Мамина любовь (2013 год). Фразы и цитаты из фильма

Надя – маляр на стройке. Ее пятнадцатилетний сын Антон, отличник и интеллектуал, немного ее стыдится.

Все фразы и цитаты

Звучит песня: "Тук-тук-тук,
Стучат часы в виске.
Тук-тук-тук,
И словно налегке,
Без груза дружбы, без любви
На тонких каблуках,
Из сердца навсегда
Уходят боль и страх.
Легко и просто, ни сомнений, ни забот,
Кругом дела и бытовая проза".
- Антон! Вставай завтракать!
"Томления души подались на юга
В предчувствии февральского мороза".
- Антон!
"В остывшем поле
лишь стерня да воронье..."
(Звук льющейся воды.)
- Ой!
"В открытом сердце хлопают окошки.
Светло и пусто,
и как в ночном метро..."
- Сыночка! Антоша! Просыпайся.
Я оладушек напекла.
Антон! Ну что как маленький-то?
Опоздаешь же.
Опять до утра в интернете просидел?
- Мам, дай поспать.
Мне шеф дал свободный график.
Я полночи прогу для конторы писал.
- Ну ладно, дрыхни.
Оладьи на столе. Я побежала.
- Мам, а ты мне две тысячи
до получки можешь дать?
- Две тысячи? А что так много?
- За инет заплатить, на трубку кинуть.
- Нет, Тоша, нет. Давай до вечера.
Мне сегодня должны аванс дать.
- Да ладно, обойдусь.
Мам, а может, из машинки возьмем?
- Возьмем, конечно. Только мы с тобой
никогда так на машинку не накопим.
- Спасибо, мама! Я зарплату
получу - обязательно доложу!
- Ну да.
- Давай, заноси! На меня.
- Семеныч, он же стрелки
на штаны наводит.
Понимаешь, как все серьезно?
- Ромыч, отстань, а?
- Видно, мало ему, мало по жизни!
- Что ж ты себе новый хомут
на шею вешаешь?
Хоть сначала квартиру получи.
- И не получу.
Я вон Сабельниковым
свою очередь отдал.
- Дядя Степа, у тебя что,
совсем башню оторвало или как?
- Да чего оторвало? У Пашки пятеро
детей, теща больная, а Надюха поймет.
Я это знаю.
- Ты прям строитель коммунизма.
Ладно.
Ты-дым!
- Это что?
- Для себя брал.
Брат уехал в отпуск на месяц,
оставил ключи - цветы поливать.
Сегодня твой день!
- Свезло Надюхе-то твоей, дядя Степа!
- А ты, Илья Семенович, балабес!
Помесь балбеса и балабола.
А Ромыч - настоящий друг!
(Звонит телефон.)
- Черт.
Да?
- Надюш, я соскучился.
- Степ, ну что ты как маленький-то?
- Почему?
- Сам знаешь!
- Надюш, ты меня любишь?
- Хорошо, люблю, люблю.
- Мне Ромка ключи от квартиры дал,
так что давай сегодня не задерживайся.
- Тогда не отвлекай.
Все, целую.
- Обернись!
- Ну кончай реветь!
Ну я так больше не могу!
Ну найдется твоя серьга -
большое дело!
- Ты не понимаешь?
Мне их на день рождения подарили.
А мама вообще сказала в сейф положить.
- Вот! Правильно! Надо было положить.
Незачем бриллианты повсюду таскать.
Ты у меня и без бриллиантов красотка.
- Слушай, Тоник, а будь, пожалуйста,
другом, пойдем со мной?
Ну, при тебе мама ругаться не станет.
- Да ну. Неудобно.
- Ну, Тоник! Ну пожалуйста, ну пойдем!
- М-м, вкусно! Утка?
- Кролик, Ларочка.
Твой любимый, с айвой и черносливом.
- Давай я тебе помогу.
- Нет-нет, тяжело! Ты что?
- Ну Мусечка!
- Иди кушай. Иди.
- Вкусно?
- Ага.
- Привет, мам. - Здрасте.
- А у нас гости, да?
Муся!
- Да?
- Суп холодный. Не лето.
- Ну так, Жанна Сергеевна, остыл.
Я давно подавала.
- Ну так подогрей, что ты, ей-богу.
- Хорошо.
- С ума можно сойти с этой Мусей!
Вечно не о том думает.
Ну что же ты, Ларочка,
представь меня своему гостю.
- Это Антон. Мы учились вместе -
помнишь, я говорила?
- Жанна. Мама Лары.
- Очень приятно.
- Нет, ты знаешь, не помню.
- Как же, Антон, компьютерный гений.
Я говорила.
- А! Стало быть...
Стало быть, вы, Антон,
ухаживаете за моей дочерью?
- Мама, прекрати.
- Ну а что тут такого?
- Вот. Подогрела.
- Тут нет ничего страшного.
Ларочка у меня девочка красивая,
за ней много кто ухаживает.
- Мама.
- Ну хорошо-хорошо, не буду.
А почему у тебя глаза красные?
Ты что, плакала?
Антон, я надеюсь,
это не вы ее расстроили?
- Нет, не он.
Мам, ты только не сердись.
- Что такое?
Серьги?
Потеряла? Молодец! А я так и знала:
рано тебе еще такие вещи.
- Вы только ее не ругайте, пожалуйста.
Сережка найдется.
Я вот однажды мобильник потерял...
- Ничего.
Уедешь в Англию - голова будет учебой
забита, а не всякими глупостями.
Это ж надо! С ума сойти!
Серьги потерять!
Совсем деньги не ценит. Муся!
- Да?
- Ну скажи, пожалуйста, где приборы?
Я что, должна руками есть?
- Сейчас!
- Мусечка!
- Да?
- Чай мы будем пить в моей комнате.
- Вот это правильно.
- Пойдем, Антон.
Пойдем.
- Ну видишь! Говорил я:
не надо было мне приходить.
А про Англию что, правда?
- Наверное.
Папа сказал, что поеду я в этот...
Кембридж.
- Ларисонька!
Я тебе твоего любимого принесла.
- Спасибо, Мусечка, спасибо.
- И ты что, не хочешь ехать в Англию?
- Да конечно, не хочу.
Ну что я там буду делать одна?
И вообще, это еще не мое решение.
Я пока только думаю.
- Ларка, ты чего?
Это ж Кембридж! Мне бы кто предложил!
Там столько людей с мировыми именами
учились и работали! Это там
Ньютону на голову яблоко упало!
- Да, может, скажешь, что и яблоня
эта там до сих пор растет?
- Ларка!
(Звонит телефон.)
- Да, мама.
- Антон, сынок, слышишь?
Слышишь меня? Это мама. Да.
Картошка на плите!
- Ну, мам, что, у тебя других дел нет?
Что ты со мной как с маленьким?
- Антош, я что звоню-то?
Я сегодня задержусь, дела есть.
- Да, мам, давай, да.
Все, я понял. Мне некогда.
Ларка, ты что! Кембридж - это круто!
- Ой, Степка,
зачем тратился на цветы-то?
- Все, Надюха, привыкай!
Буду баловать тебя. Вот!
- Ну, Антошка мне и так уже
с первой получки хлебопечку купил.
- Хлебопечку! Ну правильно:
пеки, мать, пироги!
Так не должно быть:
работа - кухня, кухня - работа.
Ты же у меня молодая, красивая.
- Да какая молодая? Четвертый десяток.
- Ой! Кокетничаешь, да?
- Нет!
Тоша хочет быть самостоятельным,
бережет меня.
- Это молодец, что бережет. Молодец.
- Да. Насмотрелся, как после развода
я копейки считала,
как несколько лет фруктов не ела,
колготок целых не было.
Бывший хоть и хорошо зарабатывал,
а платил гроши.
Специально на такую работу перешел,
чтоб "черная" зарплата шла.
А в 12 лет Тошик устроился
на почту работать -
газеты разносить. А сейчас он у меня
в фирме работает программистом.
Он у меня такой талантливый!
- Да, молодец.
Надюх, слушай, а когда ты меня с ним
знакомить-то будешь?
Я же с серьезными намерениями.
- Ой...
Степа, боюсь как-то.
- Что, меня стесняешься?
- Да нет, ты что, дурачок?
Просто как-то надо подготовить его.
Привык он, что мы вдвоем с ним живем.
Неизвестно,
как воспримет чужого человека.
- Ничего, поладим с ним. Слушай,
Надюх, а давай стариной тряхнем?
- Да ты чего как маленький?
- А чего?
- Улыбаемся! Есть кадр! Молодцы!
- Эй, люди, есть кто живой?
Почему кормильца не встречаем?
- Папа приехал. Что-то он рано
сегодня, обычно только ночью приходит.
- Ну здорово, молодежь.
- Привет, пап.
- Здрасте.
- Как звать?
- Антон.
- А, слышал про тебя.
Главный гений школы?
- Да.
- А я Кирилл Андреевич,
здешний папаша.
Ну что, будем знакомы, Антон?
Может, чайку?
- Очень приятно, Кирилл Андреевич,
но я на работу опаздываю. Мне пора.
- Ты что, меня испугался, что ли?
Зря, я не кусаюсь.
- Никого он не боится.
Ему действительно нужно на работу.
- Ну какая работа? Ночь на носу!
- А у меня свободный режим.
А вечером еще удобнее:
офисные хомячки не донимают.
- Хомячки?
- Ну да.
- Ну и терминология у вас,
молодой человек.
Ну ладно, что, не буду вам мешать.
Надеюсь, еще увидимся!
(Звонит телефон.)
- Антон на связи. Формулируйте.
- Антон, у меня принтер завис.
Гонит и гонит одну копию.
- Елена Львовна, помощь уже в пути.
Сейчас работает?
- Вроде да.
- Тош, я с этим архивом опух уже.
Пойди, будь другом, глянь, а?
- Я же тебе все отладил!
- Опять слетел.
- Ну что, Антош? Ну готово?
- Ну он же не машина, Сонечка.
Пойдем по кофе пока.
- Да-да, идите попейте.
Соня, минут через пятнадцать,
не раньше. Мне еще собрать его надо.
- Антон, ну не забудь,
загляни ко мне, пожалуйста.
- Когда я что забывал?
(Звонит телефон.)
- Ага. Иду, Олег Геннадьевич.
- Вот. Вот здесь вот, да?
- Ага.
(Стучит в дверь.)
- Вызывали, Олег Геннадьевич?
- Да, Антох, проходи, садись.
И распечатай мне это
в четырех экземплярах.
Ну, как тебе, Антон, у нас работается?
- Да неплохо, Олег Геннадьевич.
- Короче, старик, я тут твою
программку показал кое-кому,
ну, знающим людям, и они сказали,
что очень неплохо для самоучки.
- Ну, это не полноценная программа.
Я мог бы ее полностью дописать.
Но вот бухгалтерия
не хочет переучиваться.
- Те-те-те! Ишь ты, умник!
Ладно, я тебя позвал не для того,
чтобы твои бахвальства слушать.
На вот, читай.
- Что это?
- Контракт, что еще?
Труд должен оплачиваться.
- Вау!..
- Да. Ты только внимательно читай,
а не только сумму прописью.
Если не загубишь свой талант,
ждут тебя великие дела.
Учиться тебе надо. И в хорошем месте.
- Антош, ты?
- Привет, ма.
Мам, что за муть ты смотришь?
- Ой, что ты, так жизненно!
А ты иди ешь. Я там тебе твой
фасолевый любимый сварила.
Сметана в холодильнике,
а котлеты на плите.
- Мама, а это что такое?
- Я давно хотела тебе сказать,
что у меня есть друг.
- Бойфренд, что ли?
- Кто?
Да нет, знакомый с работы. Степан
Петрович. Очень хороший человек.
- Ты что, вообще, что ли?
- Ты почему хамишь-то?
- Нет, ну, может,
ты еще и замуж выйдешь?
- Ну, может и выйду.
- Нет.
Ну я не знаю... Бред! Дожили!
- Он к нам в субботу придет
в гости, познакомитесь.
Он тебе очень понравится.
Может быть.
- Дядя Степа, умер кто?
- Да типун тебе на язык и окрестности.
- Да нет, я гляжу,
ты на похороны одеваешься.
- Балабол ты, Ромыч.
Меня Надежда на обед пригласила
познакомить с сыном, а у меня
весь костюм какой-то грязный,
в каких-то пятнах непонятных.
- У тебя точно с башкой непорядок.
С молодым пацаном знакомиться
вот в этих вот обносках!
Вот я бы его засмеял! Точно засмеял!
- Знаешь, по одежке встречают, а...
- А по сто грамм провожают.
- Не-не-не, мужики!
Сейчас время такое: по одежке
встречают, по одежке провожают.
Все по одежке - ни на что,
кроме одежки, не смотрят.
На-ка вот, брату купил.
У вас размер один.
- Это, Ромыч...
Да ладно, Ромыч, ты чего?
У меня ж свои джинсы есть.
- Ты только свой Китай
с фирмой не путай, ладно?
- Угу!
- Нет, ну что говорить?
Ну фирма! Фирма, конечно.
- Это, не узковато, а?
- Так носят!
- А.
- Эх, ладно!
Себе, конечно, я держал. У нас с тобой
вроде плечи-то одинаковые?
- Да.
- Ну-ка вот, глянь.
Посмотри, рукава не короткие будут?
- Ого!
Спасибо, мужики! Спасибо!
А!
- Ну да.
- Мужики! Ну, это...
Все нормально?
- Вот! Теперь на человека стал похож!
Теперь сто грамм
для храбрости - и вперед!
- Не! Не-не-не! Это ни-ни!
Я Надюхе обещал.
- Дядя Степа, тебе что здесь пить-то?
Для твоего веса это как лекарство.
Давай!
- Ну, если это как лекарство...
- Стоять! Вы куда?
- Я сюда.
- К кому? В этом подъезде,
кроме меня, не к кому приходить
такому джентльмену.
- Значит, вы не всех знаете.
- О! А не к Надежде ли вы Безруковой?
- Мадам, вы угадали.
К Безруковой Надежде Ивановне.
Прощайте!
(Звонок в дверь.)
https://kinozal.tv/
- Кому-то все: сын-отличник,
мужик-красавец,
а кому-то шиш с маслом.
(Звонок в дверь.)
- Ах!
- Вот.
- Степа, зачем? Спасибо!
Степ!..
- Да ладно! Так, для храбрости.
Я супчик съем и все, запах уйдет. На!
- Ну ладно. Иди руки мой,
а я тут по хозяйству пока.
Так.
Крик: - Ох, ешки-матрешки!
- Ой, Степ, я ж специально вентиль
перекрыла, ты зачем туда полез?
- Ну как? Вода не шла, вот и полез!
- Ужас какой.
Прости, это я тебя не предупредила.
Давай снимай кофту, как-то высушу ее,
а джинсы даже и не знаю.
- Да ладно, на мне все высохнет,
ничего страшного.
- Надо же. Просила же Антошку
вызвать слесаря.
- Я в компьютерах мало что понимаю,
конечно, но это я починить могу.
У тебя разводной ключик есть?
- Да ладно, не надо.
Антошка же обещал починить.
- Да ладно! Здесь делов-то на пять
минут! Тащи-тащи!
- Чую, русским духом пахнет.
Ключ-то не выронишь, мастер?
- А ты, паря, вместо того,
чтобы других обнюхивать,
поменял бы прокладку сам.
Делов-то на пять минут.
- О!
- Угу.
- А у нас сантехники, оказывается,
по совместительству еще и жить учат?
- Ой, Антошка!
А я и не слышала, как ты пришел.
- Мама, а если бы он квартиру
вынес, ты бы тоже не слышала?
- Ну ты чего, сыночек?
Это же Степан Петрович, мой друг.
Работаем вместе.
- Степан, приятно познакомиться.
- Вот оно!
Это, оказывается, не сантехник,
это мамин бойфренд.
Скажите, Степан Петрович,
а вы всегда в гости в майке ходите?
Или только к нам? Про то,
что вы это, я не спрашиваю.
- Как тебе не стыдно? Степан Петрович
делает то, что ты полгода
сделать не можешь. И вообще,
если ты меня уважаешь...
- Ой, уважаю, уважаю!..
- Ты, вообще, отец или не отец? Дочь
в Кембридж ехать не хочет - он молчит!
Дружков домой водит - он молчит!
Бриллианты теряет - нет,
это типа все нормально?
Тебе все равно?
Ты, кстати, друга своего
не подозреваешь?
- Мама, ну ты же
совсем Антона не знаешь!
Ну потеряла я эту серьгу -
ну убейте меня теперь за это!
- Ты, кстати, смени тон.
Взяла манеру матери хамить.
- Вот что я вам скажу, милые дамы.
Пока в этом доме я принимаю решения,
Лариса, хочешь ты или не хочешь,
а в Англию поедешь, ясно?
А насчет сережки: потеряла, значит,
потеряла - был твой подарок.
Будешь аккуратнее в будущем.
- Да?
- Жанна, кстати, а чем тебе
этот парень так не угодил?
Не королевских кровей, что ли?
Ты мне напомни,
а ты сама у нас из каких будешь -
Ротшильдов или Виндзоров?
Хотя мне помнится, теща моя до пенсии
простой нянечкой в больнице работала,
или я что-то путаю?
- А я сейчас что-то не понимаю:
мы что, мою маму и меня обсуждаем?
- Да мы вообще уже
больше никого не обсуждаем.
Все, я сказал, хватит.
- Чайку?
Хором: - Муся!
- Ясно.
- Антош, пойдем поедим с нами?
- Типа семейный ужин?
Нет, мам, без меня.
- Антох, ну пошли! Мать такую курицу
сварганила - язык проглотишь!
- Вот и глотайте,
а мне мой пригодится.
- У-у-у! Друг, ты не прав.
Серьезно не прав.
- Ваши друзья у ларька.
- У ларька? Ха! У какого ларька?
- Вам лучше знать.
- Слушай, что ты мать расстраиваешь?
Ей и так достается.
- Степ...
- Надюш, сейчас.
- От вас?
- От меня? Нет.
Никогда.
- Степан Петрович, а вы знаете
новую дорогу на фиг?
- Антон!
- Надюша, сейчас. Нет.
- Тогда идите по старой.
- Парень, ты что себе позволяешь?
Ну да, я выпил! Да.
Потому что, это, волновался я!
Ты что грубишь-то мне?
- Слушайте, вы мне мешаете. Правда.
Закройте, пожалуйста,
дверь вот с той стороны.
- Антон, давай мы с тобой
по-нормальному поговорим.
По-мужски.
- Товарищ не понимает!
- Сынок, ты куда?
- В свободное пространство.
Счастливо оставаться!
- Здрасте, Олег Геннадьевич.
- А, Антоха.
Что, старик, трудовой энтузиазм?
Похвально.
- А сами?
- Я... У меня просто дел накопилось.
Решил разобраться немного.
Ну что, может, пойдем ко мне
в кабинет, чайку попьем?
Пошли.
А что ты смурной какой-то?
- Да с мамой поцапался.
- А, понятно. И что,
из дома сбежал, да?
- Ну да.
- Проходи, падай.
- Ну вот скажите, Олег Геннадьевич,
как жить, когда тебя не понимают?
И мать - меньше всех.
- А отец?
- Он с нами не живет. Я его не помню.
Помню только, что пил много.
Запах помню. Развелись, короче.
- А, понятно.
- Можно?
- Да, конечно, угощайся.
Что, оголодал совсем?
Понятно. Сейчас что-нибудь организуем.
Держи.
- Спасибо.
- А я, Антох, тоже развелся,
живу теперь один, как гвоздь.
- Можно тут посижу?
- Да, конечно, без вопросов.
Хоть до утра.
Короче, сидел-сидел,
такая тоска взяла!
Не в кино же идти. Вот и решил:
дай хоть поработаю.
- Надь, ты что, ревешь, что ли?
Давай выкладывай, кто тебя обидел!
Степка твой?
- Надь, будешь молчать и реветь,
пойду рожу ему расцарапаю, поняла?
- Что, нажрался, что ли?
Ударил?
- Они с Антошкой поругались.
Антошка дома не ночевал,
из дома ушел.
- Тьфу на тебя, Ивановна!
Напугала! Я уж думала,
Степка жениться не хочет
или вообще бросил! А тут!.. Господи!
Парень взрослый дома не ночевал!
Ты ж сама говорила - работает он.
Может, на работе и ночует?
- А что они со Степаном не поделили?
- Да не знаю я!
Антон последнее время
нервный какой-то.
- А ты на работу к парню своему сходи.
С начальством поговори.
Может, все и наладится?
А то вздумала реветь!
Ой, девки! Ладно, хорош базарить.
Работаем, а то до конца смены
не управимся. Давай-давай!
- Ну что так распереживался-то?
Нашла себе мама друга - и что с того?
Вот смотри: поступишь в университет,
получишь общагу и видеть их не будешь!
Я бы от своих тоже сбежала
куда глаза глядят.
- Лара, ты не понимаешь:
у тебя родителей двое, да еще Муся.
А у меня мама одна. Как я ее оставлю?
И ты еще уезжаешь.
Нет, ну как она могла?
На одни и те же грабли!
Отца выгнала за пьянку,
и этот такой же.
- Ну не тебе же с ним жить.
А если они любят друг друга?
- И ты туда же? Какая любовь?
У них пенсия на носу -
им о вечном уже думать надо.
- Слушай, я забыла тебя спросить:
что тебе на день рождения подарить?
А то куплю что-нибудь не то.
- Ларик, ты мой лучший подарок.
- Ах!
- ...попросить.
- Да ты что?
Серьезно? Не может быть!
- На полном серьезе.
- Что, прямо так и сказал?
- Ну да.
- Девочки, я извиняюсь,
а где здесь у вас начальство сидит?
- Слава богу, пока не сидит.
- Что?
- Да нет, так, шутка.
Дальше по коридору пройдите туда.
- А как звать его?
- Олежка.
- Прекрати ты уже, а?
Олег Геннадьевич.
- Спасибо.
- Проходите.
Ну ты что, а?
(Стук в дверь.)
- Да.
- Здравствуйте. Вы Олег Геннадьевич?
- Здрасте. Да, он самый, а вы кто?
- Я мама Антона Безрукова.
- А! Вы присаживайтесь,
мама Антона Безрукова. Как вас зовут?
- Надежда.
- Надежда, вы присаживайтесь,
присаживайтесь.
Что-то случилось?
- Да нет, но... Ну да.
- Что?
- Просто Тошик,
то есть Антон Безруков, не ночевал
дома и телефон его не отвечает.
- Да вы не волнуйтесь. Антон парень
разумный, глупостей не наделает.
- Вы так думаете?
- Конечно. Я вам больше скажу.
Наша компания молится на вашего сына.
Он просто компьютерный гений.
- Какой там гений?
- Да нет, серьезно.
Очень способный мальчишка.
Да, мальчишка... Взрослый парень уже!
- Да какой взрослый -
совсем ребятенок.
(Звонит телефон.)
- Ой, извините. Да?
- Олег Геннадьевич, Киселев
на проводе, будете говорить?
- Нет, Светлана, не соединяй пока.
Пусть перезвонит через полчаса.
- Он уже третий раз звонит.
- Не переломится.
Извините.
Надежда, вы не волнуйтесь.
Антон сегодня ночевал здесь.
В офисе.
- А!
- Просто удивительно, что у такой
молодой женщины такой взрослый сын.
- Ну что вы. Я...
- Надежда, знаете что,
вы оставьте мне свой номер телефона -
мало ли что?
Ну, мало ли что с Антоном?
- Да, конечно.
Я хотела сказать,
что у него день рождения.
- Вот как? Поздравляю вас.
- Спасибо. Да.
- Все будет хорошо, не волнуйтесь.
На стульях спать неудобно,
и я думаю, он скоро вернется домой.
- Я вас попрошу: вы только
не говорите, что я у вас была.
- Понял, хорошо.
- До свидания, спасибо.
- Всего доброго.
Надежда...
- Здорово.
- И вам не хворать.
- Паря, я не знаю, чего ты на меня
взъелся - это твои дела, -
но вот мать вся извелась, плачет -
это нормально?
- А вы кто такой,
чтобы мне нотации читать?
- Может, я никто и звать меня никак,
но Надежда тебя любит всем сердцем.
Пойми ты это своей кудрявой башкой.
- Да понял я! Понял.
- А вот наш именинник.
Поздравляю тебя, сынок,
ты у меня теперь совсем большим стал.
Так, сейчас.
- О!
- Да все, садись, мама.
- Давай-давай. Давай садись.
Ну что, будешь?
Понятно.
Так.
- Ну, дорогие мои мужчины...
- За именинника.
Мы тут с матерью обсуждали,
что тебе подарить, Антон.
Ну вот, она сказала, что тебе какая-то
там штука от компьютера нужна -
мы в этом, конечно,
ничего не понимаем -
и мы с мамой решили,
что ты сам эту штуку себе купишь,
а мы, так сказать... Сейчас.
Вот. Профинансируем. Вот. Вот.
- Хм, спасибо.
- Ну что сидим? Налетай.
Тоша, я же старалась, все для тебя.
- Да я ем, ем, мама.
- Тебе положить?
- Да, Надюша, спасибо. А между
первой и второй, как говорится,
перерывчик небольшой.
Освежим немножечко.
И у меня есть тост.
- О!
- Ну, Антон,
на правах старшего товарища
я тебе советую, Антон,
задуматься о высшем образовании.
Время, как говорится, птичка:
пролетит - и все.
А у тебя талант, и жалко
такой талант в землю зарывать.
Вот. Плюс я получил
прибавку к зарплате,
так что ты можешь спокойно учиться.
За тебя, Антон.
- Я не вижу связи чего-то: ну получили
вы прибавку, а я тут при чем?
- Ну как? Все деньги в семью.
- В семью?
Знаете что, если у вас
есть лишние деньги,
вы бы купили себе лучше пару книг.
- Антон, как тебе не стыдно.
Степан от всей души.
- Надюша, ладно, ничего страшного.
А почему ты, Антон, решил,
что у меня нет книг?
- А что, есть?
- Так, все. Праздник у нас или нет? А?
- Во, Надюша, лучше спой.
Поет: "- Ох, метель-метелица,
вьюга, снегопад.
След в полях заснежило -
не пройти назад.
Все глаза повысмотрю
сквозь пургу и мглу.
- Заплутало счастье,
и я напрасно жду".
- Ну поехали. А без самодеятельности
никак нельзя?
- Эх, такую песню испортил.
- Типа дурак - это вы хотели сказать?
- Что я хотел, то я и сказал.
- Ну Антоша, ну ей-богу.
Хорошо же сидим - разве нет?
- Да, знаю: старалась.
А меня ты спросила, хочу ли
я вообще с этим праздновать?
- Но мы хотели как лучше.
- А получилось как всегда.
- Степа, не надо.
- Сейчас, Надюша, сейчас.
Щенок, если я тебе не нравлюсь,
фиг с тобой -
не червонец, чтобы всем нравиться.
Но если ты будешь
над матерью измываться...
- Я, может, и щенок,
а ты, старый кобель, нашел себе дуру
носки стирать - и рад?
Ну вот, что и требовалось доказать.
- Ларочка, а давай куда-нибудь
махнем, а? На праздники.
- Как это? Одни, что ли?
- А что?
Деньги у меня есть - получил за прогу,
так что имеем полное право.
- Меня не пустят.
- Родители? А кто их спросит?
- Вы что, сговорились все, что ли?
А работать кто будет?
- На пару дней, Олег Геннадьевич, -
праздники, Трудовой кодекс обязывает.
- Едешь куда-нибудь?
- Горные лыжи, сноуборд.
- Экстремальные виды спорта.
С друзьями из интернета?
- Ну почему из интернета? С подружкой.
- С подружкой? А чего ты в Тулу
со своим самоваром, а?
Ладно, с подружкой так с подружкой.
Много не пей только.
Держи. С матерью-то хоть помирился?
- Да как сказать...
- Ты ее не огорчай:
она у тебя красавица.
(Смеются.)
(Звонит телефон.)
- Подожди.
Да, мама. Что? Ну... Да-да-да.
А меня спрашивали, когда решали
в эту Англию поехать?
Какая разница с кем? Ни с кем.
Да. Что?
Все. Ладно, мама, все. Давай, пока.
Целую. Целую, все, пока.
- Завтра двигаемся в два раза быстрее:
комиссия из "Москомстроя" приезжает.
Сегодня ленивые слоны ходили,
а завтра надо летать. Это понятно?
- Здравствуйте.
- О, здрасте.
- Здравствуйте. Привет.
- Здрасте.
- Ну что, недели за три уложимся?
- Как проплатите, хозяин,
а то можно и за две.
- У, тю!..
- Смотрите, за язык не тянул.
Но а если бы было жалко денег,
наверное, нанял бы гастарбайтеров.
Илья Семенович, все объяснил?
Главное, чтоб все как в ювелирном.
- Да, да, конечно.
- Обижаете, хозяин.
- О, Кирилл Андреевич,
будьте-нате у нас здесь профессора.
- Ну и отлично.
Ну что, вся надежда на вас? Вперед.
- Так, ребяточки, все. Уже начинаем
двигаться. Давайте-давайте-давайте.
Пошли трудиться, пошли.
- Простите, а...
- Да?
- ...мы знакомы?
- Не узнаете меня?
Я Безрукова Антона мама -
помните, на родительском собрании?
- А. Да-да, конечно.
- Надежда.
- Кирилл. Очень приятно.
Надежда, извините,
я вот вас о чем спросить хотел.
- Да, я слушаю.
- Вы знаете, что наши дети
вместе уехали отдыхать за город?
- Ну да.
- Я совершенно не против их дружбы,
просто они еще очень молоды
и - знаете, как сейчас говорят, -
безбашенные, что ли.
Просто не наделали бы каких-то
глупостей - им еще учиться и...
- Кирилл Андреевич, не переживайте,
Антон очень хороший мальчик,
а на Ларочку он даже дышать боится.
- Вы поймите меня, просто с дочкой
на эту тему трудно говорить.
Я из-за этого вас попросить хотел:
не могли бы вы с сыном поговорить,
чтобы они повнимательнее, что ли...
- Я вас поняла.
Я с Антоном поговорю.
- Вы извините, что я с вами
на такую тему. - Ничего.
- Спасибо.
До свидания, красавицы.
- До свидания. - До свидания.
- Чего случилось-то? Олигарх нахамил?
- Что, кто?
Какой олигарх? Кирилл Андреевич?
Да нет.
Просто мой Тоша с его дочерью...
ну, в общем, они дружат,
вот он и волнуется.
- А чего он волнуется-то?
Что, Антоха не того поля ягода?
- Да не о том ты.
Ну как бы они чего там
по глупости ни натворили.
- М-м. Ну да, дело-то молодое.
Надюха, мы с тобой тоже не старички.
- Степа, хватит дурачиться,
им правда учиться еще.
- Так-то оно так. Оп!
- Сам сделал?
- Да.
- Ты молодец у меня.
(Звонит телефон.)
- Мама.
- Сынок, как вы там? Все в порядке?
- Что там у вас? Только быстро,
а то связь дорогая.
- Да у нас-то все как обычно.
Как Лариса?
- А с чего вдруг такая забота?
- Да не вдруг:
не каждый день ты из дома уезжаешь.
- Что ты, мама, я уже не ребенок.
- Да вот и помни об этом. Ты мужчина
и отвечаешь не только за себя.
- Ладно, пока.
- Привет, мама. Как дела?
- Привет, сынок. Нормально.
Антоша! Давай поговорим.
- Ну давай поговорим.
- Я прошу тебя всерьез
задуматься об институте.
Что, мы не проживем
без твоей зарплаты?
- Да, парень, это на самом деле
очень серьезная тема -
вон всем образованные нужны,
самоучек и так хватает.
Вон у нас на стройке сколько...
- У нас что, тут типа семейный совет?
- Антоша, я хотела тебе сказать...
Мы хотели тебе сказать -
в общем, так правильнее будет -
мы решили жить вместе.
- Ах вот оно что. А я?
- Ну а что ты? Ты в своей комнате,
а мы здесь.
- Н-да, сюрприз.
А может, ты ребеночка ему еще родишь?
- Ну, может, и рожу.
- А не страшно от такого рожать?
- Ах! Сынок!
Сыночек, ты чего? Куда?
- Вот и чудненько:
сын вырос -
пора личной жизнью заняться.
Давай, мамочка, лови момент,
будет с кем старость коротать.
- Антоша, ты чего несешь-то? Ей-богу.
- Надюша, успокойся.
Хватит перед ним это...
хвостом-то вертеть.
Собрался уходить - пускай уходит.
- Угу.
Все, Надюша, спокойно. Все.
- Счастливо оставаться.
- Зачем в офисе? Можешь у меня
пожить - вон комната свободная.
Только, старик, помни: мать есть мать.
- Нет, Олег Геннадьевич, если я вас
стесняю или что, вы скажите -
я еще где-нибудь поживу.
Но домой не вернусь.
- Да? А чем же она тебя так достала?
Проходи, садись.
- Да она это... мужика нашла.
- Чего? Мужика?
Тебе сколько лет, старичок?
Не поздновато ли
за мамину юбку держаться?
- Нет, вы не понимаете:
он работяга какой-то со стройки.
- Ага. А нам принца датского подавай
или олигарха, да?
- Да нет, не в этом смысле.
Он забулдыга, алкаш какой-то.
- А ты справку видел или так,
на глаз диагноз поставил?
- Нет, ну... ну если не алкаш,
то неудачник, лузер -
у него по роже видно.
- Угу. А это ты по роже определил?
- Нет, ну по вам же сразу видно.
- Что тебе видно? А?
Что ты обо мне вообще знаешь?
Видно ему.
Может, я и есть самый настоящий
классический неудачник.
- Ну Ларочка, девочка,
что ты надулась?
О господи, ревет, дуреха.
Прям не знаю, как будто
мы тебя на заработки
в дальнюю деревню отправляем.
Учиться в Кембридже -
мечта любого нормального человека.
Нормального, думающего человека.
В конце концов, забудешь ты этого
своего Антона там через 2 недели.
Лучше себе найдешь. Что ты на меня
смотришь как на врага народа?
Ну что ты молчишь?
Скажи ей что-нибудь.
- Что я скажу? Лариса!
- Лара!
- Лариса!
- Лара, вернись!
- Лариса, ты куда?
- Вот засранка.
Дрянная девчонка.
- Лариса, вернись!
- Что ты сидишь? Давай беги за ней.
- Куда? Кругом машины.
Вот сумасшедшая, а?
(Звонит телефон.)
- Лара, ты где? Как сбежала?
Да, приезжай, конечно.
Нет, не дома. Ну потому что.
Записывай адрес.
(Звонок в дверь.)
- Здравствуйте. А Антон дома?
- Здрасте.
Антон как раз таки не дома - он здесь.
Антон, к тебе.
- Ты же понимаешь, что оставаться
здесь тебе невозможно?
- А тебе?
- Я - другое дело.
А тебя все равно найдут.
- А тебя?
- Да меня и искать не станут.
Я же тебе все объяснил.
- Знаешь что, Тоник, все-таки
нехорошо ты с мамой поступаешь.
Ты - как мои родители со мной.
- Да? А что общего? Я не понимаю.
- Распоряжаешься ее судьбой -
неужели неясно?
Что значит "или я - или он"?
А может, она любит вас обоих.
- Давай закроем тему.
- Ты меня удивляешь.
- Ларка, а ты такая удивительная.
- Потому что всему удивляюсь?
- И поэтому, и вообще.
- Тоник, давай не сейчас.
- Надь!
- А?
Пошли.
- Хватит реветь, Лариса. Собирайся.
Документы оформлены, билеты куплены,
так что... Долетишь - тебя встретят.
Пока расселишься, то-се, а...
Там пройдешь подготовительные тесты,
а мы уж с мамой подъедем.
(Лариса плачет.)
- Все, последнюю неделю
отработаю в ночную - и шабаш.
Вернется он.
Перебесится немножко и вернется.
- Пока ты здесь - вряд ли.
- Надюша, ты пока никаких серьезных
решений не принимай, ладно?
Все будет хорошо.
- Так что, Антоха, как ни крути,
а придется тебе возвращаться.
- Гоните?
- Бог с тобой, никто тебя не гонит.
Просто тебе самому маму не жалко?
Ну какая такая страшная разборка
может быть с матерью?
- Спасибо. Может.
- А теперь прикинь,
как это выглядит со стороны.
Пара молодых людей сбегают
от родителей - прям Ромео и Джульетта.
При этом заметь:
никто им не запрещал встречаться,
просто попросили не торопиться
с детьми и получить образование.
Но нет, их свободы нарушены:
Джульетту отправляют учиться
аж в Кембридж!
Любой другой бы позавидовал, но нет,
любовь же превыше здравого смысла.
Все бросим в пламенную топку любви!
Зачем нам эти таланты и способности?
- Я Лару от Кембриджа не отговаривал.
- Но! Не отпустил, не уговорил уехать.
Зачем? Конечно, так приятно,
когда она рядом, так здорово.
- Я Ларчика от Кембриджа
не отговаривал,
я бы и сам поехал.
- А кто сказал, что это невозможно? А?
Кто решил, что это невозможно?
(Звонок в дверь.)
- Антон.
- Здрасте.
- Здрасте.
- Антон.
- Я попрощаться.
- До самолета мало времени.
- Ларчик, я люблю тебя. Только
не выключай, пожалуйста, компьютер.
- Я буду очень часто тебе звонить
и на все каникулы приезжать.
Только ты не разлюби меня, слышишь?
- Я - никогда! Слышишь, никогда!
- Ой.
(Звонит телефон.)
- Да, мама.
- Сынок, возвращайся домой.
- Мама, ты знаешь мои условия:
или я, или он.
- Да, конечно, сынок.
- Здравствуйте, Илья Семенович.
- Здорово, здорово.
- Да, вот так правильно.
- Давай-давай.
- Ну, чего...
- Степа.
- О, привет. Чего ты пришла-то?
Я через 2 часа дома буду.
А это что такое?
- Вещи твои.
Не надо больше приходить, Степа.
- Надюша, что случилось-то?
- Ты прости меня, Степушка,
но не получается у нас вместе.
А Антошке я нужнее,
чем тебе, пойми меня.
- Нет.
Это ты пойми, Надюша.
Ну что за бред хоронить себя
ради неблагодарного сына, а?
Он вырос, он женится - и все,
ты ему будешь больше не нужна.
А мы с тобой хотели
ребеночка родить, Надюша.
- Я обещала ему. А рожать?
Ну куда мне рожать уже? Поздно уж.
- Так ты ему и сейчас не нужна,
своему Антоше драгоценному.
Что ему мать - пойди-принеси, да?
А ты для меня единственное счастье
на всем белом свете, Надюша.
- Ты тоже мое счастье.
- Мама, я голодный.
Что у нас на ужин?
Только быстро, а то я ухожу.
Мама.
- Возьми сам. Все на плите.
- Мама, ты чего, заболела?
- Голова болит.
- Мама.
Проходите, Олег Геннадьевич.
Мама.
Разувайтесь.
- А...
- Антоша, ты?
- Да, мама.
- Привет, сынок. Иди руки мой:
борщ горячий.
- Мама, я не один. Познакомься:
Олег Геннадьевич, мой шеф.
- Добрый вечер. - Добрый вечер.
- А это моя мама.
- Очень приятно. Надя.
- Взаимно. Олег.
- Что же не предупредил?
Дома такой беспорядок.
Вы знаете, извините ради бога,
гостей-то не ждала.
- Да он не в гости,
у нас по работе дела.
- Да, вы не беспокойтесь, пожалуйста.
- Пойдемте, Олег Геннадьевич.
- Сюда?
- Сюда, сюда.
- Антоша, идите ужинать.
Ну приглашай гостя к столу.
- Проходите. - Спасибо.
- А может быть, красненького,
Олег Геннадьевич?
У нас чуть-чуть осталось,
правда, мама?
- Я не знаю...
- Ну...
- Спасибо. - Пожалуйста.
- Давайте. Надо за знакомство.
- Давайте за знакомство.
- Да.
- Не торопись так.
- Угу.
- О, старик, ты меня добил:
если ко всем своим талантам
ты еще играть умеешь на гитаре, то...
- Не такой уж я и вундеркинд,
для меня гитара - слишком.
Вот если на компьютере - тогда ладно.
А вот мама играет и поет замечательно.
- Н-да.
Куда?
- Мне там нужно кое-что доделать.
- А второе?
- Да, хорошо. Я сейчас, скоро.
- Не говорили ему?
- Нет, что вы.
- Вы кушайте, кушайте.
- Спасибо.
- А вы что больше любите:
пельмени или голубцы?
Вы не подумайте, у меня все домашнее.
Вот пельмени налепила,
фарш остался - сделала голубцы.
- Неужели в Москве еще остались
женщины, которые сами делают пельмени?
- Ну...
- Ой, Надежда, накормили вы меня
просто гениально.
- Ну что вы! На здоровье, приходите.
- Спасибо.
Ну что, старик, выручил ты меня снова.
Спасибо.
- Счастливо.
- Сын у вас, Надя, просто профессор.
- Ну уж.
- До свидания.
- До свидания.
- Сынок, я вот что-то как-то не пойму:
ты меня никак сватаешь?
- Да кто сватает? Ты что, мам?
- Ты это брось. Меня сватать не надо.
- Да с чего ты взяла?
- А фотографию кто убрал?
- Да чтоб вопросов лишних не было.
- Есть вопросы!
- Доброе утро, сынок.
- Привет, мама.
- Снег валит - красиво как в сказке.
Все белым-бело. Все чистое, новое...
и ничего старого позади.
- Ага, ничего,
кроме твоего старого прикида.
Ты б себе лучше купила
чего-нибудь поприличнее.
Ходишь в этом старье, как в униформе,
смотреть страшно.
- Ты знаешь, мне опять этот сон
приснился:
будто иду по лужам, а в сапогах вода.
К чему бы это?
- А я о чем?
Вот и купи себе новые сапоги.
И пуховик твой выкинуть пора.
- Ишь распокупался.
- Прямо сейчас же и пойдем.
Все, и не спорь! Пожалуйста.
- Сынуля, ты деньги-то попридержи.
Где они у тебя?
- Все под контролем, мама.
(Звучит веселая музыка.)
- Надежда?
- Ой, Олег Геннадьевич, здравствуйте.
- Добрый вечер. Рад вас видеть.
- Спасибо. И я вас.
- Хорошо выглядите.
Давайте я вам помогу.
- Ну... ну давайте.
- Ого?! На рекорд идете?
- Это дурацкая привычка - запасаться
на черный день. Вот сюда.
Денег всегда не хватало.
То дефолт, теперь вот кризис.
Не знаешь, чего ждать.
- Ну да.
Пришли?
- Да.
- Надежда, вам говорили,
что вы очень красивая женщина?
- Ну что вы? Спасибо. Спасибо,
Олег Геннадьевич, что проводили.
Всего вам хорошего.
- До свидания. - До свидания.
- Извините, огоньку не найдется?
- Не курю.
- Ну как я одна пойду? Ну что такое?
- До свидания.
- Олег Геннадьевич, два билетика
на "Звуки музыки" не хотите?
- В смысле?
- "Звуки музыки" - мюзикл такой.
Фильм еще американский был - помните?
Два билета пропадают на завтра,
Олег Геннадьевич.
- Олег Геннадьевич, бесплатно.
- Угу.
- Ну если бесплатно... Спасибо.
- Приятного отдыха, Олег Геннадьевич.
- Спасибо вам. - Хорошо отдохнуть.
- Алло, Надежда? Здравствуйте.
Это Олег вас беспокоит.
- Нет, хорошая музыка. И актриса
мне понравилась эта... Как ее?..
Кстати, вы вообще видели фильм
"Звуки музыки" - старый, американский?
- Ой, что вы, я в кино не была
лет двадцать, а в театре, наверное,
последний раз - после школы.
- Ну и как вам, понравилось?
- Да. Я люблю хорошие истории
с добрым финалом.
- Спасибо.
Гардеробщица: - Пожалуйста.
- Прошу вас.
- Спасибо.
Гардеробщица: - Вот, ваше.
- Надежда...
- Олег Геннадьевич,
ну ни к чему это. Спасибо.
(Звонок в дверь.)
- Надежда!
- Привет, Зинуля.
- Маленький оркестрик!
- Проходи.
Так...
- Эх, Надюха!
Выпьешь? Не выпьешь?
- "Не выпьешь".
А ты что это шампанское-то с утра?
- С утра выпил - весь день свободен!
- У меня к тебе дело. Уложишь меня?
- А что, есть повод?
- А что, нужен?
- Мне - нет.
- Зинуля, прямо супер.
- Да, я такая.
Слушай, Надюха, а что это тебя
за мужик там провожал -
такой импозантный, элегантный.
- Да это Антошкин начальник.
Привязался как банный лист.
Ну а как обидишь?
Вот и сегодня в гости позвал.
- Вот оно что? - Да.
- Слушай, а куда делся тот,
такой здоровый?
С шампанским, с цветами такой.
- А того, Зинуля, нет.
- Н-да?
- Угу.
- Плохо. Но у тебя хоть кто-то есть,
между прочим, а у некоторых - шиш!
Ну ты такая красивая!
Не волнуйся, скоро замуж выйдешь -
вон какая красавица!
- Может, выйду... когда-нибудь.
- У тебя хоть колготки-то
недырявые остались?
- Я тебе не рассказала?
Меня тут Антошка как королеву одел!
- Ты шутишь?
- Точно.
- Так, Женя, ребята,
давайте на лестницу курить.
- Хорошо-хорошо.
- Пойдем на лестницу.
- Что там с шампусиком? Нормально все?
- Нормально.
- Переходите уже на крепкое.
- Ага.
- Надя, ну что вы грустите?
Вот смотрите - все для вас.
Что?
- Дай-ка, дай-ка!
- Вот эту бери, вот эту.
- И черненькую тоже.
- Так, что, все спорят, да?
Мужики, хватит спорить.
Давайте лучше выпьем.
- У нас нормально все.
- Давайте мы сейчас выпьем
за наших очаровательных женщин.
- Спасибо.
- Пойдем поговорим.
- Все шепчетесь?
(Звуки настройки гитары.)
Гость: - Во, звучит прекрасно.
- Старик, дай-ка гитару.
- Ага.
- Надежда, спойте нам, пожалуйста.
- Просим-просим.
- Я?!
- Спойте, пожалуйста.
- Да, конечно, просим, просим.
- Ну спойте, пожалуйста.
- Присаживайтесь сюда,
вам будет удобно.
- А что спеть?
- Ну я не знаю. Вашу любимую.
Поет: - "Так странно молодость ушла,
И вот уж золотом одета
Вчера еще зеленая листва,
Дожди согрело бабье лето.
Как долго счастья я ждала,
Как при бессоннице рассвета,
Мечты уснули, боль ушла,
И вдруг пригрело бабье лето.
Не хлынет талая вода,
Не хватит жара просто где-то,
В укромной нежности гнезда
Проснулось будто бабье лето.
Как отсеченные крыла,
Надежд былых взметнулось эхо,
Боюсь и млею от тепла -
Как сладко-больно бабье лето".
- Ах, от одного запаха сыты.
- Ого?!
А я и не знала, что в квартире
можно шашлыки делать.
Что только не придумают!
Гость: - А где обещанный шашлык?
- Да сейчас-сейчас.
Гостья: - Когда мясо-то будет?
- Ой!
- Горячее!
Давай я.
- Аккуратнее.
- Надо было полотенце
принести с кухни.
- Надя...
- Ну я же просила: не надо.
- У тебя что, кто-то есть?
- Да никого у меня нет, кроме сына.
Гость: - Ну где же мясо?
- Ты что, Надюха?
- Что-то голова кружится. И тошнит.
- О! А солененького не хочется?
- Да бог с тобой!
- А что "бог с тобой"?
А я слышала, от этого дети бывают.
Ты с ним когда в последний раз-то?
- Мы уж пару месяцев как расстались.
- Недель пять-шесть?
- Ну что ты вздыхаешь, дуреха?
Иди давай мирись. Ну, Антошка твой
побузит немножко да успокоится.
- Дурочка, радоваться надо!
Иди домой, отдыхай.
Родишь - отработаешь.
- Ты что? - Ну, Надь?
- Надюш, ты куда это?
Ты домой, что ли? А чего так рано?
- Приболела.
- Давай я тебя пойду провожу.
- Не надо.
- Мам, ты чего?
Мам, ладно тебе,
нам разве вдвоем плохо?
Звучит песня:
"Ох, метель-метелица, вьюга, снегопад,
След в полях заснежила -
Не пройти назад.
Все глаза повысмотрю
Сквозь пургу и мглу,
Заплутало счастье, и я напрасно жду.
Как березку тонкую, в поле на ветру
Лед студеный выстужил -
Сердце не найду.
Губы пообветрило без тепла души,
Заплутало счастье в ледяной глуши.
Только душу жаркую в клетке не держи,
Ей сердечко хочется растопить в любви,
Не к добру расщедрилась -
Чую, быть беде.
Заплутало счастье в стужу в январе".
- Что, мужик, трубы горят?
- Ой горят! Так погано.
- Давай выпьем за нашу поганую жизнь.
- Ох, жизнь-жестянка!
- Эх, Надежда, лучше бы сдохнуть.
- Я тебе больше скажу!
Без надежды русский человек живет
и даже без любви живет,
а вот без веры
русскому человеку житья нет.
- Да пошел ты!
(Звонок в дверь.)
- Добрый вечер.
- Добрый. А Антона нет дома.
- А я не к Антону. Это тебе. Вам.
- Спасибо.
- Надя, я...
- Ну вот что, Олег Геннадьевич,
хватит нам эту волынку тянуть.
Не стоит нам больше встречаться.
- Мужик, давай поговорим, а?
- Руки. Руки! Чего тебе надо?
- Хочешь?
- Тебе что, бухануть не с кем?
- Ладно. Слушай, ты же
про Надежду ничего не знаешь.
- Про Надю?
- Про Надю, про Надю.
- Наденька же у меня чудо чудное.
С ней как надо?
Вот ты налил в стакан до краев,
и нужно донести, чтобы не расплескать.
Понимаешь? Вот такая Наденька.
Нет, я понимаю, может, она
не для меня, дурака, - я понимаю.
Но если ты ее обидишь, я тебя урою.
Женись - пожалуйста! - женись.
- Я понял: бухаете вместе, да?
Жениться на ком? На этой...
- "Заявление.
Я, гражданин Кокин О.Г., заявляю,
что неизвестный мне
гражданин Сычев С.П.,
будучи в состоянии алкогольного
опьянения средней тяжести,
предлагал мне выпить.
После моего категорического отказа
нанес мне тяжкие телесные повреждения
в область лица". Все так?
- А что, не видно?
- Вот и хорошо.
- Куда уж лучше?
- А вы, гражданин Сычев С.П.,
подтверждаете, что нанесли
тяжкие телесные повреждения
гражданину Кокину О.Г.
в область лица?
- Ну, видимо, нанес.
- Вот и чудненько.
Так-с, вы, гражданин Кокин, свободны,
а вы, гражданин Сычев, остаетесь.
- Доктор, вы уверены,
что это беременность?
Я, в общем-то, чувствую себя неплохо,
ну иногда голова кружится, тошнит -
так работа такая, малярная: краски,
шпаклевки. Поэтому все нормально.
- Вот что, Безрукова, вы у нас
старородящая - есть опасность
тяжелого вынашивания плода.
Еще и резус-фактор...
Кстати, а у отца ребенка
какой резус-фактор?
В документах не указано.
- Мы с отцом не расписаны,
поэтому я не знаю,
какой у него резус-фактор.
- Ну так надо узнать,
голубушка, непременно.
Мы так и вам, и ребенку
можем навредить.
Так что, будьте любезны,
отправьте его на анализ крови.
- Ну раз надо - узнаю.
- В среду жду вас у себя в кабинете.
- Степу не видел?
- Нет.
- Степу не видел? Степу не видел?!
- Я уволю тебя к чертовой матери! Вот
чего ты на меня смотришь и молчишь?!
Эй, Надежда, ты чего такая заполошная?
- Привет, Семеныч.
Степу не видел?
- Степу? Так ты что, не в курсе?
- Нет. Чего?
- На Степу твоего, Надежда Ивановна,
телега пришла из ментовки.
Накостылял кому-то по пьяни,
вот теперь сидит в КПЗ. А я знал!
Я говорил - будет этому перцу укорот!
- Товарищ милиционер, родненький,
миленький, умоляю вас - пропустите
меня к нему. Ну мне очень надо!
- Ну, во-первых, я не милиционер,
а полицейский.
- А, ну да, я знаю. Извините.
- Во-вторых, к кому "к нему"?
- К Сычеву Степану Петровичу.
- И в-третьих, вы ему кто?
- А-а, ну... я ему...
...невеста.
- Ах, невеста?
Выходит, временно незаконно
совместно проживающая?
- Стало быть, да.
- Ну если временно незаконно...
- То что?
- То я думаю, этот вопрос
можно решить положительно.
- Спасибо.
- Степа. Степушка!
Что случилось?
- Ну, я немного выпил и подрался.
- С кем?
- С хахалем твоим.
- Да с каким таким хахалем?
- Сама знаешь.
- Степа, я должна тебе сказать
очень важную вещь.
- Неужели?
- Да.
- Олег, я все знаю.
- Что ты знаешь?
- Я знаю, из-за чего вы подрались.
Олег, забери заявление.
- Это он тебя прислал, твой герой?
- Да, он герой.
А ты... Ты дрянь.
- Ха, нормально!
Меня избил какой-то пьяный гопник,
а я дрянь.
- И мало он тебя.
- А ты что здесь делаешь?
- Не твое дело.
- Зачем она приходила?
- Зачем?
Рассказать тебе?
- А что это с вами?
- А я расскажу, что со мной. Я вчера
пришел к твоей маме с цветами,
она меня выставила за дверь.
Я спустился вниз,
а там был какой-то алкаш -
как оказалось, ее хахаль.
И вот теперь она побежала вызволять
этого алкаша из ментуры.
Старик, ты бы предупредил,
что твоя мамочка водит шуры-муры
с коллегами по вагончикам.
- Что?!
- Пошел вон отсюда!
- Да не знаю я его фамилию!
Зовут его Степан. Степан Петрович.
- Мне с ним поговорить очень надо.
- Вы в курсе, что у вас
тяжкие телесные повреждения
в области лица?
- Ну такой здоровый крепкий мужик!
- Стало быть, от медицинской помощи
вы отказываетесь?
- Да какая медицинская помощь?!
Мне просто поговорить надо.
- Отпустили твоего Степана
на поруки коллектива и невесты.
- Какой невесты?
- Временно незаконно
совместно проживающей.
- Мам! Мама!
- Ах! Господи помилуй!
Сынок, кто тебя так?
- Защищал честь семьи.
- Вот молодец! Весь в меня.
- Господи...
- А-а! Степан Петрович...
- Да?
- Мне в отделении сказали,
что вас отпустили на поруки невесты.
А невеста-то кто?
- Надюша, Надюша, Надь, успокойся.
А мы вот с сыном пойдем поговорим.
Пойдем. Угу? Пойдем.
- Ну, как говорится,
с боевым крещением тебя.
У мужика в жизни... У каждого мужика
в жизни что-то такое должно произойти.
- А у вас?
- А у меня что? У меня война.
- А родители?
- Родители?
Мамка нас с сестренкой бросила.
Сестренке 8 лет было,
а я совсем сосунок.
- Как бросила?
- Ну как-как? Как бросают?
Ну сгинула - и все.
Батька лет через десять умер,
сестренку тетушка наша забрала,
а меня это...
- А, в детский дом.
- Да, в детский дом.
Ты чего морщишься-то? Не куришь?
- Никогда не понимал
этой дурацкой привычки.
- Да? А я даже никогда не задумывался.
А хочешь я сейчас брошу? А?
- А не слабо?
- Пацан сказал...
- Степан Петрович, вы извините меня,
вел себя как дурак.
- Да ладно, понимаю, люди-то свои.
- И это...
- Да?
- Не знаю, как маме сказать...
- Ну?
- Я в Англию уезжаю.
Учиться в Кембридж.
- О! Удивил.
Нерешаемых проблем, как говорится,
нет, правда? Пацан сказал - пацан...
А мы кредит возьмем. Я слышал, есть
такие кредиты - специально на учебу.
- Не надо никакого кредита,
Степан Петрович, - я грант получил.
- Грант?
- Ну что-то вроде премии.
- А-а.
- Мне фирма будет все оплачивать.
Я еще и стипендию буду получать.
- Кирилл Андреевич, небось, помог. Да?
- Да нет. Не поверите -
Олег Геннадьевич.
Тот, которому вы... ты морду набил.
Ну так что, поможете...
поможешь маме объяснить?
- Ну конечно! На что еще нужны отцы?
- Наливай.
- Вот Степан молодец! Держи.
Жил-жил бобылем и вдруг - и жена,
и детей двое. Вот это да!
- Антошка-то где ваш?
- Антоха из Шереметьево
с подругой едет -
они из Англии возвращаются.
- Эвона, из Англии!
Что у них там, в Англии,
своих, что ли, нету?
- Такого, как Антоха, нету!
- Смотрите - Надя!
- Надя, поздравляем!
- Держи.
- Покажите, покажите.
- Смотри, какая красавица -
прямо вылитый я!
- Точно-точно!
- Эх, Степан, пока я добрый,
проси декретный отпуск!
Ну, правда, в счет медового месяца.
- Во, смотрите - ваши англичане.
- Все уже здесь.
- Привет.
- Вот и мы. Поздравляем.
- Ой, а кто у нас там
такой хороший, а?
- Ты куда грязными руками?
- Надюха, ты имя-то придумала?
- Ты отец - ты и решай.
Правда, девчонки?
- Я не знаю, ну Надежда
у нас есть, правильно?
А вот... Не знаю, пусть Любовь будет.
- Любанюшка, смотри какое чудное имя
нам папа придумал.
 

////////////////////////////