У нас есть Папа! (2011 год). Фразы и цитаты из фильма

Habemus Papam (2011)

После смерти Папы конклав выбирает нового Понтифика. Жребий падает на кардинала Мельвиля.

Все фразы и цитаты

Святой...
Секундочку!
Это архиепископ Палермо, Саверио
Чинкотта, он уже третий раз на конклаве.
Кардинал Масао Такада,
архивариус и библиотекарь
Святой римско-католической церкви.
Вот Сиди Камара,
а за ним - Кома Мбосу.
Как вы знаете, африканцы ещё
ни разу… А вот Рикардо Агилар,
он мог бы стать первым папой
из Южной Америки.
Кардинал из Шри-Ланки, Дон Сомасири.
Попробуем поговорить
с кардиналом Массуччи.
Кардинал, можете ли вы
сделать какое-нибудь заявление?
Очевидно, они не могут
ответить на наши вопросы.
А сейчас перед нами
патриарх Антиохийский из Сирии,
Симон аль-Суриани, префект
Конгрегации восточных церквей.
А вот и тот, кого мы все ждём.
К нам идёт Представитель
Ватикана, Марчин Райски.
- Возможно, чтобы попросить нас…
- Большое спасибо,
...но сейчас мы должны
попросить вас уйти.
Он просит нас уйти,
но благодарит за работу.
- Может, общий план Сикстинской капеллы.
- Нет, спасибо.
Он нас покорнейше благодарит,
и наше вещание заканчивается.
К сожалению, этот кадр
нам не заснять.
Всем нам знаком кардинал Грегори,
фаворит конклава.
Вот-вот 108 кардиналов
будут изолированы,
им будут запрещены любые
контакты с внешним миром.
Грегори, что будем делать?
- Электричество вырубилось?
- Что ещё это может быть?
- Пожалуйста, без паники.
- У нас есть свечи?
- Запрещены. - Почему?
- Копоть разрушает фрески.
Кто-нибудь снаружи знает,
что мы сидим в темноте?
Конечно, знают.
И уже пробуют починить.
- Кто там? Что случилось?
- Кардинал Бруммер.
Я споткнулся.
Всё нормально. Я уже встаю.
- Вы в порядке?
- Да, спасибо.
- У вас всё хорошо?
- Я же сказал - да.
Вы в порядке, Бруммер?
- Я не ушибся.
- А как спина, лодыжка?
- Ничего не болит!
- Точно?
Пожалуйста, постарайтесь
никуда не ходить.
Давайте займём наши места.
Поднимите упавшие вещи…
Грегори.
Бикила.
Агилар.
Грегори.
Грегори.
Грегори.
- Сколько уже у Грегори?
- 13.
Грегори - 18,
Бикила - 11.
- Бикила
- Грегори - 21.
Агилар - 18 и Бикила - 15.
Бикила.
- Агилар.
- Секундочку.
Грегори.
Луччи.
Дым чёрный, значит,
Папу ещё не выбрали…
Дым белый, белый дым.
Тысячи верующих
на площади Св. Петра
радостно аплодируют
этому известию.
Но почему-то колокол
не звонит..
Может, дым только казался белым,
я слышу, что мои коллеги вокруг
говорят, что дым чёрный.
Вообще-то, дым…
Да, дым чёрный.
Да, он чёрный,
ничего не поделаешь.
Дым будет идти ещё какое-то время,
поскольку не только бюллетени,
но и личные записи кардиналов
подлежат сожжению.
Никакая информация о конклаве
не должна просочиться наружу.
Агилар.
Грегори.
Луччи.
Бикила.
И снова дым чёрный.
Кардиналы по-прежнему не решили,
кто станет следующим Папой.
Второе голосование
пройдёт сегодня после обеда.
Мы не знаем, являются ли всё ещё
Грегори, Агилар и Бикила фаворитами.
Мелвилль.
Мелвилль.
Мелвилль.
Мелвилль.
Агилар.
Мелвилль.
Принимаешь ли ты канонический выбор
тебя Верховным Первосвященником?
Принимаешь ли ты канонический выбор
тебя Верховным Первосвященником?
Да.
Да!
- Ваше Преосвященство.
- Не стоит, что вы.
- Что теперь? - Вы можете
просто благословить народ,
или, как сделал в первый раз
наш всеми любимый
и ныне покойный Папа,
обратиться к верующим с речью.
Дорогие братья и сестры!
Высокопреосвященнейший
и достойнейший…
Помогите мне.
Я не могу это сделать.
Я не могу!
Ваше Святейшество…
Ваше Святейшество,
не переживайте.
Бог не только поручает вам данную
обязанность, но и помогает исполнить её,
а также даёт силы выдержать
весь груз ответственности.
Хотите чего-нибудь горячего?
Чая с травами?
Вы можете удалиться
в свои покои,
а когда будете готовы,
я провожу вас на балкон.
Нет.
Конклав действительно выбрал
Его Святейшество,
который, осознавая
свою великую ответственность,
чувствует, что должен
уединиться в молитве.
Такое необычное решение
является также актом смирения,
который, мы уверены,
вы примете с уважением.
Пожалуйста.
Думаю, я выражу пожелание
своих коллег со всего мира.
Мы уважаем намерения
Его Святейшества,
и просим только
сказать нам его имя.
Только имя.
Скажите, он один из следующих 8?
Агилар? Грегори? Бикила?
- Мы думаем...
- Тодоров?
… что через пару часов
Папа сам представится
верующим с балкона.
И вы тоже увидите, кто это,
и мы все вместе поприветствуем
начало нового понтификата.
Спасибо. До свидания.
- Здесь больно?
- Нет.
- Есть головные боли?
- Да... нет.
Какое у вас обычно давление?
- Хорошо.
- Я так и знал.
Я так и знал.
- Доброе утро!
- Доброе утро.
Как поживаете?
Доброе утро.
Мы собираемся позавтракать
в «Борго Пио».
В «Борго Пио»?
Это местечко, где делают
вкуснейшие пончики с кремом.
Затем я хотел сводить их
в Квиринальский музей,
там великолепная экспозиция
с работами Караваджо.
Вряд ли вы можете это сделать.
Почему? Мы своё дело сделали.
Как вы можете уйти
из Ватикана в такую минуту?
Его Святейшество скоро поправится,
и мы должны быть рядом с ним.
Да, но мы ведь недалеко уйдём.
Мы возьмём телефоны, вы
сможете в любое время позвонить.
Я хотел бы напомнить вам
о случае с Иоанном Павлом I.
После того, как его выбрали
и он появился на балконе,
он попросил нас
задержаться ещё на день.
Вот тут, нашёл.
Хорошо, если только
на один день...
«Ни один кардинал не может
общаться с внешним миром,
пока не завершатся выборы,
и Папа не будет
провозглашён перед всеми».
Можно мне хотя бы капуччино?
Только не очень горячий.
- Что мы будем? - Апельсиновый сок.
- Два апельсиновых сока.
И капуччино,
только пенки поменьше.
Его святейшество
осмотрел врач.
Он сказал, что у него
всё в порядке со здоровьем.
Но Его Святейшеству
не становится лучше.
Учитывая тяжесть ситуации,
кардиналы конклава решили
обратиться к услугам...
Профессор Брецци, позвольте
представить: кардинал Грегори.
Я вас знаю, видел в газетах.
- Он ведь был фаворитом, да?
- Да...
Кардиналы конклава решили
попробовать сеанс психоанализа,
- ... несмотря на понятный скептицизм -
можете себе представить. - Могу.
Думаю, не стоит вам напоминать,
что понятия души и подсознательного
- ... не могут сосуществовать в принципе.
- Хорошо, посмотрим.
Как его имя? Я не узнаю его.
Кого вы выбрали? Как его зовут?
- Зовите его Ваше Святейшество.
- Ну это уж слишком.
На сеансе терапии,
имя может помочь
установить взаимопонимание,
оживить...
Ладно, не важно,
имя знать не положено.
Профессор, я ухожу,
оставляю вас вдвоём.
- Где мы будем встречаться с Папой?
- Сюда.
Доброе утро, как дела?
- Как себя чувствуете?
- Простите, я не знаю, что сказать.
Ничего страшного.
Хорошо, начнём.
Всем спасибо!
Ладно, хорошо…
Итак...
Всё, что недавно произошло,
ваше избрание и всё остальное,
мы сейчас оставим в стороне.
Мне бы хотелось для начала
попросить вас вспомнить кое-что,
воскресить ваши эмоции...
Минуточку.
- Полагаю, я не могу спрашивать...
- Ни в коем случае.
Я был уверен, что все вопросы
о сексе отпадают...
Могу я спросить про его мать?
В данный момент это может
пробудить воспоминания, память.
- Именно.
- Именно?
Нет.
А как насчёт несбывшихся фантазий
и нереализованных желаний?
- Нет.
- Нет.
А что-нибудь про детство?
С большой осторожностью.
С большой осторожностью, ясно.
- Но сны ведь можно.
- Зависит от снов.
- И всё же, нет… Лучше не надо.
- Лучше не надо...
Отлично, спасибо.
Отлично, да уж.
Изменения в программе!
Начнём с того,
что произошло недавно.
Я не могу идти дальше.
У вас когда-нибудь
уже было такое чувство?
Не знаю.
Вряд ли, но точно я не уверен.
Послушайте...
- Проблемы с верой?
- Нет!
- Уверены?
- Да.
Бог видит во мне способности,
которых во мне нет.
Где эти способности?
Я ищу их и не могу найти.
Вы были избраны, назовём это Богом,
за свои качества,
за своё благочестие,
почему вдруг вы неожиданно...
А у доктора спросили,
верующий ли он?
Нет, меня никто не спрашивал.
- Вы верующий?
- Нет, не верующий.
- Плохо.
- Плохо, да. Но боюсь, это так, и всё.
В любом случае, продолжим.
Простите, вы можете остаться, ничего
страшного, но сохраняйте тишину.
Ваш представитель...
Ваш представитель сказал мне,
что пока все ждали,
- ... когда вы выйдете на балкон...
- Знаете, что со мной случилось?
Когда они шли ко мне,
некоторые пели,
некоторые плакали,
все были очень взволнованы,
но постепенно все они
начали исчезать.
Они начали исчезать?
Нет, не они.
все те люди, с кем я когда-то
был знаком, вдруг исчезли.
Всё испарилось.
Я ничего не помню.
- Вы хотите быть Папой?
- Я уже Папа.
Таким было решение кардиналов,
таким было решение Бога.
Наша встреча была полезной?
Не знаю.
Видите ли, Папа, когда
все эти люди стоят вокруг
и пристально наблюдают
за мной, контролируют меня,
я просто не могу работать.
Может, кто-нибудь из моих коллег,
который не знает, что он Папа,
может побеседовать с ним
где-нибудь подальше отсюда?
Профессор, эта проблема
требует немедленного решения,
поэтому мы и обратились к вам,
- ... ведь вы лучше всех.
- Проклятье!
Вечно все твердят одно:
«Вы самый лучший!».
Моя жена, тоже, кстати,
психоаналитик, всегда говорила:
«Дорогой, ты самый лучший».
А потом она меня бросила,
не выдержала сравнения.
- Ваша жена тоже хороша?
- Лучшая после меня.
У неё хорошая подготовка, она чуткая,
но считает, что корень зла -
- ... в недостатке родительского
внимания... - Любопытно.
Всем и каждому она говорит,
что когда мы были маленькими,
совсем ещё младенцами,
когда нам было всего-то...
когда нам было пару месяцев,
с нами произошло что-то,
что повлияло на всю
нашу дальнейшую жизнь.
Так что страх быть брошенным,
страх, что с нами может
случиться что-то плохое...
- Где мы?
- Это ваша комната.
- Моя комната?
- Ванная комната там.
Я неподалёку, если понадоблюсь.
Вам тут будет удобно.
Вот вы о чём!
Не волнуйтесь, мы храним
врачебную тайну.
Не думаете же вы, что я пойду и...
Если захотите позвонить домой,
я поприсутствую при разговоре,
а потом заберу ваш телефон.
Нет, мои дети сейчас в школе.
Но я должен позвонить вечером,
поговорить с ними.
- Зачем забирать мой телефон?
- Общение с внешним миром запрещено.
Мне жаль.
Встретьтесь с кардиналами,
которые вам ближе всего,
и обсудите кандидатуру нового
первого министра Ватикана,
или подтвердите
полномочия старого.
Или, если вы готовы,
пройдите на балкон, чтобы
поприветствовать верующих
или просто благословить их.
Ну как? Пойдёте?
Я ничего не понял из ваших слов.
Помогите мне.
Не могу я этого сделать!
Райски, как реагируют верующие?
Как воспринимают неопределённость,
о чём уже знают?
Никто ничего не знает, но держать
ситуацию в тайне долго не получится.
Вот увидите, все вместе мы убедим
Его Святейшество выйти на балкон.
Вы все тут заперты и,
вероятно, не осознаёте...
Это не так-то просто!
Ну-ну, перестаньте.
Так делу не поможешь.
Видите ли, мы не знаем,
что делать.
Никто и подумать не мог,
что такое может произойти.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
Войдите.
Добрый вечер.
Добрый. Как поживаете?
Хорошо.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Мы не можем этого сделать!
Мама, помоги!
Мамочка, помоги!
Нет!
Нет! За что?
Мы не можем этого сделать!
Нет!
- Спокойной ночи.
- Спокойной.
Двое - в зале для игры в бинго
на площади Кола ди Риенцо,
ещё трое - на крыше
кинотеатра «Эден».
В случае проезда
через площадь Адриана,
одного из вас мы поставим
продавцом в газетном киоске,
двое переоденутся
дорожными полицейскими,
а ещё восемь будут прогуливаться
около замка Сант-Анджело.
По соображениям безопасности маршрут
будет определен в последний момент.
Напоминаю вам, что кардиналы...
Будет лучше, если кардиналы не будут
знать об операции, чтобы они не волновались.
Разумеется, мы вернёмся
через каких-то пару часов,
и будем считать,
что ничего и не было.
Здравствуйте.
- Как дела?
- Хорошо.
Райски, я тут вам всё написал.
С первыми 11 пациентами
нужно срочно связаться,
они записаны на приём
на сегодня и завтра.
- Пожалуйста, будьте с ними
поделикатнее. - Не беспокойтесь.
За последние 6 лет
я ни дня не отменил.
Скажите им, что я заболел,
что выздоровею не раньше...
Сколько дней я буду болен?
Двери балкона
так и не распахнулись,
заставив весь мир
затаить дыхание.
Верующие пели и молились
на площади всю ночь.
Я видела через шторы,
как кто-то ходил,
уверена, это были два кардинала.
Чувствую, скоро
что-то произойдёт.
Вы только что слышали
мнение одной из монахинь.
Ватикан до сих пор не опроверг
никакие слухи.
А пока нам приходят заявления
от глав государств
со всего мира.
«Мы очень взволнованы», -
заявил Саркози,
«Весь католический мир верит,
что Ватикан быстро найдёт решение».
- Какой позор. - Президент
Бразилии вылетел в Италию,
чтобы быть ближе
к папскому престолу.
Второй этаж, квартира 3.
Вы всегда жили одни?
- Зачем вы это спрашиваете?
- Это поможет мне лучше вас узнать.
Вы сказали, что никогда
не были женаты, у вас нет детей...
- Какие-нибудь привязанности?
- Нет.
Это когда-нибудь было
для вас проблемой?
Не знаю, я просто
так живу и всё.
Я больше ничего не могу делать,
я постоянно чувствую усталость.
Вы с кем-нибудь
об этом говорили?
Нет, ни с кем.
Но все это уже узнали.
Я не могу это сделать.
Но остальные верят в меня.
- Остальные?
- Да. Я бы хотел сделать многое,
столько всего нужно изменить,
и мне бы хотелось...
- Значит, вы работаете?
- Да, но… Нет.
Чем же вы занимаетесь?
- Чем я занимаюсь?
- Да.
Я актёр.
Актёр! Прекрасно.
- Вы актёр…
- Театра.
Я всегда любил театр.
Гастроли,
путешествия по городам,
репетиции, премьеры,
совместные чтения рецензий.
Это прекрасно.
Но теперь я устал.
Ну как всё прошло?
Думаю, понадобится
не меньше 3 раз в неделю.
- И сколько недель?
- Думаю, пару лет.
Это много.
Я знаю.
Мне нужно немного пройтись.
Нет! Только не это!
Постоянная тяжесть,
моя голова забита,
но я не могу понять чем.
У меня что-то вроде
психологического синусита.
Вы такое состояние
называете депрессией?
Я это почувствовал
так неожиданно.
Быстрее!
Что же мы наделали...
Что вы наделали!
Может, вы страдали,
потому что ваша мать,
когда вы были
совсем маленьким,
уделяла больше внимания
не вам, а кому-то другому.
Знаете, как мы это называем?
Недостаток
родительского внимания.
- Как? - Недостаток
родительского внимания!
Что я должен вспомнить?
Свои первые три месяца,
первые три года?
Я ничегошеньки не помню.
Синьор?
Синьор?
Вам плохо?
Вам помочь?
- Может, воды?
- Да.
Как вы себя чувствуете?
Полегчало?
Мне лучше, спасибо.
Через час я заканчиваю работу,
если вы подождёте,
- ... я провожу вас до автобусной
остановки. - Не нужно, спасибо,
я правда чувствую себя лучше.
- Вы до сих пор бледны.
- Я сказал, со мной всё в порядке!
Вы же меня слышали!
Хватит, я же сказал, мне лучше!
- Но вы...
- Достаточно!
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Простите, где у вас...
- Туалет неисправен.
Разрешите.
- Могу я от вас позвонить?
- Телефон только для сотрудников.
Сеньор.
- Хотите, позвоните с моего.
- Вы очень любезны.
- Спасибо.
- Не за что.
Я быстро.
- Алло.
- Это Мелвилль.
Ваше Святейшество!
Вы в порядке?
Скажите, где вы,
мы сейчас же за вами приедем.
- Нет.
- Где вы?
Я не знаю.
- С вами всё в порядке?
- Мне лучше.
- Мы переживаем за вас, вы должны
вернуться! - Потерпите немного,
мне нужно время.
Мне нужно многое
вспомнить о своей жизни,
- ... то, что я забыл.
- Прошу вас...
Сделайте это ради меня, я допустил
чертовски... непростительную ошибку!
Пожалуйста, помогите мне,
вернитесь к нам!
Не сейчас.
Я скоро перезвоню.
- Боюсь, я не смогу это сделать.
- Не волнуйтесь,
ничего сложного в этом нет,
но это очень важно.
Останьтесь здесь, пожалуйста.
Прошу.
Вот сюда.
Пройдитесь за шторами
ранним утром,
чтобы все увидели, что Его
Святейшество в своих покоях.
Прохаживайтесь
так пару раз в день,
и один раз перед тем,
как лечь спать.
Но будьте осторожны:
они должны видеть только тень.
Конечно, берет придётся снять.
- Могу я посмотреть телевизор?
- Да, иногда.
Камзол тоже надо снять, я попрошу
принести вам что-нибудь белое.
Спокойной ночи.
«Ибо исчезли, как дым, дни мои,
и кости мои обожжены,
как головня».
Видите, как этот
отрывок из Библии
отражает состояние души Папы?
«Сердце моё поражено
и иссохло, как трава.
Так что я забываю
есть хлеб мой».
«Страх и трепет нашёл на меня,
и ужас объял меня».
В Библии, единственной книге,
которую вы мне оставили в комнате,
должен заметить,
в Библии говорится о депрессии.
Да, но это не имеет отношения
к Его Святейшеству.
Это вы из-за своего темперамента
и профессиональных предрассудков
видите во всём депрессию.
Но в этой книге описаны
все симптомы депрессии:
чувство вины, потеря веса,
суицидальные мысли.
Мне лучше!
Его Святейшество только что
сказал мне следующее:
«Мне лучше».
У него был хороший день,
он молился,
перекусил в своей комнате,
и настроение у него,
кажется, улучшается.
Рады, что Его Святейшество
чувствует себя лучше?
- Кардиналы из Австралии, доброго
вам вечера! - Добрый вечер.
- Как режим после перелёта, наладился?
- Да, мы почти привыкли, спасибо.
- Что вы читаете?
- «Жизнь с этрусками».
- Стоит съездить?
- Очень интересная экскурсия.
Я сам никогда там не был,
но она прекрасна.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
В Ватикане есть всё,
что нужно, правда?
Знаменитая заправка, где
топливо стоит дешевле, чем везде,
магазины...
...спортзал.
- И спортзал есть?
- Да. - Великолепно.
Аптека с лекарствами, которых
не сыщешь нигде в Риме
Прекрасно, прекрасно...
Мы те, кто думает, что нам
посчастливилось понять это мир...
Но в последнее время и церковь с трудом
может разобраться, что происходит...
Миссионерская деятельность
апостола Петра,
во всей истории спасения,
во всей истории слуг Господних...
Почему?
Что изменилось?
Я не могу жить без тебя.
Мы всегда боялись
признавать свои ошибки.
Да, я разговариваю сам с собой.
Я пытаюсь подобрать нужные
слова для своей речи,
с которой я обращусь
к великому множеству людей.
Я немного волнуюсь.
Вот, к примеру, когда я перед сном
принимаю своё обычное снотворное,
то если я просыпаюсь в 3,
я принимаю вот это.
- Ни в коем случае! - Что такое?
- То, что нельзя так делать.
Их нельзя принимать вместе!
Это снотворное.
Оно относится
к группе успокоительных.
А вот это стабилизаторы
настроения...
Это сильнейший транквилизатор!
Крайне сильнодействующий!
Кто его принимает?
- Кто его принимает?
- Не знаю.
Ладно. Если вы принимаете
снотворное перед сном,
оно очень быстро
выводится из организма.
О'Нил, допустим, вы проснётесь
завтра и захотите заняться спортом.
- Но я не занимаюсь спортом!
- Не важно, слушайте меня.
Если вы завтра займётесь спортом,
из-за этого вы будете вялым.
- Всем доброго вечера!
- Как он?
Лучше, к нему вернулся аппетит.
Его Святейшество всё съел.
Два вида ветчины,
все овощи,
все фрукты,
и даже небольшой десерт.
А теперь он отдыхает
в своих покоях.
Вкусно?
У меня недостаток
родительского внимания.
Правда, я не понял, что это.
- Добрый вечер.
- Добрый.
Скажите, пожалуйста,
могу ли я снять номер?
- На сколько дней?
- Не знаю.
- А на сегодня?
- Да. Специальный тариф?
Нет.
- Бедняга.
- Почему?
Говорят, он умер.
Сейчас избирают другого,
чтобы никто не узнал.
- Это по телевизору сказали?
- Нет, такое сказать не могут.
Но это очевидно.
Его Святейшество в своих покоях,
предаётся молитвам.
Но момент, которого
мы все так ждём...
Я говорю вам о великой радости...
Папа!
Бруммер!
Папа!
В чём дело?
- Папа!
- Кажется, ему лучше!
Нина, из глубины сцены:
«Так не может продолжаться,
я уезжаю, прощайте!»
Она целует Аркадину
и Полину Андреевну».
Простите.
«Позвольте вам представить:
Борис Алексеевич».
Нина, сконфузившись:
«Я так рада… Я всегда вас читаю».
Аркадина, усаживая её возле:
«Не конфузьтесь, милая.
Он знаменитость,
но у него простая душа.
Видите, он сам сконфузился».
Дорн, раздражённо:
«Яков, братец,
подними-ка занавес!»
«Когда я был молод, я хотел
стать учёным, но ничего не вышло!
Я хотел быть оратором, но от
моих речей вас бы стошнило!
- Я хотел жениться,
но не женился! - Дарио!
Я хотел уехать жить в город... »
«Я хотел бы уехать жить в город,
но так и кончу свои
дни в деревне. Вот так-то».
«Признайте, что в 62 года быть
неудовлетворённым жизнью,
- ... как-то несолидно».
- «Не артачьтесь.
- Разве не видите, что я хочу жить?»
- «Как легкомысленно!
Законы природы гласят,
что каждый когда-то умрёт».
«Вы мыслите, как человек,
пресытившийся жизнью.
Вы пресытились, поэтому вас
ничего в жизни не интересует».
Медведенко: «Поедем, Маша!»
- «Поедем, Маша».
- Маша: «Поезжай сам!»
- «Поезжай сам». - Медведенко:
«Твой отец не даст мне лошади».
- «Твой отец…»
- Хватит! Зачем вы повторяете?
- Моя сестра…
- Нет у вас сестры! Нет!
- Не верю! - Моя сестра
играла Чехова много лет,
я знаю пьесу наизусть!
- «Чайка»...
- Маша!
Маша, уверенно:
«Даст. Ты попроси, он и даст».
«Отец, дашь моему мужу лошадь?»
Шамраев: «Не могу».
«Не могу!»
Медведенко:
«Тогда я пойду пешком».
Наконец, он уходит.
До скорого.
У вас было три очка,
плюс один - это четыре.
Девять - четыре.
- Мы заработали только
одно очко? - И то с трудом!
Нужно было сжульничать с 5 и 4 и 9!
- Но на столе 7- выше достоинством.
- Вы правил не знаете.
Нужно было
скинуть 7 и смухлевать.
- Но мы же выиграли очко.
- А они заработали два очка
с прошлой взятки.
Не умеете вы играть.
Когда карты вам не идут,
нужно жульничать.
- Вечно вы отвлекаетесь!
- Нет, я внимательно слежу!
- Нет, так нельзя играть!
- Мне очень жаль.
Ему жаль!
Мы второй раз проиграли.
- Кто сдаёт?
- Простите, я больше не играю.
- Вы обиделись? -Нет,
у меня голова разболелась.
- Не хотите поиграть за меня?
- Ну, я не знаю, захотят ли они.
- Вы знаете, как мухлевать?
- Ну, мне много раз рассказывали,
кажется, я понимаю,
но сам не очень-то умею.
Давайте я буду играть по-своему.
«Евгений Сергеевич,
кто из нас выглядит моложе?»
- «Конечно, вы».
- «Вот видишь! А почему?»
«Потому что я тружусь,
я чувствую…»
«Я всегда при деле,
а ты не сдвинешься с места,
ты не живёшь. У меня есть правило:
никогда не смотреть в будущее.
Я никогда не думаю
о старости и о смерти».
«Я чувствую, будто родилась
много лет назад.
Я влачу свою жизнь, как
бесконечный поезд... » - Простите.
«Часто я просто не хочу жить».
Тут входит Дорн.
- Ты навещал Дарио? Как он?
- Врачи сказали, всё не так серьёзно,
- ... но на премьере его не будет.
- Простите.
Как же так?
Ты звонил Балдинети?
Да, но он на гастролях,
Геррини нет в городе,
Дзагони тоже... Даже того
высокого, с усами, Ди Биазио.
- Как же быть с Дорном?
- Я могу сыграть его роль.
Я подумал, наверно, мне
придётся сыграть эту роль.
- Отлично.
- Всего лишь первые спектакли.
Мне очень не хватает своей жены.
Разлука помогает понять
истинную силу любви.
- А ты-то откуда знаешь?
- Нет, ребята, мне её не хватает
- ... в том смысле, что мы в разводе.
- Вот как!
Она тоже психоаналитик.
Она меня бросила, потому что
я лучший, а она завидовала.
Она тоже знает своё дело, но считает,
что причина всех-всех проблем -
- ... недостаток родительского
внимания. - Любопытно!
Но всё это формулы.
Я могу упростить всё это
и просто сказать, что Его Святейшество
сейчас очень раним, но в то же время,
он, не без доли нарциссизма,
осознаёт свою исключительность.
- Как вы смеете?
- Я говорю о человеке,
- ... а не о Папе.
- Это одно и то же!
Я в этом не так уверен... Дама.
У вашей жены новая жизнь?
Да, она уже несколько лет
с другим мужчиной.
Он хороший человек, но она так
и не решилась рассказать детям.
Он тоже психоаналитик.
Сплошные психоаналитики!
Их правда нужно так много?
Но у нас с женой
хорошие отношения.
- Рад за вас.
- Я тоже рад!
Очко!
Я сбил их с толку
своей болтовнёй.
Строго говоря, конклав всё ещё
выполняет свою функцию.
Да, все мы слышали, что сказал
представитель Святого престола,
но едва ли он смог убедить
сотни миллионов верующих.
Стало ли произошедшее
неожиданностью?
Представляете, я обедал
здесь с Сальво Рандоне?
- Вы знаете, кто это?
- Конечно.
Он вместе с Гассманом в один вечер
играл Отелло, а на следующий - Яго.
- Да!
- Они менялись ролями.
Нам нужно смиренно ждать.
Есть ли у вас версия о том,
что могло произойти?
Не думаю, что тут
кроется какая-то тайна.
Папа имеет полное право
достигнуть безмятежности,
побыть в тишине, прежде
чем предстать перед миром.
Есть в этом смысл: вино
и сигареты обезличивают человека.
Любить без надежды
на взаимность,
все годы ждать чего-то...
Прошлой ночью я вышла в сад
посмотреть, не исчез ли куда
- ... старый театр. Никуда он не исчез.
- В саду темно.
Нужно снести тот театр в саду.
Он там, пустой...
После хорошей сигары
и рюмочки водки...
Не надо забывать, что Папа -
первый слуга Господа.
- Но и последний.
- Первый, но и последний!
Итак, первый и последний.
И что из этого следует?
Из этого следует...
- Следует...
- Следует?
Ну, я импровизирую.
Правда в том, что я
абсолютно сбит с толку.
Прошу прощения у зрителей,
прощения у всех вас.
- Простите.
- Ничего страшного.
Напоминаю вам, что формально
конклав ещё не окончен.
- Знаю. - Кардиналы всё ещё
заперты в Ватикане,
куда никак не проникнуть прессе.
Европа... Я пока не решил,
делить на 2 или 3 команды.
Северная Америка,
Азия, Южная Америка,
Океания, швейцарские гвардейцы...
Нет! Если будут участвовать
гвардейцы, силы будут неравны!
- Вы ведь любите побеждать, так?
- Да.
Хорошо, вы правы, команды
швейцарских гвардейцев не будет.
- Простите, кардинал, я не помню,
как вас зовут. - Пескардона.
Во время проведения конклава...
все букмекеры,
особенно в Англии,
делали ставки на всех вас.
Посмотрим, сколько
ставили на Пескардону.
Пескардона, Пескар...
- У вас 7 к 1!
- Что это значит? Это хорошо?
Не то слово!
На Его Святейшество ставили
всего лишь 90 к 1.
- Удивительно!
- Ты не совсем понимаешь,
я тебе объясню:
если бы ты поставил 10 евро,
то выиграл бы 900!
- Неплохо, да?
- Затем Круз, 72.
Грегори, фаворит...
- Вот и он! - Добрый вечер.
- Мы говорили о вас. Поздравляю:
на вас ставили 3 к 1.
Он очень расстроился,
когда его не выбрали?
Никто из нас не расстроился.
- Повезло! - Бруммер,
какие ставки на Бруммера?
- Бруммер, говорите?
- Да.
Бруммер...
Если все согласны,
я выберу капитанов команд
из фаворитов букмекеров.
Капитанами будут
Агилар, Чинкотта,
Стэнтон, Бикила...
Вы так и не сказали
о моих шансах!
Если я не сказал, то не
без причины. А вы как думали?
Ваши шансы тут не указаны,
их просто не существует.
Раз уж вы настаиваете:
на вас вообще никто не ставил!
Вас вообще
не считали кандидатом!
Вот вы упорствовали,
довольны теперь?
- Нет.
- Едва ли!
Но вы настаивали!
Разровняйте эти углы везде.
По краям нужно разровнять
до самого конца,
чтобы никто не поранился.
Вот тут ямка.
А теперь обратно!
А теперь вот эту часть.
- Здесь!
- Нужно разравнивать землю,
прокатить один,
два, три раза.
Если этого не сделать, когда мы
будем прыгать, мы можем пораниться.
Вот так, сверху вниз.
Хорошо, следующий.
Снизу вверх.
Хорошо, следующий.
- Корейская подача. - Это как?
- Снизу с подкруткой.
Подкрутка не удалась.
В 1-й группе: «Северная Америка»,
«Азия», «Европа А», «Восточная Европа».
Почему бы нам не создать
итальянскую команду?
Нет, итальянцы играют
либо за «Европу А»,
либо за «Европу Б».
Давайте не будем портить турнирную
сетку, я работал над ней всю ночь.
Или я уйду, и будете
проводить турнир сами!
Почему бы нам
не поиграть в вышибалы?
- Что?
- Давайте поиграем в вышибалы.
- В вышибалы?
- Да.
Кардинал, в вышибалы
никто не играет уже лет 50!
Во второй группе играют:
Южная Америка, Африка,
- ... Европа Б и Океания.
- Но нас только трое!
Только трое из Океании?
Очень жаль!
Тогда в этот раз набирайтесь опыта,
и, если будете добры к верующим
в ближайшие годы, на следующем
конклаве вас будет уже больше.
4, 5, 6... Да?
Теперь вы поняли, почему лучше
устроить круговой турнир,
а не игры на выбывание?
- Профессор, мы не понимаем.
- Я объясню.
Но в этом ничего страшного.
Вы, главное, не сердитесь.
Не буду я сердиться.
Чем больше игр мы сыграем,
тем больше времени будет у Его
Святейшества, чтобы встать на ноги.
Не стоит недооценивать поддержку,
которую он чувствует,
видя, какие мы энергичные,
видя наш бойцовский дух.
Я даже склоняюсь к проведению
двойного кругового турнира.
Нет! Только не двойной!
Мы умрём!
Идём!
Это правда!
Мама его знает, не бойтесь.
Я долго думал об этом. Это правда,
я никогда не чувствовал себя хорошо.
Но я многое сделал в жизни.
- Да. - Я даже сделал
что-то хорошее.
Почему я больше
ничего не могу делать?
Мы можем позже поговорить?
Когда отвезу детей в школу.
Да, поговорим после.
Да, я тоже.
Мама, это был твой жених?
Что ты! Это мой
коллега, Леонардо.
- Джулио сказал мне, что у тебя есть
жених. - Ничего я тебе не говорил
- Ты дура!
- А вот и говорил!
- Ты каждый вечер это говоришь,
уже надоел! - Болтушка!
Твои одноклассники тоже
говорят, что ты болтушка!
- А ты недоразвитый!
- А ну хватит!
А то высажу вас прямо тут!
Малявка, вредина!
Курица!
Дети, а ну перестаньте!
- Червяк! - A ну прекратите!
- Но он мне сказал... - Хватит!
Не хочу больше этого слышать!
- Вы били девочек, когда были
маленьким? - Да, конечно.
Видишь?
Вот чёрный дракон
и деревья в лаве.
А вот двухголовый дракон,
будто поделён надвое.
Два вулкана: плохой и хороший.
- А вот он сам в пасти дракона.
- Как красиво!
- Красиво? Это же ужас!
- Оень красиво, посмотрите.
Думаете, он знает,
что у нас с Карло проблемы?
Не знаю, что мне делать.
Как вы думаете, мне уйти от мужа?
Не обращайте на меня
внимания, пожалуйста.
Меня здесь нет,
я в своих покоях.
- Я соврал, я не актёр.
- Не актёр?
Я только хотел им стать,
но меня не приняли в Академию.
- Я провалил прослушивание.
- Сочувствую. - Спасибо.
Но они были правы,
актёр из меня неважный.
Зато они взяли мою сестру.
Смотрите, какой удар:
он зарабатывает 4 очка.
Смотрите, просто изумительно,
удар с такого широкого угла.
Теперь он бьёт, чтобы...
Очко Европе Б!
Мы не обычный,
бессмысленный продукт эволюции.
- Очко Африке!
- Все мы плоды мысли Господней.
Нет, Грегори.
В этом ужасающая
красота дарвинизма.
Нет в жизни смысла.
Нет утешения.
Очко Европе Б!
Европа Б -10, Океания - 0.
Эта игра интереснее,
борьба более напряжённая.
Южная Америка подаёт!
Африка - Южная Америка: 8- 6.
Океания - Европа Б: 0- 11.
Очко Южной Америке!
Южная Америка подаёт.
Очко Европе Б! Океания!
Его Святейшество!
Как жаль! А ведь это был
такой интересный случай.
Но теперь я знаю, кто он,
и ничего не могу сделать.
Кто знает, каково ему?
Так, возвращаемся к игре!
Европа Б подаёт,
Южная Америка подаёт.
Очко Африке!
Мяч!
Подача!
Замена.
- Замена!
- Замена.
Рибек, Шинкель,
кажется, вы выдохлись.
Скипьони, Боллати, вы в игре!
- Я? - Да.
- Ну нет! Нет!
Я не пойду!
Кардинал Круз, опять!
Тайм-аут!
Я же объяснял,
когда стоите здесь,
- ... поднимайте руки, чтобы
отбить мяч. - Собрались!
- Я не могу играть.
- Ещё как можете.
Подача!
- Европа Б и Африка подают.
- Мы победим!
Настроились?
- В любом случае, вам повезло: вы
не попадёте в Ад.. - Отличная новость.
Очко Южной Америке!
Очко.
Реванш! Реванш!
Punto dell'Oceania.
Европа Б: 16. Океания: 1!
Примем слово Божье,
дарованное нам сегодня.
Слово Его для тех из нас,
в чьих сердцах таятся
желания, мечты, планы,
но также и волнение,
проблемы и страхи.
Из всего, что страшит нас, вероятно,
больше всего пугают нас новые времена,
беспрецедентные события,
ожидание,
которое не известно,
сколько ещё продлится,
но которое требует от нас не впадать
в уныние, искать новые ответы,
которые Бог сам
подсказывает нам словами:
смирение, мудрость, чтобы
признать, что мы нуждаемся в Боге.
Нам нужно Его прощение,
Его терпение.
Нам нужно показать
Ему свои раны,
потому что Он единственный,
кто может исцелить их.
Ваше Святейшество,
мы во всём отстаём.
Вы так и не означили начало
нового понтификата.
Мы понимаем,
как вы себя чувствуете,
но и вы вспомните,
как в прошлые годы
любимый нами Папа
не прекращал пасторских дел,
даже когда был тяжело болен.
Конечно, больше нельзя тянуть.
Я принёс вам несколько набросков
для папского герба.
Вот, посмотрите.
Вам нравится какой-нибудь?
- Вот этот.
- Этот? - Нет, этот.
Непритязательный,
думаю, это правильно.
- Вы уверены?
- Нет.
Ваше Святейшество,
вы были правы.
Вам нужно подумать,
побыть одному,
но сейчас умоляю вас, проявите
покорность воле Господа.
Вернитесь к нам.
Миллиард человек ждёт вас.
А мы не можем сделать так,
чтобы я исчез?
Я испарюсь.
И будто ничего не было,
никто никогда меня не видел.
Никто меня больше не увидит,
обещаю вам.
Пожалуйста, отпустите меня.
Нет, ребята!
Вы, видно, шутите! Постойте!
Вы не можете так
со мной поступить!
Нужно сыграть два полуфинала,
а потомпобедители...
Его Святейшество на нас смотрит,
не честно лишать его финала.
Не честно!
Пескардона! Вы что, считаете,
всё это было без толку?
Южная Америка вышла в полуфинал,
вы - открытие соревнования!
Вы попали в полуфинал!
- Так давайте сыграем этот полуфинал!
- Профессор, у нас нет времени.
Ну почему же нет времени?
Добрый день.
Спасибо, что ответили
на моё приглашение.
Ситуация у нас крайне серьёзная.
Больше я молчать не могу.
Без сомнения, я совершил ошибку,
и ответственность за мои
действия полностью на мне.
Я пробовал, ради всех нас,
решить очень непростую проблему.
Но для этого мне
пришлось солгать вам.
Папа уже три дня не в Ватикане.
- Он ушёл.
- Что?
Я знаю, где он.
Прошу вас простить меня,
это по моей вине столько
времени прошло впустую.
Для всех вас настал момент,
когда нужно принять решение.
Простите меня ещё раз.
Итак, кто против
этого предложения?
Спасибо. Кто за?
- Спасибо.
- Тебе спасибо.
Спасибо.
Пищевое отравление,
ничего страшного.
Пищевое отравление, пустяки.
- Что они подсыпали в тот омлет?
- Без понятия. - Пищевое отравление.
- Ничего страшного.
- Спасибо, Дарио. - Тебе спасибо.
- Отчего вы всегда ходите в чёрном?
- Это траур по моей жизни.
- Я несчастна.
- Отчего? Вы здоровы,
отец у вас, хотя и небогатый,
но с достатком.
Мне живется гораздо
тяжелее, чем вам.
Я получаю всего
23 рубля в месяц.
Я получаю всего 23 рубля в месяц,
ещё вычитают с меня в эмеритуру.
А всё же я не ношу траура.
Тише!
Дело не в деньгах.
Дело не в деньгах.
И бедняк может быть счастлив.
Это в теории, а на практике
выходит не так.
Выходит не так.
Я, да мать, да две сестры
и братишка,
а жалованья всего 23 рубля.
23 рубля на всё.
Ведь есть и пить надо?
Чаю надо?
Сахару надо? Табаку надо?
Табаку!
- Мой выход?
- Нет, Дарио!
Треплев, прислушивается:
«Я слышу шаги!»
Входит дядя,
Треплев обнимает его:
«Без Нины жить не могу!»
«Я счастлив безумно!»
Быстро идёт навстречу Нине,
которая входит. Затем, с чувством:
«Волшебница моя, мечта моя...»
«Я не опоздала...
Конечно, я не опоздала...»
Треплев, целуя её руки:
«Нет, нет, нет...»
Нина: «Весь день я беспокоилась.
Я боялась, отец не пустит меня...
Но он сейчас уехал с мачехой,
и я погнала лошадь».
- Погнала!
- Вон он.
Крепко жмет руку Сорина:
«Но я рада. Я так рада».
Все эти дни...
Все эти дни вы, наверно,
спрашивали себя:
«Почему наш Папа не выходит,
чтобы поприветствовать нас?
Ему нечего переживать,
его же выбрал Бог,
а Бог не ошибается».
Да, я был выбран,
но это,
вместо того, чтобы дать
мне сил и понимания,
сломило меня, сбило с толку.
Но в наши времена
церкви нужен пастырь,
у которого были бы силы
привнести огромные изменения,
который был бы открыт для всего...
у которого нашлись бы
на всё любовь и понимание.
Я прошу у Господа прощения
за то, что собираюсь сделать.
Я не знаю, сможет ли
Он меня простить.
Но я должен говорить
с Ним и с вами откровенно.
Все эти дни я много думал о вас.
И я понял, что не могу
справиться с задачей, возложенной на меня.
Я чувствую, что я не тот,
кто должен вести за собой,
а тот, кто должен быть ведомым.
И сейчас я могу сказать только одно:
молитесь за меня.
Пастырь, который вам нужен, не я.
Я не могу им быть.
 

////////////////////////////