Ужасное счастье (2008 год). Фразы и цитаты из фильма

Frygtelig lykkelig (2008)

«Ужасно счастлив» — датский криминальный фильм 2008 года режиссёра Хенрика Рубена Генца, основанный на одноименном романе Эрлинга Джепсена 2004 года.

Все фразы и цитаты

Есть место, где земля
качается под ногами.
Где после дождя долго стоит вода.
Когда льет,
поля превращаются в болота.
Случается, что в них вязнет скот,
и, чтобы его вытащить, приходится
применять лебедки.
Однажды корова пропала в болоте.
Нашли ее только через полгода,
раздутую, словно шар.
Она отелилась двухголовым теленком, с
одной головой телячьей, а другой - человеческой.
На таких чудищ лучше вообще не смотреть.
Все это знают.
И все-таки фермер сохранил теленка.
Вскоре после этого у скота
началось коровье бешенство,
женщины начали терять нерожденных детей,
многие посходили с ума.
Однажды утром
мужчины собрались в баре и решили,
что нужно утопить чудище в болоте,
откуда оно появилось.
Теленок орал ужасно, но с той поры
закончились проблемы и со скотом,
и с женщинами.
Эта история основана
на реальных событиях.
Ты просто набрался? Или...
Черт, это может случиться
с каждым из нас.
Но у тебя есть еще один шанс.
В полиции есть свои плюсы.
- Тут, наверное, немного происшествий?
- Да, но ты обо всем мне докладывай.
- Чтобы я знал, чем ты занимаешься.
- Конечно.
Оглянуться не успеешь,
как вернешься в Копенгаген.
Если захочешь.
Потому что, может,
тебе здесь понравится.
Сомневаюсь.
А может,
найдешь себе какую-нибудь бабенку?
Он уже здесь.
Один?
Нет, с инспектором из Тындера.
"Мойн".
"Прекрасный день", так мы говорим
и при встрече, и при прощании.
Если они начнут тебя доставать,
дай мне знать.
Алло!
- Добрый день.
- Добрый день.
Доктор Зерленг, местный знахарь.
Приветствую.
- Роберт.
- У меня кабинет на другой стороне улицы.
Как дорога?
Дольше, чем я думал.
Я тоже из Копенгагена,
то есть из Вирума,
но тут это одно и то же.
В свое время
я приехал временным заместителем,
на несколько недель.
Нам будет о чем поговорить.
- Ты играешь в карты?
- К сожалению, нет.
Твой предшественник играл.
Хозяин магазина и пастор тоже играют.
Ну, боюсь, я - нет.
Тебе нужно кое-что знать.
Местные предпочли бы видеть на твоем месте
кого-нибудь из своих.
- Им нравится самим разбираться со своими делами.
- Я понимаю.
Им будет приятно узнать,
что я не задержусь тут надолго.
В общем-то, я пришел
отдать тебе кота.
Он принадлежал твоему предшественнику,
я присматривал за ним до твоего приезда.
Иначе он мог бы угодить в болото.
Вы позвонили Жозефине,
Ханне и Мурзику.
К сожалению, мы сейчас не можем ответить.
Оставьте сообщение после сигнала.
Прекрасный день.
Никого нет.
Новенького тоже нет.
Новенького?
Когда-то у магазина был старый хозяин.
Он был из Тындера,
но никто с ним не общался.
Почему?
- Ингелиза Буль, с автостанции.
- Роберт.
- Ты тоже новенький.
- Я не задержусь здесь надолго.
Хорошо.
То есть, хорошо,
что ты здесь.
Он просто ушел
и бросил магазин?
Нет, он пропал.
- Пропал?
- Бывает, люди тут пропадают.
Лучше я не буду об этом.
Прекрасный день.
- Мойн.
- У каждого тут свое постоянное место.
Любопытно, что предыдущий полицейский
тоже в это время приходил за пивом.
Я другой, и привычки у меня другие.
Воду, пожалуйста.
- Минералку?
- Да.
Где новый торговец велосипедами?
Что, он пропал?
Если ты его не найдешь,
может, встретишься с велосипедологом.
Велосипедолог.
Вы позвонили Жозефине,
Ханне и Мурзику.
К сожалению, мы сейчас не можем...
Я зашла не вовремя?
Я привела велосипед.
- Пожалуйста, забудь, что я говорила о торговце.
- А что ты говорила?
О болоте.
- Ты ничего не говорила о болоте.
- Это неважно.
Что-то случилось?
Я могу тебе довериться?
Я - полицейский.
Что нужно делать,
если хочешь развестись?
Скорее, это дело не для полиции.
- А если муж бьет жену?
- А он бьет?
Вчера он ударил меня по лицу.
- Так, без повода?
- Я сказала, что ты симпатичный.
- Твоя фотография была в газете.
- Ну, тогда можно было этого ожидать.
Ты хочешь на него заявить?
Я говорила об этом
твоему предшественнику.
Он сходил с этим к Иргену,
и я снова получила.
Месяц назад Зерленгу, нашему доктору,
пришлось меня зашивать.
Видишь?
Ты не должна с этим мириться.
У меня дочь.
- Ей девять лет.
- Ее он тоже бьет?
Пока нет.
Она берет коляску
и идет гулять, когда...
Когда что?
- Когда Ирген становится опасным.
- Опасным?
Ты даже не в состоянии
себе этого представить.
Но теперь будешь знать.
Раз меня спрашивает страж закона,
я отвечу, что да.
Бывает, что Ирген сломает кому-нибудь
руку или ногу, иногда нос.
Главным образом когда напивается.
Кто-нибудь на него заявлял?
Заявлял? Нет.
- А кто бы мог решиться?
- А жена?
- Она-то точно этого не сделает.
- Он ее бьет?
Твой предшественник решил,
что она сама наносит себе вред,
чтобы привлечь к себе внимание.
Кстати, я получил твою медицинскую
карту из Копенгагена.
Хочешь, чтобы я прописал тебе
какие-нибудь лекарства?
Чтобы ты пришел в себя
после всего этого.
Все под контролем.
Роберт у телефона.
Полиция Скаррилда.
- Говорит Моос. Где тебя черти носят?
- Совершаю объезд. Что случилось?
Я поймал вора с поличным.
- Да?
- Да. Ты приедешь или нет?
Мойн.
- Он здесь.
- Благодарю.
Что было украдено?
Спрятал под курткой.
А где вор?
Выходи!
Вот наш подсудимый.
Его зовут Кнуд.
- А фамилия?
- Мы зовем его Клепто.
Ты впервые нарушил закон, Кнуд?
Отойдем-ка на минутку.
Мы разбираемся с такими делами
по-другому.
Твой предшественник давал ему по уху
и посылал подальше.
Я не бью детей.
Если ты дашь ход этому делу,
подключится Тындер,
и когда парень вернется домой,
сразу получит как следует.
Никто не будет с ним нежничать.
Ну хорошо, Кнуд.
Я отпущу тебя с предупреждением,
но в следующий раз не помилую.
Проваливай отсюда.
- Приветствую стража порядка.
- Добрый день.
Говорят, ты говорил с моей женой.
Не знаю, кто вы и о чем вы.
Прошу вас выйти из машины.
Она показала тебе шрамы.
Она сама себя порезала.
Разбитой бутылкой.
Ваше слово против ее слова.
Выходите, пожалуйста.
Знаешь, откуда это?
Ингелиза устроила это
ножом для хлеба.
После рождения Дорте
они сильно изменилась.
- Она психованная.
- Значит, нужно ей помочь.
Я люблю ее. Люблю, понимаешь?
Я о ней забочусь,
а ты морочишь ей голову.
Я просто выполняю свою работу.
Мы тут решаем вопросы по-своему,
понимаешь?
Моос попробовал тебе это объяснить.
Верно, Кнуд?
- Что ты вытворяешь?
- Хотел тебя заменить.
Не пробуй это повторить.
Не вставай поперек дороги,
тогда будешь жить спокойно.
- Ханна, слушаю...
- Привет, это Роберт.
Тебе нельзя нам звонить.
Я хотел сказать, что я в Южной Ютландии,
"мойн" и все такое.
- И что с того?
- Позови Жозефину.
- Зачем?
- Просто хочу услышать ее голос.
Нет, потому что
она начнет плакать. Пока.
Сразу видно, что ты не отсюда.
Здесь никто не вешает белье так.
Ни складу ни ладу.
Погляди, как это делают твои соседи.
Полотенца вешают рядом с полотенцами.
Потом брюки,
а в конце носки.
Парами.
- И ты тоже так делаешь?
- Нет, но я из Абенро.
Вот теперь хорошо.
Нормально.
Зачем ты за мной следишь?
Это был обычный обход.
- Уже скучаешь?
- Нет, стараюсь узнать, что правда, а что - нет.
- И что?
- С чем?
- Что ты собираешься делать с моей жизнью?
- А что, по-твоему, должен?
Я говорила тебе
о своем муже.
Вы производите впечатление
счастливой пары.
Это игра.
Ирген притворяется перед людьми,
а я - перед Дорте.
Поживем - увидим.
- А если он снова будет меня бить?
- Ты должна на него заявить.
Иначе ничего не сделать.
Когда он сломает мне нос,
или хватит подбитого глаза?
А может, кто-нибудь должен умереть?
Нет.
Это противозаконно.
Может, заинтересуешься?
- Кто это был?
- Наша парикмахерша.
- Лоне ТП.
- "Т" значит тысяча. А "П"? Догадаешься?
А может, у тебя есть
собственная парикмахерша в Копенгагене?
- Нет.
- Предпочитаешь парней?
Оставьте его в покое.
У нас тут есть и замужние.
Да, разное болтают.
Наш господин полицейский
что-то замолк?
Точно, вспомнил, чья она жена.
О ком вы говорите?
О чем речь?
- Говорили о твоей жене.
- И что с Ингелизой?
Что ты должен
лучше о ней заботиться.
- Слушаю.
- Говорит Зерленг. У нас проблема.
Ингелиза пришла ко мне сегодня утром,
расстроенная и вся в крови.
- Я дал ей кое-что успокаивающее.
- Что-то очень эффективное.
- Я дал ей ее обычную дозу.
- Так это не в первый раз?
Нет, но впервые
она не захотела возвращаться к мужу.
Что случилось?
Народ в баре болтал,
и Ирген стал ревновать.
Ты сказал, у нас проблема.
Да, проблема.
Что с ней делать?
- Оставим ее, пусть спит.
- Не здесь, у меня пациенты.
Ты ее так успокоил.
- Перенесем ее на кушетку.
- С ума сошел? Ирген чокнется и разнесет кабинет.
- Так что ты предлагаешь?
- Ничего, это ты у нас власть.
Устроил кавардак,
так теперь разбирайся.
Что случилось?
Ты прекрасно знаешь, что.
Народ болтал в баре.
Куда мы убегаем?
Я везу тебя в Тындер.
Я не хочу в Тындер. Я там уже была.
Не хочешь возвращаться домой,
не хочешь ехать в Тындер.
Так чего ты хочешь?
Ты до сих пор ничего не понял.
Здесь всегда одно и то же...
Нет ничего, кроме...
болота, коров...
...и резиновых сапог.
Забери меня отсюда.
Как можно дальше от Иргена.
Сперва ты должна
обратиться в полицию.
Но я сомневаюсь,
что ты готова это сделать.
Хорошо.
Я должна позвонить дочке.
- Это был Ирген.
- И что?
Что ты тут, собственно, делаешь?
Прохожу очередную ступень в карьере.
- Так ты здесь ради карьеры?
- Можно и так сказать.
А я слышала кое-что другое.
Люди говорят, что с тобой
что-то не так.
Да?
И что ты попал сюда
в наказание.
- А что, жить тут - наказание?
- Некоторые говорят, что ты в разводе.
Я не хочу это обсуждать.
- А еще говорят, ты гей.
- Я - не гей.
Можешь это доказать?
- У меня есть дочь.
- Да? И как ее зовут?
- Жозефина.
- И сколько этой твоей Жозефине лет?
Почти восемь.
Мы здесь ее не видим.
Да, я тоже ее не вижу.
Несколько месяцев.
Почему?
Это забавно, но она считает,
что я в Австралии.
Почему это забавно?
- И почему ты в Австралии?
- Потому что дальше уехать нельзя.
Почему ты здесь, Роберт?
Я сделал кое-что ужасное.
Что ты сделал?
Я целился в свою жену из пистолета.
Почему?
Потому что она хотела
все у меня забрать.
Я хочу вернуться домой.
Ты уходишь?
А что с заявлением?
Забудь об этом дурацком заявлении!
- Ты ведешь какую-то странную игру?
- Отпусти меня!
Хочешь, чтобы он опять тебя избил?
Тебе нельзя к нему возвращаться, понимаешь?
Я возвращаюсь к своей дочке.
Пусти меня!
Полиция Скаррилда.
- Что украдено на этот раз?
- Переносная магнитола перед магазином.
- Не нашел для него другого места?
- Я ставлю товар, где хочу.
Дети должны научиться
держать руки при себе.
Это единственный метод.
Иди сюда. Господин полицейский
хочет узнать,
ты хочешь получить по роже
или надо составлять протокол?
- Извини.
- Не за что извиняться.
Он сам напросился.
Будет тебе наука!
На случай, если вдруг
придут гости.
Мойн.
- Как зовут твоего мишку?
- Буллер.
- А что у него с лапкой?
- Ударился.
Что случилось?
Открой дверь!
Это Ирген.
Открывай!
- Моя жена здесь?
- Да.
- Можно с ней поговорить?
- Нет.
Не впускай его!
Двинь ему!
- Впусти меня!
- Двинь ему!
Зараза!
Как он выглядел?
- Я хочу с ней поговорить.
- Но она не хочет.
- Всего минуту.
- Она этого не желает.
- Хочу знать, что с ней все в порядке.
- В порядке.
Пусть она сама мне это скажет.
- Что с тобой?
- Все нормально...
Мойн.
Мойн.
Что ты сказал?
Мойн.
У тебя еще есть те таблетки?
Какие таблетки?
Те, о которых
мы как-то говорили.
Роберт, оставь ее в покое.
Я тоже через это проходил.
Это правда,
что Ирген не отец Дорте?
Кто тебе это сказал?
Не забывай,
я полицейский.
Зато он отец по меньшей мере
семи других детей.
Семи?
Не забывай, я доктор.
Нам по-прежнему нужен четвертый.
Для карт.
Нет, пиво, пожалуйста.
Ну, маленькая Дорте снова
отправилась на прогулку с коляской.
Что ты сказал?
Что маленькая Дорте снова
выбралась на прогулку с коляской.
Ингелиза.
- Прости. У меня такая путаница в голове.
- Успокойся. Уже все хорошо.
Тебе нужно было
меня отсюда забрать.
Поедешь со мной в Копенгаген.
- Хочу поехать домой, в Абенро.
- Хорошо.
- Обещаешь?
- Обещаю.
Ляг со мной.
Давай, ляг со мной.
Я хочу тебя почувствовать.
Иди ко мне.
Ингелиза!
Ингелиза!
- Комиссариат Тындера.
- Я хочу сделать признание.
Вашу фамилию, пожалуйста.
Алло?
- Это был несчастный случай.
- Роберт? Говорит Зерленг.
- Зерленг?
- Да, я звоню с автостанции.
Сейчас же приезжай.
Ингелиза мертва.
Предупреждаю,
она выглядит не лучшим образом.
Причина смерти?
Остановка сердца
в результате избиения.
- Ирген?
- А кто же еще?
- Что можешь нам сказать, Ирген?
- Последний раз, когда я ее видел, она была жива.
Клянусь.
Я так понимаю,
она налетела на дверь?
Поэтому она так выглядит?
Держишь нас за идиотов?
Признайся, ты ее бил.
Да, но от этого не умирают.
Она правда была жива,
когда я видел ее в последний раз.
Ты ее нашел?
- Дорте ее нашла.
- Это верно.
Я хочу побыть с моей дочкой.
Тебе надо будет
вызвать помощь из Тындера.
Похоже на то.
Но дело совсем простое.
Он же практически признался.
Это не так.
Это я ее убил.
Ерунда.
Возможно, ты чувствуешь себя виноватым,
но это не одно и то же.
Может быть,
ты спровоцировал их ссору,
но это не делает тебя убийцей.
Тебе не нужно было
приглашать ее домой.
Этого не скрыть. Как и того,
что вы целовались в садике.
Роберт!
Послушай.
Мне не нужно, чтобы менты из Тындера
начали тут вынюхивать.
Ингелиза принимала разные лекарства,
которые я ей прописывал.
Я нашел их на полу.
Не исключено, что
она приняла слишком много.
Один раз с ней такое уже было.
Она попала в больницу в Тындер,
а я получил предупреждение.
Что ты пытаешься мне сказать?
Нужно сохранять выдержку.
Попридержать коней,
как тут говорят.
Я выпишу свидетельство о смерти,
которое не вызовет
никаких подозрений.
Остановка сердца,
этого достаточно.
- Разве это не противозаконно?
- Но ведь это не ложь.
Если Ирген останется под подозрением,
мы оба окажемся в это втянуты.
И зачем нам это, Роберт?
А что будет с Дорте?
Малышкой Дорте?
Ты хочешь, чтобы
она потеряла обоих родителей сразу?
Произошел...
трагический несчастный случай.
Ингелиза Буль умерла.
Доктор Зерленг утверждает, что
смерть наступила в результате
остановки сердца.
Много лет тому назад
любовь привела Ингелизу Буль
в наш городок.
С самого начала она была
тут залетной птицей,
и так и не пустила здесь корни.
Может быть, мы должны были
дать ей почувствовать себя как дома.
Может быть, должны были ей помочь.
Но не секрет, что у Ингелизы
был сложный характер.
Трудно помочь тому,
кто эту помощь отвергает.
Поэтому мы погружены в печаль,
но не виним себя;
скорее мы утешаемся тем,
что Ингелиза в конце концов
нашла покой.
А теперь от имени семьи
приглашаю вас в бар на кофе.
Предлагаю минутой молчания
почтить память умершей.
- Советую не спускать с него глаз.
- Почему?
Люди тут ко многому снисходительны,
но не к убийце собственной жены.
- К убийце? Она умерла от сердца.
- Послушайтесь моего совета.
Если хотите,
чтобы у Дорте был отец.
Дорте!
Ирген!
Ирген!
Отойдите от него!
Я сказал, отойдите от него!
Ты вмешиваешься в дела,
в которых ничего не понимаешь.
Ты об этом пожалеешь.
Ирген!
Возвращайся!
Ты не должен этого делать.
Найди Дорте.
Твои сапоги!
Кто-нибудь видел Дорте
после похорон?
Вы знаете, где она?
- Хватит обращаться со мной как с идиотом!
- Возвращайся в Копенгаген.
Скоро вернусь.
Но дело все равно попадет в Тындер.
Зачем втягивать в это Тындер?
Я этого не сделаю,
если вы мне скажете, где она.
Мы не хотим, чтобы ищейки из Тындера
начали тут рыскать.
Точно.
По нашему мнению,
Дорте не должна быть вместе с Иргеном.
- Он - ее отец.
- Дорте его боится.
- И потом, он убил ее мать.
- Кто это сказал?
Кто сказал,
что Ирген убил Ингелизу?
Кто распускает такие слухи?
И кто в самом деле ее убил?
Всегда, когда Дорте выходила
на прогулку с коляской,
ее мать били.
Вы все это знали.
И что вы сделали?
Ты что-нибудь сделал, Таге?
А ты, Ханси?
А ты, Хельмут?
Вы все пили свое пиво,
и вас это ничуть не волновало.
Так здесь и происходит.
Все всё знают,
но никто ничего не делает.
А теперь
мать маленькой девочки умерла.
Раз ты так к этому относишься...
мы скажем тебе, где она.
Открывай.
Это полиция, Дорте. Открывай.
Она сама захотела
там спрятаться.
Дорте! Это Роберт.
Привет, Дорте.
Какое хорошее местечко.
Дорте, не обращай внимание
на то, что говорят.
Твой папа не убивал твою маму.
Это был несчастный случай.
Ее сердце перестало биться.
Так говорит доктор, а он в этом разбирается.
Я видела тебя.
Когда ты выходил из нашего дома.
У тебя на лице была кровь.
- Ты видела меня?
- Ты не помнишь?
- Нет.
- Кровь... у тебя была кровь на лице.
Ты прошел мимо меня.
Ты пытался его остановить,
верно?
- Ты кому-нибудь об этом говорила?
- Нет.
Хорошо.
Дорте, что бы ни сделал твой папа,
он не делал этого нарочно.
Он тоскует по твоей маме
точно так же, как ты.
И ему тебя
очень не хватает.
Роберт!
У меня есть дочка, которую
я не видел давным-давно.
Я был бы очень рад
ее сейчас увидеть.
Где твой мишка?
Где Буллер?
Дома.
Вы позвонили Жозефине,
Ханне и Мурзику.
К сожалению, мы сейчас не можем ответить.
Оставьте сообщение после сигнала.
Привет, Жозефина. Папа говорит.
Звоню поздравить тебя с днем рождения.
Надеюсь, ты хорошо его проведешь.
Скоро я вернусь из Австралии...
Надеюсь, что мы увидимся.
Очень этого жду.
Вижу, ты здесь уже освоился.
Мойн.
Действительно, это твои сапоги.
Сейчас их тебе отдам.
- Я нашел их на болоте.
- Можешь оставить себе.
Спасибо.
Как ты?
Я могу тебе чем-нибудь помочь?
Я хочу вернуть себе доброе имя.
Я хочу расследования.
- Зачем?
- Чтобы выяснить, что произошло.
Ничего не произошло.
Тебя ни в чем не обвиняют.
- Тогда я сам хочу заявить.
- О чем?
- О деле с Ингелизой.
- Она умерла от остановки сердца.
- Я позвоню в полицию в Тындер.
- В Тындер?
- Пусть меня арестуют и расследуют это дело.
- Ты думаешь только о себе.
Дорте не нужен отец,
который сидит в тюрьме.
Я не убивал ее.
Нет.
Попробуй убедить в этом
полицию Тындера.
Наши дела
мы улаживаем сами.
Есть такие таблетки,
которые поставят тебя на ноги.
Поговори с доктором Зерленгом.
Он тебе поможет.
Ты совсем как твой предшественник.
Он тоже так мог.
Мы думали, что ты гомик,
но гомики так не пьют.
Ты так думал.
Не только я.
У нас новые места.
Я тебе уже говорила,
что тебя здесь не рады видеть.
- Почему? Я плачу деньги.
- Ты прекрасно знаешь, почему.
Не знаю.
Возвращайся домой, Ирген.
Если хотите меня выгнать,
то скажите вслух,
что я такого сделал?
А может, ты?
Ты можешь сказать,
что я сделал?
Не можешь, значит, у меня есть право заказать
пиво, как и у всех остальных обезьян тут.
Два пива.
Одно для меня,
второе для нашего полицейского.
Не хочешь?
А может, ты еще на таблетках?
Это была хорошая идея.
У доктора все бумаги в порядке.
Ваше здоровье!
За нашего полицейского
и его хорошие идеи!
И еще два.
За здоровье доктора Зерленга!
Два.
Еще два, пожалуйста.
Еще два.
Два.
Еще два.
Доктор отлично знает,
в чем дело.
Хочешь поговорить о Копенгагене?
О том, как ты как-то вернулся домой
и застал жену в постели с приятелем?
Ты в самом деле хотел их застрелить?
- Обоих?
- Не твое дело.
К черту!
Ты бы это сделал?
- И что потом случилось?
- Не знаю.
- Ну, говори!
- Не помню.
Не помню!
Ты попал в психушку.
На три месяца.
С расшатанными нервами.
У меня для тебя кое-что есть.
Ты был там.
Дорте сегодня убирала спальню.
Посмотри, что она нашла
под нашей с Ингелизой кроватью.
Знаешь, что она мне рассказала?
Что видела, как ты выходил из дома,
и лицо у тебя было в крови.
Потому что ты избил ее
до полусмерти.
Хотел завалить ее в койку, да?
Она тебе понравилась?
Ну так теперь у тебя два выхода.
Или ты сам заявишь в полицию,
или мы с тобой отправимся на болото.
И уладим это дело.
Есть еще один.
- Да. Но тебе не хватит пороху.
- У меня может не оказаться выбора.
Это верно.
Но тогда ты лишишь Дорте отца.
Сможешь с этим жить?
Извини, Ирген, некоторые говорят,
что ты ей не отец.
Знаешь, какой в этом плюс?
Привет, это Дорте.
Мой папа не вернулся домой,
и в баре его тоже нет.
Я не хочу быть здесь
одна.
Одна из коров "Эко" Таге увязла в болоте.
Пришлось ее вытаскивать.
Грязная оказалась работенка.
Нам нужно поговорить.
Да?
Да, пойдем-ка внутрь.
А здесь нельзя?
Я предпочел бы не здесь.
- Я должен кое в чем признаться.
- Внутри.
Ночью прошел дождь.
Поля залило.
Вода будет держаться недели.
- Действительно, шел дождь.
- Да, ливень.
Ты хотел мне что-то рассказать?
Да, я...
я не составил рапорты.
Не переживай.
Здесь не слишком много происшествий, по-моему.
- Я с ними справляюсь.
- Знаю.
Вы хотели со мной
о чем-то поговорить?
Да, речь о маленькой девочке,
которая скучает по своему отцу.
- Жозефина?
- Нет, Дорте.
Ее отца зовут Ирген.
Она звонила нам утром.
Когда ты в последний раз
его видел?
Вчера в баре.
Часов в шесть-семь.
Мы выпили по паре пива,
и я вернулся домой.
Это соответствует моей информации.
Он был чем-то угнетен?
- Только что умерла его жена. Сердце.
- Тогда понимаю.
Шеф!
Нашли резиновый сапог в болоте.
Это паршивое дело.
Моя сестра живет в Тындере.
У нее есть сын.
В общем-то, он уже взрослый.
Он порядочный парень,
но попал в плохую компанию.
Наркотики и все такое.
Это именно его достали из болота.
Ему грозил срок - три года,
так что я потянул за пару веревочек
и замял это дело.
И отослал его сюда,
в магазинчик с велосипедами.
Нельзя было этого делать.
Вот ведь черт!
Мы подтвердим,
что пропавший Ирген Буль
скорее всего
покончил жизнь самоубийством.
И закроем дело.
А что на это скажут твои люди?
Какие люди?
Я никого тут не вижу. А ты?
Еще один плюс работы в полиции.
Если я правильно понял,
ты хотел бы вернуться в Копенгаген?
Привет! Зерленг?
Я зашел к тебе,
чтобы его отдать.
Всегда можете кинуть его в болото
для круглого счета.
- Так что "мойн".
- Ты уже у нас заскучал?
Нет, но служба зовет.
Я возвращаюсь в Копенгаген.
- Я думал, ты у нас уже обустроился.
- Меня дочка ждет.
- Да, это мило.
- Если ты действительно вернешься домой.
Если?
Да перестань, Роберт.
Мы все знаем.
- Что знаете?
- Ты убил Ингелизу.
Неумышленно, но убил.
Она умерла от сердца.
- А потом всадил пулю Иргену в грудь.
- Две, если быть точным.
- Мы тебя не осуждаем.
- Мы не скучаем ни по ней, ни по нему.
От них было слишком много беспорядка.
Теперь намного спокойней.
Ты теперь стал одним из нас.
А если я все равно уеду?
Тогда некоторые дела
выйдут на свет.
Дела, которые не будут
хорошо приняты в Копенгагене.
Я же сказал, ты теперь один из нас.
Семерка.
Соло.
- Мойн.
- Мойн.
УЖАСНО СЧАСТЛИВ
 

////////////////////////////