Падение короны (2024 год). Фразы и цитаты из фильма

Le déluge (2024)

XVIII век. Людовик XVI, его жена Мария Антуанетта и их дети арестованы и заключены в ожидании суда в тюрьму Тур де Тампль.

Все фразы и цитаты

1792 год. Старый режим находится на последней стадии.
В Париже Людовик XVI и его жена
Мария Антуанетта арестованы
и заключены в замке Тампль.
История их заключения
воссоздана на основе
дневников Клери, слуги короля,
который оставался с ним до конца.
…и эти права - свобода, собственность.
безопасность
и сопротивление угнетению.
Все люди рождаются
свободными и равными в правах,
и эти права - свобода, собственность,
безопасность и сопротивление
угнетению.
Все люди рождаются свободными
и равными
в правах. И эти права
— свобода, собственность,
безопасность и сопротивление
угнетению... Проклятье!
Эти права — свобода,
безопасность и
сопротивление угнетению.
Социальные различия
не могут быть основаны иначе,
как на общем благе.
И социальные различия
они не могут быть...
Различия...
...основаны на общем благе.
Собственность,
безопасность
и сопротивление угнетению.
Ваше Величество,
как прокурору Парижской Коммуны
Мне поручено приветствовать...
Вас и вашу семью...
в замке Тампль.
Человек рождён,
чтобы быть свободным
и счастливым.
Все люди
рождаются свободными
и равными в правах.
И эти права
- свобода,
собственность,
безопасность,
и сопротивление угнетению!
Разли...
Социальные различия
не могут быть основаны...
только на...
не могут быть основаны...
только на общем благополучии...
Да здравствует Франция!
Да здравствует Революция!
Первые несколько дней
вам придется спать здесь.
Затем вас переведут в замок, где
комнаты еще не готовы.
Так...
И где именно?
Это какая-то ошибка,
тут нет ни кроватей, ничего.
Извините,
пока вам придётся обойтись так.
В замке...
Рабочие трудятся
день и ночь,
чтобы обеспечить вам
приличный вид комнат.
Комнат?
Уж называйте их камерами
Как пожелаете, принцесса.
Это вопрос нескольких дней.
Моя королева, всего несколько дней.
Но кто-то должен ответить за последствия.
Здесь вы будете защищены от народной ненависти.
Нам также пришлось снести все дома рядом с замком.
Ради вашей безопасности.
Хорошо.
Ужин скоро подадут.
Может, получится принести сюда стол, на сегодня.
И ещё, пожалуйста.
Перед ужином мы хотели бы посетить
Святую Мессу.
- Вам стоит поесть.
- Нет.
Ну что?
Всё понравилось?
Абсолютно!
Я вижу.
Божественно!
Мой малыш.
Мой малыш.
Мой малыш.
Пора спать!
Интересно, сколько ещё дней
я смогу продержаться вот так.
Вам удалось поспать прошлой ночью,
Ваше Высочество?
Нет, Лулу.
Но я так выгляжу не поэтому.
А почему?
Моя тюрьма не эти стены.
А это бесконечная комедия.
Я не могу обнять единственного человека,
которого хочу обнять.
Вашего графа.
Мы не виделись уже несколько месяцев.
Единственное, что поддерживает во мне жизнь,
что делает меня счастливой,
это мысль о прикосновениях.
Просто прикосновениях.
Скоро мы вернёмся к нашим маскарадам.
Вы снова будете кататься на лошади,
смотреть на обожающую толпу.
Всё это скоро вернётся.
Вы вернетесь к своей жизни.
Ты приехала из Лондона ради меня,
в час величайшей опасности.
Без тебя я бы пропала, дорогая.
Помните, что, по крайней мере, ваш муж...
Мой муж честный человек.
Его единственный недостаток в том,
что он король.
Луи!
Мария Тереза!
Сюда!
Посмотри на них!
Посмотри, как они счастливы!
Мой муж и эта его сестра монахиня...
Создали здесь маленькую жизнь,
о которой всегда мечтали.
Мне приказано удалить всех,
кто не принадлежит к королевской семье.
Коммуна разрешила остаться только одному
слуге при Короле и Королеве.
Все остальные, вон!
- Идите, идите!
- Вы не имеете права!
Она должна остаться со мной!
- Но почему?
- Чтобы облегчить наблюдение.
И сократить число охраны.
Вы не имеете права!
Она должна остаться со мной!
Быстрее!
Всё будет хорошо. Всё будет хорошо.
Куда они её повели?
- Куда они ее отвезут?
- В тюрьму Ла Форс.
Она будет в безопасности.
Слишком сильный удар.
Ваше Величество, позволите?
Подойдите ближе.
Это...
я не должен говорить с вами об этом,
но у меня проблема....
Вы единственный, кто может мне помочь
У меня есть друг, который страдает,
Он не спал неделями...
А я слышал, Бог даровал нашему королю
силу исцелить его болезнь.
Значит, бедняга страдает
от «королевской болезни»?
Да, Ваше Величество.
Эм...
У него ужасные язвы на лице, шее
и даже ниже...
В ночь вашей коронации вы излечили
более четырёхсот человек от золотухи.
У вашего друга хорошие надежды, не бойтесь.
Вы правда это сделаете?
Если это дар от господа,
я не могу отказать в нём своему народу.
Король прикасается к тебе,
Бог исцеляет тебя.
Я исцелён!
Я исцелён!
Бог исцелил меня!
Это дар Божий, мой король.
Похоже, свежий воздух
не очень-то пошёл тебе на пользу.
Что-то случилось?
Луи...
Что с твоим отцом?
Мы увидели красивого кота.
И погнались за ним.
Да.
А потом этот кот меня поцарапал.
Ты поэтому грустный?
Нет.
Я просто в замешательстве.
Этот кот.
Был точь-в-точь как твой. И я,
как дурак, был уверен,
что он меня узнает.
Моего кота звали Аксель.
Он умер два года назад.
Кто знает, может, он не мёртв.
Может, он жил здесь всё это время
и ждал нас.
Или, может, он мёртв,
и это царство мёртвых.
Черви уже давно сожрали бедного Акселя.
Что касается нас,
мы живы
И прозябаем.
Ваше Величество,
Люди предают Париж огню и мечу.
Но зачем?
Похоже, они ищут всех,
кто когда-либо был при дворе.
Охранники рассказали мне ужасные вещи,
Ваше Величество.
Говорят, они оскверняют трупы.
Но это же только слухи?
В чем дело?
Мы привели делегацию граждан.
Они убеждены,
что вас увезли из Парижа.
Что ж, если они не видели,
как мы приехали сюда,
пусть увидят нас сейчас.
Так у них больше не будет сомнений,
и они успокоятся.
Вас никто не принуждает.
Мы обязаны защищать вас,
и если надо, мы оттесним их.
Мы это сделаем.
Ты пойдёшь со мной?
Не так давно люди годами ждали
приёма у королевы Франции.
Теперь хватит криков и плевков,
чтобы пройти без очереди?
Упрямство, это не по-христиански.
Мы не можем делать вид,
что не понимаем, что то время ушло.
Вы хотели меня видеть?
Я здесь.
Подойди ближе.
Не бойтесь.
Мы люди.
У нас вам подарок.
- Я здесь. - Нет!
Что? Ты не рад меня видеть?
Не смотри. Не смотри.
В ожидании суда вас разместят
отдельно от вашей семьи.
Вы сможете видеться...
вместе обедать, и гулять в саду.
Вы говорили, тут сделают ремонт?
С сегодняшнего дня ваша жена больше
не королева Мария-Антуанетта Австрийская,
а вы больше не Людовик XVI.
Вы больше не король Франции,
вы просто гражданин Людовик Капет.
И знаете почему?
Потому что сегодня,
22 сентября 1792 года,
после тринадцати веков мракобесия,
Конвент единогласно постановил
упразднить монархию.
Родилась Французская Республика.
Ничего не хотите сказать?
Могу я узнать, когда мы получим
чистое нижнее белье?
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Как ты сегодня?
- Хорошо.
Ладно,
сегодня у нас будет латынь
и диктант.
Ваше Величество,
они пришли рано утром
и конфисковали все перья и бумагу.
Но нам дали разрешение.
Эти занавески для герцогини…
Что означают эти рисунки?
Вот это!
Нельзя оставлять их тут,
придется конфисковать.
На них могут быть тайные послания.
Вот это. И это тоже.
Мы не можем рисковать.
Кстати, мадам...
Революционной армии удалось
остановить войска ваших друзей.
В Шпейере, Ницце и Савойе.
Всего доброго.
«Свобода — это дар небес».
«и каждый человек имеет право пользоваться ею»
«как только становится наделён разумом».
«Любая другая власть имеет
иное происхождение, нежели природа».
И,
этот разум,
твой разум.
Можно мне спросить?
Если кто-то
решит
согласно разуму,
можно ли быть уверенным,
что его настроение,
страсть,
или выгода,
не заставят его действовать иначе?
Сомневаться всегда правильно,
так мы разрушаем все старые истины
и старые принципы.
Хорошо,
но это не даёт тебе права
ставить себя выше божественного принципа.
Божественный принцип
был всего лишь условностью,
легко уязвимой для разума.
Он казался верным и непоколебимым
лишь потому, что люди,
подвергая его сомнению,
никогда не доходили до конца.
И сегодня он явил себя
во всей своей слабости.
А завтра?
Что будет завтра?
Равенство.
Равенство?
Да.
И что это?
Что значит, что это?
Равенство.
Быть равными. Иметь равные права.
Давайте все будем равны!
Неужели вы не понимаете?
Но это равенство не существует в природе.
И никогда не существовало.
Пока что! Но это наша цель.
И это должно быть целью
всего человечества.
Думаю,
у человеческого рода
никогда не было цели,
как у бабочек или роз.
Бабочек?...
Бабочек?!
Не выходит ли тогда, по-вашему,
что, будучи оставленными в покое,
и лишёнными присутствия Бога,
люди будут охвачены страхом?
Отнюдь!
Отнюдь!
Мы не знаем страха!
Мне пора идти.
Но как Прокурор Коммуны,
я должен попросить вас
сдать ордена, которые вы до сих пор носите.
Орден Святого Духа, орден Святого Людовика
и орден Золотого Руна.
Вы вернулись в класс простых граждан,
с вами должно обращаться соответственно.
Надеюсь,
судить меня тоже будут как такового.
У вас есть все необходимое?
Мне ничего не нужно.
Хотя да,
мы уже несколько недель
просим чистое бельё,
для меня и моей семьи.
Хорошо.
Вы верите, что страдания...
Что страдания, которые пережила моя семья,
действительно заслужены?
Ваша семья не из плоти и крови.
Для нас она лишь
символ вековой несправедливости.
Новое поколение людей скоро займёт ваше место,
и для этого им придётся совершить акт насилия.
Жертвоприношение.
Агнец Божий.
Но проклятие лежит и на тех,
кто посмотрел Агнцу в глаза.
Иди, иди!
Судебный процесс
начнётся через несколько дней.
Мне придётся предстать
перед Национальным конвентом.
Клери удалось раздобыть «Меркюр де Франс»...
Месье де Робеспьер произнёс речь,
в которой заявил:
«Всякий король осуждён природой.
Нельзя править невинно».
Что бы я ни сказал...
всё будет бесполезно.
Не посоветуешь мне,
что сказать на слушаниях?
Я рад, что ты наконец-то выбралась.
Тебе будет полезно подышать свежим воздухом,
вот увидишь.
Я же говорил, что это Аксель!
В последний раз заявляю,
что моя совесть ни в чём меня не упрекает.
и...
Что моя совесть ни в чём меня не упрекает.
И что мои защитники...
В последний раз.
Заявляю...
Возможно, в последний раз...
Ни в чём меня не упрекает...
Мои защитники сказали вам только правду.
Хорошо! Хорошо!
Возможно, говоря с вами в последний раз,
я заявляю, что моя совесть ни в чём меня не упрекает...
и что мои защитники сказали вам…
Поехали!
Вперёд! Вперёд!
У вас было много вечеринок!
Ночью,
Версаль был похож на огромного белого кита.
Из окон был виден.
Свет тысяч свечей.
Я видел, как проезжали ваши кареты.
Полные мужчин и женщин.
Разодетых для вечеринки.
Я ходил босой и просил милостыню.
Мой сын,
ел чёрствый хлеб и пил виноградную воду.
Вы танцевали.
А моя жена находила у ребёнка,
крысиные укусы.
Крысы размером с собаку.
Он умер!
Ему было два года,
когда он умер от голода.
Больше у вас не будет света.
Больше не будет свечей.
Отныне, если вы хотите что-то сыграть,
вам придётся играть Марсельезу.
Вы знаете Марсельезу, дети?
Вам придётся её выучить.
Вы знаете её?
- Но почему?
- Тихо!
Хватит.
Хватит!
Скажите им уйти.
Сейчас же.
Скажите им уйти.
- Дети,
вы должны помолиться за вашего отца сегодня,
ему нужна Божья помощь.
Элизабет,
возьми Библию и иди в соседнюю комнату.
Идём.
Я хочу слышать, как мои дети...
молятся.
Вы оставите моих детей в покое.
И будете относиться к нам
с большим достоинством.
Вам нельзя ходить туда ночью!
Всего несколько минут. Обещаю.
Ты меня слышишь?
Уже поздно.
Может быть, ты спишь.
Но я хочу сказать тебе прямо сейчас.
Они обвиняли меня в несправедливости,
но я защищал правду.
Я всегда желал
только добра французам.
Иногда...
Я не понимал...
Я не понимал смысла их обвинений.
Но я извинялся.
Мне было страшно,
мой голос дрожал...
И знаешь, что я сделал?
Я представил тебя там,
и это придало мне смелости.
Я посмотрел им в глаза.
И говорил спокойно.
Тщательно обдумывая каждое слово.
Которое я произносил, как ты меня учила.
Может быть...
Может быть, есть надежда.
Ты там?
Ты слышишь меня?
Это тоже для них?
Да.
Как прошло слушание?
Думаю, всё идёт хорошо.
Какое счастье!
- Нам нужно много молиться!
- Да.
С другой стороны, скажем...
Скажем, что эти мелочи очень позитивны.
Мы все их видим.
Вам не нужно бояться.
Я думаю, мы...
мы...
После того, как всё это закончится...
Мы тоже сможем
найти место в новом мире.
Да...
Жить.
Жить.
И, говоря о новом мире...
у меня для вас сюрприз!
Тёмной и холодной ночью...
- На стене звёзды! - Тише, Элизабет!
Группа животных
Похитили семью мышей.
Заточили их
в большой замок.
Стражи замка
Иногда они были очень строгими.
Они хотели наказать тех,
кого считали виновными
во всех своих несчастьях.
Но однажды.
Волк попался
в веревочную петлю.
Тогда
одна из мышей подошла ближе
и начала грызть верёвку зубами,
пока волк
не освободился.
Тогда
звери поняли,
что они могут
жить все вместе, в гармонии.
Маленькие мышки
освободились.
И нашли себе домик…
Но это еще не всё...
Мне нужен свежий воздух.
Что случилось? Я хочу понять.
Хочешь понять?
Хочешь понять?
Это так просто, быть тобой.
Игнорировать всё.
Всё, что пугает.
Рассказывать сказочки.
Когда правда чудовищна.
В этом нет ничего чистого.
Ничего!
Я больше не могу.
Твоя неуместная глупость!
Пока эти преступники издеваются над нами,
ты скачешь из комнаты в комнату,
как ребенок.
Это худшее насилие, которое
ты можешь совершить над своей семьёй!
Худшее!
Ты хочешь понять?
Но ты ничего не понимаешь.
Покажи себя! Покажи себя раз и навсегда!
Я знаю, кто я.
Меня пытались закалить.
Но я такой есть.
Это моя природа.
Я не знаю, что делать.
Прости.
Но я всё понимаю.
Я всё вижу.
Наши дети...
Они мои?
Я хотела посвятить тебе свою жизнь.
Я помню день нашей первой встречи.
Я искала твои глаза,
но ты ни разу не взглянул на меня.
Ты поцеловал меня в щеку
без всякого выражения.
Позже,
я тайком заглянула в твой дневник.
И говоря о том дне,
там была только одна строчка:
«Встреча с мадам Дофиной».
И все.
Я искала любви.
Или хотя бы
мужчину, который мог меня защитить.
Я тоже помню те несколько дней,
когда ты любила меня.
Те, когда ты меня ненавидела.
И все остальные,
когда ты испытывала только жалость.
Мы играли комедию с двумя ролями,
слишком большими для нас.
Но я больше не хочу играть.
Сегодня мне страшно.
И мне нужно,
чтобы ты боялся вместе со мной.
Пожалуйста.
Мы оба это знаем.
Франция никогда меня не любила.
Может...
Но я всегда любил тебя.
Доброе утро, гражданин капитан.
Я навожу чистоту, гражданин капитан.
Для хорошего революционера
мало чистого оружия.
Чистота нужна здесь.
Капитан!
Сюда!
Капитан!
Клери.
- Ваше Высочество?
- Где мой муж?
Он отдыхает, Ваше Высочество.
Садись.
Садись!
У тебя есть дом?
- Дом...?
- Да.
Конечно, да.
В Париже?
Да.
И кто дал его тебе?
- Дом?
- Да.
Мой отец.
Просто...
Даже если они оставят нам жизни.
Они наверняка отберут
всё наше имущество, даже личное.
Я не знаю, Ваше Высочество, это не точно.
- Так что,
если нас отпустят на свободу,
нам понадобится дом!
К кому нам обратиться?
Сейчас многие продают дома.
Или сдают в аренду.
Но я уверен, Ваше Высочество,
что найдутся государи
со всей Европы, готовые помочь вам.
Нет.
Никого не будет, Клери.
Нам придётся...
искать дом, как твой.
Как мой?
Мой дом маленький и простой,
он вам не подойдёт.
Мы как-нибудь приспособимся.
Но только...
Что должна уметь жена делать дома?
И...
Скажи, что она делает....
Что делает твоя жена в течение дня?
Ну...
Убирает,
готовит для меня и моих детей.
Это сложно, убирать?
Нет.
А готовить?
Убирать сложнее.
Но вот увидите, Ваше Высочество,
всё будет хорошо.
Твоя жена...
Твоя жена может научить меня готовить!
Это будет честь для нее, Ваше Высочество.
У вас есть столовые приборы?
Почему?
Я могу поговорить с вашим капитаном?
Капитан больше не служит здесь.
Но…
Мы не можем есть без столовых приборов!
Мы изъяли все предметы,
которые могут быть опасны для вас.
Ножи, вилки, бритвы...
Это смешно.
Никто из нас не хочет пострадать.
Голосование скоро начнётся.
Это последний день,
когда вы можете быть вместе.
С завтрашнего дня вас расселят
до вынесения приговора.
Что вы говорите?
Вы что-нибудь знаете?
Когда будет вынесен приговор?
Пожалуйста! Если вы что-то знаете,
расскажите нам.
Пожалуйста!
Приступайте!
Вкусно?
Как дикари!
Так лучше.
Элизабет, не стесняйся.
Так лучше?
- Да, да.
- Так вкуснее, правда?
- Да!
- Столовые приборы не нужны.
- Нет...
У нас есть всё, что нужно.
Я чувствовала свои руки в воде.
Он умывается.
Он обретет благодать.
Я получила эту новость во сне.
Архангел Гавриил защитил его
своими крыльями.
Эти дни ожидания - добрый знак.
Если Конвент так долго принимает решение,
значит, есть надежда.
Без нас ему будет очень грустно.
Мы должны дать ему надежду.
Гражданин Луи Капет.
Меня зовут Доминик-Жозеф Гара,
я министр юстиции.
Конвент поручил Исполнительному совету
уведомить вас о декретах.
Статья первая:
Национальный конвент объявляет Луи Капета,
последнего короля Франции,
виновным,
в заговоре против свободы нации
и в покушении на общую
безопасность государства.
Я советник Габо.
Очень приятно познакомиться.
Статья вторая:
Национальный конвент постановляет,
что Луи Капет
будет приговорён к смертной казни.
Завтра утром он будет обезглавлен
на гильотине.
Я могу говорить?
Конечно, он может говорить!
Э...
Я прошу трёхдневной отсрочки,
чтобы подготовиться...
к встрече с Господом.
Также прошу.
Увидеть свою семью наедине, без свидетелей.
И, наконец,
прошу бритву.
Национальная бритва ждёт тебя!
Тихо!
Отсрочки быть не может.
Если хотите попрощаться с семьёй,
сделаете это на наших глазах.
Отныне вас нельзя терять из виду
ни на мгновение.
Бритва будет предоставлена вам.
Благодарю вас.
Мы найдём возможность провести встречу
с вашей семьёй в частном порядке.
На четвёртом этаже
есть небольшая комната,
со стеклянной дверью.
Они могли бы встретиться там,
побыть наедине,
попрощаться,
и мы сможем все время следить за ними.
Завтра разбудите меня в пять.
Ваше Величество, простите меня.
Зачем вы просили о встрече
с этим человеком?
Он здесь?
Вот и вы.
Как вас зовут?
Самсон.
Я знаю, что вы занимаетесь
этой работой уже давно.
Больше тридцати лет.
С тех пор, как умер мой отец.
Он занимался этим много лет.
Понимаю.
Я попросил вас о встрече,
потому что это единственное,
что у мне осталось.
У меня мало времени, чтобы подготовиться.
Знаете, здесь мне никто ничего не говорит.
Но поскольку я не могу отказаться
от встречи с вами,
я воспользуюсь этой возможностью.
Простите меня.
Как... Как всё будет?
Как...
вы меня увезёте?
Ваше Величество, я знаю, что во главе кареты
будет сотня конных жандармов.
Ещё сто составят арьергард,
а затем тысяча человек из Национальной гвардии.
И где мы поедем?
По бульварам Тампи, Сен-Мартен и Сен-Оноре.
Улицы, прилегающие к процессии,
будут перекрыты военными кордонами.
- И прибудем на площадь Людовика XV.
- Да, но теперь она называется...
- Площадь Революции.
- Да, конечно, я забыл...
Все магазины будут закрыты,
как и окна домов,
выходящие на процессию.
Не будет ни экипажей,
ни горожан.
Хорошо...
И сколько времени займёт поездка?
Примерно, пару часов.
Сколько войск будет на площади?
Я слышал, не меньше тридцати тысяч.
А сколько парижан?
Все.
Все.
И как только мы прибудем,
меня попросят подойти к вам.
Со мной будут два моих брата,
Шарль и Луи, и два помощника.
А потом?
- Потом?
- Да, потом!
Я немного подстригу вас.
Вам придётся раздеться,
снять куртку, она слишком толстая.
А потом мне придётся связать вам руки.
- Это нужно?
- Ваше Величество....
Для безболезненной операции необходимы три вещи.
Да...
Мастерство исполнителя.
качество лезвия,
но прежде всего...
Особенно. Помощь осуждённого.
Мы можем попросить
не связывать вам руки,
но едва ли это позволят.
Я тоже так думаю.
Знаете...
я сам предложил господину Гильотену,
при разработке его изобретения,
сделать лезвие наклонным,
чтобы оно резало, как нож.
Я слышал, некоторые учёные говорят,
что голова, отделенная от тела,
сохраняет сознание в течение короткого времени.
Полагаю, некоторые исследования
господина Лавуазье также подтверждают это.
Я не знаю, Ваше Величество.
Потому что, как бы ни были
развиты кровеносные сосуды, в черепе
всё ещё остаётся немного
насыщенной кислородом крови.
Я этого не знаю, Ваше Величество.
Иногда я вижу, как закатываются глаза.
Тело испытывает некие толчки.
Но это больше похоже на нервные спазмы.
Но да...
Скорее всего...
Очень маловероятно...
что голова может сохранять
осознание всего окружающего…
Вы не думаете?
Не знаю, Ваше Величество.
А после?
Пушки.
Но зачем нам идти на четвёртый этаж?
Туда, где мы никогда не были?
Всё будет хорошо, дорогая Антуанетта.
Да.
Идем.
Мой пушок...
Национальный конвент принял решение.
Меня отправят на гильотину завтра утром.
Я подожду вас снаружи, Ваше Величество.
Спасибо, отец Фирмонт.
Мы подготовили почву для доброты.
Но не смогли сами быть добрыми.
Но когда придёт день.
Где человек будет помогать человеку,
он отнесётся к нам снисходительно.
Король очень любил мою собаку.
Он часто её гладил.
Об этом я сейчас думаю.
 

////////////////////////////