Альфред Хичкок представляет (5 сезон, 31-38 серия). Фразы и цитаты из сериала

1955 год

«Альфред Хичкок представляет» (англ. Alfred Hitchcock Presents), с восьмого сезона «Час Альфреда Хичкока» (англ. The Alfred Hitchcock Hour) — американский телесериал-антология, ведущим которого являлся Альфред Хичкок. Шоу транслировалось со 2 октября 1955 по 10 мая 1965 года, на протяжении десяти сезонов.

Все фразы и цитаты

Серия 31

Добрый вечер, дамы и господа.
Я решил заняться водолазанием.
Долгое время я избегал этого
только из-за названия.
Само слово "водолаз" -
довольно пугающее,
если только вы не собака
породы ньюфаундленд.
Но поскольку мне наскучили
водные лыжи,
фехтование, проделывание трюков
на крыле самолёта,
это может стать отличным способом
избавиться от избыточного...
от избыточной энергии.
Как только она у меня появится -
так сразу же и займусь.
Одна только вещь вселяет в меня
ужас:
необходимость быть дружелюбным
с другими водолазами.
Теперь я понимаю, почему это
называется водолазанием.
Это потому, что они там
лазают.
А сейчас - к нашей сегодняшней истории.
Я САМА О СЕБЕ ПОЗАБОЧУСЬ
Переводчик приносит извинения за изрядную
долю отсебятины во вступительном слове Хичкока,
поскольку перевести игру слов
напрямую не представилось возможным.
Милый мой, вернись домой
Твоя мама совсем одна
Я старалась зря
Имя твоё забыть
Ты ушёл, и в сердце боль
Думала, с тобой навек
Каждый день и каждый час
Слышишь? - зову:
Милый, жду домой,
мама скучает,
Милый, жду домой.
- Почему Джорджия так делает?
- Делает как, Джои?
Что плохого в том, чтобы
послать эту гадину.
- Но ты же всё отлично понимаешь, Берт.
Малыш Дэнди может доставить мне
кучу неприятностей.
- Они в любом случае могут.
Но если им протянуть палец -
они и руку откусят.
- Но я не хочу неприятностей.
Я этого не выношу.
Пока дела идут хорошо, но
начнутся проблемы, и - фить!..
- Так скажи Малышу Дэнди,
пусть катится.
- Но он, возможно, просто пытался
быть дружелюбным,
и купил вам выпить.
- Джорджия его на дух не переносит,
и я её поддерживаю.
Он домогается её уже две недели.
Пора ему заползти назад под свой камень.
- Берт...
я беспокоюсь о вас с Джорджией.
Дэнди настоящий...
- Я знаю, знаю.
Слушай, Джои, ты здесь хозяин,
мы тут всего лишь работаем.
Но посетители приходят посмотреть на нас.
Они - просто глаза и уши.
Это же относится и к Малышу Дэнди.
- Можно?
- Да, заходи.
- Чего хотел наш друг Джои?
- Ничего особенного.
- Какие-то жалобы на наше выступление?
- Да ну, с чего бы?
Ты лучшая из всех, кто когда-либо
выступал в этом кабаке.
- Люблю тебя.
- Твоя тональность - си-бемоль,
а не ля-бемоль.
- Застегни.
- Значит, речь шла о Малыше Дэнди,
этом кошмаре здешних девушек?
- Джои волнуется.
- Что, обо мне?
Не стоит.
Я могу о себе позаботиться.
- Одиннадцать, мне пора на сцену.
Я отвезу тебя домой, как обычно.
- Мистер Дорф просит вас принять это
в знак его восхищения.
И просит оказать ему честь
вашим присутствием за его столом.
- Мистер Дорф?
Я не знаю никакого мистера Дорфа.
Берт, ты знаешь какого-нибудь
мистера Дорфа?
- Не знаю никакого мистера Дорфа.
Может, вообще нет никакого
мистера Дорфа?
- Вы знаете, о ком я говорю.
- О, вы об этом мистере Дорфе?
О Малыше Дэнди Дорфе.
- Он не любит, чтоб его называли "Малыш".
Я бы ни за что не стал так делать.
- А, понял, это его псевдоним.
- Не знал, что вы комик.
Думал, вы играете на пианино.
Дешёвый пианист.
- Вы можете звать его,
как вам угодно.
Но заберите эти цветы
и передайте ему,
что они не пахнут, они воняют.
- Он не возьмёт их назад.
- Шеф!
Хорошо,
скажите Малышу Дэнди,
пусть съест их
в салате с луком и майонезом.
- Ладно, так и скажу.
- Что такое? Так спешишь,
что даже с друзьями не здороваешься?
- Не вижу здесь никаких друзей.
- Один из них прямо перед тобой.
- Сомневаюсь. Мне надо выступать.
- Ой, да брось, это подождёт.
Всего один бокальчик.
Слушай, никто, а особенно куколки,
никогда не отказываются выпить со мной.
- И что это значит?
- Ну, ты же понимаешь, за одним
глотком следует другой.
Я заплачу тебе за твоё время.
Ну, за предоставленный мне шанс!
- Простите. У меня были предложения
и получше.
- Не такие, как от меня.
- Джорджия!
- С дороги!
- Билл, налей мне двойной.
Что за привычка - совать палочку
в каждый напиток.
- Да, вот это столкновение, парень.
- Я играю в клубах с тех пор,
как мне стало позволено
туда входить.
С гнидой надо обращаться как с гнидой.
- Берт.
- Он не ждал отказа, но он
его получил.
- Ты идиот. То, что сделала Джорджия -
очень плохо.
- Ты так считаешь?
Думаешь, я должен был сидеть и смотреть,
как она терпит его домогательства?
Так, по-твоему, надо было сделать?
- Не знаю, как надо было.
- Тогда я даже не буду пытаться
объяснить тебе, Джои.
Это же не про доходы и налоги,
так что ты не поймёшь.
- Но вы нравитесь мне, ребята.
- И то, как мы вытаскиваем твой бизнес.
Ладно, Джои. Хочешь понять?
Джорджия сама не понимала,
что делает.
Так что она перестаралась, понимаешь?
И я вмешался.
И если теперь Малыш Дэнди возненавидит её,
он возненавидит и меня.
- Не сомневайся - так и будет.
- Сделай ещё двойной.
И без палочки.
- Я угощаю. Налей полный.
- Спасибо.
- Довольны собой?
- Конечно, до одури.
- Я рад, мне это очень понравилось.
- Рад за вас.
В чём, собственно, дело?
- Нет необходимости в долгих объяснениях,
когда вы кого-то знаете.
- Но я вас не знаю.
- Зато я вас знаю.
Вы - Берт Хэйбер.
- И что?
Это написано на моей визитке.
- Ещё я знаю, что вы живёте
на 4-м этаже на Восточной 54-й.
И днём вы всегда дома.
Всё верно?
- И что всё это значит?
- А вы не понимаете?
- Если вы продаёте страховки,
то в этом году я их не покупаю.
- Нет?.. На вашем месте стоило бы.
Малыш Дэнди рекомендует.
Думаю, мы поняли друг друга,
мистер Хэйбер.
- Джои.
- Ты сегодня поздно.
- Всего лишь полдесятого,
так в чём дело?
Чёрный кофе и чуток бренди, Билл.
- Где Джорджия?
- У неё ещё 15 минут.
Так что расслабься, а?
Сегодня тут не очень оживлённо.
- Ладно, сейчас я разогрею
хотя бы тех, что есть.
Послушай, Джои.
Три месяца назад, когда мы пришли к тебе,
у тебя тут было пусто - хоть вагоны паркуй.
А теперь тут бронируют столики
от Винчела и Лайонса до Нью-Йорка...
- Я не отрицаю этого, Берт. Ты же понимаешь -
я на твоей стороне.
Она уже должна быть здесь.
- Я знаю.
- Так что случилось?
- Не знаю, что случилось.
- Но она собирается прийти или нет?
- Да не волнуйся ты так.
- Берт. Берт.
Пойди, поговори с тем человеком,
что сейчас пришёл.
- Что ему нужно?
- Не знаю. Он мне не сказал.
Но знаю - это что-то плохое,
очень плохое.
- С чего ты взял?
- Просто чувствую.
Знаешь, как это бывает.
- Не важно, что ты чувствуешь.
Просто не показывай это.
Прекращай, если понимаешь,
что на пользу тебе, и мне, и Джорджии.
- Но, Берт...
- Я серьёзно.
Ты знаешь, что они собой представляют...
- Они?
- Мне что, надо тебе разжёвывать?
Сейчас тебе стоит подыскать нам замену.
- Но здесь нет таких,
как ты и Джорджия.
- Амос и Алиса ищут работу.
Ты можешь позвать их.
- Прямо сейчас?
- Да, сейчас.
Здесь их номер телефона.
Позвони им сейчас.
- Ну я не знаю, стоит ли...
- Всё будет в порядке.
Они смогут приехать через 15 минут.
- Но, Берт...
- Это всё, что ты можешь сделать.
Давай, звони.
И не волнуйся. Они отлично справятся.
- Вы Берт Хэйбер?
- Не исключено. А вы кто?
- Джек Симпсон, детектив,
Восточный Манхэттен.
Вы знакомы с...?
- Уберите это.
Покажите свой значок или что там у вас,
начальник.
Ну не так же.
Покажите под столом.
Ладно, я Хэйбер.
- Вы знакомы с этой женщиной?
- Да.
Но разве надо было делать это таким образом?
- А ничего другого не оставалось.
У нас всё ещё нет результатов опознания.
Единственное, что мы могли сделать
при данных обстоятельствах -
сфотографировать её лицо прямо там.
- Где прямо там?
- В переулке между домами.
На Западной 55-й, между 9-й и 10-й авеню.
Она жила там поблизости?
- Нет.
- Когда её обнаружили?
- Хороший вопрос.
- Что вы имеете в виду?
- Думаю, вы знаете, мистер Хэйбер.
- Понятно.
Хотите сказать, что я веду себя так,
как будто знал,
что это произойдёт.
- А вы знали?
- Я думал, что это может случиться.
Но я не знал, где, когда и как.
- Можете рассказать обо всём,
что вы делали с тех пор,
как ушли отсюда прошлой ночью
и до нынешнего момента?
- Да, могу.
Отсюда я отвёз Джорджию домой.
- Где она живёт?
- На Восточной 61-й.
Часы в фойе её дома
показывали 4 часа 1 минуту.
- Не слишком ли рано?
Это место закрывается только в 4.
Не могли же вы добраться туда
за минуту.
- Да, было рано.
Но я чувствовал себя ответственным за нее.
Я забрал её отсюда до того,
как Джои закрылся.
Понимаете, здесь довольно много суеты
перед закрытием,
и никто не замечает, когда кто-то уходит.
- Они были дома, сказали,
сейчас приедут.
Просили передать тебе спасибо.
- Не за что.
- Что-то с Джорджией?
- Мистер Симпсон - детектив.
У него есть вопросы.
- Принести вам что-нибудь выпить,
джентльмены?
- Нет.
- Принеси мне двойной виски со льдом.
Нет, лучше неразбавленный.
Послушайте, Симпсон.
Из её квартиры я отправился
прямо домой.
И проспал сегодня до 6 вечера.
Я пытался связаться с ней по телефону,
но там просто шли гудки.
- Если звонок не был завершён,
значит, нет записи на автоответчике.
- Этот бармен - чокнутый.
Раб привычки.
Суёт палочку в стакан,
хотя здесь нечего размешивать,
чистый виски.
- Говорите, вы звонили около шести?
- Лучше не делайте этого.
- Не делать чего?
- Это же слишком очевидно.
Они знают, что случилось
потому что они же это и сделали.
Возможно, они где-то рядом,
наблюдают за мной, чтобы понять,
что мне об этом известно.
- Наверно, вы правы.
- Если хотите делать записи,
пойдёмте куда-нибудь в уединённое место.
Пойдёмте.
- Вы упомянули, что чувствовали
ответственность за неё.
Когда это началось?
- На самом деле я чувствую
ответственность
за всех девушек, с которыми работаю.
Возможно, вы не знаете, как это -
работать в таких кабаках.
Глазеющие придурки выпьют
три стакана
и превращаются в пылких любовников.
- Вы должны сказать мне одну вещь.
Раз уж речь о любовниках -
вы и Джорджия...
- Да.
Так, как ни с кем другим.
Когда я был за пианино,
она сливалась с ним,
они все затыкались и слушали.
Она смотрела на меня,
а я на неё.
Между нами была связь.
- О, понимаю.
- Кажется, я выразился не совсем ясно.
Это была музыка, только музыка.
- Мистер Хэйбер, а что вы скажете,
если я сообщу вам,
что у нас есть причина подозревать
Малыша Дэнди?
- Какая причина?
- То, как она выглядела,
то, что с ней сделали.
- Да.
- Ясно.
- Она знала Малыша Дэнди?
- Да.
- Не хотите рассказать мне об этом?
- Нет.
Но я должен, не так ли?
- Да.
- Ладно.
Две недели назад Малыш Дэнди
заявился сюда со своими гориллами.
Они попали на её шоу, и с тех
не пропускали ни одного выступления.
- Он хоть раз переходил границы?
- Поначалу нет.
Просто сидел и пожирал её взглядом.
Затем он стал посылать ей напитки
и цветы здесь, в клубе.
Прислал ящик шампанского к ней домой.
Он не отступал, он становился всё напористей,
пытаясь подкатить к ней.
Ну и вот,
это было прошлой ночью.
- Что именно?
- Заключительный аккорд.
Она вылила напиток ему на голову.
- Да, это, должно быть,
взбесило его.
Он же помешан на своём внешнем виде.
- Я не слишком помог ей.
Как только я увидел, что она в беде,
я ринулся туда, не раздумывая.
Каким-то образом, его толкнули
и он плюхнулся на зад на глазах у всех.
- Ну да, всё складывается.
Единственная вещь, которую он никогда не прощает -
выглядеть дураком на публике.
Итак, вы отвезли её домой?
- О, привет.
- Привет, Берт, огромное спасибо,
что позвал.
Вот повезло, мы как раз без работы.
- Пустяки, Амос. Я рад, что вы с Алисой
сможете заменить нас.
- А что случилось, Берт?
Джорджия заболела?
- Я расскажу тебе позже.
Пойдёмте, Симпсон, ребятам нужно
подготовиться.
После того, как Малыш Дэнди убрался,
я подошёл к бару.
Я испытывал гордость за Джорджию,
и за себя, пожалуй, тоже.
- За то, что поставили Малыша
Дэнди на место?
- Да,
я был доволен.
Здесь...
сидел какой-то мужчина.
Он заговорил со мной.
Купил мне выпить.
- Вы когда-нибудь видели его прежде?
- Никогда.
Но он знал всё обо мне.
Знал, где я живу.
Наверное, следил за мной.
- Он угрожал вам?
- Да, он мне угрожал.
- Как?
- Посоветовал мне купить страховку.
- Ну, знаете ли, это не угроза.
- Он сказал - Малыш Дэнди рекомендует.
- О, понятно.
- Он как-нибудь представился?
- Нет.
И я не спрашивал.
- И после разговора с этим мужчиной
вы отвезли Джорджию домой?
- Да.
Я говорил ей, что должен остаться с ней.
Или она должна переночевать у меня дома,
или позвонить в полицию.
- А она что?
- Просто поцеловала меня на прощанье
и потрепала по щеке...
Она сказала: "Не волнуйся, дружочек,
Джорджия большая девочка".
- Тогда вы видели её в последний раз?
- Тогда я видел её в последний раз.
- Что ж, мистер Хэйбер, вы дали нам
достаточно, чтобы двигаться дальше.
Думаю, мы быстро распутаем это дело.
Но нам стоит обеспечить вам защиту.
- Вы считаете, мне нужна охрана?
- Вы станете очень ценным
свидетелем по делу,
когда мы схватим Малыша Дэнди.
- Я никуда не денусь.
- Но мы должны быть уверены.
Вы уже здесь закончили?
- Да.
- Сейчас отвезём вас домой,
а завтра приставим к вам человека.
- Ладно.
- Садитесь назад, мистер Хэйбер.
Это мой напарник.
- Малыш Дэнди передаёт привет.
Молодой водолаз...
Не этот...
должен был прийти и объяснить
назначение этих приспособлений.
Но ему надо было снимать фильм
с участием осьминога.
К несчастью, молодой человек
не сможет сюда прийти.
Оказалось, что его фильм
стал звёздным часом для осьминога.
Тот перетянул на себя всё
внимание публики.
Это весьма печально.
Этот молодой человек метил в звёзды,
тогда как осьминог не способен
выйти за рамки своего амплуа.
В следующий раз я снова вернусь
с ещё одной историей.
А пока доброй ночи.


Серия 32

Добрый вечер.
Вы не видели, куда укатился мячик?
Он не мог улететь далеко.
Я ведь лишь слегка потревожил его.
Я пользуюсь этим способом
передвижения по полю для гольфа,
поскольку клуб проголосовал за
запрет моторизованных тележек.
Я всем сердцем поддержал этот запрет.
Стоило такой тележке переехать кого-нибудь
зазевавшегося, как она опрокидывалась,
и это ужасно замедляло игру.
Такой способ передвижения помогает
мне следовать ещё одному пправилу,
которое было введено по причине
большого количества желающих поиграть.
Нам разрешили
играть в четвёрках.
Но, думаю, вы настроились
посмотреть историю.
Я посторонюсь
и позволю вам это сделать.
МНОГОВАТО ДЛЯ ОДНОЙ МОГИЛЫ
- Привет.
- Ой, кто к нам пришёл.
Спящая красавица собственной персоной.
- Ох, ну прекрати, а?
- Что такое, Джо? Полуденный гудок
разбудил тебя?
- Уже так поздно?
Слушай, я действительно был измотан.
А что на завтрак?
- Хочешь сказать, на обед.
Я на ногах с 8 утра, и слушаю твой храп.
Видимо, дела идут не так плохо,
раз ты смотришь
телевизор до 2-х ночи.
- Это был хороший фильм.
- А ты всё никак кино не насмотришься.
- И что значат эти твои подколки ?
- Ты отлично знаешь, что.
Думаешь, я не знаю, где
ты проводишь дни напролёт?
- Я каждый день ищу работу.
- Какую работу? Билетёра?
Сделай себе тост.
- Слушай, Айрин, я оббегал полдесятка
агентств по трудоустройству на этой неделе
и сходил на два собеседования.
Но ничего не вышло
- А почему у тебя никогда ничего
не выходит, а, Джо? Как так?
Почему другие люди работают,
а ты даже не можешь больше
получить пособие по безработице?
- Смотри, у тебя яичница сгорит.
- В газетах полно предложений о работе.
Я же умею читать.
- Да, там полно работы. Но какой
работы, а?
Ты просто меня не понимаешь, Айрин.
И никогда не понимала.
Я же не чернорабочий.
- Ну тогда найди работу в офисе.
- Что, работать клерком?
- Да!
- Это не для меня.
У меня есть кое-какие прикидки
на будущее.
- Надо было браться за ту работу,
которую предлагал мой брат.
- Что, обувью торговать?
Да я лучше буду голодать.
- Но надо же что-то делать!
Ты знаешь, что мистер Уотерс
больше не даёт мне в долг?
Ты знаешь, что у нас в доме
нет даже бутылки молока?
- Ох, да что ж с этим тостом?
Эта штука сломалась, Айрин.
- Утром она была в порядке.
О, неет!..
Электричество...
- Ну что за наглость, а?
Они свет отрубили.
- Наглость, наглость! Мы три месяца
не платим по счетам!
- Ой, ну забудь об этом, милая.
Пока обойдёмся.
Будем зажигать свечи, это так романтично.
- О, Джо...
Это стыдно.
Так стыдно.
- Здесь нечего стыдиться.
- Мы должны достать деньги, Джо.
Нам нужны деньги.
- Ладно, ладно.
Сегодня я пойду и возьмусь за первую же
работу, которая подвернётся.
- Но нам нужно сейчас, прямо сейчас!
Мы не можем бесконечно у всех занимать.
Может, попросим у Дэйви.
- Нет, ни в коем случае.
Я больше не попрошу у твоего брата
ни цента.
Слушай, вот что мы сделаем.
Я пойду и возьму ссуду,
чтобы мы пока продержались.
Немного.
А потом пойду в бюро по трудоустройству
и соглашусь на всё, что они предложат.
Хоть траншеи рыть, Айрин,
всё, что угодно.
Ну, так пойдёт, Айрин?
- Ох, Джо.
- Всё будет хорошо, милая.
Ни о чём не беспокойся.
Всё будет в порядке.
- Мистер Хэлмер, в заявлении вы указали,
что вашей последней занимаемой должностью
была "товаровед продуктов питания".
Что это была за работа, расскажите
подробней?
- Я работал в мясной торговле.
- Простите?
- Я был продавцом мяса в супермаркете.
- А, понятно.
Согласно записи, это было ещё в апреле.
С тех пор вы были на пособии
по безработице?
- Оно закончилось в прошлом месяце.
- Вы женаты?
- Да.
- Детей, я вижу, нет.
Прежде вы поменяли достаточно
большое количество рабочих мест...
Работали в химчистке, продавцом в автолавке,
официантом, типографом...
Типограф... Они ведь довольно
неплохо получают, да, мистер Хелмер?
- Ну, я был не совсем типографом.
Я был ночным сторожем в типографии.
Я случайно неправильно написал.
- Хм, понимаю.
И на что вам нужна ссуда?
А, тут сказано, на улучшение
жилищных условий.
- Улучшение жилищных условий?
- Да, да, именно.
У вас есть какой-нибудь залог,
мистер Хелмер?
Какие-нибудь акции, облигации,
драгоценности или что-нибудь подобное?
- Нет.
- У вас есть машина?
- Нет.
- Вы не облегчаете мне задачу,
мистер Хелмер.
Я говорил вам, что Френдшип Корпорейшн
старается не выставлять никого за дверь,
но ваша ситуация довольно-таки...
Что я могу сказать?
Ваше финансовое положение
довольно мрачное.
- Послушайте, я хочу занять
всего 100 баксов!
Я же не прошу у вас миллион.
- Дело не в сумме, это ваш кредит.
Вы не работали три месяца.
У вас нет никакого залога.
Скажите, а как насчёт поручителя?
Вы могли бы найти кого-нибудь?
- Нет, думаю, не смог бы.
- Может, кто-то из родственников?
- Нет!
Я ничего у них прошу. Ничего!
- Я пытаюсь помочь вам, мистер Хелмер,
но в сложившихся обстоятельствах я...
- Хотите сказать, я не получу денег?
- Ну а что я могу поделать?
У меня связаны руки.
- Ладно, ладно.
Как хотите.
Спасибо.
Эй, мистер!
Мистер, что с вами?
Он умер.
- А ты не очень-то торопился.
- Эти лестницы доканают кого угодно.
- Как ты понимаешь, тёплое.
Холодильник не работает.
- Да не страшно.
- Ну как?
Ты получил ссуду?
- Нет, я не получил ссуду.
Сама знаешь, как оно там.
Тебе не дадут денег, пока ты не докажешь,
что ты в них не нуждаешься.
- Почему же я не удивлена.
Значит, придётся завтра позвонить Дэйви.
- Не придётся звонить Дэйви.
- А что же мы будем делать?
Я не возражаю против ужина при свечах,
вот только никакого ужина нет.
Ты же и сам знаешь, да?
- Знаю.
- Ох, прекрати, Джо.
Перестань!
Я не в настроении дурачиться.
- Знаешь, где я был целый день?
- Откуда мне знать? В кино, наверно же.
- Ошибаешься.
- Я был у моего старого приятеля,
кореша по армии.
- Надеюсь, он покупал выпивку.
- Он сделал кое-что получше.
Он напомнил мне о кое-каких бабках
которые он занимал у меня,
когда мы служили в Форт-Брэгге.
Однажды я вытащил его из
реально поганой ситуации, и он не забыл.
Как видишь, в мире всё ещё
встречаются хорошие люди.
- Ты это серьёзно?
- Конечно, я серьёзно.
Хочешь увидеть денежки?
- Конечно, дай взглянуть.
Может, хоть вспомню, как они выглядят.
Ох, Джо!
Сколько тут?
- 275 баксов.
- Почти три сотни.
- Ровно столько он был мне должен.
Так что можем пока перевести дух.
- О, Джо, как же здорово!
Теперь мы можем отдать 50 долларов
мистеру Петерсену.
И 100 мистеру Уотерсу, тогда мы снова
сможем делать у него покупки в кредит.
И мы позвоним в электрическую компанию
- Эй, притормози немножко, а?
Не забудь 10 баксов на хороший
ужин со стейком сегодня.
Мы задолжали это самим себе,
разве нет?
- Сегодня? Ты не шутишь?
- Конечно, не шучу.
Я поведу тебя в стэйк-хаус
на 1-й Авеню.
- О, Джо!
- Собирайся.
Я побреюсь,
а ты надень своё синее платье
и пойдём, да?
Я умираю с голоду. Хорошо?
"Марвин Хорн,"
"Нью-Йорк, Восточная 70-я, дом 9."
Спасибо, Марвин.
Нет...
"Я не умер."
"Я не умер."
"Я страдаю формой каталепсии,
которая может привести к смерти."
"Если вы меня обнаружите, сразу дайте знать,."
"доктору Нельсону Крюгеру,
Восточная 64-я",
"площадь 3..."
"Я не умер."
- Я думала, ты побрился.
- Мне нужно уйти, Айрин.
- Уйти? Куда?
- Я не могу сейчас объяснить.
Я кое о чём забыл, о чём-то важном.
- А как же наш ужин?
Ты сказал мне одеваться.
- Я должен идти!
-Добрый вечер, офицер.
- Добрый.
- Что-то случилось?
Здесь была скорая, да?
- Мужчина упал замертво на улице.
- А он точно был мёртвый?
- Да, он точно был мёртвый.
Вам что-то об этом известно, мистер?
- Мне?
- Да, вам.
- Откуда?
Просто шёл мимо, увидел скорую.
Стало любопытно, вот и всё.
- Приёмная доктора Крюгера.
- Здравствуйте, могу я поговорить
с доктором Крюгером?
- Простите, доктора Крюгера сейчас нет.
Ему что-нибудь передать?
- А где он? Мне нужно с ним поговорить.
- Он в отпуске. Можете назвать своё имя?
- Моё имя не имеет значения.
Вы его медсестра?
- Нет, сэр, это регистратура.
- Оператор.
- Оператор? Соедините с полицией.
- 21-й участок, сержант Дуган.
- Послушайте, ваша скорая сейчас
подобрала человека
на углу 17-й стрит и 2-й авеню.
Около часа назад.
- Как ваше имя, не расслышал.
- Я не называл имени.
Я говорю о человеке, который
упал замертво на улице.
Его увезли.
Я хочу сообщить вам, что он
на самом деле не умер.
- Эй, это что, какая-то шутка?
- Слушайте, я серьёзно.
Понимаете, у человека приступ,
его нельзя хоронить.
Делайте что угодно, только
не хороните!
- Слушайте, приятель, я скажу,
что вам делать.
Приходите сюда и расскажите нам всё, а?
Приходите прямо сейчас.
- Нет, я...
- Джо?
- Да.
- Спасибо за ужин со стэйком.
- Прости.
- Я открыла банку фасоли со свининой.
Если хочешь, там ещё осталось.
Это, конечно, не вырезка,
но насыщает.
- Я не голоден.
- Не хочешь рассказать, куда ходил?
- Ничего важного.
Я просто забыл кое-что в баре,
в том месте, где встретил
армейского приятеля.
И вернулся поискать, там ли это.
- Полагаю, нашёл.
Судя по запаху.
- Да, я выпил парочку пива.
- Дома есть пиво.
- Да какого чёрта! Мы что,
каждый вечер должны устривать тут дебаты?
- Ох, Джо...
Джо, что с нами происходит?
Сегодня утром мы шпыняли друг друга,
потому что у нас совсем не было денег.
И вечером, когда у меня стопка
20-долларовых банкнот...
Джо?
У тебя что, другая девушка?
- Нет у меня никакой другой девушки.
Пожалуйста, ты можешь сейчас
оставить меня в покое?
- Конечно.
Я оставлю тебя в покое.
- Нет, мэм, нет закона, запрещающего
держать собак на заднем дворе.
До тех пор, пока животное
не доставляет неприятностей,
мы ничего не можем с этим поделать.
Да, дайте нам знать.
Спасибо, мэм.
Да, сэр, чем могу помочь?
- Моё имя Хелмер. Я звонил вам сегодня вечером.
- О, у нас тут куча звонков.
О чём шла речь?
- О мёртвом человеке с 17-й стрит.
- А, да, помню.
Это вы сказали, что он не умер?
- Да.
- Присядьте, пожалуйста, там.
Я доложу о вас лейтенанту Бэйтсу.
Он хотел с вами поговорить.
- Ладно.
- Соедините с лейтенантом Бэйтсом.
Лейтенант, помните тот труп с 17-й?
Тут пришёл парень, тот, который звонил.
Хорошо.
Он сейчас подойдёт.
Вот мистер Хелмер, лейтенант.
- Мистер Хелмер, я лейтенант Бэйтс.
- Лейтенант.
- Должен признать, мистер Хелмер,
что ваш звонок здорово озадачил меня.
Вы уверены, что мы говорим
об одном и том же человеке?
- Да, уверен. Это было на 17-й стрит,
около 9 вечера.
- Невысокий, хорошо одетый мужчина,
седые волосы, около 60-ти?
- Да, это он.
- И вы считаете, что он не умер?
- Я знаю, что он не умер!
- Он выглядел совершенно мёртвым,
когда его доставили сюда.
Не было ни сердцебиения, ни пульса, -
ничего.
Доктор осмотрел его и установил смерть.
И выписал свидетельство о смерти.
Сейчас тело в морге, ожидает похорон.
Так что видите, мистер Хелмер,
тут не о чем беспокоиться.
Он действительно умер.
Слово даю.
- Вы думаете, я сумасшедший.
Думаете, какой-то чокнутый!
- Я не сказал этого, мистер Хелмер.
- Да, но вы так подумали, а?
Но вы ошибаетесь.
Я видел бумажник этого человека.
Там была карточка, где было сказано,
что он не умер!
- Мы не находили никакой карточки.
- Да, но она там была, я её видел!
- А как вы её увидели, мистер Хелмер?
- Ну, я видел, как он упал,
и я осмотрел его карманы, чтобы узнать,
кто он, понимаете?
- Продолжайте.
- И я нашёл карточку. Там было сказано,
что он - каталептик.
И что он может выглядеть, как мёртвый,
но на самом деле не мёртвый.
- Вы уверены, что всё именно так
и происходило?
- Ну ладно.
Я взял его бумажник.
Я думал, что он умер, и ему
не нужны больше деньги,
вот что я подумал.
Но вы должны остановить их, лейтенант!
Не позволяйте им похоронить его!
- Макс? Это Бэйтс.
Того жмура, что привезли вечером,
отправили в городской морг?
Да. Он ещё в холодильнике?
Ладно, продемонстрируешь нам его,
сейчас подъедем.
Мистер Хелмер.
Надеюсь, не замёрзнете, мистер Хелмер,
у них тут ужасно холодно.
- Всё нормально.
- Узнаёте этого человека,
мистер Хелмер?
- Да, это он. Это Марвин Хорн.
- Его имя не Хорн. Это Каппер.
Сонни Бой Каппер.
Мы знаем его долгое, долгое время.
Это наша работа - знать таких,
как Сонни Бой.
Он был одним из самых ловких
карманников в стране,
пока его не свалил сердечный приступ.
- Карманник?
Значит, это не Марвин Хорн?
- Пойдёмте наверх, мистер Хелмер.
Нам есть о чём поговорить.
Я только что услышал крик "Камера, Мотор".
Откуда они узнали, что так зовут
моих лошадей, и зачем они их кличут?
Мне надо двигаться дальше.
Надеюсь, встретимся у следующей лунки.
Я нашёл это в рафе - в высокой траве,
которую мы только что проехали.
Интересно, чьё бы это могло быть?
До следующей недели, доброй ночи.


Серия 33

Добрый вечер, дамы и господа.
Это машина времени.
Если встать на эту платформу
и потянуть за этот рычаг,
можно переместиться в будущее.
Это совершенно изумительно.
Совершенно изумительно.
Я собираюсь остаться.
Здесь всё гораздо, гораздо лучше.
"За непредставление налоговых
деклараций
с 1960 по 1975 годы, настоящим вы..."
Пожалуй, мне стоит заглядывать в будущее
не торопясь, минута за минутой.
Так что через мгновение -
сегодняшняя история.
СПАРЕННАЯ ЛИНИЯ
- Я думала, ты сегодня идёшь на рынок.
- Я вернулась полчаса назад.
Представляешь, не смогла найти
ни одной баночки нектаринов.
- Ой, да что ты.
Идёшь завтра на бинго?
- Думаю, да.
Надеюсь, что сама-знаешь-кто
не усядется снова за наш стол.
Я про эту зануду.
Видела её шляпу?
Наверное, она украла её
у огородного пугала.
- И она ещё имеет наглость жаловаться,
что Якоб не носит галстук.
Да, унылая тётка.
И чем она старше,
тем ужаснее становится.
Я едва не завопила, когда она снова
начала рассказывать эту историю
про тот случай, когда она выиграла
две игры бинго подряд.
- Ой, если ты хочешь знать,
я могла бы много чего рассказать про неё,
но ведь никогда не знаешь, кто
может подслушивать по спаренной линии.
- Сплетницы.
Ниро, пошёл вон!
Плохая собака.
Минутку.
Минутку.
Да?
- Вы миссис Хелен Парч?
- Так и есть. А вы кто?
- Меня зовут Аткинс.
Я из департамента окружного шерифа.
Можно мне войти на минутку?
- И что же департаменту окружного шерифа
от меня нужно, мистер Аткинс?
- Нам надо поговорить, миссис Парч,
о чём-то, что может оказаться важным.
Можем мы войти внутрь?
- Важным? Вы точно
не ошиблись адресом?
- Точно.
- Тогда заходите.
- Спасибо.
О, тут намного прохладней.
На улице, должно быть, больше 30.
- Хотите выпить чего-нибудь холодного?
- Нет, спасибо, мэм.
- Я сегодня занята, мистер Аткинс,
я закатываю варенье.
- Это ненадолго.
- Садитесь.
- Спасибо.
Миссис Парч,
вы помните человека по имени
Хейвуд Миллер?
- Миллер?
Нет, это имя мне не знакомо.
Правда, на почте есть миссис Миллер.
Это с ней как-то связано?
- Нет, никак не связано.
Хейвуд Миллер с женой переехали
в дом старого Янкера 8-9 лет назад.
В то время его жена ждала ребёнка,
но она заболела и умерла
спустя пару месяцев.
После её смерти
он продал дом Кроуфордам
и вернулся назад в город.
Это помогает вам вспомнить, миссис Парч?
- Ох, да, Миллер. Ужасный человек.
И как я могла о нём забыть.
- Вы должны помнить, миссис Парч.
После всего, что между вами произошло.
Он был неуравновешенным человеком,
насколько я слышал.
Хотя я не жил здесь в это время
и не знаю всей правды,
и не моё дело передавать чьи-либо мнения.
- Этот человек был придурком.
Придурком, игроком и бог знает кем ещё.
Спросите о нём кого угодно, шериф.
Он здесь не прижился.
- Мы могли бы поговорить о том,
что произошло, миссис Парч?
- Я не думала об этом целые годы,
но я помню всё до мелочей,
как будто это было вчера.
И знаете что?
Я знала, что это негодный человек
ещё до того, как увидела его своими глазами.
Это было через месяц после того,
как он поселился по соседству.
Я разговаривала по телефону
с бедняжкой миссис Андерсон.
- Привет, Гертруда, не отрываю?
- О, привет, Хелен. Нет, всё в порядке.
Я только что накрутила волосы.
- Ты уже попробовала рецепт?
- Да, уже в духовке,
но выглядит немного странно.
Он сырой в середине.
- Ты сделала всё, как я сказала?
Шесть яиц и всё прочее?
- Да, кажется я вбила 6 яиц.
Ой... или пять?
- Это всё дело практики.
Когда Фред был жив, он всегда
говорил мне, что я лучшая...
- Чёрт возьми, вы всё ещё
болтаете?
- Кто это?
- Меня зовут Миллер.
У нас спаренный телефон, если вы не знали,
и у меня на него столько же прав,
сколько у вас.
- Как вы смеете говорить с нами таким тоном?
Я намерена пожаловаться
в телефонную компанию.
- Беги жалуйся. У меня тоже найдётся,
что им сказать.
Послушайте, леди.
Я не хочу для вас неприятностей,
но мне надо сделать важный звонок.
Деловой звонок.
- Вам придётся подождать своей очереди.
- Я снимал трубку час назад,
и вы были тут,
я попробовал полчаса назад,
и опять там кто-то трепался.
Сейчас я пытаюсь снова, а вы тут
свои пироги в духовки суёте.
Так когда же моя очередь, а?
- Терпение - это добродетель, мистер Миллер.
Или вас этому не научили?
- Послушайте, это не может ждать.
Если я не позвоню сейчас,
вся сделка сорвётся.
Мне нужно буквально пару минут,
и затем вы, курочки, снова сможете кудахтать.
- Ох, дорогая...
Ну что ж, ладно.
Гертруда?
- Да, Хелен.
- Перезвоню тебе позже, дорогая.
- Да.
- Ладно, мистер Миллер.
Действуйте.
- Да, Стэнли, поставь за меня
10 баксов на Баффало
в пятом забеге.
Насчёт шестого забега
у меня есть чутьё. Стармонт.
- 3.60 с десяти.
Вот. Как ваша жена?
- Не встаёт с постели.
- О, как жаль.
Так иногда бывает с первенцем.
Дождитесь пятого или шестого.
Тогда будет полегче.
- Да-да-да...
- Кажется, уже не долго осталось,
когда вы станете приходить за памперсами,
а, мистер Миллер?
- Вы сказали "Миллер"?
- Именно.
- Вы тот, кто звонил вчера
по важному делу
по спаренной линии?
- Да, я звонил.
- Что ж, надеюсь, что Баффало
победила в забеге, мистер Миллер.
- Чего-чего?
- Я миссис Парч.
У нас с вами спаренная линия,
мистер Миллер.
И в следующий раз, когда вам
нужно будет сделать важный деловой звонок,
надеюсь, у вас хватит порядочности
быть терпеливым.
- В следующий раз, миссис Парч,
надеюсь, у вас хватит порядочности
не совать ваш большой, длинный,
любопытный нос
в мои дела.
- Ну, знаете!
- У меня тут есть обрезки для
вашего кота, миссис Парч.
Я сберёг их для вас.
- Замечательно, мистер Мэйнард.
Только представь, две игры подряд.
Ты же знаешь меня, Гертруда.
Я почти никогда не выигрываю.
Когда мистер Виллард объявил
Ж-25, я чуть не умерла.
- Мне бы твою удачу, Хелен.
- Не сказала бы, что дело в удаче.
Всё дело в терпении.
Ты ведь знаешь, я хожу играть в бинго
ещё с тех пор...
- Освободите линию.
- Что?
- Вы должны освободить линию.
Мне надо позвонить доктору.
- Кто это? Мистер Миллер?
- Повесьте трубку, слышите?
Моей жене плохо, очень плохо.
- Ставлю на то, что ей плохо,
мистер Миллер.
- Освободите линию!
- Не обращай на него внимания, Гертруда.
Мы не поведёмся на его уловки.
- Хватит! Она может умереть,
если я не позову врача.
Вы можете это понять.
- Хелен, ты уверена?..
- Не обращай на него внимания,
Гертруда.
Вообще не обращай.
В конце концов, к людям надо
относиться так,
как они того заслуживают.
Это золотое правило.
- Послушайте, миссис Парч, я прошу прощения.
Это не ставки, клянусь вам.
Вы можете послушать разговор,
если не верите мне.
Мне нужен врач. Пожалуйста!
- Хотите узнать, что произошло
с Хейвудом Миллером?
- Меня это совершенно не волнует.
- А должно бы, миссис Парч.
После того, как Миллер уехал отсюда,
он вернулся в город,
к своему прежнему образу жизни.
Не очень хорошему образу жизни.
Пару лет спустя он был арестован
по обвинению в краже со взломом.
- Вот. А я же вам сказала,
что могу сразу судить о людях.
- Сказали.
Он был в тюрьме последние шесть лет.
Вчера мы узнали, что он сбежал.
- Сбежал?
- Именно.
В грузовике с грязным бельём.
Мы узнали об этом вчера,
поздно вечером,
но сбежал он больше недели назад.
Тюремный психиатр сообразил
оповестить об этом наш офис в Милфорде.
- Оповестить вас? Но почему?
- Они не знают этого наверняка,
но весьма вероятно,
что он может направиться сюда.
Чтобы убить вас, миссис Парч.
- Убить меня?
Думаете, Миллер хочет убить меня?
- Давайте начистоту, миссис Парч.
Мы ничего не знаем наверняка.
Нам не известно его местонахождение,
и мы не уверены, что он действительно
направляется сюда.
- Ой, ну так чего ж вы говорите...
- Тюремный психиатр решил,
что нас стоит предупредить.
Беседуя с Миллером, он выяснил,
что тот всё ещё винит вас
в смерти его жены.
Вас и ту миссис Андерсон,
с которой вы разговаривали.
- Её больше нет.
Бедняжки Гертруды не стало 5 лет назад.
- Значит, остались только вы, миссис Парч.
Вас одну он может винить.
Знаете, в тюрьме с людьми
происходят странные вещи.
Если они затаили на кого-то злобу,
то они это чувство холят и лелеют.
Оно поддерживает их там.
Понимаете, о чём я?
- Нет.
Но чаще всего
человек выходит из тюрьмы
и это его больше не волнует.
Ему это больше не нужно.
Но в случае Миллера...
Но Миллер другой.
К тому же он сбежал.
Он опасен.
- Но всё это было так давно.
Я просто не могу поверить.
- От тюрьмы досюда почти 200 миль.
Конечно, существует вероятность,
что он может добраться сюда на попутках.
Мы просто считаем нужным предупредить вас,
миссис Парч, вот и всё.
- Но я здесь совсем одна!
Он может убить меня, пока я сплю.
Вы должны защитить меня.
Вы должны!
- Мы делаем всё возможное, миссис Парч,
чтобы задержать Миллера.
Скоро мы его поймаем.
- Вы должны обеспечить мне защиту!
Вы можете прислать сюда кого-нибудь?
Полицейского?
- Это невозможно.
- Невозможно?
Что это значит - "невозможно"?
Я требую!
Я настоятельно требую!
- Поверьте, миссис Парч,
мы хотим помочь,
но не всё в наших силах.
У нас всего несколько человек,
и нет возможности выделить
кого-то для вашей охраны.
- И что мне делать?
Что же мне делать?
- Вы могли бы попросить кого-то
из соседей
побыть с вами несколько дней,
или навестить кого-то из родственников.
Это пойдёт на пользу вашему
душевному спокойствию.
- У меня есть сестра.
В Седар Фолз.
- Ну, вот и отлично.
Наверняка ваша сестра будет
рада повидать вас.
- Вы не знаете Дэйзи.
Я не виделась с ней 10 лет.
Мы с ней никогда не ладили.
- Может сейчас как раз подходящее время
вам помириться, миссис Парч?
Слушайте, я пришёл не для того,
чтобы напугать вас.
Мы не знаем ничего определённого.
Совсем ничего.
Если мы узнаем что-то ещё,
мы сразу с вами свяжемся.
Какой у вас милый пёс.
Он хороший сторож?
- Надеюсь.
- Не хочу, чтобы вы слишком
волновались, миссис Парч.
Возможно, он за сотню миль отсюда.
И мы будем приглядывать за вашим домом.
Помните об этом.
- Буду.
- Алло?
- Хелен? Это Бетти Набинс.
Как ты, дорогая?
- Всё хорошо.
- Вот и славно.
- Идёшь завтра играть в бинго?
- Ой, даже не знаю.
- Приходи, Хелен. Без тебя
будет скучно.
Слушай, мне показалось, что я
видела машину на твоей подъездной дорожке?
- Может, показалось, может, нет.
- О, могу поклясться, что видела машину.
- Это был мистер Уиллард, да?
- Нет, это был не мистер Уиллард.
- О, а кто же тогда, дорогая?
- Ради бога, Бетти,
когда ты уже научишься заниматься
своими делами?
Хорошо же!
Алло, Эмма!
Ну что?!
Как тебе наша подружка?
- Да это же просто ужас!
Не могу поверить, что она так
с тобой разговаривала.
- Как будто у неё есть право указывать
кому-то заниматься своими делами.
Клянусь, сама она подслушивает
каждый разговор последние 12 лет.
- О, Бетти!
А что, если она слушает прямо сейчас?
- Надеюсь, что слушает,
вот как я скажу.
Пора ей узнать о себе правду.
- Как ты думаешь, кто был тот мужчина?
Тот, который приходил к ней?
- Наверное, человек из финансовой компании.
Судя по тому, как она тратит деньги,
удивительно, что у неё ещё дом
не отобрали.
Видела платье, которая она
купила в Милфорде?
Я бы и в огород такое не надела,
но, клянусь, стоит оно
не меньше 25 долларов.
- Вы, пакостные старые сплетницы!
- Неужели, Хелен!
- Вам что, больше нечем заняться?
Может, отлипнете, наконец, от телефона
и займётесь каким-нибудь делом?
- Ну и смотри, кто тут звонит,
а кто суёт нос в чужие дела!
Ты ничто иное, как устройство
для подслушивания, Хелен Парч!
- Кто там?
Тут кто-нибудь есть?
Предупреждаю - у меня тут сильная
злая собака.
Если тут кто-то есть,
лучше покажитесь.
Ниро! Назад!
Ох, это ужасный Набинихин кот.
Оставь его в покое, Ниро.
Ниро!
Ниро!
Ниро!
А ну-ка иди домой, плохая собака!
Ты меня слышишь? Домой!
Надо держать себя в руках.
Пакостные старые сплетницы...
Ниро!
Домой, Ниро!
Не оставляй маму одну.
Ниро?
Это ты?
- Естественно, я сказала Гарри
вернуть это назад в магазин.
- Пожалуйста, освободите телефон.
- Кто это?
- Хелен.
Это Хелен. Ради бога, Бетти,
освободи линию.
Мне надо позвонить в полицию.
- В полицию?
Чего вдруг?
- Мне сейчас некогда объяснять.
Я должна позвонить в офис шерифа.
- О, тут наша старая подруга,
миссис Длинные Уши?
В чём дело, Хелен? Тебе больше
нечем заняться?
Прекратите! Убирайтесь с линии,
или меня убьют!
- И кому бы это тебя убивать,
Хелен?
Тебе что, сон дурной приснился?
- Ты же вроде собиралась сегодня
делать варенье, Хелен.
Это точно был не крепкий сидр?
- Пожалуйста, освободите телефон.
- Ох, некоторые люди не имеют понятия,
что терпение - это добродетель.
Правда, Эмма?
- Да, определённо.
- Пожалуйста, пожалуйста, умоляю...
- Не обращай на неё внимания,
вообще не обращай.
Итак, о чём мы говорили?
Как говорят немцы...
О вкусах не спорят.
как это ни странно, мистер Миллер
был сурово наказан за своё преступление.
Видимо, шериф был на той же
телефонной линии
и всё это слышал.
В следующий раз я собираюсь
навестить вашу гостиную.
Если вас не будет дома, пожалуйста,
оставьте телевизор включенным,
чтобы я смог войти.
А пока доброй ночи.


Серия 34

Добрый вечер, дамы и господа.
И что это вас так задержало?
Я сижу здесь уже 10 минут.
Не пойму, зачем тут столько охраны.
Ведь даже если я сумел бы
пробраться сквозь экран,
я не смог бы сбежать, не разбив
вашу телевизионную трубку.
Всё это должно проиллюстрировать вам,
что быть телезрителем, возможно,
и не легко,
но быть исполнителем ещё труднее.
Всего полчаса посещений в неделю,
а между ними - работа, и ничего кроме.
К тому же, смотрите, кто меня окружает:
певцы, юмористы,
новостные аналитики и тому подобное.
Но, пожалуй, пора перейти к нашей постановке,
пока я не довёл вас всех до слёз.
КАМЕРА 227
40 минут.
39 минут.
- Держись, парень!
Ты получишь отсрочку.
Правда, Йоргенсен?
- Яа, яа, получишь.
Посмотри на меня, я получил!
- Всё так и будет, как сказал Хольт.
- Точно, как я и сказал.
Этот телефон зазвонит в любую минуту.
- 37 минут.
- Послушай меня, малыш.
Ты точно получишь отсрочку.
- Отсрочка.
Отсрочка.
- Такое случалось и раньше.
Меньше чем за минуту до начала.
Эй, Профессор! Профессор, скажите ему!
Скажите, что он получит отсрочку.
- Я бы на это не рассчитывал, Де Бака.
Скорее всего, ты не получишь отсрочку.
- Не слушай его!
- Не волнуйся, амиго, телефон
может зазвонить прямо сейчас.
- Этот Профессор ошибается!
Ужасно ошибается!
- Что вы хотите сказать?
Что отсрочки не будет?
- Я говорю, что шансы крайне малы,
вот и всё.
- Хватит, Моррисон! Замолчи!
Думаешь, ты всё про это знаешь?
Так ты не знаешь!
- Вот именно!
- А ну-ка заткнись!
- Ты сам заткнись!
- Пора, сынок.
- Нет. Ещё рано. Ещё 4 минуты.
- Ну так нам же ещё идти.
- А отсрочка? Я получу её...
Нет, подождите...
Прошу, подождите, не забирайте меня!
- Ну мы же не хотим заставлять
начальника Элвери ждать, а?
- Ну ещё немножко...
Ещё чуть-чуть, пожалуйста!
Хотя бы немножко. Несколько минут.
Ну хоть чуточку.
Прошу вас, не надо.
Пожалуйста, не забирайте меня.
- Успокойся, сынок.
- Не забирайте меня!
"Господь — Пастырь мой;
я ни в чем не буду нуждаться.
Он покоит меня на злачных пажитях,
и водит меня к водам тихим.
Подкрепляет душу мою,
направляет меня на стези правды".
- Займи мне местечко, амиго.
Скоро увидимся.
- Плюнь им в их подлые глаза, Де Бака.
Скажи им всё!
- Прощай, Де Бака.
- Всегда есть надежда, парень.
До самой последней секунды.
- Моррисон!
- Моррисон!
- Что?
- Ну что, добился, а?
Можешь радоваться!
- Добился чего?
- Ты камня на камне не оставил
от его надежды на получение отсрочки.
- Так он ведь и не получил, нет?
- Нет! Но он должен был
думать, что получит!
- Нет.
Думаю, что эта его ложь самому себе
об отсрочке и сломала его.
- О, бред!
И вдобавок ко всему, ты с ним
даже не попрощался.
- А какой в этом смысл?
Де Бака уже был мёртв.
- Можно войти?
- Пожалуйста.
О чём сегодня будем беседовать,
Отец?
- О чём хотите.
- Как насчёт ритуалов?
Вы же всё знаете о ритуалах,
да, Отец?
- Ну, есть много
церковных ритуалов.
- Я не о церковных ритуалах.
Я о ритуале жертвоприношения.
Моё пребывание здесь -
часть этого ритуала.
- Вы очень образованный человек,
профессор, но я не вполне...
- Вы не понимаете, о чём я говорю.
Позвольте мне объяснить, Отец.
Здесь вы не умираете внезапно
в газовой камере.
Нет, это долгий, тщательно
проработанный план.
Во-первых, надо измучить человека,
пока он не перестанет быть человеком.
- Все мы здесь должны сохранять надежду.
- Интересная точка зрения, Отец,
но я с ней не согласен.
Потому что отсюда нет выхода, и нет
никакой надежды на выход.
- Вы в это верите?
- Простите за категоричность, отец, -
я это знаю.
Я наблюдал, как люди ожидали
в мучениях...
Надеялись, покуда не смирялись
со своей ролью козлов отпущения.
- И что вы будете делать?
- Я не стану их козлом отпущения,
потому что я не согласен на эту роль.
Я буду жить без надежды и буду бороться с ними,
насколько хватит прав.
Я ненавижу их за то, что они
делают с моим человеческим достоинством.
И я не собираюсь участвовать в их
игре помилований и отсрочек.
И когда я умру -
я умру как человек.
А не как овца, которую этот жирный мясник
папаша Лафферти ведёт на убой!
- Я слышал, что ты сказал.
А что ты, собственно, имеешь
против Папаши?
- Думаю, тебе не понравится то,
что я скажу.
- Папаша - единственный нормальный
мужик в этой тюряге, Профессор.
- Старый добрый Папаша...
Добряк с ножом.
- Нет, ты ошибаешься на его счёт.
Он единственный из вертухаев,
кто даёт нам хоть какую-то поблажку.
Он даже наливает рюмашку
в последнюю чашку кофе.
- Угум.
Конечно же, это очень похвально.
Кажется, он очень любит свою работу.
- Кто-то же должен работать в тюрьме.
Нам повезло с Папашей.
- Угу.
Это свободная страна. Уверен,
что Папашу не принуждали к этой работе.
Позволь задать тебе вопрос, Хеннесси.
- Конечно, задвигай, мужик.
- Что же это за человек, который
делает карьеру на том,
что отводит нас в газовую камеру?
- Со мной они этого не сделают.
Со мной они этого не сделают.
Со мной они этого не сделают.
Со мной они этого не сделают.
Со мной они этого не сделают.
Нет...
- Ты со мной говоришь, Профессор?
- Нет.
- О чём весь этот базар, что они
с тобой этого не сделают?
- Я говорил такое?
- Говорил.
Ты планируешь сбежать, а, Профессор?
- Нет. Отсюда не сбежать, Хенесси.
Ни малейшего шанса сбежать.
- Но ты наверняка получишь отсрочку.
- Прожить немножечко дольше -
это не самое важное.
- А что же может быть важнее, мужик?
- То, как ты живёшь и умираешь.
И в этом мы не слишком отличаемся
от тех, кто снаружи.
Их всех тоже ждёт смерть.
Просто не скоро.
По крайней мере, так кажется.
Во всяком случае, они избавлены от
знания того, когда это случится.
Где и как.
Они могут даже притворяться,
что этого вовсе не произойдет.
Но мы так не можем.
- Почему мы не можем?
- Потому что мы не должны играть
по этим правилам.
Мы не должны притворяться.
Это только добавляет мучений
и позволяет сломать нас.
- По-моему, ты несёшь
какой-то бред, мужик!
- Пожалуйста, дайте зажигалку.
- Готовишься принять нового обитателя,
Лафферти?
- А ты продолжай разминаться, Херби.
- О, я и так в великолепной форме.
Мне осталось 15 часов,
и я не склонен её потерять.
- О, не надо об этом думать.
Просто держи себя в форме
и думай об отсрочке.
- А он не хочет отсрочки, Папаша.
- Хеннесси, ты не должен
так говорить.
- Ты слишком сильно о нас
печёшься, Лафферти.
Тебе не кажется, что это напрасная трата сил,
с учётом того, что должно произойти?
Я буду вполне в состоянии проделать этот путь,
и моя дыхательная система не даст сбоев.
- Заткнись уже! Хорош!
Просто заткнись!
- А ну-ка давай, пошевеливайся,
Моррисон.
Да поживее. Я хочу видеть,
как ты чуток попотеешь.
- И зачем сейчас с этим заморачиваться?
- Потому что мне надо, чтобы твои ноги
были жизнеспособны, Моррисон.
Или ты хочешь, чтобы мы завтра несли тебя на руках?
- Вам не придётся.
- Хватит дерзить!
- Херби, ты же не хочешь провести
эти последние часы в одиночке, а?
- Вот именно, Моррисон.
Что, хочешь, чтобы тебя завтра
выводили из одиночки?
- Не хочу.
- Доброе утро, Каллахан.
- Хорошего дня, Отец.
- Привет, Профессор.
- Привет, Отец.
Ладно, пожалуй, на сегодня я достаточно
потрудился над красотой своего тела.
- Как ваши дела?
- Ничего нового.
Отец, я не хотел бы, чтобы вы
считали меня неверующим.
- Нет, я и не считаю вас
человеком неверующим.
Но хотел бы, чтобы вы лучше
объяснили свою позицию.
- Я?
Что ж, я нахожусь здесь согласно
социальному кодексу отмщения, Отец.
- Профессор, вы не считаете,
что убийство аморально?
- Если бы общество считало убийство аморальным,
нас бы с вами здесь не было.
Не существовало бы камеры смертников.
А теперь вы мне скажите.
Чем отличается убийство,
совершенное неким лицом,
от убийства, совершённого государством?
- Мы все будем прощены.
- Кажется, это наш единственный шанс.
- Что вам нужно?
- Твой адвокат здесь, Херби.
Это может быть твой последний шанс,
у меня такое ощущение, что это точно отсрочка.
- Он не хочет отсрочки, он хочет
оправдания.
- Ты должен повидаться с ним
на этот раз, Херби.
- Ладно, в любом случае - пойду,
попрощаюсь с Бергом.
- Молоток, Профессор! Может быть твой
защитничек принёс тебе хорошие новости.
- Ты должен верить, Херби,
ведь кто знает...
- Папаша, скольких из нас
ты проводил в последний путь, а?
- Мы предпочитаем не думать об этом, Херби.
- Ну конечно.
- Да, хорошо.
Ладно.
Присаживайтесь, мистер Берг.
Они идут.
Моррисон будет здесь с минуты на минуту.
- Спасибо, начальник.
Я ценю вашу помощь.
Прежде он не хотел со мной видеться.
- Знаете, Берг, ваш клиент -
странный человек.
Хотя он был спокойным заключённым.
- Он всегда был спокойным человеком.
И он не странный.
Он просто...
Ну, он просто Херберт Моррисон,
холостяк,
профессор английской литературы
в небольшом захудалом колледже.
- Он убийца, мистер Берг. Он убил
молодую девушку, одну из его студенток.
Поэтому он здесь.
- Он не убийца, начальник.
Он просто человек, который погряз
в юридическом кошмаре.
Отторгнутый от всего, что знакомо.
Изолированный от людей.
Угодивший в непостижимую
мясорубку юриспруденции.
И уже по пояс увязший
в фабрике убийств!
- Каждый убийца отрицает свою виновность.
- Привет, Мори.
Прости, нам тут запрещены
рукопожатия.
- Я не понимаю, Херберт.
Не понимаю, почему ты не хотел
со мной встречаться.
А сейчас осталось всего несколько часов.
- Я просто пришёл попрощаться, Мори.
И сказать, что признателен за всё,
что ты пытался для меня сделать.
- Но я так и не сделал.
Ты не даёшь мне даже попытаться.
Я мог бы получить решение об отсрочке!
В суде штата и в федеральном суде...
- Я не хочу играть в их игры, Мори.
Всё это - часть их ритуала. Я на такое
не подписывался, и я в это не играю.
- Но я всё ещё пытаюсь добиться для тебя отсрочки.
- Я видел, что происходит с людьми,
которым таким образом
оттягивают неизбежное.
Я так не хочу.
- Просто подпиши здесь.
У меня есть разрешение начальника тюрьмы.
Подпиши это, сейчас же!
Ох, ты, идиот!
Ты не знаешь, что происходит.
Я уже нанял Лу Даттона.
- Ну, и кто такой Лу Даттон?
- Я говорил тебе, кто такой Лу Даттон.
Он лучший частный сыщик в стране.
И он никогда не берётся за дело,
с которым не может справиться.
Но ему нужно ещё немного времени.
- Забудь об этом, Мори, и забудь
про Лу Даттона.
Я же сказал тебе - я не играю в эту игру.
Я хочу оправдания.
Я хочу полного оправдания - или ничего.
- Я могу добиться для тебя отсрочки.
Тогда у Лу будет время разоблачить
эти проплаченные ложные свидетельские показания.
Для известного адвоката защиты
твоё враньё звучит жалко.
- Так ты подпишешь это?
- Прости.
Прости, что приходится портить твой
рекордный список оправдательных приговоров.
- Я взялся за это дело, потому что
я адвокат защиты.
Моральные суждения меня не касаются.
И не могут касаться.
Каждое дело для меня - это сугубо
правовая проблема.
Ну подпиши это пожалуйста, а?
- Мори, ты можешь понять,
что из этого места нет выхода?
И любые надежды и мечты
делают всё только хуже.
Отсюда есть только один,
окончательный выход, - смерть.
- Херби, почему ты сдаёшься без борьбы?
- Нет. Я борюсь. Я борюсь всё это время.
Но когда я умру, это будет
на моих условиях.
Как человек.
- Ну что ж, Профессор.
Ладно, Сократ.
- Я принёс тебе парадный наряд, Херби.
- О, я знаю, это очень важно -
быть прилично одетым там, куда я иду.
Но что меня удивляет - что ты не пришел
снять с меня персональные мерки, Папаша.
- Вот теперь-то, Херби,
ты получишь эту отсрочку.
- Точно получишь, Профессор!
- Тебе дадут отсрочку!
- Наконец получишь, Проф!
- Конечно, так и будет,
конечно!
- Чего бы ты хотел поесть, Херби?
- Чёрный хлеб с сыром и чёрный кофе.
- Ну, ты же знаешь, что ты можешь...
- Я знаю, что могу заказать даже бомбейскую утку.
Но я хочу только хлеб с сыром и чёрный кофе.
- Он думает, что он крутой, Папаша.
- Что, слишком хорош для того, чтобы заказать
нормальную еду и поделиться ею с ребятами?
- Когда придёт их время, они сами закажут.
- Херби...
Я плесну рюмашку в твой кофе...
- Никакой рюмашки, просто чёрный кофе.
- Брось, Лафферти.
- Я могу что-то сделать?
- Нет, спасибо, Отец.
- Хотел бы я облегчить это для вас.
- Да, но вы не можете. Вы ничего
не можете для меня сделать.
Но вы можете попытаться
для нескольких тысяч других,
которым это только предстоит.
- Хотел бы я облегчить это для вас.
- Помните это, Отец?
"И буду изгнанником и скитальцем
на Земле.
И всякий, кто встретится со мною,
убьет меня…"
- Господь не хотел убивать Каина.
Он устроил так, чтобы Каин
отправился в землю Нод.
- Угу.
Выходит, в те дни люди были добрее.
Хотя человеку по-прежнему
требовался козёл отпущения,
иногда всё же можно было спастись.
- Вы цитируете ветхозаветные,
очень примитивные законы.
- Человеческое сознание может быть сведено
к чему-то совершенно примитивному, Отец.
И есть момент, когда единственный способ
для человека защитить своё достоинство, -
или то, что от него осталось, -
сражаться за свою жизнь, как животное.
- Но бороться, как зверь в джунглях -
это борьба без надежды.
- О, как вы правы.
- Каждый человек здесь носит панцирь,
чтобы защитить себя.
У каждого здесь - своя броня.
Надеюсь, ваша вам подходит.
- Твоя еда сейчас будет
доставлена, Херби.
- Неужели ты не сделал это своими
собственными жирными лапами, Папаша?
- Чё ты его всё время достаёшь, а?
Всё, что он пытается сделать - это дать тебе поблажку.
- Ох, ты не видишь, что он собой
представляет, Хеннесси?
Это же козёл-провокатор, который
ведёт овец на бойню.
Садист с лучезарной улыбкой.
Он упырь, некрофил.
Он любит смерть, Хеннесси.
- Пора, Херби.
- Я готов.
- Пойдём, Херби.
- Тебе нужна какая-нибудь помощь?
- Нет.
"Господь — Пастырь мой;
я ни в чем не буду нуждаться.
Он покоит меня на злачных пажитях
и водит меня к водам тихим.
Подкрепляет душу мою,
направляет меня на стези правды
ради имени Своего.
Если я пойду и долиною смертной тени,
не убоюсь зла,
потому что Ты со мной;
Твой жезл и Твой посох —
они успокаивают меня.
Ты умастил елеем голову мою,
чаша моя преисполнена.
Так, благость и милость Твоя да сопровождают меня
во все дни жизни моей,
и я пребуду в доме Господнем вовеки".
- Отведите его назад в камеру.
Когда вы напали на Папашу, я как раз
шёл сюда, чтобы сказать вам,
что только что говорил по телефону
с вашим адвокатом.
Нашли свидетеля, который указал на
того, кто действительно убил девушку.
Знаете, что это, Моррисон?
Это отсрочка.
Вы были бы оправданы.
Это означает, что вы могли
бы уйти отсюда незапятнанным.
Держу пари, папаша Лафферти улыбается,
где бы он сейчас ни был,
потому что вы снова здесь!
Вы будете здесь за то, что убили его.
Вы знаете, каково быть здесь после того,
как вы напали на охранника, Моррисон?
Есть какие-нибудь мысли?
Что ж, думаю, вы знаете.
Вы узнаете!
У меня есть теория, которая объясняет
огромную популярность мести.
Месть - она сладкая,
но не приводит к ожирению.
Вижу, охрана дала сигнал,
что наше время вышло.
Надеюсь, вы навестите меня в следующий раз.
А пока доброй ночи.


Серия 35

Добрый вечер, товарищи студенты.
Я рад видеть здесь всех вас.
Наш уважаемый профессор очень строго
относится к посещаемости.
Всякий, кто отсутствует, должен
принести записку,
подписанную мастером
по ремонту телевизоров.
А те, кто опоздал
и пропустил первую часть программы,
останутся после школы и будут
смотреть шоу поздним вечером.
Возможно, вам любопытно, зачем мне это яблоко.
Для учителя, разумеется.
А сейчас перейдём к одному
из его любимых предметов.
Смотрите внимательно,
а то он может потом спросить вас.
МЕТОД ШАРЦА-МЕТТЕРКЛЮМЕ
- Литл Типтон! Станция Литл Типтон!
- Но, пошла!
Пошла!
А ну-ка, Нобби! Давай, пошла!
Пошла!
- Эй, вы!
- Пошла, Нобби! Пошла!
- Любезный, прекратите!
- Пошла!
Пошла, Нобби!
- Перестаньте!
- Пошла!
- Вы слышали, что я сказала, любезнейший?
- Пошла!
- Если вы не прекратите!..
Хватит, хватит!
- Пошла!
- Прекратите мучить животное!
Она не может тянуть такой груз
в гору!
- Может, мэм, и потянет.
- Глупости!
- Эй, отдайте хлыст.
- Глупости!
Оставьте половину груза на обочине,
потом вернётесь за ним.
Давайте-ка, разгружайте, быстренько.
- Это не ваше дело и не ваша лошадь.
- Что ж, посмотрим.
За сколько вы её продаёте?
- Лошадь? Продаю её?
Ну, это дорогая, хорошая лошадь,
даже не знаю; как я могу её продать?
- Сколько?
- Ну, это такая лошадь...
Я не могу отдать её меньше, чем за...
10 фунтов, мэм.
- 10 фунтов?
- Да, мэм.
- 10 фунтов за измождённую,
дряхлую скотину?
Что ж, прекрасно.
Ваше имя?
- Хаггинс, мэм. Бен Хаггинс.
- Вот.
Вот, держите. Подпишите.
Вы не получите ваши 10 фунтов,
пока не подпишите.
- Да, но... Что тут написано?
- Тут написано, что вы продали мне
вашу лошадь за 10 фунтов.
И что вы должны держать её для меня.
- Хотите сказать, я получу 10...
И должен держать её?
- Вы будете держать её,
использовать в своей работе.
Её надо хорошо кормить и не перегружать.
Я буду приглядывать за своей лошадью,
и если она не наберёт вес,
если не будет выглядеть счастливой,
когда я увижу её в следующий раз,
я заберу мои 10 фунтов назад.
Вы меня поняли?
- Хотите сказать - всё, что я должен
сделать за 10 фунтов -
это свести дружбу с моей клячей?
- Вы должны относиться к ней, как к родной сестре.
обращаться с ней, как с самим собой.
Она, наверное, ненавидит вас.
- Правда?
Ох, мне и не приходило такое в голову.
Ну, пойдём, госпожа.
Иди сюда, сестрёнка.
Вот, попей-ка водички,
пока я заскочу в паб, чтобы немножко, гм...
освежиться.
- Бог мой, это единственная поспешность,
которую этот поезд проявил за весь день.
- Здравствуйте.
Вы, должно быть, наша новая
гувернантка, мисс Хоуп.
Я миссис Веллингтон.
Где ваш багаж?
- Боюсь, он так и остался в поезде.
- О, возмутительно.
Эти железнодорожные
компании такие небрежные.
Но не страшно. Моя горничная может одолжить
вы кое-какие вещи на ночь.
Дети с нетерпением ждут встречи с вами.
Наша последняя гувернантка
нас совершенно не устраивала.
Он была слишком строгой.
Мы ищем кого-то более современного.
Ну поехали, садитесь.
Домой, пожалуйста, Симпсон.
Расскажу вам немного о детях.
Клод и Вилфред очень чувствительны.
С ними нельзя разговаривать строгим тоном.
Их это глубоко ранит.
Теперь, Айрин.
У неё сильно развитый
артистический темперамент.
Вы должны учитывать это, она
бывает немного чересчур эмоциональной.
- У меня и у самой артистический темперамент.
- Уверена, вы умеете держать
себя в руках, мисс Хоуп.
И если Виола сыграет с вами
какую-нибудь шутку,
вы должны принять это по-доброму.
Это всего лишь задор юности.
- Понятно.
- И я хочу, чтобы их не просто учили,
но заинтересовали тем, чему учат.
И французский, конечно.
Я ожидаю, что вы будете говорить
по-французски во время приёма пищи,
несколько раз в неделю.
- Я буду говорить по-французски
4 дня в неделю,
а остальные 3 - по-русски.
- По-русски?
Моя дорогая мисс Хоуп,
никто в доме не говорит
и не понимает по-русски.
- Это ни в малой степени
не смутит меня.
- Мне нравится, когда дети проводят
на улице добрую часть дня.
Это так полезно для них.
- Да.
Да, думаю, они рады были бы сбежать.
- Мы так гордимся нашим домом.
Он был спроектирован сэром
Сесилом Паком в 1783 году.
- Наверное, его мать в своё время
испугалась кафедрального собора!
- Прошу прощения?
- О, пожалуйста, не извиняйтесь.
Я просто не особо люблю неоготику.
- Без сомнения, вы привыкли
к более стеснённым условиям.
Но со временем вы освоитесь
в просторных помещениях.
- Я постараюсь, миссис Веллингтон.
- Вот мы и на месте.
Наверное, сначала вы хотели бы
взглянуть на вашу комнату.
- О, спасибо, миссис Веллингтон.
- А, дети.
Это ваша новая гувернантка, мисс Хоуп.
Дети, вы должны сделать всё возможное,
чтобы мисс Хоуп почувствовала себя, как дома.
- Вилфред?
- Нет, Клод.
- О, Клод. Вилфред.
Айрини, Виола.
- Гертруда, Нелли, Роберт,
а ну марш домой!
Ваша мать, наверное, ищет вас.
Это дети Симпсона, шофёра.
Миссис Симпсон - наша прачка,
она позволяет детям бегать,
как одичалые.
Не люблю, когда эти дети приходят в дом.
А где же Нэнни? Нэнни!
О, вот ты где.
Эти дети Симпсона снова были здесь.
Надеюсь, ты сумеешь проконтролировать,
чтобы они не появлялись в доме.
Мисс Хоуп, это Нэнни.
Нэнни, это мисс Хоуп, наша новая
гувернантка.
Пойдёмте, мисс Хоуп, я покажу вам
вашу комнату.
Дети, а вы остаётесь внизу, с Нэнни.
Видите, что я говорила про Клода и Вилфреда?
Они очень застенчивые малыши.
- О, дорогая, здесь так темно.
- В этом коридоре нет освещения.
Однако в вашей комнате свет есть.
О, да, Роза всё приготовила для вас.
Надеюсь, вам тут будет очень уютно.
- Только не с этими картинами.
Я тут глаз не сомкну.
Их надо убрать сейчас же.
- Моя дорогая мисс Хоуп.
Большинство гувернанток были бы
счастливы иметь такую комнату.
- Вы невероятно ошибаетесь,
миссис Веллингтон.
После восстания гувернанток...
- Что?
- Восстания гувернанток,
которое должно состояться через две недели,
вы обнаружите, на каком вулкане
вы сидели
все эти годы.
- На вулкане?
- О, мне не следует распространяться об этом.
Итак, об этих картинах.
- Можем обсудить это в другой раз, мисс Хоуп.
Сейчас я должна уйти.
Можете осмотреть классную комнату,
если хотите.
Мистер Веллингтон и я
сегодня вечером одни,
так что, возможно, вы захотите
поужинать с нами.
Будем ждать вас в гостиной в 8 часов.
- Налейте, пожалуйста.
И чуть больше, чем несколько
капель на дне бокала.
1901 - не очень удачный год для кларета.
- Вы хорошо разбираетесь
в винах, мисс Хоуп?
- Ну, я не осмелилась бы назвать
себя авторитетом.
Но если кто-то совсем ничего
не понимает в вине,
думаю, было бы разумным спросить
совета у тех, кто разбирается.
Могу порекомендовать
Шелтон Бразерз в Лондоне.
Просто положитесь на них,
и вы никогда не ошибётесь.
- Мне не кажется, что покупка вина
для домашнего хозяйства
входит в вашу компетенцию, мисс Хоуп.
- У нас есть очень хорошие
отзывы о вас,
мисс Хоуп, от Кэнона Типа.
Очень достойный человек.
- Пьёт, как сапожник, и бьёт жену,
но в остальном - милейший человек.
- Моя дорогая мисс Хоуп.
Надеюсь, вы преувеличиваете.
- О, по справедливости надо признать,
что его к этому спровоцировали.
У миссис Тип невероятно раздражающая манера
играть в бридж.
Так что меня не удивило, что её
распоряжения и заявления
вызвали в Кэноне некоторую жестокость.
- Мисс Хоуп, я не думаю, что...
- Но вылить на неё всю газировку из сифона -
это, пожалуй, было немного слишком.
Вы можете решить, что я поспешна
в своих суждениях,
но на деле как раз из-за
инцидента с сифоном
я и ушла от них.
- Я не желаю больше это слышать.
- Никогда даже не заикнусь об этом.
- Мисс Хоуп, с каких предметов
вы намерены начать обучение детей?
- С биологии.
Для начала - биология...
и, возможно, история.
- О, история, да, непременно, история...
И когда вы будете учить их истории,
вы должны позаботиться о том,
чтобы привить им интерес к предмету.
Вы должны дать им почувствовать,
что они приобщаются
к жизни мужчин и женщин, которые
жили на самом деле.
- Я уже сказала ей это.
- Я преподаю историю
по методу Шарца-Меттерклюме.
- Ме... ме...
Хм, понятно.
- Шарц-Меттерклюме.
Немец, я так понимаю.
- О, мистер Веллингтон,
ну и чувство юмора у вас.
- Джон, оставляем тебя с твоим портвейном.
Или вам требуется еще вина, Мисс Хоуп?
- О, нет. О, нет.
И того, что я выпила, вполне достаточно.
Я пойду в свою комнату.
Можете прислать мне бутылочку
бренди, пожалуйста.
И приличный бокал, из которого
можно пить.
А то в своей комнате я обнаружила
только стакан для зубной щётки.
Спокойной ночи, мистер Веллингтон.
Спокойной ночи.
- Может, мне кто-нибудь посветит, а?
Или я должна пробираться
в эту чёрную дыру.
- Простите, мисс. Я не ожидала,
что вы так скоро.
Я собиралась оставить свечу на площадке.
Но Нэнни сказала, что это может быть опасно
и дом может загореться.
- Это было бы замечательно.
- Ну вот, сейчас зажгу газ, да?
- Спасибо, Роза.
Стало не намного лучше, а?
- Я принесла вам ночную одежду, мисс.
Пока ваш багаж не прибудет.
Надеюсь, вам подойдёт.
- Ну, если это принадлежат миссис Веллингтон,
то едва ли.
В любом случае, не важно.
Я умею делаю вещи лучше.
- Разобрать постель, да?
- Да.
- Ванная в конце коридора, мисс.
- Спасибо.
- Вам нужно что-нибудь ещё?
- Нет... А, да.
Можешь выяснить, что сталось
с бренди, который я заказала?
Ну ладно, неважно.
Спокойной ночи, Роза.
- Спокойной ночи, мисс.
- Мисс Хоуп ещё не привела детей
обратно, мэм.
А им уже пора мыть руки перед обедом.
- А куда они отправились?
- Они ушли сразу после завтрака.
С тех пор их не видно.
Они пропустили 11-часовой перекус.
Теперь они могут опоздать на обед,
а скоро придёт викарий.
- Да, это просто возмутительно.
- Миссис Веллингтон,
вы точно знаете,
чем занимается мисс Хоуп?
- Не сейчас, Нэнни.
Дай мне знать, когда они вернутся.
Я должна закончить это письмо
до прихода викария.
- Она заявила повару, что желает
шоколадный пудинг на завтрак.
- Это отличная идея, если удастся убедить
леди Сесили позволить нам
воспользоваться её садом
для ярмарки, если погода будет хорошей.
Как вам эта идея, миссис Веллингтон?
- Что? А, да.
Простите, викарий, я просто
немного волнуюсь о детях.
- Уверен, ничего с ними не случилось,
миссис Веллингтон.
Если, конечно, они не пошли
рвать цветы в поле, где пасётся
бык Хэнкинса.
- Заходите, дети.
Вижу, что вы не стали откладывать
обед из-за меня.
Вот и правильно, конечно.
Добрый день, викарий.
- Мой костюм для охоты...
- Мама, я поймала 64 головастика.
- Мы сами их поймали, видишь?
- Смотри, он совсем безобидный.
Правда же, прелесть!
- Смотри, мамочка, какой экземпляр.
- У, уберите их прочь.
Выбросьте эту гадость.
Ох, Джон, как ты можешь спокойно сидеть?
Идите к Нэнни немедленно.
Нет, нет, нет, не подноси это ко мне.
О, Роза, Роза, позови скорее Нэнни.
- После прогулки на свежем воздухе
всегда так голодно,
правда, викарий?
- Да...
Вы находите такую систему обучения
подходящей, мисс...?
- О, да.
- Мисс Хоуп. Весьма подходящей.
Кажется, миссис Веллингтон
забыла представить нас.
Да, дети будут знать всё
о репродуктивной системе лягушки,
что приведёт, вполне естественно,
к высшим формам жизни.
- Вам не кажется, что они
для этого маловаты?
- Дорогой мой, нет.
Я должна научить их всему.
Всего доброго, викарий.
- Дети, сейчас же в детскую.
Нет, нет. По чёрной лестнице.
Поднимайтесь по черной лестнице.
- Отправьте мой обед на подносе
ко мне в комнату.
Я должна немного вздремнуть перед чаем.
- Мне нравится биология.
Я стану биологом, когда вырасту,
и у меня будут цистерны и цистерны
с экземплярами.
- Ни в коем случае.
Не хватало ещё, чтоб вы все
подхватили простуду.
А, мисс Хоуп.
Надеюсь, вам хорошо спалось?
- Очень хорошо, спасибо.
После свежего воздуха меня всегда
клонит ко сну.
Вы всегда позволяете детям
сидеть за чаем вместе с вами?
- Я не перекладываю заботу о детях
полностью на прислугу.
Они пьют чай с нами,
когда у нас нет гостей.
- Очень похвально.
Однако, я думаю, что это несколько
стесняет взрослый разговор.
Одно неосторожное слово -
и вот тебя уже цитируют,
причём в самых неловких ситуациях.
- У нас не принято вести разговоры
на неловкие темы, мисс Хоуп.
- Мисс Хоуп...
Если мама-лягушка просто
откладывает яйца и уходит,
как она узнает, какие из детей - её?
- Лягушки, как известно,
равнодушны к своему потомству.
Её не волнует, которые из них -
её дети.
- А папу-лягушку волнует?
Он ещё более равнодушен, чем мама,
если такое возможно.
Тогда зачем она откладывает яйца,
если она не любит детей?
Ну, это просто биологическая необходимость,
что ей остаётся делать?
- Пожалуй, нам лучше сменить
тему разговора.
- Но кошки любят своих котят.
И собаки любят своих щенят.
И коровы любят своих телят.
- А кошки откладывают яйца?
А собаки? А коровы?
- Ой, Вилфред, ты такой глупый.
Ты когда-нибудь видел коровье яйцо?
- Видишь ли, Вилфред,
правда в том, что...
- Мисс Хоуп. Довольно.
- Дети, пожалуйста, ограничьте
свои замечания лягушками.
Метод Шарца-Меттерклюме предполагает
одну тему за один раз.
Пройдёт ещё несколько недель,
прежде чем мы доберёмся до коров.
- Вы не доберётесь до коров, мисс Хоуп.
- Во всяком случае, не сразу.
Поскольку биология у нас
только по четвергам.
- Что мы будем проходить завтра, мисс Хоуп?
Завтра...
Завтра я буду учить вас...
истории.
- Джон, ты поговорил с мисс Хоуп?
- Да... э, вернее, нет...
Я пытался, но...
- Но что? Всё, что ты должен
сказать ей -
что мы считаем, что она не подходит
на эту должность.
- Я так и сделал, но она, кажется,
меня не слышала.
Она сказала, что у неё
нет времени на разговоры,
что у них сегодня урок истории,
и она хочет, чтобы до обеда её
не отвлекали.
- Ну, а где они сейчас?
- Я не знаю.
- Роза, где дети?
- Точно не знаю, мэм.
Кажется, они в саду.
- Мой лучший меховой палантин!
Что же ты делаешь, треплешь
это тут по грязи?
Иди и надень что-нибудь, немедленно.
Ты что, не в своём уме?
Вышла сюда без одежды!
- Мисс Хоуп сказала, что волки
не носят ничего под шкурой.
- Мисс Хоуп.
Так, и что всё это значит?
Отвечай.
- Ну, у нас урок истории.
Виола как-будто бы Рим, а я волчица.
Ну знаешь, та, которая усыновила Ромула и Рэма.
А Клод и Вилфред ушли, чтобы
добыть потасканных женщин.
- Потасканных женщин?
- Да.
Они должны принести их.
Они не хотели.
Но мисс Хоуп взяла одну
из папиных ракеток
и сказала, что отшлёпает их,
так что они пошли выполнять.
- Вилфред, Клод, отпустите этих
детей сейчас же.
Что вы такое делаете?
- В чём дело?
Что происходит?
- Это бы я и хотела узнать.
Джон, поговори с мисс Симпсон.
Повысь ей жалование.
Объясни ей.
- Но что я должен?..
- Мисс Хоуп. В чём смысл этого позорного...
непростительного...
Ответьте мне, мисс Хоуп.
Чем вы занимались с моими детьми?
- Ну, я учила их ранней Римской истории.
Изнасилование сабинянок, знаете?
Это метод Шарца-Меттерклюме -
дать детям понять историю,
действуя самостоятельно.
Это закрепляет знания в их памяти.
Но, конечно, если теперь, благодаря
вашему вмешательству, ваши мальчики пойдут по жизни,
считая, что в итоге сабинянкам
удалось сбежать,
я не несу за это ответственности.
- А я считаю, что метод Шарца-Меттерклюме
такой же безответственный,
как и вы, мисс Хоуп.
Будьте любезны, покиньте нас
со следующим же поездом.
Ваш багаж будет отослан вам,
как только он сюда прибудет.
- Воля ваша.
По крайней мере, я успела задать
детям правильное направление.
Вы можете сохранить мой багаж,
пока я не пришлю телеграммой мой адрес?
Там только пара баулов,
несколько клюшек для гольфа
и детёныш гепарда.
- Детёныш гепарда?
- Ну, он уже не совсем детёныш.
Он вырос более, чем наполовину.
Птица каждый день и кролик по воскресеньям -
вот что он обычно получает.
Сырая говядина делает его возбудимым.
Пожалуйста, не беспокойтесь о машине для меня.
Мне приятно будет прогуляться.
- Добрый день, мэм.
- Добрый день, Хаггинс.
Как там моя лошадь?
Она стала относиться к вам немного лучше?
- Немного лучше?
Да она любит меня, мэм.
- Я рада это слышать.
- Я отношусь к ней по справедливости.
Когда я выпиваю - тогда и она выпивает.
- Хорошо.
О, мой поезд. Мне нельзя пропустить его.
До свиданья, Хаггинс.
- До свиданья, мэм.
- Я рассчитываю, что Фердинанда
наберёт хотя бы на несколько килограмм
к тому времени, когда я снова увижу её.
- Кто?
- Фердинанда. Моя лошадь.
- Фердинанда?..
Не знаю, как она к этому отнесётся.
Фердинанда. Я всегда знал тебя
как Нобби, да?
- Прошу прощения. Вы миссис Веллингтон?
- Нет. Определённо нет.
А вы, должно быть, мисс Хоуп?
Думаю, она не ждёт вас сегодня, мисс Хоуп.
Я бы посоветовала вам нанять
какую-нибудь повозку
и ехать к её дому.
До свиданья.
- Шарлотта, моя дорогая,
а мы уж и не надеялись.
Мы ездили на станцию вчера и позавчера.
- О, где же вы были, леди Шарлотта?
Мы уже начали беспокоиться о вас.
- Твой багаж оказался куда более
проворным, чем ты, Шарлотта.
- Я отстала от поезда
на станции Литл Типтон.
Так что мне пришлось остановиться в
семье совершенно незнакомых людей.
Это был очень интересный опыт.
- Серьёзно?
- О, я надеюсь, Ровер не был
вам помехой?
- Он жил в конюшне с Перкинсом.
Мы к нему даже привязались.
- В таком случае я дарю тебе его,
Дженни, дорогая.
- Спасибо, Шарлотта. Это так мило
с твоей стороны, дорогая.
Но тебе не кажется, что он был бы
более счастлив в зоопарке,
со всеми этими животными и прочим?
- Возможно.
- Ох, ну садись же, давай
налью тебе чаю.
Как это, должно быть, утомительно для тебя,
отстать от поезда и остановиться
у незнакомых людей.
- О, дорогая, нет.
Совершенно ничего утомительного
для меня.
Думаю, это был прекрасный урок
о том,
как провести время ожидания с пользой.
А сейчас я должен буду
писать на доске в столбик.
Те из вас, кто остался, станут
частью эксперимента
по обучению во сне.
Есть теория, что если повторять
сообщение, пока вы спите,
то оно станет частью вашего подсознания.
Этот конкретный урок необычайно
хорошо подходит для этого эксперимента,
и не только из-за повторяющегося сообщения:
если вы ещё не уснули,
это поможет вам уснуть.
Я БОЛЬШЕ НЕ БУДУ КРИТИКОВАТЬ РЕКЛАМУ
Наш обожаемый профессор обиделся
на мои замечания
касательно его аудио-визуальных средств.
Думаю, я могу дальше не писать.
Понимаете, наш профессор учил нас
по методу Шарца-Метерклюме.
Он играл роль Людовика 16-го
на пути к гильотине.
Но он упустил из виду, что класс был полон актёров,
преданных методу Шарца-Меттерклюме.
На следующей неделе наш профессор
не вернётся.
Но я вернусь.
А пока доброй ночи.


Серия 36

Надписи на табличках: Техас,
Айова, Орегон, Огайо и другие названия штатов.
Добрый вечер, дамы и господа.
Спасибо вам за это сердечное
и технически доработанное приветствие.
Делегаты, пожалуйста, освободите проходы.
Вернитесь, пожалуйста, на свои места.
У меня есть объявление.
Как только здесь объявится
делегат от Югославии,
пожалуйста, сразу сообщите мне.
Комитет по проверке полномочий
подозревает,
что вы, возможно, могли ошибиться.
А сейчас, дамы и господа, я хотел бы
объявить в номинации
друга, неизменного победителя
и человека, который...
Без сомнения, вы уже догадались,
о ком я говорю.
Если нет, я дам вам подсказку.
Это продюсер сегодняшней телепостановки.
КРЕДИТНОЕ ПИСЬМО
- Эй, не могли бы вы подсказать,
где мне найти такси?
- Я думаю, там, в центре.
Обычно никто не приезжает в Киркленд,
если у них нет приятелей,
чтобы забрать их отсюда.
- Скажите, были здесь ещё
какие-нибудь незнакомцы,
прибывшие на поезде за последние пару дней?
- Нет, сэр, и могу с уверенностью
сказать, что я вижу всех,
кто выходит на этой станции.
- Это вам, если сумеете запомнить одну вещь.
Если какой-нибудь незнакомец
сойдёт с поезда,
позвоните в Гранд-отель и
спросите Генри Тейлора. Это я.
Если меня не будет, оставьте
сообщение дежурному, поняли?
- Ага. Генри Тейлор.
Не беспокойтесь, мистер Тейлор,
я никогда не забываю имён и лиц.
- И вы не должны никому об этом говорить.
- Никому.
Ни одной живой душе, мистер Тейлор.
Надпись: "Коммерческий банк Киркленда".
- Я могу вам чем-то помочь?
- Я хотел бы открыть счёт.
- Мистер Кёрн занимается новыми счетами,
но он сейчас на совещании.
Вы можете подождать?
- Мистер Спенглер меня бы вполне устроил.
- Мистер Кёрн на совещании
с мистером Спенглером.
- Если бы я то и дело не приходил
проверять тебя, Уильям,
мой банк уже бы вылетел в трубу.
Можешь вывезти меня отсюда, Сэм.
- Хорошо, сэр.
- Мне следовало поставить
во главе банка тебя,
а не моего идиота-зятя.
Да не толкай меня так!
Терпеть не могу, когда меня толкают!
Ну давайте-ка, барышня,
откройте эту дверку.
Вы здесь не работаете.
- Точно, не работаю.
- Я тоже не могу здесь работать.
Я просто бдительно наблюдаю.
Значит, вы клиент.
- Надеюсь им стать.
- Открываете счёт?
Уильям!
Иди сюда и позаботься об этом джентльмене.
55 лет я был президентом этого банка,
и за всё это время я ни разу
не упустил возможность пожать руку
каждому новому клиенту.
Любой может сказать это про Джосайю Уингейта.
Ладно, Сэм, кати меня в машину.
- Мисс Фостер, если этот джентльмен
хочет меня видеть,
не заставляйте его ждать.
Джосайя Уингейт, мой тесть.
Он основал этот банк.
- С ними становится трудно,
когда они стареют.
- Да. Да, так и есть.
Он не может свыкнуться с уходом
на пенсию.
Да вы присаживайтесь, мистер...
- Тейлор. Генри Тейлор.
У меня есть кредитное письмо
из моего банка в Чикаго.
Я хотел бы внести
некоторые средства в ваш банк,
пока я провожу здесь
некоторые разыскания.
- О, разыскания? В какой области,
мистер Тейлор?
Возможно, я смогу вам помочь.
- Наверняка сможете.
Это для книги, над которой я работаю, -
о нераскрытых преступлениях.
- И для этого вы прибыли сюда, в Киркленд?
- Именно. Если вы читали газеты
за последние два дня,
вы должны знать, что Арнольд Матиас мёртв.
Он был застрелен при попытке
сбежать из тюрьмы.
Его сокамерник, Томас Генри, сбежал,
но Матиас был убит.
- Я слышал это в новостях.
- И в этом банке Матиас работал в декабре 1957-го.
- Вам необязательно было ехать в Киркленд,
чтобы узнать об этом.
- Необязательно, но есть ещё кое-что,
из-за чего мне пришлось приехать в Киркленд,
чтобы выяснить это.
Давайте рассмотрим некоторые моменты,
мистер Спенглер.
Арнольд Матиас был здешним служащим?
- Мой тесть, до его отставки,
нанял его - вопреки моему совету.
- Потому что у Матиаса была судимость?
- Его судили по малолетству.
Давайте не будем сгущать краски,
мистер Тейлор.
Видите ли, у моего тестя имеются
филантропические наклонности,
когда дело касается молодых людей.
Матиас вышел из неблагополучной семьи.
Обычное дело.
Мистер Уингейт хотел дать ему шанс.
А я хотел защитить наших вкладчиков.
- Но вы оставили его и после того,
как заняли пост мистера Уингейта.
- Не было причин увольнять его.
Он был старательным работником
и казался честным.
Затем, летом 57-го,
строительная компания
перевела 500 тысяч долларов наличными
из банка в Сент-Луисе,
чтобы иметь деньги на оплату местным
на плотине для борьбы с наводнениями.
Мы поместили деньги в хранилище.
- Мистер Спенглер, можно вас на минуту, сэр?
- Что вы здесь делаете? Вы же знаете,
что вам нельзя заходить в хранилище.
К тому же я думал, что
все разошлись по домам...
- Да, разошлись, сэр, но мне
пришлось остаться и проверить эти отчёты.
- Вы знаете правило, что никому
не разрешается заходить в хранилище
кроме меня и мистера Кёрна.
- Я просто хотел показать вам
кассовую ведомость, у меня не сходится баланс.
- Так вернитесь за свою кассу
и перепроверьте цифры, покуда не сойдётся.
- Попробуй ещё раз, сынок, постарайся.
- Первый раз с тех пор, как вы его наняли,
Матиас работает так допоздна.
- Просто совпадение.
- Надеюсь.
Буквально через несколько недель
мой тесть перенёс инсульт,
и ему пришлось уйти в отставку.
Ответственным за всё остался я.
Было много работы, и Матиас оставался
допоздна всё чаще.
В частности, в ту пятницу,
когда должна была быть проверена
оставшаяся часть зарплатного фонда.
Всего было два ключа от сейфа:
один у Кёрна, другой у меня.
В тот вечер сын Сэма Кёрна впервые
участвовал в баскетбольном матче
за команду университета.
Жена Сэма трижды звонила ему,
чтобы напомнить, что они должны
выехать заблаговременно,
потому что ехать придётся
в гололёд.
Естественно, он подумал, что это
снова звонит его жена.
Сэм вернулся с трагическим известием.
Это звонил мой телефон, а не его.
Позвонила наша домработница и сказала,
что у моей жены
случился тяжёлый сердечный приступ.
Я сейчас же ушёл.
- Мистер Кёрн, тут четыре чека,

которые не оплачены.
- Они все с одного и того же счёта?
- Да, сэр.
- Ну, дай посмотрю.
- Арнольд, я не могу завести машину.
Можешь толкнуть меня?
- Конечно, мистер Спенглер.
Мне надо пару минут, чтобы взять
мою машину и подогнать её ко входу.
Вы же сказали мне не оставлять
мою развалюху там,
где её могут увидеть клиенты.
- Я могу чем-то помочь, Уилл?
- Да, позвонишь доктору Клинтону?
Пусть сразу едет к нам домой.
- Конечно.
Матиас подогнал свою машину
и подтолкнул меня.
Затем он вернулся внутрь.
Естественно, я не возвращался.
Вы изучили этот случай, мистер Тейлор,
и вы знаете, что в ту ночь моя жена умерла.
- И никто не запирал сейф?
- Никто.
Даже Сэм не понял, что оставил там ключ,
пока не открыл банк в моё отсутствие
в следующий понедельник.
И он увидел, что сейф пуст.
Матиас был арестован.
- Он так и не признал, что взял деньги.
- Но он был признан виновным,
мистер Тейлор.
Может, у нас тут и маленький городок,
но мы не устраиваем суд Линча.
Арнольда Матиаса защищал Айра Кэйси,
один из лучших адвокатов защиты в штате.
Это я нанял его.
Однако Матиас был осуждён.
Жюри совещалось всего 45 минут.
Вы знаете, что делал Матиас,
пока был в тюрьме?
Он получил записи судебного
процесса по его делу
и разбирал каждое слово
свидетельских показаний,
пока не нашёл, что искал.
Он сделал пометки, затем нарисовал карту.
- Откуда вам это известно?
- Писатель не может раскрывать свои
источники информации, иначе они могут иссякнуть.
- Так почему я должен вам верить?
- Потому что эти записи и карта -
в моих руках.
Я подумал, вы можете захотеть
разобраться в них вместе со мной.
Если вы действительно заинтересованы
в моей книге.
- Вы действительно думаете, что
такая книга будет пользоваться спросом?
- Думаю, да.
Понимаете, в этом деле есть
один очень интересный момент:
если Матиас забрал 200 тысяч
из вашего хранилища,
что он с ними сделал?
Ни один доллар оттуда так и не был найден.
Что-то не так с моим кредитным
письмом, мистер Спенглер?
- О, прошу простить меня, я на минуточку,
мистер Тейлор.
Хочу посмотреть, не вернулся ли мистер Кёрн.
"24-летний Арнольд Матиас,
осуждённый за хищение двухсот тысяч долларов
из коммерческого банка Киркленда
3 года назад,
был застрелен этим утром охраной
при попытке побега из тюрьмы штата.
Его сокамернику, Томасу Генри сорока лет,
удалось сбежать в грузовике из прачечной.
- Ходите под парусом, мистер Спенглер?
- Никогда не был на море, мистер Тейлор.
Жаль, что Матиас пытался сбежать.
Ведь его могли освободить досрочно.
- Ну, УДО в этом штате применяют
крайне неохотно,
а у Матиаса не было друзей снаружи,
которые похлопотали бы за него.
- Но это неправда. Я нанимал Айру Кэйси.
- С которым вы вместе учились в колледже
и дружите уже почти 30 лет.
- И что в этом плохого?
- Ничего. Я и сам был бы счастлив
иметь такого друга,
если бы из моего банка пропали 200 тысяч долларов.
- Я нанял Кэйси защищать Матиаса.
- И коммерческий банк Киркленда.
Это очень красивая модель, мистер Спенглер.
Думаю, вы купили её не в Киркленде.
- Ну, я же не прикован к Киркленду.
Иногда мне удаётся отсюда вырваться.
- Вырваться. Знаете, это очень
меткое слово - вырваться.
Это как раз то, чего хотел Матиас.
Вырваться и попытаться очистить своё имя.
- Или забрать 200 тысяч долларов оттуда,
где он их спрятал.
- Да, но где бы он мог их спрятать?
Предположим, что Матиас забрал
деньги из хранилища
и не был бы осуждён, -
что бы он с ними сделал?
Он не смог бы тратить их,
не вызывая подозрений,
ведь в конце концов он кассир в банке
на фиксированной зарплате.
Точно так же как вы и мистер Кёрн -
банковские служащие на фиксированной зарплате.
- Только я - президент
банка на фиксированной зарплате.
- Я о том и говорю.
Так что человек, который забрал
деньги из хранилища,
должен был сделать одну из трёх вещей.
Во-первых, он мог уехать из Киркленда, -
чего Матиас не сделал.
Вот тут записано.
Матиас не пытался покинуть Киркленд.
Вместо этого в пятницу вечером
он пошёл в кино, один.
Он простудился. И, согласно показаниям
его квартирной хозяйки,
он оставался в своей комнате
всю субботу и воскресенье.
- Я знаю, что там написано.
Я был на суде.
- Вот одна из деталей, которую Матиас
заключил в скобки.
Окружной прокурор допрашивал
вашу домработницу, миссис Холмс,
и она объяснила, что именно она делала
после того, как у вашей жены случился приступ.
Она дала ей лекарства, выписанные
доктором Клинтоном. Вопрос:
"У миссис Спенглер уже случались
подобные приступы?"
Ответ: "Да, сэр.
Мы знали, что это только вопрос времени.
Я дала ей лекарство, уложила её в постель,
затем позвонила доктору Клинтону.
Он попросил меня сразу позвонить
мистеру Спенглеру.
Что я и сделала".
- Да. И что вы пытаетесь доказать?
- Я ничего не пытаюсь доказать.
Я просто пытаюсь выяснить,
что пытался доказать Матиас.
Итак.
Несколькими страницами позже
ещё один фрагмент выделен скобками.
Это показания Сэма Кёрна, где он
рассказывает о ваших затруднениях
с машиной.
Эта часть подчёркнута.
"Мистер Спенглер вернулся в банк.
Он попросил меня позвонить
доктору Клинтону".
Мне интересно, почему Матиас подчеркнул это.
- Вы сказали, что, кто бы ни взял деньги,
он должен был сделать одну из трёх вещей.
Так какая же вторая?
- Вторая вещь, которую можно
было сделать с деньгами,
было, - как вы и предположили, -
спрятать их.
Но где Матиас мог их спрятать?
Его комнату обыскали во время ареста.
Его автомобиль был полностью
разобран на части.
Где он их спрятал, мистер Спенглер?
- Да?
- Мистер Спенглер, вы говорили, вам нужен
этот отчёт в ту же минуту, как он поступит.
- Мистер Кёрн ещё не вернулся?
- Мистер Кёрн ушёл на обед.
- В это время?
- Уже больше 11, мистер Спенглер.
Мистер Кёрн всегда обедает в это время,
чтобы вернуться к полудню,
когда будет наплыв посетителей.
Я тоже пойду, если я вам сейчас не нужна.
- Нет-нет, всё в порядке, идите.
- Так где он их спрятал, мистер Спенглер?
- Мистер Тейлор, вы сейчас повторили
заключительное обращение Айры Кэйси
к присяжным
почти дословно.
Единственное, что вы упустили -
сентиментальное указание
на трагическое детство Матиаса.
- Сентиментальное?
Вы это осуждаете?
- Ну, я нанял Кэйси.
- К несчастью для Матиаса,
Айра Кэйси был вашим другом,
по-дружески верен
и по-дружески слеп.
Вы разве не знали, что миссис Холмс
уже позвонила доктору Клинтону
перед тем, как звонить вам?
Ведь ваша жена была его
постоянной пациенткой.
И всё же вы попросили мистера Кёрна
отправиться к телефону
в противоположной стороне банка
и сделать звонок, который уже,
без сомнения, был сделан.
В результате вы остались один
в хранилище на несколько минут.
- И каков, по-вашему, третий вариант?
- Вы рассказали мне очень
интересную историю
несколько минут назад, мистер Спенглер,
и достоверную, за исключением
некоторых важных деталей.
Я хотел бы указать вам на них.
Тот депозит соблазнял вас
с самого начала.
Ваш брак был несчастлив,
ваш тесть был деспотичным тираном.
А среди работников банка у вас
уже был готовый подозреваемый.
От прошлого нелегко отмыться,
особенно от судимости.
Люди редко прощают, когда кто-то
удирает с банковским вкладом.
Так недолго и до волнений.
Вот о чём вы думали в тот день,
когда полмиллиона долларов
поступили в ваше хранилище
для фермеров и торговцев Киркленда.
А затем,
в день совершения кражи,
в тот день, когда Сэм Кёрн
хотел уйти пораньше,
а Матиас работал допоздна,
у вашей жены случился очередной
сердечный приступ,
и это дало вам шанс, которого
вы дожидались все эти месяцы.
Вы мгновенно сообразили это.
Всё, что вам было нужно - чтобы
несколько минут в хранилище никого не было,
и затем, когда дело было сделано,
отправиться домой к вашей
пострадавшей жене,
в то время как Матиас остался
допоздна сидеть за своей конторкой,
а хранилище с открытым сейфом
оставалось незапертым.
Первым делом вам надо было выманить
Матиаса из банка.
И вы пошли на маленькую хитрость.
Небольшая неполадка с двигателем.
В такой холодный декабрьский день
ни у кого не возникло бы вопросов,
почему ваш мотор не заводится.
Вы знали, что Матиасу придётся
уйти на несколько минут.
Его машина стояла метрах в двухстах оттуда,
согласно этой карте.
Оставалось только убрать с дороги Кёрна,
и оставить вас одного,
всего в нескольких шагах
от двухсот тысяч долларов.
И никому за всё это время
не пришло в голову поискать
деньги в третьем, единственно возможном месте.
Эти 200 тысяч так и не были найдены, Спенглер,
потому что они никогда не покидали этот банк!
Они и сейчас здесь. В хранилище.
В вашем личном сейфе.
- Это Матиас вам так сказал?
Когда вы сидели с ним в камере,
мистер Генри?
- Меня зовут Тейлор. Генри Тейлор.
- А вы не подумали, что банкир в таком маленьком
городке может оказаться достаточно умным,
чтобы проверить это ваше кредитное письмо, а?
А я проверил.
Когда я выходил, я поручил мисс Фостер
позвонить в банк в Чикаго,
и в этом чикагском банке нет никаких
отметок о том, что какое-либо кредитное письмо
было выдано какому-нибудь Генри Тейлору.
Думаете, вы можете являться сюда с улицы
и шантажировать меня
какими-то пометками в записях
и смехотворной картой?
Меня не волнует, что там подозревал
мёртвый уголовник!
- А мы и не обсуждаем подозрения
мёртвого уголовника!
Есть кое-что, чего вы не знаете
об уголовнике, который не умер.
Он не отбывал срок за какую-то кражу.
Томас Генри - убийца.
Томас Генри приговорён к смертной казни,
и ему нечего терять.
- Всё что мне нужно - просто набрать номер...
- И Генри очень жёсткий.
Он заставит заговорить даже сфинкса,
если это принесёт ему 200 тысяч.
А теперь вперёд, набирайте!
Телефон полиции 1-1-6.
- Нет, не делайте глупостей.
- Из вас никогда не выбивал информацию
по-настоящему отчаянный человек?
- Послушайте, зачем вам
беспокоиться о Матиасе?
Все думают, что он взял деньги.
К тому же он мёртв.
- Но он не брал их, так?
Они в хранилище, да?
- Да. Большая часть.
А теперь будьте благоразумны,
мы можем всё уладить.
- Спасибо, мистер Спенглер.
Мы уже уладили.
Вы ошиблись, думая, что я -
тот сбежавший зэк.
Я не Томас Генри.
Но я был уверен, что сумею получить
от вас признание,
если окажусь здесь раньше Генри.
К счастью для вас, у меня получилось.
Меня зовут Лауден. Генри Тейлор Лауден.
Я - тот охранник в тюрьме,
который застрелил Матиаса во время побега.
Тогда я не знал, что он невиновен.
Поэтому я здесь.
- Полиция Киркленда.
Никогда больше не соглашусь
выдвигаться на должность,
не узнав в точности, какое это ведомство.
Я хотел быть сборщиком,
но я то надеялся - налогов,
а не мусора.
Возможно, я подам в отставку
в следующий раз,
когда мы снова встретимся в этом зале.
А пока доброй ночи.


Серия 37

Добрый вечер.
Телевидение здорово постаралось,
чтобы повысить качество предсказания погоды.
Присутствие девушки никоим образом
не улучшает качество прогноза,
но делает ошибки более приятными.
Те из вас, кто находится
в северо-восточном секторе...
Могут ожидать, что погода
не претерпит изменений.
Тех же, кто находится на западе,
должен предупредить:
на вашем горизонте появилось облако.
Итак, если это дождевое облако,
ждите дождя... вероятно.
БЕГСТВО В СОНОИТУ
- Нужно было починить радиатор,
прежде чем ехать в Адову Котловину.
Эта старая колымага вот-вот загорится.
- Потому я и собираюсь остановиться.
- Нам ещё повезёт, если клапана не полетят.
- Не полетят, если сбавим скорость.
- Из всех убогих мест, где мы могли бы
застрять, Адова Котловина - самое убогое.
- Была бы тут хоть какая-то тень.
Машина остыла бы быстрее.
- Конечно, конечно. Может, хочешь
роскошный навес или типа того?
Тут же полно мест, где укрыться,
в этой поганой пустыне!
- Не стоит так распаляться
просто потому, что ты здесь.
- Мы проехали всего 85 миль.
И последние 50 этот тарантас
полз на последнем издыхании.
- Что-то мне подсказывает,
Билл, ты не в духе.
- Да что ты, я в восторге!
Я просто счастлив быть здесь.
Лёгкий ветерок, красивые кактусы.
Обожаю всё это. Это просто...
Спасибо.
Что, помогает?
- Немного.
Ну, раз мы остановились,
чтобы машина остыла,
нам тоже неплохо бы охладиться.
- Как ты это выносишь?
Мерзкая погода, это жалкая развалюха...
- Это моя работа.
Сколько себя помню.
- Ладно, ещё кое-что. Как ты мог
позволить этому проходимцу Максу Беллу
всучить тебе эту груду хлама.
- Это всё, что я мог себе позволить.
- Не хочешь закрасить эту надпись
или прикрыть её чем-нибудь?
- О, дойдут руки и до этого.
Не торопись.
- Сразу видно, что ты вообще не бизнесмен.
Ты разъезжаешь с этой рекламой
Макса Белла, а он не платит тебе за это ни цента.
- Так это и не стоит ни цента.
Ни индейцам, ни песчаным блохам
неважно, что тут написано.
- Конечно, это не важно для таких
идиотов, которые пытаются
хоть как-то заработать
в этой раскалённой песочнице.
Всё, что ты делаешь, -
таскаешь их грузы взад и вперёд.
- Может, выпьешь ещё водички?
Или наполнить тебе бассейн,
чтобы ты утихомирился?
- Почему бы и нет? Огромный пляж
ему под стать уже есть.
- Она всё ещё горячая.
Значит, придётся ещё подождать.
- Не топать же нам назад
50 миль до шоссе?
- Скорее 25. Мы катились довольно медленно.
Ну, миль 10 она сейчас ещё выдержит, но...
Пару часов отдохнём, и она придёт в норму.
- Ага, ещё бы.
Ещё бы.
Всю дорогу до города будем
останавливаться и поливать её?
- Ну хватит.
Если тебе не нравится - вернёмся -
бери расчёт и отчаливай.
Я не обижусь.
- Отлично, если всё так и будет
продолжаться, так и сделаю.
"Аяксу" нужен водитель
на маршруте Финикс - Денвер.
- И когда приступать?
- В понедельник.
Это надёжная работа.
Хорошие деньги, нормальные дороги.
- Кажется, там пыль поднялась.
- Ну, пыль. Что с того?
- Я говорю - пыль в воздухе,
будто машина едет.
Действительно едет.
Что-то они слишком быстро едут.
Наверное, туристы. Заблудились.
БИЛЛ: Лучше бы им притормозить.
- Всё в порядке, мистер?
- Да, всё хорошо. Но я не видел стоп-сигнала.
- А что насчёт вашего приятеля?
- Эй, это ваш грузовик?
ЭНДИ: Да.
- Отлично это вы придумали -
встать посреди дороги.
- Заткнись, Лемон. Ты ж налетел
на камень так, будто специально целил в него.
- Ага. Но здесь нет знаков, которые
говорят, что он может так парковаться.
- Я посмотрю, что у вас с машиной.
- Погоди. Скажи-ка,
у вас есть вода?
- Там, на подножке.
- Вы заблудились, а?
- Ну, скажем так, папаша.
Я знаю, где я был,
но не знаю, где сейчас.
- Ага. Мы тут это, хотели срезать.
- Отвали, не выводи меня из себя.
Вы ж поделитесь водичкой.
- Угощайтесь.
- Там, где вы свернули с шоссе,
был знак, предупреждающий,
что никакой воды не будет
на протяжении 100 миль.
Вы что, не видели?
- Знак?
Он читать не умеет.
- Да ладно тебе!
- Погляжу, что с машиной.
- Колесо накрылось.
Карданный вал полетел.
ЭНДИ: Кто это?
- Это наша подруга.
Вроде как невеста Лемона.
- А вы всегда обматываете скотчем
своих друзей, мистер?
МАРШ: Нет, это не я. Это Лемон.
Шутит он так.
Не понравилось ему, как её коготки
прошлись по его шкуре. Правда, Лемончик?
- Э... достала она меня.
- Ей нужна вода.
Ей совсем плохо.
Не волнуйся.
- Да.
Похоже, её мучает жажда.
Она была в порядке, когда мы
выехали из Финикса этим утром.
- Хотите сказать, что она
с тех пор не пила?
- Именно это я и сказал.
А теперь, как говорится...
Моя очередь немного освежиться.
- Вот у неё волосы! Правда, красивые?
МАРШ: Лемон!
Остальное для тебя.
- Э-э..., Марш, ты же всё выпил.
- Там ещё одна фляга на переднем крыле.
- Успокойтесь, мисс.
- Помогите мне. Эти люди...
- Вы Стефани Томас, да?
А это люди, что похитили вас. Я слышал по радио.
МАРШ: Рад за тебя, папаша.
Ну что, хотите быть героями?
- Да хватит!
Лучше иди посмотри, можно ли починить машину.
- Почему бы вам не отпустить девушку?
Деньги вы получили. 100 тысяч долларов.
- Как я сказал, папаша,
деньги - это ещё не всё.
Она пригодится, если мы снова
наткнёмся на полицейский кордон.
- В пустыне нет кордонов.
- Oкей, окей.
Скажем так, она нравится Лемону.
И закончим на этом.
- Далеко ль до границы, папаша?
- Миль 90, я полагаю. Прямо напротив,
на дальней стороне этой котловины.
- А сколько до главной дороги,
с которой мы свернули?
- 50 миль, может чуть больше.
- Воды... пожалуйста...
- Карданному валу кранты, Марш.
Мы не сможем починить его.
- Пожалуйста, дайте мне воды?
- Лемон!
- Вам же больше не нужна заложница,
может, дадите ей...
- Заткнись!
Думаю, пора завязывать.
Никаких шансов починить машину?
- У нас больше шансов
получить работу Эдгара Гувера.
- Ладно, ладно.
Иди, вытащи наши вещи из машины.
- Можно мне ещё немного воды?
Я очень хочу пить.
- Правда, детка?
Дать тебе водички?
Хочешь ещё выпить?
Один маленький глоточек, а?
Давай, один маленький глоточек?
- Попробуешь ещё раз, красавчик,
и тебе - конец.
- Сделай мне одолжение, Марш.
Дай я...
- Лемон!
- Дай я сделаю это.
МАРШ: Постой.
Сколько у тебя осталось патронов?
- А?
Два. А что?
- Просто вспомнил.
У меня - один.
Но если подумать -
трёх нам вполне хватит.
Тронешь флягу - порешу на месте.
- Из-за фляги с водой?
ЭНДИ: Не сомневайся, он убьёт тебя за эту флягу.
Это вся вода, что есть.
- Эй, красавчик.
Всё ещё хочешь быть героем
для этой куколки?
Может, её утешит сладкий поцелуй,
а не глоток воды.
Ну как?
- Но ты ж говорил...
- Заткнись.
Пусть красавчик сделает это.
Он покажет тебе как надо.
Вперёд, красавчик.
- Не, погоди, Марш, ты сказал мне...
- У тебя был шанс,
а ты не смог сделать это.
Вперёд, сэр Галахад.
Я делаю тебе одолжение.
Где твоя благодарность?
Лемон может. Покажи ему,
на что способен, Лемон.
Стой!
Что не хочешь, чтобы Лемон
сделал это, не так ли?
Я тебе говорю!
- Марш, не позволяй ему.
- Я отсюда чую запах палёного мяса.
Сам напросился.
- Но ты обещал мне, Марш.
Ты обещал мне, обещал.
- Забудь про неё.
У нас есть дела поважнее.
Рулить сможешь?
- Ага.
- Управишься с этим грузовиком?
- Можно подумать там что-то сложное.
- Окей. Тогда забирай зелень
из машины и поехали.
Где эта дорога выходит к границе, папаша?
- Тот знак про воду, что вы пропустили,
указывал на дорогу в Соноиту.
- А что между здесь и там?
- Только то, что вы видите впереди.
И индейское поселение милях в 40 справа.
- А что с водой на пути к границе?
- Разве я не говорил тебе?
Ни капли, пока не доберетесь
до Соноиты, а она в 10 милях
по ту сторону границы.
Там уж полным-полно воды.
- Ваша машина доедет туда?
- Будете с ней хорошо
обращаться - доедет.
- Вы бросите нас здесь умирать?
- Наверняка.
Он всё равно убил бы девушку на границе.
- Вы хотели, чтоб я отпустил
её - и я это делаю.
- Эй, Марш, давай прицепим нашу машину к этой колымаге?
- Нахрена?!
- Ага, нахрена?
Когда на кармане 50 штук, оно нам надо?
Давай замочим их и свалим отсюда.
- Заткнись!
Мне надо прикинуть.
Как далеко вы могли бы уйти, папаша?
Вы, трое.
- На этой жаре без воды
мы умрём через 5 миль.
- Вам некуда деваться, да?
- Пешком, без воды никто
десять миль не пройдёт.
Лучше уж сразу нас пристрелите.
- Да-а...
Да, точно, Марш. С чего б нам
не завалить их прямо здесь?
- Слушай, ты, дебил.
Мне что, надо думать за двоих?
У нас осталось всего три патрона.
Если мы потратим их на этих придурков,
что будет, когда мы столкнёмся с законниками?
- Мы купим ещё!
- Не раньше, чем доберёмся до города.
И кто знает, что случится до того?
- Да-а, да... Думаю,
ты должен всё просчитать, ага.
- 50 миль назад до шоссе,
90 миль вперёд - до Соноиты.
Им не выбраться.
- Вы что бросите нас здесь умирать?
Изжариться заживо?
- Точно.
Точно.
Но вместе с твоим героем, дорогуша.
Полагаю, папаша тебе всё об этом расскажет.
Каково это - умирать от жажды.
ЛЕМОН: Да-а...
Я уже слышу, как твой язык
реально распухает,
как спелый банан.
- Ничего смешного в этом нет.
Это ужасно, и не стоит говорить об этом.
- О, думаю, мне это понравится.
Когда я завалюсь
в первый же бар в Соноите.
Приятно будет вспомнить о вас.
Давай, Лемон, заводи этот хлам.
А вы, трое, шагайте к машине.
Так, чтобы я вас видел.
Пошевеливайтесь.
- Слава богу, они уехали.
- Ну, уехали они, и что с того?
Мы-то всё ещё здесь.
- Зачем они бросили нас здесь?
Почему они просто не убили нас?
- Ну, ну... Не раскисай.
Я ведь их обманул.
Всё с нами будет в порядке.
- Без воды?
- Тут на мили вокруг даже ни одного кактуса.
- Вы говорите, обманули их.
Что вы имели в виду?
- Я сказал им, что до шоссе 50 миль.
А там всего 25.
- И что это меняет?
Мы не доберёмся никуда без воды.
- Ладно, я тут прикинул -
у этой машины в радиаторе
4 или 5 галлонов воды.
- А мы... Мы можем её пить?
- Ну, может на вкус она и не очень,
но, когда ржавчина осядет, будет не так уж и плоха.
- Горячо!
- Уже жалуешься?
Остынет к тому времени,
когда понадобится вода.
Когда стемнеет и станет прохладней,
я отправлюсь за помощью.
- Но 25 миль - это очень далеко.
- Ну, твои туфельки на каблучках
для этого непригодны,
а я уже проделывал подобное раньше.
- Идти по-любому надо... Я пойду.
- Я знаю эти места гораздо лучше.
- То, что ты старше - не значит,
что ты прав во всём.
- К тому же, мне, может,
и не придётся идти всё время пешком.
Если сигнальный костёр будет виден на сотни миль вокруг.
- Сигнальный костёр?
Ну и что мы здесь подожжём?
- В баке есть бензин.
Обольём сиденья и они будут долго и ярко гореть.
- Ладно, раз я иду - поищу,
куда можно перелить воду.
- Вы всё спланировали заранее?
- Нет.
Как говорит Билл,
плохой из меня бизнесмен.
Я не силён в планировании.
В чём-то я разбираюсь,
в чём-то - нет.
Просто не хотел, чтобы кто-то
из нас погиб из-за фляги с водой.
- В камеру войдёт
около трёх литров воды.
- Вот то, что я называю
очень хорошим планом.
Сам бы я никогда бы
до этого не додумался.
- Пора.
- Да, думаю, пора.
- Полагаю, что смогу пройти
примерно две мили за час.
На весь путь уйдет около 12 часов.
- Да, где-то так.
Для костра всё готово?
- Я залил всё бензином.
- Ну, давай приступим.
- Это пламя будет видно аж до самого Сан-Фран...
Папа?
Пап?
Папа, вернись!
Папа?
- Что случилось?
Куда ушёл твой отец?
- Он же старик. Не надо было ему идти.
- Пожалуйста,
останься со мной.
- Эх, старый пустынный верблюд...
- Пуля прямо в голову.
- Значит, у него осталось ещё две.
Марш забрал револьвер Лемона.
ЭНДИ: Давайте догоним его.
- А вы уверены, что он уже не в Соноите?
- Этот паразит слишком переживал
о воде, чтоб использовать её для машины.
- Хорошо. Давайте проедем
ещё несколько миль.
- Пустыня доконает его, двигатель
быстро перегреется, и мы его поймаем.
- Это из участка. Девушка в больнице,
с ней всё будет в порядке.
- Скажи им, пусть вышлют санитарную машину.
- Эй, там, в грузовике.
Бросьте оружие и выходите.
Он, должно быть, бросил грузовик.
Фляги с водой нет.
Рой, посмотри на холме, я обойду с другой стороны.
- Намертво заглохла.
- Что ж, нужен новый двигатель,
пап, и мы снова в деле.
- Эй, Рой, сюда!
Пусто.
Да, Рой, свяжешься с участком?
- Я его перекрашу.
В белый и синий.
Энди Дэвис и сын.
- Доставка воды.
- У них за спиной было 3000 галлонов воды.
А они убили друг друга за пару литров.
Погода в районе Соноиты по-прежнему ясная.
Совершенно ясная.
В центральной же части
сформировалась зона низкого давления.
Что станет причиной резкого
усиления ветра на юго-востоке.
И приведёт к сильной облачности
в центрально-восточной части.
Доброй ночи, до скорой встречи.


Серия 38

Добрый вечер, дамы и господа.
Эта живописная картина
наглядно демонстрирует
что, когда телевидение
решает навести в доме порядок,
это выглядит примерно так.
Должен признать, это оказалось
труднее, чем я себе представлял
справиться со всеми этими... вестернами.
Уверен — вам, как и мне, не нравится
избыток насилия на телевидении.
Поэтому первое, что я сделал -
предложил нашему спонсору
пропустить показ его рекламы.
Однако он до сих пор непреклонен.
И я могу только надеяться, что, если
в комнате находятся особо впечатлительные дети,
вы приложите все усилия, чтобы они
на минуту отвернулись от экранов.
НА КРЮЧКЕ
- Привет.
- Привет-привет.
- Миссис Маршанд всё ещё на озере.
Она скоро вернётся.
Могу я предложить вам пива,
или кофе, или ещё чего-нибудь?
- Вы так же хорошо читаете мысли,
насколько хороши сами?
- Не совсем. Я узнала машину.
Разве я забыла бы такую?
- Нравится эта тачка?
- Подумать только, какие вещи есть у людей...
Я не знала,
что у миссис Маршанд есть сын.
- А у неё и нет. Я её муж.
- О, простите.
- Забудьте. Такое происходит постоянно.
- Миссис Маршанд очень привлекательная.
- Да. А вы...
Вы работаете на старого Фостера,
или вы его дочь, или...?
- Я его дочь, Найла.
- Привет.
- Привет.
- Просто вернулась домой на лето.
Я учусь в городе.
В отличном колледже.
- Хотя, для такой девушки как вы -
это кажется пустой тратой времени.
- Что значит: "для такой, как я"?!
То, что у моего отца
рыболовный кемпинг
не значит, что я должна
провести здесь всю жизнь.
- О, я не это имел в виду.
Я хотел сказать, что девушку
с вашей внешностью
ждёт успех в большом городе.
Ну, знаете - в Нью-Йорке, Чикаго,
Лос-Анджелесе.
Стать моделью, сниматься в кино,
может на телевидении.
- Мне такое и раньше говорили.
Я знаю, чем всё заканчивается.
Пришлось бы, как и всем,
участвовать в этих крысиных бегах.
- Эй!
Как насчёт пива?
- Хорошо.
- Думаю, вы без труда найдёте кого-то,
кто сможет профинансировать вашу карьеру.
- А вы умеете подобрать нужное слово.
Например, кого-то вроде вас, мистер Маршанд?
- Рэй.
- Что?
- Давайте без "мистер".
- Слушайте, я уже устала от того,
что все мужчины, которые приезжают сюда
обращаются со мной
как с "деревенской дурочкой".
- Исключите меня из их числа,
у меня нет ни цента.
Все деньги принадлежат жене.
- Понятно.
Всё ещё хотите пива?
- Эй, привет!
- А вот и ваша жена.
Ещё увидимся... как-нибудь.
- Я ещё приеду.
Может даже полюблю рыбалку.
С вашей помощью.
Вы свободны?
- Иногда.
- Привет, сладенький.
Заждался меня?
- Ещё бы. Что тебя развеселило?
- Да пустяки. Мистер Фостер
рассказал мне
забавную историю про щуку.
Вот, возьми это.
- До свиданья, миссис Маршанд.
- Тормоза починили.
- Ой, ты такой зайка.
Поцелуй мамочку.
- Хватит дурачиться.
- О, я вижу, ты познакомился с Найлой.
Милое дитя, правда?
- Ага. Ходячая, говорящая кукла.
- Ах ты! Так и знала,
что ты не пройдёшь мимо неё.
Я же рассказывала тебе о ней недавно.
Из спортивного интереса.
- И как это понимать?
- О, хотела посмотреть,
как ты распустишь хвост.
Слушай, паршивец, Найла
определённо не про твою честь.
Она не такая, как все те дурочки,
за которыми ты ухлёстывал.
- Думаешь?
- Уверена.
До тех пор, пока она не достигнет
брачного возраста.
- Ты просто хочешь расхолодить меня,
потому что знаешь - я мог бы
найти кого-то вроде Найлы.
И тогда бы ушёл от тебя.
- Да что ты, любовничек!
Я думаю, мы хорошо друг друга понимаем.
Никуда ты не денешься,
будь рядом даже миллион таких
куколок, как Найла.
Во всяком случае - надолго.
- Думаешь, мне не осточертело
быть мужем старухи?
Может, я хочу развестись.
- Рэй, дорогой, ты знаешь -
меня непросто разозлить.
Но, похоже, тебе это почти удалось.
Что, хочешь, чтобы я снова
урезала твоё содержание
на недельку?
- Я не хотела бы, чтоб мой отец
застал вас здесь без жены.
- А где твой отец?
- Где-то на озере.
Он может вернуться в любое момент.
- Ну и что тут такого?
Просто скажи ему, что ты нужна мне,
в смысле, как инструктор.
И я пришёл обсудить условия.
- Он не отпустит меня
с вами на озеро одну.
- Ой, да брось. Разве
18-летней нужно разрешение?
- Пожалуйста, уходите,
пока он не вернулся.
- Он когда-нибудь отлучается в город, а?
- Если я скажу вам - вы уйдёте?
- А ты попробуй.
- По понедельникам.
В любом случае, в понедельник
не так уж и много клиентов.
Так что мы закрыты.
У него есть человек, который
приводит в порядок лодки и причал.
Отец обычно ездит в город за продуктами.
Возвращайтесь в понедельник.
- Не сомневайся, приеду...
- Постой.
Куда мы идём?
- На озеро.
Там есть пляж, окружённый деревьями.
Я оставила там лодку,
и вернусь на ней одна.
Так мой отец не догадается.
Нет, Рэй, пожалуйста.
- Всю неделю я ждал понедельника.
- Ну вот, я здесь.
- Ну как, нравится, мистер Маршанд?
- Зови меня Рэй.
- Почему ты женился на Глэдис?
- Из-за денег.
Хотел узнать: каково это -
иметь много денег.
- Ну и что ты узнал?
- Что люблю деньги,
когда они только мои.
- Кажется, я поняла.
Вот поэтому я и собираюсь
остаться в колледже.
Не знаю как, но как-нибудь
я заработаю много денег
для меня и отца.
Может, даже выйду замуж за богача.
Или заработаю сама.
- Почему ты не даёшь мне поцеловать тебя?
- Я подумала о том, что ты сказал:
Нью-Йорк, Калифорния.
Может и попробую,
как только закончу учёбу.
- Думаю, ты хочешь,
чтобы я поцеловал тебя.
- Нет, Рэй.
Если я позволю тебе - мне конец.
- Я думал о тебе каждую минуту.
- Всё. Хватит.
- Что значит "хватит"?
- Это было приятно.
Слишком приятно.
Вот почему я не могу
больше видеть тебя, Рэй.
- Найла?
Найла?
Почему тебя не было в магазине?
Ты избегаешь меня.
- Я же сказала тебе на прошлой неделе,
что не могу тебя больше видеть.
- Я ждал этой встречи целую неделю.
- Я тоже хотела видеть тебя.
- Правда?
- Даже если это ничего не значит,
совсем ничего...
- А, значит, ты думала обо мне.
Ты признаёшь это.
- Да, и я полная дура. Не хочу
встречаться с женатым мужчиной.
- Слушай, я тут подумал.
Мы сможем быть вместе.
- Ты разведёшься с Глэдис
и женишься на мне?
- Да.
Послушай... Найла...
- И, спохватившись, ты передумал.
Ты не хочешь жениться на мне.
Вот что я хочу сказать, Рэй.
- Ах вот как?!
Ты думаешь, Глэдис вот так
запросто даст мне развод?
Нет. Я же не получу никаких денег.
Она оставит меня без гроша.
- Я понимаю, Рэй.
- Нет, не понимаешь.
- Прекрасно понимаю!
- Мне надо выпить мартини.
- Держу пари, что даже
если Глэдис даст тебе фору
она всё равно обгонит тебя.
- Глэдис не умеет плавать.
- Не умеет?
- Нет.
Она плавает, как топор.
О, это ужасно.
Я даже не думала, что...
- Что?
- Забудь.
- Забыть что?
- Я думала о твоей жене.
- Что именно?
- Не хочу об этом говорить,
это прозвучит чудовищно.
- Может, всё же поговорим?
- Ты думала о Глэдис,
пока мы плавали?
О том, что она много времени
проводит на озере
и вдобавок не умеет плавать?
Вот о чём ты думала, так?
Ты думала о...
Ты думала: как было бы удобно
если бы с ней произошёл
несчастный случай.
- Нет.
- Если бы лодка перевернулась
или затонула, так?
- Нет, Рэй, нет.
- О да, ты думала.
- Ну ладно.
Может, и думала.
Может, я надеялась,
что это произойдёт.
Но конечно этого не случится!
- Потому что твой отец
всегда рядом с ней?
Ты это имеешь в виду?
- Он отлично плавает.
- Ну, ему же не обязательно
постоянно быть рядом с ней.
Допустим, я начну рыбачить?
Тогда я отправлюсь с ней на лодке
и будет очень легко
устроить несчастный случай.
Всё что нужно сделать -
попросить её бросить якорь.
И когда она встанет,
чтобы сделать это...
- Рэй, нам надо прекратить
такие разговоры.
Мы же не спятили в конце концов?
- Вот, что я сделаю.
Займусь рыбалкой.
- Но все знают,
как ты ненавидишь это!
К тому же, ты ничего
не знаешь о рыбной ловле!
- Я научусь.
- Я научусь.
- Что читаешь, любовничек?
- Подойди-посмотри.
- "Ловим рыбу в пресной воде", Шортли.
Эм... Рыбалка?
Что за вздор?
Это совершенно не в твоём духе.
- Да что ты?!
Ты же любишь рыбачить?
- Ещё бы. Это любимое
мамочкино занятие.
Но ты? Ты даже нос воротишь от рыбы!
- Тебе сделать мартини?
- Конечно, но ты сильно не налегай.
- Ну я ж не совсем дурак.
Думаю, если пара миллионов людей
увлекается рыбной ловлей,
значит что-то в этом есть, а?
- Теперь понятно,
это всё дочь Фостера!
Ты читаешь про рыбалку,
чтобы закадрить её.
Удачи, любовничек!
- Можешь мне не верить,
но я стараюсь ради тебя.
- Ради мамочки?
- Именно.
- Что ж давай разок
попробуем и поглядим.
- В конце концов, что мы теряем?
- Наверное, ты прав.
Это очень мило иметь такого мужа,
который проводит с тобой много времени
и любит то же что и ты.
- Именно это я и имел в виду.
- Похоже, вашего мужа рыбалка
изрядно зацепила, миссис Маршад.
Только посмотрите - какой улов!
- Я так и знал: что-то есть
в этой рыбной ловле.
- Теперь его за уши от озера не оттащишь.
- Сама бы не увидела -
ни за что бы не поверила.
Но посмотрим, что будет,
когда мы проведём на озере
впустую несколько часов
в неудачный день.
- Что значит "в неудачный день"?
- Когда клёва не будет.
Вот что отличает настоящих мужиков
от слюнтяев.
- Да ладно.
- Кофе готов, Найла?
- Всё готово, пап.
- Какой удачный день!.
Мистер Маршанд оказался
вторым Исааком Уолтоном.
Ты знакома с мистером Маршандом?
- Да, кажется, встречала его
недели три назад,
когда он приезжал
за миссис Маршанд.
- О, дорогая, я уверена,
он это отлично помнит.
Правда, любовничек?
- Да, я помню мисс Фостер.
- Может положить ваш улов на лёд?
- Да, если не трудно.
Приберегите их, и как-нибудь
мы приготовим их и отпразднуем что-нибудь.
Было приятно повидаться, мисс Фостер.
Буду в машине.
- Знаешь, милая, это был комплимент.
- Комплимент?
- Мой муж назвал тебя "мисс Фостер".
Впервые в жизни
он был таким церемонным с такой красотулей.
Кажется, любовничек уже заждался.
- Похоже на то.
- Клиенты приехали.
- Кто?
- Маршанды.
- А мистер Маршанд
стал заядлым рыболовом,
как я погляжу.
День добрый, миссис Маршанд.
- Доброе утро, мистер Фостер.
- Мистер Маршанд.
- Привет.
- Ой, я прям не смогла удержать
любовничка этим утром.
Он так рвался на эту рыбалку.
- Ну да, и что с того?
- Простите.
Скоро прибудут другие клиенты.
- О-о!
- Если бы я знал, что вы приедете,
я бы назначил им на другой день.
- Ну вы же не можете находиться
в двух лодках одновременно?
- Досадно.
Посмотрим. А как насчёт завтра?
- А почему мы нам не отправится одним?
Сегодня же чудесный день.
- Но ты же плохо управляешься с лодкой, милый.
- Если я могу водить машину, думаю,
что и с подвесным мотором справлюсь.
Ну так что?
- Будьте осторожны, и всё будет в порядке.
- Вот видишь? Пойдём.
- Ну...
- Пойдём.
- Ну ладно.
- Дай им корзинку с ланчем,
что мы приготовили для Джонсонов.
- О, не беспокойтесь.
- Никакого беспокойства,
мы сделаем ещё одну.
- Ничего особенного,
там всего пара бутылок пива
и несколько сэндвичей.
- Спасибо, милая.
Это всё что нам нужно.
Скрести пальцы,
чтобы мы не налетели на корягу
и не пробили дыру в лодке.
- Где ты хочешь попробовать сначала?
- Вон там, ещё немного.
- Зачем так далеко?
- Фостер сказал - это лучшее место.
- Да?
Думаю там действительно неплохо.
Ну что, любовничек, ты справился.
Мы на месте.
- Да, справился.
- О, хочешь сэндвич или пива?
- Может позже, ладно?
А сейчас может бросишь якорь?
- Попробую, но это непросто.
- А ты не разучилась делать кофе
в этом своём колледже.
- Спасибо, пап.
- Наверное, это Маршанды возвращаются.
Что случилось?
- Я сделала только то, что ты мне сказал.
- Мы даже не притронулись к пиву и сэндвичам,
но никогда не знаешь, что можно
найти в корзинке с ланчем.
Спасибо, Найла.
Когда любовничек потянулся,
чтобы схватить меня за лодыжки,
он как будто лишился чувств
и упал за борт.
Разумеется, я не могла помочь ему.
Всем известно, что я не умею плавать.
- Как жаль, Глэдис.
- Какая нелепая случайность.
- Какая трагедия!
- Думаю, будет разумным,
если мы поженимся не раньше,
чем через полгода.
Да, Флойд?
- Да. Определённо.
- Глэдис?
Ты не против, если я
возьму сегодня кабриолет?
Рыбалка в тюрьме штата
оставляет желать лучшего.
Вот какой урок впоследствии
извлекли из этого Глэдис, Флойд и Найла.
А теперь - ещё один урок, после которого
вы обнаружите меня всё ещё за работой.
Если просмотр рекламного ролика
показался вам утомительным,
попробуйте-ка заняться уборкой
его последствий.
 

////////////////////////////