«Авиатор» — российский драматический фильм режиссёра Егора
Кончаловского по мотивам одноимённого романа Евгения Водолазкина,
вышедший в 2025 году.
Все фразы и цитаты
[Настя] Кость, может,
мы опять ошиблись?
[Костя] Здесь это где-то, здесь.
Николай, ну чего там?
[Смолянец] Нет там ничего,
Константин Генрихович.
[Смолянец] А этот вход вообще есть?
[Настя] Я надеюсь.
[Костя] Есть, есть —
им монахи пользовались
во время осады монастыря.
[Смолянец]
Почти девять, Константин Генрихович,
пора возвращаться.
Ну давайте на сегодня закончим,
завтра продолжим.
Костя!
По-моему, это всё безнадежно,
я думаю, надо найти силы в себе
и признать, что это всё.
[Костя] Девочка моя,
ты очень быстро сдаешься.
Ну перестань.
Ты представляешь,
какая это будет бомба!
Открытие! Какое у нас будущее! Ой!
[смешок]
Да ну тебя.
- Любишь меня?
- [Настя] Меньше, чем вчера.
- Насть, ты куда?
- [Настя] Надо!
[грохот, крик Насти]
[Костя] Насть!
[Костя] Насть! Насть, жива?
[кашель] Жива.
Ничего не сломала?
[Настя] Вроде нет.
Кость!
[музыка]
По-моему, нашли.
[Костя] Так. Подожди.
А вот этой дверки на карте нет.
Коль, давай, аккуратненько.
[визг пилы]
[удар]
[скрип двери]
[дыхание]
[писк счетчика Гейгера]
[Костя] Ага.
[покашливание]
Коль, снимай.
12 мая 2026 год, я —
профессор молекулярной биологии
Константин Гейгер,
вместе с моей женой,
старшим научным сотрудником
и психологом, Анастасией Гейгер,
проводим исследование
в области крионики
на основе рисунков и схем
из дневника профессора Брянцева.
Ну все, пока. Коль, снимай здесь.
[таинственная музыка]
1929, Лазарь номер два.
[Настя] Номер три, номер четыре,
номер пять.
[Смолянец]
Этот десятый. Сколько их всего?
13.
[музыка затихает]
Живее, живее.
Все в порядке. Загружаем,
не беспокойтесь, Виктор Петрович,
все под контролем.
- [Костя] Больно?
- [Настя] Терпимо.
[Костя] Я, конечно,
чертовски перепугался.
Извини, что рычал на тебя вчера.
- [Настя] Это ты меня прости.
- [Костя] Простить за что?
Ну… за то, что не верила в успех.
Ты не верила в успех?
[музыка]
Немножко не верила.
- Насть.
- [Настя] Ну что?
[вскрик]
- Ну. Вот теперь больно, Кость.
- Терпи. Терпи.
[спокойная музыка]
[Настя] У этого мозг тоже разрушен.
[Костя] Понятно.
[писк датчиков]
[писк датчиков]
[Костя] Насть, посмотри —
у этого клетки мозга
в хорошем состоянии.
[Костя] Похоже, он сохранился.
[Настя] Он от них отличается.
- [Костя] Да? Чем?
- [Настя] Не пронумерован.
[Настя] Такой же криопротектор,
как и у остальных?
[Костя] Насть, ну откуда ж я знаю.
То, да не то.
Проверим — поймем.
[Настя] Повязка-то зачем?
На всякий случай,
чтоб не ослеп от яркого света.
А, если он так и не проснется?
[писк датчиков]
Проснется.
[Костя] Проснется.
Все показатели, тьфу-тьфу, хорошие.
Что?
Анастасия Игоревна?
[смех]
[Костя] Напьемся сегодня?
Напьемся?
Напьемся сегодня мы с тобой…
ух, до чертиков допьемся.
[музыка затихает]
Ну, значит, возможно, а?
Кость, черт побери.
Возможно на сто лет заморозиться
и проснуться молодым и здоровым.
- Чем у тебя здесь пахнет, а?
- Ой, да ладно! А я знал, я верил.
С того самого момента,
как купил тетрадь Брянцева.
Слушай, а как это может быть,
что они за сто лет не разморозились?
Из камеры был прорыт
тоннель прямо к морю,
там электрогенератор,
который вырабатывал энергию
от движения моря и
морозил этот холодильник.
Ну остроумно.
- Давай.
- [звон фужеров]
Слушай, мы этих сложили
в ящики для рыб — и фьють.
[Настя] Хотя, если честно, я не очень
понимаю, зачем вся эта секретность.
Эй. Я должен быть уверен,
что наш замороженный
окончательно в себя придет и…
и жив будет, и в уме останется.
А тогда уж…
никакой секретности, поверьте.
Нет, мы всем этим академикам,
которые считают,
что крионика — лженаука,
мы всем подрежем хвосты.
[смешок]
И вот это будет второй этап.
[Костя] Нет, Вить, второй этап —
это понять, как это работает.
Ну ты же у нас гений, давай, понимай.
- Сколько тебе надо времени?
- Не знаю. Может, день, может, год.
Э, ладно, давай, давай.
Я в тебя верю. Я в тебя верю.
[смешок]
И… знаешь что, через пару часов
загляни к себе на счет —
и поймешь, что очень…
- Очень что?
- [Виктор] Верю очень в тебя.
[Виктор] Друзья, пойдемте оттянемся.
[электронная музыка, смех]
Здорово.
Спасибо большое.
Спасибо. Привет.
[радостные возгласы]
Давай-давай-давай, о-па. Ура!
[общий крик]
[энергичная танцевальная музыка]
[музыка продолжается]
[шум вечеринки пропадает,
грустная музыка]
[музыка затихает]
[Настя] Ты знаешь,
Кость, я всегда
про Витю Желткова думала, что…
[Костя] Все потом.
…он в нашем деле только потому,
что с жиру бесится.
Хочет еще больше заработать.
А сегодня я поняла,
что он глубоко несчастен.
[Костя хмыкает]
У него во взгляде
что-то такое промелькнуло.
Спасибо.
[звон бокалов]
[Настя] Он авиамагнат,
все у него есть,
яхты, самолеты,
вот только семьи нет.
Мы и Смолянец.
[Настя] И когда он умрет,
после него никого не останется…
никого.
[Костя шумно выдыхает]
Насть, ну мы же с тобой
уже давно обо всем договорились.
У нас нет пока времени.
Да, у нас нет пока времени
и что мы не сможем быть
хорошими родителями,
что нам нужно много-много работать.
- Ну зачем ты сейчас об этом?
- Ну я все понимаю.
- [Костя] Что ты понимаешь?
- Но просто иногда накатывает.
Просто мне почти 30, а тебе давно 50.
Правильно, мы вполне молодые люди.
- Молодые?
- Угу.
Нам вместе уже 80.
[Костя карикатурно вскрикивает]
А Лазарю 125.
[смеются]
[писк датчиков]
[чувственная музыка]
[писк датчиков]
[писк датчиков]
[писк датчиков]
[вибровызов]
[звонок телефона]
[Костя] Сколько он был в сознании?
Минуту где-то, не больше.
- Давление?
- Сначала чуть-чуть повысилось,
а потом сразу же пришло в норму.
[Валентина] Константин Генрихович,
сколько ему лет?
120… примерно.
[Костя] Так, я пошел Витю встречать.
- [писк датчиков]
- [торопливые шаги]
Анастасия Игоревна,
а как вы думаете, кто он?
Лазарь номер 13.
[шум мотора]
[шум мотора, плеск воды]
Ас-саляму алейкум.
[музыка затихает]
[тревожная музыка]
[Лазарь] Анастасия…
[звон в ушах]
[драматическая музыка]
Тепло.
[Костя] Как ваши глаза?
Видите хорошо?
Да.
Я вижу солнце.
Получилось.
[радостный крик]
[Виктор хохочет]
[радостные вопли]
[музыка затихает]
[фоном оперное пение]
[шум волн]
[крики чаек]
- [Кеша] Первый авиатор пошел.
- Второй авиатор пошел!
Иннокентий, идите сюда!
[Лазарь] Я что, попал в аварию?
Ну можно сказать и так.
[всхлип]
Я ничего не помню.
[Костя]
Память со временем восстановится.
Мне тяжело дышать. Это нормально?
[Костя] Нормально.
Организм адаптируется.
[Лазарь] Доктор,
вы знаете…
кто я?
[музыка]
[скрежет стула по полу]
Нет.
[Лазарь] Как это узнать?
Вспомните.
У вас в мозгу восстанавливаются
нейронные связи,
боль со временем пройдет,
потерпите, пожалуйста.
А она придет?
[Костя] Кто?
Память.
[Костя] Обязательно.
Просто надо дать ей время.
[рев мотора]
[играет духовой оркестр]
Славный мальчик.
[рев мотора]
[оркестр продолжает играть]
Да, все прекрасно.
[рёв мотора самолета]
[рев мотора]
[мотор глохнет]
Что это? Что?
[испуганные возгласы]
[скрип дерева]
[испуганные возгласы]
[шум]
[грохот, крики людей]
[печальная музыка]
[Фролов] Дайте авиатору прикурить.
[отец] Давай.
[щелчки]
Как тебя зовут?
- Иннокентий.
- [Фролов] Иннокентий.
Иди бестрепетно.
[крик]
- Ваша фамилия Фролов.
- Нет, моя фамилия Гейгер.
Константин Гейгер.
Это Анастасия, она поможет
вернуть вам память.
Анастасия. Я не помню.
[сдавленные вдохи]
- Я что, схожу с ума?
- [тревожная музыка]
- Успокойтесь.
- Вы кто?
[Лазарь бьет по крышке]
Выпустите! Выпустите меня!
Настя, держи!
[писк датчиков, грохот]
[тревожная музыка усиливается]
[музыка затихает]
Сейчас правда 2026 год?
Да.
Мне кажется, я вспомнил мое имя.
[музыка]
Иннокентий.
- Иннокентий?
- Да.
А фамилия?
Нет, не помню.
Иннокентий, Соловки,
можем посмотреть в архивах.
Соловки…
Это монастырь в Белом море.
Но при вас это был лагерь
для заключенных, вы там сидели.
[Настя] Все, кого он знал,
кого любил, уже умерли.
[Настя] Он совсем один.
[Костя] Насть, сейчас важно
начать им заниматься.
Надо заставить его мозг работать
и желательно
до полного восстановления, да?
Я поехал.
[Костя] Я позвоню.
[заводится мотор]
[музыка затихает]
- Первый авиатор пошел.
- Второй авиатор пошел.
[патефон, женская ария]
Посидите со мной немножко.
Держите виноград.
[патефон, женская ария]
- На.
- Я не хочу, я не хочу.
Это, милый мой, решать не тебе.
Так что давай, ешь.
Иннокентий, Всеволод…
послушайте, как она поет.
Оцените голос.
Авиаторы должны быть
культурными людьми.
- Авиатор Фролов.
- Авиатор Чистов!
[звуки затихают]
Где мы сейчас находимся?
[Настя] Это Репино.
Раньше это место называлось Куоккала.
[Лазарь] Куокка… я помню.
Здесь прошло мое детство.
[музыка]
[отец] Меня забросила буря
на необитаемый остров,
и я имел все основания
прийти к заключению,
что так было предопределено небом,
чтобы в этом печальном месте
в безысходной тоске одиночества
я и окончил свои дни…
[всхлипы]
Что случилось?
Что такое?
Мне очень жаль Крузо.
Папочка, почему бог оставил его?
Он этого не делал.
Он всегда был рядом.
Тогда почему он заставлял его
так страдать?
Потому что…
он верил в него.
Ну вот, как я сейчас верю в тебя
и тоже всегда-всегда буду рядом.
[музыка затихает]
А сейчас советская власть?
[Настя] Советской власти больше нет.
Ну… почти.
Есть Россия.
Я вам принесу ноутбук,
будете потихоньку что-то
из интернета узнавать.
Откуда?
Из интернета.
Там сведения обо всем,
несколько десятилетий назад
такого нельзя было представить.
Ну почему?
Это вещь довольно-таки старая.
Да ладно?
Деус консерваториум.
Бог сохраняет всё?
Бог сохраняет всё.
[музыка]
[Настя] Что выбираете?
Может, все-таки компьютер,
вы его достаточно быстро освоили.
[Лазарь] Это легко.
Я выбираю это.
[тревожная музыка]
[Лазарь] А их куда?
[Костя] В морг.
Попытаются выяснить фамилии.
[Лазарь] А потом?
Родственникам передадут.
Если они, конечно, остались.
Родственникам.
А я что же?..
[музыка затихает]
Садитесь, Иннокентий.
Садитесь, садитесь.
У меня для вас есть хорошие новости.
Значит, нам удалось изучить…
сведения о заключенных
на Соловках за 29-й год.
Так вот с 25-го по 29-й на Соловках
сидело всего четыре Иннокентия.
Ваша фамилия Попов?
Нет.
Кульницкий?
Нет.
Мордвинцев?
Нет.
[музыка]
Тогда остается Платонов.
[музыка усиливается]
[тревожная музыка]
[музыка затихает]
[приглушенный шум рынка]
[шум воды]
Спекулируешь, значит?
Давай сюда.
Давай-давай, я сказал.
Перед вами, товарищи,
спекулянтка.
А с ними мы поступаем вот так.
Разбирай.
[Сева] Забираем. Да-да, можно две.
Долой мировой империализм,
да здравствует трудовой интернационал!
[Сева] Забираем, забираем —
скоро, товарищи,
вообще все бесплатно будет.
Коммунизм называется.
А ты, товарищ, что стоишь? Налетай.
- [тревожная музыка]
- [удар]
[Кеша] Как тебе не стыдно?
Мы думали, ты погиб.
Авиатор Платонов.
[музыка]
Авиатор Чистов.
Ну и где ты пропадал все это время?
Разжигал пламя мировой революции.
Не видно разве?
[Сева] Соскучился по вам, Кеш.
- [Сева] Давай, рассказывай.
- Что?
Ну как что? Как родители?
Отца в 18-м году пьяные грузчики
насмерть забили.
- Из-за белых штиблетов, представляешь?
- Да ты что?
Горе-то какое.
Как мама?
Соответственно обстоятельствам.
Очень рада будет тебя видеть. Идем.
Простите.
Да, Терентия Осиповича жаль, конечно.
[Сева] Ты сам-то где сейчас?
Учусь на авиаконструктора
у профессора Жуковского.
- Так ты же летать хотел.
- Ты тоже.
А я и летаю,
но в политической сфере.
- Что-то ты плохо летаешь, братец.
- Ну-ка?
Ну а что: тепла нет,
воды нет, еды тоже нет.
С электричеством перебои.
А что это ты ноешь, как старорежимец?
Говорю как есть.
А я тебе говорю:
«Это временные трудности».
Кеша, мы такую махину
поднимаем, ого-го.
Я тебе говорю: через 20 лет
в этой стране
каждый по-царски жить будет.
[вдалеке оперное пение]
Слышишь?
Авиаторы должны быть…
- Культурными людьми. А где это?
- Как в тот день, помнишь?
Помню.
? Лети, мечта любви ?
? В волшебный край ?
? Где жизнь вся — рай, ?
? Лети, лети ?
? Мечта любви ?
? В тот дивный мир ?
? Где мой кумир ?
Что продаете, мадам?
Любовь.
Любовь чистую
и бесконечную любовь.
[музыка]
[Настя] Чтобы память
начала восстанавливаться,
мы должны постепенно давать
вашему телу физические нагрузки.
Что вы так на меня смотрите?
Вы мне очень напоминаете
одного человека.
Девушку…
С ней многое связано, самое главное.
Но я не могу вспомнить, как ее звали.
Все путается.
Может, Анастасия?
Когда вы были без сознания,
прошептали ее имя.
[шум воды]
[шум колес и педалей]
[трогательная музыка]
Отлично, друг мой.
Отлично.
[Жуковский] Какая красивая штука, а?
Но, думаю, не полетит.
Почему?
Коэффициента подъемной силы не хватит…
вы здорово придумали
с поворотом крыла, здорово.
Но при той же силе мотора
фокус не удастся.
Нарушено соответствие,
чистая аэродинамика,
никакой метафизики.
А вот расстраиваться не нужно.
Да, надо просто все
еще раз просчитать,
каждый сомнительный элемент.
Понятно?
[смешок]
[Жуковский] А теперь приглашаю всех
на поэтический вечер.
Сегодня будем слушать Блока.
Без него, друзья, мы тоже не взлетим.
[Жуковский] Помните…
«Летун отпущен на свободу».
Пошли, пошли, прошу, прошу вас.
Авиатор Платонов.
Николай Егорович,
мысль есть одна, хочу обдумать.
[музыка]
Прекрасно, когда есть мысль,
это прекрасно.
Друзья мои!
[Жуковский] «Качнув две лопасти свои…»
[Сева] Ну, очень за тебя рад.
Как здорово.
Почему «Фортуна»?
Она же у Фролова была.
А этот совсем другой.
Да, этот мой.
А кто у вас Икар?
[шелест страниц]
[музыка затихает]
Вы очень хорошо рисуете.
Вы этому учились?
Наверное, это у меня в крови.
[Настя] Мы подняли ваши документы.
Вы были перспективным
авиаконструктором,
наверное, поэтому вы так быстро
освоили компьютер.
И знаете что,
а давайте вы будете записывать всё,
что вспомните за день,
всё, что с вами произошло.
И всё, что вспомните
из вашего прошлого,
тоже обязательно записывайте,
даже отдельные фразы,
слова, предложения.
Я буду видеть, как быстро мы с вами
в нашем деле продвигаемся, и…
Я вспомнил, как мы встретились.
[трогательная музыка]
С кем?
[Платонов] С Анастасией.
[шорох карандаша]
[Костя] Фемида. Почему?
[Платонов] Это из детства.
Такая стояла в кабинете у отца.
Хорошо.
Скажите, пожалуйста, вам
о чем-то напоминает фамилия Брянцев?
Возможно. Толком не могу сказать.
Уникальный биолог.
Если вкратце —
занимался криогенной консервацией —
он замораживал всяких зверушек.
Однажды ему удалось оживить обезьяну,
это дало надежду на то, что то же
самое можно сделать с человеком.
Зачем?
[Костя] Чтобы победить смерть.
Это мечта человечества.
Брянцев в это верил.
Правда, продолжить
эксперимент на людях,
кстати, добровольцах,
ему разрешили только в одном месте —
на Соловках.
Вы были среди них, Платонов.
Таким образом в 29-м году на Соловках
появилась лаборатория «Лазарь».
[Костя] Но тут вмешалась природа:
в недрах Секирной горы
произошел мощный обвал,
и он перекрыл все входы в лабораторию.
Но и тут нам с вами повезло,
со времен основания монастыря
существовал секретный вход,
Брянцев в своем дневнике его указал,
вот такая история.
Одевайтесь.
Одевайтесь, одевайтесь.
[Настя] Буду ждать вас на причале.
[грустная музыка]
[щелчок зажигалки]
Так.
А почему эта дама вынула меч?
Это Фемида.
У нее завязаны глаза,
она же может случайно кого-то ранить.
Как ты прав, сынок.
Как ты прав.
[Костя] Насть, это очень хорошая идея.
[Настя] Какая именно?
Вести дневник воспоминаний.
Заметила, он довольно
быстро осваивается.
Настя.
- Чего?
- Ну-ка иди сюда.
Чего?
Тебя что-то беспокоит?
[музыка начинается]
Да нет, Кость, ничего.
Просто Платонов, он,
я не знаю, как тебе сказать правильно.
Ну скажи как-нибудь.
Понимаешь, он человек из прошлого,
и по всем законам природы
ты не можешь его видеть,
знать, говорить, чувствовать его.
Но он здесь, он есть, такой тонкий,
ранимый, при этом мужественный.
Таких, как он, сейчас не найти.
А я?
[Настя выдыхает]
Кость, ты чего?
Таких, как ты, вообще нет.
[музыка усиливается]
- [Платонов] За что я сидел?
- За убийство.
А кого я убил?
Я не знаю.
- А как узнать правду?
- Вспомнить.
Отвезите меня в тот дом, где я жил.
[тревожная музыка]
[звонит телефон]
[шум шоссе]
[Платонов]
Анастасия — удивительное имя:
полновластное. Три «А» и два «С».
Она сказала:
«Меня зовут Анастасия.
А вы ангел или Икар?»
[Платонов] Она будто бы вся светилась.
Руки в муфте.
[Платонов]
А я ей так ничего и не смог сказать,
стоят как истукан
с этими бутафорскими крыльями
и не мог оторвать от нее глаз.
[Настя] И как вы встретились
во второй раз?
[Платонов] При совершенно
неожиданных обстоятельствах.
- [музыка затихает]
- [скрип двери]
[шаги]
[щелчок]
[хлопок двери]
[спотыкается]
[Платонов] Черт возьми.
Здравствуйте, а вы кто?
Вы не пугайтесь.
Мы к вам на подселение.
Мы — Воронины.
Нам нужна
Елизавета Аркадьевна Платонова.
Да, это моя мама.
[выдыхает]
Вас уплотнили нами.
Вы уж не обессудьте.
Мама на дежурстве, я…
[Воронина]
Да, мы знаем. Нам сосед сказал.
Ну выбор невелик,
либо у вас здесь на полу,
либо на улице.
[Платонов] Ну что вы, это…
[грустная музыка]
Ну здравствуйте, милый Икар.
[Воронина] Вы знакомы?
Крылья не опалили?
А? [вскрик] Черт.
[трогательная музыка]
[Сева] Новый быт коммунизма
перевоспитает, пересоздаст человека.
- Простите.
- [Сева] Да-да, конечно.
Как же это вам удастся?
[Сева] Ну на первых порах
методом принуждения.
Без этого, к сожалению, никуда.
Ну, а потом
гражданин во всех своих делах
будет сверяться
с пролетарской совестью.
Пролетарская совесть?
Что это за птица такая?
Видел я ту совесть.
[Сева] Это трудности развития.
[Сева] Человек — это одна искорка,
организовать,
придать общее направление
этому огню — вот наша задача.
Замечу, юноша, что у человека,
в отличие от искорки, есть мозги,
он способен направлять себя сам.
Так и мозги не у всех есть.
Это тоже нужно понимать.
Совершенно с вами согласен,
но из этого следует, что вы работаете
исключительно с теми,
у кого нет мозгов.
Их можно направлять и организовать.
[Сева] Осторожней.
Вы о народе говорите.
[Воронин] Я и сам народ.
[Сева] Вы не понимаете
самого главного:
впервые в истории мы имеем учение,
которое позволяет
этой историей управлять.
[Сева] Учение Маркса всесильно,
потому что верно.
А верно, надо понимать, оттого
что всесильно?
[Воронин] Два спорных утверждения
не могут доказывать друг друга.
По логике вам, юноша, кол.
Это Ленина слова.
[Платонов] Мама, каким он стал.
Настоящий самурай.
А в детстве боялся темноты.
- Ну перестань.
- Ну хватит вам. Иннокентий.
- Понял.
- Полно.
[мама] Севочка —
сын моей покойной сестры,
с 11 лет у нас жил,
и он у нас большой молодец. Правда?
Ну что, давайте лучше чай пить.
[Сева] Да. Угощайтесь, товарищи.
[мама] Ты, Севочка, должен понять нас,
людей другого поколения.
Нам просто трудно все принять сразу.
А вы, Сергей Никифорович,
ну просто можете относиться
к коммунистической идее как к мечте.
Ну скажите, пожалуйста,
что плохого в мечте?
Ничего.
Если она остается мечтой.
[тревожная музыка]
Но ведь ее начинают воплощать…
Ну мне пора.
[Воронин] Простите,
юноша, если чем-то вдруг…
[Сева] Не стоит.
Время нас рассудит.
Не могу.
Почему?
[оперное пение вдалеке]
Боюсь.
Чего?
Воспоминаний.
[Платонов] С вашего позволения,
мы тоже пойдем
прогуляться, если вы не против.
Ну и куда вы?
[Коля] Миловаться, куда ж еще-то?
Все на кухню ходют стишки читать,
а лучше б сразу на сеновал.
- Это кто?
- Это наш сосед, подселили.
Так сказать, рабочий класс.
[мама] Трудится на колбасной фабрике.
Но вообще он очень хороший.
Коленька, голубчик, а ты что хотел?
А я же это, общения тоже желаю.
А то замечать меня не хотите.
А я Коля Зарецкий,
соседи ж все-таки.
[Коля] Я не с пустыми руками к вам,
я этот, гостинец вам.
Что вы делаете, Николай?
Это неприлично!
Это, ежели на вахте нащупают,
скажу — мол, писька.
[хихикает]
Я же не по много выношу, так,
чтоб только вечером покушать.
Вот она.
Высший сорт,
из мяса молодых бычков,
угощайтесь, пробуйте,
полезный продукт, пробуйте.
- Ну куда?
- Сказочный вкус!
Куда ты, ну все-таки скатерть,
что ты делаешь.
- Что мне с тобой вообще делать?
- Чайку ба!
- Вот, пожалуйста, возьми.
- Благодарю.
[мама] Попей чай у себя в комнате,
ложись спать.
Не-не-не, я здесь посижу с людями.
[мама] А ты попей там.
- Мы, видишь, тоже расходимся.
- Да здравствует гегемон.
О! Важный какой.
[смех]
Профессура. Оратор.
Зачем вы меня обижаете?
М?
Вот что я вам сделал?
Я же от чистого сердца,
с вами делюсь, пришел.
Я же от чистого сердца.
Что я вам сделал?
Зачем вы меня обижаете все время?
Я же по-людски, по-соседски.
- [мама] Коленька…
- Делюсь то, что имею.
Последнее отдаю, можно сказать, вам.
Спасибо. Ты наш кормилец.
Я же от души.
Спасибо тебе большое. Пойдем.
А вот матушка у тебя добрая.
- Мы тебе очень благодарны.
- [Коля] А я от души.
[музыка затихает]
[Анастасия] Сева!
Вы на отца моего не сердитесь?
Что вы, Сева добрый.
Он просто не сдержан,
особенно в идейных диспутах.
Отцу трудно все это принять.
А тут еще и на кафедре у него
все неладно.
Это все нервы, понимаете.
Не переживайте,
я не злюсь на вашего отца.
- Куда мы?
- Сева… мы хотим побыть вдвоем.
Ты не обидишься?
Нет, конечно.
Я вас благословляю.
Я же говорил, он добрый.
[тревожная музыка]
Пойдем.
[звонок трамвая]
[тревожная музыка продолжается]
[музыка затихает]
[Настя] Вы хотели бы детей?
[Платонов] Я не знаю.
А у вас есть дети?
Нет.
Я понимаю, это не совсем деликатно…
но мне отчего-то показалось,
что вы не вполне счастливы.
Да нет, что вы,
Костя замечательный человек,
и я с ним очень счастлива.
Дети…
просто, наверное, еще не время.
Давайте еще немного покатаемся.
Пожалуйста.
[тихая музыка]
[вибрация смартфона]
Который час?
Начало 11-го.
Скоро наступит ее день рождения.
Настя, я вас… я вас очень прошу.
Можно мы заедем еще в одно место.
Это было наше место.
На Елагин остров.
[музыка затихает]
[плеск воды]
[пение птиц]
[стук весел]
[Платонов] Закрой глаза.
[звон цепочки]
[Платонов] С днем рождения.
[тихая музыка]
Соло иль пасето э иль футуре.
Это значит, что мы сейчас
между прошлым и будущим.
[Платонов] Если поторопиться,
то есть шанс на восточной
стороне острова встретить рассвет.
Это значит, мы сейчас
между прошлым и будущим.
Вы сейчас повторили ее фразу…
слово в слово.
Я хочу, чтобы это был твой талисман.
Он будет тебя хранить.
[трогательная музыка]
Что с тобой?
Я вчера стихотворение одно прочла…
мне стало так…
невыносимо грустно.
«Авиатор» называется.
Что ж тут грустного, глупенькая.
Это же очень красиво.
Это же Блок.
Летун отпущен на свободу,
качнул две лопасти свои.
Нет.
Этот сборник называется
«Страшный мир».
Слышишь? «Страшный мир».
Это стихотворение про тебя.
[шепотом] Про тебя.
Пообещай мне всегда быть рядом
и никогда не исчезнуть, как он.
Пообещай в день моего рождения.
[рев мотора]
[музыка затихает]
[вздыхает]
[глушит мотор]
[вздыхает]
Ой, извини, что-то я вырубился.
Сколько? Ой-ей.
А ты где…
Что-то случилось?
Нет, Кость, ничего не случилось.
Просто Платонов,
он попросил отвести его на Елагин.
[Настя] Кстати, он многое вспомнил.
Он вспомнил, а ты забыла.
С днем рождения.
Кость, я ничего не забыла.
[музыка]
- Ну прости меня, пожалуйста.
- Нет.
- Прости, спасибо тебе большое.
- Нет, нет.
Кость.
Прости меня, пожалуйста.
Спасибо тебе большое.
[чувственная музыка усиливается]
[рёв двигателя]
[шум воды]
[музыка затихает]
[плеск льда]
Здрасьте!
- Константин Генрихович!
- Че трубки не берем?
Ну видишь, привыкаю к вечности.
А че случилось-то?
- Я все, прекращаю все.
- [Виктор] Что прекращаешь?
Все, я заканчиваю работать.
[Виктор] Погоди ты!
[Виктор] Ты объясни, что происходит?
Спокойно объяснить можно?
У Лазарей был кровезаменяющий состав,
плюс определенный криопротектор,
у Платонова то же самое,
плюс что-то еще.
Что, я не знаю.
[Виктор] Но, вероятно, ему,
Платонову, должны были сказать.
Мне кажется, нужно искать ответ
где-то в памяти Платонова.
А если он не вспомнит?
Ну то есть как это не вспомнит?
Ну не вспомнит.
Все вспомнит, это не вспомнит.
Может, он не знает. Че будем делать?
Слушай, да все он вспомнит.
Погуляй.
- Ты обязательно…
- Что обязательно?
Вить, ты не слышишь меня.
Я тебе говорю, я не знаю, где искать.
Я первый раз не понимаю, что делать.
Слушай, это просто усталость.
Не психуй.
Ты…
ты обязательно все найдешь.
Потому что ты — это ты.
Скажи, как у Насти дела?
У Насти? Замечательно.
Процесс идет, она меня скоро бросит.
Да никогда она тебя не бросит.
Она тебя боготворит.
[Костя] Угу. Боготворит.
Бог дает жизнь,
а я нет, не могу.
То есть? В каком смысле?
Вить…
я…
скорее всего…
не могу иметь детей.
[тревожная музыка]
Настя этого не знает,
я просто боюсь ее потерять.
Погоди, а в каком смысле,
скорее всего?
Она очень хочет ребенка.
Я же вижу, это смысл ее жизни.
Если она узнает, что я…
ну получается, я не нужен тогда.
Ну так получается, да?
Погоди, а ну с чего ты решил,
что она тебя обязательно бросит?
У нее, кажется, роман с Платоновым.
[Костя] Не, я не уверен,
но она все время с ним,
все время с ним, даже когда со мной,
а я же чувствую, что она не со мной.
Ой, ладно, вот это уже,
действительно, паранойя,
не…
давай-ка сделаем так:
ты не психуй
и не делай поспешных выводов.
Ну, а я…
а я там все разузнаю.
Как?
Деликатно.
[музыка затихает]
Я… давно собираю всё,
что связано с историей авиации.
Платонов, помогите мне.
Эту машину я нашел пару лет назад,
ну а потом, когда мы узнали, кто вы…
[шорох]
я купил эту мастерскую.
[тихая вдохновляющая музыка]
[Виктор] Впрочем, это всё ваше.
Наверху есть маленькая квартирка,
можете жить там и вспоминать.
Спасибо.
Да не за что.
[скрежет]
Очень важно,
чтоб вы поскорее все вспомнили.
Почему?
У вас в сосудах был
раствор особого состава,
но мы не можем понять какой.
[Виктор] Ну и так как он был
у вас у единственного,
то не исключено, что Брянцев мог
что-то вам сказать об этом.
Ну вот, если бы вы вспомнили,
вы бы очень помогли.
Но ведь это же может быть ошибкой.
[Виктор] Да, может,
но у меня больше ничего нет.
Вы — единственный выживший.
Достроить и вспомнить всё.
[смешок]
Достроить и полететь, авиатор Платонов.
[Виктор] Ладно, я понимаю, вы,
наверное, хотите побыть один —
располагайтесь, ваши вещи уже наверху.
До встречи.
[хлопок двери]
[музыка продолжается]
[лиричная музыка продолжается]
[музыка замедляется]
[музыка затихает]
[звуки готовки]
Доброе утро, Иннокентий Терентьевич.
[Платонов] Доброе утро.
Николай, не ошибаюсь?
Не ошибаетесь, Иннокентий Терентьевич.
Он самый.
Можно просто Иннокентий.
Я так не могу.
Вас Виктор Петрович прислал?
Да нет, я сам напросился.
Просто помочь хотел.
И в чем будет заключаться ваша помощь?
Аэроплан.
Да и вообще.
[щелчки, скрежет]
Николай, вы давно Виктора знаете?
Очень.
А вы ему кто?
Однажды он меня спас.
Дело было высоко в горах.
[Виктор] Но не так уж высоко,
я думаю, тысяч пять, не больше.
А я с подарком.
Вот, сможете слушать
свою любимую музыку.
Коль, покажешь потом, как работает.
Простите, что отрываю,
но мне нужно ваше экспертное мнение.
[музыка]
[горн]
[горн]
[ржание коня]
Скачок.
- Рано.
- Нет-нет, стоп. Нет, нет.
Скачок…
Так называли человека,
готовящего путь пожарному обозу.
[команды на съемочной площадке]
Добрый день.
[команды на площадке]
Поверили?
Кино.
Ань, текст, давай-давай.
Так.
Ага. Готовя путь пожарному обозу,
скачок трубит.
И вот, по бурлящей улице…
[Виктор] Режиссер. Зоя Ларионова
чуть ли не лучшая в своем поколении.
[свистит] Зоя!
Привет.
[Виктор] Я продюсирую
уже вторую ее картину.
Ну что, как мы восстанавливаем
историю, похоже?
Ну или, может, что-нибудь упустили.
Взлетают огненно-желтые листья,
а мы с мамой стоим, прижавшись
к чугунной решетке, и наблюдаем,
как их невесомость
передается пожарном обозу —
он медленно отрывается от брусчатки
и словно летит над улицей.
А хорошо, да, что мы сюда пришли?
Вы же понимаете, что нам важно,
чтоб вы все вспомнили.
Да?
Почему все это вас так волнует?
Научный интерес?
[смешок]
Нет, на науку мне, простите, наплевать.
Нет, просто вы — единственный,
кого разморозили живым.
Ну я смотрю за вами,
наблюдаю за вашим состоянием,
чтоб понимать,
что ждет меня в подобной ситуации.
- Вас?
- Угу.
Вам-то это зачем?
[музыка затихает]
[смешок]
Скучно.
В этом веке я уже все видел.
Хочу в следующий.
- Всё видели.
- Угу.
Вы уверены?
О да, конечно уверен.
Но ведь это неправильно.
[смешок]
Неправильно, в смысле,
против божьей воли?
Да, если хотите.
Не, не хочу, я в него
не верю. Простите.
А вот что же вы тогда верите?
Знаете, я боюсь, этот разговор нас
может слишком далеко завести.
[тревожная музыка]
Я вам не верю.
[ухмылка]
Что, простите?
Я уверен, что скучно — это не причина.
[тревожная музыка]
[шорохи]
[скрип дерева]
[тяжелое дыхание, крик]
[свист]
[кричит] Есть кто дома?
[Коля поет]
? Над полями, лесами-болотами. ?
? Над изгибами северных рек ?
? Ты проносишься плавными взлетами… ?
Ты чего?
? Небожитель, чужой человек. ?
Настенька, Анастасия.
- Воды, воды.
- Держи.
Настенька!
- Что случилось?
- Ворониных арестовали.
[Коля поет]
[Платонов] Вы можете толком объяснить,
в чем дело?
[мама] Я что-то услышала
про контрреволюцию,
я ничего не поняла.
[Коля поет]
Я пришла с дежурства,
когда их уже уводили.
[тревожная музыка]
А за что?
Я не знаю.
? Но подумай, припомни, постой. ?
[музыкальный проигрыш]
[тревожная музыка]
[ветер, метель]
[быстрые шаги]
[Платонов] Получилось узнать что-то?
[кричит] Ну чего ты молчишь?
- Успокойся.
- Я спокоен.
Ты знал, что Воронины были
в тесных связях с царской семьей?
При обыске у них нашли
совместные фотографии
с членами императорской фамилии.
Да перестань ты. Какие связи?
Он был известный биолог,
его награждали…
Был контрреволюционный заговор.
Воронины принимали в нем участие,
они сознались.
Поверь, Кеша, никакого допроса
с пристрастием не было.
Есть и другие факты.
Дочь их ничего не знала.
Ступай домой.
Сева!
[мрачная тревожная музыка]
Только не смей мне лгать.
Это ты Ворониных?..
[удар]
[Сева] Ты сдурел, что ли?
Да, не поладили мы с ним.
Это был просто диспут.
Прости меня.
Но кто-то же донес.
- Кто-то же донес.
- Ну, а сам как думаешь кто?
[мрачная музыка усиливается]
- Сосед?
- [Сева] Не смей ничего делать,
я тебя предупреждаю.
Что я могу сделать?
Непоправимое.
Ну зачем? Зачем он это сделал?
Так бывает.
[музыка становится тише]
[торопливые шаги]
Ты что?
Страшный мир.
[дыхание]
[музыка затихает]
[Платонов] Потом она заболела,
у нее были слабые легкие,
еще с рождения,
я ухаживал за ней,
но она не приходила в себя.
[Платонов] А потом случилось,
что случилось.
[тихие всхлипы]
Что?
[Виктор] Кость, я уговорил
Смолянца тряхнуть стариной,
проследить за нашей парочкой.
Между ними ничего нет.
Мой тебе совет: ты расскажи ей всё,
как-то это переживете и…
и живите дальше.
Это правда?
[Виктор] Слышь,
я тебе врал когда-нибудь?
Не знаю.
Расскажи, чего там?
Как продвигается работа?
[Костя] Трудоемко и безрезультатно.
[Виктор] Ну и что
ты хочешь предпринять?
Продолжать поиски.
Да знаю.
Че уставился?
[лирическая тяжелая музыка]
[музыка продолжается]
[музыка затихает]
Господи!
Ой, ну почему же так все просто?!
Вот я идиот.
Витя!
[смешок] Я нашел.
[дыхание, нервный смех]
[всхлипы]
[рыдания]
[шаги]
Что случилось? Почему ты плачешь?
Тебя?..
Тебя не учили стучаться?
[вздох]
Это… это… это не деликатно.
Ты чем-то серьезно болен, да?
Ты поэтому так хочешь заморозиться?
[лиричная музыка]
Кто тебе сказал?
Да никто, глупенький,
я это сама почувствовала.
Как только мы стали
по-настоящему близки.
А мы близки?
Для меня да.
А для меня нет.
[Виктор шумно выдыхает]
Мне все равно.
Нет.
Расскажи.
Тебе станет легче.
Это наследственное.
У меня дед так болел.
Примерно через полгода
я превращусь в живой труп,
вообще не смогу шевелиться.
И, что самое страшное
или самое смешное,
ничего не забуду.
Вить, все будет хорошо.
Константин Генрихович
скоро откроет секрет заморозки.
Уже открыл.
Сегодня. Только что.
[смех]
Так, а почему же ты плачешь?
[смех]
Не знаю, от радости…
Витя…
М?
Я решила…
заморозиться с тобой.
[смешок]
Зачем?
Чтоб тебе было теплее.
[смех]
[смех]
Я должен был полететь десятого января.
[Платонов] Но в тот день…
[шорохи]
[тревожная музыка]
[Платонов] Ты зачем ее трогаешь?
Не трогай ее. Ты зачем здесь?
Я помогаю. Участвую.
Матушка твоя попросила.
Она за лекарствами пошла,
а у нее-то весь жар и вышел.
Ты зачем на Ворониных донес? Ты зачем?
Да я… потому что я для вас говно.
А я рабочий класс.
Замечать меня не хотите, а надо бы.
Я — Коля Зарецкий!
Я тоже здеся проживаю,
вот то, что, не то, что.
[удары]
[звон стекла, хруст костей]
[музыка затихает]
[дыхание]
Зарецкий?
Платоша.
[грустная музыка]
Что мне теперь делать, а?
Что мне теперь делать,
ты мне скажешь, а?
[Сева] Ты о них подумал?
Что ты молчишь?
Позаботься о них.
А я за все отвечу.
[женские всхлипы]
Платош, Платоша.
[Сева] Нет-нет-нет. Стой. Стой.
Не оставляй меня,
ты же обещал.
[лирическая музыка]
[плач]
[мама] Бедный мой мальчик.
Зачем же ты сделал это?
Перед тем, как прийти с повинной…
я пошел в мастерскую.
И спрятал его в аэроплане.
[Платонов] Я не знаю…
я долго не решался сказать…
вы с ней одно лицо.
[Платонов] Я не знаю,
как это объяснить.
[Платонов] Мне кажется,
поэтому я и оказался здесь.
Я обещал ей не исчезнуть.
[Платонов] Я не сдержал слова.
Теперь я говорю это вам.
А не ей.
Прости.
Прости меня.
[гудки в трубке]
[дыхание]
[волнующая музыка]
[напряжение в музыке возрастает]
[музыка затихает]
[сбитое дыхание]
[мрачная музыка]
[музыка затихает]
[Настя] Как ваш аэроплан? Уже готов?
[Платонов] А вы хотите, чтоб я улетел?
[Настя] Я хочу,
чтоб вы обрели будущее.
[шум мотора]
[плеск воды]
[тревожная музыка]
[грохот, шум несущихся велосипедов]
Платонов!
Платонов, осторожней!
[различные звуки]
[тяжелое дыхание]
[музыка затихает]
[тяжелое дыхание]
[шипение]
[Настя, вдалеке]
Что с вами? Вы что-то вспомнили?
Я вспомнил…
[лай собак]
[конвоир] Иди.
[кашель в строю]
[кашель в строю]
Ты!
Выйти из строя.
[конвоир] Выходи давай.
[кашель]
Фамилия?
Авиатор Платонов.
Что с ним?
Да бредит он,
температура высокая,
товарищ уполномоченный.
Мы к вашему приезду
на всякий случай всех построили,
с лазарета он.
Этот тоже.
[говорит с трудом]
Как там мама и Анастасия,
а то я им пишу, а они не отвечают.
Ты для них давно умер,
еще по дороге в лагерь.
Тиф. Это я им сказал.
Зачем?
А зачем моей семье родственник-убийца?
А так нет человека — нет проблем.
Слыхал?
Твоей семье?
[Сева] Да, моей семье.
[музыка]
Ты же знаешь,
Елизавета Аркадьевна —
моя горячо любимая тетушка,
она мне как мама.
А за Анастасией я приглядываю.
Зачем ты Зарецкого убил —
я ведь тебя предупреждал,
а ты меня не послушал.
Убил невиновного.
[сквозь рыдания, еле слышно]
Он же признался, он же сознался.
Да, Кеш, так бывает,
я очень хорошо знаю таких людей.
Им главное, чтоб их заметили.
[тяжелый вдох]
Значит, это ты Ворониных?..
Да как же ты не понимаешь, Кеша?
Я верный боец
за дело мировой революции,
а они были враги.
Потому что заговор был,
и я ни секунды не сомневался,
когда сделал свой выбор,
а ты свой.
Так что все честно.
[рыдание]
Если бы я мог, я бы тебя сейчас…
[Сева] Но ты не можешь.
Ты, братец, считай, уже мертв.
Единственное, что я могу
сделать для тебя,
в память о нашем прошлом —
это облегчить твои
предсмертные страдания,
чтоб ты не умер в собственном говне.
[грохот]
Уж лучше в говне…
А вот это, милый мой,
решать уже не тебе.
[музыка затихает]
[позвякивание цепочек]
Почему Брянцев дал ему
именно этот раствор?
Он что-то говорил, нет?
Простите, мы виделись всего 15 минут
и ни о чем не говорили,
потому что он ничего не решал.
[Костя] А кто решал?
Мой двоюродный брат, Сева.
[лязг двери]
[мрачная музыка]
[звон стекла]
Снимай, ложись.
Возьми.
[Брянцев] Товарищ уполномоченный,
первая партия «Лазарей»
к началу эксперимента
полностью готова.
- Сколько их?
- [Брянцев] 12.
Этот будет 13-м.
[Брянцев] Но это невозможно —
у меня криопротектора и эфира
для наркоза только на 12 человек.
В общем, без этого бессмысленно…
[тревожная музыка]
Бессмысленно со мной пререкаться.
[музыка усиливается]
[Платонов] Брянцев боялся брата
и вместо криопротектора
добавил другой компонент.
Для наркоза использовал ксенон,
а вот какой был второй компонент,
я понятия не имею.
Этиленгликоль.
Так он же токсичный.
Ксенон всю токсичность
практически свел на нет.
Вместе они дали эффект
значительно усиленного антифриза.
Это и спасло вам жизнь.
[Виктор смеется]
И никто никогда
за всю историю крионики
не попытался смешать
эти два компонента,
потому что считал это бессмысленным.
[смех]
[Платонов] То есть, по-вашему
получается, меня накачали чем попало,
и поэтому я выжил?
Действительно, абсурд.
Так, теперь мы…
Платонов, вы куда?
[хлопок двери]
Я сейчас приду.
[хлопок двери]
Платонов!
[хлопок двери]
[крики чаек]
Конец нашим мучениям.
Где хочешь собрать научных мужей?
Да мне все равно, Вить.
Ну что значит «все равно»?
Кость, что, опять
эта идиотская ревность?
Давай не будем сейчас об этом, хорошо?
Давай.
Ты без пяти минут нобелевский лауреат,
ты такое открытие сделал.
Вить, знаешь,
[напряженная музыка]
не буду я тебя замораживать.
[смех]
Иди ты в жопу. Что ты меня дразнишь?
Хочешь правду?
Нет.
Да.
Витенька, я прекрасно понимаю,
почему ты меня обманул.
[Костя] Я понимаю прекрасно.
Я не буду тебя замораживать
не по этой причине.
[Костя] Это мелко.
Я не буду тебя замораживать,
потому что я люблю тебя.
Правда. Я люблю тебя, каким бы
идиотом ты ни был,
я просто не хочу тебе такой участи.
Ну посмотри, ну посмотри на него,
ну зашоренный несчастный человек.
Ну ты проснешься через сто лет, что?
А болезнь твою не научатся лечить.
[Костя] И что?
Будешь умирать, как твой дед,
в одиночестве, в говнище.
[возня]
Я врежу тебе сейчас, понял?
Давай, врежь, если тебе легче будет,
врежь, врежь, Вить,
только с ноги сойди.
[Костя] Коттедж освобожу завтра.
Как хочешь.
Все лавры там за открытие,
естественно, твои.
Пока.
Пока?
Пока.
- Кость!
- Что?
[шаги]
[музыка затихает]
На ногу наступи, а то поссоримся.
[лиричная музыка]
[Витя вскрикивает]
Ты дурак, что ли?
Ты дурак. Больно как!
Больно, а!
[кричит] Валь!
[Платонов] Я человека убил,
что с этим делать?
[Платонов] Николай,
у меня есть к вам просьба.
Что у вас произошло с Витей?
[выдох]
Не сошлись в приоритетах,
надо вещи собирать и съезжать.
Вы что, расстаетесь?
Честно говоря,
я уже перестаю во все это верить.
[Настя] Во что «в это»?
Хочу какое-то время пожить один.
Ты так решил?
Да. Надеюсь, ты не против.
[музыка затихает]
[Костя] Как жизнь?
Двигатель восстановили.
Вроде все на своих местах.
Значит, мозг работает отлично.
Поблагодарим за это Настю?
Послезавтра нас ждут в Москве,
готовы встретиться с людьми,
рассказать о себе?
У вас есть формула,
мечта человечества сбылась.
Зачем мне ехать куда-то
и с кем-то встречаться?
Не поймите меня неправильно,
я готов ехать.
Просто я не смогу честно посмотреть
людям в глаза и сказать,
что это принесет им счастье.
М-да.
Именно это было бы неправдой.
[шум мотора и воды]
[электронная музыка, шум вечеринки]
[радостные крики]
Вы знаете, кто перед вами?
[одобрительные возгласы]
Человек, который воскреснет,
как Лазарь.
[музыка уходит на дальний план]
[музыка затихает]
[тишина]
[электронная музыка появляется снова,
шум вечеринки]
[музыка затихает]
[Платонов] Прости меня,
раб божий Николай,
убиенный мной зимой 1922 года.
Пойдемте.
Иннокентий Терентьевич,
жду вас в машине.
О чем вы думаете?
О матери.
Об Анастасии.
Что с ними стало?
Они погибли в блокаду.
Это все, что нам удалось установить.
А Сева?
В 37-м он умер от воспаления легких.
[Платонов] Бедняга.
Он ведь, по сути, меня спас.
[Настя] Я долго думала о вашей фразе
«Бог сохраняет все».
[лиричная музыка]
Бог сохраняет все через нас.
Но ведь мир огромен,
всего о нем не расскажешь.
Всегда найдется тот,
чей обзор достаточно широк.
Например?
Например, авиатор.
[медленная грустная музыка]
[музыка затихает]
Привет.
Привет.
Плохо выглядишь.
Бессонница?
Витя умер.
Как умер?
Кость, как это случилось?
Тромб оторвался.
[тревожная музыка]
Костя.
Костя.
Ты поедешь со мной в Москву?
Без тебя это все бессмысленно.
Это же наше с тобой будущее.
Помнишь, да?
[Костя] Я все время думаю…
мы же, по сути, завтра
людям скажем неправду.
[Костя] Не принесет
это открытие ничего.
Прав Платонов, прав.
Надо оставаться с теми,
кого любишь, как бы то ни было.
[Настя] Кость…
[Настя] Кость, я…
я должна тебе кое-что сказать.
Что?
[шум мотора]
Говори. Что ты молчишь, что?
Не молчи, говори, что, что?
[клаксоны]
[крики, визг шин]
[визг шин]
Костя!
Цела?
Вроде да.
А ты?
[музыка затихает]
[всплеск воды]
[спокойная музыка]
[Настя глубоко вздыхает]
Костя…
у меня будет ребенок.
[музыка затихает]
Поехали-ка домой?
Сегодня, наверное,
самый главный день в моей жизни.
А что Платонов?
Какой Платонов?