Укрощение свекрови. Продолжение (2021 год). Фразы и цитаты из сериала

Укрощение свекрови-2. Продолжение

После того как невыносимая свекровь и домашний тиран Анна Михайловна вышла замуж, она сама неожиданно оказалась в роли угнетённой невестки. Не в силах справиться с бесконечными претензиями своей свекрови, она сбегает от мужа сначала в семью сына и невестки, а потом в Геленджик - на день рождения к лучшей подруге Лиле Громовой. Но отдохнуть на море не удаётся. Анна Михайловна замечает, что с подругой что-то не так. Оказывается, счастливый брак Лили распался. Её бывший муж Громов не только ушёл к молодой любовнице, но и ещё решил оставить Лилю без квартиры. А чтобы жизнь мёдом не казалась, подселил к ней соседей. Анна Михайловна объявляет Громову и соседям подруги войну…

1-4 серия

Все фразы и цитаты

- Правее.
- Левее.
- Выше.
- Ниже.
- Правее.
- Блин.
- Милый, ты не ушибся?
- Мамочка, я даже не упал.
- А мог бы! Вы в курсе, что у Гарика
был компрессионный перелом
позвоночника в детстве?
Что ему нельзя падать, Анна Петровна.
- Михайловна, мама.
- Неважно.
- Вы называйте меня просто Аней,
Александра Гавриловна.
Вам так будет проще.
- Гарик! Твоя жена только что
назвала меня старой маразматичкой,
ты слышал это?!
- Анечка совсем не то хотела сказать.
- А по-моему, именно это!
- Нет, все, я больше не могу.
- Видите, до чего довели человека?!
- Вижу!
Отойди!
- Что вы собираетесь делать?!
- Картину вешать.
- А по-моему, вы собираетесь унизить
Гарика. И меня вместе с ним.
- Анечка, слезай.
Мама снова не поняла,
что ты хотела сказать.
- Передай своей маме,
что она правильно поняла.
И в первый раз, и во второй.
- Хамка!
- Ну все.
- Анечка...
- У меня больше нет сил.
- Анечка!
- Гарик, не унижайся.
- Аня!
- Возьми себя в руки, будь мужчиной!
- Взял. Можно я к Ане?
Аня!
- Сама к тебе придет.
- Анечка.
- Стоять!
- Анечка!
- Прибежит через 10 минут.
(Виброзвонок телефона.)
- Мама, тебя.
- Кто?
- Игорь Петрович.
Как дети малые, честное слово.
(Виброзвонок телефона.)
- Вас.
- Кто?
- Игорь Петрович.
Возьмите, пожалуйста.
Анна Михайловна, так нельзя.
Там человек страдает.
- Я для него пустое место.
- Он поэтому все телефоны обрывает?
- Пусть с мамочкой своей живет.
Она меня в грош не ставит.
Что ни сделаю - все плохо.
Что ни скажу - дура набитая!
- Тише, пожалуйста. Анечку разбудите.
- Ну кто так переворачивает?
Руки-крюки!
Учись, пока я жива.
(Виброзвонок телефона.)
Взрослый мужик
держится за мамину юбку!..
- Тихо, тихо, пожалуйста.
- Это уже невозможно.
Мама, поговори с человеком!
- Анна Михайловна, так нельзя.
- Вот вы свой телефон отключили,
а нам страдать?
- Хорошо. О, все.
Ладно. Скажу ему пару ласковых.
(Плач ребенка. Телефонный звонок.)
- И Аню разбудили. Просто прекрасно!
- Знаешь что? Иди ты к маме!
- Что? Какой маме?
- Лиля! Это ты, что ли? Привет.
- Привет. Чувствую,
у тебя там страсти кипят.
- Да. Слушай, как хорошо,
что ты позвонила!
Я так соскучилась по тебе,
по морю, по свежему воздуху, ой!
Вот если б Андрюшку
не перевели по работе,
я бы ни за что сюда не приехала!
Ты не представляешь,
как мне Москва эта надоела.
- Так ты приезжай!
- Я ж квартиру сдала. Надолго.
Деньги вперед взяла.
- Так ты ко мне приезжай.
У меня как раз день рождения
послезавтра.
Ну мы с тобой посидим,
отметим как раньше, а?
- А Громов не будет против?
- Не будет.
Так ты приедешь?
- А вот возьму и приеду!
Лиля, а с погодой как?
- Кажется, она в Геленджик собралась.
- Я не верю своему счастью.
- А с Аней кто будет сидеть?
- Мы же раньше как-то справлялись,
когда Анна Михайловна с Игорем
Петровичем жила. Нормально.
- Да, только мы ночами не спали!
- А Лиля - это кто?
- Подруга мамина, соседка.
- Ага, подслушивают, братцы-кролики.
- Да нет, мама, ты что.
- Анна Михайловна, как вы могли
такое о нас подумать?
- Значит, вам на меня наплевать?
- Анна Михайловна,
вообще не наплевать.
Мы вот с Андреем как раз говорили -
может быть, вам сейчас взять
билеты в Геленджик? Там со скидками
могут быть отличные варианты.
- Значит, все-таки подслушивали.
- Анна Михайловна, вам не угодишь.
- Так, брейк, все!
А чем пахнет?
- Оладушки!
- Ну вот как вас одних оставить?
УКРОЩЕНИЕ СВЕКРОВИ-2.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Никуда я не поеду!
Спит.
- Спит, спит.
- Чувствую себя преступницей.
Так. Что касается прикорма.
- Да.
- Никаких консервов.
Яблоки, морковка - все только свежее.
- Хорошо, спасибо огромное.
- Ну, я поехала. Такси ждет.
- Давай я провожу тебя.
- Андрюшечка, не надо.
Я же всего на 3 дня уезжаю.
- Будем скучать по вам,
Анна Михайловна.
- Я буду звонить. Все, я пошла.
Такси уже ждет.
- Все-все.
До свидания, Анна Михайловна.
- Пока.
- Ты разве что "Ура!"
сейчас не кричала.
- Ты понимаешь, мы снова одни!
- Сумку забыла.
- А.
- Извините, что помешала.
- Хорошей дороги, Анна Михайловна.
Нет, ты понимаешь,
что она ее специально забыла,
чтобы поставить меня
в идиотское положение?
- А не надо раньше времени
радоваться потому что.
Могла б всплакнуть ради приличия.
- Да-да-да. Этот. Спасибо.
- Пожалуйста.
- Аня! Артамонова! Торпеда!
- Лилька!
Привет, моя дорогая,
с днем рождения.
Слушай, в Анапе самолет
посадили, представляешь?
- Да знаю я! Я иду тебе навстречу,
а ты нос задрала, и все, мимо прошла!
- Так я тебя не узнала!
А чего случилось-то? Слушай!
У тебя ж копна всегда рыжая была.
На каблуках, фигура, глаза горят...
Ты чего, на диету, что ли, села?
- Ну, можно и так сказать.
- Ты это дело брось!
Вон, тень от тебя одна осталась.
- Да, не зря тебя
все торпедой называли:
пришла, все разрушила
и давай свои порядки наводить.
- Как же я соскучилась.
- Ой, я тоже!
А ты чего телефон отключила? Я тебе
звоню-звоню, дозвониться не могу.
- Тут такая история, знаешь,
я тебе потом расскажу.
- Надеюсь, не криминальная?
- Ха! Любовная.
- О! Заинтриговала.
- Ну как? Она согласилась?
- Лилия Леонидовна сняла квартиру.
- Что значит - сняла квартиру?
Съехала, что ли?
- Кариночка, ты не переживай.
Ну правда, ну вот что у нее есть?
Лекции по бухучету в универе -
так это гроши.
Ну послушай, вот сколько
она сможет снимать квартиру?
Неделю-две. Максимум месяц.
- Ты говорил, что она не выдержит
и двух дней в вашей квартире
и согласится на твои условия!
- Говорил.
Ну, видимо, недооценил ее. Извини.
- Тебе что, ее жалко?
- Ну что ты такое говоришь?
- А может, ты ее еще любишь?
- Зай, ну не начинай.
Я люблю тебя, ты же знаешь.
- Тогда почему твой план не работает?
- Сработает. Ну потерпи, торопыга.
Все будет, как ты говоришь, норм.
- Ок.
- Ну, проходи.
- Так. Ну?
Рассказывай, что это за квартира?
Куда ты меня привела?
- Аня, сейчас сядем, выпьем -
и я все тебе расскажу.
- Лиля, ты меня не пугай.
- Ну что ты такие глаза сделала?
Да все нормально.
- Чего нормально-то?
А трешка твоя где?
Ого! Ха! Какой вид из окна.
У нас на Гоголя-то такого не было.
- А я снимаю, Аня, эту квартиру.
В моей трешке ремонт.
Там перфораторы, грязь.
Полный разгром!
- А чего ты не говорила-то?
- Ну, ты мне слова не даешь сказать.
- А Громов где?
- А Громов, он...
На работе сутками торчит,
ему дипломников там в нагрузку дали.
В общем, из университета не вылезает.
- Заканчивай, хорош уже!
Привет. Ну что? Получилось?
- Ну, пока не получилось,
Макс, ну потерпи немного.
- Так, я не понял,
я тебе для чего эту парочку
этих разбойников квартирных подогнал?
Они что, от работы косят?
- Да никто не косит, Макс.
Соседи уже устали полицию вызывать.
Просто жена Громова съехала.
- Так, в смысле? Как съехала? Куда?
- Откуда я знаю? Ну потерпи немножко.
Только не звони больше,
а то Феликс услышит. Все, давай.
- Зай, ну с кем ты тут секретничаешь?
- С мамой, с кем же еще?
- Понятно.
- Денег-то не было.
Я тебе свадебное платье
из занавесок сшила.
Слушай, все восхищались.
"Волшебное платье".
- А потом в загсе оказались
точно такие занавески.
- И ты объявила,
что ты отменяешь свадьбу!
- Ну конечно! Потому что
кто-то из гостей сказал,
что я с интерьером одно целое.
- Если б не Громов,
который тебя на руки схватил
и к столу потащил расписываться...
А иначе б ты сбежала.
- Зря я тогда не сбежала.
- Лиля, ты чего?
- Ну а чего?
Представляешь, что я тогда
чувствовала? Невеста в занавесках...
- Да ты что? Такой хороший знак!
Посмотри,
как ты с Громовым счастлива.
- Да уж...
- Так, ну-ка давай выпьем за тебя.
Чтоб у тебя все было -
и чтоб тебе за это ничего не было.
С днем рождения, Лиля!
Ну как вы там?
- Все хорошо, мама!
- Да.
- Справляетесь?
- Анна Михайловна, справляемся.
Справляемся, спасибо!
- А я билет взяла на послезавтра!
- Не торопитесь, Анна Михайловна.
Правда.
- Ты смотри, посвежела там так.
Оставайся, отдохни.
- Правда, Анна Михайловна,
вы так посвежели.
Прям похорошели просто. Да?
- Да.
- А Анютка как?
- Хорошо Анютка.
- Очень хорошо.
Вы не представляете,
после того, как вы уехали,
она ни разу не заплакала. Скажи?
И есть стала лучше! Правда.
- Ну хорошо. Пока. Целую.
Ну ты слышала?
- Ну радуйся, что у детей все хорошо.
- Так хорошо,
что лучше б не возвращалась.
Билет завтра пойду сдам.
- По-моему, мы как-то нехорошо
с ней поговорили.
- Почему? Мне кажется, наоборот,
очень хорошо. Мы ее успокоили.
- Да? А по ней не скажешь.
(Плач ребенка.)
- Роман Валерьевич, разрешите?
- Ага.
Что у тебя, Чибисов?
- Там женщина, гражданка Иванова,
жалуется на неприятный запах
из квартиры.
- Ну скажи дежурному, пусть вызовет
наряд, чтобы во всем разобрались.
- Есть.
- Так, погоди, Чибисов.
По какому адресу квартира?
- Гоголя, 10.
- Так. А номер квартиры - 16?
- 16, 16, товарищ майор!
Я-то сама в соседнем подъезде живу,
а в 15-й квартире у меня дочка
с мужем. Просто задыхаются!
- Так это та квартира,
где неделю назад было задымление,
а три дня назад гулянка
с фейерверками?
- Вот! Вот именно. А сейчас там
такой запах, будто умер кто.
Кстати, меня
Валентина Ивановна зовут.
- Очень приятно.
Так, вот что, Валентина Ивановна,
давайте мы проедем с вами,
во всем разберемся.
- Угу. - За мной.
- Товарищ майор, а как же наряд?
- Отставить наряд. Сами разберемся.
Не нравится мне эта квартира.
- Мне тоже.
- Вот-вот-вот!
- Вот это я понимаю -
клев у человека.
- Я же вам говорила,
здесь точно кого-то убили.
- А чего такого происходит-то?
В прошлый раз я коптил
на ольховой стружке - понятно.
Но сейчас-то она просто висит,
никому не мешает!
- Документы предъявите.
- Опять двадцать пять.
Слушайте, у меня скоро от ваших
проверок паспорт совсем рассыпется.
Пирожков Алексей Анатольевич.
- Я.
- Так. Что у нас?
Прописка по месту регистрации.
Так. Это что у нас?
Справка с условно-досрочным.
- Так точно. Статья 158 УК РФ,
хищение в особо крупных размерах.
Послушайте, товарищ майор, с прошлой
недели там ничего не изменилось.
- А вы что, всю рыбу сами съедаете?
- Эльза! Эльза.
Тут товарищи некоторые намекают,
что мы с тобой зажрались.
- Угощайтесь, товарищ майор,
нам не жалко.
- Вы бы соседку свою угостили,
а то ей пахнет нехорошо.
- Спасибо, мне, вообще-то, соленого
нельзя. А вот зятю возьму!
Он у меня с пивом любит.
(Слышны всхлипы.)
- Лиля, что случилось?
- Ничего, Анечка.
Просто сон страшный приснился.
- Ну-ка, рассказывай.
- Что? Сон? Да пожалуйста.
Мне приснилось,
что Громов ушел к другой.
- Лиля, хватит врать. Говори правду.
Какой у тебя диагноз?
- Какой диагноз, Аня? Ты чего?
- Ну у тебя же глаза
все время на мокром месте.
Похудела вон как,
все время о чем-то думаешь.
Лиля, я не дам тебе сдаться!
Я буду биться за тебя
до последнего патрона.
- Аня, нет у меня никакого диагноза.
Я здорова, как эта... лошадь!
- Бумаги покажи.
- Какие бумаги?
- Медицинские. Где написано,
что ты здорова.
- Аня, не говори ерунды.
Нет у меня никаких бумаг.
- Почему подушка мокрая?
Вот только не надо
мне рассказывать про сон.
- Потому что это не сон.
Громов действительно ушел к другой.
- Да ладно. Феликс?
Да никогда не поверю.
- Ничего не понимаю.
Действительно сон.
- Феликс, у тебя живот?
- Где?
- Вот.
А ну-ка, встань на весы.
- Знаешь, там батарейка сдохла.
- Я вчера поменяла. Феликс,
ну с этим срочно надо что-то делать.
А давай я тебя
со своим тренером познакомлю?
- Не, не надо,
я сам с этим справлюсь.
Знаешь, не люблю,
когда мной командуют.
- А мой не командует. Он говорит,
как правильно, как неправильно.
Как нужно, как не нужно.
- "Мой"?
- Ну да, мой. Мой врач,
мой тренер, мой парикмахер.
Так принято говорить.
Подожди, или ты что, ревнуешь?
- Я? Ревную? К тренеру?
Послушай, солнышко,
при всех моих чувствах к тебе,
это называется...
Слово твое забыл, как ты говоришь?
- Зашквар.
- О! Точно. Зашквар.
- Феликс, ну когда
мы уже переедем к тебе?
Мне надоело жить
в этой бабкиной конуре!
- Маленькая, ну потерпи.
У нас все получится.
- Но я не хочу тут жить!
Ты видел, что творится в туалете?
- Конечно, видел. То есть...
А что там творится?
- Да там ремонт до революции был.
Там унитаз с трещиной.
- А, так это называется арт-объект.
- Это называется не арт-объект.
Это называется отстой!
- И чего Громов в ней нашел?
Ни рожи, ни кожи.
- 23 года он в ней нашел.
Она моложе Машки нашей.
- Кошмар какой... Ну и пусть катится!
- Это ты из-за меня решила, да?
А я люблю его. Сил нет, как люблю.
Лучше бы я заболела и умерла,
чем терпеть все это.
- Лиля, ты дурочка, что ли?
Типун тебе на язык.
- Я знаешь что думаю?
Я сама во всем виновата.
- В чем это, интересно, ты виновата?
- Надо было, наверное,
как-то меняться, развиваться,
учиться быть интересной.
Вон многие в 50 выглядят на 20,
издалека не отличишь.
Вчера меня девушка на самокате
чуть не сбила.
А я смотрю -
она одного со мной возраста,
только одета по-современному,
и глаза, глаза горят, прямо светятся.
Я рядом с ней - просто старуха.
- Собирайся.
- Куда?
- За самокатами!
- Аня, ты с ума сошла?
Мне сейчас только самокатов
не хватает.
- Ах! Красота!
- О, щечки даже порозовели.
- Правда? - Да.
- Ты права, надо двигаться,
шевелиться, а не сидеть сложа руки.
Знаешь, Аня, мне сейчас так хорошо,
что я впервые за все это время
не думаю о Громове.
- Да?
А кто это собирался отбить Феликса
у дипломницы? Или как?
- Аня, ну ты о чем?
Нет, ничего уже не вернуть.
Надо смотреть правде в глаза:
мой поезд уже ушел.
- С этим надо что-то делать.
А ну-ка пойдем. Я покажу тебе,
куда ушел твой поезд.
- Аня, ты куда?
- Ну красотка! Ой, как же тебе идет.
Перестань, улыбайся давай.
Слушай, я очень рада, что мы
куртку эту купили. Цвет хороший.
А как тебя здорово накрасили, слушай!
Губы очень яркие, красивые.
- Как-то это все не по возрасту, а?
- Так... Очень хорошо.
О, смотри, как на нас мужики смотрят.
- Это не мужики.
Это мои студенты бывшие.
Я им бухучет преподавала.
- Дипломники?
- Здравствуйте, Лилия Леонидовна.
- Ой, вы шикарно выглядите!
- Спасибо, Игорь.
- Громов теперь с ума сойдет,
когда тебя увидит.
- Где он меня увидит?
Он у своей этой живет.
Мы не пересекаемся.
- Где надо, там и увидит,
причем совершенно случайно.
Ты, главное, меня во всем слушайся.
Ты адрес этой дипломницы знаешь?
- Конечно, нет.
- А если хорошенько подумать...
Улица Полевая, 45,
корпус 2, квартира 10.
- Так это же соседняя улица!
- Ну как-то так получилось.
- Ой, Лилька... Умеешь ты
за свое счастье бороться.
Только не хочешь!
- Какая же ты все-таки...
- Какая?
- Стерва! Выйти замуж за препода,
чтобы на пару с любовником
оттяпать у него
трехкомнатную квартиру!
- Мама, с чего ты это взяла?
- Все шито белыми нитками.
В квартире, которую тебе оставила
бабушка, Максу, видимо, тесно!
- У нас с Максом давно все закончено.
- Кому ты это рассказываешь?
А ты знаешь, я даже буду рада,
если у тебя все получится.
Сама прожила всю жизнь
романтической дурой,
так ты у меня с зубами!
- Так, я все узнала.
- Что ты еще узнала?
- Громов каждое утро бегает
по набережной. Я проследила.
- Феликс?! Он же сова!
Он же с утра еле ноги волочит,
какие пробежки?
- Ну как какие? Молодая жена.
Надо соответствовать.
- Ну и пусть. Мне плевать.
- Так, Лиля, только не плачь.
Ну запутался мужик.
Слушай, в его возрасте
с мужиками такие закидоны бывают.
Нужно просто ему помочь понять,
где свое, родное, любимое,
а где так, знаешь,
на повороте занесло не в ту степь.
В общем, я кое-что придумала.
- Что ты еще придумала?
- С завтрашнего дня начинаем
спецоперацию.
"Возвращение блудного Феликса".
- Здравствуйте. Простите,
пожалуйста, вас же Эльза зовут?
- Ну?
- Ну надо же!
Вы представляете, у меня до этой
собаки была другая собака.
Ее тоже Эльзой звали. 15 лет прожила!
Вы знаете, очень любила,
когда ей пузико чесали.
Ой, простите.
Меня Валентина Ивановна зовут.
- Все?
- Простите. Просто хотела спросить.
А где же Лилия Леонидовна?
Что-то я ее не вижу давно.
- Я не знаю.
Она передо мной не отчитывается.
Наверное, уехала куда-нибудь.
- Надо же, как странно, да?
Она же все-таки ваша соседка
по квартире.
- Валентина Ивановна?
- Угу.
- Делом займитесь,
Валентина Ивановна.
Хватит за мной шпионить!
- Здравствуйте.
Я снова по поводу 16-й квартиры.
Вы знаете, мне кажется,
с моей соседкой что-то случилось.
- Валентина Ивановна, вот когда
родственники вашей соседки
подадут заявление,
мы будем ее искать.
А пока оснований нет.
Все, до свидания.
Достали уже с этой 16-й квартирой!
- Внимание, объект на горизонте.
Спину прямее. Голову выше.
Под ноги не смотри!
- Я же упаду.
- Тут дорога прямая. Куда ты упадешь?
Молодец. Красотка.
Голову выше. Пошла на обгон.
Лиля!
- Ой! Ой!
- Женщина! Женщина!
С вами все нормально?
- Лиля, вставай!
- Нога...
- Лиля?! Ты что здесь делаешь?
Тем более в таком виде!
- Кажется, я ногу сломала.
- Подожди, подожди.
- Рано! Рано! Он еще не готов!
- Ох ты. Ну-ка дай посмотрю.
Больно?
(Лиля стонет.)
- Актриса!
Так, ты там не переигрывай.
- Аня, отстань!
- Аня? Какая Аня?
- Да у меня просто болевой шок.
Несу что попало.
- Никогда еще Штирлиц
не был так близок к провалу.
- Насколько я помню,
чтобы тебе нести что попало,
не обязательно получить болевой шок.
Ну что, перелома явно нет.
Скорее всего, растяжение.
А чего это ты вдруг бегать начала?
- Ну как-то так... Для тонуса.
- Ну и что мне теперь
с твоим тонусом делать?
- Лиля, скажи ему,
чтобы он довез тебя до дома.
- Феликс, ты иди. Я сама справлюсь.
- Точно? Уверена?
- Ну перелома-то нет.
- Ну как скажешь. Нет, знаешь,
все-таки давай я тебе скорую вызову.
- Феликс!
- Кариночка, ты как здесь?..
- Мимо ехала, смотрю - знакомые лица.
Дай, думаю, поздороваюсь.
- Представляешь, Лилия Леонидовна
ногу потянула.
- Да что ты говоришь...
- Вот тварь, а!
- Я даже собрался скорую вызывать.
- Мне кажется, Лилия Леонидовна
сама в состоянии скорую вызвать.
Она же в сознании. Пойдем.
- Лиля, улыбайся. Тебе пофиг.
- Аня, отстань.
- Чего это с ней?
- Не знаю. Все время повторяет -
"Аня, отстань".
С ума, наверное, сошла.
- Наверное, сильно головой ударилась.
- Наверное.
- Мне кажется, врачи разберутся.
- Лиля, ну ты что?
Ты что, действительно упала?
Ты ногу сломала?
Лилечка... Ну?
Ну что ты, ну?
Надо было на дорогу смотреть.
Останови, пожалуйста.
Ну что ж такое-то, а!
- Да вы с ума сошли!
- Какие тормоза у вас хорошие.
- Я вас сейчас в полицию сдам!
Или нет, лучше сразу в психушку!
- А можно в травмпункт?
- Чего?!
- Пожалуйста!
(Телефонный звонок.)
Спасибо.
Давай. Аккуратненько.
- Чибисов, у меня тут
форс-мажор нарисовался.
Так что без меня на обыск не выезжай.
Дождись, понял? Все.
- Лилечка. Лиля. Надо поесть.
Перелома нет, все хорошо. Давай.
- Аня, отстань.
- Ну беременная эта дипломница.
Да я бы на твоем месте радовалась.
- Чему?
- Ты чего, не понимаешь?
Грудной ребенок.
Месяц бессонных ночей -
и укатают сивку крутые горки.
И свалится Феликс с инфарктом.
- Аня, ты соображаешь, что говоришь?
- О! Уже ожила! Ну-ка давай ложечку.
- Все. Все. Хватит.
Больше ни слова о Громове.
У ребенка должен быть отец,
это не обсуждается.
- Лилечка...
- И отстань от меня со своим супом.
Меня от еды тошнит.
- А мне кажется,
ты что-то недоговариваешь.
А ты почему в квартиру
ни разу не съездила?
Лиля!
- Что?
- Ты почему ремонт не контролируешь?
- Так...
- Ой, Аня.
В общем так, Громов при разводе
поделил имущество так,
что одна комната в нашей трешке
принадлежит ему.
- Вот сволочь, а!
Как у него совести-то хватило?
- Ну это справедливо. Мы на эту
квартиру вместе зарабатывали.
Но дело в другом. По закону он должен
предложить выкупить свою долю мне.
Я готова.
- И что?
- А он уперся и хочет,
чтобы я свою долю и Машкину
отдала ему буквально за бесценок.
- Вот козел!
Ну ладно, он тебя разлюбил,
но ребенка?..
- А тут другая история.
Феликс хотел породниться
с одним депутатом.
Машка встречалась с его сыном,
дело шло к свадьбе.
А потом она взяла и вдруг уехала
к своему художнику в Питер.
Феликса тогда чуть не поперли
с работы.
В общем, он с катушек слетел
и Машке сказал, что она ему не дочь,
раз так отца подставляет.
- Мне кажется, ты прям не про Громова
рассказываешь.
Он, конечно, сволочь,
но не до такой же степени.
- Это его дипломница накручивает.
Воспользовалась ситуацией с дочкой
и хочет оттяпать мою квартиру.
- Да шли ты ее лесом!
Зачем ты вообще сюда приехала?
- А вот тут, Анечка,
начинается самое интересное.
Я не могу там жить.
- Почему?
- Мне подселили
профессиональных соседей.
- Кого?!
- Это такие специальные люди,
которые делают твою жизнь в квартире
невыносимой.
И это все для того, чтобы заставить
меня пойти на условия Громова
и отдать свою долю за копейки.
- Да если бы я это знала,
я бы не с биноклем в засаде сидела,
а снайперскую бы винтовку взяла!
- Вот поэтому, Анечка,
я тебе ничего и не рассказывала.
- Я это так не оставлю.
Собирайся!
- Аня, я не пойду, я боюсь.
Они страшные люди.
- Не страшнее меня.
- Они убьют нас, Аня!
- Ха!
- Они уголовники!
- Лиля!
Не хочешь про себя подумать,
подумай про Машку.
Хочешь ее без квартиры оставить, да?
- Я жить хочу, Аня!
- Где, Лиля?! А ну-ка пошли!
- Отдай.
- Пошли! Без разговора!
Открывай дверь!
- Аня!
- Достало уже без дела сидеть.
- Громов сказал, что его бывшая
в съемной квартире долго не выдержит.
Будем ждать.
- Заходи.
Фу!
- Я тебе говорила.
- Ой, Лилечка, да тут
браконьерством попахивает.
Мне кажется, твоих соседей
можно взять за жабры.
- Тише ты. Услышат.
- Ну и пусть слышат. Ты у себя дома.
Здрасте.
А вам не кажется, что вот эти вот
инсталляции незаконны?
- Леша! Тут к нам, кажись,
из рыбнадзора пожаловали.
- Эта, что ли?
- Это моя подруга,
она будет здесь жить.
- Да.
- Аня, проходи, пожалуйста. Вот туда.
- Ну ничего себе, сладкая парочка.
- А я тебя предупреждала.
(Стук в дверь.)
- Открывай давай!
Разве так порядочные люди знакомятся?
Открывай, слышишь?
- А-ну прекратите немедленно!
Что вы себе позволяете?!
- Ты мне паспорт покажи! Слышишь?!
Я хочу знать,
кто в моей квартире живет!
Может, ты аферистка!
- Точно, аферистка!
Я ее сразу раскусила.
У нее рожа криминальная!
- Это у меня рожа криминальная?!
- Ты сейчас вообще у меня с балкона
полетишь! Кошка драная!
- Товарищ майор, срочный вызов.
Угроза убийства.
- Адрес?
- Гоголя, 10, квартира 16.
- Уберите документы.
- То предъявите, то уберите.
Не поймешь вас.
- Так, по какому поводу вызов?
- А вот по какому!
Вот эта собиралась меня убить!
- И меня.
- Я? - Чего?
- Ну посмотрите на меня внимательно.
Я похожа на человека,
который может кого-то убить?
- Ой, это вы! Здрасте!
- Это опять вы?!
- Да.
- Роман Валерьевич,
а вы с ней знакомы?
- Я вижу ее второй раз в жизни,
и второй раз при странных
обстоятельствах.
- Вот! И я говорю, что у этой мадам
не все дома, причем серьезно.
- Что вы здесь делаете?
- Я гостю... Гощу.
Вот, у подруги.
- У меня.
- В гостях? - Да.
- А вы ее знаете.
- А! Ну да, да. Как ваша нога?
- Вот.
- Товарищ генерал, если бы не вы,
то ноги бы не было.
А так - небольшое растяжение.
- Оба-на! А у нас тут
шуры-муры с полицией.
- Может, рыбки? Свежей. Навялили.
- Знаете, мне вот этот цирк надоел.
- Мне тоже!
- Больше никаких вызовов полиции.
Сами разбирайтесь.
- Роман Валерьевич, товарищ генерал,
подождите!
Вот эти бандиты мою подругу
со свету сживают! - Да!
- У этих бандитов,
как вы выражаетесь,
с пропиской все в порядке.
Рыбу коптят? Это не преступление.
А вы, как вас по батюшке?
- Михайловна...
- Так вот, а то, на что вы,
Анна Михайловна, способны,
я видел собственными глазами.
До свидания.
- Всего доброго.
- Вот, моя полиция меня бережет.
- Ты думаешь, я в полицию
не обращалась?
Да я первым делом заявление написала.
- И что?
- Ничего.
Знаешь правило: "Нет тела, нет дела"?
А остальное для закона
все в полном порядке -
и прописка, все прочее...
(Слышны звуки фортепиано.)
(Слышно плохое оперное пение.)
- Боже мой... Это что?!
- А это, Анечка, вторая часть
марлезонского балета.
- А соседи молчат?!
- Соседи боятся.
Связываться не хотят.
Аня, а давай поедем обратно, а?
У меня еще целая неделя вперед
в съемной квартире оплачена.
- Сейчас!
Да ты что, Лиля?
А если у твоей Машки там
не сложится с этим студентом?
Она вернется, а дома,
где она провела свое детство, нет.
Нет дома, Лиля.
Ты согласна это допустить?
- Нет.
И что делать?
- Понятия не имею.
Слушай... У тебя ж Громов -
хозяйственный мужик?
Где он инструменты хранит?
Странно.
Я бы на ее месте давно бы уже
все отдал и сбежал.
- Слабак.
А вот я бы на ее месте...
- Что бы ты на ее месте?
Морду бы мне набила?
- Я бы ответочку включила.
Так, чтобы все вздрогнули.
- Это как?
- Это вот так.
- Ну воть, как говорит мой Андрей,
у них там система зависла.
Боюсь, Анечка, когда она отвиснет,
нам мало не покажется.
(Звонок в дверь.)
Там Чибисов. Участковый.
Уже одиннадцать. Штраф пять тысяч.
- С меня?
- Ну не с меня же.
Знаешь, мне надоело
палить из холостых патронов.
Я решил подключить
тяжелую артиллерию.
Сейчас малек покемарю,
и в ночное пойду.
Кстати, как там наши детишки?
Подросли?
(Кричит.)
- Кажется, дошли наши опарыши.
- Привет.
- Привет. А ты откуда?
- Да так. Решил посмотреть,
чем ты тут без меня занимаешься.
Я вон Громова с пробежки жду.
Слушай, уходи скорей, а то он увидит,
вообще капец будет.
- Да ладно, я так.
Чуть-чуть пониже, и нормально.
Давно бегает?
- Да уже несколько дней.
- Смотреть больно на человека,
правда?
Неужели я в старости буду такой же?
- Макс, перестань. Феликс
для своих лет очень даже ничего.
- А, да?
Может, я вообще в этой истории
третий лишний?
- Макс, прекрати. Ну мы же
договорились - без ревности.
- А я и без ревности.
Я просто в бешенстве.
Мы с тобой как договорились?
Вы быстро поженитесь,
быстро разведетесь,
ты быстро подашь на раздел имущества
с учетом ребенка.
В итоге что я получаю?
Ни развода, ни имущества -
класс. А этого старпера
волнует лишний вес!
- Макс, он сказал, что мы скоро
переезжаем. Что ты волнуешься?!
- Он тебе сто раз так говорил!
- Макс...
Послушай!
- Угу...
(Кричит.)
- Ну слава богу.
А то уж я думал, зря всю ночь
с удочкой просидел.
- Лиля!
- Да что случилось? Что?
- Лиля, я хотела принять душ.
А здесь вот это.
- Да господи, напугала.
Ну рыба и рыба.
Чуть инфаркт не схватила.
- Что орем?
- Это что?
- Рыба.
- Почему она здесь?
- Да потому что в холодильнике
места нет. И вообще, когда живая,
свеженькая, она вкуснее.
- Знаете, что...
- Аня, не надо.
- Немедленно уберите отсюда
это безобразие!
- Да сейчас! Это моя рыба.
Что хочу, то и делаю.
Иди сюда, мой хорошенький.
Я тебя пожарю на сливочном маслице...
- Аня, не связывайся.
- Стоять!
А почему их было пятнадцать,
а сейчас десять?
- Что?..
- Я спрашиваю, кто спер мою рыбу?
- Да... да вы с ума сошли!
- Знаете что, Эльза Никитична...
Это уже чересчур. Пойдем, Аня.
- Я в полицию буду звонить!
- Леша! Нас обокрали.
- Открой, я сказал!
Я в глаза хочу твои
бесстыжие взглянуть.
- Все, я звоню в полицию.
- Открывай дверь, воровка!
- Тебе что, мало полиции?
- Рыбу мою верни!
- Мне мало полиции. - Зачем?
- Пусть они работают.
Они баклуши бьют.
Дай, я буду звонить.
Отдай!
- Все.
- Слушай, Леша, а давай на них
заявление накатаем в полицию?
Ну смотри, они украли у нас рыбу.
Нанесли материальный ущерб.
Кстати, моральный тоже.
Пусть возмещают!
- Хорош, хорош.
Ты это, с полицией аккуратнее.
Давай вообще, чтобы в нашей жизни
поменьше было полиции.
Мне кажется, этот майор Борисов
на Анну Михайловну смотрит как-то...
как-то так, понимаешь?
- Как?
- Ну, с особым пристрастием.
Вроде бы психует на нее,
а у самого глаз-то играет.
- Слушай, из тебя психолог,
как из меня балерина.
- Кстати, классная из тебя вышла бы
балерина, если на руках носить.
(Телефонный звонок.)
Феликс. Да, Феликс Петрович, да.
Мы работаем, не покладая рук.
Последний, так сказать, удар остался.
- Послушайте, уже почти месяц прошел,
как я вас нанял.
А толку - ноль!
- Ну так ситуация изменилась.
Она ж теперь с подругой. А две бабы -
это же не одна, вы ж понимаете.
Тут надо тактику менять.
Тут, в общем, нужно поднажать
как следует.
- Так поднажмите!
Или платите за проживание
плюс коммунальные услуги. Дармоеды!
Это... Слушай, зая, а...
Чем это пахнет, а?
Вроде как парфюм мужской.
- Это я ароматизатор для машины
новый купила.
- Да?
- Тебе не нравится? Могу убрать.
- Да не, ну... Главное,
чтобы тебе было в кайф.
(Стук в дверь.)
А я потерплю.
Товарищ майор. Я, конечно,
дико извиняюсь...
- Да.
- Тут опять. - Ну?
- Вот.
- Что это?
- А я бы вас хотела спросить,
что это.
Идем мы с Баксиком. И вдруг сверху,
прямо на него падает вот это.
- Дайте догадаюсь,
из шестнадцатой квартиры?
- Вот именно. Бедный мой Баксик.
- Ну...
- Ну Анечка, ну пожалуйста,
не злись.
Да я сама не понимаю,
как я этот телефон выбросила.
- Да не злюсь я. Куда он делся-то?
Мы же сразу выскочили.
- Вот и я думаю,
кому такое старье понадобилось.
Как мы сегодня деликатны.
- Ну прости.
У меня просто от этих звуков
мозги закипают.
- Что они там делают, а? Гвозди
в кастрюли заколачивают, что ли?
- Вот именно. До 11 им можно.
А потом, когда он прекращает,
у меня все равно в голове стучит.
Я скоро с ума сойду.
- Лиля, не раскисай.
Громову только это и нужно.
- Да это не Громову нужно.
Это его молодой жене.
- Тем более.
Громов сказал, если мы его бывшую
отсюда не выживем,
все, он с нас за постой сдерет.
- Да не выйдет у нас так ничего.
- Почему?
- Детский сад какой-то.
Потому что жестче надо быть.
Кровь, драки, поножовщина.
Слушай... а давай ты меня
душить будешь?
Я заору как резаная. Пару раз такое
провернем - и как ветром сдует.
- Да? Не боишься, что меня сдует?
Обратно на зону.
- Ну, подожди, но мы же понарошку
только. Для усиления эффекта.
- Все, я сказал. Действуем строго
в рамках уголовного кодекса, ясно?
(Из-за двери.)
- Аня!
Аня, помоги! Да что ж такое?!
- Кажется, попалась
рыбка золотая.
- Аня, помоги мне!
У меня клаустрофобия.
Я дышать не могу.
- Тихо, Лиля. Какая клаустрофобия?
Тут дырки.
Тих, дыши глубже, я тебя спасу.
Освобожу. Спокойно. Тихо.
- Не отрежь мне ничего.
- Ничего я тебе не отрежу.
Все, дыши. Дыши.
Так, Анна Михайловна, возвращаю.
Совсем с ума посходили.
- Спасибо.
- А что тут вообще происходит?
Вы видите, что происходит?
- Вот.
Вы видите, что сети у нас
здесь развешаны? У нас рыба здесь.
- Я вышла - и сразу вот это.
- А что происходит?
Порча чужого имущества происходит,
товарищ Чибисов.
- Что?!
- Да, да. Вот посмотрите.
Называется, сеть повесил просушиться.
- Так, это статья 167 УК РФ.
Штраф от трехсот до пятисот рублей.
- Да.
- С меня?
- Ну не с меня же.
(Телефонный звонок.)
- А можно я отвечу?
- Зая, зачем. Зая, ну...
- Громов, ты победил.
Я больше не останусь тут ни секунды!
- Она согласна.
- Тогда завтра в двенадцать
у нотариуса. И не опаздывай.
Я так рано не могу.
- Хорошо. Когда ты можешь?
- Никогда!
- Вот это правильно. Вот это молодец.
Зая...
- Студентка его трубку взяла.
Я тридцать лет с Феликсом прожила,
и никогда вместо него не отвечала.
- А зря. Наглость - второе счастье.
Глядишь, его давно бы
куда-нибудь сплавила.
- А мне, между прочим, не до смеха.
Я так больше жить не могу.
- Лиля, спокойно.
Давай лучше подумаем, что делают люди
в безвыходных ситуациях.
Так...
Слушай, у меня же на телевидении
знакомый работает.
Он с Андрюшкой учился вместе.
Ну, программа эта...
Господи, как она? "Есть идея".
Я ему сейчас позвоню. Так...
Я ему сейчас... Как его зовут-то?
- Ну что?
- На ток-шоу собрались
- Куда?
- У Анны Михайловны какой-то знакомый
на телике работает.
Вот туда и собрались.
- Леша, я не хочу на телевидение.
Я потом на работу не устроюсь.
- Лиля тоже не хочет. Говорит,
что мы члены преступной группировки,
а бандиты не любят огласки.
- Правильно сказала.
В бетон закатаем.
- Все, допрыгались.
Громов нам вообще
ни гроша не заплатит.
- Леша, тебе плохо, что ли?
- Не, нормально все, нормально.
Просто сердце колотится. Вообще,
хотел себе на ферму заработать,
а заработаю новый срок.
- Так, спокойно.
Что-нибудь придумаем.
Зря я, что ли, пять лет
провизором отработала?
- Всем привет.
С вами ток-шоу "Есть идея"
и я, Артем Филиппов.
И сегодня мы поговорим об идее,
как подселять профессиональных
соседей к тем,
у кого надо забрать квартирные метры
практически даром
и при этом не нарушить закон.
Как это сделать?
Попробуем сегодня разобраться.
И поможет нам в этом соседка
нашей главной героини -
Валентина Ивановна.
Здравствуйте, Валентина Ивановна.
- Здравствуйте. Сейчас
я вас провожу к Лиле Громовой.
Сейчас вы сами все увидите.
- Здравствуйте. Проходите.
- Здравствуйте.
- Проходите, пожалуйста.
- Здравствуйте.
Это ток-шоу "Есть идея".
Меня зовут...
- Артем Филиппов.
С удовольствием смотрю ваши передачи.
- Господа, что случилось?
- Ну надо же, подготовились.
- Валентина Ивановна, вы о чем?
- А мы сейчас у Лилечки спросим.
Вот о чем это я.
(Стук в дверь.)
Откройте.
Тут к вам телевидение пришло.
- К Лиле Леонидовне приехала подруга,
они, наверное, отмечают.
- У нас с ней
договоренность о съемках.
- Ну, значит, забыла.
Они каждый день отмечают.
- Да вы... да вы что? Да Лилечка
никогда ничего не отмечает.
Да она капли в рот не берет.
Кошмар какой-то, я говорю.
Что-то случилось.
(Стук в дверь.)
- По-моему, надо полицию вызывать.
Леша, ну...
Может быть, помочь как-то?
- Если нужно, я, конечно.
Простите, пожалуйста.
Я попробую. Может, получится.
- Попробуй.
Так...
Вот.
- Ой! Это что же такое, а?
Господи... Девочки. Вот, это Аня.
Вообще-то, она в Москве.
Аня, ты как здесь оказалась?
Аня тоже ни капли спиртного
в рот не берет.
Лиля!
- Простите, пожалуйста.
Я сейчас все уберу.
- Лилечка, что с тобой?
Да, конечно, четыре бутылки
на двоих. Много. Много.
- Да не снимай ты.
- Лиля! Лиля, мы проспали.
Что? Что проспали? Что?
- Телевидение.
- Ой, Аня, мне такой сон снится.
Громов мне предложение сделал.
А я сказала, что люблю другого.
- Просыпайся!
- Аня, ты не знаешь,
кто этот другой, а?
- Вставай, Лиля.
- Аня, отстань, я сон хочу
досмотреть, чем все закончится.
- Алло. Артем. Это Анна Михайловна.
- Анна Михайловна,
от вас я такого не ожидал.
А представляете, если бы это был
прямой эфир, а?
- А что случилось, Артемушка?
- Я вам видео отправлю,
Анна Михайловна.
Надеюсь, меня не уволят за то,
что я сорвал сюжет.
- Лиля, вставай!
- Что? Что? Что?
- Смотри.
- Это же Аня.
Вообще-то, она в Москве.
Аня, ты как здесь оказалась?
Аня тоже ни капли спиртного
в рот не берет.
- Простите, пожалуйста.
Я сейчас все уберу.
- Лиля, Лилечка...
- Лиля, я, кажется, все поняла.
- Я тоже поняла.
Нам что-то кто-то куда-то подсыпал.
- А я еще думаю, чего это
привкус у кофе с утра странный.
Вот гады.
- Слушай, откуда они про
телевидение-то узнали?
- Мафия. У них везде глаза и уши.
- Может, с телевидения кто-то сдал?
- Похоже на то.
Но ничего, ничего.
Мы теперь будем умнее.
- Аня, ты о чем?
Мы еще посмотрим, кто кого. Ха!
- Здрасте, Марина Марковна.
- Здрасте.
- А Карина где?
- Скоро будет.
Я там поесть приготовила. Хотите?
- Ой. Марина Марковна,
вы нас балуете, правда.
- Что вы! Мне совсем не трудно
приезжать иногда сюда, готовить,
убираться. Я же понимаю,
на что вы себя обрекли,
женившись на моей дочери.
- На что?
- На постоянную смену хай-концептов,
отсутствие горячего питания.
С желудком-то не все в порядке.
Таблетки тайком пьете, я же вижу.
- Пища богов.
- А ваша жена хорошо готовила?
- Какая жена?
- Ну, настоящая. В смысле - бывшая.
Простите, я немножко
перепутала терминологию.
- Да, очень. Так хорошо, что вот,
до сих пор с последствиями борюсь.
Килограммов пять точно надо
сбрасывать.
- Мне вот интересно как женщине...
Вы вообще к ней ничего не чувствуете?
- В каком смысле?
- Вы столько лет вместе,
у вас общий ребенок.
Она-то немолодая уже. Небось,
слезы в подушку каждую ночь льет.
- Марина Марковна, о чем вы говорите?
21-й век на дворе.
Сейчас в подушку слезы не льют.
Ну, муж бросил -
так идут и прямо ищут другого мужа,
может быть, даже лучше прежнего.
- Грустно все это, Феликс Петрович.
Понятно: вроде бы правильно,
позитивно...
Но как-то грустно.
- А холодильник, которым вынуждена
пользоваться моя подруга Лиля...
- Феликс! Феликс, иди сюда!
- Что случилось?
- Зашла к твоей бывшей на страницу.
- И что?
- Она завела блог!
Больше тысячи просмотров за полчаса!
- Фу! Что это?!
О, какие милые червячки!
С ними Леша Пирожков
ходит на рыбалку.
- Ой, фу!
- А вот это пирог и суп Лили.
Но Пирожкова это не волнует.
- Так это же Торпеда.
- Кто?!
- Главное, не перепутать кастрюльки.
Теперь перейдем к санузлу.
- Как я сразу не догадался-то, а?
- Здесь Леша Пирожков хранит
бензин для подводной лодки...
Ой, прошу прощения,
для моторной лодки.
Он считает, что бензина должно быть
с запасом, потому что он дорожает.
Кстати, прекрасный ароматизатор
для туалета, рекомендую. Дальше.
- Феликс, почему у тебя такое лицо?
- Дело хреново, вот почему.
- Обратите внимание, дорогие друзья,
это сети.
Да, вот так мы продвигаемся
по этой квартире.
Вот это соленая рыба.
И вот этой соленой рыбой мы получаем
обязательно с утра и вечером
по морде.
А вы знаете,
это очень хорошо и полезно.
Твоя морда становится гладкой,
упругой и молодой.
Где у нас тут икра?
Где у нас тут рыба с икрой?!
Ах! Друзья мои, пожалуйста,
вот вам и месье Пирожков!
- Так, хорош, хорош!
- Он замечательный сосед
и профессиональный рыбак.
Да, это вот все он поймал.
Ой, извините, извините.
Он замечательный рыбак
и профессиональный сосед.
Если вам надо избавиться
от своих надоевших родственников,
пожалуйста, обращайтесь
к месье Пирожкову и к... О!
...И к его красавице жене... Ах!
- И так будет с каждым,
кто ворует нашу рыбу!
- Ну слава богу, Анечка очнулась.
- Аня, ты меня видишь?
- Вы кто?
- Ты что, Анечка?
Это... это Валя, наша соседка.
- Валя...
- Давай, давай, давай...
- Прости, Валя.
Ой, а у меня почему голова кружится?
- А тебя не тошнит?
- Нет. А с чего это?
- У тебя легкое сотрясение мозга.
- Чего сотрясение?
- Да тебя Эльза по голове ударила.
Сзади!
- Слушайте, девочки,
с этим пора заканчивать.
Нужно срочно медицинское
освидетельствование
и заявление в полицию.
- Так у меня даже шишки нет.
А на что мы будем жаловаться?
- Как на что?!
На вооруженное нападение!
Так, если хотите,
я расскажу тебе симптомы,
с которыми тебя обязаны
положить в больницу,
а этих хулиганов упрятать в тюрьму.
- Я не хочу в больницу.
- Да у нас доказательств нет.
Только прямой эфир в интернете.
Там такие комментарии,
что лучше не связываться.
- А что там?
- Ой...
Что Эльза молодец. Она народная
героиня, что огрела наглую воровку.
- О, Феликс Петрович, здравствуйте.
А чего вы тут?
- Ничего не хочешь мне рассказать?
- Так а чего рассказывать-то?
Работаем в поте лица.
- О! Пивко. Кто бы сомневался...
- Безалкогольное. Я вообще за рулем,
и я на работе не пью.
- На какой работе?!
Где твоя работа, мерзавец?!
Время идет, а я до сих пор
без квартиры!
А у тебя, как я посмотрю,
каждый день праздник!
- Да какой праздник?! Там эта...
Когда мы с вами договаривались,
ваша жена одна была.
- Так сделай, чтобы она была одна,
без этой!
- А как я сделаю?
- Это не мои проблемы!
Давай думай! Шевели мозгами!
- Привет. Чего звонила?
- Соскучилась, не могу...
- Я тоже.
- Прокатимся, как раньше?
- А ну, колись, что случилось?
- С чего ты взял?
- Вижу.
- Торпеда - вот что случилось.
- Так, понятно. Давай сядем.
По дороге расскажешь.
- Аня! Привет.
- Привет, Валя.
- Как голова-то твоя?
- Да ничего, нормально.
А у тебя - поясница?
- Ну, так...
- Давай я тебе что-нибудь в аптеке
куплю. В магазин иду.
- Вот спасибо тебе, а то нас
с Баксиком в аптеку не пускают.
Я сейчас деньги спущу.
- Да ладно, потом отдашь.
- Хорошо. Ну пойдем, моя лапа.
Пойдем домой.
(Визг тормозов и звук удара.)
Аня! Ах! Аня!
- Она жива?
Да, я поняла. Спасибо.
Да, вещи привезу.
Аня, ну как тебя угораздило, а?
- Я влево - машина влево.
Я вправо - машина вправо.
И тут я поняла, что за мной охотятся.
И я делаю так...
- Не дергайся, тебе нельзя.
- Вот это меня и спасло.
- Аня, пожалуйста, уезжай.
Мне страшно.
- Что, хочешь лапки сложить?
- Хочу.
- Да?! Вот из-за таких, как ты,
квартирная мафия и живет!
- Вообще-то, я из-за тебя волнуюсь.
- А-а...
Хочешь в сторону отползти,
чтобы тебя никто не трогал. Да?
А вот эти проходимцы
будут людей дурить!
И такая же сволочь, как Громов,
в следующий раз их наймет.
- Знаешь что, хочешь воевать - воюй.
Но если тебе снова шею свернут,
я в этом не виновата.
- Извините, товарищ майор, я пытался
ее остановить, но она ж как ледокол!
- Чибисов, выйди!
Что это?
- Заявление о наезде.
- Я не понимаю,
что вы от меня хотите.
Дело о наезде ведет другой
следователь - к нему и обращайтесь.
- Если бы он его вел! Он ведь
до сих пор Пирожковых не допросил.
А я ему в больнице сказала,
что именно они хотят меня убить.
- Да с чего вы взяли, что это
Пирожковы? У вас есть доказательства?
- А доказательства собирать -
это ваша работа.
- Да что вы говорите! Знаю я,
как вас машина сбивает! В курсе.
Сам чуть не сбил.
- То есть вы покрываете
квартирную мафию?
- Да какая мафия?! Пирожковы живут
в квартире совершенно законно.
- Да?! А вот это вот тоже законно?!
Да вы коррупционер, батенька!
Оборотень в погонах!
- Я вам не батенька!
- Значит, то, что вы коррупционер -
это вы не отрицаете, да?
- Ну, знаете...
- Я это так не оставлю.
Я выведу вас на чистую воду!
- Чибисов!
Запроси в ГАИ записи с дорожных камер
за последние сутки.
- С Гоголя, 10?
- А как ты догадался?
(Абонент вне зоны действия сети.)
- Да что ж такое, Анечка, а?
- Ты там себе хахаля нашла, что ли?
Целыми сутками сидишь...
- Отстань. Я с подружкой
переписываюсь.
- Знаю я твоих подружек.
- Где Аня?
- Какая Аня?
- Моя Аня!
- Слушай, как ты достала, а!
Уже чай спокойно попить не даешь!
- Это я достала?!
- Да.
- Ну ладно...
Я вашей крыше сейчас
голову-то оторву. Так...
- Не понял. Это чего сейчас было?
- Я поняла только, что у всех
нервы сдают. Кстати, у меня тоже!
- О, Роман Валерьевич!
Как хорошо, что я вас застала!
- Здравствуйте.
Боюсь спросить, что случилось.
- Вы прекрасно знаете, что случилось.
Аню похитили.
- Кто?
- Вы, кто же еще!
- Да вы с ума сошли!
- Простите...
Ну, не конкретно вы, а черные
риелторы, которых вы крышуете.
У Ани телефон не отвечает.
- А вы не боитесь,
что я вас привлеку за клевету?
- Привлекайте. Только прикажите
Пирожковым отпустить Аню.
Ну хотите, похитьте меня
вместо нее.
Только Аня здесь ни при чем,
честное слово!
Ой, простите... Что я несу?
- Вот именно!
- Передайте вашей мафии,
что я отдам квартиру сразу,
как только отпустят Аню.
- Слушайте,
я на всех вас уголовные дела заведу!
На всю вашу 16-ю квартиру!
- Роман Валерьевич, я не поняла.
А когда Аню отпустят, а?
- Леша, ты куда?
- В полицию. На оговор жаловаться.
Не скучай, малыш.
И как я сразу не догадался:
лучшая защита - это нападение.
- Ты только там не сильно нападай,
ладно?
А то Чибисов тебя быстро закроет,
чисто ради спортивного интереса...
- Ладно, ладно. Куртка где?
- ...Ради статистики.
- Я быстро.
- Так... Держи.
- Громов...
- Здравствуй, Аня.
- Два часа тебя жду.
Все хочу в твои глаза бесстыжие
посмотреть.
- Кариночка, иди домой,
мне с тетей поговорить надо.
- Угу. Иди, девочка, домой.
- Ну, посмотрела?
А теперь можешь своей Лиле передать:
да - сплю я спокойно
и нет - совесть меня не мучает.
Потому что когда тебя предает
собственная дочь,
не стыдно начать жизнь с нуля,
как будто до этого ничего не было.
- Значит, это не ты
по ночам вагоны-то разгружал,
чтобы икры черной купить Лильке,
когда у нее токсикоз был?
- Аня, ты что хочешь,
чтобы я сейчас слезу пустил?
- И не ты девять километров
на руках Машку нес до больницы,
когда у нее в деревне
аппендицит случился?
- А вот это надо напомнить Маше,
а не мне, понятно?
- Да?
- Где благодарность, скажи?
- Ты все только из-за благодарности
делал, да?
- Ты знаешь, да, ждал.
Что я для них не пустое место -
для дочки и ее мамаши.
Слушай, чего ты вообще сюда лезешь?
У тебя что, своих дел, что ли, нет?
- Есть! Вот чтобы Лилю
никто не обманул -
вот это мое дело сейчас, личное!
- Не слишком рьяно этим занимаешься?
Вон, аж шею свернула...
- А я думала, что у тебя
совесть есть... Хоть чуть-чуть.
- Моему ребенку комната нужна.
Собственная.
А Машка вон - с милым рай и в шалаше.
Так Лиле и передай.
- Этот человек - преступник.
- Эта дамочка чокнутая.
И у меня на нее заявление.
- Так, успокойтесь. Разберемся.
Ой!
- Ах!
- Переписывать будете?
- Я так и знала, что у вас здесь
преступный сговор!
- А не поплакать ли нам вместе?
- Не ходите за мной, я кричать буду.
- Я не за вами, я домой.
Я здесь живу. Могу прописку показать.
- Ну вот и идите другой дорогой!
- Да нет здесь другой дороги.
- Что ж вы за человек-то такой?..
- Какой?
- Какой... Криминальный.
Что, мужиков грабить - кишка тонка?
Только с бабами воевать можете?
- Ну послушайте,
с такими бабами, как вы,
разбираться - это покруче,
чем мужиков грабить. Вы же акула!
У вас же зубы в два ряда.
- Что у меня в два ряда?!
- Да нормальная женщина -
умная, гордая -
давно бы отказалась от этих
квадратных метров! Не унижалась бы!
Уехала бы в Италию к своему турку.
- К кому я уехала?!
- Я, Аня, как тебя увидела,
сразу поняла, что нам с Лешкой швах.
- Это почему это?
- А потому что такие, как ты,
они умирают, но не сдаются.
- А я, Эльзочка, когда тебя увидела,
сразу поняла:
попотеть нам придется с Лилей.
Или даже... умереть.
- Давай за нас, за сильных женщин.
- Давай не за сильных.
Давай за любовь.
- Ну зачем ты вот это...
вот это слово сказала?
- А чего такое?
- Да потому что не про меня эта...
вот эта любовь вся.
- Здрасте, приехали! Ты что?!
У тебя же Лешка красавец, орел!
Герой!
Горой за тебя. Любит - души не чает.
Мечта, а не муж.
- Не муж он мне. Брат.
- Ой.
- Вот тебе и "ой".
Аня, если бы ты знала,
как я здесь жить устала...
Понимаешь, мне же вечером
не по клавишам хочется долбить,
а кино смотреть.
Тихонечко. Про любовь.
И чтобы, знаешь, часики так -
тик-так, тик-так.
Пирог в духовке.
И котик чтоб мурлыкал.
Луна в окошке.
И чтобы кто-нибудь еще кроме Леши
меня называл "малыш".
- А что же ты здесь тогда делаешь-то?
- Да не могу я Лешку одного оставить.
Его после зоны на работу не берут.
Вот, мы с ним зарабатываем как можем.
- Ну и скотина твой Лешка.
- Это почему?
- Да потому что он аферист и тебя
в свои темные делишки впутывает.
Брат, называется...
- Леша хороший брат. Самый лучший.
- Да если бы он был хорошим братом,
ты бы личную жизнь сейчас устраивала,
а не разводила бы опарышей
в Лилькином холодильнике!
- Ну какая личная жизнь, Аня?
Кому я нужна?
- Вы можете больше
на глаза мне не попадаться, а?
- А как я в квартиру-то попаду?
По воздуху, что ли?
- А это мой дом,
и я буду за него бороться!
Да я вас отравлю!
- Да?
А с ядом уже определились?
- Ах вы!..
Да вы!..
- Это твой Лешка тебе внушает,
что ты никому не нужна?
- Нет. Лешка мне внушает,
что я всем нужна,
что я самая лучшая, самая красивая.
А я ему не верю.
- Почему?
- Потому что у меня трезвый взгляд
на жизнь и это,
как его, критическое мышление.
- Предлагаю за это немедленно выпить.
- Прекрасно.
- Я что-то не поняла...
- Ой.
- И я не понял.
- Аня...
Аня... Аня, ты чего?
Ну-ка пойдем.
Пойдем, пойдем.
- Я смотрю,
похищенная нами ваша подруга
ничего не имеет против похищения?
(Невнятно читает.)
Ну?
И много ты тут про нас разболтала?
- Ой...
Только хорошее.
- Нет, Феликс Петрович,
не могу я больше.
Уговора такого не было, чтобы у вашей
жены такая подруга поселилась.
Да поймите вы,
я же не цену себе набиваю.
Просто я не хочу загреметь обратно
в тюрьму из-за этой Анны Михайловны.
Феликс Петрович, вы же знаете,
я ферму себе хочу завести.
Мне вот эти криминальные дела
ни к чему.
Одно дело - просто в квартире шуметь,
другое дело -
когда на тебя каждый день
почти убийство вешают.
- Ой, устал я.
Все бежишь куда-то, бежишь...
То за карьерой, то за молодостью.
Передохнуть некогда.
Если б не ребенок, честное слово,
укатил бы куда-нибудь
к черту на кулички.
Чего мне, много ли надо?
Корка хлеба да крыша над головой.
- Ну хорошо.
Хорошо, я попробую.
Но только ради вас, Феликс Петрович.
Не из-за денег.
- Ладно.
- Пить...
Пить!
- Вот. Это тебе подарок от Эльзы.
- Ой... Ой...
Лилечка, вообще, я не пью.
Просто надо было. Очень.
- Ну как тебе не стыдно?
Я бегаю по городу, тебя ищу.
А тебе выпить надо было!
- Лиля, не кричи,
у меня голова раскалывается.
- Почему ты на звонки не отвечала?!
- Не знаю.
Ну, может, телефон сломался, ну?
Может, он об эту шарахнулся...
Об мопса этого Валькиного.
- Я чуть с ума не сошла.
- Прости.
Зато я узнала одну важную вещь.
- Какую?
- Эльза - слабое звено
преступной группировки.
План: Эльза должна влюбиться.
- Хорошенькое начало.
- И если ей снесет крышу,
одним членом этой преступной
группировки будет меньше.
Влюбленной женщиной
невозможно управлять.
- Ты хочешь, чтобы я искала
жениха для Эльзы?
- А что такого?
Ради квартиры можно постараться.
- Ну, знаешь! Влюбиться в Эльзу...
Среди моих знакомых
никто столько не выпьет.
- Никто столько не выпьет...
Не выпьет... Не выпьет...
- Аня, ты чего?
- Не выпьет...
Знаю я одного человечка... Ха-ха!
...Который полностью завязал. Ха!
(Длинные гудки.)
- О-хо-хо!
- Геннадий!
Это Анна Михайловна.
- Анна Михайловна!
Сколько лет, сколько зим!
Как у вас дела? Рад слышать вас!
- Геночка, ты еще не женился?
- Да нет, чего! На ком тут жениться?
Тут ни одной красивой женщины нет!
Только сильные.
- Гена, на тебя вся надежда!
Ты должен отвлечь одну даму.
- В смысле?
- Вернее, завлечь.
- Так...
- Расставить любовные сети.
- Анна Михайловна, ради вас
хоть в Северный Ледовитый океан!
Я попозже вам перезвоню,
сейчас времени нету.
Попозже созвонимся и договоримся.
Очень рад вас слышать,
Анна Михайловна. Обнимаю.
- Неужели ты думаешь,
что любовные шашни Эльзы
как-то облегчат мне жизнь?
- Ты бы ее видела,
когда она сидела
и читала стихи о любви!..
Просто картину можно писать -
"Прекрасная незнакомка".
- Ладно. Хотя я все равно не понимаю,
как это мне поможет.
- Все, все, все, Карина, я пойду.
Мне уже пора.
- Подожди. Хочешь, я тебе УЗИ
последнее покажу?
- Ну, только если быстро.
- Не бойся, у Феликса три пары,
он все равно вечером только
дома будет.
- Так...
- Вот, смотри, дочка - копия ты. Ой.
А я услышала твои шаги на лестнице.
Вот, решила УЗИ показать.
- Ого! Дочка, значит.
- Да.
Прости, не удержалась, узнала пол.
- Смотри, красавица. Вся в меня.
Надо же!
- А ты чего так рано?
- А это... В универе авария,
трубу прорвало. Так что теперь
я свободен как ветер.
- А... сгоняй в магазин.
За... клубникой. Пожалуйста.
- Зайка моя! Клубнички захотела, да?
- Не я, дочка.
- Так это... по интернету закажу.
Не каменный век. Сейчас только,
знаешь, это... руки помою.
Так...
- Держи.
- А... Спасибо.
Дочка! Это да!
Так. Клубничка, говоришь, да?
Так. Сейчас.
О! А что у вас дверь-то открыта?
- Привет, мама.
- А... привет.
- О, Марина Марковна! Да вы не одна!
- Да, я только на минуточку.
Вот... продукты принесла.
Это мой бойфренд.
Макс, это Феликс. Феликс, это Макс.
Знакомьтесь.
- Давно мечтал с вами познакомиться.
- Очень приятно.
Марина Марковна...
Да вы просто огонь. Я всегда знал.
- Это точно.
Спасибо, Марина Марковна, выручили.
- Мерзавец!
- Звучит как комплимент.
- Ты знаешь,
мне все время было интересно,
что у таких, как ты, внутри?
Винтики? Счетчики? Шпунтики?
- А вы не завидуйте, Марина Марковна.
Вы сами в жизни не смогли устроиться,
так дочке не мешайте.
- Ладно, пока, любовничек!
И кстати, еще раз здесь увижу -
все Феликсу расскажу.
- Слушаюсь!
(Напевает.)
(Телефонный звонок.)
(Напевает.)
(Телефонный звонок.)
- Настырный какой!
Ну, алло. Ну чего вы звоните-то?
Музыку слушать...
- Эльза, здравствуйте.
Как у вас дела?
Я очень рад вас видеть.
Вы так замечательно выглядите.
Просто потрясающе.
Я подготовил тут стих вам.
Если можно, я прочту.
"Так где ж твои губы медлительные?
Дай сжать твои плечики детские.
Будь близко, ресницы смежив.
Пусть вспыхнут лучи ослепительные,
Пусть дымно растаю в их блеске я,
Но память о сне сохранив".
Валерий Брюсов.
- Память о сне... сохранив. А-а!
Он больше не позвонит.
- Ничего. Сейчас просушим,
и позвонит.
- Гена же в меня
по фотографии влюбился.
Он в соцсетях увидел
у друзей своих друзей.
- А я уверена,
он обязательно позвонит.
- Там фотошоп был,
как же вы не понимаете.
Он меня в таком виде увидел.
Точно не позвонит теперь.
- Не преувеличивайте возможности
фотошопа, Эльза Никитична.
- Я уверена, он сейчас
телефон оборвет. Прям из риса.
- Вы такие милые. Так не хочется
делать вам гадости.
- Так вы не делайте.
(Телефонный звонок.)
- О! Что я говорила? - Нет!
Не надо, не доставайте.
А вдруг это не Гена?
А так я буду думать, что это он.
- Анна Михайловна...
- Гена, привет.
- Мне кажется, я на Эльзу
не произвел никакого впечатления.
- Очень даже произвел.
- Но она даже трубку не берет.
- Потому что ты звонишь в рис.
- Чего? Куда?
- В рис. Она думает,
что ты влюбился в фотошоп,
и боится, что ты ей
больше не перезвонишь.
Ну, после того, как ты ее
вот живьем увидел. Понимаешь?
Ну, и не достает телефон из риса!
- Анна Михайловна,
я обязательно дозвонюсь.
Я ей обязательно дозвонюсь!
- Молодец! Молодец, Гена! Давай!
Так, рис...
Рис... Чем вы там кормите ребенка?
Инга, ты чем ребенка кормишь?
Консервами?
- Да что вы, какие консервы!
Сама все терла, варила.
Все с рынка, Анна Михайловна.
- А что там за банка стоит?
- Где?
А это... Это Андрей себе покупает.
Он любит яблочное пюре.
Все время ест.
- Да, мама, очень люблю!
Ты же знаешь. - Да...
- Довела мужика.
- Да что вы, Анна Михайловна,
у нас полный холодильник еды.
- А ну-ка, откройте.
- Нет. В смысле... сейчас...
сейчас нет.
А... В магазин не ходили просто.
Пойдем скоро.
- Приезжай поскорей, мамуля.
- Да! - Хитрюги...
- Очень соскучились.
- Плохо слышно!
- Мамочка, говорим, приезжайте.
Соскучились по вам.
- Что-то вы свои роли плохо выучили,
ребятки.
Анюточка, деточка моя, ты там
держись! Бабушка скоро приедет!
- Полный холодильник еды?
- Повторяю еще раз:
сейчас вы едете на оптовую базу.
Теперь слушай внимательно: судака
меньше чем за 700 рублей килограмм
вы не отдаете. Ясно?
Все остальное - таранька, вобла,
лещ - 500-600 рублей.
Там на месте сориентируешься, ясно?
Ты слышишь меня, Эльза?
- Что?
- Что с тобой?
Ты какая-то странная сегодня.
- Да нет, задумалась просто.
- Вот это что такое на голове?
- Купила. Волосы стали мешать.
- А раньше не мешали?
- Леша, ну растут!
- И что, вот эта клумба
останавливает рост волос?
- Леша, отстань, а!
Какой, говоришь, павильон?
- Восьмой, говорю, павильон.
Послушай, малыш,
я твоей внутренней блондинке
быстренько по башке настучу,
если что.
Помнится, ты чуть с крыши не сиганула
из-за большой светлой любви.
- Не волнуйся, теперь не сигану.
- Ясно. Серега, на нее надежды нет.
Отвезешь на базу. Восьмой павильон.
Давай.
(Телефонный звонок.)
- Не понял.
Это что, малыш? Я горбачусь,
работаю на износ, а ты шашни крутишь?
- Да не кручу я, ты же видел,
я даже телефон подальше спрятала.
- Хватит мне рассказывать.
Я эти твои глаза очень хорошо знаю.
- Какие глаза?
- Вот эти вот, с поволокой. Туманные.
Мы здесь зачем живем, ты помнишь?
- Да, помню.
Ферма, собственное дело,
независимость, бизнес.
- Так почему эти дамы чувствуют себя
как на курорте, а?
Может, ты кофе им в постель
будешь носить?
Прекращай, малыш, я тебя прошу.
Прекращай!
- Леша, что ты Гене сказал?
Он больше не позвонит, да?
- Да ничего я твоему Гене не говорил.
Сама разговаривай.
(Телефонный звонок.)
- Ух ты! Как обстоят дела
на любовном фронте?
- Никак. Я не могу трубку взять.
- Почему?
- Потому.
- Так, пошли.
Я сама тебе фотошоп сделаю.
Пошли, пошли.
(Телефонный звонок.)
- Здравствуйте, Гена.
- Эльза!
- Да, это я.
- Я думал,
я вам уже никогда не дозвонюсь.
- А вы знаете, я случайно нажала.
Я вообще не знакомлюсь с мужчинами
по интернету.
- Пожалуйста, не кладите трубочку,
я вас очень прошу.
- Что, стихи опять читать будете?
- Нет, стихи не буду читать.
Я хочу пригласить вас на прогулку.
- Ну да.
Только вы на севере, а я на юге -
какая может быть прогулка?
- Самая замечательная!
Самая удивительная прогулка в мире!
Посмотрите направо - видите море?
- Да.
- Уезжая, я бросил в него монетку
и загадал желание -
встретить самую прекрасную
и замечательную женщину в мире.
И на этом месте оказались вы.
Море исполнило мое желание.
А теперь идите дальше,
посмотрите налево. Что видите?
- Девушка цветы продает.
- Вот. Идите к ней.
- Зачем?
- Идите, идите. Идите.
- Возьмите.
- Спасибо.
- Это вам.
- А... А как вы это сделали?
- А теперь правее посмотрите.
Что видите?
- Кафе.
- Видите столик? Гитара рядом.
Вот, вот, вот, прям к нему
и идите теперь. Идите, идите.
Присаживайтесь.
- Гена...
- Я же обещал чудеса.
Вечер какой сегодня классный.
- Мы пришли.
- Может, на чашечку чая пригласишь?
- Заварка закончилась.
- Ну да. Нет, ну... в принципе-то,
это правильно, чего уж.
Ты меня в первый раз видишь.
Мало ли, кто я такой.
- Ну, я рада,
что ты сам себе все объяснил.
Пока.
- Пока.
Эльза!
Можно я вам напишу или позвоню,
пожелаю спокойно ночи?
- Если дозвонишься.
- О! Откуда дровишки?
- Гена подарил.
- Гена? Он же на севере.
- Был на севере, теперь на юге.
Он приехал, Аня!
(Телефонный звонок.)
Гена звонит.
Ответить, или пусть помучается?
- Да пусть уж помучается, чего там.
(Слышен стук в дверь.)
- Аня! Аня!
Как хорошо, что ты пришла!
- Это что?!
- Я пошла в душ,
а теперь вот это вот!
И выйти не могу.
- Спокойно, я сейчас все сделаю!
Так, только ты не волнуйся! - Да.
- Тут какой-то капитальный ремонт,
знаешь. Цемент, клей... Сейчас.
- Вытащи меня отсюда!
- Спокойно, все. Дыши, дыши глубже!
- Сволочи!
Ужас. Аня, я не знаю.
Я не знаю, что делать.
- А где у нас тут поблизости
магазин "Рыболов"?
- Аня, зачем?
- Не знаю.
Точно пока мысль не сформировалась.
- Эй, братан, ты не обнаглел?..
Лилия Леонидовна?!
А что вы здесь делаете?
- Рыбу ловлю. Пытаюсь.
- А почему здесь? Это мое место,
я здесь прикармливал.
У меня здесь сети!
- А я знаю,
мне мужики на пирсе сказали.
- Ну и все тогда, идите отсюда.
Ловите где хотите!
- Не пойду.
Вы в моей квартире живете,
а я на вашем месте буду рыбу ловить.
- Послушайте, вы же нахалка.
- От нахала слышу.
- Я живу на законных основаниях.
У меня прописка, ясно?
- А я тоже закон не нарушаю.
Это берег общий, не ваш.
- Вы шантажируете меня?
- А почему бы и нет?
Вы же зарабатываете рыбалкой?
Вот вы выметайтесь из моей квартиры,
или я буду каждый день здесь
на берегу сидеть на вашем месте.
И сети поставлю!
- Да я вас сейчас!..
- Что вы сделаете? Убьете меня?
Ну давайте, начинайте.
- У вас клюет.
- Ох... Ой! Ого!
- Подсекайте! - Да как же это?..
- Господи боже мой. Дайте сюда.
- Я не знаю!.. - Дайте сюда, дайте!
- Да я сама поймала!
- Тише!
- Ай!
- Ну ешкин кот!.. Иди сюда. Сюда!
Еперный театр!
- Да...
- Тише, тише.
Баба на рыбалке - это ж катастрофа!
- Дай встать...
- Все-все-все. Все, все.
- Как это понимать, уважаемый?!
- Доброе утро, Анна Михайловна.
- Как это понимать, я вас спрашиваю?!
- Что? Это повестка.
Что вы волнуетесь?
- А, то есть вы из меня
еще и преступницу делаете,
повесткой вызываете?!
- Что вы кричите? Я вас вызвал
как потерпевшую... на всю голову.
- Что вы там бормочете?
- Да голова у меня болит.
На погоду, наверное.
Вы присядьте, пожалуйста.
- Ну раз как потерпевшую, я присяду.
- Угу.
- Что от меня нужно?
- После изучения вашего дела
я попросил передать его
в производство мне, вот.
И в ходе оперативных действий
удалось найти записи с камер.
- Да. - Вот.
- Ох!
Да что ж я толстая-то такая, а?
А кто это вообще фотографировал?
- Ну извините, оператора
из Голливуда не нашлось.
Так, вот. Смотрите внимательно.
- Но это не Лешина машина.
Ох! Это студентка.
- Вы узнали водителя?
- Да, это жена Громова.
- А рядом кто?
- А я его не знаю.
Какая морда противная. Ох!..
Смотрите! Ну у него же рука на руле!
Это он меня сбил!
Это он руль выкрутил!
- Отлично.
Сейчас дадите показания
под протокол, угу?
- Нет, никаких показаний
я давать не буду.
- В каком смысле, не будете?
- Ну потому что это не Карина
меня сбивала. Ну вы же видите,
что это он руль выкрутил!
А Карина беременная! Нет, я...
Я заявление забираю.
Дайте мне заявление, пожалуйста.
Я его заберу.
- Так, вы с ума сошли?
- Дайте мне заявление.
- Так, то есть... Так, перестаньте.
Я полгорода поднял, чтобы!..
- Да я жалобу на вас напишу!
- Ой-ой-ой! Ой, ой...
- Что с вами?
- Голова болит.
- Давай глотни, согрейся.
- Ну нет, я... я не могу.
- Пей, пей, я... пей, я сказал!
Подхватишь воспаление легких -
скажешь, что из-за меня.
И сразу еще. Еще!
А вот теперь стоп. Хватит.
Вообще-то, я тоже замерз.
- Спасибо, что рыбу мою отпустили.
Очень у нее глаза грустные были.
- Да уж.
Первый раз уху из тушенки варю.
Просто голова кругом идет
от всего этого.
Тьфу на вас.
- А вы, оказывается, добрый и милый.
Когда не в моей квартире.
- Вы тоже ничего, когда выпьете.
- Послушайте, а вот пока я пьяная
и смелая, можно вас спрошу?
Сколько вам Громов платит, а?
- Немного платит.
- А почему вы ему тогда помогаете?
- Из мужской солидарности.
- В смысле?
- Ну, от меня ведь тоже жена ушла.
И квартиру забрала.
- Простите, не поняла. Почему "тоже"?
- Ну как же?
Вы же нашли себе богатого турка,
у которого рестораны в Италии.
- Как интересно! Почему я тогда
не в Италии со своим богатым турком,
а здесь,
терплю все эти издевательства?
- Да потому что вам ресторанов мало.
Вам нужно с Феликса
последние штаны снять.
Вот почему.
- Да что вы говорите!
- Вы уперлись
из-за этих квадратных метров,
потому что простить не можете
Феликсу, что он другую нашел,
а не повесился
после вашей подлой измены.
- Ах вы!.. Ну все.
- Ты куда?
- Сети твои резать пойду, браконьер!
- Стой, дура! Стой! Остановись!
- Закройте глаза.
Представьте,
что вы на берегу синего моря
и волны плещутся у ваших ног.
(Плеск волн, крики чаек.)
- Хорошо-то как...
- Я Громову поверил, потому что сам
женат был, понимаешь! Слышишь?
- Мне это совершенно неинтересно.
- Ну и ладно.
Да я тебе рассказать хотел,
как все было! Как меня моя жена
с моим начальником, понимаешь?!
Они замутили на заводе!
А потом квартиру у меня отжали,
а меня обвинили в растрате,
понимаешь ты, нет?!
- Все, рассказал? Мне тебя пожалеть?
- Послушай, ты куда идешь?
Остановись! Куда ты идешь?
- Я домой хочу! Домой, понятно!
- Никуда ты не пойдешь! - Пойду!
- С тобой что-нибудь случится -
скажут, что я виноват.
- И правильно сделают!
- Нет, ты не пойдешь.
Отстань от меня!
- Ты будешь стоять здесь.
- Что вы мне тыкаете?!
- Да потому что я бандит, ясно?
- Ах! Да ты аферист! Мошенник!
Бандит! Хам! Хам, хам! - Да!
- Отпусти меня!
- Только такой статьи
в Уголовном кодексе нет. Так что
приготовься, хамить буду отчаянно!
- А? Что?
- Роман Валерьевич, разрешите?
- Да.
- Товарищ майор, потерпевшая
Артамонова забрала заявление.
- Так... Значит, все-таки забрала.
Так, Чибисов,
пора с этой шайкой-лейкой кончать.
За Громовым установить
наружное наблюдение.
- Есть, товарищ майор!
- Так, а Пирожковых - в КПЗ,
до выяснения всех обстоятельств.
- Есть. - Давай.
- Плесни еще.
Девушка, простите,
можно задать вопрос?
- Можно.
- Вот скажите,
муж возвращается домой...
- Из командировки?
- С работы. Но без звонка.
А жена дома тут же ему
протягивает УЗИ со словами,
что ребенок похож на него.
В окно она его видеть не могла.
Говорит, догадалась по шагам.
Ваши варианты?
- На месте мужа я бы сделала
генетическую экспертизу.
- Мерси.
Старик, понимаешь, третья! Третья.
Третья уже намекает мне на рога. О!
Да, циничная пошла молодежь.
Извините, можно задать вопросик?
- Да.
- Так... Ага.
(Телефонный звонок.)
- Да, привет. Чего?
- Макс, мне кажется,
он что-то подозревает.
- Малыш, подожди, стой. Не грузись.
Тебе сейчас нельзя дергаться.
- А если он потребует
генетическую экспертизу до того,
как я подам на раздел имущества?
- Да он же лох,
он ничего не потребует.
- Ну, может, и лох,
но на звонки он не отвечает.
- Все, хорош. Говорю, не грузись.
Все будет нормально. Давай. Целую.
- Пока. Целую.
- Ну вот, я поэтому официально
и не женюсь,
чтобы как у тебя не было.
В одной семье предательство,
в другой вообще не пойми что.
Ха! Я с братом живу.
Он у меня этот... музыкант.
- А. - Скрипач.
Пилит и пилит, пилит и пилит.
- Отличный выбор, знаешь.
Я рад за тебя.
- Нет, мы в родительской квартире
живем. А он же не один пилит,
он туда своих этих приводит,
и они там вместе пилят.
Ученики его. - А.
- Вместе пилят и пилят.
Я говорю: "Продай свою долю и езжай,
куда-нибудь там, пили у себя".
Он говорит: "Во! Дуля тебе,
а не доля, я тут привык".
- Ну? А ты что?
- А я... стресс снимаю.
- Ой, ну и дурак же ты.
Я тебе сейчас расскажу,
как такие проблемы решаются.
- Ну-ну?
- Молчишь всю дорогу.
- А что говорить? Сейчас вернемся,
и все начнется сначала.
А ко мне, возможно,
скоро дочь приедет.
- А ничего не начнется.
Я сегодня же соберу вещи и съеду.
- Правда?
- Вообще-то, хорошо было бы
пару дней еще у тебя пожить.
Ведь мне нужно новую квартиру найти.
Я-то могу хоть в палатке жить,
ты же знаешь,
но Эльза - она девушка, ей удобства
нужны. Можно пожить?
- Да конечно! Живите сколько хотите.
- "Живите сколько хотите".
Смешная ты, Нефертити...
Автоответчик: "Это Эльза.
Оставьте сообщение после сигнала".
(Звуковой сигнал.)
- Алло, Эльза, это Гена.
Не могу до тебя дозвониться. Я тут
рядом с твоим домом. Может, увидимся?
Эльза!
- Наконец-то эту банду повязали.
- Эльза! Подож... Эльза!
- Так, гражданин, отойдите!
- Что случилось? Объясните,
пожалуйста, что... Эльза, ты...
- Так, гражданин...
- Объясните, что случилось?
- Эй! Эй, хорош!
Что происходит?! Эй!
- Так, гражданин Пирожков,
вы задержаны
по подозрению в мошенничестве
в составе группы лиц,
статья 159-я. Так...
- Да ладно, хорош, я сам сяду!
- Вы что делаете?! Быстро отпустите!
- Лиля, не волнуйся.
- Так, гражданка, успокойтесь!
Отойдите! Садись. - Эльза!
- Успокойся, все будет нормально.
- Я тебя вытащу! Эльза!
- Эльза, я сейчас! Я сейчас все!..
- Лилечка, дорогая, поздравляю.
Наконец-то справедливость
восторжествовала!
- Спасибо, Валя.
- Я хочу забрать свое заявление
на Пирожковых.
Они честные приличные люди.
- То есть сначала вы утверждали,
что это банда мошенников, так?
А я чуть ли не предводитель
этой банды.
Теперь, когда я собрал доказательства
и задержал их,
вы говорите, что они честные,
порядочные люди!
- Извините меня.
Каждый может ошибаться.
- Хорошо, забирайте. Но учтите,
что дело в отношении Пирожковых
не будет прекращено.
- А вот так?
- Что-то Лили давно нет.
Как бы чего не вышло.
- Да не волнуйтесь, Анна Михайловна,
здесь на лапу все берут,
уж я-то точно знаю.
- Что? Ну что?
- Ну?
- И чтобы я вас больше
здесь не видел!
И вас тоже!
- Забрала заявление?
- Да.
Возьмите деньги. Не понадобились.
- Странно. Странно.
Ладно, мы пойдем другим путем.
- Что мы натворили, Аня?
Что натворили?
Мы посадили двух прекрасных людей.
Леша вообще сегодня
собирался съехать.
- Лиля, успокойся, пожалуйста.
Как посадили, так и вытащим.
- Да как?! Этот Борисов - зверь!
Карьерист!
Ему для статистики надо что-то
раскрыть или кого-то посадить!
- Выпейте, Феликс Петрович,
будет легче.
И с чего это вы, дорогой зять,
вчера так набрались?
- Даже не знаю.
Марина Марковна, мне иногда кажется,
что я делаю что-то ужасное.
- Правда?
- Да.
- А можно поподробнее?
- Понимаете, вот эти тренировки.
Зачем?
Получается, я себя не принимаю таким,
какой я есть.
Я что, не уверен в себе?
- Вы об этом...
- Именно!
(Звонок в дверь.)
- Я открою.
- Вот вы бы взялись худеть
ради вашего Макса?
- Ни за что.
- А, понимаете? А я мучаюсь.
Ради вашей Карины.
- Феликс, тут повестка.
- Какая?
- Поздравляю, допрыгались.
(Стонет.)
- Ну-ка... Что? - Доча!
- Ч-ш-ш. Ну-ка! Кариночка...
- Доктор, ну как она?
- Вашей дочке придется
побыть у нас немного под наблюдением.
- Это моя дочь.
- Я муж.
- Извините.
- Это опасно?
- Опасно, если она тут не останется.
Не переживайте, все будет хорошо.
- Спасибо.
- Допрыгались.
- Марина Марковна,
вы это уже сегодня сказали раз сто!
- Потому что допрыгались.
Нам еще преждевременных родов
не хватало!
- Но доктор же сказал,
что все будет хорошо!
- При всем уважении к вам,
Феликс Петрович, идите вы!..
- Куда?
- Я не знаю.
К женщине своего возраста.
- Что?!
- Карина сама еще ребенок.
У нее в голове
такой коктейль экзотический -
из желания красивой жизни
и мечты о большой любви.
И эти два ингредиента
вообще никак не смешиваются!
От этого угроза выкидыша.
- Слушайте, что вы несете,
Марина Марковна?!
Какой коктейль?
Что с чем нельзя смешивать?
- Забудьте. Я просто перенервничала.
- Не ожидал я от вас.
Особенно про возраст.
- Роман Валерьевич...
- Я же вам сказал:
чтоб я больше вас здесь не видел!
- Здрасте.
- Здравствуйте.
- Вы с ума сошли? Что вы тут делаете?
- Добрый день еще раз,
Роман Валерьевич.
- Как вы сюда попали?
- Мне показалось,
что вы от меня бегаете.
Я решила подождать вас у машины.
А она открылась вдруг.
- Сама?
- Угу.
- Так, что вам нужно?
- Я умоляю вас,
отпустите Эльзу и Лешу.
- Этот вопрос больше не обсуждается.
- Они не преступники,
они просто запутались.
Ну вы же добрый человек,
я по глазам вижу.
- То есть вы сначала называете меня
коррупционером, оборотнем в погонах,
а теперь просите,
чтобы я освободил преступников?
- А когда я такое говорила?
Я что-то не помню.
- Так, сделайте еще раз так ручки.
- Умоляю, умоляю, отпустите.
За что?!
- Прошу.
- Да вы... вы с ума сошли!
- Так, посидите здесь, Артамонова,
и подумайте над своим поведением!
- Ох... ох...
- Что такое?
Что случилось? Артамонова?
Так, тихо, тихо.
Держимся. Так... Сюда. Так.
Осторожно. Осторожно. Уф.
Сейчас. Сейчас. Сейчас...
Сейчас.
- Отпустите меня! Поднимите меня!
- Да, сейчас. Пожалуйста.
- Что вы делаете?!
- Что я делаю? Искусственное дыхание,
сердца массаж... прямой.
- Да я на вас жалобу напишу!
- Извините. Я не хотел.
- Хам!
- А, так вы специально
в обморок грохнулись,
чтобы дурачка из меня сделать?!
- Да вы вообще соображаете,
что вы говорите?!
Немедленно выпустите меня!
- Пожалуйста!
Вон отсюда! Симулянтка!
- Маньяк!
- Аферистка!
- Что?!
- Что слышали!
А, так вы специально
все это с квартирой,
все эти фокусы замутили?
Как я раньше не догадался?
Вам что, заняться нечем?
- Да вы!..
Да я вас!..
А я думала, что вы
порядочный человек, Роман Валерьевич.
- Я тоже так думал.
Дежурный!
- День добрый.
- Добрый.
Я к Тимуру. По делу.
- А Теймураз Сергеевич
на симпозиуме в Сочи.
В его отсутствие
все дела ведет Елена Тимуровна.
- Тогда я к Елене Тимуровне. Спасибо.
Елена! Елена, здравствуйте.
- О, здравствуйте, дядя Гена.
Рада вас видеть.
- Я тоже очень рад. Я по делу.
- Ну, дядя Гена, если с детьми
хотите увидеться - это к Алисе.
- Нет-нет, я совсем по другому делу,
Лена.
Леночка, у меня любовь неземная,
я не знаю, что с собой делать.
Помогите мне, Лена!
Я люблю без ума...
- Я понимаю.
- ...Я не знаю даже, что... Ай!
- Ты бы так сразу и сказал,
что в другую влюблен. - Спасибо.
Да я и хотел. Но ты ж сначала в глаз,
потом только разбираешься.
- Ну прости,
у меня таков темперамент.
Ладно, проси что хочешь.
Чисто по-родственному.
- Мне Алиска писала, что у Тимура
дочка вышла замуж за сына прокурора.
Вот я к ней и пришел за помощью.
Я же не знал, что ты здесь.
Можешь помочь мне
девушку мою освободить?
- Э-э!
Как зовут?
- Эльза Пирожкова.
- Алло, папа, привет.
Помощь твоя нужна.
- И брата ее. Алексей Пирожков.
- Вот, Максим Зубов -
бывший Лешкин сосед.
- Да. Он мне житья не давал.
Это еще когда я женат был.
Постоянно у него музыка
за стеной гремела.
- Вот да. Леша даже однажды
хотел ему морду набить,
пошел к нему в два часа ночи.
- Но так получилось,
что мы подружились.
А вот когда у меня работы не стало,
он мне помог.
Да, он помог мне.
- Вот, это вот он,
в смысле, Максим
познакомил Лешу с Громовым.
- Да, Феликсу Петровичу понадобился
"плохой сосед". Ну, для Лили.
Такой плохой вот,
каким был Макс для меня когда-то.
- Так. То есть вы подтверждаете,
что Громов вас нанял,
чтобы создать невыносимые условия
для проживания своей бывшей жены?
- Подтверждаю. - Да, но только
у нас ничего не вышло.
- Что значит - не вышло?
- Ну, Громов-то нас обманул.
Он наплел, что жена его - стерва,
изменила ему
и хочет ободрать его как липку.
А Лилия Леонидовна
оказалась чудесная женщина.
Я ей пообещал, что я съеду.
А Громова если встречу,
я ему морду набью.
- А с Анной Михайловной
мы вообще лучшими подругами стали.
Ну, как-то так получилось.
- То есть факт преступного сговора
вы теперь отрицаете?
- Да никто не отрицает! Сговор был!
Только она здесь ни при чем.
Это Громов меня нанял, понимаете?
Вы так и запишите -
она здесь ни при чем.
- Ясно.
- Да.
- Это что у тебя?
- Да опарышей собрала.
Вот, в холодильник надо поставить.
- Лиля, ты с ума сошла?!
- А что?
Лешке же наживка нужна.
Он же рыбу на рынок сдает.
- А ты порыбачить не хочешь
вместо него?
- Если надо - пойду рыбачить.
И рыбу оптовикам сдам.
- Что творится-то? Я не понимаю.
- Аня, я сама не понимаю.
- Эльза.
Здрасте.
- Спасибо.
- Это ты сделал,
чтобы нас под подписку выпустили?
- Геннадий.
- Алексей.
Сеструху обидишь - прибью...
Геннадий.
- Заметано.
- Да ладно...
- Макс, я боюсь.
А вдруг меня тоже будут допрашивать?
- Так ты же беременная.
Что тебе будет?
- А наезд? Это же ты выкрутил руль,
когда я тебе показала Торпеду.
- Ну так и что?
Ты же была за рулем.
Но тебе за это ничего не будет,
так как ты беременна. Расслабься.
- Но я же не виновата! Это же ты...
- Да... У тебя чем больше срок,
тем хуже с мозгами.
Смотри: я сбил, но ты была за рулем.
Но тебе за это ничего не будет.
Класс.
Ладно, я пойду, а то сейчас
с твоими встречусь, не дай бог.
Давай, поправляйся.
- Это она! Она все организовала!
Чтобы обвинить меня в преступлении
и захапать мою квартиру.
- Доказательства?
- Моя жена в больнице. Мы в любой
момент можем потерять ребенка.
Ну какие вам нужны
еще доказательства,
чтобы понять,
что моя бывшая мне мстит?!
- А у меня есть свидетельство
Пирожковых, которые утверждают,
что вы их наняли в качестве
"профессиональных соседей", -
и вы им за это платили!
- Сейчас вам будут показания,
что это наглая ложь и оговор!
Пирожковы, - записывайте,
записывайте! -
Пирожковы силой принудили меня
прописать их в моей квартире.
Я сопротивлялся. Но они меня избили.
Подождите...
А это что?
- А вы что, не знали?
- А?
Знал, да. Конечно, знал.
Так, товарищ майор, записывайте.
Пирожковы меня пытали.
- Угу.
- Подносили близко паяльник к лицу,
сильно били.
Я не выдержал.
Товарищ майор, они страшные люди.
Я хочу написать заявление!
- Вот. Пишите.
- Разрешите...
- Да что вы делаете?!
Просто помочь хочу. Ну зачем вам
такую тяжесть самой нести?
- Алексей!
- Вот, отпустили
под подписку о невыезде.
Вы уж извините,
нам еще какое-то время будет по пути.
- Да что вы, вы не представляете,
как я рада!
Мы так за вас боролись!
Гена сначала все свои сбережения
в ход пустил, потом связи...
- С Геной я сам разберусь... потом.
- А я опарышей ваших
в холодильник поставила,
чтоб вы без наживки не остались.
- Ты серьезно?
- Да, и...
и рыбу оптовикам сдала,
чтоб у вас деньги на квартиру были.
Да, вот деньги.
Вот, держите.
Я чувствую виноватой себя перед вами,
поэтому делаю что попало.
Вы простите...
Мы как-то должны были сразу с вами
поговорить по душам, все выяснить.
- Спасибо.
- Феликс.
Я должна тебе кое в чем признаться.
- Я все знаю, зай.
Если хочешь, я могу тебя отпустить
к Максу, чтобы ты не мучилась.
Или как там по-твоему?
"Не парилась"?
- Нет, не хочу.
Макс подонок, он меня ни во что
не ставит. Прости меня.
- Чей ребенок?
Понятно.
Мне надо подумать.
Поет: - На пароме, между двух огней,
Я не приближусь ни к тебе, ни к ней.
Обрубая канаты, по теченью воды
Отправляюсь в сторону тьмы.
Мне не будет печали в тот миг,
Когда сердце завоет в груди:
Все же мастер залить за воротник,
А тогда уже все до балды.
Восемь отсчетов от станции жду,
Терпения порох сгорел.
И к тебе я, наверное, вряд ли приду,
А вернуться к родной не сумел.
На пароме, между двух огней,
Я не приближусь ни к тебе, ни к ней.
Обрубая канаты, по теченью воды
Отправляюсь в сторону тьмы.
Мне не будет печали в тот миг,
Когда сердце завоет в груди:
Все же мастер залить за воротник...
Но это было в прошлом, в принципе,
сейчас-то я уже ни-ни.
...А теперь уже все до балды!
Эх! Восемь отсчетов от станции жду,
Терпения порох сгорел.
И к тебе я, наверное, вряд ли приду,
А вернуться к родной не сумел.
Опа! Эх!
На пароме, между двух огней,
Я не приближусь,
не приближусь ни к тебе, ни к ней.
Обрывая канаты, по теченью воды
Отправляюсь в сторону тьмы,
Отправляюсь в сторону тьмы...
- А про меня все забыли.
- Как это забыли, мама?
- Всем хорошо, все счастливы.
Плов едят, который я,
между прочим, приготовила.
Я никому не нужна. Ни тут, ни там.
- Мама, мы без тебя
здесь просто пропадаем. Инга?
- А?
- Скажи, что пропадаем.
- Да! Анна Михайловна,
вы когда приедете?
- А вот сейчас прямо чемодан соберу
и уйду... по-английски.
Мавр сделал свое дело.
- Пока, мама.
- Пока. Все, целую.
- Аня, там беда.
Громов написал какое-то заявление.
- Пустите меня!
Отдайте мне ключ!
- Тихо.
- Откройте дверь! - Что делать?
- Я не знаю, что делать.
- Изверги! Я убью его.
Дайте мне ключ.
Дайте мне ключ!
- Геночка, тебе никого
нельзя убивать! Категорически!
- Я убью его!
- Ч-ш-ш.
- Ну я прошу.
Я прошу, дайте мне, пожалуйста,
адрес этого... этого Громова!
Я убью его, этого!.. Я порву его!
- Тихо! Тихо!
- Я убью его!
- Тихо. Успокойся.
Все будет хорошо. Все хорошо.
Мы дадим адрес. Потом.
Пойдем отдохнешь. Пойдем?
- Я этого так не оставлю.
- Да, конечно.
Мы не оставим. Мы не оставим,
ты что? Мы не оставим.
- Потом обязательно вернемся
к этому вопросу. - Обязательно, да.
Обязательно. Отдыхай! Отды...
- Я еще хотел...
Но это я потом.
- Хорошо. Хорошо.
Вроде успокоился.
- Аня! Иди скорее сюда!
Аня, сбежал, а! Вот паразит, а!
По пожарной лестнице.
- Угу.
- Аня, спокойно.
Гена не знает адрес Громова.
- Лиля, в нашей деревне
адрес узнать - раз плюнуть!
- Громов? Феликс Петрович?
- Да. Вам, собственно, что нужно?
- А мне, собственно, вот что...
Это тебе за Эльзу и за Леху.
- А-а!
- Полиция! Полиция!
Полиция!
- Убивают!
- Все, я иду к Громову.
- Зачем?
- Не стоят эти квадратные метры
человеческих судеб.
Пусть он ими подавится!
- Мне кажется, или это ты?
- Аня! Аня!
Это ты так настроила каналы,
что они показывают одну чушь?
- Мама, Аня с нами не живет
уже два месяца.
- Как? А разве она не вернулась?
Я же только что слышала ее голос.
- Нет, мама. Ее квартиранты сказали,
что она переехала к сыну в Москву.
- К какому сыну?!
- Мамочка, не волнуйся.
- Гарик, найди ее.
Я тебя умоляю, найди, приведи ее!
Мне так много нужно сказать ей.
Рассказать.
- Мамочка, не волнуйся. Тебе нельзя
нервничать. Нельзя, мамочка.
- Как уехала? Куда?!
- Как куда?
В Геленджик, Игорь Петрович.
- Я только что оттуда!
- Нам очень жаль.
- Хоть чайку выпейте, не знаю,
раз Анечка все равно не спит.
- Ну давайте чайку попьем тогда,
я не знаю...
- Какая у тебя игрушечка! Да, да...
- Ладно. Пойду уложу ее.
Анечка, иди к папе.
- Ой ты маленькая...
- Давай пойдем спатки.
- Все, все.
- Все, говори всем: "Пока-пока".
- Пока-пока.
- Пока-пока-пока.
- Пока-пока. Чудо.
- Вот так и живем.
- А у тебя телефона Лили нету?
- Нет.
- А у Андрея?
- А Андрей все равно не даст,
потому что побоится Анны Михайловны.
- Я поэтому и прошу.
Тихонечко посмотрим?
- Нет. Не, не, не, нет.
Это непорядочно.
- Мама себя плохо чувствует.
Хочет помириться с Анной Михайловной
и извиниться перед ней.
- Это совершенно меняет дело.
Извиниться - это святое.
- Петя, я тебя зачем вызвал?
Что бы ты сделал, если бы ты совершил
неблаговидный поступок?
- Ну, это смотря какой,
Роман Валерьевич.
- Ну какой?
Если бы ты, скажем так,
превысил служебные полномочия.
- Я бы, наверное,
особо никому не говорил,
мало ли что в жизни бывает.
- Да я бы тоже об этом не говорил,
но совесть меня замучила,
потому что это была женщина.
- Женщина?
- Чибисов, ты сдурел?
Ты о чем сейчас подумал?!
Да в камеру я ее посадил!
Потом выпустил, но посадил же!
И испытал при этом
что-то похожее на радость.
- Ерунда какая.
Она уже, наверное, об этом забыла.
- То есть как забыла?
- Раз жалобу до сих пор не накатала,
значит, забыла.
- Ладно, успокоил. Свободен.
- Есть.
- Забыла она. Забыла... Забыла?
Ладно. А мы напомним.
- Гарик?!
- Анечка, я не могу больше так жить.
Я устал без тебя.
- Как ты меня нашел, Гарик?
- Да какая разница.
Главное, что я... я без тебя отсюда
не уйду.
- А как же мамочка?
Ты у нее разрешения спросил?
- Наоборот, она обрадуется. Подожди,
Аня... Сейчас. Сейчас, подожди.
Выходи за меня замуж.
- Красивое какое. Мамочка выбирала?
- Ну перестань.
(Звонок в дверь.)
- Лиля! Наконец-то!
- Анечка, а когда мы с тобой
распишемся?! Еще в загс успеем!
- Лиля! Ой.
- От всей души, так сказать.
И вот это тоже.
Надеюсь, вы не держите на меня
зла за тот инцидент с наручниками.
- Какие-такие наручники?!
- Простите, я, кажется, не вовремя.
- Я смотрю, ты время тут
зря не теряла.
- Гарик, это не то, что ты подумал.
- Я все правильно подумал.
Удачи, майор.
- Кто это?!
- Вот правильно моя мама про тебя
сказала. Вертихвостка!
- Псих какой-то!
- Вы что себе позволяете?
- Простите. Ну, я же не знал.
- Почему вы все время лезете
в мою жизнь?
- Я же... я просто хотел извиниться!
- Да вы мне только что жизнь сломали!
- С этим? Да вы еще мне спасибо
скажете за это!
- Уходите!
(Сигнал входящего сообщения.)
- Андрей, иди сюда быстрей!
- Анечка, не грызи пазлик. Сейчас.
Что такое? Что случилось?
- Представляешь, меня пригласили
работать экскурсоводом на "Мосфильм".
- Куда?
- Вести экскурсии
по киностудии "Мосфильм".
Это вообще... это работа мечты!
- Подожди, а...
А с ребенком кто сидеть будет?
- Как кто? Ты, конечно.
Ты же на удаленке сейчас работаешь.
- Знаешь, что? Я...
- Знаю. Хорошо.
Анна Михайловна посидит.
А что?
(Телефонный звонок.)
- Да, мам. Привет. Как дела?
- Привет, дети мои!
Вы даже не представляете,
как я по вам соскучилась.
- Мам, у тебя все в порядке?
- Громов!
- Лиля? Ты зачем пришла?
- Знаешь, Громов, я устала так жить.
Мне надоело с тобой воевать.
- Ну, и что ты предлагаешь?
- Сделку.
- Так-так. Интересненько.
- Ты забираешь свое заявление
на Пирожковых, а я...
- Что - ты?!
- А я отдаю тебе свою долю
в квартире безвозмездно.
- Так, любопытно. Да я заплачу.
- А мне не нужны
твои паршивые деньги.
Нам с Машкой от тебя
вообще ничего не нужно.
- То есть ты меня сейчас
подонком назвала, да?
- Да какой ты подонок?
Так, стареющий несчастный мужик,
который пытается ухватить за хвост
свою молодость.
- Завтра в 12:00 у нотариуса.
Надеюсь, ты не передумаешь.
- Надеюсь, ты тоже.
- Я человек слова.
- А я просто не умею врать.
- Подожди.
А какое тебе дело до Пирожковых?
Что ты их так спасаешь?
- Тебе этого не понять.
- Ну не скажи.
Отличная работа, Леха. Браво!
- На каком основании вы забираете
свое заявление?
- Ну как мужик мужика
вы меня должны понять.
- Уж простите, не понимаю.
- Моя бывшая закрутила роман
с этим гопником Пирожковым.
Мне обидно, вот я и наплел
всякую ерунду по поводу пыток.
Давайте договоримся, вы закрываете
дело и не имеете ко мне
никаких претензий по поводу дачи
ложных показаний. Вот.
- Да я вас сейчас за взятку привлеку!
- Понял.
- Вон отсюда!
- Благодарю вас.
- Чибисов!
- Здесь!
- Проследи за ним.
- Опять?
- Глаз с него не спускай, понял?
- Громов.
- Ох, наконец-то.
- Товарищ майор, Громов встретился
со своей бывшей.
- Где они?
- Идут в нотариальную контору.
- Петя, задержи их!
- На каком основании?
- Да на любом, Петя! Прояви фантазию!
- Надеюсь, все успеем сделать.
- Ой!
(Кряхтит, стонет.)
- Чибисов? Смотри, это же Чибисов!
Чибисов! Что с вами? Плохо, что ли?
- Лиля!
- Плохо?
- Что-то прям сжалось там.
Сжалось прямо.
- Давайте на скамеечку.
Ему же плохо!
- Ой, сейчас, сейчас, сейчас.
- Присаживайтесь. Скорую, может?
- Лиля, этот дурень
все время разыгрывает спектакли, ну!
Один раз я уже попался. Все, пошли!
- Да нет...
- Чибисов...
- Ну ты же видишь...
- Свободен.
- Есть.
- Я же говорил, спектакль!
Пойдем, пойдем!
- Минуточку. Я так понимаю,
Лилия Леонидовна,
вы согласились на условия
вашего бывшего мужа?
- Да.
- Да?
- Послушайте, майор,
не лезьте не в свои дела.
Лилия Леонидовна все делает
добровольно, да? - Да.
- Все, пошли.
- Феликс Петрович, в таком случае,
если Лилия Леонидовна
подписывает бумаги и передает вам
свою долю в квартире,
я заведу на вас уголовное дело.
А вот если сделки не будет,
то состава преступления нет.
- Пошли!
Давай, давай, давай, пошли.
- Ой...
- Ой! Ты что, уезжаешь, что ли?
- Да.
Вот, решила уехать по-английски.
Ты где теперь жить-то собираешься?
- Здесь. Это теперь моя квартира!
Вся! Целиком!
- В смысле? Это как?
- Громов переписал свою долю
на меня и Машку!
- У него что там, сдвиг по фазе?
- Да!
Это все Борисов устроил!
Это было как в кино!
Мы обязательно должны сказать
большое спасибо!
И ты никуда не едешь! Офигеть!
- Ой.
- Пошли, пошли! Он сам разберется!
- Моя рыбка дорогая.
- Пока-пока.
- Ой, ты моя золотая.
Дочь, аккуратней. Все.
- Пока-пока.
- На дороге осторожней.
Поздравляю.
- С чем?
- Вы не будете воспитывать
чужого ребенка,
и у вас не оттяпают квартиру
при разводе.
- А нет больше квартиры у меня. Все.
Гол как сокол.
- Феликс Петрович,
плохие новости вам идут.
У вас лицо благородно осунулось,
глаза заблестели.
- Марина Марковна,
а вы можете сдать мне комнату?
- В смысле?
- Теперь, наверное,
вы к дочери переедете,
значит, в вашей квартире
пока можно пожить.
- Феликс Петрович... Я подумаю.
Мне?
- Да.
- У меня соседка дачу сдает,
я могу с ней поговорить.
- Не надо. Я справлюсь.
(Звонок в дверь.)
- Гена, я тебя в такую историю
впутала!
- Что значит "впутала"?
Вы что, до этого знакомы были?
- Эльза, ты не так поняла!
- Эльза!
- Господи!..
- Я говорил тебе - убью,
если Эльзу обидишь? Говорил?
- Мы тебе сейчас все объясним!
Отпусти его!
- Да мы все объясним!
- Ну? Ну что ты? Мы сейчас все
объясним. Понимаешь, такое дело...
- Безобразие!
- Да что вы говорите. Опять?
- Почему у меня не принимают
заявление о пропаже человека?
- А я думал, вы мне скажете спасибо.
Я все-таки вашу подругу спас.
- Большое спасибо.
- Ну, и кто у вас пропал сейчас?
- Эльза.
- Она же вам не родственница.
Вот пусть брат заявление и пишет.
- Как это - она нам не родственница?
Она невеста бывшего мужа тетки
моей невестки!
(Кашляет.)
- Так, может быть,
ее у этого бывшего и поискать?
Сбежавшие невесты нередко так делают.
Возвращаются, так сказать,
на место преступления.
- Гениально.
- Да я ж пошутил.
- Спасибо! Спасибо!
- Так, я... Я с вами, подождите!
На всякий случай!
- Я там рыбу целый месяц
пшеном и манкой прикармливал.
Такой клев будет -
только успевай подсекать.
- Слушай, ты палатку положил, а?
- Положил, положил.
Но она нам не пригодится
с таким клевом.
- Лиля...
- Феликс? А что ты здесь делаешь?
- Я вернулся, Лиля.
- Куда вернулся?
- Домой. У меня же есть дом, верно?
- Подожди, а Карина как же?
- Карина...
Если б ты была чуть повнимательнее
и чуть больше меня любила,
никакой Карины бы не было.
- А...
- Лилия Леонидовна, позвольте.
- Не позволю.
- Лиля, это пошло.
Отдай удочки моему квартиранту,
а то он без них с голоду помрет.
- Громов, я так часто представляла
себе этот момент,
что ты приходишь и говоришь:
"Лиля, я вернулся".
У меня прямо сердце замирало,
я так ждала этого, так мечтала.
- Ну слава богу. Наконец-то ты
говоришь разумные вещи. Пойдем домой.
- Подожди! Вот ты пришел, и...
Знаешь, что я хочу тебе сказать?
- Давай быстрее, а то я голодный.
- Феликс...
- Ну?
- Я люблю другого.
Леша, поехали!
- Ты пожалеешь! Еще хлебнешь с этим
быдлом! Вернешься - поздно будет!
- Ну что, Феликс Петрович?
От ворот поворот получили
и тут, и там.
Я в том смысле, что могу вам
комнату сдать. Недорого.
- Я... Я так волновался.
Я так рад, что встретил тебя.
- Я очень боялась,
что я тебя больше не увижу.
- Родная, я так боялся потерять тебя.
- Я тоже очень испугалась.
Знаешь, я подумала:
"Ну, свели нас, ну и бог с ним.
Зато мы вместе будем. Навсегда".
- Да.
- Что я вам говорила?
- Вообще-то, это я говорил.
- А красивая у Гены жена, правда?
- С вами трудно не согласиться,
Анна Михайловна.
- А у тебя что, еще жена есть?
- Да я с ума с вами сойду.
Гена, быстро сделай ей предложение.
- Какое?
- Я убью тебя.
- Не надо. Я сама.
Гена, выходи за меня.
- Так это... Так это... Это ж...
Да я с удовольствием!
- Ох! Так, все.
На самолет я уже не успею.
- Успеете, успеете.
- Вы не могли бы побыстрее,
а, Роман Валерьевич?
- Сейчас, сейчас. Поднажмем. Успеем!
- Нет, не успеем. Опоздаем.
- Успеем.
Так, сейчас.
Ну...
- Что случилось?
- Колесо пробили, а запаски нет.
- Да вы с ума сошли!
Как это - нет запаски?!
- Куда вы?
- Еще успею, если поднажму!
- Сумасшедшая!
Да подождите! Подождите!
Не уезжайте!
- В каком смысле?
- В прямом. Я вас задерживаю
за нарушение моего душевного покоя.
- Роман Валерьевич, ну, это опять...
Это превышение ваших
служебных полномочий.
- Да знаю я. Но я ничего не могу
с собой поделать.
- На этом экскурсия по киностудии
"Мосфильм" подошла к концу.
Надеюсь, она была интересной
и познавательной.
А теперь вы можете самостоятельно
изучить экспонаты,
приобрести сувениры в киоске
и перекусить в кафе.
А я прощаюсь с вами. Всего доброго.
Спасибо большое, спасибо.
- Спасибо.
- Чапа, чапа, чапа, чапа.
(Ребенок смеется.)
- Привет!
Ты же должен быть в аэропорту!
- Она опоздала на самолет.
- Опять?
Моя сладкая!
Тебе не кажется это странным?
- А ты не рада?
- Ну... Как сказать.
- Что-то случилось?
- Все прекрасно.
Все замечательно вообще.
Да, да, моя сладкая.
- Тебе не понравилось
на новой работе?
- Нет, как раз мне очень понравилось
на новой работе.
Только осталось мне на ней недолго.
- Тебя увольняют уже?
- Нет!
- Что?
- В декрет.
- Ты шутишь?
- Да какие шутки?
- Опять?
- Как мы теперь без Анны Михайловны, а?
 

////////////////////////////