Один день для личной жизни (2025 год). Фразы и цитаты из фильма

Юля – актриса. Но о том, что вся её жизнь – театр, она узнала совсем недавно. Оказывается, муж – а по совместительству режиссёр театра – изменяет ей с молоденькой старлеткой. Собрав чемодан, Юля уезжает к брату на дачу. А там выясняется, что брат погиб, а половина его дома продана крайне неприятному типу – бывшему следователю Леониду. Вынужденное соседство Юли и Леонида поначалу злит обоих: он любит тишину и порядок, встаёт с петухами и колет дрова, ну а Юля – существо богемное. Но есть у них и кое-что общее: оба они не верят в то, что брат Юли погиб случайно.

Все фразы и цитаты

- Пожалуйста, не надо.
Давай поговорим.
- Нам не о чем разговаривать.
- Дима, скажи, пожалуйста, тебя что,
устраивает эта самодеятельность?
- Хорошо же было.
Девочки, давайте продолжим,
у нас премьера через месяц.
- У вас вагон времени,
чтобы найти новую актрису.
- А у тебя - женатого любовника.
Может быть, хоть так ты поймёшь,
что чувствуют женщины к сопернице.
- Опоздала с советом.
- А, то есть у тебя уже есть женатый
любовник? Я тебя поздравляю.
Ну теперь представь, что я -
это его жена. И сцена сама сложится.
- Так всё! Девочки, всё, репетицию
давайте перенесём на завтра, всё.
- А мне не надо ничего представлять.
Я сплю с твоим мужем,
так что, поверь, я эту сцену
играла как надо.
Он уже полгода
пытается тебе сказать,
а я полгода терплю твою
самодовольную физиономию.
И мечтаю об этом моменте,
когда ты узнаешь.
А сцена просто глупая.
Её невозможно сыграть хорошо.
Ненависть... Да ерунда,
мне тебя просто жалко.
- Браво. Верю.
Можешь же, когда захочешь.
(грустная музыка)
- Юль, ты же меня с 18 лет знаешь.
Ну это просто мимолётное увлечение.
Я по-настоящему люблю только тебя.
Правда. Ты же знаешь это.
Я творческий человек, да.
Я виноват, погнался за эмоциями.
Но ты же актриса.
Ты должна это понимать,
это ерунда. Правда.
Ну, Юлёк, давай поговорим.
Помнишь, ты говорила,
что хочешь ребёнка?
Я готов. Дети - это счастье, да.
- Вот знаешь, оставь эти манипуляции
для будущей бывшей второй жены.
- Да я... - Держи.
- Я не собираюсь ни на ком жениться.
Мне нужна только ты.
Я люблю тебя, правда.
Подумай, Юля.
Юль... Юль, я люблю тебя!
- Здравствуйте!
- Здрасте!
- Мишка, привет!
- Привет!
- Сколько лет я собиралась
в деревню переехать.
Вот время настало.
- Да?
А почему оно не настало
на две недели пораньше?
Эх, сестра, если б я знал,
что ты от мужа уйдёшь,
я бы, может быть, и не продал
свою половину дома.
А так я теперь живу
на твоей половине.
А на моей половине дома
новый сосед, Леонид.
Приезжай, буду знакомить.
Скоро будешь-то?
Чайник ставить
или успею главу дописать?
- Не, я скоро буду, но главу
успеешь дописать. До встречи!
- Пока.
(радостная музыка)
(лирическая музыка)
(автоответчик): - Аппарат абонента
выключен или находится
вне зоны действия сети. Оставьте
сообщение после звукового сигнала.
(звуковой сигнал)
- Миш, ну ты где? Я приехала.
Ты чайник грозился поставить.
Ни тебя, ни чая.
(мужской голос):
- Уже ночь, дайте поспать.
- Здравствуйте! А вы Леонид?
Я Юля, сестра Михаила.
Вы не подскажете, где Миша?
- Не знаю и знать не хочу.
Мне обещали тихих соседей,
выполняйте обещание.
(звук топора)
Свидетеля нет?
Ничего не докажет. Тогда надо
было в лес везти и там закапывать.
(автоответчик): - Аппарат абонента
выключен или находится вне зоны...
- Я абсолютно серьёзно.
Я же говорю,
без свидетелей никто
ничего не сможет доказать.
Ты же сама знаешь.
Нет, адвокат тут не поможет,
надо было... Перезвоню.
- Это почему адвокат не поможет?
И кого вы собрались закапывать
в лесу? - И вам доброе утро.
- Где мой брат?
Вы не можете не знать, где он.
Вы живёте с ним в одном доме.
- Живу, а не шпионю за ним.
- Э-э, подождите, вы куда?
Я сейчас полицию вызову.
- Вы с ума сошли?
- Где мой брат? Что вы с ним сделали?
- Слушайте, я на пробежку,
у меня по расписанию. Видите?
Может, он от сестры
своей любимой прячется?
- А знаете что?.. - Леонид.
- Леонид.
Если мой брат не появится к вечеру,
я вызову полицию.
- Ваше право.
- Имейте в виду.
(напряжённая музыка)
(тревожная музыка)
(щелчок фотокамеры)
(напряжённая музыка)
(мрачная музыка)
- Смерть наступила где-то
между полуночью и двумя часами.
После вскрытия скажу точнее.
- А вы учитывали,
что ночью было холодно?
- Советы от Макара подъехали.
Ты свою-то работу делать успеваешь?
- Да. Вот нашёл телефон.
Правда, он разбит в хлам. Пытался
посмотреть последние звонки, но...
- Надо у оператора
информацию запросить.
- Ваши показания записали.
Вы свободны.
Уйдите, пожалуйста, за ограждение.
- Вы бы его поставили, ограждение.
А то скоро посторонние
все следы затопчут.
Там ещё вот пуговица рядом
с платком жертвы валяется.
Серебряная металлическая.
Вашему Чехову она вряд ли могла
принадлежать, у него другой стиль.
(Юля истошно кричит)
Вы сестру-то когда
успели предупредить?
- Это не мы. Посёлок маленький,
добрых людей и так полно.
Возьмите.
- Он же весь переломанный.
Ты же знаешь, какой там склон.
Но самое главное,
у него следы на шее.
- Какие следы?
- Ясно какие - от пальцев.
И точки от пупырок, как будто бы
его в садовых перчатках душили.
- Чего говоришь-то такое, а?!
А царапин от когтищ-то
от таких не было?
Так если разобраться, у тебя-то
почище других рыльце в пушку будет.
- Да что же вы ругаетесь-то?!
Человек умер. Прекрасный человек.
Врач, писатель, друг.
- Мы просто пытаемся разобраться.
- Полиция уже разбирается,
а вы глупости говорите
и сплетни всякие распускаете.
Пробей мне пельмени. И я пойду.
- Возьмите.
- Как? Кто его убил?
- Его никто не убивал,
это несчастный случай.
Просто оступился и упал.
- Упал?
Миша знал, что я приеду,
он ждал меня.
- Возможно, пошёл в магазин,
пока вас ожидал. - Ночью?
Да в вашем посёлке, по-моему,
даже полиция ночью не работает.
- Согласен, это убийство.
- Вас забыли спросить.
- И напрасно забыли.
Вы обратите внимание -
на одежде Михаила
все пуговицы на месте.
А та, которую я вам показал, которую
почему-то сознательно игнорируете,
вырвана с мясом. Очевидно,
что она с одежды нападавшего.
Видимо, перед смертью была драка.
Уважаемый судмедэксперт, я уверен,
подтвердит мои предположения,
что не все травмы потерпевшего
получены при падении.
Так?
- Коллега?
- Леонид Осокин, старший следователь
Следственного комитета в отставке.
- Пётр, очень приятно.
- В отставке?
Ну так идите отдыхайте.
Не надо здесь криминал
на пустом месте разводить.
Давай проводи их
и установи уже эту чёртову ленту.
- Это Леонид Осокин. Тот, который
убийство на Кривом Валу расследовал.
Я это дело как детектив
на ночь читал.
- Серьёзно? Это тот самый Осокин?
- Давайте работать.
Ты ленту установил? - Нет.
- Ну так давай, чего мы ждём?
Или будем советчиков отыскивать.
- Его ведь убили, да? Вы ведь
профессионал. Скажите, его убили?
- Не переживайте, они
во всём разберутся. - Юленька...
Ты как? А?
Пойдём, я тебя домой
провожу. Пойдём.
За что ж тебе это, моя рыбонька?
- Скажите, а это вы поймали того?
- Было дело.
- Ничего себе. Вы легенда.
Я ещё в школе учился, когда вы дело
Вешенского маньяка раскрыли.
А как вам удалось?
- Я работал в отличие
от вашей начальницы,
которая почему-то не хочет
видеть очевидное. Это криминал.
- Она просто собирается увольняться.
Это её последнее дело.
Конечно, не хочет проблем.
- Была бы она под моим началом...
Ладно. Сам разберусь.
Для начала надо вычислить
всех врагов Чехова.
Кстати, а почему Чехов?
- А он у нас ещё в юности
чуть писателем не стал.
У нас в местной библиотеке журналы
с его рассказами лежат.
А потом как-то переключился
на медицину. Чехов, короче.
- Чехов вроде сначала врачом стал,
потом писать начал.
- Ну, какая местность, такой и Чехов.
Он вроде чего-то там ещё писал,
но не печатался.
Так, чисто для себя.
Вроде безобидный был.
А с чего вы решили,
что у него враги были?
- Да был тут один эпизод
три дня назад.
(напряжённая музыка)
- А вы у него самого-то спрашивали?
- Сразу.
Отшутился, сказал - разберётся.
Разобрался.
(звонит телефон)
- Да, Татьяна Олеговна.
- Ты застрял там?
- Да нет, ну я просто...
- Лишнего не наговори там.
- Да не рассказываю я ему
о ходе расследования.
Да, всё заканчиваю и иду.
Простите, начальница зовёт.
- Последний вопрос. У кого здесь есть
небольшой грузовик или пикап?
- У Валентина Куропова.
- И он терпеть не может Чехова.
- Откуда вы знаете?
- Да когда чучело горело,
там после остались следы
подобной машины.
Так что не поделили Чехов и Куропов?
(звонит телефон)
- Да. Да, всё, иду.
- Чаёчку бы тебе заварить с ромашкой.
Ромашка-то есть в доме?
- Да какой чай, баб Надь.
Сил нет на чай.
Я же ещё только вчера с ним
по видеосвязи разговаривала.
Вот так вот лицо его видела.
А теперь человека нет.
Вот как так? Если бы я...
Если бы я просто знала...
- Всегда тяжело,
когда близкие уходят. Время лечит.
- Да какое время... Убили его.
И я... должна найти.
Я никуда не уеду,
пока не найду того, кто это сделал.
- Так у тебя же спектакль в Москве.
- Я должна найти убийцу своего брата.
- Хватит мне про эти
свои Персеиды-то заливать!
- Я не понимаю, что тебя удивляет?
Я каждый год хожу за ними наблюдать.
А в этом году они совпали
с другим явлением -
сближением Юпитера и Венеры.
Они меньше чем один градус
друг от друга были.
Одним пальцем можно было
две планеты закрыть.
Вон, вон там! Одним...
- Ты дурак совсем? Я понять не могу.
Ты думаешь, следователь поверит,
что в день убийства ты ходил
на эти свои звёзды пялиться?
- Я же ходил.
- Жень, кто докажет-то, а?
Персеиды эти твои чёртовы?!
Ой, не могу, довёл.
- Чего тут у вас?
- Посадят его, мам Надь.
Ой, как пить дать посадят.
Ах, ни мозга, ни алиби.
Только вот эти Персеиды его, и всё.
- Да за что и кто?
Танька, что ли? Да ей это задаром
не надо, перед увольнением-то.
- Да, Таньке не надо.
А сестре этой вот...
Чего, она зря приехала, что ли?
- Это точно.
Говорит: "Не уеду,
пока убийцу не найду".
Тоже мне.
Следовательница выискалась.
- Ой, чует сердце,
надо с ней дружить.
Знаешь, как говорят,
держи этих друзей-то близко,
а тех, кто тебя в убийстве
подозревает, - ещё ближе. Ой, довёл.
(напряжённая музыка)
- Хорошая машинка.
Шины не оплавились,
когда мимо костра ехали?
Слышал, у вас чучело горело
в белом халате.
- Не понял.
- Жаль. Тогда проверим память?
Где вы были сегодня ночью
во время убийства Михаила?
- На что намекаешь?
А ну, пошёл отсюда!
Я сейчас полицию вызову.
- ЗдорОво, отец!
Дело к тебе есть.
- Ну говори.
- Ты соседа своего давно знаешь?
- Так его ещё в проекте не было,
а я у его родителей
на свадьбе гулял.
- Давно, значит.
А скажи мне, что он за человек?
- А ты что, на Валька
компромат ищешь?
Э, так ищи где-нибудь
в другом месте.
Шёл бы ты отсюда с миром,
мил человек.
- Валя? Ой, простите, некогда мне.
Каша горит.
- Валёк-то? Ничего про него не знаю.
Спросите ещё у кого.
- Не знаю такого.
- Привет! Слушай, поможешь по старой
дружбе человечка одного пробить?
Да не дала ничего разведка
на местности. На тебя одна надежда.
- Юленька, я вот тебе яичек
принесла свеженьких.
- Баб Надь, оставьте
на кухне, пожалуйста.
- Интересное что читаешь?
- Я читаю новый рассказ Миши,
незаконченный,
"Один день из личной жизни".
Миша же всегда писал
о реальных людях.
Вот я надеюсь, вдруг я здесь
какую-нибудь зацепку найду.
Какой-нибудь намёк на убийцу.
- Ну и как? Есть намёки?
- Ну вот он пишет про женщину,
которую он давно любит.
Но встречаться они
начали только сейчас.
А женщина замужем.
- А фамилия?
- Какая фамилия, баб Надь?
Тут даже имён нет. Миша же всегда
был мастер писать полунамёками.
Послушайте, послушайте, как красиво.
Сейчас. Вот.
"Есть тайны, которые могут
разрушить жизнь человека.
А есть чувства, которые могут
подтолкнуть его к ужасным вещам -
предательству и даже к убийству".
Понимаете? Вы понимаете,
это же, это же про ревность!
А кто мог ревновать больше всего?
Муж возлюбленной.
У вас есть идеи, вот с кем
мог Миша встречаться?
- Ах! Любка.
- Продавщица?
- Угу.
Она тут с мужем своим Саньком
разводиться собралась.
Столько лет жили душа в душу.
Её ж Санёк уж как любил.
Мм... Из-за пустяков ни за что
не стал бы разводиться.
Точно налево пошла.
А Миша твой ей всегда нравился.
Она ему вечно
его любимый сыр припрятывала.
- Так, где можно найти этого Санька?
- Ну в магазине.
Как бы они ни цапались, а товар он
ей каждый день исправно привозит.
- Здравствуйте! Юлия?
Соболезную. Михаил был...
В общем, он был вашим братом,
так что я вам сочувствую.
Хотя он поступал
очень не по-пацански,
совсем не по-пацански.
- Ах! - Ой, слушай...
- Давай-давай.
Хватит тебе на сегодня.
И что за разговор?
Можно поучаствовать?
- О любовничке твоём.
- Вот идиот.
Ты что, не понимаешь,
зачем она тут?
Не там ты убийцу ищешь.
Да если бы Санёк из ревности убить
мог, я бы в жизнь налево не пошла.
А так он тюфяк.
Алиби у него - он со мной
всю ночь ругался. Дома был.
А если тебе интересно,
кто из ревности убить мог,
так ты к соседям своим
присмотрись получше.
- Это к кому?
- К Гальке с Женькой.
Очень интересные ребята.
- Люб...
- А что? То, что Галька
к Чехову зачастила,
так это вся округа по двести раз
обсудить успела.
- Слушай, а Женька-то зачем трогать?
Он же астроном, он мухи не обидит.
- А вот такие тихие-тихие,
а потом возьмут голыми руками
и за свою женщину задушат.
А не то что ты, мачо.
Ещё вопросы?
- Я пойду.
- Иди.
- До свидания.
- То есть вы не очень общались
с Михаилом?
- В день убийства
мы с мужем были дома.
Он мне звёзды показывал.
- Звёзды?
- Да, сближение Венеры с Юпитером,
прости господи.
А больше вам знать не обязательно.
- Извините.
Я говорила с двумя парами.
Люба, соседка, с мужем Александром.
И наша соседка Галина
с мужем Евгением.
- Астроном?
- Да, астроном.
Обоим жёны дают алиби, и обе врут.
- Почему?
- Ну потому что...
Потому что я так чувствую.
И ещё у меня
профессиональное чутьё на фальшь.
- Простите, а напомните, с чего вы
вообще решили их подозревать?
- Я прочитала
неоконченный рассказ Миши.
Он о нём и о его замужней любовнице.
И о том, что ревность приводит
к очень страшным последствиям.
- А вы учли руну дня и положение Луны
относительно седьмого дома?
- Не-а, вы о чём?
- Я о том,
что расследование -
это не детективный роман.
Люди не просто так
образование получают.
Следователь - это профессия.
Криминология - это наука.
Нельзя просто взять фантазии
потерпевшего, опросить двух соседей
и вычислить преступника.
- Вы сейчас меня обижаете.
- Простите. Я забыл, что у вас
невероятная интуиция.
Только почему вы в хирурги
не пошли с такой интуицией?
В расследовании же сработало.
Может, и там сработает?
- У вас подгорело.
- Что?
- У вас подгорело.
- Чёрт...
(Юля шмыгает носом)
(Юля всхлипывает)
- Пришли мне лекцию дочитывать?
- Вы зачем часы мучаете?
- Они очень старые.
Мы с братом в детстве
по ним время засекали,
когда карамель варили или сгущёнку.
Они остановились и...
И Миши нет больше.
- Вы знаете, я навёл справки
по своим каналам.
Про Валентина,
который на красном пикапе.
И выяснилось, что у него был
сильный зуб на вашего брата.
Валентин, он свиней разводит.
Вернее, разводил.
А к вашему брату стали попадать
на приём всё больше
люди с отравлениями.
Он проследил цепочку
и пришёл к выводу, что вся проблема
в продукции Валентина.
И инициировал проверку. У свиновода
отобрали лицензию и дело завели.
По-моему, неплохой мотив
для убийства.
Не романтично, но похоже на правду.
- Да, может быть.
- А деньги вы знаете где?
- Какие деньги?
- Которые я вашему брату
за его половину дома отдал.
На счёт он их класть не собирался,
поскольку хотел наличку.
Значит, они должны быть
где-то в доме.
- Но дома их точно нет.
Я когда искала черновики,
я, я везде смотрела.
- Видите? Сходится.
Валентин, когда фирму
прикрыл, поиздержался,
значит, возможно, хотел не только
убить вашего брата, но и ограбить.
Деньги не великие,
но в его ситуации тоже не лишние.
И ещё один мотив для убийства.
- Нет, он не убивал.
- Опять интуиция подсказывает?
- Когда-то он не решился
пойти со мной на свидание.
А вы говорите - человека убить.
- Мне кажется,
это немножко разные вещи.
- Вам кажется.
- Заберу у вас их,
раз они вас так расстраивают.
Я спать собираюсь, а под ваши
всхлипы, простите, это невозможно.
- Э! Открывай!
Я это, пришёл вам дать п...
(напряжённая музыка)
- Будете чай?
- Нет, спасибо, у меня кофе.
А вы не знаете,
кто в этом доме живёт?
- Ольга, медсестра. А что?
- Просто когда вчера я опрашивал
соседей, мне все открыли,
для того хотя бы, чтобы послать.
Только отсюда никто не вышел.
- Может, она на смене была.
- А.
- А вы не хотите спросить, что
за газетная вырезка у меня в руках?
- Не хочу, но вы же
всё равно расскажите. - Верно.
В общем, так. Мишин последний
рассказ о женщине,
в которую он был влюблён
ещё в юности. Я подумала:
может быть, он и в юности
про неё рассказ написал. И?..
Да! Да! Бинго!
Такой рассказ есть. Вот он.
Его даже напечатали.
- Я читать не буду.
- Тогда я вам расскажу.
Смотрите. Там история о том,
что он в молодости провёл со своей
возлюбленной всего один день.
Всего один.
Но потом они поссорились,
она назло ему вышла замуж
за другого, ну и всё.
- И где здесь зацепка?
- Но есть особая примета у девушки.
У неё под лопаткой есть
шрам в виде звёздочки.
- Ну мало ли что придумал ваш брат.
- Нет-нет.
Такие мелочи Миша
никогда не придумывал.
Если он написал, что есть шрам,
значит, он есть.
Осталось только выяснить,
у кого из женщин есть такой шрам.
- Я в этом не участвую.
- Не, я вас не прошу даже.
Я сама всё сделаю.
Позову Галину и Любу в баню.
- Это будет выглядеть
максимально странно.
- Леонид, вы даже не представляете,
насколько я могу быть естественной.
Однажды я играла возлюбленную
фонарного столба.
Да-да-да. Между прочим, зал рыдал.
- Не сомневаюсь.
- Вы можете сколько угодно
иронизировать, но знаете, когда...
Конечно! Конечно! Я ведь говорю
не для того, чтобы меня слушали!
(тихо тикают часы)
Хм.
- Женьк!
- А?
- Может, это...
поможешь мне малёхо-то?
- Да-да-да, сейчас я телескоп
доделаю и помогу.
- Чтоб он провалился, этот телескоп.
(забавная музыка)
- Господи! Это кто ж
так удобряет-то, а?
Ни уму ни сердцу -
только деньги на ветер.
- Да? А как надо?
- Во-первых, надо это не на корни
сыпать, а по окружности кроны.
А во-вторых, с золой мешать,
потому что ты корни все сожжёшь.
Ой, ладно, я сейчас у себя закончу,
к тебе приду.
- Ой, подождите.
Я сейчас баньку буду топить.
- Ты баньку?
Это ж нам пожарных
вызывать надо, правильно?
Ты её когда-нибудь топила хоть?
- Я играла в сцене, где топят баню.
- Ясно. Значит, так.
Я в семь приду. Без меня
ничего не трогай. Поняла?
- Галина...
- Ой!
- Да, да, я помню эти деньги.
Михаил принёс их на работу,
и, кажется, они там
до сих пор в сейфе и лежат.
- Уверены?
- Почти.
Надо проверить.
- Угу. И ещё один вопрос.
А что вы думаете
про Валентина Куропова?
- Ужасный человек. Циничная свинья.
Я его очень не люблю, простите,
пожалуйста, за откровенность.
- Да нет, ничего.
А как вам кажется,
он мог убить Михаила?
- Мог бы.
Но не убивал.
В ту ночь у него случился
невралгический приступ,
а я была на вызове.
То есть, получается,
я обеспечила ему алиби.
Простите, мне нужно на работу.
- А. Да-да, конечно.
Спасибо, что уделили время.
- Я... Я думаю, вы были
очень хорошим следователем.
Найдите, пожалуйста, убийцу, а то
на нашу Татьяну никакой надежды.
- Ничего, сейчас мы ей поможем,
и она прекрасно справится.
Здравствуйте, переведите
меня на Татьяну.
Ну что, у вас много
следователей Татьян?
- Пожалуйста, хорошего дня.
- Спасибо.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- А личи есть?
- Личи нет.
- А вот лапша гречневая есть?
- Девушка, это сельский магазин.
Картошка есть, свёкла есть, огурцы
маринованные, сметана. Личи нет.
- От молочки кожа портится,
а маринованные огурчики
жидкость задерживают.
- Это всё глупости.
- Да если б глупости.
Я вот молочку уже как давно не ем,
а гусиные лапки всё равно есть
вокруг глаз. Вот посмотрите, видите?
Вот, и кожа сохнет.
- Ну да.
Это потому, что в баньку
надо ходить,
веничком можжевеловым париться,
масочку на лицо из натуральных
продуктов наносить, и всё будет.
- Так вот какой у вас секрет!
А можно рецепт маски?
- Сложный.
- Ну пожалуйста, ну Люба.
Я сегодня как раз собираюсь
баньку топить.
Мне эта маска как воздух нужна.
Знаете, я вам...
Я вам, Люба, по секрету скажу.
Я ведь к пластическому хирургу
записалась, только ч-ш. - Да ладно?
Я никому. Ну в вашем возрасте
к пластическому хирургу?
С ума сойти. Ну давайте...
Давайте я вам рецепт не дам,
а масочку в баночке подарю. Идёт?
- Люба, Люба... Алаверды.
- Идёт?
- Я вас приглашаю сегодня в баньку.
- Ну от такого не отказываются.
Я приду.
- Надо проверить больничный сейф
как можно быстрее.
Если деньги там, то изъять их.
Послушайте, я вас не учу
делать вашу работу.
Я просто беспокоюсь о следствии,
как ответственный гражданин.
Да. А вы запрос сделали
последних звонков Михаила?
А что с экспертизой?
(поют):
"Ой, да не ясный сокол
Над тучей скрылся,
Не по мне тропинка
Пыльная легла.
Полюбила парня,
Сердце не спросила.
А он, лиходей,
И след простыл".
- Вот попарилась бы я месяц назад -
таких проблем бы не было.
- Да. Ты же вроде кашляла.
- Кашляла... Я как шахтёр кашляла.
Я Санька сколько раз просила:
"Ну растопи ты баньку".
Так ему всё некогда. Вот и пришлось
же к врачу обращаться.
- К Чехову?
- А к кому ещё?
Я прихожу к нему,
поднимаю свой топик.
Он ко мне эту штуку прикладывает.
- Стетоскоп.
- Ну именно. Стоим мы
там такие красивые.
И тут Санёк заходит -
на гвоздь он наступил.
И представляете,
что потом понеслось?
Вот так дело до развода и дошло.
- Ой, Любань, как дошло,
так и отойдёт, ты же знаешь.
Я вон сама к Мише
специально ходила-ходила,
чтобы Женя ревновал.
(Люба): - Да ладно.
- Да, я думала, может, он хоть
от звёзд этих своих оторвётся,
на меня внимание обратит.
- И как? - Да никак.
Миша сказал, у него кто-то есть,
а Женя...
Ой, даже не заметил,
что я ему изменять собралась.
- Вот ведь, а говорят,
все мужики одинаковые. - Да.
- Ну что, ещё ходочка?
- А давай! Ай!
Как хорошо! Это дело хорошее.
Ой, господи, часы чуть не свалила.
Ой, это дело хорошее.
Так, веничек. Опа.
- Юлька, идёшь?
(Галина):
- Ох!
Давай, давай-давай, сюда-сюда.
- Ага.
Вот так.
- Сажай. - Опа.
- Аккуратно, аккуратно, аккуратно.
- Ага. Во время игры в детектива
ни одной актрисы не пострадало.
- Сказал следователь в отставке.
(тихо):
- Так. Сейчас.
- Нет, ну так нельзя.
Всех достойных мужиков распугаешь.
Нужно быть как-то нежнее
с теми, кто тебя спасает.
- Ой, чего ты, Люб, начинаешь.
Ну-ка вдохни.
(кашляет)
- Ого. Что отмечаем?
- Моё спасение
и кто-то починил мне часы.
Вы простите, что разные тарелки.
Я...
- Как себя чувствуете?
- По-идиотски. Садитесь.
Ну, во-первых, я совсем забыла,
что в бане мне становится плохо.
- Я сразу сказал, что идея так себе.
- А во-вторых, на самом деле
всё было напрасно.
Ни у кого из этих женщин
нет таких шрамов.
И они не изменяли своим мужьям.
Так что вы были правы.
Детектив из меня никакой.
- Не переживайте.
Провальные дни бывают у всех.
Я тоже ошибся. Валентин не убивал.
У него есть алиби.
А ваша версия насчёт ревности
ещё не провалилась.
Даже если жёны не изменяли,
не факт, что мужья им поверили.
Могли усомниться.
Что это?
- Нравится?
- Не нравится то, что я не понимаю,
что я ем. Как называется?
- Ризотто с чесночным соусом
и утиным паштетом.
- Моя бывшая жена за одно такое
название душу бы продала.
Она в ресторанах всегда выбирала
самые сложные блюда.
Снобизм, я считаю.
- Так вы в разводе.
Ах, да, простите. По доброй воле
вы бы вряд ли тут купили участок.
- Ошибаетесь. Я всегда хотел
яблоневый сад и тишину.
Поэтому, когда развёлся, сразу...
- С тишиной вы немножко не угадали.
- Почему?
- Извините.
- Ваш брат обещал мне, что вы здесь
не появитесь. Добрый вечер.
- Не добрый. Вы в курсе, что Куропов
написал на вас жалобу?
Сказал, вы ему угрожали.
- Пока нет.
- Продолжите вмешиваться
в расследование -
я дам ход этому делу. Понятно?
Вы следите за ним.
И прекратите тоже сами
заниматься этой самодеятельностью.
- Это вы о чём?
- Я о попытках высосать из пальца
криминал в этом деле.
Михаил упал с обрыва.
Скончался от полученных травм.
- А если нет?
- Тогда я очень тщательно
подойду к расследованию.
И сделаю всё, чтобы вывести
на чистую воду сестру потерпевшего.
Возможно, она убила его
из-за наследства.
Пошли.
- Вы простите, я не знаю,
что на неё нашло. Обычно она другая.
- Пришли результаты экспертизы?
- Да, кровь на одежде Михаила чужая.
Похоже, действительно,
на него кто-то напал
и драка была серьёзная.
Я побегу.
- Так я и думал.
Ну что, похоже, у нас
не женщина со шрамом,
а мужчина с разбитым носом.
(Люба): - Давай-давай.
Хватит тебе на сегодня.
- А кажется, я знаю, кого мы ищем.
Анатолия, мужа Татьяны.
Пойдёмте, я сейчас вам
по дороге всё объясню.
(мужской голос):
- Таня!
Таня! Таня!
Та-ня...
- Если Татьяна была той самой
возлюбленной Миши, то всё сходится.
А у её мужа Анатолия разбит нос.
- Тогда понятно,
почему она отказывается
видеть в этой истории криминал.
- А я о чём.
- Но что нам это даст, даже если
это так? Вряд ли она признается.
А если признается,
у нас ни понятых, ни свидетелей.
Что происходит?
- Вот. В нашем посёлке,
когда уходят из дома, ключи
оставляют под ковриком.
То есть если ключ под ковриком,
значит, дома никого нет.
А это значит, что мы можем войти
и взять то, что нам нужно.
- Это проникновение незаконное.
- Для поиска доказательств.
Стойте тут, а я быстро.
(напряжённая музыка)
Вот он, шрам в виде звезды.
- Это вы?
- Да, добрый вечер.
Зашёл уточнить там...
(звуки падающих предметов)
- Кто там?
Кто в доме?
А вот теперь я имею
полное право задержать вас
за незаконное проникновение
в моё жилище!
- Что вы делаете у меня в доме?
- Я... Я...
- Нет, я.
- А-а, у нас ещё проникновение
в составе группы лиц.
- Просто показалось,
что дым шёл из вашего дома.
Я решил, что надо взломать дверь.
- Да, да! Я ему говорю:
"Смотри, там горит!" А он: "Чужое".
Я нашла ключи...
- Это я нашёл ключи. Для актрисы
ты врёшь отвратительно.
- Знаешь, для бывшего следователя
ты...
- Слушайте, это очень трогательно,
но не прокатит.
Сядете оба.
Да, здравствуйте. Полиция?
Это следователь Татьяна Крылова.
А у меня тут, знаете...
Что?
Сколько там было денег?
Да, я поняла. 15 минут,
я выезжаю в больницу.
- Взломали больничный сейф?
А я говорил, что Михаил
там деньги хранил.
- Вам повезло, что у меня оказались
другие, более важные дела.
Ну всё, идите отсюда!
Ключи.
Давай, завтра поговорим.
(детские голоса): - Давайте-давайте,
догоняйте. - Дай мне, дай мне.
- Нет, нет.
- Ну дай мне покатить. - Нет.
- Оп - и прямо в реку.
- Вить, гляди.
- Ого, сколько денег!
- Мы богатые!
- Давай-давай.
- У меня с собой телефон.
- Палку возьми. Сейчас достанем.
- А, давайте-давайте.
- Спасибо, что кинулись
защищать меня.
Но на самом деле...
- Мне показалось, мы перешли на "ты".
- Да.
Но это было неожиданно.
А почему ты решил мне помочь?
- Рефлекс.
- Очень сильный рефлекс.
На самом деле я думала, что ты
совершенно не переносишь меня.
Ты ведь хотел спокойной жизни
с яблоневым садом, а тут я.
Беспокойная соседка,
которая не даёт тебе спать,
ещё и по ночам
в дома чужие залезает.
- Красивым женщинам это прощается.
Плюс ты готовишь
хорошо, это удобно.
Так, пока надо придумать,
как вывести мужа Крыловой
на чистую воду, Анатолия.
- Ах...
- Тихо-тихо. Я...
- Это мои деньги.
- Это мои. - А-а-а!
Ты достал, они мои!
- Ну они общие.
- Э-э, с ума сошли?
- Подождите, деньги. Много денег.
Ребят, вы что, вы банк ограбили?
- Или больничный сейф.
- Это не мы.
- Да понятно, что не вы.
- Было около 10 вечера.
Я уже домой хотела уходить,
сумку собирала.
И стояла вот так спиной ко входу.
И тут слышу, кто-то вошёл.
Я обернулась, а там он с ножом.
И, знаете, прёт на меня,
и глаза такие безумные.
- А кто он?
- Вы мне не поверите.
Толя Крылов.
- Муж капитана Крыловой?
- Вы знаете, мне кажется,
что он деньги взял,
просто чтобы
инсценировать ограбление,
а на самом деле он хотел меня убить.
- Зачем?
- Ну как...
Мы с Мишей были очень близки.
И он мне рассказывал,
что Анатолий грозился его убить.
- Какой бред.
Остальные показания как,
такого же уровня?
- Конечно, вы не хотите меня слушать.
Он же ваш муж.
- Толи здесь быть никак не могло.
Она врёт. Вопрос почему.
- Продолжайте, пожалуйста.
- Миша мне много раз
об этом рассказывал.
Он не хотел идти в полицию,
потому что...
А смысл? Кому бы он жаловался, ей?
И потом он был благородным.
Он не хотел сажать
мужа своей любовницы.
- Интересно, а статью за клевету
у нас как, уже отменили?
- Татьяна Олеговна!
Мне бы очень хотелось
разобраться в этом деле.
Если вы будете мешать...
мне придётся обратиться
к начальству.
- Такой ты смелый.
- Я просто люблю свою работу.
- Молодец.
- Вот здесь есть выход к реке,
поворот с шоссе и камер нет.
Если бы я хотел избавиться от денег,
я бы сделал это прямо здесь.
- А вы бы хотели избавиться от денег?
- Мотив пока не понятен.
Но хотя бы поймём,
где это могло произойти.
Нам ещё идти...
- Уже пришли.
(напряжённая музыка)
Н.а.талекса
Жив!
Только от него так перегаром пахнет.
- Макар, нужна ваша помощь.
- Да, конечно, сейчас буду.
- Не хочешь поговорить о том,
что случилось сегодня в больнице?
А я хочу. Не будешь
соблюдать субординацию,
вылетишь отсюда как пробка.
Понял меня?
(звонит телефон)
Вот так.
Старший следователь Крыло...
Да, Василий Денисович.
Да. Нет, я просто...
Да, слушаюсь. Хорошо,
сдаю дела и еду в райцентр.
До свидания.
Меня отстранили.
- Если ваш муж убийца,
он должен за это ответить.
- Толя, Толь. Ну-ка давай напрягись.
Что ты помнишь?
Где ты взял деньги, Толя?
- Какие деньги?
- Ты почему с Чеховым конфликтовал?
- Потому что нечего
с моей женой спать.
Мне письмо подкинули, что моя Танюха
с Чеховым встречается.
Я сначала не поверил,
а потом поверил.
А потом она чуть не умерла.
- На неё покушение было?
- Да тут на всех покушение было.
Куропов, скотина,
мясо испорченное продавал,
заражённое, свинья.
Кто-то нормально отделался,
а моя Танюха в реанимацию попала.
Я когда понял,
что могу её потерять,
я тогда решил - ну плевать,
что она там налево ходила,
главное, чтобы жива осталась.
- А потом что изменилось?
- Потом...
Чехов мне сам фотографию
недавно прислал,
где они с Танюхой обнимаются.
И главное, не постеснялся, гад,
со своего адреса прислал.
Я тогда понял,
что это не ей нужно было.
Это ему нужно было,
это он её любил, понимаете.
- Понимаю.
И ты пошёл и его убил.
- Я не убивал.
Морду начистил, да,
но не убивал.
Он потом сам после драки
на своих ногах ушёл.
- Куда?
- Не знаю.
Я потом утром домой возвращаюсь,
а Танюха говорит:
"Чехова мёртвым нашли".
Ну как, она и подумала на меня.
Она рубашку нашла, где мне Чехов
пуговицу с мясом выдрал.
Ну и тогда кто ж?
Я ж, конечно ж, кто же.
- Но тебя не сдала.
- Она меня в сарай заперла.
Я отрубился.
Я даже не помню, сколько я там
просидел, а потом смотрю - открыто.
- Вышел и пошёл больницу грабить.
- Чего?
Я водку пошёл искать. Нашёл.
- Ну что, герой, пошли?
- А Танюха где?
- Уже показания даёт,
как укрывала мужа-убийцу.
- Так я ж...
А.
- Давай.
Давай-давай. Вставай.
Спасибо за помощь.
Юлия, ещё один день формальностей,
и можете забрать тело вашего брата.
Ещё раз мои соболезнования.
Идём.
(мрачная музыка)
- Миша умер,
и у меня больше нет брата.
Я одна.
Пока мы искали убийцу, смерть брата
как-то отошла на второй план.
- Это нормально.
- А знаешь, что я думаю?
Анатолий не виноват.
- Следствие разберётся.
А тебе нужно заниматься похоронами.
(стучит)
Я там картошку пожарил. Будешь?
- Как думаешь, это или это?
- А он какую сам бы надел?
- Он бы надел ту,
которая больше подходит
под его любимый шейный платок.
Только вот я не знаю,
какой его любимый.
Вот этот или... Кто вообще сейчас
носит шейные платки?
Откуда он эту моду подхватил?
- Он же Чехов,
у классика и подхватил.
- Инициалы, смотри. И дата.
Дата его рождения.
- Наверное, какая-нибудь женщина
дарила.
(звонит телефон)
- Интересно, какая женщина?
- Какая-нибудь большая поклонница.
(звонит телефон)
- Сейчас, извини.
(Дмитрий): - Алло, Юль.
- Да, извини, пожалуйста.
Я не могу говорить,
я сейчас на Мальдивах.
Выбираю натуру с Замским
для нового фильма. - На Мальдивах?
- Да, помнишь Замского?
- Нет.
- Это тот, который снял
"Пенелопу в огне", да.
Он, кстати, тебе привет передаёт.
- А... Юль...
- Ладно, я побежала,
у нас массаж через 10 минут.
- Э, Юль, Юль, подожди...
- Привет тебе и пока.
(шум дождя)
- Как массаж на Мальдивах?
- Отлично. Звонил мой бывший.
Ну, по документам он, правда,
пока ещё не бывший,
но пускай знает,
что у меня без него всё отлично.
- А у тебя всё отлично?
Он знает, что у тебя брат погиб?
- Ему незачем об этом знать.
Они почти не общались.
- Михаил был братом его жены,
родственник как-никак.
- Он же мне не докладывал о том,
что он спит с моей коллегой.
Так что я ему тоже ничего не должна.
- Возможно, но...
- Я не хочу видеть его
на похоронах своего брата.
Скажи, ты вообще, ты представляешь,
что такое, когда тебе изменяют?
- Угу.
- Тогда ты должен меня понимать.
Хочется отомстить
и больше никогда не видеть.
- За что мстить?
У нас было много хорошего.
Она родила мне прекрасную дочь.
Я благодарен ей.
А дальше... Все мы взрослые люди.
- А так вот почему ты здесь?
Квартиру ей, что ли, оставил?
О-о, ну поздравляю. Я вот, знаешь,
не готова вторую щёку подставлять.
Всепрощение не мой конёк,
уж извините.
- А я и не агитирую. Спокойной ночи.
(Дмитрий): - Да.
- Дим, привет! - Привет.
- Я тут хочу тебе кое-что сказать.
- Да, Юль, слушаю тебя.
(грустная музыка)
- Ну, я, пожалуй, пойду.
Ещё раз мои соболезнования.
- Не побоялась, заявилась.
Как таких только земля носит.
А ты тоже хороша, Юля.
Гнать её надо было с похорон.
- Баб Надь, никого не надо
гнать с похорон.
Хочет человек проститься,
пусть простится. - Человек?
Она мужа под статью подвела.
Если бы она налево не пошла,
Толик бы разве пошёл
на смертоубийство?
Он же тихий, он же мухи не обидит!
- Вот вызовут вас на дачу показаний,
там всё это и расскажите.
- И расскажу. Обязательно расскажу.
- А сестре убитого в день похорон
это слушать необязательно.
До свидания.
- Мои соболезнования.
- Спасибо. Нет сейчас
сил разговаривать.
- Деревенская простота.
- Да я бы сказала - жестокость.
У Татьяны ведь теперь ни мужа,
ни любимого мужчины, ни работы.
Почему людям её не жалко?
- Мне кажется, ты хочешь
от людей слишком много.
Вот обрати внимание:
твоего брата знали все,
а сколько людей было на похоронах -
раз-два и обчёлся.
- Привет. Прошу прощения,
опоздал на похороны.
Пришёл, так сказать, выразить...
- Выражайте.
- Он был хороший человек, Юль.
А то, что мы с ним цапались...
Сама знаешь - характер у меня такой.
Сейчас даже как-то неловко.
Вот.
- Спасибо.
- Я пойду.
- А ты говоришь. Перед лицом смерти
у каждого просыпается совесть.
- Угу. Но твой муж мог бы приехать
и поддержать тебя.
Но что-то его я на похоронах
не видел. - А вот это другое.
Пойдём помянем.
(щемящая музыка)
Здесь только детские фотографии.
Мы с Мишей очень любили
пересматривать этот альбом.
Вот видишь, здесь качели.
- Угу.
- Видишь? Мишка их
сам сделал, но криво.
Мы тогда упали,
и дедушка нам их переделывал.
Меня на фотографии нет,
потому что я тогда, помню,
я тогда обиделась и убежала.
Я не помню уже на что.
На фотографии меня нет,
а Мишки нет на свете.
Видишь, тогда ещё вишни были.
Яблонь почти нет.
Нам бабушка тогда каждое утро
делала вишнёвый пирог.
- А мне мама готовила яблочный пирог.
Редко, правда. Больше на каникулах.
Я его обожал.
Мечтал, вырасту - у меня
будет яблоневый сад
и я буду каждый день
есть яблочный пирог.
- Вот видишь, вот ты и купил себе
яблоневый сад.
- Оказалось, одного сада мало.
Нужно, чтобы рядом был кто-то,
кто захочет испечь тебе пирог.
(машина сигналит)
- Прости. Я очень спешил, но...
Сейчас. Сейчас.
- Если честно, я не ожидала,
что ты приедешь.
Ты ведь почти не знал Мишу.
- Это тебе.
Я очень хорошо знаю тебя.
И тебе очень нужна моя поддержка.
И я могу тебе её дать.
И я приехал с предложением,
от которого ты
не сможешь отказаться.
Пойми, репетиция срывается
одна за другой.
Я попробовал на твою роль
восемь актрис.
Восемь актрис!
И ни одна не подходит.
Если так пойдёт - всё. Всё!
Нужно отменять премьеру.
- А я здесь при чём?
- Ну как?
Ты единственная, кто может
спасти спектакль, меня
и вообще всё искусство.
Я тебя прошу, вернись ко мне. А?
- К тебе? Ни за что.
- Ну хорошо, ладно.
Давай вычеркнем меня
из этой формулы.
Да, я идиот, я сам всё разрушил.
Хорошо.
Я перееду к Миле.
Наверное, она не будет рада.
Хорошо. Но квартира твоя.
Я тебе это обещаю.
Я прошу тебя: вернись на сцену!
- Да дело не в квартире.
Мне здесь нравится.
- Что? Пахать, сеять?
Эту вот травку выдёргивать?
- Мне нравится воздух,
тишина, птички.
- Птички поют. Хорошо, давай
поменяем фильтры в кондиционере.
Канарейку заведём с попугайчиками.
Юля, ты актриса с большой буквы.
И даже роль этой колхозницы
ты играешь очень убедительно.
Но ты заигралась.
Ну надо что-то менять.
Я прошу тебя: вернись на сцену.
Вот. Вот он, этот взгляд.
Да. Да.
Покидай давай вещи в сумку
и возвращайся, хорошо?
Я жду тебя в машине.
Давай-давай-давай.
Давай-давай-давай.
(напряжённая музыка)
- Лёнь! А что ты скажешь,
если я уеду?
- Скажу: "Хорошей дороги".
- Продолжишь расследование без меня?
- Да нечего уже расследовать.
Езжай спокойно.
- Но Анатолий не убивал Мишу.
- У него в кармане нашли
деньги из сейфа, это факт.
- Да, но нельзя же опираться
только на сухие факты.
- Нельзя всё время приплетать эмоции.
Это жизнь, а не театр.
- Да как ты живёшь так?
- Отлично. Как нормальный человек.
- Вот и живи дальше
как нормальный человек.
А я... Я устала уже от этой жизни
деревенской, и мне пора.
Прощай.
- Вот и хорошо. Вот и отлично. Каждый
должен заниматься своим делом.
Крестьяне - пахать и сеять, убирать
навоз. А актёры - служить искусству.
- Нам только в одно место
надо заехать.
- А, ну надо - значит надо.
Только помни: репетиция в шесть.
Поехали.
- Хорошо, я ненадолго.
Не думала, что вы решитесь уехать.
- Да я ничего не решала.
Меня вызывают в райцентр
для служебного расследования.
- Я вам сочувствую.
Вы знаете, я думала,
что я знаю Мишу.
Но оказывается,
у него столько секретов.
Но теперь с ним уже не поговорить.
А когда вы снова начали
встречаться с ним?
- Да мы и не заканчивали.
Много лет назад мы с Мишей
очень полюбили друг друга.
Потом поссорились.
Я так сильно на него обиделась,
что выскочила замуж
за первого встречного.
Ну так, чтоб Мишке насолить.
А потом, уже после свадьбы,
мы снова начали встречаться
и даже хотели вместе сбежать.
- А первым встречным был Анатолий.
- Честно говоря,
мне его безумно жаль.
Он ведь догадывался,
что я его не люблю,
и, может быть, понимал,
что я хожу к Мише,
но всё никак не мог меня бросить.
Не знаю, может быть,
это и есть настоящая любовь.
Именно поэтому я так легко поверила,
что это он убил Мишу.
Ведь на его месте многие бы...
Только он не убивал.
Я всё проанализировала, особенно
слова Ольги, что он на неё напал.
А я знаю Толю много лет.
Она оклеветала его.
Зачем? Не понимаю.
(звонит телефон)
- Сейчас, извините.
(Дмитрий): - Ну ты где?
- Да, да, я скоро буду.
- Давай быстрее.
- А как думаете,
зачем она соврала, Ольга?
- Понятия не имею. Типичная серая
мышь. Всю жизнь работает в больнице.
На досуге гладью вышивает.
- Вот если бы я писала пьесу,
убийцей была бы именно она.
- Не думаю, что это она.
Жизнь не пьеса,
скучные люди скучны во всём.
- Как вы думаете, это она подарила
Мише шейные платочки с вышивкой?
- Ну почему бы и нет.
Это вполне в её стиле.
Но я не думаю, что это имеет
отношение к делу. Хотя...
Какое дело... Всё, дело закрыто.
- Сынок, возьми яблочко.
- Спасибо, мать.
- Эй, друг, подвезти куда?
- Да нет, спасибо, мне далеко -
в город. Лучше на автобусе.
- Решил уехать из нашего болотца?
Всё правильно, я тоже собираюсь.
Ну удачи тебе!
(звонит телефон)
- Да. Сейчас приеду.
- Ольга всю жизнь рядом с Мишей.
И всю жизнь дарит ему
шейные платочки с вышивкой.
Это что значит? Правильно, это
значит давнюю безответную любовь.
- Погазуй там давай.
- А потом она узнаёт,
что Татьяна с Мишей
собираются сбежать.
Это мотивирует её к действию.
Она пишет письмо
с Мишиной почты Анатолию.
Ты меня спросишь:
"Почему именно она?"
А я отвечу - потому что Мише
это не надо было.
А доступ к его почте был
у его верной медсестры Ольги.
Понимаешь?
- Давай ты попробуешь. Давай-давай.
Я вообще не понимаю, как тебе
вот это всё может быть интересно.
- И ведь это почти сработало.
Анатолий повёлся.
Но он ли убил Мишу?
- Давай на счёт "раз, два, три"
вместе. Готова?
- Давай! - Давай.
- Давай. Раз. Два. - Два.
(вдвоём):
Три!
- О, отлично. Ну чего, роль
деревенского следователя
тебе очень хорошо удалась.
Пора сменить амплуа.
Давай! Всё, поехали, поехали.
- Извини, я не поеду. - Что?
- Я найду убийцу и вернусь.
- Юля, подожди. Как?
- А Миле привет.
- Да подожди ты. Юль!
- В день убийства Михаилу
написал врач из райцентра.
Прислал анализы тех,
кто некачественным мясом отравился.
И ещё один анализ - Татьяны.
- Она в реанимацию попала.
- Да. Но Татьяна отравилась не мясом.
В её крови нашли
какой-то рецептурный препарат
в сумасшедшей дозе. Там вообще
непонятно, как она выжила.
И я вот теперь думаю...
Вроде дело закрыто.
И не факт, что к убийству Михаила
это имеет какое-то отношение.
- Угу. Значит, Михаил получает
результаты анализов,
видит то, что мы видим
сейчас с тобой.
Пишет Ольге сообщение:
"Надо поговорить".
- Очень похоже, что она убила, да?
- У Татьяны в крови находят
рецептурный препарат.
А кто у нас имеет
доступ к препаратам? Ольга.
Кто имеет доступ в реанимацию?
Тоже Ольга.
И с ней ночью идёт поговорить
Михаил. - Ну всё сходится.
Только я не понимаю мотива.
- Тут придётся признать,
что наша актриса была права.
Если Ольга была безнадёжно
влюблена в Михаила,
то она могла попытаться
устранить соперницу.
Тем более та уже лежала
с отравлением. Очень удобно.
Михаил узнал правду
и решил с ней поговорить.
- И она его убила? А как же алиби?
- Это очень интересно.
Мотив есть.
Возможностей вагон.
И вдруг внезапно алиби. Врёт.
- Съездим поговорим с ней?
- И что мы ей скажем?
"Здравствуйте! Давайте вы сами
признаетесь, что вы убили Михаила,
потому что у нас доказательств нет"?
Съездим мы к ней,
съездим обязательно,
только сначала поймём,
что здесь происходит.
- Вот. Простите, не знала,
куда их ещё нести.
Такая тонкая работа,
не выкидывать же.
- Спасибо.
- Миша очень любил платки,
которые вы вышивали.
Ну я пойду, а то много дел.
- Спасибо, я вас провожу.
- Нет-нет, не беспокойтесь.
Дверь сама прикрою.
(напряжённая музыка)
Ольга?
(напряжённая музыка)
Нат
- И что? Это мой дом.
И моя жизнь.
И как бы я ни относилась к вашему
брату, я ему жить не мешала.
Он вообще ни о чём не догадывался.
- И вы ему признались.
Он вас отверг, и вы его убили.
- Смелая версия. Напишите сценарий.
Он будет пользоваться популярностью.
- А я докажу.
- Да сколько угодно.
А сейчас прошу покинуть мой дом.
(напряжённая музыка)
- Или перьями макароны взять?
А если из твёрдых сортов,
то от них меньше толстеют, так ведь?
Слышали? Настоящий убийца-то
на свободе.
Мишу убила Ольга.
Я это точно знаю.
У меня есть доказательства,
и я завтра же пойду в полицию.
Я тут в Мишкиных вещах
разбиралась и нашла.
Да, я только пока не могу сказать...
- Здравствуйте. - Здрасте.
- Что... Ну потому что в интересах
следствия лучше молчать.
Но я теперь точно знаю,
что Мишу убила Ольга. - Ах!
- Так. Вы ведь никому не скажете?
- Не-не.
- Значит, Ольга, которая имеет
мотив и возможности,
внезапно обеспечивает себе
алиби за счёт Валентина.
- Может, у него правда приступ был
и Ольга с ним была?
- Или он врёт, чтобы её прикрыть.
- Зачем?
- Вот это отличный вопрос.
Давай съездим к Валентину прощупаем.
(напряжённая музыка)
(стук в дверь)
- Юль, привет! Пустишь поговорить?
- О чём?
- О нас.
Да брось. Ты же прекрасно знаешь,
что нравишься мне со школы.
А теперь вроде как
ты свободна, я свободен.
- Извини, у нас ничего не получится.
- Дай мне один шанс.
Хотя бы выслушай.
- Валь, я... Нет.
- Тогда я буду петь
песни под забором.
Сейчас за гитарой только схожу.
- Ладно, проходи.
(напряжённая музыка)
- Вот я дурак.
Я же всю школу по тебе сох.
Стихи писал, прикинь?
Потом, когда ты в Москву
уехала и актрисой стала,
у меня такой депрессняк был.
А разве ты теперь
до меня снизойдёшь?
Кто ты и кто я?
- Валь, ладно тебе.
- Плеснёшь ещё? В горле пересохло.
- Конечно.
(тревожная музыка)
- А потом ты вернулась,
ещё и свободная.
И осталась.
Я ведь могу подумать,
что ты из-за меня осталась.
- Знаешь, ты можешь думать
всё, что ты хочешь.
Но осталась я потому, что я хочу
довести расследование до конца.
- Так оно же закончено.
Толика не просто так посадили.
- Не убивал он. Ольга его убила.
- Ольга? Да ладно.
И что, есть какие-то доказательства?
- Конечно, есть.
- Поделись.
Да ладно, все свои.
Почему ты уверена, что Ольга убила?
(напряжённая музыка)
(тихо):
- Леонид.
Сейчас придёт Леонид.
- Юль...
- Значит, дома его нет.
- Странно, ночь на дворе.
Куда тут ночью в посёлке идти-то?
- Я одно думаю - как он мог быть
с убийством связан? И кажется мне,
что он свидетелем оказался, а потом
принялся Ольгу шантажировать.
- А-а, ну тогда понятно,
почему она сейф грабанула.
А то, что на Анатолия удалось
спихнуть, - это приятный бонус.
- И почему алиби он ей обеспечил -
деньги ему нужны были.
Если бы она села,
что бы он с неё взял. - Ну да.
- Мальчики, чего это
вы по ночам гуляете?
Темнота - друг молодёжи?
- У нас тут дела. - Особенно у тебя.
Ты, Макар, поменьше бы гулял,
побольше бы работал.
Ты в курсе, что ты
невиновного посадил?
- Это вы о ком?
- А это я о Толике, конечно.
Вот ты расследовал тяп-ляп.
Всё простым людям за тебя
приходится переделывать.
- Это какие простые люди?
- А вот Юля наша, например.
Всё разведала, улику нашла.
И мы теперь точно знаем,
что Михаила убила Ольга.
- Погодите, Юля же уехала.
- Ха! От вас уедешь, конечно же.
Кто б тогда убийцу-то нашёл?
- А вы всё это откуда знаете?
- От неё и знаю.
Она мне рассказала. По секрету.
Ну вы ж полиция, мальчики.
А у меня от полиции секретов нет.
(напряжённая музыка)
- Я не буду её убивать.
Сама заварила, сама и расхлёбывай.
- Я? Это ты меня на эту идею
натолкнул. - Ты с ума сошла!
- Да если б твоей свининой
половина посёлка не отравилась,
я бы не догадалась Татьяне
это отравление устроить.
- Травить надо было нормально. Умерла
бы, оплакали, похоронили и забыли.
- Валь, ты совсем дурак?
Да это счастье,
что она выкарабкалась.
Миша и так заподозрил неладное.
А если бы она умерла? Он бы с этими
анализами не ко мне ночью пришёл,
а сразу в полицию.
- Он так и так пошёл в полицию.
- Зато я узнала это первой.
- Подожди, Миша! Она выжила.
Она поправилась.
Не надо полиции, пожалуйста.
- Не надо полицию?
Оль, ты человека отравила.
- Потому что я люблю тебя.
Да, я люблю.
Я люблю тебя так,
как ни одна Танька не сможет.
- А я тебя - нет. Я тебя ненавижу
за то, что ты сделала с Таней.
Ты больная.
А-а!
(шум падения)
(мрачная музыка)
- Если б не стал меня шантажировать,
никто бы ни о чём не догадался.
- Если бы ты не спёрла
деньги Чехова из сейфа...
- А где мне, по-твоему,
было их взять?
И кстати... ты мне помог.
- А чем помог-то?
Тольку из сарая выпустил и напоил.
- Ты не просто его напоил,
а подсыпал туда транквилизатор.
- А кто мне его дал?
- Ну я же не отпираюсь.
Я тебе просто говорю -
если сядем, то сядем вместе.
Ну, придумал,
что будем с ней делать?
(Юля стонет)
Она всё слышала.
(тревожная музыка)
- Нет.
Ещё один труп - это перебор.
- Ты видишь другой выход? Я - нет.
Ты так не волнуйся, это...
это очень хороший препарат -
сердце останавливает мгновенно.
Ты даже ничего не почувствуешь.
- Всем стоять, Следственный комитет!
Руки, чтоб я видел!
- Давай пошёл. - Давай-давай.
- Вот так, вперёд. - Давай пошла.
- Как тебе в голову пришло
этих уродов на живца ловить?
- Ну из меня неплохой живец.
- Я серьёзно. - Я тоже.
- Я волновался.
(сигнал сообщения)
- Это по работе. У меня
через неделю премьера.
Сделать тебе пригласительный?
- Это чтобы я в театр пошёл?
- Да.
- Нет, конечно. У меня хозяйство.
Яблони поливать надо.
(спокойная музыка)
- Вот, вышел на свободу
с чистой совестью.
- Дурак.
Конечно, я знала, что ты не виноват.
- Но с признательными показаниями
Ольги и Вали как-то поспокойней, да?
- Ой, девочки, я вам так скажу.
Ложь в семейной жизни,
она вот просто необходима.
Я своему говорю - хочу,
значит, звёзды изучать.
Ну вот эти вот Персеиды,
тайны Вселенной, вот эту всю муть.
Пришлось, конечно,
перетерпеть лекцию,
но продолжение было,
я вам скажу, то что надо.
- Ну мы тоже с моим помирились.
Без танцев с бубнами,
конечно, ну просто.
- Ну и правильно. А ты чего?
Юль!
- Ну с Лёнькой-то как у вас?
Или вы по ночам
только преступников ловите?
- Поймали всех. И больше
нам вместе делать нечего.
Разные мы. Разные.
- Скучно.
- Ага.
- Юль! Юля!
У меня сюрприз.
(минорная музыка)
(письмо Юли): - "Лёня, прости,
что уехала не попрощавшись.
Иначе мне было бы
сложно расстаться с тобой.
Но и жить вместе нам было бы сложно.
Ты человек рациональный,
я - творческий.
Я - сова, ты - жаворонок.
И мы бы непременно
расстались через месяц.
И это было бы очень больно.
А я ненавижу боль.
Поэтому я уезжаю обратно
в свой театр играть на сцене.
А ты будешь растить свой сад.
Каждый будет заниматься своим делом.
Спасибо тебе за то,
что ты был со мной рядом.
Будь счастлив!"
(крик петуха)
- Здравствуйте!
(Леонид напевает)
- Да, пение не самая
сильная твоя сторона.
Как сад?
- Потихоньку.
- А это потому, что ты
не те удобрения используешь.
И я тебе привезла новые.
Урожай у тебя будет,
ну, раза в три больше.
- Отлично.
- У меня к тебе просьба.
Меня утвердили в сериал
на роль следователя.
Научишь меня быть следователем?
У меня есть один день.
- Всего один?
- Угу.
Один день для работы, для сада
и для личной жизни.
Согласен?
 

////////////////////////////