.
Сейчас поедим и спать пойдем.
- Вот, смотрите.
- А в черном что за тип?
- Это вроде из 17-й. Беридзе... Имя?
- Ну Беридзе, так Беридзе.
- Скиньте на почту, ладно?
- Да, хорошо. Обязательно.
- И о чем ты задумалась,
Марья Сергеевна?
- Есть ощущение, что здесь поработал
не один человек?
- Ну а сколько?
- Ну не знаю.
Нет, может, я ошибаюсь.
- Ой, да ты кокетничаешь.
Я вот не помню,
когда ты последний раз ошибалась.
- Спасибо.
- Категорически всех приветствую!
Мария Сергеевна, сто лет не виделись.
- Здравствуйте. Какими судьбами?
- Да, оно, оно.
- Вот уж точно,
кто никогда не ошибается.
- А я был прав, когда сказал,
что одним телом дело не закончится.
- Я говорю, какими судьбами?
- Как - какими?
Вы вот про эту историю в курсе?
- В курсе.
- Тогда мне непонятен ваш вопрос.
Я занимаюсь первым эпизодом,
буду заниматься вторым. Вот и все.
- Давайте не будем делать
поспешные выводы.
- Не понял. - Ну, мало ли,
эта информация просочилась и...
- Ну, к сожалению, не удалось
оградить это дело от щелкоперов.
- Вот именно. Убийца воспользовался
этим и теперь пытается
сбить следствие с толку.
- Все может быть, Марья Сергеевна.
Все. Но жизнь научила нас
готовиться к худшему.
- В смысле?
- Если я сейчас положусь на вас,
то жертв может быть
значительно больше.
И при всем к вам уважении,
и как верный слуга народа,
как гражданин отечества,
я не могу себе этого позволить.
- И понесли Васю новые ботинки.
- День добрый.
- Добрый.
- Майор Платонов, уголовный розыск.
- Слушаю вас.
- Меня интересует ваш сотрудник
Андрей Карелов.
- Был такой, и что?
- Вы говорите "был"?
- Пару недель назад уволили.
На работу не вышел,
телефон не отвечает.
У нас с такими разговор короткий.
- А не знаете,
что с ним могло случиться?
- У меня в штате сто человек,
товарищ майор,
буду каждым интересоваться -
сами понимаете...
- Ну да, суровая действительность.
- Именно она.
А что, он набедокурил где?
- Не знаем. Вот пытаемся выяснить.
Ладно, благодарю за помощь.
Всего доброго. - Счастливо.
- Да нет, вроде все спокойно пока.
Нет, я правда ее
сам уже давно не видел.
Может, зайду сегодня.
Так, Курочкин, я как-нибудь
разберусь и без тебя.
Ты чего, вообще, звонил,
по делу или?..
Ну тогда иди работай. Все, отбой.
- А ты считаешь,
что следователь Леонов заблуждается.
- Я считаю, что нужно дождаться
результатов экспертизы.
- Ну, с этим не поспоришь.
- Потом, есть несколько вопросов.
- Например? Ну?
- Например, характер ранений.
- Давай.
- В первом случае - множественный,
здесь - два.
- И что?
- Там - жертве за пятьдесят,
тут - около тридцати.
- Ну хорошо, значит,
каким-то образом они были связаны.
- Да, но пока связь не установлена.
- Уф! Марья Сергеевна, ну...
В любом случае центральный аппарат
забрал эту историю себе.
- И что, ничего нельзя сделать?
- Но ты же понимаешь,
что приказы не обсуждаются?
- Я понимаю, что на данном этапе
следствие должно разрабатывать
несколько версий.
Упремся в одну - получим глухарь.
- Марья Сергеевна, все понимаю,
но сделать ничего не могу. Ничего!
- Понятно. Но я считаю,
это неправильно.
- Ну и когда мы увидимся
в следующий раз?
- Ну, я пока не знаю.
- Федя, я обижусь.
- Зачем обижаться? Ты что, не знаешь,
на меня столько дел навалилось,
что...
- Найди себе хорошего управляющего,
пусть он занимается твоим бизнесом.
- Ха, есть уже, и не один, но это...
Это не помогает, это не так работает.
- Но я скучаю.
- Я тебя понимаю.
- Гад.
- Слушай, Карина,
я тебя хотел попросить.
Знаешь, не звони мне так часто,
ладно?
Нет, дело в том, что бизнес -
это такая...
Знаешь, я все время думаю, думаю,
а ты меня частенько сбиваешь с мысли.
Я, когда почувствую, сам позвоню.
- Гад и подлец. Я буду ждать.
Да, Федя, совсем забыла:
мне завтра за квартиру платить.
Ты не подкинешь мне рублей 6-7?
- А, разумеется.
А у тебя карта к телефону привязана?
- Самым надежным образом.
Ну ладно, пока.
- Здорово, Федор.
Ну что, все нормально?
- Все в порядке.
Слышь, Фрол, а ничего, если я тебе
деньги на карту завтра скину?
- Обычно я так не делаю,
но как старому другу...
- Ну и отлично.
- Пускай останется так.
- Слушай, я смотрю...
У тебя что, пополнение?
- Да, не без этого.
- Ну ничего. И кто это?
- А не слышал, сегодня утром
на севере банду фараонов накрыли?
Так вот, у них в стойле
красавица стояла.
- Понятно. Ничего такая, ничего.
Ладно, удачного дежурства.
(Хлопнула дверь.)
- Доброе утро, Виктор Иванович.
- Доброе утро, Марья Сергеевна.
- Я к вам с просьбой.
- Слушаю.
- Могу я ознакомиться с материалами
дела по первому эпизоду?
- Если не секрет, зачем?
- Любопытство распирает.
- Ты же только вчера...
- Ну, вчера - это было вчера.
- Нелогично.
Я думаю, что...
это в моих силах.
- Спасибо.
- Марья Сергеевна?
- Да, Леня, привет.
Слушай, а помнишь, полгода назад
у нас было дело о футбольном фанате?
- Петраньков?
- Да. Не могу материалы найти.
Пришлешь?
- Да запросто.
А если не секрет,
зачем он вам понадобился?
- Леня, лишние вопросы. Я жду.
(Слышен стук.)
- Здрасте. - Здрасте.
- А вы здесь живете, да?
- Да.
- Слушайте, я из полиции.
Вот ищу вашего соседа
Андрея Карелова. Не знаете, где он?
- Ах Андрюша!
- Ага.
- Давненько я его не видела.
- А насколько давненько?
- А бог его знает!
Может, неделю, может, две.
Я специально за ним не наблюдаю.
- А мог он куда-то уехать -
может, к родителям или?..
- Нет, его родителей я хорошо знала,
их давно уже нет.
- А жена у него есть?
- Какая жена? Он давно бобылем живет.
Не знаю я.
(Звонит телефон.)
- Да что ж такое-то!
- Леня, привет. Есть минутка?
- Да, Оля, привет. Говори.
- Ты извини, что я тебя отвлекаю.
Я хотела поговорить по поводу Феди.
По поводу его нового задания.
- Задания?
- Угу. Я понимаю, работа есть работа,
но ты меня тоже пойми:
у нас маленький ребенок.
Мне никто не помогает, все на мне.
- Я понимаю, Оля, но...
- Еще раз: я не против,
просто я хочу знать,
когда все это закончится.
- Так а Федя что говорит?
- Да ничего не говорит.
Я отлично понимаю специфику,
просто, может быть,
его можно как-то разгрузить?
- Ладно, Оля, я постараюсь
сделать все возможное.
- Спасибо большое. Спасибо.
- Пожалуйста.
- В общем, Маша, есть сведения,
что Карелов уехал из города,
причем довольно поспешно.
- А что по месту работы?
- Да что по месте работы?
Был человек - и нет человека.
- Это как? - В один прекрасный день
не вышел на работу,
на звонки не отвечает,
никто не знает, где его искать.
Хоть в розыск объявляй!
Только на каком основании?
- Странная история.
- Я поговорил
с его непосредственным начальником,
мне кажется,
он что-то недоговаривает.
Единственное, узнать,
что именно он недоговаривает,
у меня нет никаких оснований.
- Понятно.
- Но не все так страшно в нашем мире.
- Что за позитив?
- Я побывал на квартире у Карелова,
там провел небольшую уборку.
- Так, стоп! Я не хочу этого слышать.
А как же закон
о неприкосновенности жилища?
- Мне кажется, в этом случае
я имел право.
- Войти туда с понятыми
и участковым.
- Дальше рассказывать?
- Ну конечно рассказывай.
- В общем, я нашел в ведре
салфетку с 10-значным номером.
- А что за цифры?
- Мне кажется, это номер телефона.
И если учитывать,
что рядом были буквы "М" и "Д"...
- Мартик Дадашьян?
- Да. До этого нам неизвестный.
И теперь, мне кажется,
до самого Дадашьяна уже рукой подать.
- Неплохо.
- Да.
- Пока.
- До связи.
- Здравствуйте.
- Марья Сергеевна,
вы бы знали, как я рад вас видеть.
Присаживайтесь.
- А что случилось?
- Да я на грани помешательства.
Мне нужно поделиться своими мыслями,
иначе я сойду с ума.
Вы готовы меня выслушать?
- Конечно.
- Как опытному человеку вам понятно,
что ключ к разгадке преступления
лежит вот здесь.
- Так.
- Для меня очевидно,
что это - послание.
Таким образом преступник
говорит с нами, со всем миром,
требует внимания.
- И что он хотел сказать?
- Вот!
Смотрите, полукруг - это черепаха.
- Черепаха?
- Да.
Таким образом он изображает землю,
понятно?
Хотите спросить, что значат
вот эти две линии, так? - Да.
- Вот тут не все так однозначно,
Марья Сергеевна,
но я придерживаюсь мнения,
что это славянская руна "Ансуз".
- Руна?
- Славянская руна "Ансуз",
пришедшая к нам
из скандинавской мифологии,
в переводе означает "Уста бога".
Понимаете, да?
- Нет.
- Таким образом он, понимаете,
мнит себя богом,
который спустился на землю.
Убивая людей, он хочет нам
сказать об этом.
- Вы извините, мне кажется,
тут немного все попроще.
- Да куда проще-то?
- Я вам кое-что покажу.
Вот.
- Согласен,
определенное сходство есть,
но что это обозначает?
- 11 и "Д". Д-12.
- Замечательно.
А что это значит в нашем случае?
- "Дьявол - наш двенадцатый игрок".
- Концептуально.
- Это же фанатская
футбольная кричалка.
А самые ярые фанаты
могут сделать себе тату.
- Даже так?
Простите, но я не понимаю.
- А что вы не понимаете?
- Ну, допустим, вы правы,
и оставленный на стене знак означает
вот этот непонятный мне лозунг,
но у меня тогда возникает
следующий вопрос:
а что этим хотел сказать нам убийца?
- Ничего.
- Тогда зачем все это?
- Он просто хотел
сбить следствие со следа.
А вы заметили, что в первом эпизоде
рисунок сделан кровью,
а во втором - губной помадой?
- Да? Я не обратил внимания.
- Напрасно.
- Так, это все требует проверки.
- Вы позволите дать один совет?
- Конечно. - Дело в том,
что я ознакомилась с экспертизой.
По первому эпизоду
становится понятно,
преступник не замышлял это убийство,
он сделал все впопыхах.
Но я, конечно, могу ошибаться.
- Как и все мы.
- Да. И в таком случае
он просто искал способ,
как замести следы.
- Было бы проще,
если бы он поджег квартиру.
- Кому проще?
- Марья Сергеевна,
так в чем совет-то?
Мне стоит уйти на пенсию?
- Да нет, конечно.
Совет такой: надо присмотреться
к почерку убийцы.
Дело в том, что он нарисовал первое,
что пришло ему в голову.
Я так подозреваю,
что он просто связан
с какой-то фанатской
футбольной тусовкой.
- Справедливо. У вас все?
- Нет. Дело в том, что команда
с этим лозунгом играет в Киеве.
- Марья Сергеевна, вы своими
познаниями просто сводите меня с ума.
- Хорошо, вы помните племянника
убитого, Даниила Филоненко?
- Да, есть такой, студент.
- Вот. Он как раз приехал из Киева.
- Да, да, конечно.
Я помню эту команду, что ты!
А когда они первый еврокубок взяли?
Это мощный клуб был!
- Не сомневаюсь.
- Так на чем мы остановились?
- Да, у племянника большие проблемы,
его недавно с работы выгнали.
Так я попросила Леонова
пригласить его на допрос.
- Ну, справедливо.
- Да, но только боюсь,
возникнут трудности
с доказательной базой.
- А как Леонов собирается разобраться
с этими проблемами?
- Мы что-нибудь придумаем.
- Мы?
- Ну конечно. Я же хочу сначала
закончить этот эпизод,
а потом приступить к следующему,
если вы позволите.
- Марья Сергеевна, делайте все,
что посчитаете нужным. - Спасибо.
- Товарищ подполковник, вызывали?
- Падай, Курочкин.
Ничего не хочешь мне рассказать?
- Смотря из какой области.
- Имею в виду твое секретное задание.
- А, то есть Ольга звонила, да?
- Ну, что за задание, Федя?
- Леня, нет никакого задания.
Просто есть девушка
молодая, красивая.
- Хм. Я узнал, что ты машину берешь
с нашей штраф-стоянки. Зачем?
- Понимаешь, в общем...
Она не знает, что я полицейский,
она думает, что у меня бизнес,
деньги, машины.
Я беру, чтобы соответствовать.
- Курочкин... - Да знаю я все,
что ты хочешь мне сказать.
Что она в этом случае будет со мной
только ради денег,
что это нечестно. Ну, нечестно и...
Мне все равно.
Понимаешь, она молодая,
и я, когда рядом,
вроде как-то сразу моложе.
Ну, как это тебе объяснить,
не знаю...
- Федор, ты меня знаешь,
не в моих правилах
лезть в чужую жизнь,
но если бы я хотел сказать,
то я бы сказал,
что у тебя есть жена,
хоть и малахольная,
но вполне себе жена.
И дочь у тебя есть очаровательная.
Нужно же быть круглым остолопом,
чтобы ради минутного увлечения
подставлять семью,
даже такую, как у тебя.
Но сказать я тебе хотел
совсем другое.
- Угу. А что?
- Ты вообще отдаешь себе отчет,
что, когда ты берешь машину
со штраф-стоянки,
ты подставляешь не только себя,
но и меня?
- Хо! Слушайте, все так делают.
- Я - нет.
- Ну, все, кроме вас.
- Так, Курочкин,
давай раз и навсегда договоримся:
твоя личная жизнь - это твое дело,
и если ты еще раз возьмешь то,
что тебе не принадлежит,
пеняй на себя - это раз;
и избавь меня, пожалуйста,
от разговоров со своей женой -
это два. Договорились?
- Да, да-да, понятно все. Можно идти?
- Не задерживаю, Курочкин.
- Товарищ подполковник,
а можно десятку до зарплаты?
- У меня у самого
непредвиденные траты.
- Понимаю.
- Привет, Федь.
- Привет, Олег.
- Что, как дела? Нормально все?
- Да, нормально.
Нормально.
Слушай, ты большими деньгами
не богат?
- Большими? Ну, не богат.
- А малыми?
- А сколько?
- Тридцать.
Десять.
Пять у меня у самого есть.
Мужской голос: - Кто?
- А с Маргаритой можно поговорить?
- Какой Маргаритой?
- Как? Ну, с Ритой.
Девушка там живет.
- Девушка?
Женский голос: - Что случилось?
- Тут какую-то Маргариту спрашивают.
- А, это, наверное, девушка,
которая снимала до нас.
Так она съехала,
мы тут уже три дня живем.
- А куда съехала-то?
- Понятия не имеем.
Мы даже ее не видели.
- Еще вопросы какие-то остались?
- Нет, нет. Спасибо, извините.
Хорошего вечера вам.
Съехала.
- Еще раз. Даниил Сергеевич,
напомните,
что вы делали в пятницу 17-го числа?
- Без проблем. Я сидел дома
и играл в приставку.
- Кто может это подтвердить?
- Девушка моя и кот,
если кота разговорить сможете.
- Давайте обойдемся без шуток,
здесь они неуместны.
Вы покидали квартиру?
- Не помню, но вроде
выходил в магазин.
- А если точнее?
- Точнее? Не помню.
- Хорошо. Расскажите о ваших
отношениях с Филоненко Леонидом.
- С дядей, что ли?
- Угу.
- Да отношения как отношения.
Пару раз созванивались:
"Как дела? " - "Все хорошо".
- Вы бывали у него дома?
- Пару раз.
- По какому поводу?
- Не помню.
Это имеет значение?
- Еще раз: вопросы здесь задаем мы.
Один раз он попросил ему помочь
шкаф передвинуть.
- А второй?
- Второй? Да я не помню.
- Как думаете, кому может быть
выгодна его смерть?
- Без понятия.
- У него были враги?
- Вообще без понятия.
- Вы брали у него деньги в долг?
- Ни разу.
- Уверены?
- По-моему, да. Да.
- Молодой человек, вы слишком молоды
для проблем с памятью.
- День добрый. - Добрый.
- Я из уголовного розыска.
Скажите, пожалуйста, вот этого
многоуважаемого господина
вы, случайно, не видели здесь?
- Знакомое лицо.
Слушай, второй или третий подъезд.
Вот точно его видел.
- Ага.
- Но вот во втором или в третьем...
- Да не важно, найдем.
Премного благодарен.
- Всего.
- А где ваш отец?
- Мой отец умер 5 лет назад
- Причина?
- Сердечный приступ.
- А сколько ему было лет?
- 45.
- Какие-то серьезные заболевания?
- Да нет, не было болезней.
- Очень много водки.
- Скажите, я правильно понимаю,
что у вас условный срок
на родине за хранение наркотиков?
- Да.
- И видимо,
вы решили переехать в Петербург,
начать новую жизнь в надежде,
что дядя будет вам помогать?
- Может быть.
- Но дядя не очень рвался
вам помогать,
и вам это не понравилось?
- Кому бы понравилось?
- Видимо, при каждой встрече
дядя напоминал, каким никчемным
был ваш отец и как вы похожи?
Предполагаю,
в день убийства все было то же самое:
Даниил пришел к дяде за помощью.
Я смотрела распечатку: они
созванивались как раз в этот день.
Дядя стал оскорблять, а у Даниила
совершенно случайно оказался нож.
Я правильно говорю?
- Даниил, чистосердечное признание
облегчит вашу учесть.
- А вы говорите: руны.
- Слушаю.
- День добрый.
Я из полиции, уголовный розыск.
Скажите, могу я воспользоваться
вашим дальним балконом?
- Да-да, проходите.
- Благодарю.
- Осторожней, там рассада.
- Гексоген. Обычный гексоген, мент.
- И зачем он тебе, Мартик?
- А какая тебе разница?
Ствол.
Ствол, ствол.
И без фокусов.
- Тут многовато.
Хороший фейерверк можно сделать.
Прямо здесь.
- Я устрою, только не здесь,
а ты его, мент, не увидишь.
- Ну и для кого это?
Для Стрельцова? Для его клуба?
- Ты не переживай,
там на всех хватит,
еще немного останется.
Последнее желание будешь загадывать?
- Спасибо, у меня все есть.
- Счастливый.
Спокойно ночи, мент.
- Марья Сергеевна,
и все-таки еще раз:
как ты догадалась,
на что надо давить?
- Ну, изначально я вообще считала,
что мотив лежит в плоскости денег.
Думала,
у Филоненко проблемы с наркотиками.
А потом, когда его увидела, поняла,
что вряд ли бы он убил из-за денег.
- Все-таки как догадалась-то?
- При разговоре я упомянула отца,
и Филоненко очень остро отреагировал.
- Нет слов.
- Да ладно!
Просто в очередной раз убедилась,
как важно быть чутким к чужой боли.
- Чего?
- Я говорю, как только стал понятен
мотив парня...
В общем, очень важно,
чтобы нас понимали.
- Я понял, да. Но в любом случае,
ко второму эпизоду, то есть
к убийству Игорькова, он непричастен?
- К сожалению, много времени
потеряли, пошли ложным путем.
- Ну да, да.
- Ну, что делать?
- Да, что верно, то верно.
Ну, тогда мы занимаемся Игорьковым?
- Согласна.
И еще, Виктор Иванович...
- Что?
- Вам доложили?
Сегодня застрелен Мартик Дадашьян.
- Да, я слышал.
Вот это запутанная история.
Там же был молодой человек
из уголовного розыска.
- Олег Платонов. Но он дал
разъяснения, к нему претензий нет.
Можно, это дело себе заберу?
- Маргарита Лазарева...
Дом 25...
- Привет.
- Привет.
- Ну что, говорила
с Виктором Ивановичем? - Да.
- И чего?
- Нет. - Почему?
- Дело забирает отдел "Э",
будут терроризм искать.
- Из-за гексогена?
- Угу.
- Ясно.
Плакала моя история с квартирами.
Ладно, пусть работают, конечно.
- Но мы-то точно понимаем,
что терроризмом там не пахнет.
- С другой стороны, мы не можем
позволить себе самодеятельность.
Я понимаю, что я слетаю
с этой истории автоматически -
не я установил правила, -
но я понимаю также,
что за Дадашьяном
стоят серьезные люди,
которые ни перед чем не остановятся.
Если они устранили его из-за того,
что он просто им перестал быть нужен,
то спокойно устранят нас,
если мы встанем на их пути.
Это уже как-то не игрушки совсем.
- У меня знаешь сколько было
неигрушечных ситуаций
в жизни и на работе?
- Да у меня тоже.
- Здрасте. Гражданка Мохова?
Моя фамилия Кораблев.
Удостоверение показать?
- Не утруждайтесь.
Я догадалась, кто вы такой.
- Вот и славненько.
Соседку свою разыскиваю,
по совместительству сестру вашу,
Маргариту Лазареву.
- Понятия не имею, где она.
- Уверены?
- Вполне.
- Странно.
- Что "странно"?
- Обычно сестры знают, кто где.
- Я не знаю.
Может быть, она на Алтай уехала.
- На Алтай? Почему на Алтай?
- Я знаю, что она давно хотела
побывать на Алтае.
- Чего же она вас-то
в известность не поставила?
В квартиру не пустите?
- Не беспокойтесь, здесь ее нет.
- Ладно, в таком случае,
если она появится,
не сочтите за труд, дайте знать.
- Не обещаю. До свидания.
- Жестко.
- Ну привет.
- Вау! Это твоя?
- Ну а чья еще?
Ну так что, поехали?
- А ты дашь мне порулить?
- О, а ты что, умеешь?
- Обижаешь. Я ас.
(Звонит телефон.)
- Да, Леня.
- Привет, Марья Сергеевна.
Ничего, что поздно?
- Да нет, нормально все.
- Пришла интересная информация
про нашу ритуальную жертву номер два,
про Дмитрия Игорькова.
- А что за информация?
- Ему уже случалось умирать.
- В смысле?
- Ну, Дмитрий Игорьков умер
3 года назад от передозировки.


Серия 10

- Значит так,
Игорьков Дмитрий Егорович
3 года назад умер
от остановки сердца,
связанной
с передозировкой наркотиков.
Похоронен здесь же, в Петербурге.
- Подожди, то есть получается:
убитый 3 года жил по чужому паспорту?
- Получается, так.
- Как мы этого не заметили?
- Марья Сергеевна,
вы знаете,
паспорт сделан очень искусно.
И потом, это же последнее,
что мы изучаем на месте преступления.
- А что с отпечатками?
- Отпечатков в базе не обнаружено.
- А на бутылке водки?
Там отпечатки только убитого?
- Нет, не только,
но остальные не идентифицируются.
- Что с орудием?
- С орудием - обыкновенный нож,
но по размерам ножа на месте
преступления ничего не найдено.
- Да, пока не забыла:
надо отправить помаду на экспертизу
и сравнить с той, которой
пользовалась гражданская жена...
- Инна Шитикова?
- Да.
- Конечно, стоит пообщаться
с родственниками
настоящего Игорькова.
- Сделаем.
- Хорошо. Я правильно понимаю,
что Инна не в курсе,
что жила с поддельным Игорьковым?
- Похоже на то.
- Надо мне еще раз с ней пообщаться.
- Дима! Дима, ты дома? Господи, Дима!
- Инна Станиславовна...
Инна Станиславовна, все в порядке?
- Да.
- Я вызываю людей?
- Конечно.
(Звонит телефон.)
- Так, контакты Игорькова
нужно отработать:
с кем общался, разговаривал.
- Делаем, Марья Сергеевна,
ничего там нет.
- В смысле?
- Он жил как-то замкнуто.
Выходил из дома только по праздникам.
Последний звонок -
чуть ли не за пять дней до убийства.
- Что за звонок?
- Какая-то фирма,
занимается отделкой.
Может, работу искал, я не знаю.
- Вообще, люди так себя ведут,
когда начинают очень сильно
чего-то бояться.
И мне интересно, с какого момента
Игорьков начал бояться.
- Здравствуйте.
Старший лейтенант Калимулин.
У меня к вам несколько вопросов.
- Сейчас выйду.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Скажите, пожалуйста,
не узнаете вот этого человека?
- Ни о чем не говорит.
- Посмотрите внимательнее.
Может, все-таки узнаете?
- Да не видел я такого.
- А если вашей супруге показать?
Как вы считаете?
- Показать можно, закон не запрещает.
Только результат тот же будет.
- Почему?
- Да мы уже года два
почти вообще не общаемся.
- Почему, если не секрет?
- Да конченый он был
со своей наркоманией.
Так, забежит денег попросить
или утащить чего.
А так со своими дружками-наркоманами
шаромыжничал.
Хорошо, что мотора надолго
не хватило.
Сам бы задушил.
- Ладно, жаль.
Извините за беспокойство.
- Да ничего.
Знаете, вам надо поговорить
с одним человеком.
- С каким?
- С Колей Пластуновым.
Это его школьный друг.
Они были не разлей вода,
но потом дорожки разошлись,
хотя худо-бедно, но общались.
А не подскажете, где найти
этого Колю Пластунова?
- Слышал я, что там
тоже не все хорошо.
- Ладно. Спасибо.
- Всего хорошего.
- Всего доброго.
Да. Да, Леонид Николаевич.
Угон, разбойные нападения,
тяжкие телесные.
Прокурор просил восемь -
суд дал шесть с половиной.
- Где отбывает?
- Недалеко, в области.
- А, ну хорошо, я понял.
Дуй туда. Все, отбой.
Эй, Платонов! Спасибо, что живой.
А я слышал, что твое дело
уже отдали в отдел "Э".
Так что теперь ты наш.
- Ну, не совсем.
Я что-то сомневаюсь,
что они там будут
квартирными вопросами заниматься,
поэтому чуток еще попылю.
- Так что, я рано обрадовался,
что ли?
- Прости, Леонид Николаевич.
- Ну...
- Мария, привет.
- Привет.
- Прости, если заставил тебя ждать.
Совещание затянулось.
- Да я только пришла.
- Выглядишь изумительно.
Со времен института
так почти и не изменилась.
- А ты прямо такой галантный.
- Двойной эспрессо, пожалуйста.
- Как поживаешь?
- Да ничего. Жена, дети.
- Степа, привет.
- Привет, Олег.
Здорово. - Известно что-то
по второму телефону Дадашьяна?
- Как я люблю, когда меня сначала
толкают на должностное преступление,
а потом еще и торопят.
- Кто тебя торопит?
- Ладно, в любом случае
уже все сделано. Так.
Вот распечатка звонков за две недели.
- Две недели? Что-то маловато как-то.
Чего-то опасался, что ли?
- А! У меня еще навигатор.
Вот. Тоже за две недели.
Покупки сделать не удалось -
карточка к телефону не привязана.
- Если у него была эта карточка...
Ладно, и на том спасибо, Степа.
- Давай.
- То, что твоего Дадашьяна отдали
нам, удивляться не приходится.
Где взрывчатка - там теракт,
а где теракт -
там государственная безопасность.
- Слушай, пока вы будете искать
заговор против империи,
могут пострадать люди попроще.
- Что это значит?
- Да, есть у нас информация,
что на одного артиста
готовится покушение.
Стрельцов - знаешь такого?
- Прости, я далек от театра.
Супруга, наверное, в курсе.
- Он еще в сериале "Градов" снимался.
- А! Ну тогда точно в курсе:
сериалы она любит.
- Так вот, я думаю,
госбезопасность здесь ни при чем.
- А кто, в таком случае, его убрал?
- Я думаю, заказчик.
Видимо, Дадашьян не справился
с задачей, и его убрали.
- Тогда в чем проблема?
Твоему артисту ничего не угрожает.
- В смысле?
Как легко сняли Дадашьяна,
так и до артиста доберутся.
- Логика в твоих словах,
конечно, есть,
но дело вам не уйдет
ни при каких обстоятельствах.
- Слава, ну мало ли, появится
какая-то важная информация.
- Маша, ну ты же понимаешь...
- Понимаю.
- А если с другой стороны зайти?
Например, посмотреть,
кому этот ваш ален делон
дорожку перешел.
- Да... Я думаю,
таких полгорода найдется.
- Что же он себя так не бережет?
- Артист.
- Инна, возможно, мой вопрос вам
покажется некорректным -
где вы познакомились?
- В магазине в очереди в кассу.
Я его попросила что-то передать.
Слово за слово...
Он меня потом до дома проводил,
сумки помог донести.
А то все сама...
- Сумки донести. Как романтично.
А то я удивился: он строитель,
а вы женщина с высшим образованием.
- На самом деле у нас много общего.
- Расскажите, а вы знаете,
где он жил до встречи с вами?
- Точно не могу сказать.
Снимал что-то, наверное.
- Я так понимаю, он не местный:
ни родственников, ни жилья?
- Да, все верно.
- А откуда он приехал?
- Я не знаю.
- Инна, мы вас спрашивали об этом -
вы ответили, что он любил
отвечать загадками. Вот...
- Да, что значит - загадками?
Например?
- Ну, например, Дима говорил,
что он посланник Божий
и что у него дома все такие.
- Посланник Божий?
Без тяжелых наркотиков,
видимо, не обошлось.
- Леня. Так, а что еще?
- Все в этом роде.
Я ничего не припомню.
- Я говорю же - белиберда.
"Что? Где? Когда?".
- Ну, нам бы что-нибудь поконкретнее
все-таки.
- Я прошу прощения,
но я не могу вам ничем помочь.
Я и сама не понимаю,
почему все это такая тайна.
- Так. Я так понимаю, что про его
родственников вы ничего не знаете?
- Нет, ничего.
- Он при вас общался с ними
по телефону, сообщения отправлял?
- По крайней мере,
я ничего об этом не знаю.
- Так а чем он вообще занимался?
Какое у него было образование
и вообще?..
- Что-то связанное со стройкой,
с ремонтом.
Но когда он искал работу,
то искал в этом направлении.
- То есть искали все-таки
время от времени?
- Расскажите, как вы жили с Дмитрием?
- Прошу прощения,
а какое отношение это имеет к делу?
- Да вы рассказывайте, мы разберемся.
- Да, Марья Сергеевна...
Тяжелая женская доля.
Живешь непонятно с кем
непонятно зачем. Понимаете?
- Я не понимаю.
- А все почему?
- Почему?
- А потому, что Марья Сергеевна,
на десять девчонок,
по статистике, девять ребят.
Девять, всего лишь девять!
- Мне кажется,
девушка что-то недоговаривает.
На вопрос, как они жили с Игорьковым,
не было прямого ответа.
- Ну так понятно. Здоровый лось
живет на твоей жилплощади
за твой счет, а тут - родители,
друзья, знакомые. Сами понимаете.
- Я думаю, есть смысл познакомиться
с девушкой поближе.
- Так а кто мешает-то?
- А что с отпечатками, с ДНК?
- По городу нет ничего,
в федеральном розыске тоже.
В субъекты отправлять -
так "широка страна моя родная" -
дело очень-очень небыстрое.
- Приветствую.
- Здравствуйте.
Проходите.
- Спасибо.
- К вам майор.
- Спасибо.
- День добрый. Приятного аппетита.
Извиняюсь, что отвлекаю.
- Все нормально.
- Я прямо ненадолго - пару вопросов.
- Простите, что я ем. - А?
- Простите, что я ем.
- Нет-нет, это вы меня простите.
- Чай, кофе?
- Спасибо, только что перекусил.
- Хорошо.
- Хорошо, что я вас застал,
потому что, смотрю, человек занятой.
- Это неудивительно - мы планируем
грандиозное мероприятие,
приходится все контролировать самому.
- А, это как раз шоу с масками?
- Совершенно верно.
Чем могу быть полезен?
- А, да. Человек вам не знаком?
- Нет. Впервые вижу.
- Уверены?
- На что я не жалуюсь -
так это на память на лица.
Я его не видел.
- Просто у меня имеются данные
его навигатора, и навигатор говорит,
что он бывал здесь,
и достаточно часто.
- У нас много кто бывает.
"Удод" - это популярное место.
- А могу я увидеть записи
с камер видеонаблюдения?
- К сожалению, нет.
- Мне нужно оформить официальный
запрос? Это несложно и недолго.
- Нет. Он вам не поможет. У нас
в клубе нет камер видеонаблюдения.
- А что, так бывает?
- Да.
- Везде вроде бы сейчас камеры.
- Просто не хотим,
чтобы наши гости переживали,
что за ними наблюдают.
Это политика заведения.
- Интересная политика.
Ну, жаль, конечно.
- Мне тоже.
- Ладно, в общем-то,
вопросов больше нет.
Единственное, такой отвлеченный:
название такое странное - "Удод" -
Единственное, такой отвлеченный:
это как-то связано с птичкой
или "Условно-досрочно
освобожденный друг"?
- Я не знаю. Но логика отличная.
- Понятно. Ладно, не буду отвлекать.
Спасибо.
- Майор. Приходите к нам на маскарад,
кстати.
- Это вот как раз который?..
- Да. Именно этот.
- Спасибо.
- Да, хорошего дня.
- И вам тоже.
- Пожрать не дадут.
- Здравствуйте. - Добрый день.
Я из уголовного розыска.
У вас там снаружи висят камеры,
можно я записи посмотрю?
- Пойдемте.
- Кораблев?
- Гражданка Лазарева, вы полагаете,
что можете скрыться от оперативника
с тридцатилетним стажем работы?
- Как тонко.
- Что?
- Как тонко ты в очередной раз
намекнул на разницу.
- Какую разницу?
- На разницу в возрасте.
Коврик у двери, конечно,
почетное место...
- Заметь, Рита, я молчу.
- И я тебе благодарна за это.
И не только за это.
- А за что же еще?
- За опыт.
- Рита, Рита, Маргарита.
- И особенно за твое:
"что я с тобой случилась".
Как будто ты шел по улице,
а я тебе на голову свалилась.
- Я предупреждал,
что я плохо формулирую.
- А вот это не очень вяжется
с тридцатилетним стажем работы
оперативником.
Продукты отдай.
(Стук в дверь.)
- Да?
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Я из уголовного розыска.
Уделите мне пару минуток?
- Господи, а что от меня
уголовному розыску понадобилось?
- Вот хотел бы узнать
о вашей коллеге Инне Шитиковой.
Только, если это возможно, пусть
этот разговор останется между нами.
- Да на здоровье.
Что мне от полиции скрывать?
А что вы конкретно хотите узнать?
- Я присяду?
- Садитесь.
- Все, по возможности, и поподробнее.
- Ну что про нее можно сказать?
Несчастный человек.
- Так. А чего сразу несчастный?
- Да бог ее знает. На роду у нее
написано быть несчастной,
вот и нет у нее счастья.
- Ну, логично.
Тогда более конкретно, если возможно.
(Звонит телефон.)
- Да, Леня.
- Привет, Марья Сергеевна,
найдется для меня пара минут?
- Ну, конечно.
- Слушайте, я про Шитикову про эту.
В общем, жизнь у нее была не сахар
с этим парнем:
тянул он из нее все, что можно.
- Ну, допустим.
Что там в день убийства?
- В день убийства, значит,
ей раздался звонок в поликлинику,
она сразу как-то изменилась,
стала вся не своя и свернула прием,
сославшись на плохое самочувствие.
В общем, ушла домой пораньше.
- Пораньше - это во сколько?
- Ну, что-то в районе пяти часов.
Ну, в общем, Марья Сергеевна,
это мой косяк, честно вам скажу.
Старый стал, хватку потерял.
- Леня.
- Вот. Значит, и самое интересное,
что я разузнал,
что поликлиника находится от дома
где-то в пятнадцати минутах езды,
если на машине.
Машины у Шитиковой нет, но она могла
запросто взять такси, понимаете?
Короче, дома она могла оказаться
где-то в районе 17:15, ну плюс-минус.
А полицию она вызвала
где-то в шесть часов.
Вот чем она занималась сорок минут?
Ничего непонятно.
Я, конечно, камеры посмотрел
и должен был заметить,
но, Марья Сергеевна...
- Успокойся, пожалуйста.
Панов что написал? Убийство произошло
в промежутке от четырех до пяти. Так?
- Ну да, в этом-то и загадка.
- Прежде чем окончательно потеряться,
скажи: у Шитиковой есть родственники?
- Да, мать и брат.
- О! Это уже интереснее.
Узнай, пожалуйста, кто звонил
Шитиковой во время приема?
Мне почему-то кажется,
что это был именно брат.
- Опять интуиция?
- Логика. Давай.
- Ничего себе махач!
Мартик!
Ну, конечно, куда же без тебя!
- Платонов?
Ты чем занят?
- Да надо кое в чем разобраться.
- Дадашьян, что ли?
- Да-да.
- Можешь отвлечься на пару часов?
Мне компания нужна.
- Нет, если по этому делу,
то я как-то... не помощник.
- Это что, шутка такая? Ну, я оценил.
- А Федя?
- Федя... Федя съел медведя.
Лишние вопросы задает.
- А-а.
- Ну давай, давай, Платонов,
что ты, как барышня,
ждать себя заставляешь.
- Иду, иду, иду.
- Добрый день.
- Здравствуйте. - Здрасте.
- А что случилось?
- Супруг дома?
- Нет, в гараж пошел.
- А гараж далеко?
- Во дворе.
- Вы, пожалуйста, ему не звоните
пока. Договорились?
- А что случилось?
- Все будет хорошо.
- Здрасте. Шитиков Вячеслав?
- А чего случилось?
- Случилось.
Полиция. Вопросы к вам,
гражданин Шитиков, появились.
- Чего за вопросы?
- Разговаривать не здесь будем.
- Не здесь так не здесь.
Кофту можно накину?
- Да, конечно.
- А масло-то течет.
- Зачем же так? Хуже же будет.
- Ну ты зверюга, Платонов.
- Хорошо, что мы вместе пришли,
правда?
- Ну, короче, дело как было...
Я сеструхе позвонил,
слышу, у нее голос
на минус пошел, ну и я говорю:
"Все в порядке?"
Она говорит: "Ну да".
Но я-то слышу, что это не так.
Ну и потом, я же знаю,
кто у нее там постоянно тусуется.
- До этого вы общались с Игорьковым?
- Ну как общались?
Ну так: привет-пока.
- Ну и что дальше?
- Да у них там конфликт какой-то
вышел, он руки распускать стал.
Ну, как-то так.
- Угу. А вы что?
- Ну а чего я? У Инки брат один.
Ну, взял гранату,
пошел разговаривать.
- В смысле "гранату"?
- Да бутылку он взял.
Ну и дальше-то что? Продолжайте.
- Ну чего, он дверь открыл,
я ему в зубы и треснул для порядку,
чтобы понимал чего да как.
- Ха-ха... - Леня!
- Ну, дальше хорошо посидели, выпили.
Я ему все объяснил, он вроде понял.
- Что объяснил-то?
- Что если он Инку обижать будет,
то я ему череп проломлю.
И вообще, пора определяться:
либо пусть женится,
либо место не занимает.
- А он что?
- Справедливо.
- Кивал, говорил,
что все понятно, тема усвоена,
переэкзаменовка не требуется.
- Лень!
- Ну что? Кто бы не кивал?
- И все? Вы ушли домой?
- Ну да. По дороге зашел
в один шалманчик,
закрепить результат.
А в общем-то, да.
- Молодой человек,
стесняюсь спросить,
а вы на всех с монтировкой кидаетесь
или выборочно?
- Слушайте, тут недоразумение
произошло. У меня сосед - ушлепок.
Ну, говорит, что я якобы его место
на парковке занимаю.
Я его потрепал где-то неделю назад,
объяснил, что нет тут его места.
А он сказал,
что ментов знакомых позовет.
Ну, прошу прощения, полицейских.
Я и решил, что вы от него,
вот и рубанул.
- Понятно.
- От Игорькова вы в четыре ушли?
- Ну, я за часами не слежу,
но где-то так.
- А что вообще за конфликт там был
у вашей сестры с Игорьковым?
- Да я не знаю. Этому малахольному
вожжа под хвост попала:
он стал ей говорить,
что им нужно переехать.
Ну, она пыталась выяснить,
а он сорвался.
- Переехать?
- Вот и я о чем? Чего? Куда? Как?
Вообще не понятно. Бред какой-то.
- Не очень похож Шитиков на человека,
который умеет притворяться.
- Ну, в моей практике
и не такое случалось.
Жизнь, Маша, и не такому научит.
- Понимаю. Но вину он свою отрицает,
прямых улик против него у нас нет.
Кроме того, его сестра Инна
была уверена, что он виноват,
поэтому сама нарисовала знак
на стене.
- Девушка, значит,
в курсе последних новостей.
А кстати, мне он в новостях
не попадался?
- Было.
- Может, он все-таки?
- Да вы бы его видели!
Ему никакой нож не нужен,
он двумя пальцами шею передавит.
Так что отпустила под подписку.
- Ну и в каком направлении
вы собираетесь действовать?
- Надо установить личность убитого.
Думаю, это поможет.
- Да-да.
- Кроме того, есть подозреваемый.
- Интересно! Что ж ты молчишь-то?
- К сожалению, малоинформативный.
- А, ну-ка, я посмотрю.
- Сначала думали,
что это житель дома,
а потом выяснилось, что это не так.
Зашел в подъезд в начале пятого,
вышел через семь минут.
- Вот, уже кое-что. Ну, хорошо.
- Я же сказала: Риты здесь нет.
- Да я в курсе. Я видел,
как она пять минут назад вышла.
- Тогда зачем вы пришли?
- К вам пришел.
- Нет, спасибо.
У меня уже есть мужчина,
который на меня внимания не обращает.
- Чего она хочет, Мохова?
Что она любит?
Очень хотелось бы узнать.
- Все женщины довольно похожи
в своих желаниях.
- Вам. Пройдемся?
- Ой, Кораблев. Ждите меня внизу.
- Ну и что же вы конкретно
хотите знать?
- У Риты кто-то есть?
Куда она постоянно ходит?
- На работу она ходит.
А почему она до сих пор ни с кем?..
Почему она одинока? Она ведь уже...
- Что, немолода?
Кораблев, вы зарываетесь
все глубже и глубже.
- Это мой конек -
легких путей не ищем.
- У Риты не складывалось, потому что
она всегда была независимой.
Она любит свою работу,
постоянно занята.
А мужчины хотели, чтобы она
дома сидела и борщи им варила.
- Странно.
- Что странно?
- Да вроде я на борще не настаивал.
Почему же у нас не получается?
- Это у вас с ней
ничего не получается.
К вам у нее претензий
никогда не было.
Это вы ее скрывали, вы раздражались
постоянно, трубку не брали.
Она что, по десять раз в день
звонила?
Максимум один раз в день,
и то не каждый.
Вы постоянно находили поводы
для новых придирок. Зачем?
Не любите, так и не надо.
Скажите прямо.
- Люблю.
- Добрый день.
- Приветствую.
- Уголовный розыск. Эльдар Калимулин.
- Слушаю.
- Хотелось бы поговорить с вами
о вашем друге Дмитрии Игорькове.
- Чего это вдруг?
На том свете Димон набедокурил?
- Нет. Воскрес.
- А так бывает?
- Ну, типа того.
Скажите, пожалуйста,
знакомо вам это лицо?
- А, этот торчок...
- Значит, знаком, да?
- Пока Димон жив был вместе на районе
шакалили. Потом он испарился куда-то.
- Ага, а имя у этого торчка есть?
- Ой, дай бог памяти.
Кажется, Сергей.
- Угу, спасибо. А фамилия?
- Без понятия.
Зачем мне его фамилия?
Мусорам стучать?
- Нет? Ладно.
А местный, не местный, знаете?
- Точно не из Питера. Из родных
у него тут тоже только Димон.
- А вы общались?
- Ну о чем с ними, с торчками,
можно разговаривать?
Так, может, пузырь давили пару раз.
- Вот, а за пузырем
за жизнь говорили?
- Ну, что-то припоминаю.
Он говорил, как они одного таксиста
по малолетке приделали.
Он потом из-за этого случая
все время на измене сидел.
- Ага, а почему?
- Ха! Сколько времени прошло.
Ты еще предложи вспомнить,
какую мы водку кушали?
- Ладно. Спасибо и на этом. Уводите.
- А откуда он к нам приехал-то,
непонятно?
- Нет, тут хоть на кофейной гуще
гадай, но...
- Ну, знаешь, кофейная гуща...
Это тоже уметь надо.
Ладно, по результату что мы имеем?
Значит, Сергея, который по малолетке
напал на таксиста
где-то на просторах нашей необъятной.
Ну, что я тебе могу сказать?
Сергей - имя редкое.
- Да, и дело-то не особо экзотичное.
- Ну что?
- Вот этого давай еще посмотрим.
- Ну, давай попробуем.
Не знаю, что из этого получится.
Качество записи, конечно, не фонтан.
- Нет наружки с 4К изображением.
- Я понимаю, что другого
ждать не приходится.
- Могу сказать,
что пока версия о подготовке
к террористическому акту
не подтвердилась.
- Ну, это было понятно
с самого начала.
- Ну, мы сами должны были
в этом убедиться.
- Хорошо, что дальше?
- Попробуем понять,
откуда у этого Дадашьяна взрывчатка.
- И что он с ней собирался делать?
- Само собой.
- Угу. Что со стрелком?
- Тут белых пятен еще больше.
Работал профессионал.
- Это заметно.
- Там камер до чертиков понатыкано,
и ни на одной разобрать ничего
невозможно. Кепка, маска.
- А что с оружием?
- Винтовка.
Ничего особенного, чистая.
- На месте что-нибудь нашли?
- Упаковку гречи. Да, снайперы любят
под опорную руку что-то подкладывать.
- Да, есть у меня один знакомый
стрелок, любитель гречки.
- Интересно, и что с ним стало?
- Все хорошо, он в тюрьме.
Да. Ну ладно, спасибо тебе огромное.
- Не за что.
С твоего позволения я побегу.
- Я заплачу сама.
- Маша...
- Ну, хорошо, я чаевые оставлю.
- Никаких чаевых.
- Ну смотри:
Гариев Магомед Гасанович,
1996 год рождения,
Санкт-Петербург,
одна судимость за хулиганство,
мастер спорта по боевому самбо.
- Спасибо, Степа, буду должен.
- О, заметьте, не я это предложил.
(Звонит телефон.)
- Да, Леня, привет.
- Мария Сергеевна, есть минутка?
- Конечно.
- Наш Игорьков оказался
родом из Архангельска.
- Подожди. Архангельск. Вот почему
он называл себя посланником божьим.
- Да дурачок он,
а не посланник божий.
- Нет, ну серьезно:
Архангельск - Архангел.
- А, в этом смысле?
- Ну да. - Ну, тогда да.
- День добрый. Магомед?
- Да. Что случилось?
- Уголовный розыск.
Есть пара вопросов.
- С этой дракой, как получилось?
Мы с ребятами потренировались,
в кальянной сели.
Товарищ звонит. "Подъезжай, -
говорит, - помощь нужна".
Что за помощь?
Кому помощь нужна?
Ну, мы сели, поехали. Как приехали,
так там сразу все завертелось,
уже не до объяснений было.
Ребята с той стороны крепкие такие:
зевнешь - сразу спать положат.
- Ну понятно.
А как так получилось,
что вас так быстро отпустили?
- А это я сам не понял. Нас только
привезли, оформлять начали -
и сразу на выход.
- Ладно, а поподробнее
о товарище можно?
- Ну, как "товарищ"?
Так, вместе тренировались.
Не здесь, в другом клубе.
Боец хороший, ударник неплохой.
Потом бросил.
На блат-педаль стал давить.
- Имя есть?
- А как без имени? Иван зовут.
- А телефон?
- Не было у меня его номера. Разве
только, по которому он мне звонил.
Если не сменил, могу дать,
мне не жалко.
- А если сменил,
есть у кого спросить?
Может, кто поможет?
- Ну, попробую.
- Визиточку оставлю. В общем,
по телефону жду информацию.
- Угу.
- Так получается, наш Игорьков это?..
- Козлов.
- Ну, давай еще раз.
Убийство таксиста в группе...
- ...три человека. Один
несовершеннолетний, легко отделался.
Второй получил 15 лет,
через три года нашли повешенным.
- А Козлов?
- А наш пошел свидетелем.
- Со следователем договорился?
- Может, и так.
- Всех слил и за это
получил условное?
- Ну, через какое-то время вышел
за сигаретами - и с концами.
- И потом?
- Что - потом? Пропал без вести.
А все решили, что друзья просто
счеты свели. Нет тела - нет дела.
- А он сам мигрировал?
- Похоже на то.
- Интересно. Так, ты сказал,
один из подельников был повешен.
- Да. - Второй?
- Вот это действительно интересно.
Вышел из колонии и взялся за голову.
Получил образование
и переехал в Питер.
- И что он тут делает?
Консультирует в какой-то фирме
строительной.
- Стоп. Стоп. Ты говорил,
что за пять дней ему поступил звонок
из какой-то строительной компании
по поводу работы.
- Сказали, фирма по отделке.
Вроде так.
- И сразу после этого
он предлагает Инне переехать.
- Я понял, Марья Сергеевна.
(Звонит телефон.)
- Ты поднимайся, я...
- Угу.
- Да, Магомед, слушаю.
- Добрый день, друг.
Не отвлекаю тебя?
- Ну, если честно, было бы неплохо,
если б ты перезвонил.
- Я хотел только сказать,
что мне адрес этого Ивана нашли.
Я его тебе сейчас отправлю.
- Да-да-да-да, конечно, жду.
Жду, спасибо.
Ну чего там?
- Тишина.
- Добрый день.
- Добрый. - Здравствуйте.
- А вы в седьмую квартиру к Федору?
- Да-да-да, мы к Федору.
- А он уехал в Германию.
- Вот этого еще не хватало.
- А давно уехал?
- Минут сорок, в аэропорт поехал.
- Что погнали?
- Погнали.
- Случайно столкнулись в вашей фирме?
- Абсолютно.
Я с кадрами дело не имел.
Столкнулся с человеком в коридоре.
Все.
- Сразу узнали?
- Конечно.
- А он?
- Тоже.
- И тогда решили убить?
- Да нет.
Если бы не переезжали
на постоянное место жительство,
может, и не надумал бы.
- Не жалеете?
- Нет.
- Не думаю. Как же так? Такое трудное
детство: колония, наркотики, улица.
Но вы же молодец, справились.
Жена красавица, дочка.
И вот так все потерять ради убийства,
как вы говорите,
никчемного наркомана? Это ж абсурд.
- И что он ответил?
- Ничего. Видимо, нет ответа
на этот вопрос.
- Обвиняемый утверждает,
что тогда, 12 лет назад,
таксиста убил именно Козлов.
- Да.
- Но указал он на Калачева.
- Да.
- А они даже не родственники.
- Просто подельники.
- Прости, Маша,
я ничего не понимаю.
- Я тоже ничего не понимаю.
- Леонид Николаевич, здрасте.
Вызывали?
- Здорово, не вызывал. Чего-то хотел?
- Ну, честно говоря, хотел.
Мне вот машина нужна.
Можно взять вашу?
Позарез.
- Так.
А как же твои обширные связи
на нашей штраф-стоянке?
- Ой, да там все как-то
не по плану пошло. Забудь.
- Курочкин, ты что,
опять на свидание собрался, что ли?
- Выходит, что так.
- Тебя не смущает, что у меня машина,
ну, несколько не соответствует
твоему статусу. Статусу, так сказать,
в глазах этой барышни,
про которую ты рассказывал.
- А, в смысле того,
что она считает, что я миллионер?
- Ну, может быть и так.
У меня ведь скромный
потертый автомобиль.
Я не хочу тебя подставлять, поверь.
- А, ну скажу, что у брата взял,
пока своя в ремонте.
Ну, дадите?
- Нет, не дам.
Ради твоего же блага, Курочкин.
Ты у Платонова попроси, у него
автомобиль более презентабельный.
- Олег, Олег... Олег уже свалил.
Ладно, все понял.
Ну, спасибо.
- И, Федор, ты же понимаешь,
что машина здесь
вообще должна быть ни при чем?
Понимаешь, о чем я?
- Понимаю: о любви.
- Идиот.
- Что случилось? У тебя угнали
машину? Тебя обокрали?
- Нет.
- Тогда в чем дело?
- Карина, я тебе должен сказать
очень важную вещь.
- Я слушаю.
- Я на самом деле
ни фига не бизнесмен.
У меня нет ни фирмы никакой,
никаких подчиненных, всей этой фигни,
ни стройматериалов, ничего.
Ни ремонтом никаким я не занимаюсь.
И машины, на которых я приезжал,
они тоже не мои. - А чьи?
- Всяких уродов, которые сейчас
в тюрьме сидят.
- Что?
- Я опер.
Опер убойного отдела.
А машины эти я брал
на нашей полицейской стоянке.
Там у меня кореш есть. Был.
- Кто ты?
- Оперативный уполномоченный.
Карьера тоже не айс:
мне почти пятьдесят, а я майор.
На самом-то деле это не так и смешно.
- Решил меня испытать, да?
Угу, я знаю такой прикол:
"А что будет, если я бедняк?"
Так, да?
- В смысле?
- Ну, я тебе не верю.
Знаешь почему?
- Почему?
- Потому что у тебя на лбу написано:
"У меня все офигенно".
Ты хоть в ватнике сюда заваливайся,
этого не спрячешь.
Так что расслабься, котик,
твой трюк не удался.
И, может быть, поужинаем уже,
наконец?
- Давай. Только у меня вот
нет денег на этот ресторан.
- Ну, я угощу.
Ты чего?
- Такси нам вызываю.
- Такси?
- Проходи.
- Ты правда здесь работаешь?
- Садись.
- Ну что еще?
- Слушай, я хотел тебе
кое-что показать.
- Угу, давай.
- Это моя жена. А это дочь.
- Ты не говорил, что ты женат.
- Карина, я просто старый остолоп,
который вдруг захотел
почувствовать себя молодым.
- Не слишком ли ты жесток, майор?
- Послушай, ты очень хорошая.
Просто, понимаешь...
мне вообще нечего тебе дать.
Вот у меня, кроме них, ничего нет,
но еще и в кошельке ничего.
Поэтому, знаешь, продолжать
это все, эти встречи наши...
В общем, такие дела.
- Все понятно.
- Прости.
- Все в порядке.
Спасибо, что сказал мне это
в отделении полиции,
а не по телефону.
- Я хотел, чтобы ты увидела все это
своими глазами.
Будешь водку?
- Я, пожалуй, пойду.
Ой, еще и алкоголик.
(Звонит телефон.)
- Да, Златик, привет.
- Привет, мам.
- Ну как ты? Как диплом, получила?
Билеты покупаешь?
- Нет, ты знаешь, я тут нашла
стажировку очень перспективную,
она на все лето.
Не знаю, получится выбраться или нет.
- Ну, может, хотя бы на выходные?
Давай я тебе билет куплю.
- Слушай, я сама могу купить,
но график тут ненормированный.
- Да? А я тут, на даче, живу.
Тут так классно! Природа.
И тут собака, ты же любишь собак.
Бусенька!
- Я постараюсь, но обещать не могу.
- Ну, я поняла.
- Мам, мне пора бежать.
Целую тебя, люблю.
- Да-да, я тебя тоже люблю.


Серия 11

- Ой, никак не могу проснуться.
Пойду налью себе кофе.
- В прошлом квартале у нас,
к сожалению, были недостатки,
которые надо исправить.
Нужно всегда исходить из того,
как мы относимся к клиентам,
правильно?
- Да, да.
- То есть человеческое отношение
к каждому клиенту очень важно.
- Действительно.
(Звучит музыка.)
- Всем оставаться на своих местах.
Полиция.
Вы - генеральный директор
Семен Пчелкин?
- Нет, я его заместитель.
- А где генеральный директор
Семен Пчелкин?
- Я понятия не имею.
Он передо мной не отчитывается.
- Начинаем обыск.
- Полиция. Мы можем побеседовать
с Семеном Пчелкиным?
- А его нет, он уехал.
- Давно?
- Да нет, минут десять назад.
- Ладно, в любом случае
у нас есть постановление на обыск.
- А что случилось?
- Не ко мне вопросы.
- А к кому?
- К вашему мужу.
Мужские голоса:
- Мы с тобой уже обо всем поговорили.
Ну чего пришел, а?
Чего смотришь?
Ну что ты уставился на меня, чучело?
- Ты про свои фокусы
секретаршам рассказывай.
Я тебе скажу: ты клоун,
проснувшийся после жесткой попойки
и вдруг обнаруживший, что его цирк...
- Привет.
- Очень интересно. Привет.
- Что ты здесь делаешь?
- Я? - Ну!
- Я-то ищу человека,
который может быть причастен
к смерти Дадашьяна.
- Он здесь живет?
- Здесь живет его сокамерник.
- Понятно.
Но я хочу тебя огорчить.
- Что? - Иди сюда.
В общем, он здесь больше не живет.
- Олег, ну...
- Что? Это не я.
Это этот товарищ со своими дружками
как раз напал на клуб Стрельцова.
- Да, их потом из полиции
вроде выпустили.
- Да-да-да.
Слушай, кто же все-таки
наш таинственный незнакомец?
- А? Какой незнакомец?
- Который причастен
к убийству Дадашьяна.
- Ты этим делом
больше не занимаешься.
- Как видишь, потихоньку занимаюсь.
Ну, это же как с любимой девушкой:
вроде бы расстались, а чувства есть.
Кроме того, знаешь, я подумал,
что не готов тебя лишить
любимого артиста.
- Спасибо тебе большое.
- Так что с убийством-то Дадашьяна?
- Давай мы позвоним людям,
которые этим занимаются,
потом сами все обсудим.
- Давай, хорошая идея.
- А ты что собираешься делать?
- Да я сейчас кое-что посмотрю,
не обращай внимания.
- Ой, Олег...
- Прости, что задержалась.
- Да ничего страшного.
А это точно однокурсник?
- Кусочек ревности?
- Ну как тебе сказать?
Совсем чуть-чуть, может быть.
- Он знаешь какой хороший!
У него четверо детей.
- Фээсбэшник, четверо детей...
Молодец!
- Девчонки, молодцы.
- Боря, привет.
- Здорово.
- Как дела? - Как видишь.
- Вижу, что хорошо.
- Это все для нашего банкета.
- Все приглашения разосланы?
- Угу, еще вчера.
- Отлично.
- Извините...
- Я не знаю.
- А можно с вами сфотографироваться?
- Обязательно сфотографируемся.
Если что, я на телефоне.
- Хорошо.
- Мельников был в горячих точках,
снайпер.
Видимо, с профессией
не желал расставаться.
В итоге проверяли его по нескольким
эпизодам в Москве и Питере,
но доказали только один.
- Как вышло, что он не в колонии?
- Выпустили. Якобы он неизлечимо
болен - онкология.
- Ловко. Сомневаюсь, что он это
провернул без покровительства сверху.
- Я даже не хочу думать,
кто это может быть.
- Но вряд ли его выдергивали
специально под Стрельцова.
- Скорее, под Дадашьяна.
Слишком много парень знает -
понятно, что когда-нибудь
проболтается.
- Получается,
Дадашьяна накрыли раньше,
чем у него дошли руки до Стрельцова?
- То есть теперь Стрельцова
будет исполнять Мельников?
- Да не думаю. Мне кажется,
что у заказчиков сейчас другие планы.
- Подождем - увидим.
- А ты можешь узнать
у своего многодетного Павла,
может ли он закрепить за Стрельцовым
какое-то наблюдение, защиту, охрану?
- Уже.
- Кто бы обо мне так побеспокоился.
- Я, я этот человек.
- Да.
По поводу Мельникова
хотел спросить.
Ты можешь на него раздобыть данные?
Все-таки хочу его найти.
- А ты не думаешь, что это опасно?
- Беспокоишься обо мне?
- Конечно.
- Слушай, как приятно.
А то все Стрельцов да Стрельцов.
- Ладно, мне пора.
- Тебя еще и на дежурство оставляют?
- Да, у нас все дежурят.
- А, хотел тебе сказать...
Я раздобыл записи
камер видеонаблюдения,
которые напротив клуба Стрельцова.
- Да, и что там?
- В общем,
пользуется спросом заведение.
Кого там только нет!
- Например?..
- Шипенко - помнишь такого?
- Да, это бывший главарь.
Что он там делал?
- Остается только догадываться.
- Ладно, мне пора.
- Я провожу? - Да.
Спасибо.
- Александр Семенович,
куда в такую рань, да еще в выходной?
- Жена на дачу гонит.
Пораньше с утра
без пробок из города выскочим.
- Так а где жена?
- Она со своими банками-склянками
уже у подъезда ждет.
Я с утра запарился их таскать!
- Хорошей дороги.
- Так вот что ты задумал:
небольшой обходной маневр. Хитро!
- Доброе утро, Марья Сергеевна.
- Привет.
А кто там в скорой поехал?
- Там пострадавший.
Несмотря на большую кровопотерю,
он еще жив, правда, без сознания.
- А нападавший - это?..
- Да, там нападавший.
Кстати, нападавший - лучший друг
пострадавшего, представляете?
- Представляю.
Расскажи, что произошло.
- Ну что, пострадавший купил машину,
а раз купил - надо обмыть.
Вот, они стали пить.
Пили-пили, пили-пили, пили-пили,
напились и стали выяснять отношения.
Обычно они на кулаках это делали,
а тут - нож.
Нападавший взял этот нож -
и чик-чик-чик! И все.
А потом, когда очнулся,
увидел, что натворил,
и решил своего друга
отвезти в больницу.
Но не довез: вырубился за рулем.
Вот такая драма.
- Скорее, трагедия:
без шансов на хороший финал.
- Да, вы правы.
- Тебе все подозреваемый рассказал?
- Он.
- Ясно. А орудие преступления?
- Нож, обычный нож. Уже изъят.
Да тут все понятно, Марья Сергеевна.
- Наивный.
Сейчас он все подпишет,
а утром очнется и в отказку пойдет.
- Да вроде не должен.
- Елена Афанасьевна?
- Я. А что случилось?
- Здравствуйте. Я из полиции.
Хотел бы с вами поговорить
по поводу вашего сына Виктора.
Разрешите войти?
- Ну входите.
А что о нем разговаривать?
Он же в тюрьме.
Ну? Ну проходите, если надо.
Проходите.
Пожалуйста.
Голова-то совсем дырявая стала,
ничего не соображает.
Сейчас, одну минуточку.
- Да вы не торопитесь,
мне спешить некуда.
- О господи!
Старческая привычка все хранить,
ничего не выбрасывать.
- Знакомо.
- Да вы угощайтесь, угощайтесь.
Я сейчас посмотрю. Найду, наверное.
Так, нет. Нет...
Раньше-то она у меня там,
в серванте стояла,
а последнее время как посмотрю,
так и давление скачет.
А, вот же она. Вот, нашла.
Вот, все они тут.
- Сына узнаю. А остальные кто?
- Друзья его.
Вместе в разведку ходили,
не один пуд соли разделили.
- Даже так?
- Да.
- А как зовут, помните?
- Это, что вчера было, я не помню,
а 25 лет назад - еще как помню!
Это вот Вадик Симонов.
Он там остался.
- "Там" - это где?
- На поле боя.
Я его вживую ни разу так и не видела,
все больше по рассказам.
А остальные вместе с Витей приезжали.
- А остальные?..
- Это вот Миша Смирнов.
Хороший мальчик, из хорошей семьи,
вежливый, воспитанный.
Все спрашивал:
"Может, чем помочь надо, тетя Лена?"
- А сейчас он где, не знаете?
- Нет, не знаю.
Он каким-то бизнесом занялся,
говорят. А каким, я не знаю.
- Так, это Виктор. А рядом кто?
- А, вот этот?
Это Генка Валерин.
Шкода. Я так думаю,
это он Виктора в криминал затянул.
Чтоб ему пусто было, шкоде!
- Елена Афанасьевна, а вы не против,
если я возьму себе фотографию?
Ну, разумеется, с возвратом.
- Да уж чего там, берите.
Я же говорю: у меня от нее давление.
Вот и сейчас шум в ушах.
Я вот что хочу спросить:
а зачем вам Виктор понадобился?
- Да нужно проверить один момент.
Вы говорите, давно его не видели, да?
- Как в тюрьму сел, так и не видела.
Хотела на суд поехать -
Виктор не разрешил.
Письмо прислал два года назад, и все.
- Здравствуйте. Спортом занимаетесь?
Наслаждаетесь свободными деньками?
- Здравствуйте, здравствуйте.
Да уж скорее бы
эти свободные деньки закончились.
Сложно, Мария Сергеевна,
пенсионеру устроиться на работу.
- Понимаю.
- Вы по телефону сказали,
что у вас что-то срочное.
- Да. Мы тут выяснили,
что вы еще, оказывается,
до суда посещали клуб Стрельцова.
Что, не хотите разговаривать
на эту тему?
- Ну, посещал, и что? Нельзя?
- Можно. И что вы там делали?
- Поверьте, ничего интересного.
Была какая-то вечеринка,
я заехал, пробыл
не больше часа и уехал. Все.
- Вас Стрельцов пригласил?
- Не помню.
- А что за вечеринка-то была?
- Еще раз по буквам,
Мария Сергеевна: я не помню.
- Ну что ж, желаю вам
удачно трудоустроиться.
Может, память восстановится.
- Думаешь, что он недоговаривает?
- Да уверена на сто процентов.
Но теперь бы понять, что именно.
- Ну, я уверен: мы с этим справимся.
- Уверен? Ну, пока.
(Звонит телефон.)
- Черт...
Черт...
- Товарищ подполковник?
- Что ты хотел, Федор?
- Да тут экспертиза пришла по гаражу.
- По этой пьяной лавочке?
- По ней. Короче, я в тупике.
- Ты же говорил:
все очевидно и чистосердечное есть.
- Очевидно. И признание есть.
- Отозвал?
- Да нет, дело не в этом.
- А в чем?
- Появился один нюанс,
с которым я не знаю, что делать.
Я даже подумал, что это ошибка.
Связался с экспертами - все точно.
- Федор, у меня сейчас
голова взорвется.
Что ты от меня хочешь? - Ничего.
- Я ничего не поняла.
- Марья Сергеевна, то же самое.
Такая же реакция, один в один.
- Подожди, еще раз.
Получается, на стаканчиках,
найденных в гараже,
обнаружены отпечатки
не только хозяина гаража,
но еще некого Пчелкина.
- На пластиковом стаканчике.
Ну да, Пчелкин предприниматель,
который уже месяц в розыске.
- А что там за история?
- Я не специалист
в экономических преступлениях.
- Ну, мошенничество в особо крупном?
- Ну, что-то вроде этого.
Получил громадный кредит
и вместо того,
чтобы им воспользоваться,
вывел деньги в офшор.
- А есть в деле другие фигуранты?
- Есть, бухгалтер его
под домашним арестом.
Пытается обжаловать приговор,
но пока глухо.
Заместитель... Ну, что заместитель?
Пойдет свидетелем.
- Знаешь что, мне кажется,
в первую очередь
надо поговорить с хозяином гаража.
Там посмотрим.
- Спасибо, что решили нам помочь.
Я вас постараюсь
надолго не задержать.
- Я здесь недалеко проезжал по работе
и решил заехать.
Я так понимаю, вы хотите что-то
спросить о Вите Мельникове.
- Да, у меня, собственно,
только один вопрос:
когда вы в последний раз виделись?
- Боюсь, что очень давно.
Это было еще до того,
как он оказался в тюрьме.
Лет шесть, может быть, семь.
- То есть после освобождения
вы не пересекались? - Нет.
- Тогда, извините, вопросы добавятся.
Как давно вы видели
Геннадия Валерина?
- Я смотрю, вы здесь
не сложа руки сидите.
- Работа такая.
- Да, с ним встречались
примерно год назад,
может быть, чуть больше.
- Он что-нибудь хотел?
- Ну, деньги.
- Выручили?
- Ну конечно.
Мы же с ним все-таки друзья,
хоть и бывшие.
- Ну да. А где его можно найти,
подскажете?
- Ну, не знаю.
У меня есть тут один адрес.
Не знаю, насколько он актуальный.
А, вот: Геннадий Валерин. Пожалуйста.
- Угу. Собираетесь
на костюмированное шоу?
- А, это? Нет, сильно сомневаюсь.
Это мероприятие не для меня.
- Спасибо.
- Ни о чем.
- Уверен?
- Сто процентов. Кто это?
- Я тебе еще раз повторяю:
это Семен Пчелкин.
- Первый раз слышу.
- Ладно, это не так важно,
знаешь ты его или нет.
Важно понять,
что он делал в твоем гараже.
- У меня?
- Ты чего, глухой?
- Нет.
- У тебя, у тебя. У кого еще?
- Давно?
- Понятия не имею. Последний месяц.
- За последние полгода
я там вообще не появлялся.
За исключением... ну, вы поняли.
- Сдавать гараж не пробовал?
- Спасибо за совет, я так и делал.
- Ну, кому сдавал-то?
Имя, фамилия, адрес?
- Не знаю.
- Как - не знаешь-то?
А человек жив вообще или помер?
- Надеюсь, что нет.
- Прошу прощения,
я только после выходных.
- Не беспокойтесь, все нормально.
- А, вот. Кулагин Андрей Андреевич.
- Он.
- Умер сегодня утром. Сожалею.
- Понятно.
- Я поняла.
Но, Федя, свяжись с родственниками,
принеси соболезнования и узнай,
чем он занимался в последние годы.
Счастливо.
- Что, свидетель умер?
- К сожалению.
- Марья Сергеевна,
если ты хочешь сбить меня с толку,
считай, что у тебя это получилось.
Ты хочешь сказать,
что вот этот мошенник, Пчелкин,
был похищен или даже убит?
- Возможно.
- А не приходит в голову,
что он просто мог планы переменить,
остаться в России?
- Ну, это одна из версий.
- Но ты придерживаешься
другого мнения.
- Пока у меня мало информации,
я буду проверять все версии.
В первую очередь хочу встретиться
с оперативником из ОБЭПа.
Может быть, он что расскажет.
- Ну-ну.
- Мария Сергеевна, я убежден,
что это обычное недоразумение.
Генеральному директору крупной фирмы
с миллиардным оборотом
нечего делать в этом гараже.
- Но как же отпечатки?
- Обычная ошибка.
Ну, сами понимаете,
как в лабораториях может быть.
- Ну а где ж тогда Пчелкин-то?
- Ну, как - где? Где и все:
Лондон, Тель-Авив, может быть, Киев.
Я же вам уже говорил,
что мы на его электронной почте
нашли билет на рейс
Санкт-Петербург - Лондон.
- Которым он так и не воспользовался.
- Ну, решил не рисковать.
- Но я же говорю: я проверила -
он границу не пересекал.
- Мария Сергеевна, он же прекрасно
понимал, что его там уже будут ждать.
- Вот, а вы говорите,
что он в Лондоне.
- Вы понимаете, у таких, как он,
этих крысиных троп сколько угодно.
Больше, чем у фашистов в 1945-м.
- В смысле?
- Ну, в смысле? Речку переплыл -
и уже на территории Эстонии.
Можно через Белоруссию.
Там, между нами говоря,
и границы-то, как таковой, нет.
Ну а если есть время,
можно в Сочи,
а там - через Абхазию в Грузию.
- Ну, а дальше что?
Он же в международном розыске.
- Вы имеете в виду,
по каким документам он будет
и под каким именем?
Думаю, что с теми деньгами,
которые он унес с собой в кармане,
для него это просто не проблема.
что я вас в чем-то убеждаю.
Просто искренне жалко вашего времени.
- Да. Красивый дом. Ваш?
- Да ну, какой там? Мария Сергеевна,
шутите? Откуда у меня такие деньги?
Это так, веду параллельное дело:
взятка должностному лицу
в особо крупном размере.
- Ясно. Понимаю.
- А, еще, знаете,
какой вариант может быть?
Возможно, этого товарища прессовали
до того, как он сбежал.
Конкретно прессовали.
Понимаете, у людей,
которые так легко относятся
к деньгам, враги всегда будут.
- Интересная версия. До свидания.
- Доброго здравия.
Мне бы Геннадия Валерина увидеть.
- А вон он, проигрался.
- Спасибо.
- На кой тебе Валерин сдался?
Ну и?
- По поводу Виктора Мельникова.
- А, есть такой. И что?
- Ну, пару вопросов.
- Угощаешь?
Витька, значит?
Ну, чего тебе за Витьку рассказать?
- Я с его матерью общался.
- Тетя Лена? Ну-ну. Чего говорит?
- Говорит, ты его с пути сбил.
- Я вот этих разговоров
вообще не понимаю.
Я сбил, не я сбил. Я тебе чего,
маленькая девочка, бантик сбоку?
Своей головы нет?
- Ну так как?
- Он в охране сидел,
зарплаты на три дня не хватало,
а я двигался потихоньку, с пацанами.
Он сам меня просил все время:
"Подтяни, подтяни".
Еще бы! У меня тачка была,
шмотки, труба навороченная.
А он чего? На макаронах сидит.
- Подтянул?
- Конечно, не чужой же.
- Чем занимались?
- Чем все остальные занимались.
Я тебе так скажу: мы помогали людям
урегулировать проблемы
в досудебном порядке.
Ну, в общем, в таком духе все.
Но, правда, уже к тому времени
все сходить начинало.
Потом я залетел - по дурке.
- Что случилось?
- Да отоварил там на трассе
одного особо дерзкого.
Ну, у него связи в прокуратуре.
Вот меня и отправили
подумать над свои поведением.
А потом, когда вышел, уже все.
Все по-другому было.
- Ну, а товарищ что?
- Витька, что ли?
- Ну да-да, Витька.
- Заметили Витьку,
начали вещи серьезные поручать.
Я даже не догадываюсь какие.
Потом он начал по гастролям
разъезжать.
А потом его же тоже приняли.
Но это уже позже, много позже было.
- А с кем он работал конкретно?
- Ты же понимаешь:
о таких вещах не распространяются.
Он не говорит -
я же не буду спрашивать.
Но слухи доходили.
- Так, что за слухи?
- Что на Симу пашет.
- Кто такая Сима?
- Ты чего, не местный, что ли?
- Ну, осваиваюсь, так сказать.
- Оно и видно.
Симановский. Швеллер.
Этот в свое время
половину города держал.
- Возможно, Красавин прав и там
какая-то неразбериха с экспертами.
Но это ж не повод сидеть сложа руки.
- Согласен.
- Так, во-первых, я предлагаю
провести повторную экспертизу.
- Сделаем.
- Далее: расспросить лучшего друга.
- Вы о ком?
- О Проценко, естественно.
- Так я говорил с ним.
- И?
- Ну, он сказал,
что Кулагин что-то там мутил,
но, что именно, он не знает.
- Понятно.
Курочкин встречался с родителями?
- Да, но там тоже голяк:
они не общаются.
Видимо, еще тот был сынок.
- А телефон?
- Не знаю. Наверное,
симку сменил, а других номеров
на нем не зарегистрировано.
- В общем, надо поговорить
с женой Пчелкина.
- Сделаем, Марья Сергеевна.
- Леня! - А?
- И с бухгалтером. - Лично займусь,
Марья Сергеевна. Я мухой.
- Ну, спасибо.
- Э, чего за дела?
- Здравствуй, Гена.
- Витя? Привет.
- Присаживайся.
Выпьешь со мной?
- Чего ж не выпить-то?
- Ну как ты? Жив-здоров?
- Да так, потихоньку.
Тут тобой интересовались.
- Я знаю, Гена, знаю. О делах потом.
- Швеллер, да? С ним же был связан
помощник Стрельцова - Рябинин.
- Да, я тоже его вспомнил.
- То есть чисто теоретически,
Рябинин может знать Мельникова.
- Ну, получается, да.
- Получается, он и с Дадашьяном мог
пересекаться, да?
- Мы этого не знаем, но да.
- Знаешь что странно? Зачем Рябинину
убирать Стрельцова? Они ж партнеры.
- Мы, если честно, вообще не знаем,
чем они в этом клубе занимаются,
поэтому... - И удивительно,
что Стрельцов еще жив.
Не такая уж сложная мишень
для Мельникова.
- Согласен. И вообще, не прячется.
- Да. Может быть,
Мельников как-то под специальную дату
все это оттягивает?
- Ну что думаешь?
- Либо у Рябинина изменились планы,
либо я просто не знаю.
- Ладно. Я тебе говорил,
что у нас появилась возможность
посетить закрытую вечеринку
в клубе завтра? - Нет.
- Ну так вот, товарищ Рябинин
подарил мне пригласительный
на две персоны, так что если у тебя
завтра вдруг появится возможность
и желание отдохнуть,
то милости просим.
- Если честно, вечеринки - не мое.
- И не мое тоже.
Я так, предложил просто, не знаю.
Может, мы пообедаем?
- Да, если быстро.
- Ладно. Ну, пойдем.
- В наше? - Да.
- Не тяжело вам?
- Да нет-нет. Что вы, ерунда.
- Как здорово,
что вы решили мне помочь.
Не знаю, что бы я без вас делала.
Пришлось бы второй раз
идти в магазин.
- Скажите, Инга, как так вышло,
что ваш муж не посвящал вас
в свои дела?
Вы прожили немало лет вместе.
- Именно поэтому, Леонид.
Потому что столько лет
прожито вместе.
- Вот сейчас я не понял.
- Вы не женаты?
- Да вот как бы...
- Вы знаете, так бывает.
Когда люди живут вместе 15 лет,
они внезапно обнаруживают,
что муж и жена -
абсолютно чужие друг другу люди
и у них нет общих интересов.
Поверьте, я делала все,
что в моих силах,
но одних усилий с одной стороны
недостаточно.
Семен просто решил, что наша
семейная жизнь подошла к концу
и меня можно легко променять
на молоденькую дурочку.
- Вот теперь понял.
И как давно все это?
- Не так чтобы очень. Может,
года полтора-два. Я не считала.
- Инга, а как вы думаете,
Семен мог покинуть Россию,
никого не предупредив?
- Вы знаете, сомнений на этот счет
у меня вообще нет.
Это фирменный стиль Семена.
Он же всегда в белом, ну а мы...
Вы понимаете где.
- Ну, пойдемте?
- Понятно.
Жаль, что ничего интересного.
Надеюсь, молодой добьется большего.
- Ой, да, я, конечно, знала,
что Семен совершает преступление.
Было бы абсурдно, если бы
я утверждала что-нибудь другое.
Я, конечно, не самый опытный
бухгалтер, но тоже что-то понимаю.
- Давайте еще раз. То есть вы
сознательно пошли на преступление?
Почему?
- Простите, Э...
- Эльдар.
- Эльдар, простите, за личный вопрос.
Вы всегда все делаете по правилам?
- Стараюсь.
- А вы женаты?
- Нет.
- То есть вам даже не понять,
когда хочется закрутить роман
с какой-нибудь 20-летней глупышкой
без мозгов, вот с такими глазищами,
и уехать куда-нибудь с ней
на край света? - Так, подождите,
речь сейчас не обо мне.
- Да. Так вот я не хотела
всю жизнь работать в кабинете
и слушать своих коллег.
Ой... как их достали школьные поборы,
когда начинается школьный базар
в этом году, и еще отдавать
ползарплаты за новый смартфон,
купленный в кредит.
Семен очень красиво все описывал.
- Извините за вопрос, а вы... вы?..
- А я, Эльдар,
была влюблена, конечно.
Потому что после его рассказов о том,
как мы приедем в Венецию,
проснемся пораньше,
возьмем на прокат гондолу,
будем кататься по пустующим каналам,
а солнце будет подниматься
над домами... Да, у меня не было
никаких шансов не согласиться.
- Ну, допустим.
- Наивная дура.
- Это почему?
- А потому, что мама меня
с самого детства предупреждала:
не надо доверять мужчинам.
Ваш кофе.
- Спасибо.
Давайте вернемся к делу. Скажите,
вы тоже считаете, что Пчелкин сбежал?
- А как иначе?
- Ну, мы проверяем разные варианты.
- Нет, этот самовлюбленный негодяй
сбежал, у меня нет никаких сомнений
по этому поводу. Как я его ненавижу!
Как я его ненавижу!
Ой... Эльдар?
- Да?
- Этот домашний арест меня
развращает. Хотите шампанского?
- Нет, я на работе не пью.
Анна, вы мне лучше скажите: вы никого
не оповещали о своих планах?
- Нет. О таком никто не говорит,
потому что так можно мечту промотать.
- Подумайте, это точно?
Просто это очень важно.
- Надо подумать.
Да, с шампанским
мне нравится больше думать.
Выпейте со мной один бокальчик,
я обязательно что-нибудь вспомню.
- Ну, хорошо.
- Можно?
Ну, оперативную информацию я добыл.
- С угрозой для жизни, что ли?
Что с тобой, Калимулин?
- Нет.
- Девушку вроде допрашивал.
Она что, на тебя напала, что ли?
- Ну, можно сказать и так.
Ей было скучно дома
под домашним арестом,
и полицейских она никогда
так близко не видела. Ну, и...
- Да ладно?
- Да.
- Ну, вот и представьте себе:
девушка сидит под домашним арестом
месяц уже, к ней приходит
молодой пацан, она, так сказать...
- Давай без подробностей.
- Да нет, Марья Сергеевна,
я его, конечно, наказал,
но, согласитесь сами,
парень-то неплохой,
информацию раздобыл.
- Значит, Уралова рассказала кому-то
о себе и Пчелкине.
- Да нет, никому она не рассказывала:
ни папе, ни маме,
ни братьям, ни сестрам.
Но есть любимая подруга -
как же не поделиться?
- Так. Что за подруга?
- Зовут Света.
Знакомы со школьной скамьи.
Работает где-то в торговле:
магазин у нее.
- Ну а что тут интересного?
- А интересное - это муж Светы.
Некий гражданин Артамонов.
- Угу.
- Четыре ходки: мошенничество,
разбой, угон, наркотики, похищения -
в общем, целый букет.
- Наш клиент.
- Вот, и самое интересное,
что, вероятнее всего,
если он от нее узнал что-то
про Пчелкина, мог сообразить тему.
- А ты не знаешь,
они знакомы с Кулагиным?
- Этого я не знаю, но Артамонов
месяц тому назад снял дом.
Где-то неподалеку от кольца
маленькое садоводство, в конце линии.
- Угу. Ты думаешь, там может
содержаться похищенный Пчелкин?
- Ну, если гараж Проценко был
перевалочной базой, почему нет?
- Вот этот факт уже достоин проверки.
- Может, проверим?
- Но только аккуратно.
- Обижаете.
- Привет, Олежа. Не отвлекаю?
- Привет, Маша. Нет-нет.
- Слушай, мне кажется,
я начинаю понимать,
что происходит в клубе "Удод".
- Поделишься со мной?
- А между прочим, вечеринка в клубе -
это не такая уж плохая идея.
(Звучит танцевальная музыка.)
- Дорогой друг, спасибо,
что не забыл. - Рад тебя видеть.
- Все спокойно, товарищ полковник.
Люди готовятся к активному отдыху.
- Не расслабляйтесь.
- Ни за что, товарищ полковник.
- Движение на чердаке!
- Стоять!
- Стою, стою. Все.
Можно только я сидя постою?
- Ты чего тут делаешь?
- Я - чего? Живу я здесь, милый.
Пивасика?
Продукты закончились,
надо в лабаз... Вы чего? Это память!
- Это мы изъяли.
- Куда? Память о женщине.
Была же у меня билетерша одна
знакомая... Бывшая.
Мужики, отдайте, пожалуйста.
- Ну чего с этим делать?
- Да отдай ты.
- Спасибо.
Миром любоваться буду, мужики.
- Спасибо.
- Приятного вечера.
- Благодарю вас.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Благодарю вас.
- Добрый вечер. Проходите.
- А это кто?
- Не знаю.
- Так узнай.
- Хорошо.
- Приятного вечера.
- Передай Гене.
Скажи, что я ему благодарен.
- Может быть, сам передашь?
- Если смогу, то передам сам.
- Ты уверен, что зайдешь туда
с оружием? Вдруг там рамки?
- Какие рамки?
Вечеринка для своих.
Спасибо, брат.
- Я тебя жду.
- Я помню, ты говорила, что хочешь
выглядеть незаметной на вечеринке.
- В смысле?
- Я не думаю,
что все эти мужики
вылупились на меня.
- Ну, извини, я не нарочно.
- Ну что, ты меня как-то посвятишь
в свой хитроумный план? - Конечно.
- Как дела?
- Нормально.
- Видишь охранника?
Надо отвлечь. Давай.
- Дружище, приветствую.
В общем, такая ситуация у меня.
Здесь где-то в зале ходит один чувак,
какой-то очень известный актер.
Проблема в том, что он хочет
увести у меня женщину.
Можешь, пожалуйста, набить ему морду?
- Какой актер?
- А я не помню.
Сейчас идет какой-то
дебильный сериал. Сейчас...
- "Градов"?
- О, точно, "Гадов" этот.
Да-да! Знаешь его, да?
- Это хозяин заведения.
Иди отсюда. Иди, иди. Иди!
- Серьезно?
Так ты его знаешь, что ли?
Дружище, слушай,
давай я тебе заплачу.
Вот прямо по-братски выручи, а?
- Слушай, иди отсюда.
Я сказал: уйди, не мешай!
- У тебя есть женщина?
Ты же меня понять можешь?
- Иди!
Долбанутый какой-то. Заберите его!
- Да какой я буйный?
- Рад, что вы посетили
нашу вечеринку,
но сюда посторонним вход воспрещен.
- Вы же говорили,
что в клубе нет видеонаблюдения.
- Допустим,
я предоставил неполную информацию.
А теперь прошу вас: выйдите отсюда.
- Вот это оборудование! Записываете
людей, чтобы потом шантажировать?
- Это наивные догадки,
которые вам будет сложно доказать.
- Ну и компромат! Может, и Шипенко
подал на вас из-за этого в суд?
- Без комментариев. - А Стрельцов
знает, чем вы тут занимаетесь?
- Мне вызвать охрану?
- Зовите, зовите. Ах!
(Слышны крики.)
- Что происходит?
- Господи! - Я не хочу...
- Всем сохранять спокойствие!
Полиция Санкт-Петербурга. Все хорошо.
- Что здесь происходит?
- Вызовите скорую.
- Да какая тут скорая?
- Рябинин!
- Я не при делах.
- Как ты его узнал?
- Ствол засек.
Чей это был заказ?
- А, это ты.
- Мы знакомы?
- Видел один раз.
Хотел нажать на курок,
а потом подумал: зачем?
Ты же мне ничего не сделал.
И мне не заплатили...
- Кто этот человек?
- Я не знаю.
- А она что здесь делает?
- Я не знаю.
- Ты понимаешь,
что у нас проблемы будут? - Знаю.
- Твою ж!..
- Полагаю,
нам больше здесь делать нечего.
Подбросить тебя до дома?
- Да, если несложно.
- То есть тот факт,
что Рябинин и Мельников
работали со Швеллером, -
это просто совпадение?
- Получается, что так.
- Если Рябинин утверждает,
что Стрельцов тоже в теме,
то я не понимаю, какой смысл ему...
- Знаешь что?
Мало ли что он утверждает.
- Ну, в любом случае никаких
разногласий между ними не вижу.
- Непонятно: зачем известному
артисту заниматься такими вещами?
- Хочешь, узнаю, сколько он в театре
получает? - Я догадываюсь.
- Что, бойцы, проспали все на свете?
Где жертва покушения? В клубе?
- В клубе, в клубе.
- Хорошо,
что все хорошо заканчивается.
- Что говорит актер
больших и малых театров?
- До сих пор не верит,
что его хотели убить.
- Заберете это дело себе?
- Ну, если учесть, что на Стрельцова
покушался тот же человек,
что убил Дадашьяна,
это было бы логично.
- Стрельцов узнал убийцу?
- Говорит, никогда не видел.
- Есть мысли, кто его мог заказать?
- Говорит, что без понятия.
- Жесткие диски изъяли?
- Изъяли,
но там произошел какой-то сбой:
диски оказались абсолютно пустыми.
- Естественно! Было бы странно,
если бы они это не предусмотрели.
- Да, такому оборудованию
наши спецслужбы позавидовали бы.
- Знаешь, мы подозреваем,
что тут писали известных гостей
с целью шантажа.
Поэтому пусть ваши специалисты
поработают с дисками.
- Компромат с целью шантажа...
И артист также замешан?
- Естественно.
- Не уверена.
- Ну, тут мы немножко расходимся.
- Ладно.
В любом случае шантаж не доказать.
Ладно, отличная работа.
- Да, служу Советскому Союзу.
Тебя подвезти?
- Ты когда-нибудь задумывался,
сколько человек ты убил?
- А у меня был выбор?
- Спасибо, что спас артиста. Поехали.


Серия 12

- Не передумал?
Если ты надеешься,
что тебя ищут, то зря.
Никому ты не нужен.
Час назад звонил шеф.
Он устал ждать.
Понимаешь, к чему я?
У тебя есть время: три дня.
И отсчет времени пошел,
начиная ровно с этого момента.
- Хотите? У бабушки взял.
Говорит, что вкусные.
- Нет, спасибо. Оголодал, Калимулин?
Силы после вчерашнего
восстанавливаешь, что ли?
- В смысле - после вчерашнего?
А чего вчера было?
- Ну как же? Уралову допрашивал.
Ловелас ты у нас, однако.
- Да ладно. Поплачет, поплачет
и нового себе Пчелкина найдет.
Кому я нужен с такой зарплатой?
- Ну, знаешь, много достойных
девушек, женщин, Калимулин,
которым интересны
не только твои деньги.
- А что им тогда интересно?
- Ну, не знаю...
Забота, беспокойство за тебя.
- У меня с этой работой ни времени,
ни денег - вообще ничего нет.
- Ладно. Разберемся.
Надо бы проверить тут все в округе,
посмотреть, как чего.
- Хорошо. Да, а группа захвата?
- Да ну ее к черту!
Сколько их ждать - не поймешь.
Ты потихонечку пройдись, посмотри.
- Хорошо.
- Ты это, Калимулин,
огурцы-то оставь.
- Хорошо.
(Звучит музыка.)
По телевизору: "Отличная обводка!.."
- Ай!..
По телевизору: "...и 21 номеру есть
пространство для открывания впереди.
Делает передачу... (Свисток судьи.)
Соперник будет подавать угловой.
Так, тренер готовится
сделать первую замену.
Так, мы видим, он решил
немного изменить расстановку.
Питерцы начинают опасную атаку.
Так, неплохой удар.
Блестяще сыграл защитник..."
- У тебя не треснет?
(Хрюканье свиней.)
- Жратва.
(Хрюканье свиней.)
- Семен! Семен, ты тут?
Семен, тут?
Да...
- Опа. Ты кто такой?
- Я...
- Ты, ты! - Я полиция.
- Какого хрена? Кто такой?
- Да опустите вы оружие.
Заневский район. Вы чего? Опустите!
А-а!
- Стоять! Полиция.
Вилы брось и ручки подними. Давай.
Ну что, Калимулин, удобно тебе там?
- Да как-то не очень.
По телевизору: "Раскатали соперников,
завладели мячом..."
- Здорово, мужики, а вы чего,
дом решили посмотреть?
- Можно и так сказать.
- А я тогда сейчас за другом схожу.
- Нет-нет, друг занят,
без него показывай.
(Звонит телефон.)
- Да, Леня.
- Марья Сергеевна, утро доброе.
Кораблев. Не рано?
- Нормально. Говори.
- Ну что, в общем,
Артамонов - это ложный след.
- Почему?
- Ну что, человек снял дом
и решил его продать.
- В смысле?
- Ну, снял дом, сделал фальшивые
документы, выставил дом на продажу.
- А, ну и что?
- Мы тут проверили территорию,
следов Пчелкина не обнаружено.
- Знаешь что,
поищите следы на предмет
человеческих останков на территории.
- Что?
- Ты меня услышал.
- А. Ну понял, понял. Хорошо.
- Давай.
- Швецова сказала
проверить территорию
на предмет человеческих останков.
Свяжись с кинологами, пусть они
мопса какого-нибудь пришлют.
- Можно я хотя бы помоюсь,
переоденусь, нет?
- Надо только найти
какие-нибудь вещи потерпевшего.
Я тогда к жене, может,
у нее что-нибудь есть?
Ты дезодорант, может,
какой-нибудь купи. - Спасибо. Да.
- Придумай что-нибудь.
Калимулин, так нельзя.
- Здравствуйте, Андрей Николаевич.
- Здравствуйте. Можно просто Андрей.
- Да. В пятницу последняя серия
сериала "Градов",
и мы все с нетерпением ждем,
чем закончится расследование,
которое затеял ваш герой и которое
чуть было не стоило ему жизни.
- Да неизвестно, чем закончится
для героя этот сериал.
Но могу вам сказать точно, что речь
пойдет о чем-то более важном,
чем просто его жизнь.
- Благодарю за спойлер,
как говорится, но я хотела
спросить вас о другом.
Скажите, пожалуйста, кто для вас
Градов: посторонний человек,
предмет скрупулезной работы,
насколько он далек от вас
или, наоборот, насколько близок?
- Вопрос понятен.
Признаюсь, когда мы получили
сценарий, честно, - такая муть!
Да. Но мы прямо на площадке
с коллегами
пытались что-то изменить, править.
Но не суть.
Главное, что на основе
этого материала я понял,
кого я хочу показать зрителям.
- Кого?
- Себя.
- Вот так, без лишней скромности?
- Хотелось бы показать,
каким меня хотели видеть родители,
какое дали воспитание.
Я бы сказал так:
три маленьких столбика,
на которых основывалось
мое воспитание, -
это честность, справедливость
и образование.
- Выражаясь молодежной речью,
вашим родителям респект.
- Извините, пожалуйста, тороплюсь,
нужно начинать, спасибо.
- Да-да, конечно. Всего доброго.
- Всего доброго.
- Даже не знаю, что вам дать.
Я же все перестирала.
- Дайте что-нибудь: верхнюю одежду,
обувь - все равно.
- Действительно. Извините меня,
пожалуйста, я ничего не соображаю.
- Ничего страшного, все нормально.
(Звонит телефон.)
Алло. Слушаю. Да, все верно, продаю.
Торг уместен только у капота.
Извините, пожалуйста,
я сейчас очень сильно занята,
перезвоните мне буквально
минут через десять. Спасибо.
А на чем мы остановились, простите?
- Что вы говорите?
- На чем мы остановились?
- Обувь.
- А, да.
Вот любимые кеды Семена.
Он часто их носил, когда бегал.
- Я могу забрать, да?
- Да, пожалуйста.
- Спасибо.
Машину продаете?
- Да, все верно.
- А что, старая стала? Посыпалась?
- Да. Да и просто хочется что-то
новенькое. Хотите приобрести?
- Нет-нет, спасибо,
меня своя устраивает.
Ну, я тогда пойду?
Я верну, не беспокойтесь.
- Держите.
- Нюхай. Обыск!
- А им не нужна буква Р?
- Обыск! Обыск!
- Ищи, Викинг, ищи.
- Не нашел ничего.
- Ладно, давайте.
- Ну, я понял. Возвращайтесь. Отбой.
В общем, собака ничего не нашла.
- Поведение жены Пчелкина
подозрительно, конечно.
- Машину продает.
Мало того, я банк запросил -
все деньги со счета сняла.
Драгоценности продает:
кольца, серьги, прочее.
- Зачем ей столько денег?
- Вот.
Если следовать вашей логике -
если муж не сбежал,
значит, его что, похитили?
- Выкуп готовит?
- Ну а что еще?
- Получается, людям мало денег,
которые Пчелкин вывел в офшор,
им нужно еще немножко.
- Ну да. Настало время
поговорить с Ингой?
- Зачем?
- Ну, не знаю, зачем.
Может, она решила пластику
себе сделать или ремонт в квартире,
а мы будем только зря время терять.
А может, еще что?
- Молодого пошлешь?
- Да нет, в этот раз сам пойду.
- Пара дней у нас есть,
ограничимся наблюдением.
- Ну, как скажете.
- Угощайтесь.
- Нет-нет, спасибо.
- Зря. Их мама готовила,
они очень вкусные.
- Да я верю, верю.
Мама на работу собирает, да?
- Угу.
- Здорово.
- А скажите, где лучше работать:
в Питере или в Москве?
- Тут смотря что у тебя в приоритете.
- Сейчас - где платят больше.
- Ну, тогда точно не здесь.
А зачем тебе много денег?
- Пока еще не придумал.
Наверное, чтобы от мамы съехать,
но недалеко.
Чтобы ей помогать.
Я ее люблю.
Но все-таки не положено
оперу с мамой жить.
- С другой стороны, мама всегда
может одежду постирать.
- Что, воняет до сих пор?
- Нет-нет-нет. Так, сосредоточились.
- Шустрый какой!
- Не говори.
Это что такое здесь?
Женские трусики, что ли?
- Чем воняет?
- Заткнись!
- К сожалению, я понятия не имею,
где в данный момент
находится Семен Пчелкин.
- То есть? Это же вы написали письмо
Инге с предложением
собрать пять миллионов в обмен
на информацию о Пчелкине. Так?
- Так.
- А сейчас утверждаете,
что не знаете, где он. Так?
- Так.
- Я не понимаю.
- Я подумал, что раз Семен
так и не объявился -
ни здесь, ни там, то у меня есть шанс
немножко подзаработать.
- Немножко?
- Ну, для кого-то это немножко.
- Вы-то сами что думаете?
- Насчет чего?
- Где Пчелкин?
- Сначала я подумал, что он сбежал,
а теперь мне все равно.
- Понятно.
Ладно, так... Здесь у нас
суть делового мероприятия.
- Также это называется
явка с повинной.
- Вот именно.
- Во дает, смотри! Подчиненный,
подставивший его начальника -
такой же мошенник.
- Да.
Размах, конечно, не такой,
но тенденция просматривается.
- В каком инкубаторе только росли?
Не отвечай: вопрос риторический.
Есть понимание, куда мы движемся?
- Конечно.
- Да? Ну.
- Во-первых, вместе с Пчелкиным
пропала его машина,
так что проверяем авторазборки.
- Ну правильно, да.
- А потом изучаем, конечно,
биографию Кулагина. Да, пока ничего,
но мы-то надежду не теряем.
- Упорная ты, Марья Сергеевна, -
не отнять.
- Не верите, Виктор Иванович?
- Нет,
не буду отвечать тебе,
с твоего разрешения.
- Господи. Спасибо.
- Пожалуйста.
- Был неправ. Смотрел на ситуацию
со своей колокольни -
однобоко, нюх потерял.
Переучиваться, конечно,
уже поздновато, но я...
буду стараться.
- Это все к чему?
- А-а...
И только не принимай решение...
быстро.
Ну просто я старый, ранимый,
меня это может травмировать.
Вот. Ну и, если что, на коврик
возле двери не надо,
лучше в почтовый ящик.
- Андрей Николаевич!
- Барышня,
я не очень понимаю, что происходит.
Мы только что сидели в кабинете
у полковника Заболоцкого,
или мы должны давать объяснения
всем правоохранителям этого города?
- Буквально минутку.
- Мария! - ...Сергеевна.
- Не трать свое время.
- Борь, все нормально.
Я догоню. Давай.
- Твое право.
- А вы все-таки настойчивая.
Я внимательно вас слушаю.
- Я...
- Только хотел бы вас попросить
избегать вопросов
о системе видеонаблюдения.
Сейчас везде такие ставят.
Да, я знаю, что мой друг утверждает
в обратном - видимо, не хотел
подставлять наших гостей.
- Боюсь, что это невозможно. Ведь
именно из-за системы видеонаблюдения
вас вчера чуть не убили.
- А вот это неизвестно.
Ни я, ни вы не умеем читать мысли,
тем более мысли трупов.
- Вам кажется это смешным?
Люди могли пострадать.
Вас это реально не беспокоит?
- Беспокоит меня это или нет -
это очень личный вопрос.
- Может, хватит молчать?
Вы должны все рассказать.
- Именно это я и сделал.
- Но вы же не сказали,
кто заинтересован в вашей смерти.
- Видимо, потому что мне неизвестно.
- Хорошо, хотите мое предположение?
- Так.
- Этот Рябинин сделал из вашего
бизнеса фабрику компромата.
- Я прошу прощения, но я не хотел бы,
чтобы очерняли моего товарища,
с которым мы работаем много лет.
- Угу.
- Если у вас есть конкретные
аргументы, давайте встретимся в суде.
Прошу прощения, у меня репетиция,
очень тороплюсь.
- О! "Репетиция - любовь моя"?
- Константин Сергеевич. Неплохо.
Кстати, прекрасно выглядите.
- Ну что?
- Похоже, ты прав: все он знает.
- И что, он прям никак не подсветил
нам своих заказчиков?
- Я не понимаю почему.
- Может, он какой-нибудь бесстрашный
или крутой, как этот его... Градов.
Я посмотрел, кстати, одну серию.
- Серьезно?
- Но "Отелло" мне понравился больше.
У меня два варианта: либо он как-то
договорился со своими врагами,
либо он просто не верит,
что мы ему как-то можем помочь.
В любом случае мы что,
в режиме ожидания?
- Боюсь, у нас нет времени.
- Слушай, а чего такое пристальное
внимание к этому Стрельцову?
Может, где-нибудь сядем, кофе попьем?
- Ладно, пока.
- Серьезно, он тебе нравится, что ли?
(Звонит телефон.)
- Да, Марья Сергеевна.
- Привет, Леня. Не отвлекаю?
- Да нет. Извините, я жую.
- Слушай, смотри...
Знаешь, о чем я подумала
после разговора с заместителем?
- Нет, не знаю. О чем?
- Пчелкин исчезает в самый последний
момент, что довольно рискованно.
- Ну, так он в принципе
парень рисковый.
- Получается, у него был
осведомитель.
- Справедливо. Но, с другой стороны,
странно, если бы его не было.
- Который был в курсе всех
его экономических проблем.
- Либо у которого есть доступ
к этой информации.
- Ну, и какой вывод? Надо его найти.
- А как вы себе это представляете,
если даже правая рука
не в курсе дела?
- Ну, знаешь,
у предпринимателей такие люди
часто на зарплате сидят.
- На зарплате?
- Да.
Давай, в любом случае, начнем с того,
что еще раз поговорим с бухгалтером.
- Поговорим. Все?
- Угу. Пока.
Бусь!
- Ой, навскидку сложно сказать.
Ты понимаешь, что через меня каждый
день проходили десятки платежей:
зарплата, поставщики, кредит, аренда.
- Да конечно понимаю.
- Покупка оборудования,
организация корпоративов,
обнал на зарплаты.
- Ты серьезно?
- Господи, да все так делают.
- У нас так не делают.
- М-м!
- Что?
- Вспомнила! Есть одна контора,
которой мы последние два года
закидывали по 50 тысяч в месяц.
- Ага.
- Я как-то Семена спросила
о назначении платежа,
и он задумался.
- И?..
Какое в итоге назначение платежа?
- Обучение персонала.
Это при том, что у нас никто
никогда никого ничему не обучал,
потому что Пчелкин этих обучальщиков
даже на порог не пускал.
Он сказал: "Жизнь научит".
- Так, и за что он в итоге
деньги перечислял?
- Да я понятия не имею.
Ну, меньше знаешь - крепче спишь.
- Допустим. И что это за контора?
- Ну да, навскидку - типичная шарага,
когда директор и бухгалтер -
одно лицо,
да адрес еще в резиновой квартире.
Да, но оборот приличный.
- Угу. А кто в учредителях?
- Ефим Морошкин. Да.
- Ну вот, надо проверить.
- Прошу.
(Романтичная музыка.)
А вот и мое гнездышко.
- Тут мило.
- Проходи, располагайся.
Только не вздумай чувствовать себя
как дома, потому что ты не дома.
- Хам.
- Несмотря на свое хамство,
готов предложить тебе шампанского.
Или ты сразу в душ?
- А можно мне шампанского в душ?
- Хороший вариант.
Не вижу противоречий.
А, да! Вон там.
(Хлопок пробки от шампанского.)
Уже?
Тихо-тихо-тихо.
Тише-тише-тише.
"Мне нужна запись". Какая запись?
Все равно убьешь.
Все-все-все! Я понял.
Она рядом здесь, в сейфе.
Можно?
Послушай, передай Щеглову,
что я приношу извинения,
вышел перебор.
Он сам бизнесмен, должен понимать,
что это только бизнес,
ничего личного.
Послушай, там, в сейфе,
много денег - бери все!
Давай позвоню, привезут еще.
Слышишь?!
- Милый, а где шампанское?
- Твою ж!..
Где?
- Я? Здесь.
Милый, а что ты делаешь?
Это какая-то репетиция?
У тебя все?..
- Коньяку налей.
- У тебя все хорошо?
- Я говорю: коньку налей!
Дай сюда.
(Кричит, рычит.)
Сейчас...
- Девочки, за нас.
- Давай.
- Тема, конечно, классная, но есть
одна штука, которая меня напрягает.
- Какая штука?
- Жилье элитного класса,
купцы - не какие-нибудь Васи
с базара, загреметь можно на раз-два.
- Не бойся, порешаем.
- Посадят в багажник, отвезут
в предгорье Северного Кавказа
и пустят на шашлык. Мне это не надо.
- Что такое? Кто-то знакомый?
- Щеглов,
заместитель по общественной
безопасности.
- Ничего себе! А ведь Олег говорил,
что, скорее всего, у Дадашьяна
есть крыша среди правоохранительных
органов. А это Щеглов?
Человек знает,
за какие ниточки дергать.
- Недолго ему осталось.
- Думаешь?
- Мошенничество
в составе организованной группы
мы можем предъявить ему уже сейчас.
- Слушай, давай сначала.
Значит, Дадашьян вместе с Щегловым
организовали мошенническую схему
по продаже элитного жилья,
и у обоих хватило ума
обсуждать это в клубе,
напичканном аппаратурой.
- И его владельцы завели привычку
трясти деньги
с разговорчивых посетителей.
- Вот именно. Скорее всего,
и Щеглову предложили заплатить.
Тогда Щеглов посылает
в клуб Дадашьяна
вместе с бандой молодчиков,
тот с задачей не справляется,
мало того, еще и в тюрьму попадает.
Он просто становится опасным
для Щеглова.
И тогда - видимо, после этого, -
Щеглов нанимает Мельникова,
чтобы устранить Дадашьяна
и шантажистов.
- Интересно, а Рябинина Щеглов
тоже собирался устранить?
- Это надо у него спросить.
- И чего добивался этот артист,
который хранил у себя компромат?
Он что, так и думал, что это все -
театр, а не реальная жизнь?
- Артист... Может, жажда наживы.
- Спросим.
- Ладно, я к себе.
- Слушай, а откуда у вас эта запись?
- О! Олег принес.
Но свои методы он не выдает.
- Олегу больше человеческое спасибо.
- Да, он у нас герой.
- Привет.
Нормально все? Я, честно говоря,
даже не хочу спрашивать,
что там случилось после.
- Настоящий кошмар:
он за десять минут
выдул бутылку коньяка,
у него случилась настоящая истерика,
а потом он вырубился.
- Ну и слава богу.
Спасибо, что откликнулась.
- Да не за что.
Это тебе спасибо. За мной должок.
Когда в Москву?
- Ну... Я, вообще, здесь.
Тебя подвезти на вокзал?
- Да нет, лучше в аэропорт.
(Стук в дверь.)
- Да-да?
- Здрасте.
Курочкин Федор Михайлович,
уголовный розыск.
Мы с вами по телефону разговаривали.
- Здравствуйте.
Да-да-да, помню.
Чай не предлагаю: чайник сломался.
- Ничего страшного, потерплю.
Нас интересует ваш партнер -
ЗАО "Медопткомплект".
- Есть такие.
- А не подскажете,
какого рода услуги вы им оказываете?
- Обучение персонала.
Там же написано.
- А, если не секрет, чему обучаем?
- Всему: управленцев - управлять,
продавцов - продавать,
предпринимателей - предпринимать.
- Знаете, я общался с барышней,
их сотрудницей,
и она говорит, что вас,
например, там ни разу не видела.
- Еще бы она меня там видела!
Дистант.
Мы поставляем обучающие программы,
а они по ним учатся.
- Ясно.
А вот эти обучающие программы -
с ними можно ознакомиться?
- А как же?
Вы же не считаете,
что мы какие-нибудь жулики?
Оставьте свой электронный ящик,
и мы вам все пришлем.
- "Мы"?
То есть вы там не один работаете?
- Нет, я работаю один.
- Леня,
я в этом не большой специалист,
но думаю, что все это -
филькина грамота.
Яйца выеденного не стоит
все это обучение.
- Пчелкин каждый месяц кидал
приличные деньги им.
- Я убежден, что здесь что-то не так.
- Морошкин, ты говоришь, жук?
- У него что, на лбу это не написано?
- С биографией его знаком?
- Образование юридическое.
Всю жизнь только тем и занимался,
что командовал лавочками
из одного человека.
- И в поле зрения правоохранительных
органов не попадал?
- Один раз: два года назад.
- Два года назад...
Так это как раз с того момента,
как Пчелкин стал платить за обучение.
Дело его смотрел?
- Там спор хозяйствующих субъектов,
но все обвинения сняты.
- Дело мне покажи.
- Значит, Красавин пытался
посадить Морошкина?
- Ну да.
- Красавин реализовывал Пчелкина.
- Все верно.
- И Морошкин оказывал Пчелкину
услуги по обучению персонала.
- Не услуги: он просто бабки брал.
- Угу. Надо проверять
остальных клиентов Морошкина.
- Так проверили, Марья Сергеевна.
Оказывается,
что все фирмы были зарегистрированы
в Заневском районе.
С Морошкиным начали работать
около двух лет назад почти.
- Это как раз тогда,
когда они познакомились.
Значит, теоретически, Красавин мог
поставлять бизнесменов Морошкину.
- Да, только не понятно:
за что бизнесмены деньги платили?
- Ты разве не знаешь о таких случаях,
когда плохие полицейские получают
деньги за информацию -
от бизнесменов?
- Да нет, все понятно,
Марья Сергеевна.
Стало быть, Красавин был
просто осведомителем Пчелкина,
тот ему за это премию платил.
- И получается,
Красавин не врал, когда говорил,
что Пчелкин сбежал,
раз он сам его предупредил.
- Непонятно,
как Пчелкин в гараже оказался.
- Знаешь что, надо выяснить связь
между офицером полиции Красавиным
и гопником Кулагиным.
Может, они вместе в хоккей играли
или в армии служили.
- Понятно. Проверим, Марья Сергеевна.
- Вы чего?
Какая экономическая безопасность?
Дюша дважды два не мог сложить.
Мы чего с ним сцепились-то?
Он свою развалюху с пробегом за 300
вчетверо дороже купил.
Он в 3-м классе
на второй год остался.
- Это я понял.
А такое имя, как Алексей Красавин,
вам ни о чем не говорит?
- Нет, не говорит.
- Жаль.
- Васю Красавина знаю.
Росли с ним вместе.
Он сейчас тоже по ерунде сидит.
А Алексея - нет.
Я не знаю.
- Вася?
- Вася.
- Вася, Вася... Нет.
- Марья Сергеевна, такая информация:
Кулагин был, оказывается,
знаком со сводным братом Красавина,
который сейчас сидит.
Там похищение, вымогательство.
Давайте пригласим Красавина,
поговорим,
поймем, что он там себе думает.
- Ни в коем случае!
- Да почему? - Мне кажется,
Красавин узнал о планах Пчелкина:
что тот собирается покинуть страну.
Похитил его и заставил
вернуть украденные деньги.
- Это как-то излишне благородно,
вам не кажется?
- Так не государству же, а себе.
И тут у нас вилка:
если Пчелкин поддался на давление
и вернул деньги -
значит, он уже мертв,
и тогда найти его тело
шансов у нас никаких.
- А если он жив?
- Если он жив,
ты придешь к Красавину
с расспросами - и что?
- Тогда мы ему подписываем
смертный приговор. - Вот!
Поэтому нам нужно аккуратно выяснить,
где содержится Пчелкин.
- Я не знаю.
Может, опять гараж какой-нибудь?
- Гараж - не самое подходящее место:
там человека можно продержать
день-два, не вызывая вопросов.
- Да, да.
- Так что, если он жив,
вряд ли он в гараже.
Слушай, есть у меня
один подходящий вариант.
- Поделитесь.
- Добрый день, Андрей Валерьевич.
- Что этот барыга о себе возомнил:
что у него две жизни?
- Без понятия.
- Эй, трудовые резервы, подъем!
Ну чего, враг народа, не передумал?
- Воды...
- "Воды"?
Организуй ему.
Ну что, напился?
А теперь пойдем яму копать.
Лопату-то держать сможешь уже?
- Нужен телефон и компьютер.
- Другой разговор. Подними его.
- Вставай! Подъем!
- Олег, а это единственная дорога
к коттеджу?
- Нет, там дублер еще есть,
но он так себе, неудобный.
- Нет, вообще-то, штука классная:
раньше бы двое суток
на это потратили. - Ага.
Вот, попался. Минут сорок назад.
- Есть смысл вызывать группу захвата.
- Да нет, зачем?
Может, мы сначала сами прокатимся,
а то выяснится, что человек
там просто по другим делам ездит.
- Ты думаешь? Слушай, Олег...
- Точно. Мы с Калимулиным
сейчас сгоняем быстро.
- Ну, что там?
- Соединение устанавливается.
- В час по чайной ложке!
Тоже мне, швейцары!
Не могли попроще завернуть?
- Все, установлено.
- Давай, давай, давай!
- Давай.
Давай, не бойся.
Раньше надо было бояться.
- Ключ...
- Что?
- Электронный ключ...
- Флешку, которую мы у тебя изъяли?
- Да.
- Говори по-русски.
Так, вот твой ключ.
А это - реквизиты получателя.
Давай, приступай.
- Туа... - Что?!
- В туалет, кажется, хочет.
- Так, Глеб,
уведи этого писающего мальчика.
- Вставай, пошли. Вставай, вставай.
- Черт, калитка!
Ты куда смотрел, идиот?!
- Я думал, он еле ползает.
- "Думал"! Индюк тоже думал.
- Эй! Ты далеко собрался?
Знал бы ты, как ты меня достал!
И все из-за какого-то
вонючего миллиарда?
Слушай, Портов нам от него
чего-нибудь надо?..
- Полиция! Руки за голову.
- Эльдар, ты опасный человек,
ты это знаешь?
- Я так-то в голову целился.
- Тем более.
- Гильзу надо искать?
- Придется. - Хорошо.
- Здравстуйте. Я жена.
Мне сказали, что можно.
- Здравствуйте. Да, мы уже закончили.
- Здравствуйте.
- Всего доброго. До свидания.
- До свидания. - До свидания.
- Семен, господи,
что же они с тобой сделали?
- Простите, а в какой палате
лежит Пчелкин?
- Кто? - Пчелкин.
- Пчелкин - в 5-й палате.
- Ага, спасибо.
- Дела о мошенничестве
никто не отменял,
так что Красавина будут проверять
на причастность к похожим эпизодам.
- Ты хочешь сказать,
что до этого были дельцы,
которые пропадали здесь
и не появлялись там?
- Были. Не один и не два.
- Понятно.
Ну что, ладно, пусть проверяют.
Нет, ну сколько надо человеку?
Как же так...
Миллиард!
А мне его положить даже некуда.
Марья Сергеевна, а если бы не тот
пластиковый стаканчик -
ох они раздербанили бы
этого мошенника!
Он думал, что он умнее всех.
И что получилось?
Так. Ну что, Марья Сергеевна,
спасибо за работу.
- Привет.
- Привет.
- А ты что делаешь?
- Ужин готовлю. Разве не видно?
- А я зачем еды купил?
- Ну, молодец, не пропадет.
- Ставь и помой руки.
Почисти картошку, пожалуйста.
- Без проблем.
- И включи мне телевизор -
у меня там "Градов" начинается.
- Ты что, смотришь эту муть?
- Кораблев, я не поняла.
- Какой канал?
- Ты можешь со мной не смотреть,
пускай он просто фоном идет.
А потом мы сядем ужинать
и выберем что-нибудь вместе.
- Рита...
Что, размер не подошел?
- Но мы же никуда не торопимся.
- Привет. А я прилетела.
- Привет. Ты прилетела? Круто!
- Да. Соскучился?
- Конечно же скучал, да!
Да, скучал.
- Ну что, сегодня увидимся?
- Слушай, да. Я сегодня в мастерской
на работе. Да, заказов очень много.
Давай завтра?
- А, сегодня не можешь?
В мастерской? Ну ладно, давай завтра.
- Да, завтра, ага.
Все, хорошо. Давай, целую.
Все, пока. Пока, да.
- В мастерской...
- В который раз удивляюсь:
это платье тебе очень идет!
Серьезно, серьезно тебе говорю!
- Спасибо!
- Иди ко мне.
- Такой ты классный у меня.
- Прошу. - Спасибо.
(Звонит телефон.)
- Да, привет.
- Маша, привет. Отвлекаю?
- Да нет, говори.
- Просто хотел узнать, какие новости.
- А, новости? да.
Щеглову предъявили букет обвинений.
Конечно, он вину отрицает.
Отправлен в следственный изолятор.
- А что с доказательствами?
- Доказательств хватает,
не переживай.
- А актер и его правая рука?
- Ну, обвинения, конечно, отрицают.
С другой стороны,
если Заболоцкий уговорит Шипенко
написать заявление,
все очень быстро изменится.
- Понятно.
Ну, бог ему в помощь. Слушай,
хотел обратить твое внимание на то,
что сегодня прекрасная погода.
- Согласна.
- Может, рванем на залив?
- Прямо сейчас?
- А что тебя сдерживает? Или кто?
- Ну разве что Бусенька.
Хорошо, заезжай.
- Тогда я заеду. Давай.
Швецова: - Алло?
- Мама, привет.
- Златик, привет, малыш!
- Почему со мной всегда
такое происходит?
- Что случилось?
Что-то со стажировкой?
- Нет. Я не хочу по телефону.
Хочу скорее тебя увидеть.
- Когда ты приедешь?
Билеты смотрела?
- Да я уже прилетела.
Не было никакой стажировки.
- Ты в Питере?
- Да.
- Где?
- Я не знаю.
- Ладно. Оставайся на месте,
я сейчас... Подожди,
что-нибудь придумаю.
- Хорошо.
- Да, Олежа.
Платонов: - Уже еду.
- Подожди, подожди,
мне нужна твоя помощь. - Что такое?
- Златик прилетела,
можешь ее привезти сюда?
- Конечно. Скинешь ее номер?
- Да, сейчас номер скину.
Ага, спасибо.
Ох, господи, эти дети...
- Злата?
- Да. Как вы догадались?
- Здесь больше нет девушек
с чемоданом.
Ну, что с настроением?
- Все нормально.
- Парень?
Козел?
Бывает. Поехали. Сыро здесь.
- И что этот Егор?
- Да, мы с Олегом уже поговорили.
- Серьезно?
- Да, сейчас больше на себя злюсь,
конечно.
За мной в Англии
такой парень ухаживал!
Но вроде бы здесь меня Егор ждал...
Сейчас ни Егора, ни того парня.
- Да ладно. Твоя судьба тебя
везде найдет.
Я, конечно, рада, что ты приехала.
- А Олег? Он просто коллега?
- А... просто дрова рубит...
Шучу. Ну так...
Нравится? - Да. Давай себе заберем?
- Давай.


Серия 13

- На лед приглашается
Георгий Арабов.
Школа фигурного катания
Ольги Арабовой,
персональный тренер - Ольга Арабова.
(Звучит музыка.)
- Что с акселем?
Я спрашиваю, что с прыжком.
- Недокрутил.
- Я видела, что недокрутил. Почему?
- Мама, у меня и так самая лучшая
программа, ни у кого такой нет.
- Гоша, мне наплевать на других.
Я хочу, чтобы ты делал то,
что мы тренируем,
иначе я не понимаю, что происходит.
- Хорошо.
- Откатаешь чисто - будет шанс
зацепиться. Слышишь?
- Да.
- Просто сделай то, что ты умеешь.
И не волнуйся.
- На лед приглашается Виктор Бобров.
Школа фигурного катания номер 1,
личный тренер - Антон Борисов.
Куртку сними.
Давай, вперед.
(Звучит музыка.)
- Да что ты там разлегся-то?!
- Ольга Александровна, ваш сын -
двукратный чемпион города.
В этом году вы планируете
замахнуться на первенство страны?
- Естественно.
- Но чтобы показать там результат,
нужно выполнять
больше технических элементов.
- Значит, мы будем их выполнять.
- Когда в программе вашего сына
появятся тройные?
- Он уже их прыгает.
Пока только на тренировке.
- Ольга Александровна, вопрос,
который волнует наших читателей:
скажите, а сколько нужно денег,
чтобы подготовить чемпиона?
И правда ли, что, если бы не помощь
вашего бывшего мужа?..
- Мой бывший муж ни копейки не дал
на подготовку Георгия.
Более того, если бы он это сделал,
я бы немедленно вернула ему деньги
в полном объеме.
А секреты успехов моего сына -
пахота 24 на 7,
отказ от всего лишнего и ненужного,
что мешает сосредоточиться,
а также ясное понимание
объема работы,
которую мы вместе должны сделать.
- Но тренировочные сборы,
аренда катка
и, наконец,
этот очаровательный костюм,
в котором Георгий сегодня выступал?
- Финансирование карьеры моего сына-
мой вопрос,
который больше никого не касается.
Спасибо, интервью закончено.
- Вам плохо? Вам плохо?
- Ольга Александровна...
- Срочно врача! Врача! Срочно!
- Что с тобой? - Осторожно.
- Наташа?
- Маша!
- Привет.
- Тебя не узнать.
- А ты не изменилась.
- Как я рада тебя видеть!
- Взаимно.
- Слушай, это сколько, получается,
мы не виделись?
- Ну как? Как специализация началась,
ты выбрала гражданское,
а я - уголовное право. Сколько лет?
А, не важно.
- Не говори.
А чашечку будьте любезны.
Пожалуйста.
- Сейчас сделаю.
- Чем ты занималась все эти годы?
- Я юрист по международному
морскому праву.
Работаю в "Совморфлоте" -
в судоходной компании,
в их филиале в Лимасоле.
- Это на Кипре? - Да.
- Вот это работа! Тепло...
А зачем ты вернулась?
- Влюбилась. Познакомились,
когда он отдыхал...
- Спасибо.
- Спасибо. ...с друзьями на Кипре.
И вот спустя год я здесь.
Перевелась в питерский филиал
"Совморфлота".
Честно говоря,
я уже давно хотела пообщаться,
но в соцсетях тебя не найти.
- Да ты что, соцсети -
вообще не про меня.
- Я уже поняла.
- Взяла бы телефон
у Альберта Валентиновича.
- Но, видишь ли, я здесь
не только ради светских бесед.
У меня к тебе огромная просьба,
связанная с твоей работой
следователем.
- Что-то случилось?
- Это касается моего мужа Никиты.
Его родителей жестоко убили,
когда он был еще ребенком.
- Ужас!
- Ну да.
Убийцу осудили, но он сбежал.
А потом вроде как погиб.
Но неделю назад муж увидел в газете
фотографию мужчины,
который как две капли воды
похож на убийцу.
- И чего хочет твой муж?
- Я боюсь даже думать об этом.
Я ему сразу предложила
обратиться в полицию,
но он считает,
что его никто слушать не станет.
Сказал, что сам разберется.
А когда я спрашиваю, как именно
он хочет разобраться, молчит.
Я боюсь, что он дров наломает,
и что делать, не знаю.
- Да, официально
за это никто не возьмется.
Ну, давай я для начала
поговорю с ним.
- Машенька, это было бы чудесно.
Проси, что хочешь, за это.
- Ничего не надо. Я ничего не обещаю.
- Понимаю. Но по-любому
огромное тебе спасибо.
- Пока не за что.
- Интересно, куда подевались
все официанты.
Аллилуйя!
- Приятного аппетита.
- Леня, добрый день.
- Здрасте, здрасте.
- Приятного аппетита.
- А?
- Приятного аппетита.
- Ну спасибо.
- Слушай, я тебе хотел
одну штуку показать.
Ну никак не пойму,
что бы это значило!
- А что там?
- Долго рассказывать.
Ты бы глянул одним глазком.
- Давай.
- Если тебе удобно.
- Давай посмотрим. - Пойдем.
- Что там у тебя?
- Пойдем-пойдем.
- Ну, что скажешь? Женщина красивая.
Инфаркт, что ли?
- Да она даже скорой не дождалась,
поэтому у нас оказалась.
- Муж, что ли, довел?
- Ничего не знаю насчет мужа,
но по поводу инфаркта
у меня есть вопрос.
- У тебя вопросы по поводу инфаркта?
- Да.
Как я говорил, классическая
ситуация - перекрывание артерии.
- Ну понятно, я классическую картину
инфаркта знаю.
- Да-да. Странности следующие:
периферийные сосуды
находятся в очень даже хорошем
состоянии.
- Так, понятно.
- Далее.
Повреждение печени
очень специфическое.
Не как при гепатите либо при...
- Как когда пьют много, да?
- Да-да.
- Ну понятно.
- Смотри, еще сыпь на шее.
Я отправил фотографию знакомому
дерматологу, а он растерялся.
- А может быть,
у тебя дерматолог левый.
- Нет, кандидат наук.
Еще смотри, последний момент.
Иди сюда. На, держи.
Смотри. Вот, видишь?
- А-а.
- Очень похоже на след от укола.
- Угу.
- Что скажешь, Леня?
Ну не самое удобное место,
чтобы колоть сюда лекарства.
- Ну да, колют либо выше, либо ниже.
- Что скажешь-то?
У тебя было что-нибудь подобное?
- Слушай, а ты кровь на анализы брал?
- Нет.
- Зря. Вот я бы взял.
- Ты живешь на даче
у Альберта Валентиновича?
- Да, присматриваю
за его собачкой, рыбками.
- Слушай, наш дом неподалеку.
Приезжай к нам,
заодно и шашлыки пожарим.
- Хорошо.
- Прихвати с собой кого-нибудь,
если хочешь.
- Зачем?
- Что значит зачем?
Маша, ты не изменилась.
Я понимаю, дела делами,
но можно ведь и с отдыхом совместить,
пообщаться.
Альберт Валентинович сказал,
что у тебя дочка есть.
Привози ее, если хочешь. Или мужа.
- К счастью, мужа у меня нет.
- А кто есть?
- Вот если привезу, узнаешь.
- Ну хорошо. Я на самом деле
очень рада.
Я столько лет не жила в России -
ни друзей, ни знакомых, никого.
(Звонит телефон.)
- Ой, извини. Да, Леня.
- Марья Сергеевна, прошу прощения,
что беспокою вас
в ваш законный выходной.
- Ничего страшного. Говори.
- Есть интересный казус,
но нет понимания, что с ним делать.
У вас скоро будет возможность
прочитать одно заключение?
Посмотреть хотя бы. - Часа через два
буду дома, посмотрю.
- Вот. Манюня, тогда
я тебе все на почту отправлю,
а ты посмотришь, прочитаешь
и сразу же мне перезвонишь. Хорошо?
- Договорились.
- Еще раз прости меня,
что звоню тебе по выходным.
- Не переживай. Целую.
Извини.
- Мужа нет.
- Угу.
- В выходной день
тебя беспокоят по работе.
С тобой надо что-то делать,
причем срочно.
- Ну давай.
- У меня есть план.
(Звонит телефон.)
- О господи!
Не сидится всем спокойно.
Да, слушаю.
- Леня, я ничего не понимаю.
- Спокойно, Маша, я Дубровский.
- В смысле?
- Машенька, Манюня,
я сейчас все тебе объясню.
- Ну давай.
- В первую очередь обрати внимание
на клинический анализ крови.
- Клинический?
- Это такая табличка
на второй страничке.
Понимаешь, да? Видишь?
- Да-да, вижу.
- Молодец. Глазки открой
и смотри внимательно.
- Н-да...
- Ну как тебе?
- Так вот сразу и не скажешь,
что здесь жила 90-летняя старушка.
Нет, я действительно понял,
в кого ты такая уродилась.
Видимо, твоя бабушка
была тоже дизайнером.
- Леня, переезжаем?
- Переезжаем.
- Я подумала насчет свадьбы.
Если тебе некогда,
может быть, я сама всем займусь:
организацией, рестораном,
всем остальным?
- Вот сейчас я понял,
почему ты повстречалась
на моем жизненном пути.
Просто ты умеешь читать мои мысли.
- И не только.
- Ряд значений говорит о воздействии
на кровеносную систему Арабовой
неизвестного вещества.
- Что значит неизвестного?
- Ну, Панов предполагает,
что это талий.
- Ну а если человеческим языком
говорить, Ольгу Арабову отравили.
- Возможно.
- И это неточно.
- Ну, точно установить
уже не получится.
- А это почему?
- Панов говорит, что дозировка
была микроскопическая.
- И в тоже время достаточно.
Я даже не знаю, что сказать,
Марья Сергеевна.
Гадание на кофейной гуще получается.
- Ну, я напоминаю, что есть след
от инъекции и аллергическая реакция.
- Это помню. Я помню все это.
Да. Разговаривала с ее близкими?
Это я к тому, что, может,
она больная была?
Может, курс лечения какой-то
проходила, колола что-то себе?
Ошиблась с дозировкой.
- Ну, вот тут сложность:
она с сыном жила,
вряд ли она ему о таком рассказывала.
- А родители где?
- Сегодня приедут из другого города.
- А муж?
- С мужем вроде не общались,
но мы это выясним.
- Вот что надо сделать:
надо проверить ее брюки -
или что там на ней надето было -
на предмет обнаружения
микроскопического отверстия
в зоне инъекции.
Вот, если найдем - значит,
кололи злонамеренно, через одежду.
- Отличная идея.
- Договорись, договорись.
Значит, вещи погибшей - криминалисту.
А у Кораблева сейчас как раз
в техотделе новый эксперт появился.
- Отлично. Квашню давно пора
разгрузить.
- Давайте разгружайте Квашню.
(Звонит телефон.)
- Я могу идти?
- Конечно, Марья Сергеевна.
- Да, Наташ, привет.
- Не сильно отвлекаю?
- Нет, говори.
- Машенька, скажи, пожалуйста,
когда у тебя выходной?
- В воскресенье, а что?
- А приезжай к нам на дачу
в воскресенье.
Мясо пожарим, погуляем.
- Ну, спасибо за приглашение.
- Мужу не терпится
с тобой поговорить.
И приятеля своего прихватывай.
- Какого приятеля?
- Ну, кого ты хотела
вместо дочки с собой взять.
- Вот ты хитрая. Приеду, посмотришь.
- Ну и отлично.
Никита будет рад мужской компании.
У него все работа, друзей мало,
а тут...
Значит, в воскресенье жду.
- Спасибо, пока.
- Привет.
- Это мне?
- Да, это вещи погибшей.
Мы проверяем версию,
что ее отравили ядом. Нужно проверить
следы на одежде от шприца.
А вот фото тела
со следом от инъекции.
А ты чего, новенькая? Как тебя зовут?
- Почему в полиэтиленовом пакете?
- А в чем еще? В подарочном
с бантиками, что ли?
- В бумажном или в коробке.
Полиэтилен убивает улики,
кровь в нем просто тухнет.
Еще раз принесешь мне
вещественные доказательства
с кровью в полиэтилене,
я доложу на тебя начальству.
- Нормальное такое знакомство у нас.
- Мы еще не познакомились.
Меня Катя зовут.
- Я Эльдар.
- Простите, Марья Сергеевна, сейчас.
Ресторан на свадьбу выбираем.
- Лень, я за вас очень рада.
- Да, все.
(Звонит телефон.)
Ой, извините, бога ради.
Да, Екатерина, слушаю. Это точно?
Замечательно. Отбой.
Ну что, укол был сделан через одежду.
- Все-таки, отравление.
Я хочу, чтобы кто-нибудь
поговорил с бывшим мужем Арабовой
и с ее учениками.
Также надо провести обыск
в ее квартире,
изъять компьютер, телефон,
переписка... Ну, знаешь.
- Проведем, Марья Сергеевна,
не вопрос.
- Панов утверждает, что яд попал
в организм к Арабовой
незадолго до смерти.
- Звучит как-то немного обще, нет?
- Уточнил: три-четыре часа.
- Ну вот, это теплее.
- А в это время она находилась
в Ледовом дворце.
- Отправить туда камеры посмотреть
кого-нибудь?
- Прекрасная идея.
- Сделаем. Все?
- Нет. - Что?
- Покажи ресторан.
- Да ладно? Неловко как-то.
- Да прекрати.
- Просто... Вот.
Как вам?
- Ну, как тебе сказать?
А Рита первый раз выходит замуж?
- Не уверен. Ну...
- То есть ты этого не знаешь?
- Что, надо уточнить, что ли?
- Ну...
- А ресторан-то, чем плох?
- Ну, ресторан - это ресторан.
Надо что-нибудь романтическое.
- Марья Сергеевна, я каждый день
в ресторанах не обедаю,
по мне, так это вполне романтичное
и необычное заведение.
- Стоп. Вы с Ритой ни разу
не ходили в ресторан?
- Нет, в целом, когда там...
- Леня!
- Была пиццерия.
- Это никуда не годится.
Ну просто стыдно.
- То есть надо как-то
реабилитироваться похоже, да?
- Добрый день. А где я могу
Дмитрия Арабова найти?
- На объекте.
- Там, да? Спасибо.
- Простите, я не понимаю.
Насколько мне известно,
смерть Ольги не носила
криминального характера.
Или это неверная информация?
- Да-да. Честно говоря, мы сами
сейчас разбираемся, но пока..
- Нет, я совершенно не против,
просто я очень удивился,
когда узнал, что со мной
хочет поговорить полиция.
- А что, что-то не так?
- Нет-нет, я готов ответить
на любые вопросы.
- А как давно вы расстались с Ольгой?
- Около четырех лет.
- А почему?
- Не думаю, конечно,
что это имеет отношение к делу,
но раз уж я обещал
ничего не скрывать, скажу.
Я встретил другую девушку.
Сейчас она уже моя жена,
у нас двое детей.
- То есть с Ольгой вы с тех пор
не пересекались, да?
- Да. Дело в том,
что моя бывшая супруга
очень принципиальна
в подобных вопросах.
- Понятно. А с сыном?
- К сожалению,
Гошу настроили против меня.
Какое-то время я добивался
права общаться с мальчиком,
но это все равно, что биться головой
о каменную стену,
поэтому я ограничился
материальной поддержкой.
- Печально такое слышать, конечно.
- Но я обязательно постараюсь
восстановить отношения с сыном.
Поговорю с Олиными родителями.
Если они примут правильное решение,
надеюсь, то оставят мальчика здесь.
- С вами?
- Да, я готов.
Думаю, что супруга
тоже не будет против.
Если они захотят вернуться в город
ради спортивной карьеры внука,
то тогда я без сомнения помогу им
во всем, в чем смогу.
Точно, второй день
не могу им позвонить,
тут возникли некоторые пертурбации.
- Что за пертурбации?
- Совет директоров
любезно предоставил мне
пост генерального директора,
поэтому...
Ну, сами понимаете -
сдал, принял, передал.
- Да-да-да, понимаю. Ладно,
спасибо за то, что уделили время.
- Конечно. Закон мы чтим. Так что
если что-то нужно, то в любое время.
- Да, я вам визитку оставлю.
Если что, наберите меня. Благодарю.
- До свидания.
- То есть на твой взгляд
ничего полезного.
- Абсолютно. Человек
с другой вселенной.
- А как ведет себя?
- Ну, более чем уверенно.
- Ну что ж, в любом случае
разговор должен был состояться.
- Согласен. Ну что, до связи, Маш.
- Подожди, Олег.
Слушай, меня тут подруга
приглашает на выходные на дачу.
Поедешь со мной?
- Да с удовольствием, конечно.
- Ладно, созвонимся. Пока.
- Хорошо, пока.
- Курочкин, ты тут?
- Нет, ушел.
- А во дворец кто поехал?
Калимулин, что ли?
- Естественно. Я в последнее время
камеры не смотрю,
мы свои камеры уже отсмотрели,
дорогу молодым.
- Смотри, только ты с таким подходом
пузо отрастишь себе.
- Я-то готов. Чего у тебя
со свадьбой-то?
- Так, двигаемся потихоньку.
- Зачем люди женятся?
Дорога в никуда.
- Ну, здесь, похоже, все чисто.
А вот здесь, куда они идут?
- В раздевалку. Камеры там нет.
- Жаль.
Красивый все-таки вид спорта.
Будет дочка - обязательно отдам ее,
пусть кружится.
- 50-60 тысяч в месяц.
- Рублей?
- Это я по минимуму взял, без сборов
и турнирной практики.
Аренда, экипировка, тренер.
- Да, дороговато, конечно.
- Звездами становятся единицы,
а с позвоночником мучаются все
без исключения.
- Не одобряете?
- Хозяин барин.
- Так! Так, вот здесь.
Стоп-стоп-стоп. Ну-ка, ну-ка.
Крупнее никак?
- Максимум.
- Помедленнее. Я правильно понимаю,
что он здесь что-то сделал?
Крупнее точно никак?
- Нет.
- Лица вообще не видно.
Хорошо, а есть еще камеры с арены?
- Единственная.
- Так, ну тогда камеру на вход надо.
- Угу.
(Звонит телефон.)
- Да?
- Алло, Леонид Николаевич, я нашел!
- Кого нашел, убийцу?
- Думаю, да.
- Так, Эльдар, давай-ка по порядку.
- В общем, какой-то неизвестный
мужчина проходил мимо Арабовой,
после чего она вздрогнула
и обернулась на него.
Задел он ее или нет, сказать точно,
конечно, невозможно,
но я уверен, что это он сделал укол.
- Откуда такая уверенность?
- Ну смотрите: когда он заходил
в комплекс, его никто не опознал.
Он прошел мимо Арабовой
и сразу ушел оттуда.
Соревнования он не смотрел,
там он не работает.
Он приходил туда
исключительно ради Арабовой.
- Дай-ка угадаю: мужчина был
в капюшоне и лица его не видно, так?
- Да. Когда проходил мимо Арабовой -
да. Но!
Мне все равно его удалось засечь!
- Каким образом?
- На входе в спорткомплекс
висит камера.
Когда он оттуда уходил, не знаю,
он, видимо, расслабился или что,
но он поднял голову вверх -
тут-то мы его засекли!
Мы с охранником
максимально увеличили изображение.
Качество, конечно, так себе,
но результат есть.
- Ну ладно. Дуй до горы.
Так...
- Дирекция "Ледового" сообщила,
что таких в штате у них нет.
- Может, из родителей кто-то?
- Не знаю. На камерах видно,
что вошел один, вышел один,
к Арабовой подходил, но со спины.
- Тогда да, тогда конечно.
- Нет, мы, конечно, покажем фоторобот
родителям и ученикам, мало ли что.
- Получается, что ты была права.
Арабову убили.
- Вообще, предлагаю не возбуждаться.
Пусть преступники думают,
что все в порядке.
- Ну, да.
- Привет, Катя.
- Привет.
- А я сегодня преступника обнаружил,
представляешь?
- Молодец.
- Спасибо.
Слушай, Катя, я знаешь что подумал:
может, сходим куда-нибудь?
- Конкретнее?
- В ресторан.
- Нет.
- Ясно.
Не отвлекаю больше.
- Слушай, у меня просто есть правило,
что я не встречаюсь с коллегами.
- Почему?
- Потому что я из-за этого уволилась
с прошлой работы.
- Почему? - Я сходила
всего лишь на одно свидание
с одним лейтенантом,
а он почему-то решил,
что может распускать руки.
- Жуть какая!
У нас нет в отделе такого.
Ну а если к тебе кто-то будет
приставать, то ты скажи - я!..
- Слушай, я могу за себя постоять,
это не проблема.
Меня за это и уволили.
- Подожди, тебя уволили
или ты сама ушла?
- Ну, меня попросили, чтобы я ушла.
- Так, стоп. Если он распускал руки,
то почему тебя попросили уволиться?
За что?
- За то, что я обработала свой халат
таким веществом,
что, когда он шлепнул меня по попе,
у него осталась розовая ладонь.
- Я все равно не понимаю,
почему тебя попросили уволиться.
- Потому что не успела я снять
свой халат -
то же самое решил сделать начальник.
Поэтому теперь он тоже три месяца
ходит с красной рукой.
- Ну ты опасная.
- Да.
- Но я же не такой, как твои коллеги
с другой работы.
Может, сходим куда-нибудь?
- Слушай, я работаю здесь
всего лишь неделю.
Мне не нужны слухи. Это понятно?
- Понятно.
Прости.
- Первый раз вижу.
- Жаль.
Скажите, Наталья, а насколько тесно
вы общались с Ольгой?
- Ну, нас нельзя назвать
закадычными подругами,
да и общались только по поводу.
- Тем не менее, может,
она на кого-нибудь жаловалась?
- Да нет. Чтобы Ольга Александровна -
и жаловалась? Нет, это не про нее.
- Ну хорошо, не жаловалась.
Может, у нее были недоброжелатели,
которые ей угрожали или что-то?
- А, это? Да сколько угодно.
Ольга Александровна была
замечательным тренером,
но дипломат из нее,
мягко говоря, никудышный.
За словом в карман не лезла.
- Например?
- Ох. Да сколько угодно.
Если лед арендованный занят,
если раздевалку вовремя не открыли,
если судьи на соревнованиях
оценку занизили,
то, считайте, скандал гарантирован.
Да и нам доставалось.
- Доставалось - в смысле?
- Ну, Ольга Александровна считала,
что, если ребенок не дает результата,
значит, дома ему дают поблажку:
на часок поспать побольше,
в телефон поиграть и так далее.
- Здорово. Прямо армейская
дисциплина.
Бежали от нее, наверное, да?
- Да вы что!
К ней из других школ очередь стояла.
- А коллеги как? Не обижались?
- Ну, на словах вроде нет,
а так - кто их знает.
- Антон Борисов. В прошлом -
фигурист, кандидат в мастера спорта,
нынче возглавляет школу
фигурного катания, школу номер 1,
которую, собственно, сам и создал.
- Так у них конфликт с Арабовой?
- Во-первых, соревновательный.
- Это понятно.
- Но не только. Финансовая сторона
тоже присутствует.
Дело в том, что за последний год
от Борисова к Арабовой
перешло шесть учеников,
а это, как вы понимаете, денежка.
- Один тренер заказал другого -
ты смеешься?
- Поначалу казалось, что это смешно,
пока не прочитал это.
- Что это?
- Витя Бут и Борисов.
Переписка из мессенджера.
Прочитаете или мне самому?
- Читай.
- Только извините, я без выражения.
- Значит, Борисов:
"По поводу Арабовой
мы договорились о другом".
Бут: "Решили, что так будет лучше.
Никто подставляться тоже не хочет.
Что с оставшейся суммой?"
Борисов: "Я не понимаю,
почему я должен платить,
если вы не выполняете наш уговор".
- Пословицу знаете:
"Не плюй в колодец -
пригодится воды напиться"?"
- А кто этот Витя Бут?
- Выяснить пока мы не успели,
Марья Сергеевна,
но обязательно выясним,
тем более у них встреча
через два часа.
- Даже так? - Да.
- Так... - Я ребят отправил.
- Молодец.
- Обижаете.
- Ведем клиента,
товарищ подполковник.
Зашел только что по дороге в банк.
Кораблев: - Будьте аккуратнее.
- Да-да, так и делаем.
(Звонит телефон.)
- Да.
- Он подъезжает.
- Подъезжает. Все, спасибо.
- Приготовились.
- Принял.
- Здорово.
- Привет.
- Как договаривались.
- Хорошо.
- Работаем.
- Принял. Работаем.
- Увидимся на льду.
- Пятьдесят тысяч.
- Негусто.
- С какой целью вы передали
эти деньги Бутылину?
- Ну, я хотел...
- Что, простите?
- Я хотел, чтобы Бутылин Виктор
Петрович, будучи главным судьей
соревнований по фигурному катанию,
посодействовал
в достижении результатов ученикам
школы номер 1,
директором которой я являюсь.
- В каком смысле?
- Ну как - в каком смысле?
Немного понизил оценки ребятам
из школы Арабовой
и немного поднял нам.
- Угу.
- Так это делается.
- Ну и как, помогло?
- Да там снижай не снижай...
Разрыв размером с пропасть.
- Как учили.
Ладно. Вы знакомы с Ольгой Арабовой?
- Конечно знаком.
Мы с ней еще по юниорам катались.
- Что скажете?
- Что сказать? Женщина с характером,
скоропостижно ушла.
Что вы хотите услышать?
- Это уже совсем край.
Куда ни плюнь, везде коррупция.
Судья что говорит?
- Судья все подтверждает.
- Ну, значит, ложный след.
- Вообще, странная история, да?
Где тренер - а где заказное убийство.
- Я согласен.
Согласен, конечно, да.
А у нас-то что?
Тупик?
- Ни в коем случае.
У нас появилась зацепка.
Борисов утверждает,
что какое-то время Арабовой помогал
Роман Гулевич.
- Я знаю одного Гулевича.
Я знаю Романа Гулевича.
Из Кингисеппа. Он мне немало крови
попортил в свое время.
- Да? Ну так это он. Закон
не нарушает, занимается инвестициями.
- И что он?
- Он выделил деньги Арабовой
на создание собственной школы,
но дело не пошло.
- Так. Это что, значит, у Гулевича
финансовые претензии к Арабовой?
- Возможно. Но какой смысл
убивать должника?
- Ну да. Может, тут что-то личное?
Возможно, Арабова его обманула,
нанесла ему репутационный ущерб?
- Попробуем разобраться.
- Хорошо, ладно.
А с этими двумя что?
Я имею в виду судью и тренера.
- А, отдадим дело в ОБЭП - надеюсь,
скандалом дело не ограничится.
- Правильно! Защищать детей надо
от этой дряни.
- Это да.
- Извините, пожалуйста.
- Все в порядке.
Так значит, это был не инфаркт?
Интересно.
Представляете, я сразу почувствовал,
что здесь что-то не так.
Только я не мог сформулировать,
что именно.
И вы, значит, считаете,
что я могу быть к этому причастен?
- Роман Семенович, мы не торопимся
с выводами, просто известно,
что у вас с Ольгой были
совместные проекты,
которые себя не оправдали.
- Это ж откуда у вас
такая информация?
- Так, Роман Семенович, 21-й век.
- И вы, значит, считаете,
что я ради каких-то денег
буду заказывать бедную женщину?
- Так вы деньги потеряли или нет?
- Слушайте, товарищ следователь,
мне уже не 25 лет.
Если я и ввязываюсь
в сомнительную историю,
то всегда продумываю
запасные варианты,
чтобы если не компенсировать,
то хотя бы минимизировать потери.
Да, мы с Ольгой рассматривали
проект ледового дворца,
да, я субсидировал
начальные этапы предприятия,
но, когда все начало сворачиваться,
я оперативным образом
выдернул свои деньги.
Конечно, без потерь не обошлось,
но при таких масштабах
они оказались мизерными:
всего полтора миллиона.
И кстати,
Ольга мне их компенсировала.
Уж не знаю, где она их взяла.
- А как вы думаете,
где можно было взять
полтора миллиона?
- Понятия не имею. Да...
Привычки заглядывать в чужой карман
у меня нет.
- Роман Семенович,
а как вы вообще познакомились?
- Выступал спонсором
одного спортивного мероприятия,
нас познакомили.
Красивая женщина,
ничего не могу сказать.
- Понимаю. А близко вы?..
- Что значит - близко?
После развода Ольга не была готова
к новому роману.
Сосредоточилась на работе,
на сыне,
что для нее одно и то же.
Пару раз я приглашал ее поужинать,
один раз она согласилась,
но даже вина не выпила.
Могу сказать вам про нее одно:
она очень боялась расслабиться.
"Любовь уже делала меня заложницей -
больше не хочу".
- Простите?..
(Смеется.)
- Так она выразилась.
- А! А что бы это значило?
- Без понятия.
А если вы правы и Ольгу убили,
вряд ли здесь надо искать спортивную
или финансовую составляющую.
Она была очень порядочным человеком.
Дело в другом.
- Так вот как вы думаете: в чем?
- Не знаю.
Она мне сказала, что ей в жизни
стыдно лишь за один поступок.
- Стыдно? А за какой - не уточнила?
- Нет, а я не расспрашивал.
- Ну, спасибо вам большое.
- Пожалуйста.
- Можете быть свободны.
- "Любовь сделала меня заложницей..."
- Что, наложницей?
- Олег!
"Любовь сделала меня заложницей..."
- Это ты о чем?
- Так сказала Ольга Арабова.
- А... А то я уже напрягся.
И что это значит?
- Пытаюсь понять.
- Маша, слушай,
у нас же сегодня выходной, да?
Мы же сегодня едем к твоей подруге
кушать шашлыки,
все правильно?
- Правильно.
- Может, мы нашу работу
немножко задвинем назад?
- Да-да, ты прав. Все.
- Значит,
"любовь сделала заложницей"?
- Да. Я попросила Кораблева поближе
познакомиться с биографией Арабовой.
- Привет!
- Машенька! Здравствуйте!
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. - Олег.
- Очень приятно. Никита.
- Познакомьтесь: мой муж Никита.
- Очень приятно.
- Ну что, прогуляемся - и к столу?
Как настроение? - Как скажешь.
- Да, кстати, вот к столу...
- Спасибо. - Спасибо.
Тогда Никита покажется Машеньке дом,
а мы с вами можем идти к столу.
- Я тоже не против дом посмотреть.
- Олег, я хотела с Никитой
о личном деле переговорить.
- Мне просто нужна помощь Марии
как следователя.
- Может, моя помощь тоже пригодится?
- Все в порядке,
Олег - прекрасный оперативник.
- Я буду рад любой помощи.
Ну, пойдемте со мной.
- Да, пойдемте. Я тебя здесь подожду:
я не могу лишний раз это слышать.
- Хорошо.
- Проходите.
- Вот, это комната моих родителей.
- А что произошло?
- Вы точно хотите знать?
У вас же выходной.
- Никита, мы ради этого и приехали.
- Разрешите?
- Да-да, конечно.
В общем, это было 30 лет назад.
Я тогда занимался борьбой,
был в спортивном лагере,
а родители отдыхали здесь, на даче,
и должны были приехать ко мне
на родительское воскресенье.
Они даже выехали,
но по дороге сломалась машина,
и папа принял решение вернуться.
Когда вернулись,
застали здесь грабителя.
Папа хотел его задержать,
а тот схватился за нож.
Вот и все.
- Сочувствуем.
И кто это был?
- Да... сосед.
Лоботряс местный. Алексей Михальчук.
Жил тут в паре домов от нас.
Шабашил на водку,
а когда шабашек не хватало,
он даже по домам лазил.
- А это точно он?
- Сто процентов.
Незадолго до убийства
он вышел из тюрьмы,
был такой весь на понятиях.
- Ну, это не улика.
- Улик-то тоже хватало.
Когда я вырос, смотрел дело в архиве.
В общем, тут.
Вот тут нашли его кровь,
его отпечатки, обрывки куртки:
он за гвоздь зацепился.
- Это уже что-то.
Я надеюсь, он получил по полной?
- Ничего ему не впаяли: он сбежал.
А потом, через пару лет,
в Карелии нашли его обгоревший труп.
Тогда были лесные пожары,
а он жил в лесу, в палатке -
ну и обгорел.
Но документы были его.
- Понятно.
- Я вас потеряла.
Никита, угли готовы.
- Если готовы - прошу.
- Пойдемте, пойдемте.
- Никита,
вы не рассказали самое главное.
- На самом деле,
я считаю, что он жив.
- Кто?
- Михальчук.
Вся эта история с пожаром -
это дешевая постановка,
надо сказать, успешная.
(Звонит телефон.)
- Извините. Алло.
Алло.
- То есть, считаете, спектакль, да?
- Да.
- Почему?
- Хотите посмотреть?
- Надо сказать, вы заинтриговали.
- Пойдемте.
- Ну... - Пару минут.
- Леня, я за городом,
ничего не слышу. Еще раз.
- Марья Сергеевна, докладываю:
в общем, пять лет назад
Арабова насмерть сбила человека.
- Она нарушила правила?
- Наезд произошел
вне зоны пешеходного перехода,
скоростной режим тоже не был нарушен.
По крайней мере,
так написано в протоколе.
- Я думаю, есть смысл поговорить
с сотрудниками ГИБДД,
кто выезжал на место.
- Сделаем.
- Спасибо.
- Маша... - Помочь тебе?
- Нет-нет, все нормально.
Шашлыки готовы.
Мальчики ушли опять куда-то.
- Смотрите:
это вот Михальчук тогда, в 90-е.
Видите, да?
А это фото я нашел пару месяцев назад
на новостном портале.
Фото с дня города.
- Почему вы решили, что это он?
Ну да, сходство есть, но не более.
- Вот видите: вот здесь, над бровью.
Вот. И вот здесь.
Шрам видите?
- Ну да, шрам тоже похож.
- Я его все равно поймаю.
- Может, вы не будете брать на себя
обязанности полиции?
Обычно ничем хорошим
это не заканчивается.
- Может, вы и правы.
- Малыш спит.
- Хорошо.
- Ты что делаешь?
- Да так, читаю всякую ерунду.
- "Ольга Арабова.
Детский тренер, обширный инфаркт".
Постой, эта та самая Ольга Арабова?
- Она.
- Это что же получается, Бог есть?
- Не уверен,
что это достаточное доказательство,
но как скажешь.
- Ничего себе!
- Ладно, все. Земля пухом.
Что с ужином?
- Сейчас.
- А Юра дома?
- Ушел. - Куда?
- Без малейшего понятия.
Ты же знаешь: он не отчитывается.
- Понятно.


Серия 14

- Ой, ну спасибо большое,
что нас навестили.
- Спасибо, что пригласили.
Приятно было познакомиться.
- Мне тоже.
- Олег, ждем вас снова.
- Обязательно. На связи, Никита.
- На связи. - До встречи.
- Пока.
- Ну, счастливо. Хорошей дороги.
- Думаешь, Михальчук?
- Не знаю, Маша.
Тут сложно сказать,
тем более 30 лет прошло,
но сходство есть.
- Да, тут сложно о чем-то говорить.
- Никита прогнал фотографию
Михальчука через какую-то программу,
которая показывает,
как ты будешь выглядеть через 30 лет
и как ты выглядел 30 лет назад.
- И что?
- Ты знаешь, меня впечатлило.
Сходство есть, действительно,
но я, правда, не знаю, насколько
можно доверять всем этим программам.
- Я смотрю,
Никита настроен решительно.
- Да более чем.
- Хорошо, он найдет Михальчука.
Что дальше?
- Даже сложно представить,
как это все может обернуться.
- Я об этом и говорю.
- О самосуде? - Угу.
- Думаешь, нам стоит все-таки
не оставаться в стороне, да?
- Естественно.
- Ох, Маша, Маша...
- На лед приглашается
Георгий Арабов.
(Звучит музыка.)
- Ха!
О, ты что, уже громыхнул?
По радио ничего не сказали.
- Не работает твоя схема.
- Что значит - не работает?
- А я откуда знаю? На, разбирайся.
- А пакет где?
- Там остался. Я что, еще должен был
возвращаться за ним, по-твоему?
- Ты далеко отходил?
- Не бойся, не на километр.
Метров на пятнадцать максимум.
- Странно.
Ладно, доковыряем.
- Доковыряй.
- Не переживай, все сделаем.
- Здравствуйте. Старший лейтенант
Калимулин, звонил вам.
- Да, помню. Чем могу?
- Хотел поговорить
с одним вашим кадром.
Старший лейтенант Иван Давыдов.
Пять лет назад он служил
в отдельной роте ГИБДД
по Центральному району.
- А что с ним не так?
- Да нет, все нормально. Просто есть
пара вопросов по одному ДТП.
Буду признателен,
если поможете найти.
- Да без проблем. Он у нас служит?
- Не знаю.
- Сейчас узнаем. Марина Петровна, ты?
У меня тут коллега
из убойного отдела.
Интересуется нашим кадром. Как его?
- Иван Давыдов.
- Иван Давыдов. Пробей, пожалуйста.
Да, говорит, пять лет назад
в отдельной роте ГИБДД
по Центральному району служил.
Ага. А где сейчас?
Да не знает.
- А еще... Еще-еще можно?
- Сейчас, еще, погоди.
- У него был напарник,
также в отдельной роте, Тарас Юрко.
- Алло, у него напарник был
Тарас Щу...
- Юрко.
- Юрко. Ю! Ю!
Ты не слышишь, что ли? Да, давай.
Отбой.
Пять минут подождать надо.
- Хорошо.
- Привет, Наташа.
- Привет, подруга. Есть минутка?
- Да, говори.
- Во-первых, еще раз хочу сказать вам
огромное спасибо за то,
что вчера заехали.
Во-вторых, хотела поинтересоваться,
как вы добрались?
А в-третьих, хочу сказать,
что Олег у тебя просто душка.
Не мое, конечно, дело,
но мне кажется,
что вы просто созданы друг для друга.
Смотритесь...
- Наташа, подожди, остановись.
- Что такое?
- Все хорошо, мы разберемся, спасибо.
- Ну хорошо, извини,
что лезу не в свое дело.
Но у нас есть к вам предложение.
- Так, какое?
- Предлагаю в конце месяца
выбраться в поход на катере
на север Ладожского озера.
Походить по шхерам, порыбачить.
Вчетвером: я, ты, Никита, Олег.
- Ну, не знаю.
- Никита говорит,
там сказочно красиво!
Я, конечно, понимаю,
что звучит рискованно,
но ты посоветуйся с Олегом.
- Я ничего не обещаю.
- Жаль.
- Просто на несколько дней
нас точно никто не отпустит, извини.
Ну и вообще, как-то походы не мое.
- Угу. Ну, а по поводу Никиты
что скажешь?
- Ну, Никита у тебя замечательный,
только, знаешь, просьба:
ты попробуй его там попридержать,
чтобы он в это дело пока сам не лез.
- Ну, хорошо, спасибо. Олегу привет.
- Хорошо. Пока.
- Давай с этого...
- Давыдов.
- С Давыдова. Подожди,
а какого он года?
Восемьдесят третьего? Да ладно!
- Что случилось?
- Говорят, это...
три месяца назад
скоропостижно скончался.
- Так-так. А от чего?
- Спрашивают, от чего?
От чего?!
Ага. Говорят, сердечный приступ.
- Ага. А с этим - с Тарасом Юрко?
- А с этим Шнурко... с Юрковым?
- С Юрко.
- Ю! Юрко!
Да ладно! Ты издеваешься, что ли?
Трындец!
- А с ним что?
- Итак, что мы имеем:
капитан Иван Давыдов
скончался три месяца назад
от сердечного приступа.
- Да, а его бывший напарник
Тарас Юрко
через две недели сгорел
в собственном дачном доме.
- Что ты думаешь по этому поводу?
- А что тут думать, Марья Сергеевна?
Так бывает, у человека товарищ ушел -
напился и заснул с непотушенной
сигаретой, допустим.
- Бывает. Но выглядит странно.
- Согласен.
- Не будем торопиться с выводами.
Значит, первое -
Эльдар разберется с обстоятельствами
смерти Давыдова.
- Сделаем.
- А Олег доедет до дачи Юрко
поговорит с соседями.
- Резонно.
- Еще раз, как?
- Иван Давыдов. Три месяца назад.
Сердечный приступ.
Его к вам привезли буквально
с боевого крещения, с дежурства.
- Все, вспомнила, о ком вы говорите.
Так, а что вы от меня хотите?
- Уточнить дополнительные
обстоятельства смерти -
что-то, что могло вызвать на себя
ваше внимание.
- Господи, инфаркт как инфаркт.
Похож сам на себя.
У меня таких в день по три штуки.
С каждым возиться -
в момент трупами обрастешь.
Кроме того, как сейчас помню,
там родственники взвыли:
"Верните нам тело,
нам бы побыстрее все организовать".
Ну, а нам-то что?
- Угу, то есть вы его
даже не вскрывали?
- Вы же знаете, что это за место.
Сюда со всего города народ везут,
а город у нас не самый маленький.
Если и так все ясно
и никто ни на чем не настаивает,
что, мне больше всех надо?
- Я вас понял.
- Если бы я знала, что вы придете,
то, конечно, я бы уделила товарищу
Давыдову больше внимания.
Еще чем-то могу быть полезна?
- Да.
Может быть, вы заметили,
на коже Давыдова
не было ли каких-нибудь высыпаний?
- Вроде была какая-то сыпь, и что?
- Давайте я вам покажу фотографию,
а вы мне скажете, она это или не она.
Вот.
- Ну да, похожа.
- Доброго здравия!
- Здравствуйте, здравствуйте.
- Уголовный розыск.
Пару вопросов могу вам задать?
- А чего ж не мочь-то? Можете.
Вы ж, небось, по поводу соседа?
- Ну да.
- Так были тут ваши, эти...
дознаватели. Порешали все.
- А что порешали?
- Как - что? Говорят, проводка.
Ну, жучок в этом, в щитке был,
ну и коротнуло.
Обычное дело.
- Ну да, слышал. А вас как зовут?
- Меня-то? Степан Егорович.
- Степан Егорович, меня Олег.
- Приятно.
- Скажите, вы тут постоянно живете?
- Ну да, круглогодично.
- И в день пожара тоже были здесь?
- А куда ж мне деваться? Здесь и был.
- Ну, и как сами думаете:
жучок, не жучок?
- Да кто ж его знает?
Может, жучок, а может, кирной был.
Задремал, а головешка-то из печки
и выскочила. Всякое бывает.
- Ну а накануне пожара ничего
такого подозрительного не наблюдали?
- Да нет, все как обычно.
- Может, в гости к соседям
кто-то приходил незнакомый?
- Нет, никого. Я б заметил.
Да и потом, Тараска-то, он же бирюк
был, он гостей особо не жаловал.
Хотя погодите. Точно, был.
Крутился тут один.
Я-то думал,
он приехал дом посмотреть.
Ну, соседи дом собрались продавать.
Потом возле моего участка терся,
потом - возле Тараскиного.
Но главное - ни машины, ничего.
- А как выглядел, помните?
- Да как выглядел?
Какой-то такой неприметный.
- Похож?
- Ну, вроде похож. Погодите-ка.
- Давайте.
- Точно. Он.
- Совпадение?
- Не думаю, учитывая, что сосед Юрко
опознал мужчину на фотороботе.
- Вот и я не думаю,
что это совпадение. И что тогда?
- Ну, Калимулин поговорил
с родителями Давыдова.
В общем, если вкратце,
то получается, что Давыдова,
Юрко и Арабову связывает только ДТП.
- То есть ты считаешь,
что то ДТП всему причиной?
- Ну а как еще связать
эти три смерти?
- А ну, напомни, что там?
- Так, сейчас.
Жертва ДТП: Вера Мельникова,
28 лет, логопед.
- Муж?
- Муж через год женился, двое детей.
- Нет, Маша. На мстителя не похож.
- Да. В любом случае,
я попросила Калимулина
узнать все подробности этого ДТП.
- Ладно, допустим.
- Виктор Иванович,
можно вопрос личный?
- Ну, я слушаю.
- Я хочу одно дело поднять почитать.
Вы не против?
- Что за дело?
- 30 лет назад в одном садоводстве
убили двух молодых ученых.
- Что-то до боли знакомое.
Как говоришь, фамилия?
- Ковалевы, садоводство "Химик".
- Ковалевы? Ну да.
Ковалевы, да. Как же, помню.
- Вы знакомы с этим делом?
- Я им занимался.
Ты не поверишь,
но то, что пару лет назад произошло,
я не так хорошо помню,
как вот это убийство.
Ой, как мне это тогда
помотало нервы-то.
- Да? Мне сказали,
там все на соседе сходится.
- Да. Все так, все верно.
Ох, как я хотел этого парня
у себя в кабинете увидеть.
Не привелось. Не получилось.
Скрывался. Скрывался и погиб.
Тебе это дело зачем?
- Моя подруга замужем
за сыном Ковалевых.
- Да я помню его.
Вот ведь... досталось.
Мальчишка, ну чего там,
сколько ему тогда было?
- Так вы знаете, он считает,
что Михальчук жив.
- Нет. Маша, нет. Это ошибка.
Там же все серьезно:
опознание, все чин чинарем.
- Ну, я бы все-таки посмотрела.
- Что я могу сказать? В очередной раз
констатирую, что мир тесен.
Марья Сергеевна: - Надо уточнить
у Никиты по поводу фотографии -
точное место, время.
- Да-да, хорошо, сделаю. - Спасибо.
- Добрый день. Скажите, пожалуйста,
я могу увидеть Сергея Малькова?
- Я здесь, а что случилось?
- Моя фамилия Кораблев, уголовный
розыск. Можем с вами поговорить?
- Да, конечно. Только здесь,
наверное, будет не очень удобно.
- Как вы скажете, вы хозяин.
- Пойдемте во дворик.
Признаюсь, я мало что могу сказать
по поводу самого ДТП.
Когда все произошло, меня в городе
не было, я был на семинаре в столице.
Естественно, приехал, как только
смог. Вера была уже в морге.
Мне сказали, что она сама виновата:
переходила дорогу
в неположенном месте.
Вот, собственно, и все.
- А вы сами что думаете
по этому поводу?
- Ну, я немного удивился.
- Чему?
- Ну, это нужно знать Веру.
Она вся из себя аккуратистка такая.
У нее все всегда в полном порядке:
этому свое место,
этому свое место, и никак иначе.
То есть я удивился,
что Вера переходила дорогу
в неположенном месте.
Обычно она шагу не сделает,
пока зеленый свет не загорится.
Ну, конечно, всякое бывает.
- А вы сами не пытались провести
свое собственное расследование?
Ну, понять, что произошло
на самом деле.
- А как вы себе это представляете?
Я же не полицейский.
- Ну, люди обычно подают объявление,
ищут свидетелей.
- Я понимаю, о чем вы говорите,
но это все не мое. Не верю я в это.
Веру все равно уже не вернуть.
- Понимаю. Тоже позиция. А с той
стороны на вас не пытались выходить?
- Ну а зачем им на меня выходить,
если Вера виновата?
Не потребовали компенсацию
за машину, и на том спасибо.
- Ну да, понятно.
- Можно один вопрос?
- Да, конечно.
- Почему полиция вдруг
заинтересовалась этой историей?
Уже сто лет прошло.
- Да вот год какой-то
выдался странный:
все фигуранты ДТП вдруг
ни с того ни с сего - и на небеса.
- Умерли или убиты?
- Сами пока не можем понять.
Ищем связь, а есть она или нет?..
Ладно, в любом случае
спасибо вам большое.
- Да не за что.
- Если вдруг вспомните что-нибудь
необычное, не сочтите за труд.
- Да, конечно, обязательно.
- Всего доброго.
- До свидания.
- То есть Мальков не уверен,
что все было по протоколу?
- Он сказал,
что погибшая была аккуратисткой
и вряд ли стала бы переходить дорогу
в неположенном месте.
- Интересно. А как было на самом
деле, Мальков не пытался узнать?
- Да нет, Марья Сергеевна.
Там человек из анекдота
про стул с гвоздем.
- В смысле?
- Ну, садится человек на гвоздь,
потом ерзает, ерзает,
задумывается и говорит:
"Может, так и надо?"
- Ну, мямля?
- Основательно и бесповоротно.
- Ладно, я поняла, спасибо.
- Да не за что, Марья Сергеевна.
- Пока.
- Ложечку за маму. За маму съешь.
За папу. А за папу тоже не хочешь?
Паровозик, паровозик. Ложечку.
(Стук входной двери.)
Молодец.
- Пусти!
- Ах! Папа вернулся.
- Папа!
- Привет, Мирослав. Иди поиграй
у себя в комнатке, ладно?
Мне нужно с Юрой поговорить.
- Все в порядке?
- Пожалуйста.
- Пойдем, малыш.
- Что?
- Ты что творишь? - Что?
- Ко мне полиция на работу приходила.
Ты что творишь?
- Руки убери свои,
тебя это не касается!
- Меня это не касается?
Ты живешь в моем доме, я тебя кормлю,
и ты ничего не делаешь.
Ты думаешь, твоя сестра была бы рада,
если бы тебя увидела?
- Не надо трогать мою сестру!
- Ты думаешь, что я тебя не сдам, да?
А я тебя сдам на раз-два-три.
- Конечно сдашь. Как и мою сестру,
урод малахольный.
Только и умеешь перед своей женой
понты колотить.
- Что вы тут устроили? Юра! Сережа!
- Так, все, тихо.
- Здорово, гений.
- И тебе не хворать.
- Ну что там у тебя? Идет процесс?
- Ага. Осталось только закрепить
поражающий элемент, и все готово.
- Сегодня сделаешь?
- Тебе что, горит?
- Давно горит, но сегодня -
вот прямо с утроенной силой.
Ну так что, сделаешь?
- Тут работы на час.
- Жду.
- Через час приходи.
- Почему сразу не сказали?
- Не знаю.
Хотел сначала сам поговорить...
Вдруг не он?
- А у вас есть доказательства?
- Поймите меня правильно:
какие доказательства?
Юра был повернут на сестре:
ходил на ее могилу постоянно,
Ире говорил, что отомстит.
- Ну ладно-ладно,
где искать человека?
- Без понятия.
- А есть у него какие-нибудь друзья?
Знакомые? Любимые места?
- Не в курсе.
- Он же здесь жил.
- Да, я в курсе.
Мы не тесно общались.
Мы разные люди с разными интересами.
- И чего делать будем?
- Я знаю, где он может быть.
У него лучший друг неподалеку
мастерскую держит.
- Откуда знаете?
- Мы иногда разговаривали.
- Это младший брат?
- Верно.
- Сколько ему лет?
- Да на момент смерти сестры
ему было тринадцать,
я, собственно, поэтому и решил,
что вряд ли он имеет
к этому отношение. Мой косяк.
- Что еще Мальков говорит?
- Говорит, что были у него проблемы
с дисциплиной:
приводы, там, из школы выгоняли,
на учете состоял.
- Даже так?
- Ну да.
- Ой, Леня, упустили мы
этот момент важный.
- Возразить нечего.
Марья Сергеевна, будем исправляться.
- Ты кто?
- Я Шелдон.
- А друг где?
- Какой друг?
- Юра.
- А, Юра? Юра уехал.
- Куда?
- Я точно не уверен.
- Говори так, как уверен.
- А если скажу,
мне за это ничего не будет?
- А что ты такого сделал,
раз боишься, что тебе что-то будет?
- Кажется, я понял.
- Это для Юры?
- Да, для Юры.
- Черт!
- Вставай. Вставай, вставай. Пойдем.
- Алло, срочно нужна группа захвата
и минеров по адресу... какой?
- Он поехал на стройку -
это на Туристской улице.
Это связано с его сестрой.
- Туристская улица, там стройка.
- Стоять! Руки поднял! Бросил!
- Не подходите!
- Что в руках? Бросил!
Бросил, я говорю!
- Понятия не имею, кто это.
- Уверены?
- Сто процентов.
- Хорошо,
расскажите про ваши отношения
с Юрием Крутовым.
- Да что тут рассказывать?
Познакомились на одном из концертов
два года назад, с тех пор и общаемся.
- И все это время
он планировал теракт?
- Да нет,
эта мысль пришла к нему недавно.
Говорит: "Хочу человека
наверх запустить".
- Кого?
- А я не знаю.
- Не спрашивали?
- Спрашивал, естественно.
Но он мне сказал: "Хочешь жить
и крепко спать - молчи, не знай.
И вот, лучше сооруди
устройство и отдыхай".
А, это как-то связано с его сестрой,
один раз он обмолвился.
А то, что он на стройку пошел, -
это я знал, потому что я ему сказал,
что лучше там заложить.
- Это, получается,
что речь идет о супруге Арабовой?
Вы что-нибудь понимаете,
Марья Сергеевна?
- Пока не очень. Понимаю,
повезло, что кроме Крутова
никто не пострадал.
- А можно вопрос? - Да.
- Как там Юрка?
- Не очень хорошо. - Жив?
- Доброе утро, боец.
Как самочувствие?
- Что со мной?
- Ну, могу тебя обрадовать:
не все так плохо.
Твой товарищ оказался не самым
лучшим специалистом в бомбостроении,
поэтому ты отделался легкими ожогами,
контузией и потерей крови.
Скажи спасибо современной медицине.
- А ты кто такой?
- Майор Платонов, уголовный розыск.
- Отвали от меня.
- Ну зачем ты так разговариваешь?
Я ж ничего плохого не сделал.
- Отвали от меня.
- Братишка, я знаю,
что ты сейчас ненавидишь полицию,
и знаю почему.
Сотрудники ДПС выставили виноватой
твою сестру, которая погибла в ДТП...
- Мне сколько раз тебе повторять?
Отвали от меня.
- Тебе не кажется, что это тупик?
Почему ты так уверен,
что твоя сестра ни в чем не виновата?
Да нет, я, конечно, слышал,
что она все делала правильно,
но бывают исключения.
Я спешу, пешеходный переход далеко,
машин нет.
Всякое ж бывает.
Может, ты все это придумал,
чтобы тебе просто удобно было?
А, дружище?
- Я там был.
- Где ты был?
- На том месте, где сбили Веру.
- Ну, естественно, ты там был:
вы там живете недалеко.
- Я был, когда ее сбили.
- И что ты там делал?
- Вера позвонила по телефону
и попросила встретить около магазина.
- А почему ты тогда там
ничего не сказал?
- Я эпилептик, я потерял сознание.
А когда на следующий день очнулся
в больнице, мне сказали,
что во всем обвинили сестру.
Я говорил этому придурку,
что все было не так,
но он так ничего и не сделал.
- Кто такой придурок?
- Ее муж.
А мне было тринадцать лет.
Кто мне поверит?
- Я тебе верю.
- Отвали от меня.
- Отваливайся-ка ты сам, друг.
(Звучит печальная музыка.)
- То есть он все видел
своими глазами, потерял сознание,
а когда очнулся,
ему никто не поверил?
- Да, Маша, совершенно верно.
- Ну, теперь понятно,
почему он обозлился
на весь род человеческий.
- Согласен, я тоже не представляю,
как бы вел себя в этой ситуации.
- Да? Думаешь, ему можно верить?
- Да можно верить. Мы, конечно,
проверим его контакты,
но, мне кажется, тут дело в мести.
- Кому?
- Самое главное, Маш, знаешь что?
- Ну?
- Юра сказал, что за рулем была
вовсе не Арабова.
- В смысле? Как так?
- Ну вот так.
- Подожди, получается, за рулем
был ее бывший муж.
- Дмитрий Арабов, да.
- Смотри, кто-то целенаправленно
уничтожает участников ДТП.
Почему Арабов еще жив?
- До топ-менеджера крупной корпорации
не так просто добраться.
- Но Юра же смог.
- Может, этот таинственный мститель
не знает,
кто действительно сбил Веру Малькову,
от этого Арабов еще и жив.
- Думаешь, дело в мстителе?
- Ну кто-то же отравил Давыдова
и Арабову, сжег дом Юрко
вместе с ним самим.
- Знаешь, о чем я подумала?
Мы отработали ближний круг
Веры Мальковой - неинформативно.
Так вот, может, у нее был какой-то
таинственный поклонник,
который сел, через пять лет вышел
и решает отомстить?
- Ну, Марья Сергеевна, звучит
как-то неправдоподобно, нет?
- Да, ерунда, какая-то.
Но все-таки три убийства связаны, да?
- Ну? И?
- То есть мотив не месть?
- А что тогда?
- А помнишь, ты разговаривал
с партнером Арабовой?
- Гулевич Роман?
- И он сказал, что потерял
на этом деле миллиона полтора.
- Ну было, да.
- Но Арабова вернула ему деньги.
Откуда она их взяла?
- Марья Сергеевна, где берут деньги,
когда очень надо?
Нет, конечно, полтора лимона
не так-то просто одолжить, но...
Ну, может, она взяла кредит
под залог имущества, я не знаю.
- Не было на ней кредитов.
- Кредитов не было.
- А может быть, она попросила
у бывшего мужа?
- Подождите, вы куда клоните?
Вы хотите сказать, что здесь шантаж?
То есть Арабова шантажировала
своего бывшего мужа? Так, что ли?
- Ну, я предполагаю, не знаю.
- Марья Сергеевна, вы знаете,
я с большим уважением отношусь
к вашим мыслям, но позвольте одно
маленькое возражение.
- Конечно.
- Понимаете, Дмитрий Арабов
производит впечатление
адекватного человека.
А будет адекватный человек
заказывать свою собственную жену
из-за полутора миллионов?
Я слышал, они столько в день
зарабатывают.
Кроме того, там есть убийство
двух сотрудников ГИБДД,
на всякий случай. Они что,
тоже шантажировали Арабова?
Одновременно, все втроем?
Через пять лет после происшествия?
С цепи, что ли сорвались?
- Да согласна. Согласна.
Что-то мы упускаем.
- Может, отправить этого Арабова
в разработку, да и все дела?
- Нам дадут его спокойно слушать?
- Что?
- Тут нужно поступить по-другому.
- Говорить буду я, лады?
- Ага, а я чего буду делать?
- Делай что угодно, только
не стреляй, я тебя прошу. - Ладно.
- День добрый, приятного аппетита.
Не отвлекайтесь.
- Здравствуйте, здравствуйте.
Как и обещал, отложил все дела
и все встречи.
- Мой коллега Эльдар Калимулин.
- Простите, что не принял вас
в офисе, но я постоянно на стройке.
Привык лично все контролировать.
- Да нет-нет.
Вообще даже не обращайте внимания.
Давайте сразу непосредственно к делу.
- Тоже верно. - Для начала,
я хотел бы удостовериться,
что вас никто не прослушивает.
- А кому это нужно? Знаете,
даже если и так, то в моей компании
очень серьезная служба безопасности.
- Хорошо.
Значит, Дмитрий, такие дела.
Мы с моим коллегой провели
просто титанический объем работы.
Мы много разговаривали, много ездили
и встречались. Не буду сейчас
вдаваться в лишние подробности,
скажу лишь одно:
инфаркт вашей супруги
был вызван абсолютно искусственно.
- То есть вы хотите сказать,
что Ольгу убили?
Но кто это мог сделать?
Кому это нужно?
- Вам. Дмитрий, это нужно только вам
и больше никому.
- Что?
- Нет, вы, конечно, можете отрицать,
это ваше дело. А тот факт,
что пять лет назад вы,
будучи в невменяемом состоянии,
сбили Веру Малькову
на пешеходном переходе,
тоже будете отрицать?
- Кого?
- Да бросьте вы.
У меня куча показаний свидетелей,
которые видели,
как вы мертвый выползали
из автомобиля.
- Каких свидетелей?
- Мне вот интересно, а супруга ваша
как допустила к управлению вас?
Или вы ей сказали:
"Дорогая, у меня все под контролем".
Ну как мужики обычно делают.
- Я не понимаю, о чем вы говорите.
- Вообще, у таких людей, как вы,
всегда имеется запасной звонок другу,
который придет и приведет
специальный отряд обученных
сотрудников ГИБДД, так?
Достань. Нет, не ствол. Не наручники.
Флешку.
А, стоп, она у меня. Стоп.
Вот здесь запротоколированы
все показания свидетелей абсолютно.
- Ну, и куда вы с этой
филькиной грамотой?
Да вас же любой юрист по косточкам
разберет. А у меня их семь.
- Да, вполне возможно.
Но вы знаете, вкупе с убийством
вашей бывшей супруги,
я думаю, прокатит.
- Я ее не убивал.
- Да я знаю. Куда вам?
У вас столько дел.
Понимаете, мы же с моим коллегой
тоже не такие принципиальные.
С нами очень легко договориться.
Понимаете, у вас проблемы,
у нас проблемы.
Вы решаете наши проблемы,
мы решаем ваши проблемы.
Вас точно не прослушивают, да?
- Пошли вон.
- Хорошо. В таком случае
мы пойдем вон.
Скажите, а своих родных
вы в свои подвиги посвящали?
Я бы лично не посвящал.
- Вон!
- Хорошо. Если что, звоните.
- Нужно срочно поговорить.
Без свидетелей.
- Сработало?
- Похоже, да.
- Это ж кем надо работать,
чтобы на такую машину заработать?
- Да, квартира в Питере на колесах.
- Ты сказал, что это инфаркт.
Что мою жену никто пальцем не трогал!
- Бывшую жену.
- Да какая разница?!
Она мать моего сына!
- С которым ты не видишься.
- Что? Так это ты? Ты убил мою жену?
- Сам догадался или кто-то подсказал?
- Так это... это правда?
Это правда.
И как ты предлагаешь
мне теперь с этим жить?
- Ну ты же как-то живешь после наезда
на эту девчонку, как там ее?
Ничего? Нормально? Дышишь?
Время лечит.
Так кто тебе все это поведал?
- Полиция. Они были у меня сейчас.
Говорят, что у них есть свидетель
того ДТП, когда я...
- Да ладно, нет у них
никаких свидетелей.
Максимум какой-нибудь клоун
заряженный, чьи слова равны нулю.
А тех, чьи слова хоть что-то значат,
уже нет.
- Жаль, нельзя прослушку повесить.
- Почему "жаль"?
В принципе, при желании
можно и так примерно разобраться,
о чем они. - Как?
- Ну вот посмотри, как они двигаются.
Посмотри на их эмоции, жесты.
Вот Арабов, например, сначала
чего-то наезжал на него,
а сейчас что-то расстроило его -
сел, за голову схватился.
Вот он не знал про убийство жены.
Зато вот этот второй достаточно
спокойный, уверенный такой.
Видно, что доминирует.
Вот он-то как раз знал.
Нам бы узнать, кто этот второй мужик.
Там есть хорошая фотка?
- Да, сейчас посмотрим.
- Смотрю я на вас и удивляюсь.
Вроде бы умные образованные люди -
три института, пять языков, - а самых
элементарных вещей не понимаете.
Корпорация на тебя сделала ставку -
назначили тебя генеральным.
И не за красивые глазки,
а потому что ты этого достоин.
Ты образованный, у тебя уйма идей,
с тобой любят работать иностранные
партнеры, как я слышал.
Да, и такой вот удар по репутации,
если вдруг неожиданно выяснится,
что Дмитрий Арабов, персона номер
один, в пьяном угаре убил человека.
Представляешь? Ты, кстати, помнишь,
как поднялись акции после того,
как тебя назначили генеральным?
Логично предположить,
что с ними будет, когда...
И ты тут мне предъявляешь,
что помнишь о том, что ты работаешь
на корпорацию, а не на меня.
Самое главное, что это все держалось
на какой-то бабенке, которая не умела
держать язык за зубами.
Ну ладно, все. Давай, хватит.
Вставай, поезжай домой.
Поезжай, налей себе чего-нибудь.
Только за руль потом не садись.
- Пошел ты.
- Ну, чего задумался?
Портрет на экспертизу, да?
Все вроде понятно, колоритный дядька.
- Чего, к новенькой, что ли, идти?
- Ну да. А чего? Серьезная барышня?
- Очень.
- Так это ж хорошо.
- Да чего хорошего-то?
- Да перестань ты. Хорошо.
Серьезная женщина в нашем деле...
Марья Сергеевна знаешь
какая серьезная? - Какая?
- Я тебе скажу, я однажды с ней...
Так, Эльдар, давай иди.
Давай, давай, давай иди к Кате.
Стой, стой. Ты забыл фотографию.
- Нужна портретная экспертиза, да?
- Зачем ты так делаешь?
Ты ж напугала меня.
- Ты пугливый такой. Как ты в полиции
работаешь, я не понимаю.
- Нормально я работаю в полиции.
Да, нужна экспертиза.
- Что?
- Катя доложила, что Арабов говорил
с главой службы безопасности
своей корпорации,
с товарищем по фамилии Парашьян.
- Но записи разговора нет?
- Записи нет, но если допустить,
что Арабов обвинял
в смерти бывшей жены
этого самого Парашьяна?
- Видимо, Арабов становится
очень важной фигурой для корпорации
и они подчищают за ним
скелеты в шкафу.
В виде ДТП.
Пытаются похоронить эту историю.
Кричит: - Я!
(Насвистывает.)
(Звучит музыка.)
(Автоматная очередь.)
- Да.
- Ублюдок, что, не ожидал? А я живой.
- Белку схватил, что ли?
- Ты убил мою жену,
а теперь и меня хочешь?
- Я не понимаю, о чем ты.
- Да меня только что пытались убить!
- Клянусь, я вообще не при делах.
Если бы я тебя хотел убить,
ты был бы уже мертв.
- Я тебя сдам.
- Так, давай успокойся.
Поговорим. На том же месте.
Ментам не смей звонить.
У тебя все с собой?
- Теперь ты меня будешь слушать.
Я приношу корпорации миллионы,
а ты тупой бандит!
Но я не пойду к ментам,
а расскажу руководству
о твоем покушении,
и они выкинут тебя!
- Я тебя не трогал. Я ничего не делаю
без указаний сверху.
- А, так это они приказали тебе
убить мою жену?
Они приказали тебе найти на меня
компромат, а ты перестарался?
Не верю. - Я не маньяк,
чтобы убивать женщин просто так.
Мне за это деньги платят.
А ты, если хочешь,
можешь, конечно, им сказать,
что ты знаешь об их приказах,
и они, может быть, и уберут меня,
но и тебя заодно со мной!
Нам для общего блага лучше понять,
кому ты мог перейти дорогу.
- Действительно, кому? Утром я узнал,
что ты убил мою жену,
а вечером твои люди
стреляли в меня из автомата!
- Мои люди все делают чисто.
- С моей женой твои люди облажались.
Но менты уже поняли, что это
было убийство, и вышли на меня.
- Забудь об этом.
Ее убийство с нами не связать.
У них нет доказательств. Ты должен
поклясться забыть обо всем.
- Забыть? Как я могу забыть?
Она моя жена!
А те два парня, гибэдэдэшники?
Ты тоже их убил из-за меня?
(Сирена полицейской машины.)
Кто это? Это...
- Стоять! Руки вверх!
- Не дергайся!
(Слышна автоматная очередь.)
- Это что, боевыми лупили?
- Да нет, на "Ленфильме"
у пиротехников взяли.
(Автоматная очередь.)
(Смеются.)
Кораблев: - Давай петушка.
Уф! Слушай, хороший автомобиль -
неожиданно.
А тебе, кстати, дали служебный?
- Да.
Какое-то ушатанное ведро дали, ага.
- Как "ушатанное"?
Это ж с моей подачи ты получил.
- А, да?
Нет, я шучу, отличный автомобиль.
Я серьезно.
- Черт! Сейчас...
(Звонит телефон.)
- Да.
- Меня хотят убить.
- Ай-ай-ай! Кто?
- Служба безопасности компании,
где я работаю.
- Он уже подогретый. Разворачиваемся!
Господин Арабов, вам придется
все подробно нам рассказать,
в том числе и про ДТП
с вашим участием.
Вы согласны?
- Да! Да! Да!
- Хорошо, мы подъезжаем.
- Ничего не трет?
- Нет, все хорошо.
- Все хорошо? Скажите что-нибудь.
- Что сказать?
- Значит, смотрите, позвоните
Парашьяну, обвините его в покушении,
договоритесь о встрече. Он должен
признаться в убийстве вашей жены.
- А если он снова попытается
меня убить?
- Мы будем рядом.
- Я не хочу умирать.
- Та девочка тоже не хотела.
Не надо было пьяным
садиться за руль,
ничего этого и не было бы.
Все будет хорошо.
- Ну, вот эта ваша стратегия,
что легче прощения просить,
чем разрешения, не нравится мне.
- Ну извините,
надо было срочно решать.
- То есть то, что можно
вице-президенту,
президенту уже не полагается?
- Думаю, дело не в этом.
- А в чем?
- Когда Гулевич отказал Арабовой,
она обратилась к мужу и намекнула,
что за ее молчание
может требовать гораздо больше.
- Во как!
Хотя до этого от помощи мужа
отказывалась, да?
- Если честно, ну кто знал,
что там вообще было?
- Ну да. А про полтора миллиона
тебе Арабов рассказал?
- Он.
- Угу, понятно.
- Вообще, он готов был, но его
подслушала служба безопасности
и решила вопрос по-своему.
- А как по-твоему,
тому, что он говорит, что не знает
ничего ни про убийство Ольги,
ни про убийства Юрко с Давыдовым,
можно верить?
- Думаю, да.
Но за ДТП придется ответить.
Возбуждаем дело повторно.
- Это правильно.
Такое не стоит забывать.
- Пока его отпустили под подписку -
ну, за сотрудничество
и свидетельство против этого Коврова
и Парашьяна.
- Это который из службы безопасности?
- Да.
Они пока молчат, но Коврова
уже опознали и сосед, и охрана,
так что никуда ему не деться.
- Это хорошо.
А что с этими двумя недорослями?
- Дело забрал Центр "Э"
и проверяют на экстремизм.
- Даже так? А это справедливо.
СВУ есть СВУ - это не шутки.
- Виктор Иванович...
- Ну?
- Я уйду пораньше?
- Конечно.
- Извини, пожалуйста, опоздала.
- Да ну, ерунда вообще.
Ну вот, в общем так, в двух словах.
Фотография была сделана вон там,
возле ящика с замочками. - Угу.
- Городские камеры
нам ничего не покажут,
потому что у них там
неделю хранится запись.
Остается только на частные надеяться.
Может, увидим.
- Может быть, есть камеры
в "Новой Голландии"?
- Что в Голландии? Не понял.
- Обратите внимание:
за вашей спиной находится
рукотворный остров "Новая Голландия".
Открыт для общего доступа
после модернизации в 2011 году.
- А я зато знаю,
как вот этот мост называется.
- И как?
- Поцелуев мост.
- Так. А почему он так называется,
знаешь?
- Знаю. Легенд, правда, много,
одна из них - то что здесь проходила
городская граница...
- Да.
- ...и провожающие своих близких,
родственников,
которые покидали Петербург,
целовались,
прощаясь как раз на этом острове.
Также две дороги проходили
через мост: одна вела в тюрьму,
другая - в гвардейский
флотский экипаж.
Ну и как моряки, так и тюремщики
прощались со своими провожатыми.
Что, не так?
- Все немного прозаичнее.
Дело в том, что здесь рядом
находилось питейное заведение
Никифора Поцелуева, которое
так и называлось - "Поцелуев".
Вот именно в честь него
и назвали мост.
- Ты хочешь сказать, что этот мост
назвали просто в честь
какого-то барыги,
который тут всех спаивал?
Ну... Нет-нет, мне не нравится.
- Ну хорошо, есть история
поинтереснее. Современная легенда.
Молодожены должны пройти
по этому мосту,
целуясь и не отрываясь друг от друга.
И как крепка чугунная основа моста,
так будет крепок их союз. А?
- Ну вот, это уже легенда -
другое дело.
- Да.
- Подожди, как?.. Крепка чугунная...
- ...основа.
- Основа. Ну ладно.
То есть надо вдвоем пройти,
не отрываясь и...
- Угу, да.
- Слушай, ну я готов исполнить.
- Подожди, это для молодоженов.


Серия 15

- Дюша!
- Дюша! Дюша!
- Дюша!
Ты чего, Дюша?
- Как это делается-то?
- Дурак!
- Придурок!
- Мама, а сегодня какой праздник?
- У наших соседей, по-моему,
каждый день праздник.
Последнюю неделю - так точно.
- А разве так бывает?
- И не так бывает.
Ну что? Будем читать?
- Мам, ну...
- Надо. Александр Сергеевич Пушкин.
"У лукоморья дуб зеленый;
Златая цепь на дубе том:
И днем и ночью кот ученый
Все ходит по цепи кругом;
Идет направо - песнь заводит,
Налево - сказку говорит.
Там чудеса: там..."
Устал, мой сладкий?
- Ага.
- Будешь спать?
- Ага.
- Ну, спокойной ночи.
Рация на тумбочке.
- Ого. Чего-то ты быстро.
- Да он на ходу засыпает.
Как там соседи, угомонились?
- Только что.
- Господи, как они мне надоели
со своими вечеринками.
По рации: - Как дела? Прием.
- Очки потерял, не вижу ни черта.
- Как ты умудрился?
- Ты сейчас это хочешь выяснить?
(Звук выстрела.)
- Игорь! Выстрел у соседей.
- И что?
- Я слышала выстрел,
не надо позвонить в полицию?
- Слушай, пускай они друг друга хоть
переубивают. Да петарды взрывают.
- Пойдем спать?
- Сейчас, я досмотрю хоккей.
- Я пошла, приходи.
- Хорошо смотритесь.
- Замерзли.
- Привет.
- Привет.
- Спасибо. Ну зачем?
- Ну как это зачем?
- Спасибо. - Спасибо большое.
- Ну, пойдемте.
Цветы поставлю, и чай будем пить.
- Похож. Думаешь, внук?
- Я не знаю, меня больше волнует
не он, а конструктор в его руках.
- Конструктор, да. А может, и сын.
- Ты знаешь, у меня было время
помониторить, и я узнал,
что вот такой именно конструктор
можно купить
только в пяти магазинах
в нашем городе.
Ну, если они его только откуда-то
не привезли, чтобы, там,
подарить двоюродному брату.
- Какому брату?
- Да нет, это я так,
просто предполагаю.
Мало ли чего они здесь делают.
- Ну слушай,
пять магазинов не так много, да?
- Да,
но теперь надо найти время,
чтобы их обойти. Да.
- Еда готова.
- О, спасибо. Останешься с нами?
- Нет. А, да, да, спасибо.
- Готовила Злата.
- Ты показывал фотографию Степе?
- Да, сегодня.
- И что?
- Ну, говорит, 95 процентов,
что это Михальчук, если учитывать,
что он и Никита пользуются
одной и той же программой,
ничего удивительного.
- Если вы говорите при мне о работе,
начинайте сначала, пожалуйста.
- Такая работа - одно называние.
- Тем более.
Мне интересно. А то мама ничего
никогда не рассказывает.
- Зачем тебе этим голову забивать?
- Мам, у меня уже диплом есть.
Мне двадцать лет.
- Для меня ты всегда малышкой будешь.
- Люблю тебя.
- Я тебя тоже.
- Вы такие сладкие, слушайте.
Кстати, очень вкусно,
а ты говорила, что Злата...
- Злата хорошо готовит, я говорила.
- Очень. Забыла добавить,
что очень хорошо готовит.
- Нет, правда вкусно, спасибо.
- Пока!
- Пока-пока.
- Чего он не остался-то?
- Ну вот, не остался.
- Ну расскажи.
- Все тебе надо знать.
Рано еще для оставаний.
- Мне он нравится. - Мне тоже.
- Дюша! Это чего за хрень?
Дюша! Это чего за шутка такая?
Ты чего мне ствол подложил? Дюша!
Дюша!
Дюш! Ты чего, дрыхнешь?
Дюша, ну ты чего?
Дюша, ты чего, шутишь?
- Так, Рита... Я ушел.
- Леня, подожди секундочку.
- Что такое?
- Я ресторан нашла. Хочу тебе
показать, чтобы ты одобрил.
- Сейчас, подожди, подожди.
Я, знаешь, подумал, и мне кажется,
что ресторан - это как-то банально.
А где мы - и где банальность?
- Далеко. А как тогда?
- Давай ты выберешь платье, стол
и музыку. А я попробую найти место.
- Хорошо.
- Я, кстати, хотел тебя спросить...
Ты в первый раз выходишь замуж?
- В первый. А почему ты вдруг
заинтересовался?
- Видимо, уже пора.
И детей у тебя тоже нет?
- Удивительные у нас отношения.
- Почему-то так и думал.
- Машина здесь.
Почему он трубку не берет?
- Чего ты меня спрашиваешь?
Иди его спроси.
- Ничего не понимаю.
- Все-все, здесь оставь.
Сами разберемся.
- Я еще буду нужен?
- Нет, завтра к 8 подъезжай.
- Хорошо.
(Женский крик.)
- Подождем, пока растворится.
- А вы откуда приехали-то?
- Из Сочи.
- Из Сочи. А как долго там были?
- Неделю.
- И с сыном разговаривали
когда в последний раз?
- Когда ты с ним созванивалась?
- Вчера. Я ему каждый вечер звонила.
- Ну, и? Ну, в плане...
был чем-то обеспокоен?
Может, жаловался на что-либо?
- Нет, все как обычно.
Он сказал, что пожует что-то
и пойдет спать.
- Пожует... А чем он вообще
занимался?
- Балду гонял.
- Я имею в виду - работал где-то,
учился?
- Какой там "учился"? Я ж говорю,
балду гонял и мои деньги тратил.
Числился где-то там для галочки,
а так - балбес, одним словом.
- Не смей так говорить
про нашего мальчика.
- Успокойся.
- Я не знаю, что я теперь...
Как я теперь...
- Ну все-все-все, хватит.
- Ну ладно, я пойду.
- Все. Ну все, давай, выпей.
- Квашня!
А...
- Екатерина.
- Да я помню.
Так что, пальчики есть?
- С избытком.
- А на курке?
- Везде.
- Ну?
- Ну вот, какая-то стекляшка.
- Бутылку, что ли, разбили?
- Да вроде не похоже на бутылку.
- Так и чего ты сидишь?
Бери и неси криминалисту.
- Ага, "неси криминалисту"!
Криминалист должен сам прийти,
сфотографировать, взять это все.
- Да? С каких это пор?
- Угу. Да вот с этих.
Катя, Кать! Смотрите, улика.
Я ничего не трогал.
- Ладно, все, сами разбирайтесь.
- Привет.
- Привет, Марья Сергеевна.
Ну что, в эфире наш любимый сериал
"Богатые тоже плачут".
- Ой, ты вспомнил.
- А что? Мы всем отделом смотрели,
вы разве нет? - Я смотрела
"Семнадцать мгновений весны".
- Ну, это дело вкуса. Короче...
- Да.
- Убит Кирпичев Андрей,
сын бизнесмена Кирпичева,
застрелен из папашиного
охотничьего ружья.
Родители вернулись с морей
и обнаружили труп.
- Что из дома пропало?
- В общем, ничего, на первый взгляд.
Но ревизию пока не проводили,
сами понимаете.
- В доме есть чем поживиться,
я так понимаю?
- Это в избытке.
На ограбление не похоже, правда.
- Ну, может, грабители не думали,
что в доме кто-то есть.
- Это вряд ли.
Он устроил вечеринку с друзьями.
Все как обычно - там, стаканы,
бутылки, грязная посуда,
использованные средства
индивидуальной защиты,
и не маски с антисептиками.
- Я поняла.
- Да.
- Где остальные участники вечеринки?
- Понятия не имею. Весь дом
напичкан видеокамерами,
но сынок, видимо, предварительно их
отключил, страшась папашиного гнева.
- Угу. Ну хорошо. А ты один?
- Если вы о Платонове, он у соседей.
- Узнай у родителей,
с кем мог убитый зажигать.
Спасибо.
- Я и сам хотел это сделать.
- Марья Сергеевна, вам вниз.
Но там... Там Панов, там...
- Ты работаешь или в телефоне сидишь?
- А, телефон!
Я просто учусь эсэмэски отправлять.
Ничего не умею,
ни черта не получается.
- Леня...
- Не умею ничего, старый уже.
Я мог бы и не приезжать.
Ну сказали бы сразу, что долбанули
из охотничьего карабина,
я бы все с закрытыми глазами
и описал.
Ну а с другой стороны,
не вредно приехать посмотреть,
как люди живут и чем эта жизнь
иногда заканчивается.
- М-да.
- Вот такие вот у нас дела.
- Выстрел раздался часов в десять.
- Нет, позже. В десять они
еще вовсю гуляли.
- Точно. А я пошла
ребенка укладывать.
- Да, значит, было где-то половина
одиннадцатого или без двадцати.
- А после выстрела ничего не слышали?
- Нет, ничего особенного.
- Вы нас простите,
что мы не позвонили в полицию.
Надо было, так сказать,
проявить гражданскую ответственность.
- Да нет, не переживайте.
Вы сказали "они". А их было много?
- Да, да, было много.
- А кто и сколько?
- Ну, этого я не знаю.
- Да ничего страшного.
- Я... Я из окна видела -
хозяин был и приятель его.
- Приятель?
- Да, я его раньше видела.
Как зовут, не знаю.
И какие-то две девицы,
их раньше не видела.
- Угу, понял вас. А, я еще заметил,
у вас два выхода на участке.
А оттуда попасть к соседям
можно как-нибудь?
- Да, там калитка, но открыта она,
закрыта - я не знаю.
- Ага. Ну понятно.
- Стоп! Стоп!
- Вы Катя, да?
- Да.
- Наш новый криминалист?
- Угу.
- Эльдар про вас рассказывал.
- Понятно.
- Я Олег, майор Пла... А!
- Марья Сергеевна! Поговорил я с
родителями убитого по второму кругу.
Есть одна пропажа: юбилейная монета
времен Александра Сергеевича Пушкина.
- Ого. Необходимо подробное описание,
а лучше фотография.
- Сделаем. И еще одна подробность.
Убитый был знаком...
Ну, как знаком?
Друг не разлей вода, короче.
Имя его Денис Филоненко.
- Телефон узнали этого Дениса?
- Узнали, только он вне доступа.
- Это уже интересно. А адрес?
- Адреса нет. Ну, я думаю, это...
- Привет.
- Узнал что-нибудь?
- Ну так, не особо.
Была вечеринка, закончилась
вечеринка, прозвучал выстрел. Все.
- Понятно. Ну, значит,
ищем участников вечеринки.
- Начнем с приятеля?
- Естественно.
- Слушай, шикарно выглядишь.
Может, мне тоже надеть пиджак?
- Отстань.
- Серьезно.
- Денис? Ты что тут делаешь?
- Ты одна?
- Мама на работе. Да.
- Пустишь?
- Ты какой-то странный.
- Есть что выпить?
- Коньяк только.
- Давай.
- Ты скажешь, что произошло, или нет?
- Я влип. Я по уши влип!
- Может...
- Не лезь!
- Я могу узнать, пожалуйста,
что произошло?
Ты что, человека убил?
- Я не знаю.
- Есть доказательства, что Филоненко
был в гостях у младшего Кирпичева.
- Это какие?
- Биллинг
плюс Филоненко предупредил родителей,
что останется у Кирпичева.
- Так, и что с поисками?
- Отрабатываем пару адресов.
- Это что же у нас получается-то?
Убийство на почве
внезапно возникшей неприязни?
- Ну, получается.
Или ружье выстрелило по ошибке.
- Добаловались, м-да.
- В любом случае
нужно поговорить с Филоненко.
- Замечательно.
- Курочкин. Ты тут?
- Нет, ушел.
- А где коллеги?
- Удалось найти контакт по убийству,
и они полетели.
- Ладно. Поглядим.
- А чего такой взъерошенный?
- Так свадьба надвигается.
- Ну?
- Ну ресторан надо искать или что...
- И?
- Хотелось бы что-то такое необычное.
- Ну да.
- Потом мы уехать хотели куда-нибудь.
- Куда? - Ну тоже в какое-нибудь
необычное место.
- И что?
- Что, что...
- Держись. Это оно и есть.
- Что?
- Супружеская жизнь.
Ты ищешь выход, а его нет.
- Кто там?
- Уголовный розыск.
Здравствуйте. Уголовный розыск.
- Здрасте.
- Мы интересуемся вашим
старым знакомым Денисом Филоненко.
- Я боюсь, я ничем не могу
вам помочь. Я его полгода не видела.
- Что-то отмечали?
- Нет. А что?
- Разрешите пройти?
- А у вас ордер есть?
- Да, конечно.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Полгода, значит?
- Ну да, около того.
А вы думаете, я его прячу?
- Нет, что вы!
- Марина, скажите, а можно
воспользоваться вашей уборной?
- Да. Прямо и направо.
- Спасибо.
- Что про парня можете рассказать?
- Да раздолбай, 7 пятниц на неделе.
- Поэтому и расстались?
- Ну и поэтому тоже.
- У меня то же самое, в общем,
только наоборот, и...
- Марина, а с кем вы живете?
- С мамой. Она на дежурстве.
На скорой работает.
- Это святое. Ну, давайте к делу.
- Так а я вам уже все рассказала.
- Ну, все, да не все.
Смотрите, у вас в квартире
достаточно хорошо пахнет алкоголем -
а от вас - нет. Как такое может быть?
- Наверное, мама пролила лекарство.
- Ну да, может быть, да. А скажите,
вы часто поднимаете стульчак,
прежде чем сходить в туалет?
Причем неаккуратно ходите.
- У вас такие вопросы некультурные.
- Ну, культурные, некультурные...
Где Денис?
- Его здесь нет.
- Денис, выходи!
- Марина, просто не хочется начинать
копаться в ваших личных вещах,
залезать на лоджии,
в комоды, в шкафы.
Может, пускай Денис сам выйдет?
- Например, из шкафа.
- Здравствуйте.
Всегда б было так просто.
- Ничего не помню.
- Совсем? - Совсем.
- Вы хотите меня убедить,
что не помните,
как у вас в руках оказалось ружье?
- Как вы нажали на курок.
- Нет, не помню.
- На ружье ваши отпечатки.
- Ну, может быть.
- Да не "может быть", а точно.
- Давайте вместе восстанавливать
события того вечера с самого начала.
- Мы тусили в центре,
в каком-то баре на Думской.
Потом решили, что поедем на хату.
По дороге заехали в какой-то магаз
за дозаправкой.
Потом Дюша предложил
свистнуть девчонок.
Сказано - сделано. Они приехали.
Ну, мы свое дело сделали.
Они уехали. Андрюша к бассейну пошел,
а я в спальне отъехал.
- И? Ну, дальше, дальше,
не останавливайтесь.
- Просыпаюсь в обнимку с ружьем.
А Дюша...
Это все.
- Конфликт был?
- Да нет, не было никакого конфликта!
Все нормально.
Просто хорошо потусили, и все.
- Кто достал ружье из сейфа -
вы или ваш друг?
- Да никто! Я не помню!
- Конечно. Оно само.
- Почему вы от следствия скрылись?
- А что мне было еще делать?
Я же понимаю,
что все стрелки на мне сходятся.
- Адвокат у вас есть?
- Отсутствует.
- Леня, привет. Может быть, все-таки
скажешь, что ты там придумал?
А то я не могу ни еду заказать,
ни платье выбрать.
Короткое, длинное? Нужен кейтеринг
или официанты там будут?
Ничего не понятно,
а до свадьбы месяц остался.
- Сейчас, одну секунду
можешь просто повисеть? Ага.
Марья Сергеевна,
а что такое кейтеринг?
- Выездная организация банкета.
- Алло, Риточка, кейтеринг нужен, да.
Но вот платье лучше без шлейфа.
Хотя, конечно, короткое тоже
как-то не очень логично.
Слушай, давай мы с тобой об этом
дома переговорим.
Просто я сейчас занят немного.
Нет, ты не обижайся.
Ага. Да, и я тебя.
- Хорошо, до вечера.
- Простите.
- Ты знаешь, что такое шлейф?
- Шлейф? Так это я
в одном деле как-то...
Ну, дело, над которым работал.
Там девчонку одну шлейфом удавили.
Марья Сергеевна, давайте мы лучше
к нашему трупу вернемся, а?
- Пожалуйста. Итак, пришли
первые результаты экспертизы.
Есть несколько интересных моментов.
- Так. Например?
- Никто не отрицает, что на ружье
обнаружены отпечатки Филоненко,
но также обнаружены следы клея.
Откуда они там взялись?
- Слушайте, есть технология переноса
отпечатков, причем не одна.
А потом, если с помощью скотча -
ну, скотч, клей, -
так, они, собственно,
там и появились.
- Еще: недалеко от дома Кирпичева
обнаружен осколок от линзы очков.
В семье Кирпичевых
никто очки не носит.
- Марья Сергеевна, тысяча способов,
как этот осколок мог там появиться.
Приехали гости, выпили,
устроили пикничок, туда-сюда...
- Возможно.
- Все?
- Нет, юбилейная монета есть,
которая пропала из дома. И Филоненко
утверждает, что он ее не брал.
- Да мало ли что он утверждает.
- В итоге, есть над чем
поразмыслить. Да?
(Телефонный звонок.)
Да.
- Марья Сергеевна, прошу прощения,
это Кирпичев, отец убитого.
- Здравствуйте.
- По новостям прогнали,
что задержан подозреваемый?
- Да, у меня как раз совещание
по этому поводу. Извините.
Появились кое-какие нюансы.
- Убит мой сын,
я должен быть в курсе.
- Все понимаю, договорились.
Всего доброго.
- Да.
- Ты спросил?
- Спросил.
- Ну? И что?
- "Нюансы".
"Нюансы", твою мать.
"Нюансы" у них.
Ничего, я им сделаю "нюансы".
- Что ты им сделаешь?
- Я разберусь.
- Так. - Во!
- Черт.
- А-а!
- Помогите! А-а! Помогите!
- Добрый день. Уголовный розыск.
- Здравствуйте. - Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Чем можем быть полезны?
- У вас работает официантка,
зовут Ольга.
Блондинка, чуть старше двадцати,
среднего роста,
и у нее есть татуировка
в виде дельфина.
- Дельфинчика. Кажется, это я.
- ЗдОрово.
- Ладно, пожалуй, я пойду.
- Спасибо.
Скажите, вы знаете этих людей?
- А. Да, я их сто лет знаю.
- А когда видели их в последний раз?
- Да недавно. Мы тусили вместе. Они
позвонили, пригласили. А что не так?
- Все хорошо. Как все прошло?
- Ровно.
- Ага. А почему тогда уехали раньше?
- Понимаете, я немного перепила
и попросила подругу,
чтобы она вызвала такси.
- А парни не были против?
- Нет. Они сами были тепленькие уже,
так что обошлось без обид.
- А они вам вызвали такси?
- Нет, мы сами справились.
Хотя тоже не без приключений.
- Что за приключения?
- Водитель куда-то запропастился,
так что мы
чуть в чужую машину не сели.
- А когда ждали, не видели что-нибудь
подозрительного вокруг коттеджа?
- Нет.
- Угу... А номер подруги у вас есть?
- Да. - Можете скинуть?
- Хорошо.
- Спасибо.
- Шатается мост.
- Ну что?
Ничего?
- Ну, тоже мимо.
- Может, они за день до этого
продавали или после?
- Видишь, эти тоже говорят,
что позиция непопулярная,
и знали бы, если б такой
конструктор продался.
- Ты фотографию показывал?
А это последний магазин?
Жалко. Такая зацепка сорвалась.
- Ну да.
- Расскажи мне поподробнее,
как Михальчук погиб?
- Ну, он скрывался в Карелии,
жил в палатке в лесу.
Ну и погиб от лесного пожара.
- А почему в Карелии?
- Ну, как Никита рассказывает
из своих расследований,
якобы у него там армейский друг.
- Друг?
Возможно, он помогал ему укрываться?
- Никита в этом уверен.
- Так, возможно, он знает,
где сейчас Михальчук?
- Возможно, знает.
- Надо съездить поговорить с ним.
- Что, ехать в Карелию?
- А почему нет? Ты был в Карелии?
- Нет.
- Да ты что? Там так красиво!
- Да?
- Угу.
- А подругу разыскал?
- Да, повторяет все слово в слово.
- А таксиста,
который их оттуда увозил?
- Тоже. Он сначала отвез одну,
потом вторую.
Здесь, похоже, все гладко,
Леонид Николаевич.
- Ой, "гладко", "ровно"...
Ищем черную кошку в темной комнате,
которой там нет.
- В смысле?
- Да время тратим вместо того,
чтобы на этого прыща поднадавить.
Ладно, все, поехали со мной.
- Так может, расскажешь что-нибудь?
- Ну, я как-то с этим делом
не знаком, с этой нуме...
- Нумизматикой.
- Ну да.
- Ну может, что-то мимо пролетало?
- Не, ничего не пролетало.
- Ладно, Ваня
ну что я тебе скажу тогда?
Спасибо, береги себя
в эти непростые времена.
- Честно хочу сказать, если бы я
хотел узнать про эту монетку,
я бы обратился к Борзому.
- К Мишке Борзунову, что ли?
- Да конечно.
- Так он сидит ведь.
- Да ты что, он давно завязал.
У него антикварная лавка
на Петроградской стороне.
Ну, около рынка. Знаешь?
- А, да-да. Ну понял.
Хорошо, учту, спасибо. Пока.
- Ну, пока.
- Ты в бассейн, что ли?
- Пойду поплаваю.
- Алло.
Калимулин: - Да.
Ну что, сказал что-то интересное?
- В итоге сказал.
Слушай, надо тут смотаться
в одну антикварную лавку
и побеседовать
с неким Мишей Борзуновым.
- Хорошо, сделаем.
- Ага, записывай адрес.
- Записываю.
- Скоро?
- Ну потерпи еще.
- Так а что там?
- Сюрприз.
Кстати, я решила, кем хочу стать.
- Так.
- Журналисткой.
- Журналисткой?
- Да. Я уже устроилась
работать в газету. - Да?
- Да, и мне сказали, что тему
первой статьи я могу выбрать сама.
- Ой, здорово. Молодец.
Так, ну что ж за сюрприз-то?
Здорово, я не знала,
что здесь конюшня.
- Да, всего лишь
в двадцати минутах ходьбы от дачи.
Кстати, а свою первую тему для своего
журналистского расследования
я решила сделать про то, как содержат
лошадей в Петербурге и области.
- Совместим приятное с полезным?
- У тебя учусь.
- Симпатичная вещица.
Такая же, если не ошибаюсь,
экспонируется
в Государственном Эрмитаже.
А это, позвольте полюбопытствовать,
откуда?
- Это из частной коллекции.
- Да вы что?
- Угу.
- Стащили?
- Да. Самым наглым образом.
- Какой кошмар!
Ну как дальше жить не этом свете?
- Михаил Федорович, не говорите.
Скажите, пожалуйста, вы в последнее
время сталкивались с этим экспонатом?
- Нет-нет.
Хотя, честно говоря,
я бы не отказался
от такого экземпляра
в своей скромной коллекции.
Но не по Сеньке шапка.
- Я вас понял. Михаил Федорович,
я буду вам благодарен,
если вдруг эта монета всплывет и...
- Я сразу вам сообщу.
- Да, и также буду благодарен,
если вы доведете эту информацию
до своих коллег коллекционеров.
- Да конечно, они же все
благоразумные, законопослушные люди.
- Я в этом не сомневаюсь.
Но чтобы усилить их благоразумие,
вы передайте им, что исчезновение
монеты связано с убийством. Вот.
- Да что вы? Какой кошмар.
- Не говорите. Молодой парень.
Я к чему, собственно...
Любого, кто получит эту информацию,
вы предупредите.
Если он получит эту информацию
и пожелает ее скрыть,
его будет ждать
крайне суровое наказание.
Ну вы понимаете, убийство.
- Понимаю, понимаю.
Да, товарищ подполковник,
у меня совершенно вылетело из головы,
что за два часа,
как вы меня вызвали,
мне на телефон пришло письмо.
Странное письмо. Я сначала подумал,
что это спам. Спам.
Но теперь я вижу, что дело серьезное.
- А что в письме-то?
- Сейчас. Понимаете, я не думал,
что здесь есть связь. Понимаете?
Так, вот. Вот, письмо.
Читайте, пожалуйста.
- Так это та же самая монета.
- Да, это она.
- И вам что, предлагают ее купить?
- Сразу скажу, я не знаю,
кто мне пишет.
Я не знаю этого человека,
а теперь и знать не хочу.
- Как интересно. Кто знает вас
и кого заинтересовала эта штуковина?
- Деньги, которые хотят
за эту монету, несерьезные.
Монета стоит значительно дороже.
Так что не исключено,
что это гнусная подделка.
Телефон, пожалуйста.
- А, да.
- И если я вам буду нужен,
не стесняйтесь.
Я отвечу на любые ваши вопросы.
- Я не думаю, что это подделка.
Стал бы он обращаться к специалисту,
если бы это была подделка.
- Совершенно с вами согласен,
Марья Сергеевна.
- Так и чем дело закончилось?
- Я попросил коллекционера
вступить в переписку.
- Ага, и?
- Было бы странно,
если бы эксперт согласился на покупку
на основе одной переписки.
Мы решили, что есть смысл встретиться
с продавцом.
- Логично. Когда встреча?
- Завтра.
- Супер.
- День добрый, хозяин. А мне бы
с Валентином Огаревым поговорить.
- Добрый. Я Огарев. С кем имею честь?
- Майор Платонов, уголовный розыск,
Санкт-Петербург.
- Ничего себе. Далече.
- Ну да.
- Ну, и чем могу помочь?
- Да хотел с вами про вашего
армейского товарища поговорить,
Алексея Михальчука.
- О-о.
Ну вы вспомнили.
- Я слышал, он где-то здесь погиб.
- Да, было такое дело.
Да времени-то сколько прошло.
Кому сейчас хочется опять
это дело ворошить?
- Ну, есть такие люди.
- Я не против, только что ж мы
с дороги о делах разговариваем?
Может, я самоварчик заварю, а?
- Да я не против, в общем-то.
- Ну...
Леша появился тогда и сказал,
что у него неприятности.
Что его обвиняют неизвестно в чем,
ищут.
Он попросил меня о помощи.
Я отказался -
зачем мне эти лишние проблемы?
Я ему попытался объяснить,
что, если он эту кашу заварил,
пускай сам ее и расхлебывает.
- Не стали помогать, да?
- Я человек законопослушный,
мне эти проблемы не нужны.
- Ну и что?
Михальчук, наверное, обиделся?
- Обиделся, не обиделся - не знаю.
Но мы же не дети малые.
- И с тех пор вы его больше
не видели, да?
- Нет. Нет, не видел.
- А куда он мог податься от вас?
Сразу в лес или, может,
у кого-нибудь перекантовался?
- Последние, что я слышал, - это то,
что он где-то на зимовке залег.
Но сам не видел.
- А в лесу, значит, можно жить?
- О-о!
Если руки есть, можно.
А у Лешки руки были.
И петельку на косого поставить,
и рыбку выудить.
Не жизнь, а база отдыха.
- А вы труп опознавали?
- Было такое. Только что там
опознавать-то было? Уголек.
У нас, как пожары начинаются, ой,
только знай убегай.
Если вовремя из круга не выберешься,
то пропал.
Зверья столько гибнет, о-о...
- А вы уверены, что это был он?
- Ну, как уверен... А документы его.
- А как опознавали?
- А вы не знаете, как это делается?
Пришел участковый, сказал:
"Кивни головой,
закорючку здесь поставь и свободен.
Занимайся своими делами".
- Понятно. А кто нашел труп?
- Ну вы и вопросы задаете.
Может, пожарный какой, не знаю.
Кто приехал первый, тот и увидел.
- Ладно, понятно.
Пожарный так пожарный.
Вкусные яблоки у вас.
- Еще бы! Экологически чистые.
- Ох! "Суровая изящность.
Австралийские моряки - правнуки
отъявленных головорезов,
некогда заселявших этот не самый..."
- Садись. Садись на эту скамейку.
Садись.
Да не смотри ты на меня. Садись.
- Эльдар, ты что,
сам с собой разговариваешь?
- Простите.
Разве так можно?
- Как?
- Ну, нас всего лишь двое.
- А он один.
Справимся как-нибудь, не впервой.
- Кажется, кто-то подходит.
Точно подходит. Точно, к нему.
Не, не он.
Все, извините.
- Пойдем, пока спит.
- Здравствуйте, Михаил Федорович.
- Добрый день. Вы по поводу монеты?
- Совершенно верно. Деньги при вас?
- Да, но сначала я хотел бы
посмотреть монету.
- Да без проблем.
- Позвольте поинтересоваться,
откуда у вас такая красота?
- Сдачу в продуктовом
по ошибке выдали. - Серьезно?
- Абсолютно. Что скажете,
подлинная железка или фуфло?
- По-моему, все в порядке.
- Тогда где деньги?
- А, да.
- И считать не будете?
- Я доверчивый.
- Хозяин - барин.
- Счастливо.
- Так, я пойду вон ту аллею перекрою.
Будь внимателен.
- Леонид Николаевич, подсобите!
- Я тебе подсоблю сейчас...
- А-а-а!
- Леонид Николаевич, скорую вызывать?
- Да тут, скорее, катафалк нужен.
- Монета изъята,
отправлена на экспертизу,
но там отпечатки только
антиквара Борзунова.
Но я уверена,
что это та самая монета.
- Да, тут сложно
поверить в совпадение.
Что с личностью погибшего?
- Вострецов Борис Александрович,
1984 год рождения.
Несколько судимостей.
- Вот так, да? И когда последняя?
- Пять лет назад, кража.
- Давно.
А что это он за старое взялся?
- Видимо, жизнь заставила.
- Надо уточнить момент.
Надо понять, какую роль Вострецов
играет во всей этой истории.
- Сделаем.


Серия 16

- Вот как-то здесь я его и обнаружил.
- Его друг сказал,
что здесь зимовка была, да?
- Ну а вы что хотели?
После того пожара
от нее одно пепелище осталось.
А уж с тех времен за тридцать лет
вообще все в землю ушло.
- Да это понятно. А вот говорят,
что тело обгорело до углей,
а документы целые.
- Так они же у него
в железной коробке хранились.
А от бедолаги -
только ошметки и зубы золотые.
- Золотые зубы?
- Ха! Полон рот.
Мы с парнями тут шутили,
что теперь понятно,
куда золотой запас нашей партии ушел.
Я так понял, это бегунок был.
- Уголовник?
- Ну да, здесь же испокон веков
лагеря. Люди бегут -
кто-то в города возвращается,
а кто-то и на земле оседает.
Я так понял, что оттуда.
А вообще странно,
что Валя ничего про них не слышал.
- Валя - это?..
- Егерь, который вас ко мне отправил.
Он тут каждую елку знает,
а этот, считай, у него под носом.
- Думаете, был в курсе?
Говорит, что нет.
- Раз говорит...
- Ладно, спасибо за экскурсию.
Давайте, мы, наверное, обратно.
- Ну, как скажете.
- Валентин Георгиевич!
Валентин Георгиевич!
Здравствуйте. Скажите,
а вы соседа вашего не видели?
- Валю-то? С утра собрался и уехал.
- А куда, не сказал?
- Не-а. Я-то думала, до центра.
А он: "Не знаю. Даже не скажу тебе,
куда и когда вернусь".
Но за хозяйством попросил глянуть.
Может, передать чего, если объявится?
- А, нет-нет, не нужно.
Спасибо. До свидания.
- Привет, Маша.
Есть минутка для меня?
- Ну, одна, у меня люди.
- Я, в общем, сейчас возвращаюсь
в Питер, завтра уже буду на работе.
- Удалось что-нибудь узнать?
- Вообще да, достаточно много.
Стопроцентной гарантии,
что Михальчук жив, у меня нет,
но есть много интересных фактов.
- Да, Наташа позвала. Поедем к ней?
- Здорово. Я обеими руками за.
- Давай, аккуратнее за рулем. Пока.
- Хорошо. Целую.
- Извините еще раз.
- Все в порядке.
- Так, значит, Артем говорит,
что в ту ночь
его рация поймала чужую волну
и он услышал разговор?
- Да, да, примерно так.
- О чем был разговор?
- По-моему, один дядя сказал, что он
потерял очки и ничего не видит.
А второй пообещал прийти
к нему на помощь.
- Очки?
- Да, очки.
- Хорошо. Интересно.
А какой диапазон у твоей рации?
- Километра полтора-два.
Но она чувствительная
и берет все помехи вокруг.
- То есть, скорее всего, разговор
происходил недалеко от вашего дома?
- Да. - Вы простите,
что мы сразу не сказали.
Артем сам только вчера признался.
- Да все в порядке. Спасибо тебе,
Артем, большое. - Не за что.
- Один из них говорит,
что потерял очки. Понимаете?
- Нет.
- Около дома Катя нашла осколки линз,
между тем в семье Кирпичевых
никто очки не носит.
- Вон оно как...
- Да.
Нет, мы, конечно, не можем положиться
на слова маленького мальчика,
но, возможно, все было так,
как мы себе представляем.
- Ну хорошо.
А что с этим продавцом монет?
- Кораблев сейчас там работает,
жду результатов.
- Скажите, пожалуйста, а чем ваш
супруг занимался в последнее время?
- Что они ищут-то?
- Так, то тем, то этим.
- "То тем, то этим".
А что это значит?
- Я особо не интересовалась.
Давал деньги на ребенка, на дом.
- А он работал где-то официально?
- Насколько я знаю, нигде.
- Ясно. Скажите, пожалуйста,
вот эта монета вам знакома?
- Первый раз ее вижу.
- Вы не торопитесь,
посмотрите внимательно. Уверены?
- На сто процентов.
- На сто процентов.
Понятно. Ясно.
- Понятые, подпишите.
- А такое имя, как Денис Филоненко,
вам знакомо?
- Навскидку - нет. А кто это?
- Ну я не знаю,
может, приятель вашего мужа.
- Не знаю такого. Ну, либо не знаю,
что его так зовут.
- Тогда следующий вопрос.
Скажите, чем ваш супруг занимался
во вторник с девяти до двенадцати
вечера?
- Это когда?
- Я же говорю, во вторник,
с девяти до двенадцати.
- Вторник у нас когда был?
- Леонид Николаевич, мы все.
- Что, и подписали уже?
- Да.
- Ладно. Как говорится,
спасибо и на этом.
У меня маленькая просьба: вдруг
вспомните что-нибудь интересное -
не сочтите за труд, позвоните.
- Откуда мне знать,
что вам интересно?
- Ты проверь мне эту барышню. Есть
у меня ощущение, что она при делах.
- Хорошо.
- Леня, ты что ли?!
- Товарищ полковник. Юрий Саныч.
- Я, кто же еще!
- Какими судьбами?
- Как - какими? Живу я здесь,
Леня, лет сорок. А может, и больше.
Ну, заодно председательствую.
Хожу, с народом ругаюсь.
- Ясно.
- А ты-то что тут?
- Так я это... Набедокурил тут один
из ваших жителей, из 17-й квартиры.
- А, знаю я этого гражданина.
Тревожный, Леня, ох тревожный.
- Это да.
- Так ты его что, под жабры принял?
- Да это ж не по моим делам,
вы знаете.
Ну, просто эксцесс
во время задержания.
- Ну вы даете!
- Дело-то непредсказуемое.
Ну что я вам говорю?
- Ну, правда твоя, всякое бывало.
Ладно, ребята,
не буду вас больше задерживать.
Все, счастливо.
- Рад был увидеть.
- У самого дел с избытком. Да, Леня.
- Счастливо.
- О, молодое поколение!
- До свидания.
- До свидания.
- А кто это?
- Шеф мой бывший.
Полковник Марасевич.
Легенда Ленинградского УГРО.
Сдал, старичок. Ладно, поехали.
- Поехали.
- Что, сидел дома, играл с ребенком.
- Хорошо.
- Понятно, что слова его супруги
ничего не стоят.
Так что этот Вострецов
мог оказаться в любом месте.
- Вопрос: зачем?
- Вот сейчас не понял.
- Его жена могла обеспечить ему
алиби. Знаешь, что я думаю?
Я думаю, что Вострецов ни при чем
и монета к нему попала
либо от Филоненко,
либо от кого-то другого.
- Почему так уверены?
- Ну лезть туда ради одной монеты -
это странно.
- Нет, ну согласен,
можно, конечно,
было вынести и побольше.
- Значит, преступники пришли
не за деньгами.
- Марья Сергеевна, а может,
и не было никаких преступников?
Кирпичева убил друг Филоненко,
допустим,
а монету стащила подружка на час.
- Не знаю, но мне кажется,
мы что-то упускаем.
- А может быть, просто первое
ощущение самое правильное?
- И Филоненко - это убийца?
- Да.
- А если нет? Если невиновный человек
будет сидеть в тюрьме?
- Я слышал, что сидится ему там
ой как непросто. Папа старается.
- В смысле?
- А вы что, не в курсе?
Отец погибшего отправил Филоненко
послание в виде физических увечий.
- Это что за новости?
Ты разобрался с этим?
- Ну, разобрался. Охранников,
которые к этому причастны, уволили,
а до Кирпичева-старшего
так и не добрался.
А охранники молчат, как рыба об лед.
- Знаешь, что я думаю?
- Ну?
- Кто-то целенаправленно решил убить
Кирпичева и подставить Филоненко.
- Да кому понадобилось убивать
двадцатилетнего парня,
какие бы закидоны он не выкидывал?
- А что мы вообще знаем
про этого парня?
- Да маловато, конечно, знаем.
- Вот. Надо исправить.
- Будем исправлять.
- О, привет, привет, привет!
Сколько можно вас снова ждать?
- Привет. - Приветствую.
- Повода не было.
- Ну какой повод? Взяли и приехали.
Здравствуйте, Олег.
- Здравствуйте.
- Прошу. - Спасибо.
- У нас сегодня вегетарианский стол,
как вы любите.
- Ой, как у вас хорошо!
- Для меня старалась?
- Вкуснотища какая.
- Шпажками, а-ля фуршет.
Машенька, безалкогольный,
как ты любишь. Я помню.
- Спасибо.
- Спасибо.
- Мне сказали,
что удалось что-то разузнать.
- Да. Давайте по порядку.
В общем, несмотря на все
наши титанические усилия,
вычислить человека на фотографии
нам все-таки не удалось.
В детских магазинах он не появлялся,
ну и на камерах тоже ничего нет.
- Жаль.
- Но не стоит расстраиваться,
мы придумаем, что можно сделать.
К тому же, есть и хорошие новости.
Большая вероятность того,
что Михальчук все-таки жив.
- Это не сто процентов.
- Да, не сто процентов.
Но по поводу его друга, кстати,
в Карелии, который его укрывал
и которого, кстати говоря,
вызвали на опознание...
- Ты говорил, труп сильно обгорел.
- Да, обгорел.
С этим опознанием -
там вообще формальность вышла.
Ему просто показали фотографии,
документы -
на этом все закончилось.
Но есть подозрение,
что это был вовсе не Михальчук.
Кроме того, там у погибшего
был полон рот золотых зубов,
а, насколько я знаю,
Михальчук коронки не носил.
- А кто же это был?
- Да какая разница?
- Ну, есть на самом деле
такой вор в законе Сивый,
который накануне сбежал
из исправительной колонии,
где отматывал десятку.
Ну, есть такое подозрение,
что он просто прибился к Михальчуку.
- Рыбак рыбака видит издалека.
Ну и где Михальчук?
Как нам теперь его искать?
- Пока непонятно,
но мы что-нибудь придумаем.
- Спасибо. Спасибо.
- Никита, ну ты поешь.
- Нет, я... Извините. Аппетит пропал.
- Ты куда?
- Рита, ты дома?
Рита!
А я думал, тебя нет.
А-а...
Похоже, кто-то свадьбой занимается.
- Да.
Я вот кейтеринг заказала,
но я не понимаю, какой бюджет,
потому что не знаю, куда им ехать.
Может, ты раскроешь секрет?
Шепотом: - Ни за что.
- Нам может не хватить денег.
- Какой там разброс цен?
- Вот, смотри.
- Я не вижу, мне очки надо надевать.
Да не парься, справимся как-нибудь.
- Ужин.
- Опять здесь?
- Ты что-то хотела?
- Тебя все ждут.
- Я сейчас не могу,
мне надо побыть одному.
- Никитушка, родной мой,
ты знаешь, как я пытаюсь помочь.
Дело сдвинулось с мертвой точки,
они все ищут этого Михальчука.
И то, что ты сидишь здесь
в одиночестве, ничего не изменит.
- Я скоро приду.
- Пойдем. Пойдем, пойдем. Пойдем.
- Я все равно его найду.
- Ты меня пугаешь.
- Ну хорошо. Ну...
- Привет.
- Здорово! Как красиво!
Ты молодец!
- Я уже пять конюшен посмотрела.
На очереди следующий
крупный конный завод.
- Классно! А здесь
хорошо содержат лошадей?
- Да, очень хорошо.
Рада, что нашла это место.
- Ладно, пойду позвоню, а ты скачи.
- Хорошо.
- Маша, привет.
- Олежа, привет.
Скажи, а не мог Михальчук заказать
конструктор в интернет-магазине?
- Да. Интересно, а чего это мы
раньше не додумались до этого?
- Не знаю. В общем, надо посмотреть -
подобные объявления
выставлялись за последние
несколько месяцев или нет.
- Я думаю, ничего сложного тут нет.
Я сейчас Степе наберу тогда.
- Угу. Целую. Пока.
- Слушайте, это какой-то абсурд.
Кому нужно было убивать моего сына?
- Может, у него были враги?
- Чтобы были враги,
нужно хотя бы что-нибудь делать,
а мой сын, как вы уже знаете,
был далек от этого.
- Уверены?
- Слушайте, это мой единственный сын,
я все о нем знаю.
- А если это касалось именно вас?
- Что вы имеете в виду?
- Ну, если убийца хотел
вас припугнуть или отомстить.
- Такое бывает, но вряд ли.
Мы с вами живем в одной стране -
здесь много хорошего и много плохого,
но решать проблемы с помощью убийства
детей здесь не принято, не поймут.
- Нет, я просто хотел...
- Вы простите за резкость,
но, по-моему, здесь кошке все ясно:
убийца - утырок этот, его дружок.
Или вас что-то не устраивает?
- Нет, я просто хотел поговорить...
- Если вам нужно, чтобы я устроил
ему чистосердечное, - пожалуйста.
Вы только моргните.
- Нет, мы и сами справимся.
Просто хотелось бы узнать, с кем
можно еще поговорить о вашем сыне.
- С утырком поговорите с этим.
В институте! Я не знаю.
- А утверждали, что все знаете.
- А что касается моих
недоброжелателей, то у меня их много.
- Кирпичева кто-то слушал?
- Совершенно верно, Марья Сергеевна,
кто-то слушал.
- Интересно кто.
- Сам Кирпичев говорит,
что это мог быть кто угодно.
Хотя он в детали не вдавался.
- Ну теперь понятно,
откуда у преступников вся информация.
- То есть вы считаете, кто жучок
установил, тот и Кирпичева грохнул,
и Филоненко подставил? Так, что ли?
- Я только предполагаю.
А ты давай отправляй ребят
по следам Кирпичева-младшего.
- Добро, Марья Сергеевна.
- И надо будет поговорить
с Филоненко -
что он думает по этому поводу.
- Уже делаем.
- А где Олег?
- Я его в клуб отправил -
туда, где эти двое тусовались.
- А. Хорошо.
- Да я вам в прошлый раз
вроде уже все рассказала.
Я про самого Андрея
толком ничего не знаю.
Только то, что Денис рассказывал.
- Ну расскажите то,
что рассказывал Денис.
- Обычный парень. Раздолбай,
тусовщик: тачки, девчонки, музыка.
Имел возможность жить как хотел -
и жил как хотел.
Ничего такого экстраординарного.
- А давно они знакомы?
- Да с первого курса где-то.
- Спасибо.
- Денис же, он из таких, из простых,
без особых финансовых возможностей.
А Андрей еще тогда деньгами
разбрасывался во все стороны.
Вот он к нему и тянулся...
на свою голову.
- То есть вы не верите,
что он мог убить Андрея?
- Не знаю.
Может, мог.
В случае самообороны.
Денис рассказывал, что у Андрея
под алкоголем тормоза отшибает.
- Что это значит?
- Ну он мог там в драку ввязаться
или начать разбрасываться угрозами.
- До дела это не доходило?
- Ну, по крайней мере,
Денис мне ничего такого
не рассказывал.
А потом мы расстались.
- Понятно.
- Один раз история странная вышла.
Месяцев восемь назад. Звонок в дверь.
На пороге Денис, бледный как полотно,
еле на ногах стоит.
Ну я его, конечно, впустила,
расспрашивать начала.
Но он ни в какую. Все стонал только
и говорил, что все, это конец.
- Это он про что говорил?
- Я так и не поняла.
Он уснул, а утром проснулся и ушел.
- Ну а когда он проснулся,
вы спрашивали, что это все означает?
- Я интересовалась,
но кто ж мне ответит?
- Понятно.
- Вы ж понимаете, у нас тут
не институт благородных девиц.
Люди выпивают, отдыхают.
Всякое может случиться.
Эти двое тоже могли себе
лишнего позволить,
но прямо чтоб такое - я не помню.
- Ну все-таки.
- Как-то раз они девочку-официантку
довели - она на них пиво вылила.
- Молодец какая. И что дальше?
- Да ничего, мы им извинения принесли
и дальше работать продолжили.
- А ей они что-нибудь сказали?
- Не знаю, это надо у нее спрашивать.
- А с ней можно пообщаться?
- Нет, мы ее сразу же уволили.
Понимаете, если каждая официантка
будет пиво выливать на посетителей,
то это...
- Понятно. А может, контакт остался?
- Контакт? Да, контакт остался.
Юлия Рубцова ее звали, кажется.
- Юлия Рубцова.
(Звонок в дверь.)
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Полиция.
- А мы не вызывали полицию.
- Я знаю, я по поводу вашей дочери.
- А Юли нет.
- А где она?
- Юля пропала восемь месяцев назад.
Проходите.
- Добрый день.
- Не обращайте внимания,
он не очень хорошо слышит.
А когда Юли... когда Юля исчезла -
в себя ушел.
- Да все в порядке.
- Папа! Пап!
Молодой человек из полиции,
по поводу Юли.
Вот так и живем.
Юля постоянно работала.
Денег-то у нас не ахти.
Она привыкла сама себя обеспечивать.
Тогда она работала
в клубе официанткой.
Как-то раз просто не вернулась домой.
Оказалось, ее в тот день уволили.
- А когда вы вызвали полицию?
- На следующий день.
Сначала подружек обзвонила,
как полагается.
А потом уже полицию и волонтеров.
Мне соседка посоветовала.
- А полиция что сказала?
- Сначала сказали, что через
пару дней Юля сама объявится.
Потом говорили, что делают все,
что могут, но найти не получается.
А сейчас, по-моему,
ее не ищет никто.
- А у вас самой какие мысли?
Что, никаких предположений?
- Нет, никаких. Она же у меня
славная была, никому зла не делала.
- Ну а так вот... вы меня извините.
Ну, как вариант, может, она уехала в
кругосветное путешествие с друзьями.
Там, потеряла телефон, забыла,
закрутилось-завертелось.
- Ну что вы. Она не такая. Она мне
по несколько раз в день звонила -
где она да что. Еще у нее сессия.
Нет, не могла.
- Ладно, спасибо.
А, еще последний вопрос.
Не могли бы мне дать телефон
или сказать хотя бы имя следователя,
который занимался вашим делом?
- Да, конечно.
- Здравствуйте. Валерий Игнатьевич?
Подполковник Кораблев,
звонил вам час назад.
- Да я понял.
Пожалуйста, присаживайтесь.
- Ага, спасибо.
- А что это вас, если не секрет,
так заинтересовала эта барышня?
- Так вот, знаете, как бывает,
ищешь одно, а получается другое.
А что, там глухо все?
- Не то слово. Прямо бермудский
треугольник какой-то.
Вышла в два часа ночи из клуба,
пошла в сторону метро и не дошла.
И с концами.
- И подозреваемых никого?
- В том-то и дело, что никого.
А кого подозревать?
У нее даже жениха не было,
чтобы организовать похищение невесты.
Да у нас такое и не практикуется.
Что еще? Денег ни она,
ни родственники не должны никому.
- А за что ее уволили - не в курсе?
- С клиентами поругалась, вроде как.
Пиво на них вылила.
- Пиво? А клиентов пробили?
- Вроде как нет. Ну кто же станет
убивать из-за пролитого пива?
Тем более парни эти продолжали
в клуб ходить как ни в чем не бывало.
- Может, несчастная любовь?
- Да нет, исключено.
Скорее всего, девчонка по глупости
залезла в машину к какому-то ковбою,
решила, что он по доброте душевной
отвезет ее из точки А в точку Б.
А денег не оказалось. Ну, он
предложил рассчитаться натурой.
Она, естественно, отказалась.
Дошло до насилия.
Ну, девчонка пригрозила
написать заяву.
Парень, в свою очередь, решил
вопрос закрыть. Я так думаю.
- Похоже. А в подтверждение
этой версии есть что-нибудь?
- Да в том-то и дело,
что ничего, кроме слов.
- Понятно. Камеры?
- Какие камеры?
Темно было плюс дождь.
Вы же сами знаете, там и с солнышком
ничего не рассмотреть,
а тут вообще ловить нечего.
- Телефон?
- Телефоны лучше.
Телефон долго работал.
Последний сигнал был с Выборгского
района Ленинградской области.
- С Выборгского района? А чего там?
- Садоводство.
Массив на тысячу домов.
Родственников у Рубцовой там нет,
подруг нет.
Что она там делала -
вообще непонятно.
Вот такая вот печальная песня.
- Ну ладно. Как говорится,
спасибо и на этом.
- Вы поймите, я рад бы помочь,
тем более дед ее наш человек.
Он в Центральном районе
всю жизнь отпахал.
- Следователем?
- Следователем.
Я бы очень хотел ему помочь.
Но в любом случае я мало что могу.
Вы же понимаете.
- Да я-то понимаю.
- Еще, я знаю, выезжают туда
волонтеры, но пока ни о чем.
- Понятно.
- Такая ситуация -
хоть к экстрасенсам беги.
- А садоводство как называется?
- Жалуется следователь,
конечно, складно,
но я бы на его месте
работал побольше -
тогда, глядишь, и результат был бы.
- В смысле?
- Есть несколько совпадений,
которые обращают на себя внимание.
Помните, Калимулин разговаривал
с бывшей подругой Филоненко
и она вспомнила,
что он как-то заявился домой
под утро сам не свой?
- Так.
- Вот. Ей не удалось
вспомнить точные даты,
но это было приблизительно время,
когда пропала Рубцова.
А пропала Рубцова в тот день,
когда она поругалась
с Филоненко и с Кирпичевым.
Вот вам совпадение номер один.
- Есть еще?
- Присутствуют.
- Давай.
- Например, мы проверили
банковскую карту Кирпичева-младшего,
так вот он на следующий день
после исчезновения Рубцовой
загонял свою машину на мойку,
делал химчистку салона.
- Интересно.
- Интересно. И есть еще один козырь.
Оказывается, у Филоненко
есть дальний родственник -
некий Полевой Борис Семенович.
Жил один, детей не было,
и Филоненко, считай,
у него единственный родственник.
Так вот у него есть
участок и дом в дачном садоводстве.
- И там работал телефон Юли Рубцовой?
- Совершенно верно.
- Кто-нибудь живет в этом доме?
- Нет. Родственник умер лет 10 назад.
- Ну так надо проверить этот домик.
- Уже делается.
- Пойдем?
- А ордер не надо для этого?
- Да успеем.
- А чего мы ищем?
Вы так и не сказали.
- Что-то, что указывало бы нам
на присутствие тут Юлии Рубцовой.
Давай, ты там, а я тут осмотрю все.
Ну и чего?
- Олег, там ничего особенного.
- Понятно.
- О, это Рубцовой?
- Да не знаю пока.
Давай я там осмотрюсь, а ты вот
этот шкаф еще посмотри, ладно?
- Хорошо.
(Телефонный звонок.)
- Да, Олежа, говори.
- Привет, Маша.
В общем, не хочу забегать вперед,
но мне кажется, у родных Рубцовой
мало шансов увидеть дочку живой.
- Что-то нашли?
- Пока что только женскую сережку,
но предчувствие у меня нехорошее.
Я думаю, что нужно вызывать
экспертов с кинологами, с собакой.
Пока что мы сами начнем копать.
- Весь лес будете перекапывать?
Вызывайте экспертов и ждите. Пока.
- Пойдем-пойдем. Ищи.
Давай ищи. Давай-давай.
Молодец. Давай-давай, ищи-ищи.
Так, что тут? Так, вот здесь.
Что-то есть.
(Звучит трагичная музыка.)
- Это я, не пугайся.
Это просто работа.
- Ну что, Филоненко
Денис Владимирович...
Не нашли с соседями общего языка?
- Можно и так сказать.
- То ли еще будет,
когда они узнают, что ты сделал.
- Что вы имеете в виду?
- Знаете что, давайте
я буду задавать вопросы,
а вы будете на них отвечать.
Как вы думаете, вот это что такое?
- Сережка.
- Сережка.
Уже хорошо.
В таком случае, следующий вопрос.
Мы нашли ее на вашей даче.
Что она там делала?
- Понятия не имею.
Может, кто-то потерял.
- Например кто?
- Мы заваливались пару раз
компаниями.
- Какими компаниями?
Вы, покойный Кирпичев, Юлия Рубцова?
Хотя, возможно, вам неизвестна
фамилия этой девушки. Скорее всего.
Как вы понимаете, я говорю о девушке,
которую вы с вашим товарищем
закопали в лесу возле вашей дачи.
Так и будем молчать?
- Я не понимаю, о чем вы говорите.
- Я говорю о девушке, к которой
вы со своим дружком пристали в клубе,
а она облила вас пивом,
и вы решили отомстить.
Подкараулили ее возле клуба,
насильно затащили к себе в машину
и отвезли на дачу.
Я пока все верно излагаю?
Молодой человек, если вы думаете,
что мы ничего не докажем,
то вы глубоко ошибаетесь.
Хотя бы потому, что эту сережку
опознала мать Юлии.
А самое главное, что мы нашли место,
где вы ее закопали,
два здоровых подонка.
Я рекомендую тебе настоятельно
начать говорить,
иначе в твоей камере, где к тебе
и так не слишком хорошо относятся,
узнают о том, что ты сделал.
А как у нас поступают с насильниками,
думаю, тебе хорошо известно.
- Я не хотел этого.
Я просил Андрея оставить ее в покое.
Он как с цепи сорвался.
Я сначала думал,
мы ее просто напугаем,
покатаем и высадим где-нибудь.
А Андрей сказал,
что этого будет мало.
- Ну конечно, надо было убить.
- Он спросил, будет ли она молчать.
Она сказала: "Нет".
Он начал ее бить.
Я пытался его оттащить,
но он и меня ударил.
- Филоненко утверждает,
что помог дружку
только посадить девушку в машину,
а потом якобы он
даже пытался ей помочь и...
- В любом случае, доказать
что-то противоположное сложно будет.
А Кораблев не уточнил,
это единственный эпизод?
- Сложно сказать. Мы передали
материалы дела следователю,
который занимался
исчезновением Рубцовой.
Надеюсь, он доведет дело до конца.
- Ну и ладно, ну и хорошо.
А что по убийству Кирпичева?
- Ничего.
Пока не связать эти два дела.
- То есть мы там же, где и были.
- Получается, там же.
- Это неприятно.
- Привет, Степа.
- Здорово.
- Ну что, как успехи?
- По поводу?
- Этого, конструктора.
- А, да-да-да.
По поводу твоего конструктора этого.
Да, я нашел объявление.
Значит, смотри.
Объявление дали 10 мая,
а сняли 27-го, понимаешь?
- Нет.
- Ты мне говорил, что фотография
эта твоя, ну, где дедушка,
конструктор, внук,
сделана на День города.
- Да.
- А День города у нас когда?
27 мая.
- А, вот оно что.
Ты извини, у меня с историей
Санкт-Петербурга
пока все только начинается.
А телефон покупателя пробил?
- Я тебе все сделал уже, выписал.
- Ай, Степа...
- Некая Анастасия.
Платонов: - К сожалению, прямо сейчас
встретиться не получится,
девушка уехала с детьми на юга.
- Когда вернется?
- Через неделю.
Думаю, раз тридцать лет ждали,
то и недельку подождем.
- Да, конечно.
- Ну все, счастливо, целую.
- Целую, пока.
- Алло.
- Ленечка, извини, что так поздно.
Я могу тебя попросить завтра ко мне
с утра пораньше приехать?
- Конечно, Мария Сергеевна,
не вопрос.
- Спокойной ночи.
- Пока.
- Давай начнем сначала.
Изначально мы придерживались версии,
что Кирпичева убил из его же ружья
его товарищ из чувства
возникшей неприязни.
И это, конечно, логично,
если бы не специфическое расположение
отпечатков на ружье,
плюс следы клея на винтовке,
коллекционная монета, радиоперехват,
осколки очков. Я правильно говорю?
- Мария Сергеевна, не понимаю, куда
вы клоните, но излагаете все верно.
- Очевидно, что убийца хотел
не только расправиться с Кирпичевым,
но и подставить Филоненко. Он отлично
знал, что в доме есть ружье.
Родителей не будет.
А жучок на машине?
- Ну да, есть такое дело.
- Ну, что должен был сделать
молодой человек, чтобы кто-то
организовал такое убийство?
- Изнасиловать и убить Юлию Рубцову.
- А тебе не кажется, что убийца
отлично осведомлен о том,
как мы работаем?
- Хотите сказать,
что мы имеем дело с рецидивистом?
- Или с коллегой по цеху.
(Звонок в дверь.)
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Извините за беспокойство.
А отец дома?
- Да, а в чем дело?
- Нам нужно с ним поговорить.
- Но он же...
- Доброго здравия, Игнат Матвеевич.
- Папа, с тобой хотят поговорить.
- Да все в порядке. Ваш отец
все прекрасно слышит и понимает.
Правда же, Игнат Матвеевич?
- Что вы хотели?
- Ну, к сожалению, дальнейший
разговор состоится уже не здесь.
- Что происходит?
Мне может кто-нибудь объяснить?
- Чудесное исцеление.
- Игнат Матвеевич,
это осколок линзы от очков,
найденный недалеко
от дома Кирпичевых.
Ваша дочь сообщила, что вы носите
очки с такими диоптриями.
Вот это препарат от давления,
тоже найденный недалеко
от места преступления,
который вы принимаете.
Также ваша дочь рассказала
о частых отлучках,
в частности в день убийства
Кирпичева.
Она, конечно, может забрать
свои показания и не свидетельствовать
против отца, но у нас остались записи
с камер наблюдения.
- Игнат Матвеевич,
улик более чем предостаточно,
да и мотив у вас имеется.
Может, сами все расскажете?
- Хорошо, я расскажу. Когда внучка не
вернулась, вы заподозрили неладное.
Поехали в клуб, где она работала,
выяснили, с кем у нее был конфликт.
Так же следователь Сестринский
сообщил,
в какой зоне работал ее телефон.
Вы приехали, обнаружили дачу
Филоненко. И решили, что Юлю убили.
Кстати, почему? Вы же не нашли
ни тела, ни сережку.
И еще вопрос, почему вы не передали
информацию следствию?
Что это за самосуд?
Вы лично хотели его убить?
- Я не знаю.
Да и какое это имеет значение?
(Звучит музыка.)
- В любом случае, план очень сильный.
И он почти сработал.
Почти. Если бы ваш приятель
не прихватил монету.
- Кстати, не хотите назвать его имя?
Вы же понимаете, что рано или поздно
мы его все равно найдем.
Просто это дело времени.
- Я могу попросить вас о враче?
- Леня, снова ты?
Все по тому же вопросу?
Или что-то новое нарисовалось?
- Да все по тому же,
Юрий Александрович, все по тому же.
- Ну, так ты б позвонил,
чего без толку-то гонять?
Супруга этого Вострецова
сегодня с утра с якоря снялась
и к матери уехала.
- Так я не к ней, товарищ полковник.
- А к кому?
- К вам.
- А я-то здесь каким боком?
- Юрий Александрович,
что же вы сразу не сказали,
что Вострецов вашим информатором был?
- Так это когда было-то, Леня!
Раз. А во-вторых, откуда я знаю,
что у вас там за дела?
- Да все вы знали,
Юрий Александрович. Все вы знали.
И Вострецова попросили,
чтобы он монету скинул,
да еще указали кому.
- Это... это с чего такие новости?
- Будете отрицать?
- Что отрицать?
- Ну, что это вы помогли вашему другу
и коллеге Рубцову Игнату Матвеевичу
рассчитаться с похитителями
и убийцами внучки Рубцовой Юлии.
Юрий Александрович...
- Я уже семьдесят лет
Юрий Александрович.
Может, у тебя какие-нибудь
доказательства есть?
Улики? Ты же нашу работу знаешь.
Мы все способны
разговоры разговаривать,
всякие фантазии фантазировать.
А эти фантазии, Ленечка,
потом и закрепить надо.
- Закрепим, Юрий Александрович,
как и полагается, закрепим,
как вы нас учили,
свидетельскими показаниями.
- Ну-ну.
(Женский смех.)
- О, смотри, приехал!
- Это наш? Этот уже точно наш?
Где он был все это время?
- Иди, садись.
А почему дверь закрыта?
Вы почему поближе не подъехали?
Мы вас уже полчаса ищем.
- Девочки, вы ошиблись, это не такси.
- А-а. Блин, это не такси.
- В смысле? Может, вы нас довезете,
если вы не такси?
Мы замерзли очень сильно.
- Девушка, я очень занят. Сожалею.
- Ну извините тогда.
- Всего хорошего.
- До свидания.
- Пошли.
- Ну ладно. Пока.
- Так вот же он, тот водитель.
- Что и требовалось доказать.
Спасибо большое, вы свободны.
- А мне что делать?
- В коридоре подождите, пожалуйста.
- Ну что, Юрий Александрович,
вы же в курсе, что чистосердечное,
так сказать, облегчает.
- Угу.
- В курсе. Черт с вами, расскажу.
Только сначала скажите мне,
как там Игнат?
- Да все более или менее.
Небольшой приступ.
- Так в итоге-то он сказал,
на кой черт ему эта монета?
- У него жена последний год сильно
болела, все накопления ушли туда.
- Я помню, конечно, и одного, и
второго. С обоими жизнь сталкивала.
Жаль.
- Что жаль?
- Ну, то, что старички виноваты.
Я до последнего думал,
что это тот обормот.
- Тому хватит 105-й, не переживайте.
- Ну да. Ну так вот.
Нельзя брать закон в свои руки.
Даже если ты когда-то этот закон
представлял. - Не спорю.