Бывшая куртизанка заводит роман с инфантильным юношей. Мелодрама о
трагедии мезальянса с Мишель Пфайффер
Все фразы и цитаты
В наше время нам может показаться, что
существует достаточно примеров того,
как проститутки всех мастей
с легкостью достигают славы и богатства.
Но в конце 19 века,
во времена "Прекрасной Эпохи",
как называли это время во Франции,
несколько куртизанок на короткое время
стали самыми известными и
влиятельными женщинами
за всю историю существования
этой профессии.
Среди них Эмилия Д'Аленсон,
считавшая себя актрисой,
но более известная, как женщина,
едва не обанкротившая короля Бельгии
Леопольда Второго.
Лиан де Пужи,
которая однажды вынудила своего любовника
купить ей целую витрину украшений
общей стоимостью полтора миллиона франков,
только потому, что не могла выбрать то,
которое нравится ей больше всего.
Позднее она стала монахиней.
Красавица Стеро, балерина-испанка,
любовница шести европейских монархов.
Ради которой совершались самоубийства.
Ее грудь послужила моделью
для купола отеля Карлтон в Каннах.
И, наконец, Леа де Лонваль,
урожденная Леона Валлон.
Многие завидовали ей
из-за ее божественной красоты.
Она, к тому же, была достаточно умна,
чтобы избежать самого неприятного
последствия своей профессии,
а именно: любви.
После отъезда ее последнего любовника
в свои владения в России.
Режиссер СТИВЕН ФРИРЗ
Леа, понимая, что годы неумолимы,
начала серьезно задумываться
об уходе на покой.
Неужели в мире есть что-то лучше постели,
когда ты в ней одна?
- Спокойной ночи, мадам.
- Спокойной ночи, Роуз.
Мишель Пфайффер
ШЕРИ
(по роману Колет)
Штаб-квартирой Прекрасной Эпохи
был ресторан Максим,
где всегда можно было получить
обширную информацию
относительно доступных женщин.
Еще бренди!
Одним из завсегдатаев Максима
был Фред Пелу,
по прозвищу Шери.
Богатый, но беспутный сын
еще одной знаменитой куртизанки.
РУПЕРТ ФРЕНД
Единственный сын женщины, которая
полностью посвятила себя карьере,
Шери вел одинокую
и часто беспорядочную жизнь.
И теперь, в 19 лет,
после нескольких лет непрерывных оргий,
он достаточно устал,
чтобы тоже задуматься о покое.
Время от времени Леа да Лонваль
вставала пораньше,
чтобы приготовиться, как могло показаться,
к битве гладиаторов.
Роуз, зачем только я согласилась
пообедать с этой ужасной женщиной
в ее отвратительном склепе?
Во Дворец Варьете, Эрнест.
Как большинство женщин, посвятивших жизнь
различным проявлениям любви,
и, в результате, не имевших доступа
в приличное общество,
Леа была вынуждена
вращаться в очень узком кругу.
Сегодня она навещала свою
бывшую коллегу Шарлоту,
которая некогда была ее самой
опасной соперницей...
КЕЙТИ БЭЙТС
... Женщину, известную врожденным талантом
вытягивать огромные суммы денег
из своих клиентов.
Сейчас же, отойдя от дел,
и изголодавшись по сплетням,
Шарлота пыталась решить
одну свою личную проблему.
Этот ребенок вгонит меня в гроб,
я уверена.
Шарлота, этому ребенку уже 19.
Помнишь,
каким очаровательным малышом он был?
Со своими кудряшками...
Думаю, я помню это лучше, чем ты.
Не понимаю, о чем ты.
Иногда мне не верится, что это мой ребенок.
Круги под глазами,
не встает раньше полудня,
не отставал от меня,
пока не получил новый автомобиль.
А ведь я была счастливой матерью.
Мы все несем свой крест.
Я надеялась,
что ты сможешь с ним поговорить.
Я?
Он всегда считал тебя
кем-то вроде крестной.
На меня он больше не обращает внимания,
но, уверена, выслушает все,
что скажешь ему ты.
Он сказал, не больше десяти сигарет в день,
и бренди только по выходным.
Оказал, что это сердце.
Так значит, оно у тебя есть?
Нунун!
Шери!
И в это время ты только встаешь с постели?
О, боже, кто это там?
Не начинай!
Ах, да, Вы моя мать, не так ли?
Припоминаю, мы несколько раз встречались,
когда я был маленьким.
Это совсем не смешно.
Слышала, тебя видели в баре
на прошлой неделе
на коленях у старой Лили?
Это нелепо. У Лили нет колен,
и уже много лет.
Теперь ты понимаешь?
Покажи язык.
Тебе не надо пить джин и бренди.
Но ведь это невежливо, если маме придется
пить в одиночестве, не правда ли?
Ты плохо выглядишь.
Он похож на мешок с костями.
Я вполне здоров.
У тебя нездоровый цвет лица,
совершенно зеленый.
Я хотела спросить, дорогая,
свободна ли ты в воскресенье?
Нет, завтра я уезжаю в свой дом
в Нормандии.
- С любовником?
- Нет, это в прошлом. Он вернулся в Россию.
- Ты, что забыл? Соберись.
- Что у тебя с памятью?
Мы ходили на прощальный обед
пару месяцев назад.
Да, там подавали лангустов,
и я бы не отказался сейчас от тарелочки.
То он вообще не ест,
а то просит тарелку лангустов!
И кого Вы берете с собой в Нормандию?
Я еду одна.
Хорошо быть богатой.
Ты можешь поехать со мной, если хочешь.
Там нечего делать: только есть, пить и спать.
Где Ваш дом?
На побережье, около Онфлёра.
Я так устал.
Я же сказала, что ты неважно выглядишь.
Тебе нужно пожить за городом.
Поесть простую еду...
Жареного цыпленка,
клубнику со сливками...
- Никаких женщин...
- Никаких женщин? Звучит заманчиво.
Тебе когда-нибудь объясняли,
почему у тебя такие красивые глаза?
- Нет…
- Потому что по форме они напоминают форель.
- Что?
- Прекрасная рыбка.
Вот здесь у переносицы - голова,
под бровью спина,
а внизу плоский живот.
- Мои глаза?
- Да, если бы изгиб был чуть больше,
было бы похоже на камбалу,
и у тебя был бы глупый вид.
Век живи век учись.
- Тяжелое?
- Да.
Вы помните, почему я стал звать Вас Нунун?
Не знаю. Тебе тогда было шесть,
и я не вступала с тобой в дискуссии.
Тогда Вы назвали меня Шери.
Я хотела, чтобы у тебя тоже было
хорошее прозвище.
Поцелуй меня.
Поцелуй меня.
Не уверена, что это было необходимо.
Правда? Ты думаешь, я первый раз целую
красивого мужчину?
Думал, я потеряю голову?
Даже если бы мы...
Хотя не думаю, что это возможно.
Ты сама это сказала.
Тогда давай закроем эту тему, хорошо?
Из сада сегодня такой приятный аромат.
Это розовая акация.
Иди сюда.
- Не злись. Не теряй темпа.
- Я не злюсь.
Неправда.
Это основная ошибка боксера.
- Я не боксер.
- Давай!
Да, не боксер.
Я знаю твою мать с тех пор,
как она танцевала в придворном балете.
Мы познакомились, когда она
только начала понимать,
что жрица любви это более надежный
источник дохода, чем искусство.
Не могу сказать, что она мне очень нравилась.
Никто не может.
Вкусно?
Но, знаешь, в нашей профессии
невозможно завести друзей
вне этого круга.
Никто не поймет женщин,
которые занимаются тем, чем мы.
Скажи что-нибудь.
Что?
Расскажи мне о себе.
Нечего рассказывать.
- Он никогда не станет боксером.
- Я привезла его не для этого, Патрон.
- Конечно.
- Это так странно.
Не знаю, с чем сравнить.
Как будто ты в постели с негром
или с китайцем.
Хотя у меня не было такого опыта.
- Прости, Патрон. Я тебя смущаю?
- Совсем нет, мадам.
Не могу сказать ничего плохого
о его характере.
Просто потому, что
у него нет характера.
Другие юноши, с которыми я встречалась,
сразу изливали мне всю душу,
а он не сказал ни слова.
Не могу это объяснить.
В нем есть что-то таинственное.
Мы как раз говорили о тебе.
Если бы я был женщиной, месье Шери,
то сказал бы, что сейчас уйду
и вернусь через 10 лет.
Но это бы вам не помогло.
- Вам нравится язвить?
- Да. Это поднимает мне настроение.
Всего несколько недель. Потерпи, Патрон.
И я отправлю его восвояси.
Но она не отправила.
И шесть лет спустя они все еще были вместе.
Она сама не могла это объяснить,
но, по правде говоря,
он настолько хорошо знал ее среду,
что не было никакой необходимости
притворяться.
Оба понимали, что ни одна страсть
не может длиться вечно,
но они привыкли друг к другу и находили
радость в ежедневной комфортной рутине.
Время от времени кто-нибудь замечал,
что их связь неприлична.
Они принимали это к сведению,
но все равно продолжали вести
размеренную жизнь
старой супружеской пары.
Можно мне это взять?
На мне оно выглядит не хуже, чем на тебе.
Сними, нить протрется.
Кто бы тебе его ни подарил,
намерения у него были серьезные.
И я серьезно, сними!
- Это будет прекрасным подарком на свадьбу.
- Для кого?
Для меня. Для кого же еще?
Для меня.
- Боишься, что я с ним сбегу?
- Нет, просто я знаю тебя.
Если я предложу, с тебя станется
принять такой подарок.
А почему бы и нет? Ведь мне идет?
Ты поверишь, если я скажу нет?
Не морщи нос, у тебя будут морщины.
Еще не скоро.
Иногда ты выглядишь уродливо.
Неправда.
Никто больше так не считает.
- Нет, сегодня нет.
- Да!
Нет, ты сегодня обедаешь с этой гарпией,
твоей матерью. Уже почти полдень.
Ты пойдешь?
- Нет, меня не пригласили.
- Правда? Странно.
Я тоже так подумала.
Мне было сказано прийти на чай.
Придет Мария-Лаура
со своей некрасивой дочерью.
Ее дочь очень хорошенькая,
но достаточно умная,
чтобы не казаться красивее
своей матери.
Как скажешь.
Роуз, набери мне ванну!
- Ненавижу, когда на тебе вуаль.
- Где твои манеры?
Никогда не упрекай женщину за то,
что на ней вуаль.
Если она ее надевает, значит,
у нее есть на то причина.
Мария-Лаура, ты как всегда прекрасна.
- Ты тоже, Леа. Ты помнишь мою дочь Эдме?
- Конечно, помню. Ты уже закончила школу?
Естественно! Что делать такой красавице
в школе в 19 лет?
- Восемнадцать!
- Это я и имела в виду, 18.
Мария-Лаура, ты единственная из моих
знакомых, кому идет этот цвет.
- Думаю, нам пора.
- Но почему? Еще рано!
Девочка не привыкла к большим компаниям.
- Просто она мало общалась.
- Почему бы вам не прийти на обед в четверг?
- Я смогу.
- Еще не знаю.
- Попрощайся, Эдме.
- Шери вас проводит.
- Вставай, лентяй!
- Рада была Вас повидать.
Прекрасная семья!
Мария-Лаура, и правда, выглядит
потрясающе.
Да, в молодости она была красавицей.
И могла носить этот ужасный цвет.
Так значит, Эдме 18.
Да, она родила ее через год
после того, как
получила в подарок от Халил-бея
огромный бриллиант.
Мы всегда считали, что ее отцом может
быть тот учитель пения, помнишь?
Может быть, прогуляемся по саду?
- Мне надо поговорить с тобой о Шери.
- Я догадывалась.
Как ты знаешь,
я никогда не стояла у вас на пути.
- Напротив, я была тебе благодарна.
- Еще бы! Освободила тебя от таких расходов.
Ты меня знаешь, я довольна своей жизнью.
У меня есть все, что нужно.
Хотя, я это заслужила.
Мы обе заслужили, ты меня понимаешь.
Но недавно... Я стала думать,
чего мне не хватает в жизни.
Уж не любви ли? Ты всегда говорила,
что рада от этого избавиться.
Господи, конечно!
Я говорю о другом...
О внуках.
О внуках?
Я готовлю невесту для Шери.
- А он об этом знает?
- Конечно.
- Разве он тебе ничего не сказал?
- Нет.
Ну, что за мальчишка!
Конечно, здесь нет никакой спешки.
- То есть это произойдет не сразу?
- Конечно, нет!
В конце следующего месяца.
Ты договорилась с Марией-Лаурой?
И это было непросто. Она очень упрямая.
Настояла на отдельных счетах в банке!
Можешь представить?
- Могу.
- Но теперь все согласовано.
Какая прекрасная жизнь их ждет!
Юность, красота, деньги!
- Что здесь смешного?
- Ты бросаешь Эдме в руки Шери,
как христиан бросали ко львам,
и считаешь, что у них будет прекрасная жизнь?
- Что? Он же такой добрый, милый!
- Ты его не знаешь.
- Я его мать!
- С каких пор?
Прости меня, Леа. Какая я глупая.
Я тебя расстроила?
- Вовсе нет.
- Понимаю, это тебя шокировало.
Нет, Шарлота. Я ожидала этого.
И уже много лет!
Я ждала, что ты заберешь его
и отдашь другой шлюхе.
Леа! Как ты можешь так говорить?
Думаю, что могу.
Тебе не о чем волноваться, Шарлота.
Ты получаешь его назад в прекрасном состоянии.
Я держала его подальше от опиума,
кокаина и дешевого алкоголя.
- Уверена, он нам обеим благодарен.
- Думаю, да.
Но это не значит, что эта девочка
сможет держать его в узде.
- Молодые женщины это умеют.
- Может, ты права. Не помню.
Ты ведь беспокоилась, Шарлотта?
Ты боялась, что я разрыдаюсь у тебя на руках?
Я боялась только одного:
причинить тебе боль.
Правильно! Смейся надо мной!
Смейся над моим романтизмом!
Я всего лишь хочу, чтобы
молодые люди были счастливы.
Ты всегда была до отвращения
сентиментальна, Шарлота.
Иди сюда!
Ты так вкусно пахнешь!
Ты не замечала, что менее упругая
кожа намного лучше сохраняет запах духов?
По крайней мере, ты мог бы
сказать мне об этом сам.
Она сама хотела это сделать.
Думала, так будет лучше.
Вы с матерью месяцами готовили это!
- Зачем ты мне это говоришь?
- Потому что ты трус!
- Сколько за ней дают?
- Полтора миллиона.
- От ее отца?
- Откуда мне знать?
Она знает своего отца
не лучше, чем я своего.
Знаю только, что у нее
полтора миллиона приданого.
- А ты?
- Я стою дороже.
Значит, у тебя будет более, чем достаточно.
Более, чем достаточно...
В отличие от тебя я не так
трепетно отношусь к деньгам.
И сколько, ты думаешь, я сэкономила,
пока за тебя платила?
50 тысяч в год? 60?
Умножь на 6 лет.
Надеюсь, я того стоил.
Все-таки, она очень хорошенькая.
И умная, кажется.
Как ты считаешь?
Понятия не имею. Но, думаю,
рано или поздно узнаю.
А что она думает о тебе?
Она восхищается мной.
Насколько я могу судить, даже любит.
Она мало говорит.
- А ты?
- Я вообще ничего не говорю.
Понимаю...
Вы созданы друг для друга.
Зачем говорить о ней?
Меня волнуешь только ты.
Я? Почему?
Что ты будешь делать?
Что я буду делать?
Ты имеешь в виду –
что я буду делать сейчас?
Ты такая красивая.
Хорошее тело долго сохраняется.
Это все знают.
- У тебя все будет хорошо?
- Ну, конечно!
Мне будет приятно не находить все полотенца
мокрыми каждый раз, когда заходишь в ванную.
Думаю, я изменю здесь интерьер.
А что ты хочешь, чтобы я сделала?
Замуровала бы себя в Нормандии?
Перестала бы красить волосы?
- Ты этого хочешь?
- Да.
- Ты не первый, с кем я расстаюсь.
- Знаю, но я хотел бы быть последним.
Я просто волнуюсь за тебя.
Если тебя это утешит, ни с кем в жизни
я не была так долго, как с тобой.
И уж точно ни одно из расставаний
не было таким длительным и нудным.
Но ты же не можешь ожидать,
что я от этого умру?
- Кстати, когда свадьба?
- 25-го сентября.
Не похоже, что ты в нетерпении.
С чего бы? Все решили за меня.
Церемония в 14.00, прием в доме матери,
медовый месяц в Италии на озерах.
- Кто-то еще ездит на озера?
- Да.
- А что девушка?
- А что с ней? Она тоже будет.
А я нет.
Нунун должна быть там.
Вдруг мне что-то понадобиться?
Будь с ней ласков, слышишь?
Не причиняй ей боль.
Теперь ее очередь.
Моя подошла к концу.
Но я этого не хочу.
Боюсь, теперь то, что ты хочешь,
не имеет никакого значения.
Роуз поможет сложить твои вещи.
- Что? Почему?
- Ты женишься в следующем месяце.
Тебе надо многое подготовить
у себя дома.
Представляешь, какой я стану богатой?
Мне ведь больше не придется платить за тебя.
- А как же мой заместитель?
- О, немного на карманные расходы
и бренди по выходным,
если будет хорошо себя вести.
- Скажи что-нибудь... Нунун?
- Что?
Просто скажи что-нибудь.
Давай пойдем за покупками в последний раз.
- За чем?
- За твоим свадебным подарком, конечно.
Я видел прекрасный розовый
жемчуг в магазине у Шваба.
Жемчуг?
Лучше мы купим что-то
более подходящее мужчине.
Классический белый жемчуг.
Я даже знаю, где.
Что скажешь?
Красота.
- Когда Вы его купили?
- Сегодня.
По-моему, здесь есть маленький изъян?
Крохотный. У тебя хорошее зрение.
Научилась.
Прекрасный цвет, правда?
Значит, в вашей жизни кто-то появился?
Нет, я сама его купила.
За 11 тысяч 600 франков.
Дамы и господа! Все готовы?
Прошу прощения, что убегаю!
До свидания, Эдме. Фред!
Надеюсь, вам понравится в Италии.
Нам повезло, что она оставила нас в покое.
Дорогой! Как я рада видеть тебя!
Я должна была чувствовать
такую печаль и раньше.
Роуз, ты не помнишь, может,
после молодого Локалика?
Нет, мадам, это был месье Бачокки.
- Вы плакали несколько недель.
- Мне тогда было всего 28.
Было ошибкой оставаться с Шери 6 лет.
Это как отправляться за мужем в колонии:
когда возвращаешься, то уже не знаешь,
что модно в этом сезоне. И никто тебя не помнит.
Открой, пожалуйста, окно.
- Думаете, стоит?
- Здесь душно.
- Это небезопасно, кто-нибудь может залезть.
- И не мечтай.
Знаю, голубки,
я должна вам что-нибудь пожелать,
но, клянусь, даже не знаю, что.
Я удивлен! Неужели это
первая свадьба в нашей семье?
До свидания, дорогой.
Счастливого пути!
Так сколько тебе все-таки лет?
Я же говорила, в январе мне будет 19.
- Как мало.
- Но тебе самому всего 25.
Уже 25 лет.
Не понимаю, как я мог жениться на
девушке, настолько моложе меня?
У тебя такие красивые глаза, Фред.
- Да. А знаешь, почему?
- Потому что я тебя люблю?
Нет, не поэтому. А потому,
что они похожи на форель.
2 НЕДЕЛИ СПУСТЯ
Когда Вам надоест Ваша шляпка,
мадам Леа, надеюсь, Вы вспомните обо мне?
Помните ту голубую, которую Вы
мне подарили? Я носила ее два года.
Я прямо вижу тебя в этой шляпке,
тетя Эльза!
Надеюсь, ты не станешь в ней пугать
беременных женщин?
Большое спасибо, но я знаю,
что мне идет.
У меня была похожая шляпка, когда я
танцевала Сильвию на Всемирной выставке.
- Ты помнишь, Шарлота?
- Нет, я ушла в начале вечера с графом Орловым
и не возвращалась два года.
Не понимаю,
как ты могла уйти с незнакомцем?
- Все мужчины незнакомцы.
- О, да!
- Замолчи и делай ход!
- Ах, этот артрит!
А ведь когда-то у меня
были такие красивые руки.
Сам король Альфонс Двенадцатый
пил из моих рук.
Он говорил,
что они похожи на морские раковины.
Я всегда считала его одним
из скучнейших монархов.
Он обожал мои волосы!
Длинные, ниже колен.
Помню, месье де Жу, премьер-министр, говорил,
что из них можно выложить лестницу до неба.
- И что от них осталось?
- Прекрасный парик.
Леа, ты в порядке, дорогая?
На тебе лица нет.
Я в порядке.
Кроме огромного обеда, из-за которого
мне придется сесть на диету.
Разве ты недостаточно поголодала?
А, ты об этом? Нет,
к сожалению, это не действует.
Я бы расставалась с сотнями мужчин, если
бы это помогало сбросить пару килограммов.
- Ты великолепна, Леа! Таких больше нет.
- Не отвлекайся!
- Вы когда-нибудь видели такую погоду
в октябре? - Ты права, это неописуемо.
Только представьте, как же
сейчас восхитительно в Италии!
- Ты в порядке, дорогая?
- Просто хочу подышать воздухом.
Леа! Иди сюда, они приехали!
- Кто?
- Счастливая пара!
Дорогая, сколько лет!
А это Гвидо, любовь моей жизни!
- Познакомься!
- Очень рад, мадам!
- Подотри-ка слюнки.
- Он великолепен, правда?
- А он не слишком молод для тебя, Лили?
- Барон, не будьте так старомодны.
- Прошу, садитесь.
- Как они хорошо смотрятся!
Я сразу вспомнила детей.
Мы для этого и приехали узнать,
как у них дела. Как прошла свадьба?
Восхитительно. Невеста была
похожа на ангела. Просто Мадонна.
Мой мальчик был на седьмом небе.
- А что медовый месяц?
- Италия! Озера! Такая идиллия!
Помню, как генерал Петреску
возил меня в Венецию и Флоренцию.
- В карете?
- Нет, на поезде.
Я слышала, в те времена
поезда были жутко неудобными.
Не то, что тот, на котором
поехал мой Шери с Эдме.
Неужели у тебя нет более
красочных подробностей для нас?
- Не понимаю, о чем ты.
- Простите, это моя слабость.
Гвидо подтвердит, что я обожаю,
когда говорят непристойности.
Так что же, Мария-Лаура дала
своей дочери несколько советов?
Мария-Лаура не могла дождаться,
когда она уедет.
И я не думаю, что она хотя бы раз в жизни
разговаривала с собственной дочерью.
Значит, бедной девочке никто не
рассказывал о первой брачной ночи?
В наш век, Лили, молодые люди
сами знают обо всем.
По крайней мере, мой Шери знает.
Правда, дорогая?
Мы с Гвидо поженились бы на следующий
день, если бы он был совершеннолетним.
- Никто не сомневается!
- И я была бы красивой невестой!
Правда, Гвидо? Принцессой!
Он всегда называет меня своей принцессой.
Правда, дорогой?
Единственная проблема - его отец.
Мой отец герцог.
Он говорит, если я женюсь на Лили,
он отправит меня в монастырь.
- В монастырь?
- Как интересно!
Иди ко мне, дорогой!
Поцелуй меня. Да!
- Простите.
- Не волнуйся.
Разбить стакан это на счастье.
Конечно, если он не из цветного стекла.
- Мне пора идти.
- Но почему? Что за спешка?
Даже не знаю, как бы вежливо ответить.
- Я не понимаю. Что, уже?
- Спасибо за обед.
Ты должна нам рассказать,
с кем встречаешься?
- Расскажи нам!
- Расскажи нам все!
Нет, еще слишком рано. И это секрет.
По крайней мере, пока.
Мне не нужен камин сегодня, Роуз.
- Его уже затопили, мадам.
- И грелки тоже не нужны.
Принеси только хлеб и фрукты.
466а
Шери!
Вы сегодня очень рано встали, мадам.
- Вы в порядке?
- Не совсем.
- В чем дело?
- Ты знаешь - в моем возрасте.
Знаешь, что мы сделаем, Роуз?
Сядем в машину и поедем в Биарриц.
К солнцу!
Моя дорогая Шарлота!
Прости, что уехала, не попрощавшись.
Возможно, я веду себя глупо,
но кому какое дело?
Жизнь коротка,
и мы должны наслаждаться ею.
Передавай привет мальчику, когда он вернется.
И не пытайся подкупить моего дворецкого:
никто в моем доме не знает, где я.
Это большой секрет. До встречи.
Отель "Гранд Пале" в Биаритце
уже много лет был прекрасным пастбищем
для Леа и ей подобных.
Там вы легко могли столкнуться с
премьер-министром Великобритании
или даже с принцем Уэльским.
Но в этот раз Леа искала не клиента.
Она искала утешения.
Не хотите присоединиться к нам
с сыном на чашку чая, мадам?
Вы так добры. С удовольствием!
Прошу мадам.
С приездом, дорогой! Как ты?
Дай мне на тебя посмотреть!
Ты неважно выглядишь.
Два дня в поезде. Я в порядке.
- Как ты, дорогая?
- Немного устала.
Хорошо, но ты должна
рассказать мне, что с ним.
Ты хорошо о нем заботилась?
Почему он такой мрачный?
Спасибо.
Спасибо за этот чудесный вечер.
Вы не хотите зайти на чашечку чая
перед сном?
- Какая дата стояла на письме?
- На каком письме, дорогой?
На письме от Леа, ты прекрасно знаешь.
Точно не помню.
Кажется, начало октября.
И ты сказала, что ты не знаешь,
кто он?
Кто, любовь моя?
Мужчина, с которым она уехала.
Дело в том, что...
Этого никто не знает.
Это загадка. Но ты же меня знаешь:
мне удалось кое-что разведать.
- И?
- Он молод. Очень молод.
Больше ему нечем похвастаться,
но он очень... Он красив.
Видимо, какой-нибудь безмозглый боксер.
Наконец-то нормальный кофе
после итальянской бурды.
Тебе нравится мое новое платье?
Как я выгляжу?
Как привидение.
В этом только людей пугать.
Ты, конечно, понимаешь, что вы можете
оставаться здесь, сколько захотите.
- Сколько пожелаете!
- Я не могу здесь жить.
У меня аллергия на старые тряпки.
Но я не знаю, где еще вам жить.
Ваш дом еще не готов.
Господи, да тут работы
еще на несколько месяцев.
Ты только посмотри! Месяца четыре.
- Фред!
- Что?
- Она ведь живет где-то рядом?
- На другой стороне парка.
Возвращайся.
Мне надо еще кое-что сделать.
- Привет, Марсель!
- Месье Пелу!
- Как всегда весь в работе?
- Очень рад снова Вас видеть, сэр.
- Надеюсь, мадам в добром здравии?
- Не могу Вам ответить, сэр.
- Она редко нам пишет.
- Откуда?
Не знаю. Мы передаем письма адвокату,
а он пересылает ей.
К сожалению, сэр, это не поможет.
Я не могу рассказать то, чего не знаю.
Могу только дать
фамилию и адрес адвоката мадам.
Нет, не стоит.
- Когда она вернется?
- Не представляю, сэр.
Когда захочет.
Мы всегда готовы к ее приезду.
Но я бы ничуть не удивился, если бы
она прямо сейчас появилась из-за угла.
Я проверила, что нам готовят на обед.
Утку!
Тебе надо нарастить немного мясца, Леа.
Ты просто кожа да кости.
У Вас проблемы с памятью, мадам Пелу?
Периодический склероз?
- В каком смысле?
- Вы 3-й раз за день называете Эдме Леей.
Не обращай внимания, дорогой.
Столько дел, что я и свое имя не помню.
Ты суетишься, как все,
кому нечего делать.
- Не обращай на нее внимание.
- Спасибо, что защищаешь меня.
Или ты защищаешь мою предшественницу?
Ты ведь не боишься
моей экстравагантной матушки?
Она может сильно хлопнуть дверью.
Конечно, это шокирует,
А твоя мать?
Вряд ли ее можно назвать матерью.
Она не замечала меня, пока
я не стала привлекательной.
Тогда она поспешила от меня избавиться.
А я рос в окружении подруг мадам Пелу,
поэтому я умею делать пируэты.
Смотри. Старая тетя Эльза
показала мне вот это...
Так что мы оба выросли без родителей.
Да, верно.
Сироты.
Шери, что случилось?
- Не называй меня Шери.
- Ты меня пугаешь, Фред.
Все в порядке?
Да, просто подумал о сиротах.
Почему ты всегда отворачиваешься?
Ты не слышишь ни одного моего слова.
Что?
Ты вообще никого не слушаешь.
Видимо, ты думаешь о своей Леа?
Да, действительно. Думаю.
Я тебя ненавижу!
Ты меня не любишь и никогда не любил!
Тебе нет дела, жива я или нет!
Ты все время думаешь об этой старухе!
- Прости, что тебе так скучно со мной.
- Дело не в этом.
- Просто я не понимаю, что тебе нужно.
- Не понимаешь?
- Послушай...
- Нет! Мне не нужны новые нотации.
Не нужно мне говорить, что я слишком
молода, и не понимаю, что происходит,
и почему твои глаза похожи на кефаль...
На форель.
Я просто не понимаю, почему ты злишься.
Я что, ухожу по вечерам?
Сплю в отдельной спальне?
- Завел роман?
- Откуда мне знать?!
Разве тебе не нравится
заниматься любовью со мной?
Ты называешь это любовью?
В трудные времена Шери,
как почтового голубя,
тянуло в привычную атмосферу
ресторана "Максим".
Поверхностные отношения,
преувеличенные эмоции,
Смотрите, кто здесь!
- Не против, если я присоединюсь?
- Буду рад! Что пьют женатые мужчины?
- Ромашковый чай?
- Как обычно, бренди.
- А потом?
- Потом? Еще бренди.
- Сделай мне одолжение?
- Конечно. Что?
Позвони мне домой и скажи матери,
что я ужинаю у тебя.
А если трубку возьмет твоя жена?
Кто эта женщина?
Не сводит с меня глаз.
Это Лулупьот. Подруга Леа.
А может, и коллега, в прошлом.
Ты со мной даже не поздоровался.
Здравствуйте! Как поживаете?
Некоторым людям достается все.
Они красивы, как картинка,
купаются в деньгах...
Столько везения, но они понятия
не имеют, что с этим делать.
Возвращайся домой, к мамочке.
Бедняжка.
- Я думал, мы куда-нибудь поедем?
- Я поеду спать.
- Где?
- Я сниму здесь номер.
А ты езжай.
Вы к нам надолго, месье?
Не знаю. Пока на ночь.
Представить тебя англичанке?
Не надо.
Скажу тебе,
она умеет потрясающие вещи.
Я же сказал, нет.
Что я могу для тебя сделать, дорогой?
Хочешь закурить?
- Нет, спасибо.
- У меня есть кокаин.
Мне так жаль.
Я знаю, в чем дело.
У тебя есть все, о чем можно мечтать.
Но для тебя это ничего не значит.
Дело в том, что я не знаю,
где она и с кем.
Я только взгляну.
Это подделка.
Я выйду.
- Что случилось?
- Леа, можно к тебе подняться?
- Я занята.
- Всего не пару минут.
- Нет, не сегодня.
- Может быть, позже? Перед сном?
Передавай привет маме.
- Это ты?
- Сколько еще это будет продолжаться?
- Не знаю.
- Прошло уже почти три недели.
Бедняжка Эдме так беспокоится!
Вот как? А я получил от нее
очень спокойное письмо.
- Какое письмо? Покажи.
- Я его выбросил.
Но она писала, что будет меня ждать,
и передавала привет от всех твоих подруг.
Похоже, Мария-Лаура все-таки
хорошо ее воспитала.
- Господи, ты меня в гроб сведешь!
- Ну, это вряд ли получится.
В чем дело, дорогой?
Мне-то ты можешь рассказать.
Роуз!
Пришла открытка от старой Лили.
Шери... Месье Пелу ушел из дома.
Он бросил жену!
Не могу сказать, что очень удивлена,
мадам.
Мне всегда казалось, что разводы
интереснее, чем свадьбы.
Отнесите это в комнату мадам.
И это.
Франсуа! Франсуа!
Это для мадам Пелу.
Моей жены.
Ты вернулся?
Да!
Навсегда.
320 франков на бензин!
Эрнест что, пьет его?
Все это надо сжечь.
Вчера мне два раза показалось,
что я видела Шери на улице.
- Думаешь, он когда-нибудь вернется?
- Не могу сказать, мадам.
- А Вы этого хотите?
- Нет. Это уже прошлое.
Я не смогу снова через это пройти.
Как ты считаешь,
мне стоит изменить прическу?
- Шарлота?
- Леа! Ты вернулась! И Шери тоже.
Вернулся домой, к своей чудесной жене.
Они счастливы, как никогда.
Так что все уладилось.
Не знаю, слышала ты или нет,
но несколько недель назад он исчез.
Мы понятия не имели, где он.
С ума сходили от беспокойства.
Но теперь все в прошлом.
- Какое счастье.
- Дорогая, ты прекрасна, как никогда.
Не знаю, как тебе это удается.
Понимаешь, Шери не может без своих выходок.
Правда?
Конечно, я не стану обвинять тебя,
но, думаю, он не может тебя забыть.
Ему пора выбросить меня из головы.
Я так и сказала его жене.
Она была вне себя от горя.
Хорошо, что я была рядом.
Ты просто читаешь мои мысли.
Несмотря ни на что,
она вела себя как ангел.
Такая милая, спокойная,
как памятник.
- Ни одного упрека.
- Какой ужас.
А когда он вернулся, она только
улыбнулась, как будто он был на прогулке.
Ни слова ему не сказала.
И они сразу направились в спальню.
В следующие полтора часа на земле
не было женщины счастливее меня.
Должно быть, кроме Эдме?
О, нет!
Не думаю, что ей это так нравится.
- Она слишком холодна, как и ее мать.
- Правда?
Главное,
что теперь он готов остепениться.
Будет жить дома. Будет заниматься
своим капиталом и обожать своих детей.
Неужели все так мрачно, как ты рисуешь?
Этот коньяк 74-хлетней выдержки.
- Наверное, он очень дорогой.
- Не очень. Но спасибо, что побеспокоилась.
Ты не представляешь, как поднялись мои
нефтяные акции за последние три месяца.
Ты никогда не говорила,
что у тебя есть акции...
Ты была так занята своими
матримониальными планами...
Но не настолько, чтобы не успеть
купить акции Соmрrеssеd Fuеbs.
И ты тоже не все мне рассказала.
Мне совсем не хотелось
вмешиваться в твой новый роман.
- Как он, кстати? Ты счастлива?
- Очень.
У тебя есть его фото?
Значит, твои шпионы
нас еще не сфотографировали?
Какие шпионы? Ты же знаешь,
я никогда не слушаю сплетни.
- Но Шери сказал мне сегодня...
- Он знал, что ты едешь ко мне?
Конечно.
Почему ты покраснела?
- Значит, ты сказала ему, что я вернулась?
- Нет. Это он мне сказал.
Он меня сюда и послал.
Хотел узнать, как ты.
Это вполне естественно.
Как он может забыть такую женщину?
Хочешь знать мое мнение?
Тебе достаточно пальцем пошевелить...
Меня не интересует твое мнение.
Она всегда заставляет меня
чувствовать себя такой грязной.
Мне трудно не опускаться до ее уровня.
- Она всегда была такой.
- Сегодня я нанесла ей пару хороших ударов.
Мы были как две собаки,
дерущиеся из-за тапочек.
Но она заставила меня кое-что понять:
когда мы расстались с Шери,
то оба потеряли единственное,
что было ценно в нашей жизни.
Красивые ручки, не правда ли?
Для такой старой вазы.
Может быть, мне открыть свое
предприятие, как ты считаешь?
Алина Месмакер открыла ресторан
и зарабатывает огромные деньги.
Еще я могу финансировать Куна,
он хочет открыть свой дом моды.
О чем я говорю?
Я же ненавижу работать.
Вот мое рабочее место.
Но у меня больше нет клиентов.
Уже за полночь.
Иди, посмотри, кто там.
Месье Пелу!
Мне нужно поговорить с мадам.
Вы можете увидеть мадам утром.
Это займет всего 5 минут.
Месье, нет! Не ходите туда!
Уйди с дороги, Роуз!
Пожалуйста, нет!
Мадам нет дома! Нет, месье!
Я разберусь, Роуз.
По крайней мере, мог бы снять шляпу.
- Можно присесть?
- Если хочешь.
- Ты не против, если я закурю?
- Делай, что хочешь.
- Марсель меня впустил.
- Почему бы нет?
Сколько ты планируешь здесь пробыть?
Видишь, я не спрашиваю,
зачем ты вломился ко мне посреди ночи.
- Можешь спросить, если хочешь.
- Нет, меня это не интересует.
Значит, тебе не интересно
узнать, почему я здесь?
Я вернулся!
Тебе не приходило в голову, что твое
появление может меня скомпрометировать?
Понимаешь, о чем я говорю?
Твой друг должен прийти?
Это не твое дело...
Не туда! Сколько раз я тебе...
- Что это?
- Изумруд.
Я вижу, не слепой!
Я имею в виду, от кого он?
Ты его не знаешь.
Он прекрасен, правда?
- Все восхищаются им, куда бы я ни пошла.
- Хватит!
- Что ты делаешь?
- Звоню в полицию.
729а
Нунун!
- Попроси прощения!
- За что?
- Ты знаешь.
- Прости меня.
- Я тебя не слышу.
- Прости меня!
Вот так лучше.
Что случилось? Расскажи.
Ничего не случилось.
Я вернулся, и все.
Скажи мне...
- Ты любишь меня?
- Да! Да!
У тебя есть любовник?
- Есть или нет?
- Нет.
Кроме тебя нет.
Я люблю тебя.
- Ты не спишь?
- И ты тоже?
- Который час?
- Какая разница?
- Не знаю...
- Ты вернулся.
Скажи мне...
- Завтра...
- Не волнуйся, я обо всем позабочусь.
Мы будем очень осторожны,
чтобы не причинить никому боли.
И не вызывать скандала.
Лучше нам уехать на юг
на несколько месяцев.
В тихое место,
где мы будем только вдвоем.
А сейчас спи. Я сама все улажу.
Хорошо. Спасибо...
Нет, это слишком поздно...
Нет ли чего-нибудь пораньше?
А в полдень? Или чуть позже?
Нет, это очень рано.
Хорошо. Два билета на 3.15, первым классом.
Спасибо.
- Поешь.
- Нет, спасибо.
- Не голоден?
- Не очень.
- Хоть немного.
- Не стоило беспокоиться.
Нам надо поговорить обо всем.
Ты вернулся, и это самое главное.
Почему я решила, что ты такой же,
как все остальные?
Как я не поняла,
что ты мой единственный?
Моя любовь.
Которая бывает только раз в жизни.
Ну, теперь к делу. Хочешь,
чтобы я всем занялась сама?
Надо как-то сообщить им.
Наверное,
лучше всего это сделать письмом.
Очень короткое и конкретное.
Я помогу тебе его написать.
Нам надо забрать некоторые твои вещи
до отъезда.
Надеюсь, Шарлота пойдет нам навстречу.
Что ты делаешь?!
У тебя будет вросший ноготь!
Тебе что, совсем нечего сказать
по этому поводу? Тебе же не 12 лет.
Когда я с тобой,
я именно так себя и чувствую.
- О чем это ты?
- Ты знаешь.
Это правда, не отрицай.
Многие люди мечтают открыть
секрет вечной молодости.
В этом твой шарм, глупенький.
Не понимаю, на что ты жалуешься.
Я жалуюсь, потому что, если я похож
на маленького мальчика, это твоя вина.
Моя вина?
Бедная Нунун...
Прекрати! Обойдусь без твоей жалости.
В чем моя вина?
Не надо было это говорить...
Просто для меня ты всегда была...
Всегда была?!
Ты как будто читаешь некролог
у меня на похоронах.
Думаешь, что можешь вот так
метаться между Эдме и мной?
Ты на это рассчитываешь?
Если так,... тебе придется научиться
не выглядеть таким виноватым.
Если, конечно, она не совсем дура.
Или ты хочешь, чтобы твоя мать
заставила ее держать рот на замке,
пока ты развлекаешься направо и налево?
Никто не станет мириться с этим вечно!
Не забывай, она дочь Марии-Лауры!
Яд когда-нибудь даст о себе знать!
Прекрати, Нунун! Я не позволю тебе
разрушить мое представление о тебе!
Что?
Когда ты так говоришь,
ты становишься похожей на мою мать!
Перед моей свадьбой ты говорила, чтобы
я был с ней ласков и не заставлял страдать.
Вот какая ты! Ты хороший человек!
Даже вчера ночью ты говорила,
что не хочешь никому причинить боль.
Ты выше всего этого!
Вот почему я всегда любил тебя.
Зачем ты вернулся?
- Я только начала...
- А я нет!
И я тоже нет.
Я вернулся, потому что...
Я не мог жить без тебя.
Ты не представляешь, что
я пережил за последние недели.
Теперь я знаю, каково это
страдать из-за женщины.
Когда я узнал, что ты вернулась,
я почувствовал такое облегчение.
Я понял, что могу вернуться домой,
и все будет хорошо.
Но я только и думал, что о тебе.
И вот вчера я вернулся сюда и...
Вернулся сюда, и что?
Увидел старую женщину?
Да, увидел старую женщину.
Не плачь. Почему ты плачешь?
Я так тебе благодарна.
Ты, правда, любил меня.
Правда, считал, что я хороший человек.
Если бы я была такой,
то сделала бы из тебя мужчину,
а не только думала о твоем удовольствии
и собственном счастье...
Я бы не стала присваивать тебя,
как собственность.
Посмотри на меня.
Ты прав. Это моя вина,
что ты такой, какой есть.
Но 30 лет беззаботной жизни
делают тебя очень уязвимым.
Поэтому я никогда
не говорила с тобой о будущем.
Прости меня.
Я любила тебя так, как будто нам
суждено умереть в один день.
Ты так долго был в моем сердце,
что я забыла,
что тебе придется самому
нести свой крест.
Молодую жену...
Может быть, даже ребенка.
И ты будешь страдать и скучать по мне,
и тебе придется найти в себе
достаточно мудрости и терпения,
чтобы не заставлять страдать других.
Ты познал вкус молодости.
Дело в том, что...
Молодостью невозможно насытиться.
Всегда хочешь туда вернуться.
Ты должен уйти навсегда.
Я люблю тебя, но уже слишком поздно.
Поэтому одевайся и уходи.
Шери чувствовал себя опустошенным,
будто предвидел ужасную катастрофу.
И действительно, никто не мог
предположить, что через несколько лет
Прекрасная Эпоха будет сметена
Первой Мировой Войной,
в которой Шери будет участвовать,
и с которой вернется невредимым.
Он сейчас вернется!
В то же время он чувствовал некоторое
облегчение, как будто он вышел на свободу.
Чувство, которое, как он осознал позже,
было абсолютно ошибочным.
Лишь спустя много лет он понял,
как жестоко судьба наказала их обоих:
Леа за то, что она родилась
настолько раньше него,
а Шери - за то,
что он долго не мог понять,
что Леа была единственной женщиной,
которую он мог полюбить.
И как только эта мысль
оформилась в его сознании,
он взял свой старый военный револьвер
и пустил себе пулю в лоб.
Режиссер СТИВЕН ФРИРЗ
Автор сценария КРИСТОФЕР ХЭМПТОН
В главных ролях
МИШЕЛЬ ПФАЙФЕР и РУПЕРТ ФРЕНД