Последнее желание (2024 год). Фразы и цитаты из сериала

Жизнь Тамары Сизовой кажется идеальной: она недавно окончила университет, работает в крупной компании, воспитывает сына Вадика в счастливом браке и постоянно путешествует. Вот только всё это ложь, которую Тамара придумала для своей бабушки. Вера Ивановна мечтала, что внучка станет большим человеком, поэтому Тамара не может её разочаровать и рассказать правду о своей неудавшейся жизни в Москве. На самом деле отец Вадика их бросил, университет она так и не окончила, и вместо того, чтобы преподавать итальянский язык, работает секретаршей. Всё меняется, когда Тамаре сообщают, что у Веры Ивановны сердечный приступ. Тамара с Вадиком приезжают в родную деревню. Там Тамара сталкивается с лечащим врачом бабушки Сергеем и со своим бывшим одноклассником и школьной любовью Андреем Витязевым. Тамара ухаживает за Верой Ивановной, не зная, что её появление в деревне подстроено…

1-4 серия

Все фразы и цитаты

 ПОСЛЕДНЕЕ ЖЕЛАНИЕ
- Да, Виктор Анатольевич
ждет вас в три.
Что? Нет, позже никак нельзя:
у него другая встреча в четыре.
Нет, раньше тоже никак: совещание
с региональными представителями,
люди из области едут специально.
Да, да. Все, тогда в три. До завтра.
(Звонок телефона.)
Да, Виктор Анатольевич,
я по времени все согласовала.
Нет, уже ушла. Нет, не далеко.
Ну хорошо, я могу вечером из дома...
Да, конечно,
сейчас приду, все сделаю.
Что? Кофе? Конечно принесу.
Вадик: - Пятьдесят пять,
пятьдесят шесть, пятьдесят семь...
- Извините...
Простите, Ирина Анатольевна!
Я... Правда, это в последний раз!
- Давайте завтра?
- Вадик! Вадик!
- Шестьдесят...
- Привет.
Прости, пожалуйста.
- Ты опоздала
на двадцать тридцать минут.
- Не "двадцать тридцать",
а "двадцать три"!
Ирина Анатольевна сказала:
если ты еще раз опоздаешь,
они меня исключат. - Что?..
- Она заведующей жаловалась,
а та ей ответила...
- Никто тебя не исключит!
Мы сами уйдем, если они еще раз будут
такие вещи при ребенке обсуждать!
Ты тут вообще ни при чем.
Тут я виновата.
Я даже из офиса уже успела выбежать -
позвонил. - Опять?
- А что мне надо было делать?
Трубку бросать?
- Ты обещала поговорить с ним.
- И поговорю.
- И за кофе ты ему тоже ходила?
Ты ему кофе на свои деньги
покупаешь - так нечестно!
Если ты его боишься,
давай я сам с ним поговорю.
Я ему покажу, вот увидишь!
- Рыцарь мой!
Скажи лучше, что ты на ужин хочешь.
Гречка, макароны, картошка -
что тебе надоело меньше?
- Макароны.
- Пойдем.
- Ай! - Так,
давай только осторожно очень.
Так...
Все, иди сюда.
Так, теперь сыр и яйцо.
- Ага. - Я пока помидоры порежу.
Будет у нас с тобой
"Перемешка обыкновенная".
- А разве есть такое слово -
"перемешка"?
- Слова нет, а блюдо - вот оно.
- А мы не опоздаем?
- Куда?
- Сегодня среда же.
- Точно! Бабушка!
- Так, Вадик, иди компьютер включай!
- Угу.
(Звучит динамичная музыка.)
- Давай!
Так, теперь стол. Давай-давай.
Надевай, надевай, надевай!
Ну что ты копошишься? Давай помогу.
Руку - вот сюда.
Садись.
Я нормально выгляжу?
- Ага.
- Давай...
(Сигнал видеозвонка.)
Ой, а нас Антоша
возле садика встретил
и сразу в игровой центр повез.
Сейчас такие центры игровые делают -
дети бегают, играют, а родители
могут поужинать и посидеть спокойно.
Вадик очень давно хотел, да?
- Угу.
И папа мне еще подарок купил.
- Ой!
Какой молодец у вас папа!
А куда он делся? Почему не дома?
- Ему на работу
пришлось опять приехать -
там какие-то партнеры деловые,
важная встреча.
Ой, Дмитрий Алексеевич,
а как ваше зрение?
Вы не передумали насчет операции?
Я могу спросить -
в Москве можно быстро сделать.
- Не надо, Тамарочка, все хорошо.
- Да-да, все у него хорошо!
Не видит ни черта!
Как у тебя на работе?
На работе как?
- На работе - вообще отлично!
У меня же начальник -
он итальянец настоящий.
Он мне тут недавно сказал...
(Говорит по-итальянски.)
"Спасибо за хорошую работу.
Надеюсь на новое сотрудничество".
- Ну-ну... А он что, тебя увольняет?
- Да нет, нет,
он просто очень вежливый,
поэтому благодарит за каждый проект.
- И он еще маме за кофе ходит!
- Тамарочка,
ты там кофе не увлекайся слишком,
а то у нас бабушка - по пять
чашек эспрессо, да, каждый день!
- Вы когда приедете?
В прошлом месяце обещали,
а уже середина августа!
Вадику скоро в школу.
- Ба, мы пока не можем...
- Ну как же так?
- Мы это... Мы на море едем.
- На море?!
- Да.
На Мальдивы.
Нам Тоша путевки купил,
чтобы Вадик сил набрался
перед школой.
- Не нравится мне это.
Может, хватит уже врать бабушке?
- Я обещаю:
мы обязательно все расскажем,
как только все наладится.
- А по-моему, у нас и так все хорошо.
- Я просто не хочу,
чтобы она думала, что я неудачница.
Она столько сил в меня вложила:
вырастила, в Москву отправила -
надеялась, что я чего-то добьюсь.
А я...
Конечно, врать нехорошо,
но иногда иначе никак.
Так что я тебе обещаю.
- Верочка, я что подумал...
Может, мы до речки прогуляемся, а?
- Нет...
Пятый год никак нет доедут:
то Италия, то Турция, то Мальдивы!
Кажется, она мне врет.
- А чего ж странного-то?
Молодые люди, успешные.
Хочется мир посмотреть.
Может, и мы, а, Верочка?
- Нет-нет.
Знаешь, я давно замечала,
а сегодня - особенно.
А чего ты на речке-то забыл?
- Для моциона. Для здоровья.
- Ладно, иди домой.
Иди, иди домой. "Для моциона"!
Мне тоже, знаешь, спать пора.
Мне завтра рано на работу.
- Может, нам на пенсию уйти, а?
Будем вместе ходить в лес,
на речку купаться.
- Ты что, молодость,
что ли, вспомнил?
Ты меня еще на свидание позови!
- А я куда тебя зову?
А ты все: "Работа, работа..."
- А на кого я больницу-то оставлю?
- На кардиолога этого - как его там?
- Сергей Борисович?
Нет, нет, нет...
Ну все, поздно уже, иди.
Подожди.
Я тебе творог на завтрак дам.
Ну все, иди! Ладно.
- Привет. Ты чего так долго?
Мне же работать еще.
- Привет. Не я же пробки придумал.
Ты что хотела?
- Мне же его к школе собирать -
не хватает.
- Ты про деньги, что ли?
Я же переводил тебе в этом месяце.
- Тоша, мы же договорились:
я не подаю на алименты,
а ты платишь, сколько можешь.
- В этом месяце больше не могу.
- Не думал,
что ты такая меркантильная.
- Я - меркантильная? Попробуй
сам на эти деньги ребенка содержать!
- А не надо было разводиться со мной.
- Не надо было мне изменять!
- Началось... Пока.
- Тоша, Тоша, прости.
Я не хотела ссориться.
Может, как-нибудь заедешь,
побудешь с Вадиком?
- Да, конечно, если получится.
- Ты три года так говоришь.
Но это же сын твой, Тоша.
Ему отец нужен.
- Ладно, ладно. Хорошо.
Я постараюсь что-нибудь придумать.
Все. Пока. - Пока.
- Если каждый день кофе ведрами пить,
никаких алиментов не хватит.
- Да...
Это не мой кофе.
- Я обедать сегодня буду вообще?
- Конечно, Виктор Анатольевич!
Курьер уже подходит.
- Пусть быстрее он подходит!
Я жрать хочу,
а ты мне встреч понаставила!
- Он уже здесь.
- Здравствуйте!
- Здрасте! - Ваш заказ.
- Спасибо.
- Хорошего дня вам. - И вам.
(Звонок телефона.)
- Да, бабуля, привет.
Дмитрий Алексеевич?..
Что случилось?..
Как?
- Вадик! Вадик!
- Мама! Что случилось?
- Бабушке плохо. Мы уезжаем.
Собирайся давай.
- А что мы ей скажем?
Просто мы же наврали,
что полетим на Мальдивы.
- Точно... Это я во всем виновата.
Сама врала - и тебя врать заставила.
- Мама, ну чего ты?
Давай ей сейчас все расскажем.
- Нет, Вадик.
У нее и так сердечный приступ,
а правда ее вообще убьет.
И папа твой меня бросил,
институт я не окончила,
вместо того чтобы
итальянский преподавать,
работаю вообще неизвестно где.
Не внучка, а неудачница.
Так что, Вадя,
ничего мы не расскажем ей, хорошо?
- Угу.
- Продукты купи.
- Ага.
И Вадику - печенье.
Ну, то - может, понравится?
И муки - Тамарка печь любит.
- Не волнуйся, все сделаю.
- Ой...
- Правнуку бы игрушку какую-нибудь.
Во что играют мальчишки сейчас?
- Я в компьютере покопаюсь, узнаю.
Да ты не волнуйся.
- Да я-то не волнуюсь,
а вот ты чего-то...
Давай. Иди отдыхай. Отдыхай.
- Опять ты меня гонишь?
Всю жизнь гонишь, ну!
А я, между прочим, с тобой всегда.
Вот так и знай.
- Ладно, ладно.
- Я говорил тебе:
"Давай на пенсию, а?"
На пенсию тебе надо.
- Дима, ну какая пенсия?
На кого я больницу-то оставлю?
Ну работать же некому!
Хорошо,
что хоть Сергей Борисович переехал.
- Вера, ну нельзя же так!
Всю жизнь больницу на себе тащишь.
- Ладно, все. Чего ты тут сидишь?
Давай иди отдыхай.
Утром Тамарку встречать.
- Ладно. Все, давай.
- Пока.
- Ну, приехали! Наконец-то!
- Здрасте, Дмитрий Алексеевич.
- Привет. Устали, а?
- Дмитрий Алексеевич...
- Удалось поспать-то?
- Как бабушка?
- Ты сама увидишь.
Давай сначала больницу,
а я с чемоданами - домой.
- Я Вадика с собой могу...
- Не надо, не надо.
Не надо. Ты сначала - в больницу.
Пойдем, Вадик.
- Все настолько плохо?
- Держи вот эту штуку. Молодец.
- Ой, ой...
- Бабушка!
- Томочка моя приехала!
Ой... Это внучка моя, Сережа.
Не надо, ну что ты? А где Вадюша?
- Они с Дмитрием Алексеевичем
домой пошли... - Ну ладно, ладно.
- Прости меня, пожалуйста, прости!
- Ну ладно.
Ну ладно, ладно, господи...
- Я вас оставлю, пожалуй.
Вере Ивановне волноваться вредно.
Имейте это ввиду, пожалуйста.
- Ну что ты? Ну что ты?
Ну не переживай ты так.
Ну всякое бывает.
Может, еще не помру.
- Это врач сказал?
- Да я сама врач.
Чудеса случаются,
особенно если вы тут.
Ну не плачь ты,
ну не хорони ты меня раньше времени!
- Я так соскучилась, ба!
- Боже мой! Спасибо тебе.
Спасибо, что ты приехала.
Ну не рыдай так.
Не рыдай.
Как на похоронах просто.
Ты мне скажи: как тебе Сережа?
- Какой Сережа?
- Врач мой, Сергей Борисович.
- Да я не знаю. Нормальный.
Я не присматривалась.
- А ты присмотрись.
От него зависит,
выкарабкаюсь я или дуба дам.
Надо его отблагодарить.
- Хорошо.
- Денег он не возьмет.
- Подарок, может, какой?
- Кажется, я знаю,
чем его можно порадовать.
Ты моя...
- Доктор, что мы теперь будем делать?
- Сейчас вводим
кроверазжижающие препараты,
чтобы улучшить
кровоснабжение сердечной мышцы.
- А насколько все серьезно?
- Все довольно тяжело.
Мы делаем что можем,
но дальше остается только ждать.
- А можно мне ее карту?
В Москву ее данные отправить.
У меня знакомый
в кардиоклинике хороший.
- Конечно, им в Москве лучше знать.
- Я не хотела вас обидеть,
просто, если ее перевести в Москву...
- Нет!
Нет, я категорически против перевода.
Ваша бабушка сейчас очень плоха.
Ей просто нужен покой.
Давайте я вас провожу.
- Осторожнее!
Кто же лихой такой у нас?
Неужели Анькину развалину кто купил?
Или наследники нашлись?
- Здорово, Дмитрий Алексеевич!
- Здорово!
- Не узнал?
Племянник тети Ани, Андрей!
- Андрей... О!
- Жил у тети Ани,
школу заканчивал здесь!
- Ты не кричи.
Я вижу плохо - слышу хорошо.
- Сегодня ночью приехал.
Думал за вещами заехать,
овощей купить.
Внук?
- Правнук. Но не мой - Верочкин.
- Я Тамары сын.
- Приятно познакомиться, Тамары сын.
- А звать тебя как?
- Вадик.
- Твоя мама и Андрей
в школе вместе учились.
Такая любовь была!
- Дядя Дима...
- Как мама поживает? Тоже приехала?
- Хорошо поживает, даже отлично.
У нее начальник на работе -
итальянец настоящий.
- Ух! - А еще нам папа
на Мальдивы путевку купил.
А сюда мы приехали,
потому что бабушка в больнице.
- Вера Ивановна заболела?
- Да.
Да, Виктор Анатольевич, я уехала.
Но я предупредила отдел кадров,
они должны были...
Алло! Виктор Анатольевич,
я виновата, простите...
Нет, я не могу немедленно
появиться на рабочем месте.
Я не в Москве.
Бабушке плохо стало...
Нет, не умерла, слава богу!
Что?! Но...
Ну и увольняйте!
- Ну вот, Вадик,
когда-то мама твоя здесь обитала -
теперь ты будешь.
- Вадюха, лампочку подай.
- Давайте.
- Молодец.
- А мама что, футбол любила?
- Не только любила,
но и играла даже с нами.
Мы ее на ворота ставили.
А знаешь почему? - Почему?
- Нападающих отпугивать.
Она как мяч увидит, как завизжит!..
- Неправда, я не визжала.
- Салют. - Привет.
- С приездом.
- Ну что, ты сходила к Верочке?
С врачом говорила?
- Ау! Есть кто живой?
Ну надо же, а!
Я даже сразу не поверила!
Думаю: чего это вдруг?
Сто лет тут не показывалась!
Ну привет, подруга!
Витязев? А ты чего тут?
Вы что, вместе, что ли, а?
А ну колись!
- Я к бабушке. Она заболела.
- Заболела?
- Привет, Кочкина. Пока.
- А куда это мы пошли, Витязев, а?
- Пожалуй, мне пора.
Андрюша, что хотел сказать...
- О... Твой?
Что там Вера Ивановна?
Что-то серьезное, что ли?
Да ну... Надо же, ну!
Только на днях ее видела -
живее всех живых была.
Подожди плакать - может,
все еще обойдется, ну.
(Звучит интригующая музыка.)
- Ой!
- Вера Ивановна, что случилось?
- Ничего не случилось.
- Мы как с вами договаривались?
Лежите и не встаете!
- Хорошо, я поняла.
- Понимаете, что это опасно?
- Поняла. Прости, прости.
Ну что?
- Что?
- Ну как она тебе?
Садись рассказывай.
- У вас очень хорошая внучка,
красивая.
- Ну вот, я же тебе говорила!
Она у меня огонь.
Теперь нужно, чтобы ты ей понравился.
- Мне кажется, ей сейчас
немножко не до этого.
- Ничего, найдет время.
Я тебя научу.
- Хорошо, спасибо.
- Стой! Ты куда?
- У меня пациенты, у меня прием.
- Подожди, стой!
Дима, задержи его.
- До свидания!
- Что случилось-то? Что он сказал?
- Да ничего не сказал.
Сказал, что не мое дело
устраивать им свидания с Тамарой.
- Так и сказал?
- Нет. Но подумал.
А я, может, хочу,
чтобы моя внучка была счастлива.
- Да разве она не счастлива?
Вон, муж на Мальдивы возит.
Верочка, милая,
ты лучше о себе позаботься.
- Дима, ну нет у нее никакого мужа!
И работы нормальной у нее нет.
Я уж давно догадалась.
- О, здрасте.
- Привет, сосед.
Так сойдет. Потом найму рабочих,
и они все доделают.
- Зачем? Вы же сказали,
что в отпуск приехали.
- "Ты". Давай на "ты". Так, может,
я в отпуске до Нового года здесь.
- Так не бывает.
У мамы всего две недели был,
и то начальник
через день ее на работу вызывал.
А когда не вызывал, звонил сто раз.
- Наверное, он твою маму очень ценит.
- Ценит, как же!
А это правда, что у вас с мамой
любовь была?
- Была.
- А потом что?
- А потом...
Не срослось.
- Это как?
- Как тебе это сказать-то?
Мы с твоей мамой...
...поцеловались, а потом...
- Да не целовались вы!
Когда люди целуются,
у них дети потом,
а у мамы, кроме меня, никого нет.
- А я что? Мама твоя уехала.
Больше никого целовать
мне не хотелось.
- Ой, я на мучное
даже смотреть не могу:
только понюхаю - уже плюс килограмм.
Приходится держать рот на замке.
Ну ничего, зато мужикам нравится.
Ну а ты-то как? Поди, уже развелась?
- С чего ты взяла?
- Ну как с чего?
Вон, с Андрюхой приехали.
Уж, поди, и вместе.
- Да не вместе мы, просто совпало.
Я его лет сто не видела.
- Ну так что, значит, я его забираю?
Если ты, конечно, не против.
- Делай, что хочешь. Мне плевать.
- Вот и хорошо.
Знаешь, давно с ним замутить хотела,
но он в школе все был влюблен
в кого-то без памяти,
не будем показывать пальцем.
- Ты смотри, может, он женат.
- Да мне плевать, женат он, не женат!
Главное, чтобы в постели был хорош.
- И у тебя даже жены нет?
- Ай... Была, да вышла вся.
Вот и решил начать новую жизнь.
- А тебе мама до сих пор нравится?
- Будешь много знать -
скоро состаришься.
- А тебе бы хотелось ее поцеловать?
- Вадик! Ты что там делаешь?
Давай домой быстро!
- Ой, а кто это у нас там
такой красивый забор чинит?
Я и не знала, Витязев, что ты у нас
такой хозяйственный, оказывается.
- А я, Кочкина, еще и не такое умею.
- Да?
Тогда приходи к нам
в беседку у магазина завтра -
покажешь, на что ты там способный.
Мы каждый день там собираемся,
пиво пьем.
- А подруга твоя?
- Да у нее своих дел полно.
- Вот и у меня, Кочкина, дел полно.
- Да вижу, вижу.
Но ты приходи. Я буду ждать.
- Что почем, скажи.
- Все скажи тебе! Дорого, дорого.
- Ну красота! - Привет!
- Привет, Валя! Хлеба не осталось?
- Слушай, для тебя найдем, конечно.
- Тома, ты, что ли?
Ах! Ну ты вообще!
Похорошела, постройнела,
прямо не узнать тебя -
москвичка натуральная.
И главное, духи такие вкусные!
- Ну-ка...
- Да это не духи.
Это пирожки с картошкой, с яблоками,
рыба жареная.
- Ты бабе Вере несешь?
Ей такое можно?
- Да не для нее это, а для доктора -
в качестве благодарности.
Спасибо.
- Для доктора?
- Угу.
- А говорили, она, мол,
с Витязевым приехала
и что помирились наконец.
- Да Андрей приехал просто отдохнуть,
а она - к бабе Вере.
Видать, быстро сориентировалась,
раз доктор свободный.
- Что, ей в Москве мужиков мало?
- Ну!
- Ох! Н-да...
- Ну вот, наш, так сказать,
морской курорт.
Откровенно говоря, речной.
Ну, что есть, то есть.
- Деда Дима, а давай рыбачить?
- Рыбачить? Так снасти же нужны.
Нужно червяков накопать,
удочка нужна.
Но я, откровенно говоря,
не увлекаюсь этим.
А ты, если хочешь, искупайся.
- Не могу:
я плавать не умею.
- Да? - Да еще и холодно.
- Привет, Андрей!
- Привет!
- Здорово, сосед!
Здрасте, дядя Дима.
А вы чего не плаваете, не рыбачите?
- Деда Дима не хочет, а я не умею.
- Не умеешь - научим.
- Правда? - Конечно.
- А можно? - Давай.
- Рыбалку любишь? - Да.
- А знаешь, чем окунь?..
- Только аккуратнее, аккуратнее там.
- Аккуратно.
Чем окунь от щуки отличается?
- Чем?
- Щуку на живца надо ловить.
На, держи. Будешь помогать.
Зачерпываем и... Опа!
- Тамара, Тамара,
остановитесь, достаточно!
- Но я же не знаю, что вы любите,
что не любите,
и вот решила на всякий случай...
- Мне недели на две хватит.
- Вам так только кажется.
Пирожки тают во рту,
десяток съешь - не заметишь,
а рыбка вообще диетическая.
Пожалуйста, не отказывайтесь.
- Хорошо, хорошо, хорошо.
С одним условием: если вы...
- Ой-ой!.. Я, пока готовила, наелась.
Вообще, мне к бабушке надо.
- Спасибо вам большое!
- До свидания. - До свидания.
- Ну чего ты ревешь-то?
Ну что, накормила его?
Ну кардиолога-то.
- Да. Пирог, рыба, два салатика.
Он предлагал поесть вместе с ним,
но я отказалась.
- В следующий раз не отказывайся -
не сломаешься. Прикрой дверь.
Ну давай... давай рассказывай.
Рассказывай,
как он тебе как человек, как мужчина.
- Ба, ты о чем?
Забыла, что я замужем?
- Да, с тобой забудешь!
Ну бедный ведь парень,
живет один - ну жалко.
Жены нет, девушки нет,
знакомых никаких.
Валька к нему пристраивалась,
Кочкина твоя,
но я ее быстро отвадила.
Ему такая не нужна,
ему такая, как ты, нужна.
- Ба, я замужем!
- Но я же не прошу,
чтобы ты с ним роман крутила.
Погуляете, то-се.
А я пока с внуком...
с правнуком своим посижу.
Давай быстро приводи его,
пока я еще не померла совсем-то.
- Хорошо.
- Надо о человеке позаботиться
в знак благодарности.
А то я...
давно бы уже без него концы отдала.
- Ну... ну...
- Да и ладно.
- А почему дверь нараспашку?
Вадик! Дмитрий Алексеевич!
"Мама, мы с дедой Димой
ушли на речку".
Какая речка? Ночь на дворе.
- Ну все, лодку осушили -
осталось мотор починить.
- Ты когда последний раз
мотор-то видел?
Мотор - дело тонкое:
разберешь - потом не соберешь.
- Ну а мы починим - и на рыбалку.
- А меня возьмешь?
- Если мама разрешит.
- Да разрешит, конечно.
Мама считает,
что мне не хватает мужской руки.
- А папка твой что?
- А какая она была - мама,
когда вы в школе учились?
- Она была...
- Эй, ау! - Мама твоя
вечно что-нибудь придумывала.
- Например?
- Например,
заставила меня выучить итальянский.
Это чтобы мы могли спокойно
переговариваться,
планировать всякие шалости
и нас никто поймать не мог.
- Класс! Я думал,
итальянский - это скучно.
(Говорит на итальянском языке.)
Я люблю тебя, моя дорогая.
- Знаешь, как по-итальянски "пицца"?
- Как?
- Пицца.
А "паста" знаешь как по-итальянски?
- Наверное, точно так же.
- Паста. Правильно, молодец.
- Как говорит Вера,
итальянский - язык любви.
- Вот ты где! Вадик...
- Мама!
Дядя Андрей обещал
научить меня плавать
и взять с собой на рыбалку.
- Прямо сейчас ты идешь домой.
- Тома, я просто предложил.
(Тома говорит на итальянском.)
- Прошу к моему сыну не подходить.
- Я просто... - Я сама решу,
чем ему можно заниматься и с кем.
Все понятно?
(На русском.) Пойдем.
(На итальянском.) - Ты все равно
красивая, даже когда злишься.
- Пойдем, Вадик.
- Это вы о чем?
- Дядя Дима, не берите в голову.
(Звучит лирическая музыка.)
- Знаешь что я думаю, Сережа?
Ты ей нравишься. - Вера Ивановна...
- Я свою внучку знаю.
- Может, она просто хотела
меня отблагодарить.
- Тогда она просто купила бы подарок,
а еда - это совсем про другое.
Еда - это забота, понимаешь?
Значит, ты ей нравишься.
Ой, Вадюша!
- Я вот тут еще еды наготовила.
Хотите?
- Конечно хочет.
Ну кто от твоей стряпни откажется?
Тома, ну чего ты ему
контейнеры-то суешь?
Ты накрой в кабинете, по-человечески.
Идите, идите оба. Идите.
Мне с правнуком надо пообщаться.
Иди. Ну давай,
рассказывай, какие новости
в детском саду. Давай.
- О, Витязев, привет!
Ты на рыбалку собрался?
Бери меня с собой.
- Привет, Кочкина.
Ты чего не на работе?
- Никуда не денется эта работа.
К Тамарке в гости хотела зайти,
а ее дома нет. В больнице
кардиолога нашего обхаживает,
еду ему таскает.
- Она к Вере Ивановне ходит.
- Ну, значит, два в одном получается.
Вообще, меня такие женщины,
знаешь, прямо удивляют.
Вот смотри, у нее муж есть,
а ей все мало.
- Валя...
- Ой, все, молчу, молчу.
Знаешь, мне чужие любовные дела
вообще неинтересны.
Слушай, а приходи сегодня
к нам в беседку.
А? Витязев, ау!
- Ты уже спрашивала.
- А может, ты передумал.
Ну ты приходи.
Я буду ждать.
- Сергей Борисович...
- Просто Сережа.
И, если можно, на "ты".
Тамара, вы меня так до смерти
закормите!
- "Ты". Мы же на "ты" перешли.
- Да, точно.
- Приятного аппетита!
- Спасибо.
Подождите... подожди.
Посиди со мной. Останься, поешь.
- Да я не голодная.
- Тогда просто так посиди,
за компанию.
- Ладно.
- Очень вкусно.
- Спасибо.
- Ну что, справляешься?
- Ага.
- Ах ты, надо же, сигареты забыл.
У тебя нет?
- Бросил, не курю.
- Это положительное качество,
уважаю.
А я вот никак.
Даже ради Веры Ивановны
на такой подвиг не в силах.
- Как она?
- Ой, сначала думал, все,
а как Тамарка-то приехала,
получше стало.
- Надолго Тома?
- Не знаю, как пойдет.
Сам понимаешь, это ведь дело такое...
- А муж ее что?
- Чей муж? Тамаркин?
- Ну да.
Приехал бы поддержать.
Забор вон падает, крышу бы перекрыть.
- Да что с него, с мужа-то ее?
- А что с ним не так?
- Да все с ним не так.
Нет его. И не было никогда.
Это она всем рассказывает,
врет, что замужем,
только Вера Ивановна
давно ее раскусила.
Вот так-то, родненький мой.
Только ты это... никому.
- Я понял, Дмитрий Алексеевич.
- Давай заводи свой мотор.
Вот!
- Эй, куда?
Десятка меньше дамы!
- Так она же козырная.
- У нас черви козыри!
- Вадик, ты чего кричишь?
Бабушка болеет, а ты...
- Она мухлюет!
- Ну все, все, сдаюсь, сдаюсь.
- Вера Ивановна, я домой.
Если будут ухудшения, звоните.
- Иди-иди, отдыхай. Как-нибудь
проживу одну ночь без тебя.
- До свидания.
- Сережа, подожди!
Ты проводи моих до дома.
- Все в порядке,
мы сами дойдем прекрасно.
- Ну мало ли что, темнеет уже.
- Еще светло.
- Ну, сейчас стемнеет.
- Тамара, мне не сложно.
Я пойду к себе в кабинет, переоденусь
и буду ждать вас на крыльце.
До свидания, Вера Ивановна.
- До свидания. Ну...
- Вадик, подожди в коридоре.
- Так...
Слушай сюда.
Накорми его ужином.
- Ба, какой ужин?
Он от обеда не отошел еще.
- Ну тогда чаем напои.
- Бабушка...
- Я все сказала.
Не спорь с умирающей.
Иди!
- А здесь Щиренко раньше жили,
потом в город переехали.
Лясинские тоже, говорят, уехали.
Раньше здесь столько народу было!
А теперь...
- Деревня - она и есть деревня.
- Деревня здесь была,
когда я в школу ходила.
Я же не здесь училась.
В соседнее село, через 3 километра,
каждый день бегала.
Вон за тем домом - дорога через лес.
Хотите покажу?
- Да я...
- Мама, может, домой пойдем?
- Вот.
- Вадику тоже интересно.
Правда?
(Тяжело вздыхает.)
Ну, в другой раз.
- Да, хорошо.
- Мы уже почти дошли.
Ну а вы что-нибудь расскажите.
(Слышны голоса.)
- Вот мы почти пришли.
Может зайдете чаю попьете?
- Зайду. Только с одним условием:
если ты перестанешь мне выкать.
Мы же договорились.
- Прости, я все время забываю.
Пойдем?
- Пойдем, конечно.
- Вадик, ты где там? Давай скорее.
- Верочка, извини, что так поздно.
Я на минутку.
Вот новые цветы тебе принес
для настроения.
Вера... Вера!
Вера! Как же так?
- Ай!
- Уф!
- Дима! Ты напугал.
Так и помереть можно.
Что ты тут делаешь-то?
- Ты жива. А я...
Ты жива! А я подумал...
- Чего ты подумал?
Типун тебе на язык - "подумал"!
Меньше думать надо.
За конфетами я ходила.
Чай пить не с чем,
вот сама сгоняла, пока пересменка.
- У тебя же сердце. А?
Ты что, соврала?!
- Почему это я соврала?
- Ты обманула: меня, всех!
- О-о-о! Ну и что? Ну обманула!
- Ой, господи!
- Дима! Дима! Дима...
- И давно ты тут живешь?
- Несколько месяцев.
Если честно, я до сих пор скучаю
по Москве.
Я бы сюда по доброй воле ни за что бы
не согласился переехать жить.
- А чего приехал тогда?
- Вадик, это было грубо.
- Нормально. Он не хотел. Ну...
Так получилось.
Вообще я в Москве работал до этого.
- Правда?
- Да. - А я знаю:
ты с женой развелся и переехал.
- Вадик!
- Нет, жены у меня никогда не было.
Правда. Просто на работе возникли
кое-какие неприятности.
Я был ни при чем, но, как говорится,
попал под горячую руку
и остался крайним.
Вот.
- На вот - под язык положи.
- Нет.
- Хорошо, сейчас просто валерьяночки.
Давай. Сейчас успокоишься -
все будет хорошо.
Где это? Вот она, вот она. Вот!
Вот. Давай.
Давай. Вот. Две штуки сразу -
и тебе полегчает.
Ну что ты на меня щуришься?
- Ну зачем, зачем все это?!
- Ну а что мне было делать?
Я внучку и правнука своих
уже столько лет не видела,
а тут и повидаемся.
И, может, ее замуж выдам.
- Ой, еще и замуж выдаст! Не много
на себя берете, Вера Ивановна?
Чужую жизнь устраивать!
- А почему не помочь,
если она сама не справляется?
Я же любя.
- Кто еще знает?
- Сережа.
- Ну и как ты собираешься
это сделать?
- А у меня, Дмитрий Алексеевич,
есть план.
Ну Дима!
- Давайте.
- Димон, достал ты меня уже
своими лапами трогать!
Не умеешь ухаживать, так не берись!
- Давай еще раз.
- Здорово, народ!
- О, какие люди!
- Привет, Андрей.
- Здорово, Вован.
Зинка, привет.
- Вот это да!
- А что за повод?
- А он нам не нужен.
Слушай, а я знала, что ты придешь.
- Откуда?
Даже я не знал, что приду.
(Слышен смех.)
- Спасибо.
- Только попробуй рассказать Томе!
- Ей надо все рассказать.
- Так, скажешь хоть слово -
ко мне не подходи.
- Ха!
- Дима, ну чего ты дуешься?
- Неужели ты не понимаешь,
что поступаешь жестоко?
- Я - жестоко?! А она?
Врала мне столько лет!
Правнука мне не привозила.
Я же переживала за нее.
Я просто воспользовалась
ее же оружием.
- Я прекрасно все понимаю,
только ложь до добра не доведет,
и ты не можешь решать чужую судьбу.
Поэтому: или ты признаешься
во всем Тамаре,
или меня ты больше не увидишь.
Времени подумать
у тебя осталось до завтра.
- Да больно ты мне нужен! Ой...
- Ну вот и вся история.
Комиссия решила, что это я виноват
в гибели пациента,
хотя это даже не моя смена была.
- Ужас какой! Так сочувствую тебе.
Ужасно, когда вот так,
незаслуженно, обижают.
- Главврач всегда
был против меня настроен.
Только потом я узнал, что он всегда
на мое место хотел своего племянника.
- А, ну тогда все ясно. Да, конечно.
- Мама, я спать хочу.
- Поздно уже. Ты давай иди ложись,
а я с дядей Сережей еще чаю попью.
- А книжка?Ты мне книжку обещала.
- Вадя, давай завтра.
- Нет, я хочу сегодня!
- Тамара, я пойду - правда, поздно.
- Прости, я не знаю,
что с ним сегодня такое.
Иди ложись, я дядю Сережу провожу
и почитаю тебе.
- Спокойной ночи, Вадик.
- Пока.
(Смеется.)
- Ты чего?
- Нет, ничего.
Вспомнила просто. Не важно.
В школе мне казалось,
вас с Томкой разлучить невозможно,
а оказалось - легко и просто.
- Подожди, не понял.
- Не важно, иди ко мне.
Боже мой! Я в школе сказала Томе,
что целовалась с тобой.
Эта дура поверила.
- Но этого не было?
- Но теперь уже было.
- Так это ты ее обманула?
- Господи, мы что,
так и будем о ней разговаривать?
Или, может, уже делом займемся, а?
- Не займемся.
- Витязев, ты чего? Ну ты что, дурак?
Это было сто лет назад.
- Сережа, ты забыл.
- Ой! Спасибо тебе большое.
- Ты извини еще раз за Вадика.
Я не знаю, что случилось.
- Да ну ты что, все в порядке.
Тамара, он ребенок.
- Да...
- Спасибо за вкусный чай.
- Спасибо, что пришел.
- Спасибо, что пригласила.
Тебе не холодно?
- Нет, нет.
- Привет.
- Ты чего здесь делаешь?
- Я? Да я домой шел.
Дай, думаю, загляну.
Андрей Витязев - сосед, одноклассник.
- Сергей Борисович - кардиолог.
Он бабушку лечит.
- Сергей Борисович, значит.
Бабушка в больнице, а вы тут?
Нехорошо.
- Тебе вообще какое дело?
По-итальянски:
- Мне нужно обсудить с тобой кое-что.
- Я ничего с тобой обсуждать не буду.
Сережа, подожди.
По-итальянски:
Помаду с футболки сначала сотри
или Вале лучше отнеси постирать.
- Тома...
- Ты меня извини за это.
Поговорим завтра?
- Конечно.
Доброй ночи.
- Пока.
- Молодец, что рассказал.
- Да я же не специально!
Она спросила, а я...
- Вот я и говорю: молодец.
Тамара у меня жалостливая,
а жалость - это начало любви.
- Я не очень хочу, чтобы меня жалели.
Особенно Тамара.
- Ну, знаешь, по-всякому бывает.
Не важно, как начинается, -
главное, чтобы результат был.
А я уверена:
у нас с тобой все получится.
- Вера Ивановна,
Тамара мне правда нравится.
- Ну?
- И можно мы дальше
как-то сами без Вашей помощи. Хорошо?
- Без нашей помощи вы тысячу лет
будете разбираться.
Я десять раз уж помереть успею.
Нет, сначала я вас поженю,
потом сделаю тебя главврачом здесь.
- Здесь?
- Угу.
- Вы думаете, что Тамара захочет
здесь остаться? Я думал в Москву...
- Нет-нет, никакой Москвы!
Она там десять лет была, а толку-то?
Все. Здесь останетесь.
И ребенку лучше. Все, иди.
- Вера Ивановна, давайте я лучше
вас еще раз послушаю.
Сядьте, пожалуйста. - Ой, ты передо
мной комедию не разыгрывай.
- Мне не нравятся результаты
вашего ЭКГ. Нужно сделать по новой.
Сядьте, пожалуйста.
- Пожалуйста.
- Мама, ты видела варенье,
которое бабушка обычно присылает?
- Малиновое?
Оно в шкафу на нижней полке.
Только ты все не съешь -
я хочу пирог испечь Сереже.
- Малиновый пирог? Этому?
- Не "этому", а дяде Сереже.
- Никакой он мне не дядя.
Я его... я его ненавижу!
- Вадик! Я не понимаю, ты почему
так взъелся? Он хороший человек.
Его надо как-то поддержать, утешить.
- Не буду я его утешать!
- Вадик, ты у меня добрый мальчик.
Ну что ты?
- Я не хочу, чтобы он был моим папой.
- Да никто не собирается.
Вадик, ну ты чего?
У меня там, на тумбочке,
деньги лежат.
Сходи в магазин за мукой и маслом.
- Один? Сам?
- Ну конечно. Мы же в деревне
и тут недалеко. Да? Иди.
А потом попьем чай с малиновым
вареньем.
- Хорошо!
- А что это мы тут делаем?
- О, ты здесь?
Привет. Заросло все -
думал сирень подстричь.
- А мы когда на рыбалку пойдем?
- Так лодка готова, червей
вон полно, удочки тоже имеются.
Как только мама даст добро. По рукам?
А ты куда собрался-то?
- В магазин за мукой и маслом.
- Алло! А вы вообще где?
- Мы уехали к бабушке в деревню.
- Что? Как в деревню к бабушке?..
- Бабушка в больницу попала.
- Я с сыном повидаться приехал,
как договаривались.
- Ой, я не думала, что ты придешь.
Ты просто ничего конкретного
не сказал.
- То есть в том,
что вас нет дома, я виноват?
- Нет-нет-нет, прости.
Мы пока не знаем, когда приедем.
Я тебе позвоню обязательно. Хорошо?
- Хорошо.
Надеюсь, с бабушкой ничего
серьезного и вы скоро приедете.
Ты же помнишь, что Первое сентября
на носу? Школа и все такое...
- Все, не могу сейчас говорить.
Давай. Пока.
- Мука и масло.
- Спасибо.
Я же сказала не общаться с ним.
- Мама, дядя Андрей хороший.
Мы с ним на рыбалку хотели пойти.
- Даже не думай. Никакой рыбалки
не будет, тем более с дядей Андреем.
- Мама, ну почему?
- Потому что мы приехали к бабушке,
а не на рыбалку с Андреем. Ясно?
- Да ясно, ясно.
- Дима, ну что ты как
статуя Командора?
Садись, не маячь.
- Что вы решили, Вера Ивановна?
- Дима, а ты что курил, что ли?
- Это никакого отношения к делу
не имеет.
- Как не имеет? Вот будешь валяться
с инсультом парализованный -
господи, не дай бог! -
кто за тобой ухаживать будет?
- Это будет зависеть
от принятого вами решения.
- Господи, ну что ты у меня
такой упрямый-то?
- Не у вас, Вера Ивановна!
А насколько я понимаю,
с этого момента - я сам по себе.
- Да прекрати ты в конце концов.
- Так, или ты говоришь правду,
или между нами все кончено.
- Не могу я сказать правду им!
- Ба, ты чего кричишь?
Что за правда? Что происходит?
- Бабушка!
- Вадюша!
- Вадик, пойдем-ка с тобой
для дедушки Димы кофе поищем.
- О, мало того что ты куришь,
да еще и кофе?..
- Маме с бабушкой нужно поговорить
очень серьезно.
Пойдем. Пошли, пошли.
- О чем бабушка будет с мамой
говорить? О чем-то плохом?
- Ну это трудно сказать. Все зависит
от того, как мама отреагирует.
- День добрый. - Здрасте.
- Привет! Дай пять! А вы чего здесь?
- Решили Вере Ивановна дать
возможность с внучкой поговорить.
Наедине.
- Ну что, сказала?
- Мама, бабушке хуже стало?
- Почему ты мне не сказал,
что она двигаться больше не может?
- Что?!
- В смысле?
- Ноги! Она ног не чувствует.
- Ах! Ноги отнялись?
Ясно, ясно.
Ну тут ничего не поделаешь.
Да, пожалуй, пойду.
- Дмитрий Алексеевич, вы куда?
- Домой. Давай я Вадика заберу?
Зачем ему на парализованных-то
смотреть?
Пойдем, Вадик, пойдем, мой хороший.
Пойдем, пойдем.
- Это шок, наверное...
- Тамара, я уверен,
что это временное явление.
Все будет хорошо, все пройдет.
- Правда? Ты это как кардиолог
говоришь или...
- Я это говорю, потому что знаю.
- Спасибо тебе.
- И эту женщину я любил столько лет.
Эту женщину, которая...
- Здрасте, дед Дима. Как дела?
- Держи.
- На рыбалку поедем? Лодку починил.
- Не-а.
- Что-то случилось?
- Баба Вера.
- Что, умерла?
- Куда там! Даже не собирается.
- Ей хуже стало.
Мама там осталась - плачет.
- А это, может, домой?
Хочешь, я отведу?
- Вот еще! Лучше в магазин сгоняй.
От водочки я бы не отказался.
Давай-давай-давай - водку!
Водку, водку бери!
А мы слезами, так сказать,
гибнущую страсть...
- Доктор сказал,
это временное ухудшение.
Я не знала, что такое бывает.
- Ну, всякое бывает.
Что-то Дима не приходит.
- Да они с Вадиком ушли куда-то.
Он странный, даже сердитый.
Наверное, шок.
- Ну, не иначе как. А ты поесть
мне ничего не принесла?
- Нет, я не успела.
- Сгоняй в магазин купи что-нибудь:
печеньице, конфеточек,
пирожных каких-нибудь.
- Ба, у тебя диета. Сережа сказал,
что правильное питание и режим -
это главное лекарство.
- Вера Ивановна,
как ваше самочувствие?
Вы так внучку не пугайте больше.
- Слово в слово, как вы сказали,
Сергей Борисович.
- Сережа, ну надежда есть?
- Есть улучшения по кардиограмме.
(Кашляет.)
Небольшие.
Ладно, я закончил смену,
у меня выходной.
Тамара, может, мы...
- Правильно, пригласи девушку
на свидание.
- Я кофе бы хотел предложить.
- Нет, кофе вредно.
А может, вам в лес сходить?
- В лес?
- В лес - за грибами.
Сергей Борисович
очень любит грибы собирать. Вот.
Сводишь человека в лес, грибочков
наберете, супчик мне сварите,
а я все равно сейчас
попрошу снотворное.
Всю ночь не спала - мучилась.
Ну и до завтрашнего дня буду, как
овощ на грядке, да, Сергей Борисович?
- Да.
- А со мной ты завтра посидишь
и супчик принесешь - из грибочков,
собственными ручками собранных.
А Сергей Борисович поможет.
- Ба, ну какой суп?
- Грибной. Обыкновенный.
Ужас как хочется супа!
Вот, ноги бы ходили, сама бы пошла.
- Давай.
- Поправляйтесь, Вера Ивановна.
- Спасибо.
- О, Сергей Борисович, здравствуйте.
А я как раз к вам.
- Здрасте. Пять минут, хорошо?
Я сейчас подойду. - Хорошо.
- Мне кажется, она немного не в себе.
Может, это из-за лекарств?
Мой дед часто ходил за грибами,
пока жив был. Вот, видимо, и она.
- Странное желание, соглашусь.
- Да я на автобусе
до райцентра сгоняю -
там на рынке всегда грибы есть.
Сварю утром суп.
- А я б прогулялся бы.
- В лес? За грибами?
- Да. Ты же умеешь?
- Да кто не умеет?
- Я. Я просто, если честно,
никогда в жизни не пробовал.
- И что, в лесу ни разу не был?
- В смысле после того,
как приехал, или вообще?
- Обалдеть! Да у нас, кроме леса,
развлечений нет других.
Если хочешь, давай сходим.
И Вадика возьмем с собой?
Тогда через час на краю деревни,
где кладбище. Знаешь?
- Да. Пока.
- Пока.
- Валя, водки.
- Водки?
Витязев, ты же не пьешь. Или ты
от горя, что шанс свой упустил?
Ну так я могу тебе второй дать.
- Валя, нет. Мне только водки.
И бутылку лимонада.
И водку самую дорогую,
чтобы не отравиться.
- У меня вся водка хорошая.
Чтобы нет отравиться,
надо закусывать. Так.
Держи: это тебе на закуску,
а это твоя водка. 450.
И пей себе на здоровье.
А захочешь опохмелиться...
- "Приходи вечером в беседку".
Я помню, Валя.
- Молодец.
- Маруся! Маруся!
- Вера Ивановна, что случилось?
Вам плохо?
- Вы совсем решили
меня голодом заморить?
- Вера Ивановна, напугали!
Обед через час у нас.
- Это у вас - через час,
потому что вы завтракали.
А меня в это время на анализы гоняли.
- Придется потерпеть немножко,
Вера Ивановна.
- Все, давай принеси кофе.
- Вы что!
Вам кофе нельзя: у вас же сердце!
- Что значит "нельзя"?
Это, может, мое последнее желание.
Давай быстро принеси кофе
и конфет каких-нибудь.
(Звучит авантюрная музыка.)
Дима! Димочка, у меня
паста зубная кончилась.
И печенья нет к чаю.
- Никакого печенья, Вера Ивановна,
я вам покупать не собираюсь.
По той простой причине,
что мы с вами расстались. Да. Нет.
И к вам я заходить не намерен.
Я Вадика за яблоками отправил в сад.
- Ага.
- О, котлеточки!
- Так, я водку не буду. Лимонад.
- Ты что, в завязке?
- Да просто не люблю.
Дядь Дим, может, не надо?
- Давай-давай.
- Ты что здесь делаешь?
- Привет, Тома.
- Сам пей свою водку,
дядю Диму не трогай.
Он эту водку сто лет уже не пьет.
- Томочка, милая,
он не виноват тут совсем,
это я его попросил.
- А что вы его защищаете?
- Так, ладно, я пойду.
Если что, я у себя.
- Водку свою забери!
- Э-э...
- Дмитрий Алексеевич,
я от вас не ожидала.
- Ой, ма! А ты что,
не у бабушки разве?
- Нет. Решила за грибами сходить.
Собирайся.
- За грибами? Но...
- Никаких "но"!
Все, пойдем.
- Деда Дима,
а что тут такое случилось?
- Так, сапоги нужны. Держи.
И Сергею взять. Наверняка забудет.
- Что?!
Он что, с нами пойдет?
- Только не знаю, какой размер.
42-й? Может, побольше?
- Я не хочу с ним в лес.
- Вадик, прекрати! Ты как сюда
приехал, тебя будто подменили:
все время чем-то недоволен.
- Не чем-то, а тобой.
И вообще, почему дяде Андрею
с нами нельзя, а этому...
- Не "этому", а дяде Сереже.
- ...дяде Сереже можно?
- Потому что мы с дядей Сережей
друзья.
- А я с дядей Андреем друзья.
- Не "я", а "мы".
- Вы с ним все время ссоритесь,
а он хороший.
- Ты его плохо знаешь.
- Зачем же ты его раньше любила,
если он такой плохой?
- Ты просто маленький
и пока не поймешь этого.
- Что?! Я маленький?!
- Вадик!
Я не знаю, что с ним делать!
Меня там Сережа уже ждет.
- Да иди, иди, я за ним присмотрю.
- Спасибо.
- Иди!
Ах ты! Вот ты баловня!
Так, ну-ка, иди сюда!
- Привет!
- Привет! Я думал, ты...
- А я огородами, так быстрее.
- А-а.
- На вот, надевай.
- Зачем?
- Ну лучше надеть.
- Не надо, у меня свои.
- Ну а если змеи?
Да я шучу! Но правда, лучше надеть.
Ты посмотри, какая красота здесь!
А воздух какой! Счастье!
- Вера Ивановна, а вот и обед.
- Давай. Ну... Ой.
У нас всегда такой гадостью
в больнице кормят?
Или это только в мою честь -
чтобы поскорее померла?
- Ну что вы,
я вам лучшие кусочки выбрала.
- Ладно, иди. Выбрала она!
Стой! Обед забери,
чтобы он у меня тут не вонял.
(Длинные гудки.)
(Короткие гудки.)
- Баран упрямый!
Игнорировать он меня вздумал!
Игнорируй, игнорируй!
Посмотрим еще...
- Не берет! Думал, выпью - забудусь.
- Да уж...
(Говорит по-итальянски.)
Любовные раны излечит тот,
кто их нанес.
- Это хорошо сказано.
Но это невозможно.
Любовь не фарш -
обратно не провернешь.
- Деда Дима, а ты за что
на бабу Веру обиделся?
- Я на нее не обиделся -
я был поражен ее коварством!
- Дядь Дим, ну человек
в больнице лежит, а ты...
- Есть вещи, которые не прощаются!
Ну-ка, налей мне еще.
- А я вот согласен.
У меня в саду есть одна...
- Коварная?
- Не то слово!
- Как звать?
- Вера.
- Все ясно. Тенденция, однако!
(Смеется.)
- Ты даже не представляешь,
как я скучала по этому.
- А мне вот не кажется, что это мое.
Знаешь, я город все же больше люблю.
- Ну а что в городе-то?
Там разве грибы есть? А запах этот?
О, гриб! Так...
А там поляна целая!
Ты давай здесь бери, а я там.
Давай, давай.
- Тамара, не нравится мне здесь.
Денег - кот наплакал,
а работы столько!
Ощущение, будто кардиолога у них
в больнице никогда в жизни не было.
- Так их и не было, Сережа.
Это бабушка ставку пробила.
Сколько их здесь!
- Спасибо ей большое.
Тамара, ты вообще собираешься
в Москву возвращаться или нет?
- Сколько их здесь, Сережа!
- Тамара!
- Ты ей прямо скажи:
или ты меня любишь, или!..
- Ну, не надо прямо -
женщины прямоту не любят.
Надо просто...
- Ничего им не надо:
ни тепла, ни ласки и...
и ни верности.
Им надо только, чтобы все
по их было - как они хотят.
А если нет, то все, баста.
Налей мне.
- А все.
- Выжмем.
- Я так скажу: женщин надо поражать.
- Это как?
- Пустое.
Вот вас с Томкой как называли?
Ну, там, копия...
Копия - а что в итоге?
- Как?
(Говорит по-итальянски.)
Это "молодожены" по-итальянски.
- А ты что,
прямо так свободно
говоришь по-итальянски?
- Ну я же тебе говорил:
это благодаря твоей маме.
Мы с ней в школе на контрольной
по математике сидели,
поссорились - пришлось извиняться.
- А она?
- Не простила, конечно.
- Женщины всегда такие!
- Но я не сдавался и решил выучить
итальянский, чтобы ее удивить.
Думаешь, легко было?
- Не-а.
- Каждую ночь зубрил по пять часов.
- Ну что, может, на рыбалку?
- Да тебя мама не отпустит.
- Отпустит.
Я ей сейчас позвоню, договорюсь.
- Да что ж такое!
- Сережа, давай сюда!
Тут их столько!
- Сейчас, подожди, я там вижу.
Сейчас.
- Ой, мамочки, какие красивые!
Ой!
(Звонок телефона.)
Алло! Вадик, а зря ты не пошел,
тут столько грибов!
- Мама, а вы скоро вернетесь?
- Не думаю. Мы далеко зашли.
Ну где-то в районе Дубков.
Да, к вечеру будем.
- А, хорошо.
- А ты чего звонишь?
Все в порядке?
- Да-да.
Все, мама, пока.
- Ладно.
Сережа, давай сейчас направо,
а потом через речку к дому.
Сережа...
Сережа!
- Раз. Два.
Если все время валяться,
то и пролежни будут.
Раз. Два.
Слышен разговор:
- Баба Вера в какой палате?
- В седьмой.
- Здрасте! Доставку заказывали?
Вот и она.
Ой, ну я, конечно,
вашей внучке удивляюсь:
кардиолога-то, вон,
до смерти закормила... - Давай.
- ...а бабку родную
от голода помирать оставила.
- Так...
- Так, это вам к чаю.
Вот варенички.
И сосисочки.
- Сосисочки.
- Угощайтесь.
- Дядя Андрей... Дядя Андрей!
- А?
- Дядя Андрей!
- Ну что?
- Отпустила.
- А ты точно маме позвонил?
- Клянусь!
- Ну ладно, пойдем.
Так, а дед Дима?
- Спит. Мы ему потом позвоним.
- Ага. Держи! Пойдем.
- Сережа!
(Сигналы отсутствия связи.)
Где связь-то?
- Алло. Алло!
- Алло! Сережа, ты где?
- В лесу я.
- Да это я поняла.
Ну что ты видишь перед собой?
- Лес. Тамара, я вижу лес.
- Ну, может, тропинку какую
или поляну?
- Ты издеваешься надо мной?!
- Нет, я просто понять пытаюсь.
Скинь геолокацию и стой на месте,
я тебя сама найду.
Хорошо?
- Ага, хорошо.
(Сигнал сообщения.)
- Ничего себе!
Он что, бежал, что ли?
- И что, долго теперь ждать?
- Да кто ж его знает.
Рыбалка - дело такое:
может, вообще ничего не поймаем.
- Ну ладно, будем ждать, да?
А вы с мамой были
женихом и невестой?
Мне деда Дима сказал.
- Нет. Нас в школе так дразнили.
Но намерения у меня были серьезные.
Я хотел с твоей мамой жить всю жизнь.
- Пока смерть не разлучит вас?
А потом?
- А потом поссорились из-за ерунды.
Она в Москву поехала,
а я назло ей - в Питер.
- А потом старался забыть,
ждал, пока она сюда вернется.
В Москву к ней приехал.
А она сказала, что выходит замуж
и что у нее будет ребенок.
- Я?
- Ты.
Сказала, что не любит меня
и что у нее все хорошо с итальянцами.
- Врет она все.
- Ты про папку, что ли?
- Про все.
Папа ей изменил, а она его выгнала
и не смогла в институте
доучиться поэтому.
Начальник у нее
тоже не итальянец никакой.
Он ее кофе заставляет покупать
на свои деньги.
- А зачем же она тогда врет?
- Не хочет, чтобы бабушка
расстраивалась.
- Да, это похоже на твою маму.
- Дядя Андрей, клюет!
- Лови, лови, лови! Оп! Так...
В ладохи, в ладохи бери!
- Ай-ай-ай!
- Эх, теперь бы кофейку!
- Нет, вам в вашем состоянии
кофеек никак нельзя.
Помрете, а Тамарка
меня потом прибьет.
Если, конечно, заметит.
Ну тоже, да? Приехала, называется,
к умирающей бабушке.
С одним, значит, романы вертит,
а другого про запас держит.
Нормально, да?
- Какого другого?
- Ну кого, Витязева.
Хотя сама мне сказала,
что он ей даром не сдался.
- Андрюша вернулся?
- Угу.
- А чего она мне не сказала?
Хороший парень.
- Так у нее в Москве муж есть.
Ну куда ей еще?
- Они с Андрюшей как два голубя.
Или кто там один раз на всю жизнь
влюбляется?
- Лебеди. Только ваша Тома...
- А как он о ней заботился!
Жалко, поздно приехал.
- Поздно, не поздно...
Вы чего думаете, я не понимаю?
Она же специально его от себя гонит,
чтобы покрепче привязать.
- А ты что, и на Витязева
глаз положила?
- Ну вы издеваетесь?
Я, может, себе хочу личного счастья.
- А если хочешь, сиди и жди.
Ну что ты от мужика к мужику скачешь?
Женатый, не женатый -
ну ведешь же себя как последняя...
Тьфу! Смотреть противно.
А как ты одеваешься?
Ну кто так ходит-то!
- Баба Вера, знаете что!
- А Томе ты всегда завидовала,
поэтому и гонишь на нее.
Даже в школе!
Да даже тетрадки искала такие,
как у нее.
А что уж говорить о мужиках?
Андрюша - хороший,
только пылкий очень, как моя Тамара.
Вот и нашла у них коса на камень,
а так, может, поженились бы.
Да ладно, чего уж. А ты что делаешь?
Оставь. Это мне на ужин.
- Обойдетесь!
- Ох, какие мы нервные все стали! Хм!
- Сережа!
- Я здесь, здесь.
- Сережа!
- Я здесь!
- Господи, Сережа, ты цел?
Ты почему не отзываешься?
Я испугалась: думала, медведь.
- Медведь?
- Ну да, когда кусты затрещали...
- Подожди, в этом лесу
медведи водятся?
- Ну раньше были, теперь - не знаю.
А кабанов много,
я по дороге следы видела.
- Ненавижу... Ненавижу и прошу тебя,
пожалуйста, ради всего святого...
- Сережа, стой, стой.
- Нет, хватит, я прошу тебя.
А-а! А-а! Это что, муравьи?
- Прости, у тебя такое лицо!
Сережа, я пыталась предупредить,
что там муравейник.
- А-а!
- Да чего ты злишься?
Я думала, что ты сам
хотел за грибами.
- Я ненавижу это все.
Я ненавижу лес, я ненавижу природу!
- Я думала, тебе нравится.
Почему ты пошел тогда?
- Да потому что у вас так принято.
Это же не Москва - тут нет кофеен,
нет музеев, нет театров,
тут даже в кино, блин, не сходить!
- Ну у Вали, вон, каждый вечер
в беседке магазинчик.
- Семки грызть с деревенскими, да?
Ха! Это, по-твоему, романтично?
- При чем здесь семечки?
- При том, что ты мне нравишься.
Я очень хотел провести с тобой время.
Да, блин, не так!
(Тома усмехнулась.)
Что смешного?!
- Да ничего! Ничего.
Просто ты мне тоже нравишься.
(Звучит романтическая музыка.)
Даже когда злишься.
Ладно, хватит грибов на сегодня.
Пойдем домой.
- А ты знаешь, куда идти?
- Ну вон туда, через речку.
- Ты уверена?
- Уверена.
Никуда я тебя больше не отпущу.
Пойдем.
- Клюет, клюет!
Клюет, клюет! Давай доставай!
- Блин, сорвалась!
- Дядя Андрей, смотри!
- Вот, аккуратно, аккуратно!
Подсекай ее, пока в воде!
Давай, давай, давай! И на себя. Оп!
- Давай поднимай!
- Опа!
- Ай-ай-ай!
- Здоровенная какая, а!
- Какая огромная!
- Ага. На целую уху хватит ее одной.
Елки-палки! Опа!
Так... Елки-палки!
Намок. Не сфотографируем.
- Я не умею уху варить.
- Так я научу.
Давай пять!
- Витязев!
Витязев, открывай! Свои!
Слышен голос: - Открывай! Свои!
- А? Что?
- Открой!
- Хорошо.
Вадик... Вадик!
Вадик...
Вадик! Вадюша!
Вадюша! Вадик!
Вадик! Вадик...
Оператор связи:
"Абонент временно недоступен..."
(Смеются.)
- О!
- Там крапива, аккуратно!
Не трогай, это борщевик!
Ты что, обожжешься.
Ну зачем? Красивый букет был.
- Пойдем отсюда.
- Ну перестань!
Давай искупаемся?
- Нет, нет, нет!
Там наверняка водятся
какие-нибудь эти...
- Да никого там нет.
Ну, может, пиявки только.
Да шучу!
Посмотри, какая красота, а!
Это не красота - красотища!
Ну, пойдем?
Ты чего, плавать не умеешь?
- Ну вот еще!
У меня разряд по плаванию.
- Догоняй!
Давай, а то опять заблудишься.
Ну же, давай за мной!
- А ты куда смотрел, идиот старый?!
Если он в лес пошел,
надо народ собирать!
- Я Андрею звонил - у него телефон
выключен. И дома его нет.
Может, они вместе рыбачить пошли?
- Может, пошли; может, нет.
Будешь гадать на кофейной гуще?
- Зачем гадать?
Надо на речку сходить проверить.
- Надо в полицию звонить,
в администрацию!
Если до ночи не найдем...
- Вера Ивановна, вы куда встали?
Вы болеете еще.
- Поболеешь с вами! Пусти!
- Вадик?
- Мама!
- Ты чего, от деда Димы сбежал?
- Все в порядке?
- Немедленно отвези
моего сына на берег!
Быстро, я сказала! Вези давай!
На берег, быстро!
Быстро, я сказала!
- Баба Вера, вы чего?
- Да отстань ты, не до тебя!
Ну давай, давай, догоняй!
- Дед Дима... - Погоди ты.
Вера: - Ну быстрее! Ой, фух...
- Интересно.
- Давай, Вадь, помогай.
- Вправо, вправо, вправо.
Ой, то есть влево,
я перепутал немножко. Ой, ой!
Причалили неправильно. - Да ладно.
Что-то на тебя мама сердится.
А с чего бы это?
Она не в курсе про рыбалку?
Белиссимо. Ладно, так...
Не переживай, сейчас дядя Андрей
со всем разберется. Да?
Поехали.
Ой!
- Одну удочку забери.
- Давай лапу. Опа.
Мадонна!
- Не смей даже!
По-итальянски:
- Пожалуйста, успокойся.
- Иди к черту! Ненавижу тебя!
От тебя одни неприятности!
По-русски: - Мама...
- Как ты мог?
Ну как ты вообще, а? Вадик!
- Вадик, а ты здесь каким образом?
- О, я думал, ты сына ищешь,
а у вас тут романтическое свидание.
Извините, что помешал.
- Это не то, что...
- Вы что, целовались?
- Нет. - Да. И что?
- Я не хочу от него братика!
- Какого братика? Вадик!
Ты ему что тут наговорил? Ненавижу!
- Я? - Вадик!
- Тамара!
- Вадик, подожди!
Вадик! Вадик, стой, пожалуйста!
- Вот не надо было курить начинать!
- Да не в курении дело.
Алкоголь не выветрился.
- Ты еще и в запой ушел. Прекрасно!
Вот, вырвался, так сказать,
на свободу!
- Что ты понимаешь-то? Я, может,
через тебя веру в людей потерял!
- Да ладно! Дима, ты чего?
Дима, тебе плохо?
Пойдем в больницу, пойдем в больницу!
- Вадик! - Вадик! Вадюшенька!
Мальчик мой, слава богу,
слава богу, господи!
Потерялся - ну хорошо, нашелся.
- Бабушка?
Ты все знал...
Вадик, идем домой. Быстро!
- Ну что, что? Я хотела как лучше!
- Тома, привет! А что это у вас тут
за мероприятие такое, а? Тома!
- Валь, не сейчас!
- А может, оно и к лучшему,
что Тамарка-то узнала?
- Дядя Дима, я...
- Да не приставай ты к нему.
Не до тебя.
- Ах, Витязев, и ты с ними, а?
Ну-ка, давай хвались, чего наловил.
О, молодец. Ну что ты, глухой,
что ли? Витязев, блин!
- Здрасте!
- Здрасте. Вы тоже с ними?
- Скажите, у вас какое-нибудь
средство от комаров есть?
- Вам от комаров или от укусов?
Понятно. Давайте заходите.
Что-нибудь придумаем.
Заодно расскажете,
что там у вас произошло.
Так. Держите.
- Спасибо большое.
- Ой, нет-нет, не надо,
я сама, давайте я сама.
- Да все в порядке, спасибо, я сам.
- Вы что, мне не сложно! Давайте.
Давайте я сама, сама. Ага.
Вставайте к свету. Прошу.
Димон, ты чего? Трубы горят, что ли?
Написано русским языком: "Перерыв"!
Так, через полчаса приходи. Понял?
Ой, простите, пожалуйста.
Так. Ну вот,
теперь нам никто не помешает.
Садитесь. Садитесь-садитесь.
Так. Ну что же...
Рассказывайте, что там у вас с моей
лучшей подружкой за дела такие.
И чего это баба Вера вроде как ходить
не могла, а тут бегает по лесу?
- Я не знаю.
- А если подумать?
- Ты первая начала!
- Я? Я хоть больной не прикидывалась!
- Да, зато прикидывалась замужней,
с дипломом и с хорошей работой.
- Моя личная жизнь -
это мое личное дело.
А ты - ты смертельной болезнью
меня шантажировала!
- Из-за твоего вранья
я правнука несколько лет не видела!
- Девочки, ну вы не ссорьтесь.
- Иди ты, Дима!
- Да, Дмитрий Алексеевич,
вы хотя бы не лезьте.
Я от вас вообще не ожидала,
думала, хоть вы нормальный!
- Да он по крайней мере не врет,
как некоторые! Иди домой.
Я с тобой потом разберусь,
после Томы. Иди.
- А со мной не надо разбираться.
Я уезжаю. Сегодня же!
- Перестань! А где ты билет возьмешь?
- В интернете. Прямо сейчас куплю
билет на ночной поезд -
завтра утром мы будем в Москве!
- Дядя Дима! Ну что там?
- Ругаются.
- Ну, поругаются - перестанут.
- Боюсь, что не все так просто.
- А может, мне? - Нет.
Сегодня лучше вообще туда не ходить.
И перед окном не маячь.
- А я-то чего? Я ж никому не врал.
- Да кого это волнует?
Женщины! Чего ты хочешь?
У них всегда мужчины виноваты
во всем. Давай, давай, дуй отсюда.
Давай-давай-давай,
от греха подальше.
- Тамара, у я прошу тебя, не уезжай.
- Поздно, ба. Я билеты купила.
- Ты все-таки купила? По интернету?
- Угу.
- Ну так по интернету и сдай.
Ну правда, ты ему нравишься,
Сереже-то.
- Да? Ты уверена?
Ты у него спросила?
Или он тоже жертва
твоих дурацких интриг?
- Я просто... Я хочу,
чтобы ты была счастлива.
- Все, я больше не могу
это обсуждать.
Я больше не хочу слушать и знать,
что ты там понапридумывала себе.
- Ты куда?
- Белье сухое сниму.
- Понимаю, что сейчас неподходящий
момент, ты меня ненавидишь,
но мы тут с Вадькой... В общем, вот,
смотри. Только пожарить, и - готово.
- Вау, класс! А давай уху делать?
- Да это как мама скажет.
- Мама скажет, чтобы ты шел к черту
вместе со своей рыбой.
Не приближайся ко мне. Ты понял?
- Он не виноват же.
- Тома, я все понимаю,
но ты сейчас палку перегибаешь.
Я ничего не сделал такого.
- Да мне плевать сделал ты или нет!
Я просто не хочу тебя видеть. Я
вообще не понимаю, зачем ты приехал.
Я ненавижу тебя! - Это я виноват!
Я наврал, что ты разрешила, а ты!..
- Доволен?
- Рад, что Вера Ивановна
поправляется.
И что вы в Москву вернетесь обратно.
- А тебе только это и надо, да?
Чтоб я не мешала вам с Валей!
- А ты не мешаешь.
Не знаю, что они в Москве
с людьми делают...
Может, в воду что-то подсыпают?
- Салют!
- Кочкина, ты что тут забыла?
- Я все о рыбке твоей думаю.
Что там у тебя? Ну-ка, ну-ка...
Ах, это ж твои карасики!
Подожди, ты их прям почистил?
Да ладно, и выпотрошил?
Ну ты не мужчина, ты просто золото.
А хочешь, пожарим?
Могу у тебя либо ко мне пойдем.
- Спасибо, Кочкина. Аппетита нет.
- Так аппетит,
он же во время еды приходит.
Баба Вера вон самоисцелилась
чудным образом.
- А при чем тут баба Вера?
- Ну как при чем?
Тамарка теперь уедет.
А я, Витязев, здесь останусь.
- Вот эти вот две кнопочки -
это удар руками,
эти две кнопочки - это удар ногами.
- Да, до автостанции.
Через полчаса выезжать.
Как нет? А куда они все делись?
Ясно.
- Да разве до них дозвонишься?
Они же с девяти до шести.
- Ну конечно, ба.
Таксисты у нее с девяти до шести
работают!
- Ну ладно, брякнула.
Просто я не хочу, чтобы ты уезжала.
Может, ты передумаешь, Тамара?
- Нет, не передумаю.
- Ну а как ты собираешься
добираться до станции?
- Если надо, пешком. Вадик!
Ты чего сидишь? Иди рюкзак собирай.
- Иди. Ладно, пойду к соседям.
Может, кто согласится.
- Привет!.. А вы что, уезжаете?
- Уезжаем.
Нет. Я понимаю, бабка старая
придумала себе, но ты!
Ты взрослый человек! Ты врач!
Как ты мог?
- Да она заставила меня... Тамара,
ты как будто бабушку свою не знаешь.
Попробовал бы я отказаться!
Ты мне правда очень понравилась.
Я бы все равно в тебя влюбился.
- Но правды мы теперь не узнаем.
- Подожди, Тамара,
ты даже не хочешь попробовать?
- С тобой? Нет.
Я ненавижу людей, которые врут.
Но еще больше меня злит, когда
свою вину перекладывают на других!
- Но если это правда?
Она заставила меня.
- Скажи спасибо, что не нажаловалась
на тебя и проверку вам не устроила.
- Дядя Андрей! Дядя Андрей!
Дядя Андрей!
- Ты врач, а ведешь себя преступно
и непрофессионально.
- Тамара, сосед любезно вызвался
тебя отвезти.
- Ба, ты издеваешься?
- А что опять не так-то?
- Не делай вид, что не понимаешь!
- Так, ты меня не прощаешь -
хотя бы прости Сергея.
- Вера Ивановна, не стоит.
Вера: - Что значит "не стоит"?
Я действительно считаю,
что вы с Тамарой были бы
прекрасной парой.
- Отвезти кого-то надо, нет?
- Да. И чем быстрее, тем лучше.
- О, привет честной компании!
А что это вы тут делаете?
На пикник, что ли, собрались?
- Долгие проводы.
- Томка, как жалко! Ты уже уезжаешь?
А я вот рыбки нажарила.
Андрюша мне принес, я и пожарила.
Что, может поедим на дорожку?
Или хочешь, с собой в Москву заверну?
- Обойдусь.
- Давай, что ли, тебе рыбки положу.
Только осторожно:
здесь есть мелкие косточки.
Так. Ничего, что я на "ты"?
- Что? А, да-да. Нормально.
- И вот этот кусочек еще попробуй.
Это самое вкусное в рыбе.
А я вот сразу просекла,
что тут дело не чисто,
еще когда баба Вера
меня к себе в больницу звала.
Ну не может сердечнобольной человек
столько вредностей есть, да?
Что, досталось тебе от нее?
Между прочим, если к Томке
под горячую руку попасть,
так еще похлеще бабы Веры будет.
- Я вообще не понимаю, при чем тут я.
Она обвинила меня,
будто я преступник,
проверками мне угрожала!
- Это она может.
- Как мне с ней теперь помириться?
- Никак.
Я свою внучку знаю.
Упрется как баран, и все.
- Ну, давай картошечки тебе положу.
Так...
- Спасибо большое за рыбу, я...
Простите, аппетит пропал.
Извините, пожалуйста. Спасибо.
Хорошего вечера, приятного аппетита.
До свидания.
- Ну надо же, галантный какой.
Кстати, симпатичный.
Что-то как-то раньше к нему
не приглядывалась, а тут...
- Так. Тебе домой не пора?
- Баба Вера, ну как я вас
в таком состоянии оставлю?
Про Сережу я так, к слову сказала.
А давайте чайку попьем!
Что, зря он тортик, что ли, принес.
Вы сидите, я все сама.
Тортик какой калорийный.
Ну ничего, сегодня можно.
- Нет, подожди, сначала сумку.
- Какая разница?
- Вот именно. Тебе сложно, что ли?
По-итальянски: - Есть два способа
спорить с женщиной -
ни один не работает.
Это, Вадюха,
пословица такая итальянская.
- Какая такая?
- Не важно.
- Тома, пожалуйста, не уезжай.
- Витязев, ну что ты как маленький?
- Я как большой. И прошу тебя
не делать поспешных поступков.
Ну хочешь, я вам гостиницу сниму
на ночь? А завтра...
- Завтра мне нужно быть в Москве.
- Да кому это нужно?
- Нужно! Меня муж ждет.
- Да нет у тебя никакого мужа.
Мне зачем врать-то?
- Мама, я не специально.
Он бы все равно узнал.
- Я тебя ни в чем не обвиняю.
Просто это мое личное дело.
И посторонних не касается.
- Значит, я теперь посторонний?
- Пойдем, Вадик.
- Витязев!
А я уж думала, ты не вернешься.
- Валь, тебе не надоело?
- Если гора не идет к Магомету...
Что-то взгляд у тебя больно грустный.
Хочешь, я тебя утешу?
- Я не гора. И утешать меня не надо.
- Ну это ты сейчас так говоришь.
- Кочкина, я тебе постоянно об этом
говорю - ты меня не слышишь.
Не будем мы с тобой спать.
- А я тебе спать-то и не дам.
- Ты не поняла, Кочкина.
Не будет между нами ничего.
- Это из-за Тамарки?
Ну чем я хуже нее? Ну?
- Потому что ты не она.
Найди себе кого-нибудь другого,
не надо на меня тратить время свое.
- Так она уехала!
- Это ничего не меняет.
- То же мне, верный нашелся.
Бросила она тебя. Бро-си-ла!
- Стойте. А вы куда?
- Извините?
- Вы к нему? Вам назначено?
У него вроде совещание
или встреча какая-то.
Секунду, я уточню.
Нет, не здесь...
Сейчас, секундочку. Где-то здесь.
- Его расписание здесь.
Нужно на иконку нажать.
И сейчас у него ничего нет. Я зайду?
- Нет. А если он не хочет вас видеть?
Он же меня тогда уволит.
- Ну так позвоните и спросите.
- А тогда он на меня наорет.
- Виктор Анатольевич, это я, Тамара.
Мы можем, пожалуйста, поговорить?
Я готова вернуться
на прежнюю должность, если...
- Ты поздно спохватилась.
У меня другая секретарша.
- Но я подумала, может быть,
есть другая вакансия или...
- Оксана, где мой кофе?
- Ой, да-да, секундочку, уже бегу.
Только я не Оксана, я Стася.
- А мне плевать!
Скажи этой дуре, я не просто
ее уволил, а уволил за прогулы.
Так что, если она вдруг хочет
получить зарплату, не получит!
- Вот опять за кофе послал.
Говорит, остыл.
- Тоже на свои деньги покупаешь?
- Ну да. А как еще?
- Скажи, что нет ни копейки.
Только проездной. Все муж забрал.
- А у меня ж нет мужа.
- Тогда придется врать. Либо платить.
- А я скажу,
что все за ипотеку отдала.
А ты не расстраивайся,
он просто с утра сегодня такой.
- Он всегда такой. Привыкай.
- И ты правда не расстроилась?
- Правда. Ты знаешь, я даже рада.
Я теперь... Да я теперь все могу.
Ты давай беги, а то разорется.
- Угу.
(Звонок телефона.)
- Да.
- Тома, привет!
Ну как вы? Нормально добрались?
- Нормально, спасибо.
- Слушай, я хотел бы извиниться
за вчерашний разговор.
Не хотел обидеть тебя.
- Я не обиделась. Все нормально.
- Не надо было мне лезть
в твою жизнь.
Ты можешь врать, сколько хочешь
и кому хочешь.
Я просто беспокоился за тебя и за...
- Не стоит. Я вообще больше врать
никому не собираюсь.
Извини, мне пора.
- Дурак. Не мог нормально поговорить.
- Вера, ты дома?
Вера, я тут...
Я тут это...
Вот ты дуешься на меня,
а между прочим, я тут ни при чем.
Давай-давай, дуйся, дуйся.
Ну и что ты там увидела интересного?
А ну-ка подвинься.
А, ну так давай ремонт сделаем.
Покрасим все, мебель поменяем.
А, Вера?
Вера, ну поверь мне, все обойдется.
Знаешь, ты, между прочим, еще
не на пенсии и больницей руководишь.
Так что хочешь не хочешь -
будьте любезны, соответствуйте.
- У меня больничный.
- Вера, ну чем я могу помочь?
- Мне ничего не нужно.
- Ну помирай - сладкого поедим.
(Стук входной двери.)
- Девушка, я же вам уже объяснял,
что если вы по поводу пересдачи,
то это точно не ко мне.
- Нет, я...
- Раньше надо было думать,
когда сессию заваливали.
- Я ничего не заваливала.
Я бросила - пришлось мне.
Теперь вот восстановиться хочу,
диплом защитить.
- Похвальное желание,
только в этом году не получится:
набор уже закончен.
- Ясно. А я могу
с Игорем Валентиновичем поговорить?
Или с деканом. - Можете,
но только через два часа как минимум,
потому что у нас заседание
научного совета. Хотите - ждите.
- Я подожду.
- Ждите, только это будет долго:
у нас подготовка
к началу учебного года вовсю идет.
- Вадик!
- Иду!
- Вот, теперь будет
новая занятость у меня,
так что буду забирать без опозданий.
- Мама! Что случилось?
- Привет!
Ничего не случилось,
просто решила тебя забрать сегодня
пораньше.
До свидания. - До свидания.
- До свидания, Вадим. Давай!
- Пойдем?
- Мама, точно ничего не случилось?
- А почему обязательно
должно что-то случиться?
- Ты же всегда опаздываешь
из-за своего начальника.
- А у меня теперь нет начальника.
Я теперь сама себе начальник.
- Как это?
- А вот так.
Я решила в институте восстановиться,
на заочное.
Смогу сдать экзамены
и диплом получить.
А потом буду по профессии работать -
переводить с итальянского на русский
и обратно.
Так что все у нас наладится,
я тебе обещаю.
- Мама...
- Что?
Пойдем.
- Привет, дядя Дима! Зайдешь?
- Что делать-то будем?
- А что случилось?
- Легла и лежит, в потолок смотрит.
И все. И так целый день.
- Дела...
- В первый раз такое.
Сколько ее знаю,
она ведь ни минуты на одном месте
просидеть не может. А тут...
В больнице 60 лет проработала -
два раза всего отпуск брала.
- Дядя Дима, может, это временно.
Все-таки возраст, да и стресс такой.
- Да стресс для нее - норма жизни.
В больнице ведь
ни дня нет спокойного,
вечно что-то происходит.
А тут - легла и лежит.
Не знаю...
- Может, Томе позвонить?
- А что я ей скажу?
- Да не надо ничего говорить.
Вы же обычно каждую неделю
созваниваетесь.
Не может же она так долго
на родную бабушку обижаться.
- Ты думаешь?
- Тома бабу Веру любит.
А раз любит, простит.
- Это дело, да. Ладно...
- Чаю?
- Да нет, не до чая.
- Мама, я не хочу бульон.
Давай лучше сделаем перемешку?
- Хорошо.
Иди пока воду поставь.
Макароны еще сварить надо.
- Угу.
(Сигнал звонка по интернету.)
- Мама, может, ответим?
И врать больше не надо.
Ты же у нас вон теперь какая!
И учиться пошла,
и работа у тебя будет скоро
в сто раз лучше, чем раньше.
(Звонок продолжается.)
Бабушка с ума сойдет от счастья.
- Не сойдет.
- Можно я хотя бы
привет дяде Андрею передам?
Ну пожалуйста!
- Нет!
(Короткие гудки.)
- Ну ничего, завтра еще попробуем.
- Ну чего пробовать-то?
Все же ясно.
- Главное, не унывать.
- А чего мне унывать?
- Вера, давай на речку сходим?
- Что я не видела на твоей речке?
Да и вообще, мне некогда.
Больница сама собой руководить
не будет.
- Слава богу, ожила.
- А ты чего радостный такой?
- Чего я?
- Что ты вообще тут топчешься,
как козел в огороде?
У тебя что, своего дома нету?
- Да нет...
- Все. Я тебя не прощу
и прощать не собираюсь!
Ультиматум мне ставил! Предатель!
- Да я хотел как...
- Все, между нами все кончено!
- Вера, ну подожди...
- Топай отсюда, топай! Все!
Все, топай!
- Ой...
- Не "ой",
а "здравствуйте, Вера Ивановна"!
- Здрасте, Вера Ивановна.
- Что ты делаешь?
- Да полы мою.
Мария Петровна приболела,
так я подменяю.
- А уколы будет дворник дядя Петя
ставить, да?
- Почему дядя Петя?
У нас же Василий Владимирович...
- Ты дура, что ли, полная?
Ну-ка, иди. Иди в кабинет,
позвони Петровна и скажи,
что, если через час не выздоровеет,
я ее уволю!
Приболела она,
когда помидоры солить надо!
- Вера Ивановна, вы что тут делаете?
- Полы мою! Больше некому.
А ты чего встал?
Иди в свой кабинет работай.
Натопчешь здесь,
а мне потом за тобой вытирать.
- Вы на больничном!
- Уже нет.
Вы тут грязью без меня зарастете
и больных поубиваете.
- Вера Ивановна!..
- Все, мне некогда.
- Знаете что, я посмотрел результаты
вашего ЭКГ: они мне не нравятся.
- Мне тоже много чего не нравится!
- Но у вас кровь не очень!
- Иди работай, не мешай мне.
"Кровь не очень"!
- На конференции я ни слова...
О! Привет, дорогая!
- Здрасте!
- До свидания, девушки.
- Здравствуйте, Игорь Валентинович.
- А, привет, Сизова.
Документы принесла?
- Да нет, я уже ухожу.
- Куда ты уходишь?
Что значит "ухожу"?
Я всю кафедру на уши поставил,
чтобы тебя восстановили
к самому началу учебного года.
А она уходит!
- Да зря все это.
Мне кажется, не получится ничего.
- Не получится,
если ничего не делать.
Но ты-то делаешь.
Давай мне твои документы,
я сам отнесу. Давай-давай.
- Игорь Валентинович...
- Ты еще заплачь, Сизова.
Заплачь!
Я вот никак не пойму,
чего ты испугалась.
Ты на курсе была лучшая.
В тебе есть талант.
Пойдем поговорим
по поводу восстановления
твоей проектной деятельности.
Ну чего стоим, Сизова?
"Пер аспера ад астра".
Через тернии, как говорят,
к звездам! М?
Пошли.
(Стук в дверь.)
- Войдите.
- Сергей Борисович, здравствуйте!
Можно?
- Валя, мы вроде...
- Я на прием, по записи.
Дело в том, что, мне кажется,
у меня что-то с сердцем.
- Кхм.
Проходите.
- Угу.
- Раздевайтесь.
- Да.
- Нет-нет! Нормально. Это не надо.
- Как там Тамара?
- Что?
- Тамара как? У нее все хорошо?
- Понятия не имею.
Мы связь не поддерживаем.
Что вас беспокоит?
- А я думала, что мы... на "ты".
- Ты... вы... ты... Подожди.
- Ну так это я специально,
чтобы не скомпрометировать.
А то вдруг кто зайдет или услышит.
Подумают, что у нас тут
что-то личное.
- Сергей Борисович,
я так больше не могу!
Я уволюсь. Если она меня сама
раньше не уволит.
- Вера Ивановна?
- Сначала учила пол мыть,
теперь - уколы ставить.
А еще учения хочет провести.
- Какие учения?
- Действия и взаимодействие персонала
в экстремальных условиях.
Простите, пожалуйста.
- Что, потоп или пожар?
- Так, ладно, пойдем.
Извини... извините.
- Вы идите-идите, конечно. Я вас
дождусь, Сергей Борисович! - Да.
- Иди! Иди-иди.
Я тебя уволю за хищение. Иди!
Мерзавцы! Запрятали куда-то.
- Хоть бы не убилась.
- Я же знаю точно: было 4 штуки.
- Вера Ивановна, что происходит?
- Бардак происходит!
Противогазы пропали.
- Кто?
- Противогазы. Индивидуальные
средства для защиты человека.
- Вера Ивановна, что вы вообще
делаете на работе?
Вас никто не выписывал.
- Я сама себя выписала.
- Не можете. Вас может выписать
только ваш лечащий врач, то есть я.
- Так выписывай.
- Я не буду. - Ой...
- Сережа, ты со мной не спорь.
Делай все, что я говорю, -
и все будут целы.
- А иначе что случится?
Что, убьете меня?
А, или, может, уволите?
Да пожалуйста!
Я сейчас сам пойду и напишу заявление
по собственному желанию!
- Ты что, шантажировать меня будешь?
- Вы бы как поступили на моем месте?
- Помогла бы найти гада,
который противогазы стибрил!
- Нет, вы бы накричали на меня
и велели следовать
инструкциям и правилам, которые,
между прочим, никто не отменял.
Вера Ивановна, чтобы вас выписать,
мне нужен анализ крови.
Тот, что у меня на руках,
мне не подходит.
- А чем он тебе не угодил-то?
- Там показатели плохие.
По ним вы еще две недели
должны на больничном находиться.
- Ну хорошо, будет тебе кровь.
Маруся, иди в кабинет,
я сейчас приду.
- Вот так вот.
Пока анализы готовятся,
вы полежите в палате.
Мы проведем обследование,
и завтра вы выйдете на работу
на законных основаниях.
Вера Ивановна, пока вы на больничном,
здесь всем руковожу я.
А с руководителем,
как вы сами говорите, - что?..
- Не спорят.
- Вот так. Молодец, Вера Ивановна.
Завхоза вы послали куда?
- Иди... туда!
"Послали"!
- Значит, подумай над тем,
что я тебе говорил,
и сделай поправки с учетом
всех наших замечаний. Давай.
- Да, хорошо. Спасибо огромное,
Игорь Валентинович. Я все сделаю.
- Послушай, Тамара,
я тут подумал...
Тебе ученики не нужны?
- Мне - ученики?
- Да.
- Да я сама еще не окончила.
- Там примитивный уровень.
Там тебе красный диплом
не нужен совсем.
Понимаешь, подруга моей жены
обратилась ко мне с просьбой.
Ей нужно найти преподавателя.
Сынишка решил заниматься
итальянским языком.
Лет 7 или 8 ему.
Если бы ты взялась за это...
- Конечно. Конечно!
Моему сыну скоро семь,
так что с детьми ладить умею.
Денег не надо.
Ну так, чисто символически.
- Как это - не надо денег?
Ты это брось!
Бери полную ставку:
ты уже готовый преподаватель.
А диплом - дело наживное.
Давай мне свой телефон,
а я тебе дам контакты.
- Спасибо большое.
7(903)...
- Так что не вышло у нас ничего.
Не ответила она.
- Может, еще не остыла.
- Зато Вера загорелась.
Не нравится мне все это.
Как бы не вышло чего.
- Дядя Дима, у тебя клюет.
- Да шут с ним, пусть клюет.
- Да как так-то?
Смотри, какая рыба!
Сейчас бы такой шанс упустил!
- То-то и оно, Андрюша,
что шанс свой я упустил
много лет назад по глупости.
Мог жениться на ней,
семью завести.
А я...
Она прогнала меня, как вчера.
Говорит: "Иди отсюда, предатель" -
ну и всякое такое.
- А ты обиделся и ушел.
- Ну точно. Я ж молодой был, горячий.
Гордый.
Думаю: "Пусть первая прибежит,
а там разберемся".
А оно вот как вышло...
Она к подруге на море поехала,
а вернулась с мужем.
И она свою жизнь испортила,
и я свой шанс проворонил.
Я всю жизнь ее любил. И до сих пор.
Вчера прогнала меня, а я все равно...
Просыпаюсь - думаю о ней.
В магазин иду - думаю.
Даже здесь вот, на речке.
А как без любви-то?
Без любви, Андрюша, никак.
- Да, дядя Дима, умеешь ты утешить.
- Я потому тебе все это рассказываю,
чтобы ты подумал,
как свою ситуацию разрешить.
- А как ее разрешить?
- Ты поговори с ней, убеди.
Расскажи про свои чувства.
- Дядя Дима...
- Да не дядьдимкай!
Вот профукаешь свое счастье, как я,
потом будешь жалеть.
- Ну ты же сам все видел.
Она меня ненавидит.
Нет никакой любви здесь.
- А чего вы тогда маетесь-то,
если любви нет?
- Да никто не мается.
Мы сегодня рыбачить-то будем?
- Да, конечно,
мне удобно к вам приезжать.
После четырех было бы супер.
Первое занятие бесплатное -
познакомимся, обсудим условия,
поймем уровень. Да.
Хорошо. И вам спасибо.
До встречи.
Антон, привет! Мы вернулись.
Если что, можешь приехать.
Сегодня?
Нет, нормально. Удобно, да.
Конечно, приезжай. Давай.
- Вера Ивановна, как вы тут?
Ну не обижайтесь на меня, пожалуйста.
Я же как лучше хотела.
Вот вам плюшечек вкусных принесла,
сейчас сгоняю чаю налью.
Верочка Ивановна, ну простите меня.
Хотите - увольте, только не молчите.
Вера Ивановна...
Вера Ивановна!
(Звучит напряженная музыка.)
Сергей Борисович! Сергей Борисович!
- Я занят! Что такое?
- Откройте! Беда!
- Что опять?
- Вера Ивановна - она...
Я заглянула к ней проведать,
а она, она...
- Минуту!
- Дед Дима! Дед Дима,
не могу до вас дозвониться!
Баба Вера в больнице!
- Я знаю, она на работу вышла.
- Да нет же, ей плохо стало!
Еле откачали.
- Как же так?
Она же еще вчера вечером...
- Дядя Дима, может, я с тобой?
- Не надо, я сам!
- Вот смотрю на тебя,
Витязев, и не понимаю:
как ты своего счастья
не замечаешь, а?
- Ты про себя, что ли?
- Ну.
- Нет, Кочкина, спасибо.
Мне такого счастья не надо.
- Да было бы предложено!
Мне, может, уже и самой... не надо.
- Вадя, ты только не ругайся,
но у нас сегодня на ужин...
- Опять макароны?
- Нет. Сегодня твой папа придет.
- Опять?.. Что, папа?
- Да.
Он очень хочет с тобой встретиться.
- Я не собираюсь с ним встречаться.
- Вадюша, ну пожалуйста!
Давай просто попробуем.
Твой папа очень старается, правда.
- Раньше надо было стараться.
- Вадя, не будь таким жестоким.
Дай ему шанс. Я тебя очень прошу.
- Ладно.
- Ну а кто у меня такой вкусненький,
хорошенький мальчик?
- Пожалуйста.
- Вы знаете, я рыбу еще посмотрю.
Спасибо.
(Звонок телефона.)
Да, Дмитрий Алексеевич?
Я знаю, зачем вы звоните и...
- Томочка, Вера...
Ну, в общем, у нас все плохо.
- Ну конечно.
- Томочка, пожалуйста, приезжай.
У нее инфаркт и еще что-то,
я не понял.
- Дмитрий Алексеевич, передайте ей,
что я никуда не поеду!
И пусть больше
не притворяется больной,
я второй раз на это не куплюсь.
- Но, Томочка, она...
- Все, Дмитрий Алексеевич,
кладу трубку.
А дайте ребрышки все-таки.
- Пожалуйста.
- Спасибо. Вадик, ты где там?
- Мама, давай еще купим бананы?
Я их уже взвесил.
- Дядя Дима, я за тобой
в больницу поехал, а ты...
- Да вот пришел,
вещи надо Вере собрать...
когда очнется,
если, конечно, очнется.
- Плохо? Может, присядем? В больницу?
А Томе звонили?
- Да. - Приедет?
- Нет. Не поверила.
Думает, опять как в прошлый раз.
- Антон, спасибо большое за подарок.
Вадик просто обожает конструкторы!
Да, Вадюша?
- Угу.
- Не "угу",
а "да, очень люблю, спасибо, папа".
- Может, тебе добавки положить?
- Да, пожалуй.
Неплохое мясо,
только чуть жестковато.
На сковородке передержала.
Мясо с огня надо вовремя снимать,
но в целом...
Да, сын? - Угу.
- Переходный возраст.
Рановато, однако.
Но это ничего, это мы исправим.
Для начала надо выбрать ему
спорт подходящий.
- Мы хотим на плавание.
Вадик очень хочет научиться плавать.
- Да это все фигня!
Ему нужен командный спорт,
а то привык за мамкину юбку
держаться.
А там из него настоящего мужчину
сделают.
И друзей нормальных найдет.
Лучше, чем целый день дома сидеть.
Угу? - Угу.
- Антон...
- А что я сказал? Пошутил просто.
- Ненавижу!
- Вадик!
- Ненавижу тебя!
- Вадик!
- Пацан, полегче на поворотах.
- Сам "полегче"! Проваливай отсюда.
- Чего?! - Антон!
- Ты нас бросил, а теперь командуешь!
Проваливай отсюда, понял?
- Рот закрой!
Как ты разговариваешь с отцом?!
- Антон, выйди, пожалуйста!
На улице подожди.
Вадик! Вадик...
Вадюша, ну прости меня, пожалуйста.
(Стук входной двери.)
- Это зачем?
А вообще правильно, знаешь.
Чтобы получать подарки,
надо научиться сначала
разговаривать со взрослыми.
- Антоша, ты не обижайся.
- Это все твое воспитание!
С ним построже надо,
а то разбаловала.
- Ты не приходи больше, ладно?
- Что значит "не приходи"?
Ты же сама просила.
- Я ошибалась.
Я думала, Вадику отец нужен.
- А я кто?
- Не такой ценой.
- Не понял. - Я не позволю тебе
так обращаться с моим сыном.
- То есть деньги ты у меня берешь?!
- Деньги мне твои тоже не нужны.
Мы обойдемся.
- Мама, не обижайся на меня,
пожалуйста.
- Я не обижаюсь на тебя, сынок.
- Просто он все равно плохой,
даже если делает вид, что хороший.
- Да?
- Он не мужчина.
Настоящие мужчины -
они своих женщин и детей не бросают.
- Ты-то откуда то знаешь?
- Дядя Андрей сказал.
- Я думала, вы с папой
найдете общий язык, думала...
А теперь что делать, я не понимаю.
- А чего тут понимать?
Скоро первое сентября, в школу пойду.
А пока можешь меня к бабушке
отправить на несколько дней.
Я буду ее слушаться, обещаю.
- Вадик, ну куда
я тебя одного отпущу?
- Тогда поехали вместе.
Ты же все равно на работу не ходишь.
А учеба у тебя заочная.
И работа у тебя тоже заочная.
Ты вообще можешь жить там,
где хочешь.
- Все не так просто, Вадя.
Давай ложись. Ш арика забирай.
- Мама, прости ее, пожалуйста.
У нас же, кроме нее,
никого родных-то нет.
- Все, спать.
(Стук в дверь.)
- Кто там?
- Это я, Андрей.
- Кто?
- Андрей.
- Витязев?! Ты как тут?
- Из деревни, гнал всю ночь.
- Если тебя бабушка послала,
передай ей...
- Не могу, она без сознания.
- Я тебе не верю.
- Ты можешь верить, можешь нет,
но, если ты не поедешь со мной,
будешь жалеть об этом всю жизнь.
(Визг тормозов.)
- Извини. Все в порядке.
- Ты засыпаешь уже.
Давай остановимся?
- Сейчас доедем до ближайшей
заправки, выпью кофе и...
- Еще ехать и ехать.
- Ну тогда тебе придется
меня развлекать.... разговорами.
Причем интересными.
Неинтересные на меня не подействуют.
- Ну что мне тебе,
анекдоты рассказывать?
- Расскажи лучше, как ты жила
после того, как мы расстались.
- Что, с самого начала?
- С самого начала.
- Тебе это действительно интересно?
- Мне интересно все,
что связано с тобой.
И это никак не изменишь.
Правда. Я пытался.
(Звучит грустная музыка.)
- Дмитрий Алексеевич,
вы чего тут ночью?
А, это не то.
Это ее в реанимацию перевели.
А я тут... ну прибраться надо,
потом некогда будет.
- В реанимацию? Хуже стало?
- Врач сказал: без изменений.
А в реанимацию, потому что там
под наблюдением, ночью все же.
Да вы не волнуйтесь,
все будет хорошо.
- Привет.
- Что ты здесь делаешь?
- Я соскучилась...
Там у тебя еще один влюбленный
мается - дед Дима.
Даже смешно:
старик по старушке убивается.
Но они уже свое пожили,
теперь наша очередь.
- Валя, в прошлый раз...
- В этот раз будет еще лучше.
- Это была ошибка.
- Ну давай ошибемся снова.
- Ла-ла-ла, ла-ла-ла...
Тебе ж кофе без сахара? Угадал?
- Нет, я вообще кофе не пью.
- Да как так? Ты ж в школе обожала.
Помнишь, мы растворимый
на дне чашки размешивали
с каплей воды,
кипятком заливали -
и получалась пенка.
- Да, ты еще горячее молоко
венчиком размешивал -
типа итальянский капучино.
- А я, кстати, тогда здорово обжегся.
Ради тебя, между прочим.
- Ой, не драматизируй.
Ладно, давай сюда свой кофе.
Раньше хорошо было.
- Да и сейчас неплохо.
Ну, если не считать Веру Ивановну.
- Ну это, может, у тебя.
А я... лузер.
Неудачница.
Мать-одиночка,
которая никому не нужна.
- Это неправда!
Ты была, есть и будешь...
(Продолжает по-итальянски.)
великолепная, красивая.
Просто тебе не повезло.
В этом нет твоей вины.
- Ну да, конечно.
- Ну просто мир оказался не таким,
каким мы его представляли,
когда были детьми.
- Если бы...
Если бы я не стала врать,
ничего бы не случилось.
Бабушка не была бы...
- Тома...
- Это я во всем виновата.
- Нет, нет, нет. Ты чего?
Не смей так говорить, поняла?
(Звучит лирическая музыка.)
- Извини. Не хотел тебя обидеть.
Это был... не знаю... импульс.
- Ошибка?
- Да?
- Ну ты сам так сказал.
В любом случае
этого больше не повторится?
- Никогда.
- Обожаю ненасытных мужчин.
- Валя, вставай и одевайся,
у меня обход скоро.
- Ну ничего, я подожду тебя здесь.
- Я говорю, давай вставай и одевайся!
- А чего такого, а?
- А ничего!
Прости, пожалуйста.
Я не хотел тебя обидеть.
Просто... мы с тобой слишком разные.
- Ну да, ну да, ну да.
Ты мужчина, а я женщина.
- Я совершенно не это имел в виду.
- Вспомни сегодняшнюю ночь.
Разве тебе было плохо?
Все равно ты лучше меня
здесь никого не найдешь.
- А я не собираюсь
здесь оставаться надолго.
Я хочу уехать в Москву
и попытаться начать там все заново.
- Зачем тебе эта Москва? Начни здесь.
- Где здесь?!
Валя, в этой глуши?
Где нет ни кафе, ни кинотеатров,
ни музеев - ничего!
Только лес, комары да речка! Да?
- Зато карьерный рост какой.
Ну посуди сам.
Баба Вера не сегодня завтра умрет.
Ты станешь главврачом.
Через пару лет - в областную,
пробьем тебе хорошую должность,
а там можно и в Москву.
Но только уже не в качестве
простого кардиолога,
а в качестве главврача.
- А ты уже все продумала,
я смотрю, да?
- Да, я такая.
В мужчине главное что?
Видеть его карьерный рост.
Ну а расчистить дорожку -
в этом мне равных нет.
И да, ни в какую Москву
я тебя не отпущу.
- Ой!
- Вадик...
- Вот и приехали.
- Спасибо тебе, что довез.
- Вадюха, подожди здесь.
Я узнаю, как там, и домой поедем.
Идет? Давай.
- Дмитрий Алексеевич,
ну что, как она?
- Не знаю, меня не пускают.
- Как - не пускают?
- Привет. Говорят,
что я ей не родственник,
что не имею права ее увидеть.
Мы же всю жизнь вместе,
а теперь даже руки не могу ее пожать
перед смертью.
- Дмитрий Алексеевич, не переживайте.
Я сейчас поговорю с Сережей,
он войдет в положение.
Сережа, привет!
Пожалуйста, сделай исключение.
Ты же знаешь, что Дмитрий
Алексеевич - как родственник.
Да он больше, чем родственник.
- Не Сережа, а Сергей Борисович.
- Ты серьезно? Ты на меня обиделся
и вот так теперь мстишь?
- Я вам чем-то могу помочь?
- Пожалуйста, разреши нам
с Дмитрием Алексеевичем
к бабушке зайти.
- Вход в реанимационное отделение
всем, кроме ближайших родственников,
строго воспрещен. По крайней мере
такие правила в нашей больнице.
- Да при чем тут правила, принято?
Ты можешь дать человеку
с любимой женщиной побыть?
- А посторонним сюда вообще нельзя.
- Сережа, пожалуйста!
- Вы, если мне память не изменяет,
обвиняли меня в профнепригодности?
- Но...
- Так теперь терпите. Оксана...
Вы идете со мной,
остальные подождут здесь.
- Тома!
- Пять минут.
- Томочка!
- Бабушка...
- Прости меня, прости меня.
- Это ты меня прости, пожалуйста.
Я не должна была вот так уезжать
и вообще...
Я тоже столько тебе врала!
Я просто очень боялась
тебя разочаровать.
- Дурочка, ты дурочка!
Я же тебя всякую люблю:
и с высшим образованием,
и без высшего образования.
Ой, да я тоже виновата перед тобой.
Хотела твою жизнь без тебя устроить.
И вот как получилось.
И кому от этого лучше?
Никому. Доигралась.
- Ба, перестань.
- И главное ведь - той же кувалдой.
Ну ладно бы ногу сломала или...
а тут...
Одно по одному.
- Ба. - Ладно.
- Ну что ты, дядя Дима?
Что-нибудь придумаем.
- А что уже тут придумаешь, Андрюша?
- Вера Ивановна обязательно
поправится - и вы увидитесь.
- Я ей обещал,
еще когда молодыми были:
если что-то случиться,
всегда буду рядом.
Чтоб не страшно было, понимаешь?
А тут вот...
- Ладно, ладно. Повидались с тобой.
И умирать, кажется, не так страшно.
- Ба, пожалуйста, не надо умирать.
- Это не от меня зависит...
Димы что-то нет.
Всю жизнь за мной бегал,
а теперь вот порознь будем.
За руку обещал держать.
Обиделся, наверное, или испугался.
Вот, Тамара,
это тебе наглядный пример,
как можно свою жизнь личную разрушить
и одной остаться.
Не повторяй моих ошибок.
- Ба, во-первых, ты не одна.
У тебя есть я.
Я никуда не денусь, ба... и Вадик.
Во-вторых,
Дмитрий Алексеевич тоже здесь.
- Да?
- Просто его не пускают.
Этот Сережа твой совсем озверел:
"Посторонним не положено!"
- Это его право. Он начальник.
- Дмитрий Алексеевич
тебя очень любит.
И я. И Вадик, ба, мы все.
Так что давай
возьми себя в руки уже.
Да? В обычную палату тебя переведем,
Дмитрия Алексеевича увидишь.
- Угу... Ай!
Уф!
Ага...
Подай дуршлаг -
это кастрюля с дырками.
А-а... Понятно.
- Эй, ну... Все же хорошо!
- А Сережа сказал, что все плохо.
- Да много понимает твой Сережа.
Никто не знает, как сложится:
жизнь - штука такая.
Ну?
- Правда?
- Ну конечно.
- Ну, он же врач.
- Ну а врачи тоже люди -
могут ошибаться.
- Ненавижу этого Сережу!
Ежик Сережик -
Ни ума, ни ножек!
- Вадька...
- А что?
Он деда Диму с бабушкой разлучил.
А у них любовь была.
И вообще любовь
и мертвого вылечит даже!
Мне мама говорила.
И во всех сказках так.
Вот эта, "Спящая красавица"...
Ее принц поцеловал -
и вот, она ожила.
- "И жили они долго и счастливо", да?
У дяди Димы с Верой Ивановной
настоящая, большая любовь, верно?
- Да. - А какие преграды
перед большой, настоящей любовью?
- Никаких?
- Верно.
Давай с пастой закончим и пойдем, да?
- За счет заведения.
- А что случилось-то, Валя?
Ты прямо какая-то счастливая сегодня.
- Я всегда счастливая,
но сегодня особенно.
- Да?
- 180 с тебя.
- Прямо, смотрю, светишься вся.
(Валя смеется.)
- Ох...
- Парень, что ли, появился?
- Может, и появился.
- А-ах!
И что, у вас прямо отношения?
- Еще какие!
- Так, значит,
скоро салатиков поедим, а?
- Может, и поедим. Еще 20.
- А что за парень-то?
- Секрет.
- Ой, ну какие секреты?! Секреты!
Так он из наших, жених-то твой?
- И да и нет.
- То есть недавно приехал?
- Все, больше ничего не скажу.
Бери конфеты и уходи. Давай-давай.
- Что у тебя с Вадиком за дело такое,
не пойму.
Витязев, ты можешь просто?
Если я поем, расскажешь?
Ладно, договорились.
(Звучит марш Мендельсона.)
Скандируют: - Горько! Горько!
- Говорю же вам, молодой человек...
- Андрей. Меня Андрей зовут.
- Но вы не можете
просто так взять и уйти.
- Во-первых,
у меня обеденный перерыв.
Во-вторых,
я все равно ничем не могу вам помочь.
- Наталья Андреевна, ну пожалуйста!
- Не могу. Не поеду.
Да и не положено.
- Ну, я не знаю,
хотите, я на колени встану?
- Попробуйте.
Вы пьяны?
- Нет, я просто...
Наталья Андреевна,
это не обычный случай -
от вашего решения жизнь зависит!
- Андрей, встаньте.
Жизнь его зависит...
- Пожалуйста.
Ради большой любви длиною в 50 лет.
Нет, даже больше:
Дмитрию Алексеевичу 80 лет.
58 лет как он Веру Ивановну любит.
- И что, так долго любит,
а пару недель подождать не могут?
- Вообще не могут. Счет идет
на дни, может быть, на часы...
Пожалуйста! Мы мигом туда и обратно.
- Здравствуйте. Я Вадик. Прошу.
- Привет, Вадик. Ну и папа у тебя!
Настырный, как не скажу что.
(Звонок телефона.)
- Да. Что?
- Привет. Разбудил?
- Нет. Я... Нет.
- Можешь срочно поехать в больницу,
найти Дмитрия Алексеевича?
Я скоро подъеду туда.
- У вас на столе.
- Да, я вас поняла.
- Томочка, я что-то не понимаю...
- Дмитрий Алексеевич,
я сама толком не понимаю.
Сейчас Андрей приедет
и все расскажет.
А вот и он.
Андрей, ты можешь объяснить?
- Сейчас все объясню.
Тома, познакомься:
Наталья Андреевна - фея, волшебница.
- Здравствуйте. Я в загсе работаю.
- Я не понимаю...
- Ребята, только давайте побыстрее:
вы у меня не одни брачующиеся.
- Андрей, замуж!.. - Тома, подожди.
Жених вон, на крыльце.
Познакомьтесь, пожалуйста.
- А что мы собираемся делать?
- Соединить влюбленных.
Я провожу Наталью Андреевну,
а ты отвлеки Сережу. - Ничего себе!
Андрей, как я его отвлеку?
Он со мной даже говорить не станет.
- Придумай что-нибудь.
- Вперед, мама! - Вадик!
- Да. Да, Валя, ты уже говорила. Я...
Нет, я не могу сейчас.
Не надо приезжать!
Я не могу: у меня пациент.
- Сережа, я пришла извиниться.
Прости, что накричала на тебя.
Ты, конечно, абсолютно
правильно поступаешь -
я не должна была...
- Извинения приняты. Что-то еще?
- Пожалуйста, не говори так со мной.
Сережа...
С бабушкой
все действительно так серьезно?
- Да. И на этот раз,
Тамара, я говорю правду.
(Стук в дверь.)
- Вера Ивановна!
- Жива я, жива - не волнуйся.
- Тут к вам, это, жених.
- Кто?
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Верочка!
Верочка, ты только не ругайся.
Давай поженимся.
- Ты... ты что, Дима,
совсем, что ли, рехнулся с горя?
- Нет, я в здравом уме.
Вполне серьезно.
Выходи за меня замуж. Пожалуйста, а?
Выйдешь?
- Выйду. Выйду.
Если не помру.
- Еще чего!
- Наконец решился.
Я столько лет ждала.
- Так, молодые,
если вы согласны, давайте приступим.
- Только у нас колец нет.
- Можно и без колец,
главное - подписи поставить.
"Дорогие молодожены!.."
- Ладно, Тома,
ты прости, мне надо идти.
- Сережа, подожди. Сережа...
Сережа, подожди. Побудь со мной,
пожалуйста, хоть немного.
Ты просто один можешь меня понять.
Как же я устала от всего этого!
- Я знаю.
Знаю. Я тоже очень устал.
Я понимаю, зачем ты пришла.
- Да?
Я все время думаю о нас.
- О нас?
- Давай просто уедем отсюда.
- Куда уедем? У меня бабушка...
- Я понимаю.
Но я не могу больше
находиться в этой дыре.
Пожалуйста, давай уедем в Москву.
- Сережа, я не то имела в виду.
- Ну а зачем же ты тогда пришла?
Ты мне нравишься -
мы могли бы с тобой...
- Не могли, Сережа, ты что?!
- Вот тут, пожалуйста, распишитесь.
- Ну что там?
- Женятся.
Слышен голос Тамары: - Серега!
- Тамара!
- Ты что, с ума сошел?!
Да ты меня неправильно понял.
- Я тебя правильно понял. Успокойся.
- Руки убери! Не трогай меня!
Руки убери, я сказала. - Успокойся!
- Да пошел ты вон!
- Андрей, не надо!
- Там бабушке плохо стало.
- Дима, отстань, все нормально.
Все нормально, это я от счастья.
- Бабушка!
- Посторонние покинули палату!
Быстро!
- Сережа, все хорошо,
я просто устала чуток.
- Я сказал: все лишние
покинули помещение! Быстро!
Маруся, готов кардиограф!
- Бегу.
- Верочка...
- И с завтрашнего дня ты уволена!
- Сережа... Сережа...
- Быстро!
- Пожалуйста, молчите.
- Наталья Андреевна, извините,
что так получилось.
Давайте я вас обратно отвезу,
как только что-то выяснится.
- Впервые у меня такое,
чтоб невесте плохо стало.
На церемониях всякое бывает:
и рожают, и ссорятся.
Может, успокоительного дать?
Вон как переживает -
как бы тоже плохо не стало.
- Сережа, ну что?
- Состояние нестабильное:
ей требуется шунтирование,
причем очень срочно.
- Делайте скорее.
- Мы не проводим здесь
таких операций,
а везти ее куда-то
уже поздно, поэтому...
Я считаю, что самое время -
попрощаться.
- Как?.. Как это - прощаться?..
Мы можем сделать что-нибудь?
- Конечно можем!
Мы сейчас в областную ее отвезем.
- Нет, ни в коем случае!
Она в нетранспортабельном состоянии -
вы просто угробите ее при перевозке.
- Она здесь тоже умрет!
- Я сказал нет!
- А я сказал да!
В областную ехать не больше часа,
не в Москву же везем.
- А ну, тихо!
Все успокоились и замолчали.
Я сейчас позвоню сестре -
она в администрации.
Может, что посоветует.
Еще ни одна невеста
у меня на церемонии не умирала.
Алло! Даша, тут такое дело...
У меня пара брачующихся.
Немолодые совсем люди,
но история любви у них - закачаешься.
- Знаете что? Делайте что хотите,
но ты сначала подпишешь отказ,
потому что садиться
из-за вас в тюрьму я не собираюсь.
- Я подпишу.
- Они поженились -
Дмитрий Алексеевич
теперь законный супруг.
- Что?
- Подожди. Я их расписала,
просто свидетельство
выписать не успела.
Кто невеста?
Она главврач, Вера Ивановна.
- Хорошо, законный супруг, пройдемте.
- Ну что, все погрузились?
Отлично. Лучше, чем местная скорая.
Значит, так: везешь сразу
в приемное. Там вас уже ждут.
Сегодня же обещали прооперировать.
Даша им ситуацию объяснила.
- Маруся, убери капельницу, не надо.
- Вера Ивановна,
уже лежите и не мешайте.
- Бабушка, не спорь, пожалуйста.
Андрей, я с вами поеду.
- Нет, Тома, ты остаешься.
Деду Диме плохо,
Вадик с ним не справится -
мало ли что, сама знаешь.
- Ну...
- И не волнуйся:
во-первых, с нами медработник,
во-вторых, я все время буду звонить.
Дед Дима, закрывай!
Готовы?
(Звонок телефона.)
- Да!
Андрей: - Доехали, все нормально.
- Дмитрий Алексеевич,
довези до больницы. Все хорошо.
- Вера Ивановна
вообще здорово держится, даже шутит.
Сейчас ее готовят к операции,
позже - повезут.
- Давай я приеду.
- Тома, а какой смысл?
Тебя сейчас никто не пустит,
да и я на дежурстве.
Давай, как все закончится,
я тебе позвоню.
- Неправильно это все.
С ней рядом сейчас должна быть я.
- Тома, сейчас с ней рядом врачи.
Все. Давай. Я тебе попозже наберу.
- Бабушку сейчас на операцию повезут.
Будем ждать.
- Да, будем ждать.
- Нет, я так больше не могу!
Вадик, ты сиди здесь,
я - за продуктами!
Дома больше не из чего готовить.
Присмотри за дедушкой,
пожалуйста, хорошо? Я быстро.
- Это у нее привычка такая.
Она всегда готовит, когда нервничает.
- Так, Томе передай:
дома сбережения мои...
- Да ничего я передавать не буду.
- А вдруг я помру?
- А вы не помирайте.
- Да, тогда хоть за Димой присмотри,
а то он ведь дурачок -
он один не сможет.
Хороший ты парень! Ну что вы
с Томой тогда поругались?..
Может, вы помиритесь, а?
Или ты уже женат?
- Да разведенный я.
- Разведенный?!
Стойте! Стойте! Стойте!
- Лежать, лежать, лежать.
- Вера Ивановна, да не волнуйтесь,
да... решим мы все с Томой.
- Привет.
- Привет. Тебе опять муки?
Вы ее там солите, что ли?
- Да решила еще булочек.
Я просто, когда готовлю,
немного успокаиваюсь.
Ты слышала, наверное.
- Ну да, знаю.
Ну что, допритворялась баба Вера!
Я надеюсь, все обойдется.
- Ой, слава богу, успела!
Валя, я уж думала, ты закрылась.
Привет, Тома.
(Валя смеется.)
- Валя...
- Чего?
- Мука.
- А... да, я сейчас.
- Как у Веры Ивановны дела?
Я слышала, она опять заболела.
- Заболела.
- Ой, не дай бог, не дай бог!
Возраст у нее еще такой.
Ну все мы там будем, да?
- Валя!
- Да иду я, иду!
- Влюбилась Валюша-то наша,
роман у нее тайный.
Правда, все знают с кем.
А ты что, не знаешь?
С вашим соседом - Андреем,
фамилию забыла.
Еще красивая фамилия-то такая.
- Витязев.
- Вот, Витязев.
Вот она его чуть ли
не в первый же вечер сюда привела -
тут же заперлись, ну и вот...
Я сама видела.
А сейчас у них вроде
как все наладилось.
- Наладилось, говоришь?
- Да.
- Тома, ты куда? А мука?
А деньги?
- Что это с ней?
- Хм.
- Андрей, все хорошо, не волнуйтесь.
Ночь подержим в реанимации,
а потом в палату переведем -
можете навещать.
- Доктор, вы даже не представляете!..
- Бабушка у вас, конечно, огонь!
Пока наркоз не подействовал,
пыталась руководить операцией.
Удивительный человек: в таком
возрасте - и такая воля к жизни!
- Да, этого у нее не отнять.
- Так что понянчит еще внуков.
- Да какие внуки! Она только что
замуж вышла. - Во дает!
Ну, мои поздравления и привет мужу!
- Передам!
Спасибо вам большое еще раз!
- Все, мне бежать надо.
До свидания.
(Длинные гудки.)
- Да, дядя Андрей, ну что там?
- Андрей?
- Да.
Да, понял. Да, все передам.
Все хорошо: бабушка будет жить.
Мама... Ты чего, мама?
(Слышны всхлипывания.)
Дед Дима, это она от радости плачет.
Дядя Андрей звонил.
С бабушкой все хорошо.
- Ох...
- Нет-нет-нет!
Верочка, девочка моя,
давай еще одну ложечку,
ну пожалуйста!
Вот молодца!
- Ну что, молодожены, как вы тут?
- Кто додумался подселить его
в мою палату?
- Хирург твой предложил.
- А!
- Он до сих пор под впечатлением от
истории вашей большой, светлой любви.
- Она меня не слушается.
Нет, ну как это можно?..
Я прошу ее ложиться -
нет, она назло садится.
Вчера телевизор до ночи смотрела.
О еде - это вообще...
- Устроил вообще тотальную слежку,
задушил заботой.
Забери его домой.
- И не подумаю.
Вы теперь муж и жена -
сами и разбирайтесь.
Кстати, ба, анализы пришли.
Вместе: - Ну?
- Доктор доволен. Говорит, идет
на поправку семимильными шагами.
- Ну что, Дима, теперь, небось,
жалеешь, что женился на мне, да?
- С чего бы это?
- Ну как, думал, помру -
пожалел старушку.
А теперь придется терпеть.
- Что ты такое говоришь?!
Тебе не стыдно?
- Ладно, я еще завтра зайду.
- Как-то неловко получилось:
не пообщались. Может, я догоню?
- Да успеем. - А?
- Успеем еще.
У Тамары нашей более важные дела
есть, чем со стариками сидеть.
- Ах... Нет-нет-нет, вот тогда
ложечку - за Тамару!
Давай-давай.
Вот, молодец.
(Слышен шум отъезжающей машины.)
- Привет.
- Тома, привет.
Слушай, хотел поговорить с тобой
сегодня вечером.
Это очень важно.
Я жалею, что сразу не сказал.
- Говори сейчас.
- Да, видишь ли, я сейчас не могу:
очень важное дело.
Давай я зайду часов в шесть.
- Важное дело? А отменить нельзя?
- Нет, Тома, прости. Мы договорились?
- Нельзя, значит.
- Мама, мама, я все придумал.
Сегодня с дядей Андреем
пойдем на рыбалку,
а завтра с утра - в лес.
Будем грибы собирать.
А потом устроим пикник.
Мама, мама...
Бабушка?.. Ей плохо? Она умерла?
- Нет! Нет-нет, что ты!
Все в порядке.
- Тогда почему ты плачешь?
- Вадюша, никаких пикников,
никаких рыбалок с дядей Андреем
больше не будет.
- Но почему?
Вы же с ним вроде бы помирились.
- Неважно.
Бабушка идет на поправку, дядя Дима
позаботится о ней - мы с тобой...
- Нет!
- ...можем вернуться в Москву.
- Но мы не должны
теперь врать бабушке.
Зачем уезжать?
- Затем, что так надо.
- Мы могли бы...
Давай хотя бы на речку сходим?
- Нет. Мы уезжаем.
- Но мы завтра уезжаем.
Сегодня успеем еще.
- Никаких рыбалок! Даже не думай!
- Молодой человек, помощь нужна?
- Здрасте. А я как раз к вам.
- Привет!
- Спасибо вам, Наталия Андреевна,
за ваше доброе сердце.
- Если б не муж,
вышла бы за тебя без раздумий!
- Вы же в загсе работаете -
разведитесь.
- Вот юморист! Ты лучше скажи,
Андрюша, как молодожены мои?
- А, так счастливы безмерно.
Вера Ивановна
стремительно на поправку идет.
Спасибо вам большое!
- Я бы тебя чай позвала пить, но
у меня еще 2 невесты замуж выходят.
Кстати, ты-то сам как?
Собираешься ей предложение делать?
- Кому?
- Тамаре своей.
Ее же Тамара зовут?
- А вы откуда?..
- Слушай, ну у меня опыт!
Я влюбленных издалека вижу.
- Так подготовиться сначала надо:
кольца купить.
- Кольца успеешь.
Сначала предложение сделай.
Поверь мне.
Привет передавай.
Если что, вас без очереди поженю.
- Ловлю на слове!
(Длинные гудки.)
- 85.
Закрыто! Зина, прием товара! Позже!
Почему ты не отвечаешь? Ну?
(Длинные гудки.)
- Молодец, что пришел,
а то я уже тебя искать собралась.
Мы же вроде вечером договаривались.
- Не понял. А ты уезжаешь?
- Да, завтра утром.
Заедем к бабушке попрощаться
и на поезд.
- Что-то случилось?
- Ничего не случилось.
- Мы же...
Я же должен тебе объяснить.
- Не надо ничего объяснять:
я все знаю.
- Ну... Тогда чего ты уезжаешь?
- Хочу начать заново.
А я знаю, почему ты ее выбрал.
Она тебя никогда не бросит.
- Тома, ты о чем?
- Чего ты придуриваешься?
Имей смелость сказать, не юлить тут.
Ты же теперь с Кочкиной!
Я ничего смешного не вижу.
- Ты меня ревнуешь, что ли?
Подожди ты!
- Пусти! - Подожди!
- Пусти!
- Подожди! Ты любишь меня, что ли?
- Я тебя ненавижу! Или к своей Вале!
- Да не было никакой Вали!
И никогда не будет.
Я только одну дуру люблю -
и ты ее прекрасно знаешь.
- Я не дура...
- Сергей Борисович!
Сергей Борисович! Сережа!
Сережа!
- Сегодня приема нет.
- Как нет? А что случилось?
Он не отвечает на телефон.
- Так в поезде он. Наверное, поэтому.
- Как в поезде? Он что, уехал?
- Вчера еще. Уволился
и даже отвальную делать не стал.
"Некогда, - говорит, -
уезжаю сегодня".
- Как?
- Да вы не волнуйтесь,
к нам скоро замену пришлют.
- Что?
- Вадик!
Вадик!
- Так он все равно скоро узнает все.
- Вадик!
Понимаешь, просто мы поссорились
немного - и он ушел.
Я думала, во дворе сидит дуется.
Его просто нет нигде.
- Спокойно. Кажется, я знаю, где он.
- Андрей! Андрей, где?
(Звучит напряженная музыка.)
- С другой стороны,
как он мог лодку взять, -
она же привязана у тебя.
- Да. Но он знает, где ключ.
- Он же завести ее не сможет.
- Так весла же.
- Как там подсекать?
- Вадик!
- А-а-а!
- Боже! Он же плавать не умеет!
- Вадик, держись!
- Вадик!
- А-а-а!
- Господи, Вадик!
- Держись!
- Андрей, пожалуйста, держи его,
я прошу тебя!
Вадик!
Иди сюда.
Вадик, Вадик, ну что ты?
- Зато смотри какую щуку поймал.
Да у тебя талант!
- Мама, прости.
- Я сожгу эту лодку.
- Давай лучше парня плавать научим.
- Не получится: мы завтра уезжаем.
- Да кто же вас теперь отпустит-то?
- Мама, мы что, остаемся?
Класс! Навсегда? А школа как же?
Я что, в первый класс
теперь не пойду?
- Вадь!
- Ну вот - все, что задумала,
исполнилось:
и внучка со мной, и правнук со мной,
и мужа нашла ей.
- Ты много на себя не бери.
Мужа она нашла!
- А мне тут Тамара сказала, вы
в свадебное путешествие собираетесь.
- Ну а чего?
У Тамарки квартира свободная,
я в Москве тысячу лет не была. Дима,
Дима, Димочка, я прошу тебя, поедем!
- Главное, поспокойнее, да?
- Да.
- Проще.
- Это как?
- Ну они-то все думают, ты из Москвы,
а ты нормальный пацан, свой.
- Ага.
- Так, мы чего такие хмурые?
Все же хорошо?
- Угу.
- У тебя мама учительница
по итальянскому.
- Ага, будет меня контролировать
все время.
- Как будет пицца по-итальянски?
- Пицца!
- Правильно! Ну готов!
- Вадик, ну наконец-то!
Линейка начнется скоро!
Вы где пропадали?
- От бывшего ученика школы -
новой учительнице.
Самой красивой на моей памяти.
- Витязев!
- "Садись, два"?
- Все, давай беги скорее.
- А меня?
- Все! Больше я с тобой
на выставки не хожу, так и знай.
- Это почему же?
- Да потому что ты у каждой картины
по три часа стоишь!
Это же невозможно!
Уставился и стоишь.
- Да потому что созерцание -
это процесс, Верочка, а не то,
как ты носишься от картины к картине,
стометровку как будто бы даешь.
- Ха! По крайней мере, я не сплю
в театре, как некоторые.
Или ты там тоже созерцаешь, да?
- Ничего я не сплю, тебе показалось.
- Ну знаешь, мы сегодня вечером
проверим.
Кстати, а что у нас на обед?
Может, мы картошечку сварим?
- Не надо картошечки:
я в ресторанчике заказал.
Помнишь, мы ходили с тобой?
Тебе понравилось.
Китайская лапша с креветками.
- А ты когда успел-то?
- Пока в метро ехали.
Через полчаса будут.
(Звонок в дверь.)
О! Смотри, раньше времени!
Вот что значит Москва -
сервис, понимать надо.
- Ну, давай сюда лапшу,
а то мы голодные.
- Здрасте. Какая лапша? А вы кто?
А где Тамара?
- Дима, это не курьер,
это ее муж бывший.
Или вы не были расписаны?
У Тамары все хорошо.
А ты сюда больше не приходи, понял?
Дима, закрывай дверь.
- Ну извини, брат.
- Тома! Тома... Как же я забыла-то?
- Извини.
- Сегодня вечером
в Вахтанговский идем.
Хотели еще в Малый, но там билеты
только на следующую неделю.
- Ну так оставайтесь еще.
Дмитрий: - Так мы не против.
- А это удобно?
- Да хоть сто лет там живите, ба.
У меня квартира
на полгода вперед оплачена.
А мы в Москву теперь... Даже не знаю.
На каникулах, наверное, только.
(Звонок в дверь.)
- Это, наверное, курьер.
Если опять этот тип,
скажи, что я полицию вызову.
- Ба, что у вас там происходит?
- Нет. Это что у вас происходит?
Что это там жужжит-то у тебя?
- Вера Ивановна, привет!
- Ой, Андрей, здравствуй!
Не отвадила еще моя Томка-то тебя?
- Да меня разве отвадишь?
Я же прилипчивый.
В школу даже вместе ходим.
- Давайте-давайте рассказывайте,
что в школе.
- Мы с ребятами на стадионе
в футбол играем.
А мама все время нервничает.
- Это правда.
Я иногда даже хочу сбежать: боюсь,
что все итальянские слова забуду.
- Да, забудет она!
Вера Ивановна, ваша внучка -
лучшая училка по итальянскому
в школе.
- Да.
- Потому что я единственная.
- Ну, во всяком случае, у меня.
- Ба, у меня в классе еще два Вадика,
представляешь?!
- Ой!
- Так что мы решили, что Вадики
будут как цари: Вадик Первый,
Вадик Второй, Вадик Третий.
- Ну а какой же номер тебе достался?
- Мне - Первый.
Я же в футбол лучше их играю:
могу гол забить с середины поля.
- Вот это да!
 

////////////////////////////