Альфред Хичкок представляет (5 сезон, 1-10 серия). Фразы и цитаты из сериала

1955 год

«Альфред Хичкок представляет» (англ. Alfred Hitchcock Presents), с восьмого сезона «Час Альфреда Хичкока» (англ. The Alfred Hitchcock Hour) — американский телесериал-антология, ведущим которого являлся Альфред Хичкок. Шоу транслировалось со 2 октября 1955 по 10 мая 1965 года, на протяжении десяти сезонов.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Добрый вечер, дамы и господа.
а также наседки.
Я решил заняться производством яиц.
Как и любой другой бизнес,
этот нуждается в свежих идеях.
Вот наш новейший дизайн.
Его преимущества очевидны.
Яйца больше не раскатываются по столу.
В холодильнике остаётся больше
свободного места.
К сожалению, это специфическое новшество
так и не дошло до народа.
Наши руководители сразу увидели
его перспективность,
но вот куры довольно
медленно схватывают новые идеи.
Это одна из наших пластиковых моделей.
Мы тут повсюду разбросали такие,
чтобы показать курам, чего они могут добиться,
если хорошенько подумают головой.
Как видите, мы используем весь арсенал
психологического оружия,
который есть в распоряжении человека.
Надпись: «Мысли по шаблону»
или «Думай о квадратах»
Так что, возможно, этот лозунг
также придаст вам сил
преодолеть разрыв между этим экскурсом
и сегодняшней историей.
АРТУР
Приветствую вас.
Чудесный день, не правда ли?
Вы, конечно, удивлены, что оказались здесь,
на моей птицефабрике в Новой Зеландии.
Это единственная птицефабрика
на свете,
которой целиком и полностью
управляет один человек -
я сам.
Ах, но вы правы -
это всё же не делает меня знаменитым.
В наши дни, когда телевизионные камеры
повсюду суют свой нос,
вы, вероятно, больше привыкли
посещать дома
известных политиков и актёров.
Людей, которые, скажем так -
оставили свой след.
Что ж, я тоже оставил свой след.
Я мог бы стать весьма известным,
если бы захотел.
Знаете, почему вы никогда обо мне не слышали?
Потому что у меня всё получилось.
Я успешен,
а в той специфической области,
о которой я говорю, только неудача
приносит известность.
Ты милая толстушка, да?
Да, хорошенько нафаршированная,
с подливочкой
и набором приправ,
ты станешь роскошным ужином.
Да, всё верно. Я убийца.
Великолепно.
Почему-то еда только тогда
выходит отменно,
когда готовишь её сам.
Вот так, превосходно.
О, я что, шокировал вас, когда
сказал, что я убийца?
Надеюсь, нет. Я этого не хотел.
Люди часто заблуждаются
относительно убийц.
Нас описывают как хладнокровных извергов,
нелюдей и тому подобное.
Прискорбное преувеличение, в самом деле.
Вы же сами видите, что я совершенно не таков.
Правда в том, что в моём случае
это был акт милосердия.
Ну вот, всё готово.
Понимаете,
Хелен была олицетворением всех тех
человеческих качеств,
которые заставили меня отдалиться от людей
и предпочесть общество кур.
По правде говоря, куры наделены
теми же качествами,
но им это простительно.
Ну, по крайней мере они не могут
извлекать выгоду из кого-то вроде меня,
кого-то слишком участливого,
слишком чуткого.
О, Хелен была всего лишь одной из многих,
кто злоупотреблял этими моими качествами.
Но она была определённо худшей.
Видите ли,
Хелен придерживалась
золотого правила -
каждый сам за себя.
Конечно, в её случае это звучало
немного иначе.
Каждая...
Возможно, вы поймёте меня лучше,
если я расскажу вам, как всё
произошло.
Понимаете, мы с Хелен были помолвлены,
и всё шло довольно гладко,
до тех пор, пока однажды вечером она не приехала
сюда нежданно-негаданно.
- О, это просто кошмарно.
Я даже не знаю, как тебе сказать.
Просто не знаю.
- В чём дело, дорогая?
- Ну… ох, нет, я не могу,
просто не могу...
Но, Артур, ты должен верить -
я не хочу причинять тебе боль.
Я бы не вынесла, если бы обидела тебя.
Я говорила это Стэнли, я всем говорила то же самое.
- А сейчас говоришь мне.
- Но я должна, что ещё я могу сделать.
- Понятно.
Ну так и что там за страшное бедствие?
- Ну...
Я не могу выйти за тебя, мой дорогой.
- Ты не можешь за меня выйти. Очень смешно.
- Тебя это забавляет?
- На самом деле нет.
Итак, ты не можешь за меня выйти.
Что ж, это значит, ты выходишь
за кого-то другого.
Полагаю, что этот счастливчик - Стэнли?
И за какую сумму он с тобой столковался?
- Нам обоим было бы проще,
если бы ты отнёсся к этому
чуть более цивилизованно.
- О, я цивилизован.
Я отпускаю тебя.
Желаю тебе всего хорошего.
Даже этому бедняге Стэнли,
или кто бы он там ни был, я тоже желаю всего хорошего.
- Ты прекрасно знаешь, кто это.
Ты сам нас познакомил.
- Но ты же о не Стэнли Брайтуэйте?
Об этом аферисте?..
- Он финансист.
- О.
Ну, как бы он там себя сейчас
ни называл,
у него по-прежнему самые отвратительные
застольные манеры из всех, кого я знаю.
- Видишь ли, в мире есть
вещи более важные,
чем застольные манеры.
Хотя ты, возможно, так и не считаешь.
- И каковы же, по-твоему,
эти более важные вещи?
- Определённый образ жизни.
Путешествовать, видеть мир,
красивые места,
носить хорошую одежду, украшения.
- Ты верна себе, Хелен -
у тебя всегда были возвышенные запросы.
- Но прежде всего - не быть заживо похороненной
на этой ферме, как ты её называешь.
- А почему не так, как ты её всегда называла?
Убежище...
Место, где можно провести
всю оставшуюся жизнь в гармонии.
- Правда, Артур, у тебя талант
быть противным.
- Да что ты?
Ну так, с кем поведёшься, от того и наберёшься.
- Думаю, мне лучше уйти.
- Да, Стэнли уже заждался.
Но скажи-ка мне одну вещь,
прежде, чем уйдёшь.
Почему ты сначала согласилась
выйти за меня?
- Боялась - вдруг не встречу
ничего получше.
Прощай, Артур.
- Привет, Джон, рад видеть.
- Привет, Артур.
- Надеюсь, это не официальный визит?
- О, вовсе нет.
Я ехал в город и решил остановиться
посмотреть на новый предмет
гордости и восхищения.
- Ну и как тебе нравится?
- Очень впечатляюще.
Наверняка оборудовано по последнему слову техники?
- Полностью. Пойдём внутрь, я покажу тебе.
Со всем этим оборудованием
я могу даже самостоятельно
смешивать корм для кур.
Всё необходимое
для сбалансированного питания
хранится в этих ёмкостях.
- Кажется, у тебя появилась
новая цель в жизни -
управлять всей фермой
самостоятельно.
- Не такая уж новая. Я шёл
к этой цели больше года.
- Да, с тех пор, как Хелен...
- С тех пор...
С тех пор, как я набрался ума,
давай скажем так.
- Что ж, можно и так сказать.
Ты действительно счастлив здесь?
- Ну конечно.
Почему это тебя удивляет?
- Ну не знаю.
Мне кажется, по-хорошему, тебе надо бы жениться.
- Женитьба - это последнее,
что я когда-либо сделаю.
Джон,
тебе просто не знакома радость от того,
что все идёт именно так, как ты этого хочешь.
Ни малейших неудобств.
Не надо угождать требованиям других людей.
Это превосходная жизнь, правда.
- Но неужели тебе нравится жить одному?
- Мне нравится делать то, что хотели бы делать
большинство людей,
но у них просто не хватает смелости.
Они так боятся остаться в одиночестве,
что окружают себя кучей друзей,
которые им даже не нравятся.
Или женятся на них.
И проводят остаток жизни,
удивляясь, почему они так несчастны.
- О, а вот это звучит довольно цинично.
Но ты передумаешь.
Однажды какая-нибудь красотка
заглянет сюда, и тогда...
Посмотрим.
Сыграем вечером в шахматы?
- Конечно же. Увидимся в пабе,
в обычное время.
- Хорошо, буду ждать.
- Милый, я вернулась.
Она действительно вернулась ко мне.
Она была полна энтузиазма.
Во время ужина она болтала, не умолкая,
но я почти не слушал.
Я понял, как удачно она рассчитала
время своего прибытия.
Раз она уже переступила через порог,
я не мог закрыть перед ней дверь.
Она была само очарование и нежность,
преисполненная заботливости.
Она спокойно принимала мое
сочувствие как должное.
К сожалению, это заставило меня вспомнить
о словах, которые я говорил ей
в горячке наших первых дней:
неважно, что может произойти
между нами,
но если она попадет в беду,
то сможет рассчитывать на мою помощь.
Я человек слова,
и мне была невыносима мысль,
что я его нарушу.
- Правда, чудесный ужин?
- Восхитительный.
- Я сделаю кофе, выпьем его в гостиной.
А посуду можем оставить до утра.
- В смысле, не мыть её?
- Можем помыть утром, какая разница?
Видимо, никакой.
Ты что, решила, что это пепельница, Хелен?
- Нет, конечно. Я просто не смогла
найти пепельницу и воспользовалась этим.
Пепел не навредит ей, милый.
Вот. Твой кофе.
- Спасибо, не хочу.
- Артур, в чём дело?
Почему ты на меня так смотришь?
И ты делал так на протяжении всего ужина.
- Что я делал на протяжении всего ужина?
- Ну, смотрел на меня так, как будто...
Эмм, как будто ты злишься на меня,
или как будто ты не очень рад меня видеть.
- О, но я рад тебя видеть.
Как же мне не радоваться?
- Ты думаешь о той ужасной сцене,
которая произошла между нами
в тот последний раз, да?
- Да, это не выходит у меня из головы.
- Ну, мы оба были расстроены.
Мы оба говорили то, чего
на самом деле не думали.
Теперь всё будет по-другому. Вот увидишь.
- Уже вижу.
Значит ли это, что ты
оставила мужа насовсем?
- О, ты был так прав насчёт него, Артур.
Он просто скотина, даже больше,
чем ты можешь представить.
- Богатая скотина, насколько я помню.
- Деньги - это ещё не всё.
- В самом деле?
Но год назад ты считала иначе.
- Ну, я многое поняла за этот год.
- И я тоже.
Главное - что мне нравится
моя теперешняя жизнь.
И я не намерен ничего менять.
- Но я не собираюсь менять
твою жизнь, милый.
- Само твоё присутствие меняет её.
- Ты же не собираешься прогнать меня?
Куда мне идти? Что мне делать?
О, прости, милый.
Это чепуха. Просто старая кофейная чашка.
- Хочешь ликёра?
- О, с удовольствием.
- Тебе действительно некуда идти,
Хелен?
- Только сюда.
- Значит, денег у тебя тоже нет.
- Он не дал мне ни гроша.
- А как же суд?..
- О, нет. Я не могу тащить его в суд.
Мне не под силу судиться
с таким богатым человеком,
он наймёт адвокатов и всё такое...
- Гм, да, понимаю...
То есть, если бы я тебя выставил,
ты стала бы нищенкой.
- Я предпочла бы умереть.
- Я думаю, это очень мудрое
решение, дорогая.
И самое меньшее, что я могу сделать
в память о прежних днях -
помочь тебе в этом.
- Джон.
- Можно войти?
- Да, пожалуйста.
Что-то случилось?
- Боюсь, что да.
- То есть, это официальный визит?
- Да.
- Надеюсь, ничего серьёзного.
- Это очень серьёзно.
- Ну, тогда лучше проходи.
Если разговор серьёзный,
давай устроимся поудобнее.
Прошу.
- Я должен спросить, знакома ли тебе
женщина по имени Хелен Брайтуэйт?
- О, ну конечно.
Когда-то я был с ней помолвлен.
До того, как она вышла замуж за Стэнли Брайтуэйта.
- Когда ты видел её в последний раз?
- Примерно три недели назад.
Она неожиданно явилась сюда под вечер.
В чём дело, Джон? Ты что, думал,
я собираюсь врать?
- Её след ведёт к твоей ферме.
С тех пор о ней никто ничего не слышал.
- Ох, я так рад.
- Рад?
- Да, значит, ей всё же удалось
сбежать от него.
- Сбежать от кого?
- От мужа.
Она бросила его, а он хотел вернуть её назад.
Видимо, он был ужасным человеком,
и она предпочла всё, что угодно,
только не это.
- Понятно.
Когда в точности она была здесь?
- Мм, примерно...
Три недели назад, в четверг.
Как раз тем вечером, когда
мне пришлось отменить
нашу партию в шахматы, если помнишь.
- Я помню, 24-го.
И что произошло?
- Ну, я не хотел говорить тебе...
Я хотел бы избежать сплетен,
но знаю, что могу положиться
на твою сдержанность.
Понимаешь, она явилась, ожидая,
что я помогу ей.
Но у меня не было причин помогать ей.
Когда я отказал ей, она разозлилась
и в ярости убежала.
Собственно говоря, она даже
оставила свой чемодан.
Он до сих пор здесь.
Я ожидаю, что она пришлёт за ним.
- Можно мне взглянуть?
- Ну конечно.
- Тебе не кажется странным,
что женщина ушла без своего чемодана
и без кошелька?
- Я холостяк, сержант,
и я не знаю, как обычно ведут себя женщины.
Думаю, что простодушие
моего рассказа
и его кажущаяся глупость
заставили его усомниться в справедливости
своих первоначальных подозрений.
Ведь если бы я был убийцей,
я бы, конечно, постарался выбросить
изобличающие меня улики в реку,
и таким образом присоединился бы
к многочисленной группе тех из нас,
кто совершил подобную ошибку.
Вещи, выброшенные в реку,
имеют обыкновение всплывать
в самый неподходящий момент.
А я знал, что ни чемодан, ни другие вещи
ничего не значат,
пока не найдено тело Хелен.
- О, привет, Джон.
- Это инспектор Бен Либенберг
из отдела криминальных расследований.
Мистер Артур Уильямс.
- Добрый вечер. Простите,
что беспокоим вас.
- Всё в порядке, проходите.
- Спасибо.
- Чем я могу вам помочь?
- Понимаете, мистер Уильямс,
мы всё ещё пытаемся найти
эту несчастную молодую женщину,
миссис Брайтуэйт.
- О, значит, до сих пор никаких
её следов не найдено?
- Нет, с тех пор как она уехала отсюда.

Какой уютный у вас дом.
- Да, не правда ли. Хотите осмотреть его?
- Спасибо, хотел бы.
- Пойдёмте.
Я начал с гостиной и столовой.
Было приятно, что инспектора
так заинтересовал мой дом,
и я был только рад показать ему всё.
Он осматривал всё очень внимательно.
Затем мы пошли в кухню.
Я объяснил инспектору,
что не хочу держать прислугу,
и устроил мой дом и ферму
насколько возможно самодостаточными.
После того, как мы всё обошли,
я повёл их на птичник.
Я объяснил им принцип размещения цыплят.
Чем меньше они двигаются,
тем лучше набирают вес
и больше ценятся на рынке.
Когда я показал им новый амбар,
они, опять же, были впечатлены тем,
как многое можно спрятать
в моих резервуарах для хранения.
Но они ничего не сказали.
- Ну, спасибо вам, мистер Уильямс.
- К вашим услугам. Я очень горжусь своей фермой.
- Да, понимаю.
Что ж, прощайте.
- До свидания.
- Артур, до свиданья.
Прошла неделя, но они не возвращались.
Но меня стало раздражать постоянное наблюдение.
Особенно констебль Бэрри.
Они изменили его маршрут таким образом,
что он мог заходить в мои ворота
и глазеть на всё, что тут происходит.
Тогда я решил обострить ситуацию.
И мне показалось, что самый
простой способ сделать это -
представить всё так, как будто я повторил ошибку
доктора Криппена и сбежал.
Я выбрал своё укрытие очень тщательно.
Я знал, что полиция уже дотошно
обыскала пещеры
на несколько миль вокруг моей фермы.
Так что была вероятность, что никто
меня не побеспокоит.
Так и вышло.
Но по истечении трех дней я решил,
что моя цель достигнута.
Кроме того, мне больше нечего
было читать,
и мне наскучил мой рацион,
который был хоть и приемлемым,
но всё же довольно однообразным.
- Неужели, Джон. Что за приятный сюрприз.
- Где ты был?
- О, ты беспокоился. Извини.
Мне пришло в голову, что миссис Брайтуэйт
могла заблудиться
где-то в пещерах, так что я
отправился искать её.
- Но тебя не было три дня.
- Да, к несчастью, я и сам заблудился
и всё это время провёл
в поисках выхода.
Ой, но вы, как вижу, времени не теряли.
Нашли что-нибудь?
- Лучше зайди в дом, инспектор
хочет видеть тебя.
- О, буду очень рад
снова повидать его.
- Ну так иди, и я за тобой.
- Какая-то не очень правдоподобная
история, мистер Уильямс.
- Правдоподобная или нет, - это правда.
- Вы надеетесь, что мы поверим
в такую очевидную ложь?
- Я надеюсь, что вы будете вежливы.
Учитывая объём ущерба, который
вы уже нанесли моему имуществу,
это наименьшее, что вы можете сделать.
- Мы только выполняли свой долг.
- Да что вы?
Единственным оправданием тому,
что вы делали,
было бы найти то, что вы ищете.
- Мистер Уильям, я хотел бы...
- Сержант, мы нашли тело, сэр.
- Неужели?
Замечательно. И где же оно было?
- Оно было в амбаре, сэр.
- Хорошо, констебль, можете идти.
- Понятно.
Это была маленькая хитрость.
Вы меня разочаровали, инспектор.
Я ожидал от вас чего-то
не столь ребяческого.
Разумеется, они так и не нашли тело Хелен.
И сколько бы они ни подозревали,
что она была убита,
у них не было доказательств.
Несмотря на тщательные поиски,
тело найдено не было,
и с учётом того факта, что у меня не было
никакого очевидного мотива для убийства,
облако подозрений постепенно рассеялось.
К Рождеству даже сержант Терон
поверил в мою невиновность.
И чтобы показать, что я не держу обиды,
я послал ему пару петушков
в качестве рождественского подарка.
Ну вот и всё, что я хотел рассказать.
Сержанту Терону петушки очень понравились.
И я был этому рад.
Я вырастил этих курочек
на особой новой диете,
к которой приложил немало усилий.
Там были разнообразные ингредиенты,
которые я обработал собственноручно,
используя мою новую молотковую дробилку,
чтобы хорошенько всё перемолоть.
Сержант Терон попросил меня список
ингредиентов, которые я использовал,
чтобы сделать такую же смесь
для собственных курочек,
и я с радостью дал ему.
Я перечислил все ингредиенты.
Кроме одного, конечно.
Я не упомянул об одном ингредиенте, -
самом существенном.
У нашей истории - очень печальный конец.
Благодаря превосходному корму из костей,
мяса и крови,
который использовал Мистер Уильямс,
его куры выросли до колоссальных размеров.
Тогда это и случилось.
В тот день, когда он пробирался
сквозь голодную стаю кур...
Но это слишком ужасно, чтобы описывать.
Пожалуйста, вернитесь через минутку,
когда я возьму себя в руки.
Я отказался от бизнеса с яйцами.
Наша модель оказалась успешной
всего один раз.
Только одна курица добросовестно
воспроизвела её в точности.
К сожалению, область применения
пластиковых яиц остаётся довольно ограниченной.
Кажется, пришло время пожелать
вам спокойной ночи.
Через неделю мы вернёмся с новой историей.


Серия 2

Добрый вечер, дамы и господа.
Думаю, стоит перерезать эту верёвку,
она преграждает мне путь.
Что-то я не вижу своего товарища.
Минуту назад он был здесь,
а потом вскрикнул и исчез.
Ой-ой.
Кажется, я совершил оплошность.
Мой друг был на том конце
верёвки.
Какое несчастье.
Он был также моим партнёром
по бизнесу.
Но шоу продолжается.
Сегодня мы представляем
небольшую ледянящую душу историю,
озаглавленную "Хрустальный саван".
Остаётся чуть-чуть её подождть.
ХРУСТАЛЬНЫЙ САВАН
В ту среду я приехал из Лондона,
чтобы впервые посетить Альпы.
Странно: после стольких лет
я помню, что это была среда.
Среда в сентябре 1907 года.
Я ехал в поезде по долине.
Тёмные купола туч скрыли Шварцхорн,
но я мог разглядеть широкое
застывшее покрывало ближайшего ледника.
Он выглядел величественно.
По крайней мере, мне так казалось
из-за его массивных ледяных глубин
и его безмолвного, неустанного потока,
который полз вдаль
в неуклонном направлении.
Теперь, 40 лет спустя, я знаю
о ледниках кое-что ещё.
Что-то, чего я предпочёл бы
не знать никогда.
Я должен был встретиться с моими проводниками,
Блауэрами, в отеле Бауд Хаус.
Я уже ходил с Блауэрами
на лёгкие вершины в Австрии,
готовясь к подъёму на Шварцхорн.
- О, приветствую!
Добро пожаловать, добро пожаловать.
Распишитесь здесь, пожалуйста.
Всё уже готово.
- Как ваша матушка?
- Превосходно!
Едва я вошёл в вестибюль,
как обнаружил обоих, Фредерика и Ханса
Блауэров, поглощенных,
как обычно, спором с каким-то мужчиной.
- Ханс! Фредерик!
- Вы как раз вовремя, чтобы
нас рассудить.
- Мне кажется, вы спорили,
ещё когда я покинул вас
в прошлом году в Торино.
- Но! никогда друг с другом,
мистер Кавендиш.
Только с теми, кто оскорбляет
наши умственные способности.
- Мне всё равно! Я видел то, что видел!
- Этого не может быть!
- Они были прямо на вершине.
Может быть, вы всё ещё сможете
их увидеть.
- Что я должен увидеть?
- Два человека на вершине Шварцхорна.
- Сейчас, в 4 дня?
- Я смотрел сквозь это, понимаете?
Внезапно облака расступились,
и показался он, Шварцхорн.
Вдруг двое мужчин попали
в поле моего зрения.
Они были у самой вершины.
- С какой стороны они пришли?
- С южной.
- Видите?
- Это невозможно.
Если бы они пришли с юга,
им пришлось бы идти по склону Лёрнера.
- Уж я-то знаю, где север, а где юг!
Даже ребёнок это знает!
Тот, что шёл первым,
двигался очень медленно.
Он выглядел слабым.
Второй был сильнее,
Я увидел, как он поднял веревку,
что была между ними.
Она была ослаблена. Он стряхнул
с неё снег...
- Верёвка была ослаблена?
А потом?
- А потом облака сомкнулись,
и я больше не мог их видеть.
- Если то, что вы говорите - правда,
это может быть очень серьёзным.
- Вот и мы говорим то же самое,
мистер Кавендиш.
Он не должен расхаживать тут
и выдумывать пододобные истории.
- Да я видел это, говорю же вам!
В принципе это возможно.
Понимаете, в принципе.
В погожий день группа,
идущая этим маршрутом,
может оказаться на вершине Шварцхорна
в четыре часа пополудни.
Но в такой день, как сегодня,
ни один человек в здравом уме
не полезет ни на один из гребней
этой горы.
- Поэтому я надеюсь, что вы ошиблись.
- Пойдёмте, поможете мне
распаковать вещи.
Покажу вам ботинки, которые
я купил в Лондоне.
- Мистер Кавендиш?
У меня плохие новости.
Произошёл несчастный случай.
- На Шварцхорне?
- Как вы узнали?
Рэнкс только что прислал сообщение
из хижины Верна.
- Рэнкс? Какое он имеет к этому отношение?
- Он был с ним. Это ужасно!
Они были так молоды... Мальчишки!
Он - ваш соотечественник, вот
я и пришёл к вам.
- Вы, наконец, расскажете мне,
что случилось?
- Они прибыли сюда на прошлой неделе.
Они были неопытными альпинистами,
но отнеслись без почтения
к нашим проводникам и к нашим горам.
Они никого не хотели слушать.
Если бы только господин Рэнкс
не приехал из Австрии.
Вы с ним знакомы?
Нет, но Блауэры рассказывали
мне о нём.
Они говорили, что он может
взбираться с кем угодно.
- Как только он встретил
этих двух молодых людей,
он предложил им подняться
на склон Лёрненра.
Они поднялись в хижину Верна,
переночевали там
и начали подъём на Шварцхорн
с запасом провизии на 3 дня.
Это было 4 дня назад!
- И Рэнкс вернулся назад один?
- Нет. Один из ребят вернулся с ним.
Джордж Листон.
Его переправили вниз,
в клинику в Бриге,
в надежде спасти его кисти и ступни
- он их сильно обморозил.
Но другой парень, Майкл Бэллистер...
Он умер, когда они почти
добрались до вершины.
Рэнкс сказал, что они с Листоном
были слишком измождены, чтобы нести
его тело вниз,
так что они оставили его там.
Мы должны пойти и забрать его,
как только распогодится.
- Вы хотели попросить меня об этом?
Нет, есть кое-что ещё.
Его жена...
Жена Бэллистера здесь, в отеле.
Кто-то должен сказать ей.
- Вы хотите, чтобы я?..
- Ну а кто ещё...
- Но почему я?
- Она, как и вы, англичанка.
И будет лучше, если она услышит это
от кого-то из соотечественников.
Они женаты всего шесть месяцев.
Весь день она старается скрывать,
как тревожится за него.
- Где она сейчас?
- В обеденной зале.
Лучше рассказать ей сейчас.
Миссис Бэллистер, вероятно,
вы не знакомы с мистером Кавендишем.
Он только сегодня прибыл из Лондона.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Прошу прощения.
- Можно?
- Конечно, садитесь.
Так приятно снова услышать
английскую речь.
Никак не могу привыкнуть
ко всем этим акцентам.
Это одна из моих любимых мелодий.
Вы танцуете, мистер Кавендиш?
- Ну, я...
- Забавно, в Лондоне я сочла бы
неприличным
спрашивать вас об этом.
Но здесь это кажется вполне
нормальным, правда?
- Я полагаю, вы достаточно
сильная личность.
- О, почему вы говорите об этом?
- Я надеюсь... Нет, я молюсь,
чтобы это было так.
- О чём вы?
- Миссис Бэллистер,
мне поручено сказать вам что-то,
и боюсь, независимо от того,

насколько деликатен я буду...
Говорят, что в такие моменты
лучше присесть...
Но думаю, вы из тех женщин,
что предпочитают стоять...
- Не знаю, что вы пытаетесь
сказать мне,
но что бы это ни было -
пожалуйста, говорите.
- Миссис Бэллистер, ваш муж погиб.
Его тело осталось на Шварцхорне.
- Это не правда.
Не может быть правдой!
Как это случилось? Он сорвался в пропасть?
- Судя по всему, он умер от истощения
и переохлаждения.
- Может, есть шанс, что он всё ещё жив?
_ Нет.
- Ведь мы едва начали...
Майкл и я...
Мы только начали...
- Утром мы пойдём,
и я постараюсь доставить его вниз.
- Но он говорил, что это
всего лишь поход в горы.
Он обещал, что всё будет хорошо,
и что мне не о чем волноваться.
- Миссис Бэллистер,
Шварцхорн - одна из самых
опасных вершин в мире.
Там погибло много опытных! альпинистов.
- Вы же найдёте его, да?
Вы принесёте его сюда, ко мне?
- Я сделаю всё, что смогу.
- О, прошу вас!
Я не знаю, как перенести это:
ни разу больше не увидеть его,
ни взглянуть на него,
ни прикоснуться...
Мы пересекли гору по восточному гребню,
спускавшемуся к югу.
Мы нашли Бэллистера.
А затем произошёл
мрачнейший эпизод
того ужасного дня.
С бесконечной осторожностью
мы принялись развязывать
замёрзшую верёвку, обвязанную
вокруг него.
Порыв снега на секунду ослепил нас,
отбросив назад,
и в этот момент тело
выскользнуло из наших рук.
Мы бессильно смотрели,
как оно, набрав скорость,
исчезло в расселине.
- Он упал в ледник.
Я не мог избавитьтся от чувства,
что каким-то образом я предал её доверие.
Я узнал, что ещё ребёнком
она потеряла обоих родителей.
Она казалась такой потерянной,
такой одинокой.
- Спасибо.
- Можно и мне счёт, пожалуйста.
- Вам не стоит уезжать только
из-за того, что я уезжаю.
Я вполне могу позаботиться о себе.
- Я не хочу здесь оставаться.
- Когда вы должны быть в Лондоне?
- Не раньше, чем через две недели.
- Вы могли бы поехать со мной в Бриг?
- В Бриг?
- Да, Джордж Листон
в тамошней больнице.
Я хочу поговорить с ним и
с тем человеком, герром Рэнксом.
И поскольку вы многое знаете
о горах и о восхождениях,
я подумала... возможно, вы могли бы
поехать со мной.
Я хочу выснить, правду ли он говорит.

- Правду? О несчастном случае?
А с чего бы нет?
- Майкл был сильным.
Он бы не погиб так.
Должно быть, там что-то произошло.
Я должна это выяснить.
Вы поедете?
- Да, я поеду.
- Спасибо, мистер Кавендиш.
В этот момент я понял, что хочу
слышать, как она зовёт меня "Марк".
Не мистер Кавендиш, а Марк.
"Марк, мой дорогой".
"Марк, мой любимый."
В тот момент я понял,
что полюбил её.
- Здравствуйте, герр Рэнкс.
Это миссис Бэллистер, а я её друг..
- Сожалею о вашем муже.
- А я сожалею, что меня не было
в тот день в отеле, когда вы
приехали туда
и убедили его идти с вами.
Возможно, если бы я была там,
он не пошёл бы.
- Я понимаю ваши чувства.
Вы вините меня, и вы правы.
Отчасти я несу за это ответственность.
- Что вы имеете в виду -
несёте ответственность?
- У нас было недостаточно еды,
это был мой просчёт.
И мне следовало учесть юность
моих компаньонов.
Понимаете, молодые люди не очень
хорошо лазят по горам.
У них недостаточно тренированные
лёгкие и ноги.
Мне не следовало вести их.
И я должен был лучше следить
за вашим мужем, мадам.
Он был неопытным альпинистом.
Я пытался предостеречь его,
чтобы он не шёл так быстро.
Но он был юн и верил, что нет ничего,
что он не смог бы превозмочь.
Включая Шварцхорн.
В результате он просто рухнул.
Его сердце отказало.
Клянусь вам, мы оставались с ним
до самой его смерти.
Хотя ветер был опасен для нас,
а он со всей очевидностью умирал.
Мы оставались с ним, покуда
всё не было кончено.
- Почему вы делаете такой упор
на то, что оставались с ним?
- Потому что для нас это был
огромный риск.
Для меня и Листона.
- Откуда мне знать,
что вы оставались с ним?
Откуда мне знать, что вы не ушли,
бросив его одного умирать
на горном хребте?
- Потому что я рассказал вам,
и Листон скажет вам то же самое.
Мы были с ним до самой смерти.
- Там, наверху, - холод, мрак
и полнейшее одиночество,
в то время, как я ждала в отеле.
Горел камин, играла музыка.
Вы бросили его там умирать!
Я уверена!
- Нет! Пожалуйста!
Вы бросили его! Я знаю!
- Я уже сказал - это моя вина.
Чего ещё она ждёт от меня?
- Простите меня, мистер Кавендиш.
Мне стыдно за своё поведение.
- Всё в порядке.
- Я доставила вам столько хлопот.
Спасибо.
Больше нет смысла оставаться здесь.
- А как же Джордж Листон?
Вы не хотите с ним поговорить?
- А что ещё он может сказать?
Нет, это ведь не вернёт Майкла.
Ничто не вернёт его.
Только я.
- Вы?
- У нас с Майклом было то,
что есть у очень немногих -
идеальный брак.
Возможно, для вас это прозвучит странно,
но это было каким-то образом
предопределено
что мы должны встретиться
и полюбить друг друга.
Шесть месяцев, такое короткое время,
но у нас было больше, чем у большинства
людей бывает за всю жизнь.
Намного больше!
Так я и верну Майкла.
Вспоминая его.
Я буду брать каждый момент,
когда мы были вместе,
и растягивать его на месяц
или год воспоминаний.
Таким образом, даже если я
проживу до 80,
это не будет слишком долгим,
чтобы вернуть себе всё это.
- Стелла...
Это ошибка - жить прошлым.
Неважно, как сильно мы стараемся,
невозможно заставить время
остановиться,
как невозможно сохранить розы
прошедшего лета.
- О, это возможно. Вы не понимаете?
Возможно!
Например, если поместить их в лёд.
Так они могли бы оставаться вечно.
Ведь могли бы?
Я вернулся со Стеллой в Лондон.
В последующие недели я виделся с ней,
всякий раз, когда она это позволяла.
Однажды я сводил её на концерт,
дважды мы были в театре.
Но сама она вплоть до Рождества
этого первого года
никак меня не обнадёживала.
Я получил записку с приглашением на чай
в её дом в Мэйфэре.
Повинуясь этому призыву,
я зашёл тем утром к ювелиру
и забрал кольцо, которое заказал
неделей раньше,
кольцо, которое, я знал,
не надену на палец ни одной женщины,
кроме Стеллы.
- Марк, я так рада видеть тебя.
- Здесь очаровательно, Стелла.
Разумеется, по-другому и быть не могло.
- Присаживайся.
Я так признательна, что
ты нашёл время прийти сегодня.
Это очень важный день.
- Мне тоже так кажется.
Стелла, я...
Раньше я не думал,
что пришла пора, но сейчас...
Это скажет обо всём лучше, чем я.
- Если бы я когда-нибудь снова
смогла надеть чьё-то кольцо,
это было бы твоё, Марк.
Мне очень жаль.
- Стелла, прошу тебя, подумай над этим.
Я... Я люблю тебя...
и тебе... тебе нужен кто-то...
- Марк, я не могу.
То место, куда я поведу тебя сегодня,
и то, что мы будем делать,
объяснит тебе, почему я не могу.
- Что ж, миссис Бэллистер,
не стану утомлять вас научными рассчётами,
Думаю, вам просто...
- Это не утомит меня, профессор.
Я хочу быть уверена, вот и всё.
- Хмм.
Вопрос состоял в том,
с какой скоростью и на какое расстояние
ледник сдвигается каждый год.
Скорость потока различается
от года к году,
в зависимости от соотношения
линии плавления
и областью питания
в верхней части ледника.
Линия плавления, само собой,
находится на нижнем его конце.
Это абляция, или зона таяния ледника.
Течение ледника фактически
начинается внутри самого льда,
по меньшей мере в 60 метрах
ниже поверхности.
Так мы получаем базисное скольжение
вдоль русла долины,
вызванное, главным образом,
действием силы тяжести.
Но лёд также движется из-за
столкновения кристаллов, потерявших форму.
Мы называем это пластическим течением.
Измеряя зернистость и направление
кристаллов льда,
считывая показания микро-высотометра,
проверяя гравиметром породу,
мы можем рассчитать скорость течения
довольно точно.
Могу сказать, миссис Бэллистер,
что 21 июля 1947 года,
скорее утром, чем днём,
ваш муж высвободится изо льда
у подножия ледника.
- Видишь, Марк?
В конце концов я получу Майкла назад.
Я понял, что Стелла сделала
свой выбор.
И что в следующие 40 лет она
намерена ждать Майкла,
так же, как я знал, что должен
ждать Стеллу.
Годы пронеслись один быстрее
другого.
И теперь я снова ехал по долине.
Это был облачный день,
как и в ту среду 40 лет назад.
И я снова смотрел на широкое
ледяное покрывало ледника.
Теперь я знал, что это такое.
Могильная плита.
Бескрайний хрустальный саван
окутал нас.
Сформировал нас. Выпил нас.
Придал застывшую форму
Стелле и мне, к этому дню.
К 21-му июля 1947 года.
- Думаю, тебе стоит вернуться в отель.
Я приду и позову тебя,
когда придёт время.
- Но профессор сказал:
"Вероятнее, утром,
чем днём".
Ты что, не помнишь, Марк?
- Помню, но какая разница.
- Он не мог ошибиться!
- Нет, конечно нет, но всё же
я думаю, тебе стоит подождать в отеле.
- Нет, Марк, я хочу остаться.
- Мистер Кавендиш, смотрите!
Ледник обошёлся с Майклом
Бэллистером очень бережно.
Годы никак не сказались на нём.
Глядя на него и на Стеллу,
я мог видеть, что годы
сделали с ней.
И я знал, что они сделали со мной.
- Твой медальон всё ещё был
на его шее, Стелла!
Девушка, что смотрела на меня,
была не Стелла, а какая-то
незнакомка.
Миленькое, но заурядное личико.
- Это...
это твой портрет.
Сходство не очень, но...
Спасибо, Марк,
но у него не было медальона
с моим портретом.
Вот вам наша версия
"Разносчик льда грядёт"
(пьеса Юджина О'Нила).
Через минуту я вернусь
для последнего слова .
Но сначала мы подойдём к одной
из этих предательских расщелин,
что пронизывают ледник телевидения.
Полагаю, мне стоит начать спуск,
прежде чем я
превращусь в легенду
об ужасном снежном человеке.
На следующей неделе я снова вернусь
с ещё одной историей,
скрещённой с рекламой.
А пока доброй ночи.


Серия 3

От нашего спонсора.
НАЗНАЧЕНО НА ОДИННАДЦАТЬ
Дэви?
Дэви, с тобой всё в порядке?
Да,
Всё хорошо.
Хорошо.
Ма, я долго спал?
Полчаса, не больше.
Надо было разбудить меня!
Вон как поздно....
- Слушайте, эта жара когда-нибудь
кончится, а?
- К вечеру станет прохладней.
А я вот не жалуюсь, ма.
Меня эта жара вполне устраивает.
Я приготовила холодный кофе.
Выпьешь?
Нет, мам.
Какое странное чувство -
обнаружить, что твой отец
всего лишь такой же человек,
как и все прочие.
И что он может просто взять и уйти,
как будто...
как будто здесь ему всё безразлично.
Ох, прошу тебя, милый...
Пожалуйста, забудь об этом.
Бог с ним.
Что ты собираешься делать, мам?
Спрятать голову в песок
и делать вид,
что всё осталось по-прежнему?
То, что произошло между твоим отцом
и мной - это наше дело.
Тебя не касается.
А я и не просил, чтобы меня это касалось.
Однако коснулось.
Дэви?
Дэви, куда ты собрался?
У меня назначена встреча.
Но я приготовила ужин, Дэви.
Пожарила курочку,
Как ты любишь.
Я не голодный.
Не уходи, Дэви!
Останься!
Побудь тут со мной.
Слушай, что-то ты не слишком весёлый.
В чём дело?
Я тебе не нравлюсь?
Мне не нравятся блондинки.
Эй, тебе не нравятся блондинки,
или не нравлюсь я, а? Кто именно?
Мне не нравятся блондинки с голубыми глазами.
Гм, у тебя карие глаза.
Ну, ты всё еще имеешь что-то против блондинок?
Всем нравятся блондинки,
ты не знал этого?
Серьёзно, это факт!
Все предпочитают блондинок.
Но не я.
Между прочим, сколько, по-твоему, мне лет?
Ой, я..
Я не знаю
Но ты ужасно милый!..
Не пытайся быть со мной секси, дорогуша.
Я же сказал тебе - меня не заводят блондинки.
Чего я вообще с тобой сижу,
разговариваю.
Я должен праздновать!
Эй!
Эй, подожди минутку!
Слушай, у тебя что, день рожденья?
С чего ты взяла?
Ну, ты же спросил меня,
сколько, по-моему, тебе лет..
Вот я и решила, что у тебя
сегодня день рожденья.
Нет, нет..
Да.
Почему бы и нет?
Да, у меня день рождения!
Это будет мой день рождения!
В 11 часов вечера я буду рождён!
Ой, знаешь что?
У тебя очень красивые часы.
О?
Мой отец подарил мне их,
когда мне было 14.
Ну, а теперь, как ты думаешь, сколько мне лет?
По правде, я не очень хорошо
угадываю возраст.
Обещаешь хранить тайну?
Вот те крест!
Мне всего 17.
Мне даже нельзя находиться здесь и пить.
У этого парня могут отобрать лицензию.
Тогда зачем же ты?..
Потому что я праздную!
Я праздную рождение.
В 11 вечера я буду рождён!
Послушай-ка!
Я не понимаю тебя.
Что должно произойти?
Поняла, ты сядешь в самолёт!
Не в самолет. Не я.
Я буду рождён.
Я мог бы родиться заново.
Ты что, битник какой или типа того?
Нет, нет.
Тогда почему ты не можешь
выражаться ясно?
Я вообще не улавливаю, о чём ты.
Ох, потому что я летаю...
Я летаю, я кружу
по этой большой тёмной пещере
в ожидании света,
который обрушится на меня.
Четыре бурбона, пожалуйста
О! Настоящая американская милашка.
Эй, скажи-ка мне..
скажи, почему тебе не нравятся блондинки?
Потому что она была блондинкой
Кто?
Она...
А, какая-то твоя знакомая блондинка..
Нет.
Не совсем так.
Она не была моей знакомой.
Но она была блондинкой.
Она была как раз такой классической блондинкой.
Она была там, в квартире.
И он там тоже был.
Кто?
Он.
Мне было 12 лет.
Моя мать работала официанткой,
а он...
Он был пианистом.
Он работал по ночам,
не слишком часто, поскольку
дело с оркестром не ладилось,
а ещё потому что он много пил.
Иногда он получал десятку
за выступление
и оставался на пару стаканчиков
в баре Дулли.
А потом шествовал вверх по улице,
раздавая четвертаки,
и к тому времени, когда добирался
до нашего дома,
он снова был без гроша.
Но знаешь?..
В том квартале все его любили.
О ком ты говоришь?
О нём.
Мне было 12.
В тот день я вернулся из школы раньше.
Я пришел...
Вошёл в дом с книгами подмышкой..
а они были там.
Он и та блондинка... Они...
Эта блондинка с большими голубыми глазами!
Я...
Я не знал, что делать.
Я просто стоял там и смотрел.
Она улыбнулась и сказала:
"Привет, сынок".
Тогда я убежал.
Это был твой отец?
м Да.
Все отцы одинаковы.
Но почему сейчас тебя это так гнетёт?
Гнетёт меня?
С чего ты это решила?
Да я рад, что я тогда выяснил, каков он,
вот и всё.
Ты рассказал об этом матери?
Нет.
Почему?
Я не знаю.
Я считал.. я думал, что он..
объяснит мне всё позже, когда я вернусь домой.
Но он не стал.
Той женщины уже не было.
Он сидел один в гостиной,
смотрел в окно и курил сигару.
Он всегда ходил по дому с зажжённой сигарой.
Моя мама называла его "Председатель правления".
Он повернулся ко мне и сказал:
"Привет, Дэви".
И я ответил:
"Привет, пап"
и стал ждать.
Потому что я думал, что он объяснится.
А он обернулся и сказал:
"Это лучшее время дня, правда?
Город такой тихий в это время суток".
И всё.
Ничего больше.
И даже не упомянул о блондинке?
Нет.
А потом, недели через две,
он и моя мама поговорили начистоту,
и после этого он ушёл к той блондинке.
И знаешь что?
Он даже не сказал "до свиданья" мне,
его собственному сыну.
Ой, да ладно...
Это не повод ненавидеть блондинок.
Тем более что я - ненастоящая блондинка.
Сколько тебе лет?
О, нет.. Такой вопрос вообще не следует задавать.
Ей был 31.
Что же он сделал, твой отец?
Ничего. На вот, выпей.
Ничего? Ты весь вечер говоришь о нём,
он натворил что-то?
Что он натворил - не твоё дело!
Моё, ещё как моё!
Эй, послушай,
я покажу тебе...
Слышишь, мальчик-колокольчик,
я тебе покажу, что это и моё дело!
Я сидела там...
Какое тебе дело до моего папы!
И я не позволю тебе грубить мне!
Эй, эй, стоп!
Что случилось?
Этот парень докучает вам, мэм?
Нет, он не докучает мне.
Тебе-то что, приятель, а?
Я просто не люблю, когда женщин донимают.
Она же сказала,что её не донимают,
так что иди-ка погуляй, а!
Не стоит, дружок..
Убери от меня эту сигару.
Погоди, тебе стоит научиться...
Убери от меня эту сигару!
Подожди, подожди, подожди...
Хочешь подраться?
Пойдём выйдем,
иначе мы разнесем на кусочки
этот славный бар.
Ну что, выйдем?
Да побью тебя, где скажешь!
- Давай, давай, идём!
Ну, в чём дело?
- Давай, я жду.
- А почему ты вообще хочешь подраться?
- Я тебя не боюсь.
- А кто сказал, что боишься?
Ты просто весь на нервах, да?
- Мои нервы тут ни при чём.
- Слышь, друг...
если ты ввяжешься в драку
с таким парнем как я,
тебе конец.
Я не шучу.
- Кончай болтать и давай, попробуй.
- Парнишка, я не хочу тебе делать больно, ясно.
Ты просто слишком распалился, вот и всё.
- Что, пытаешься увильнуть?
- Стоп-стоп, хорош.
Из-за чего ты хочешь драться?
Давай просто прогуляемся,
это остудит твою горячую голову, а?
Okay?
- Я тебя не боюсь.
- Я знаю, парнишка.
Знаю.
Ну, хорош. Давай пожмём руки.
А? Okay.
Ну давай, всё в порядке.
Всё в порядке.
Вот, видишь, неплохо, да?
Ну? Ты знаешь этот город?
Ты живёшь где-то поблизости?
- Да, я живу здесь..
- Ну так пойдём прогуляемся.
Идём, идём, всё хорошо.
Ты можешь показать мне достопримечательности.
- Да тут особо не на что смотреть.
- Сосиску, пожалуйста.
Ты будешь?
Одну, пожалуйста.
Спасибо.
- Сегодня случится что-то очень важное.
- Да? И что же это?
- Ты когда-нибудь кого-нибудь ненавидел?
- Ясен пень, салага.
Есть парень, которого я ненавижу
прямо в эту минуту.
- Кто он?
- Главный старшина-артиллерист с моего корабля.
Не выношу его.
Он постоянно достаёт меня.
Указывает: сделай то, сделай это.
Короче, я его ненавижу, ненавижу.
Я, я ненавижу его.
Просто ненавижу.
- Да?
- Слушай, однажды я -
как пить дать, дружище -
я избавлюсь от этой гниды.
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, ты понял.. Выкину его
за борт,
пока мы плывём.
- В смысле утопишь его?
- Да, именно это я и имею в виду, парнишка.
- Убьёшь его?
- Эй, ну это...
слишком сильно сказано, приятель.
"Убить" это слишком сильное слово.
Давай не будем.
Отправлю на дно, okay?
-Ты настолько ненавидишь его?
- Эй, слушай, я ненавижу его.
Я ненавижу его больше, чем настолько.
Знаешь, я ненавижу его как...
Короче, ты расспрашиваешь меня,
а сам ты кого-нибудь ненавидел?
- Да.
Ну вот. Ты ненавидишь кого-то настолько, что
хочешь видеть его мёртвым?
- Да.
- Вот то-то и оно. Значит, ты понимаешь,
что я чувствую.
- Я отлично понимаю, что ты чувствуешь.
Но есть одно отличие.
Ты никогда не выкинешь этого парня за борт.
- Ой, откуда ты знаешь, парень?
- Я знаю.
Достаточно только взглянуть на тебя.
Но в моём случае всё по-другому.
Сегодня вечером...
- Даа?
- Сегодня вечером кое-кто умрёт.
-Эй, дружок, не стоит говорить о том, что кто-то умрёт.
- Почему нет?
Видишь ли, парнишка, так уж вышло,
что я из тех ребят, которым можно доверять.
Но если ты расскажешь об этом
кому-то ещё,
тебя могут неверно понять.
Ведь ты же не хочешь, чтобы у кого-то
зародились дурные мысли.
- Какие ещё мысли?
- Ну, чтобы кто-нибудь решил,
что парень, который должен умереть,
- это тот, кто тебе особенно не нравится.
- Я ненавижу его!
- Тише, дружище, тише!
Ты погляди-ка, а!
Это как раз то, о чём я тебе говорю...
- Когда это произойдёт, я так напьюсь...
Сам потише!
что им придётся собирать меня
с улицы губкой.
Когда он умрёт, я буду так счастлив.
- Слушай, бросай эту ерунду!
Том, Том, подожди минутку. Эй!
Будь осторожнее с такими разговорами.
Я серьёзно!
Подожди, Том.
- Хотите начистить обувь, мистер?
Эй, мистер, отполировать их?
Хороший глянец! Отличный глянец!
- Ещё есть время...
- Что будешь, сынок?
- Бойлмэйкер.
- А у тебя есть удостоверение призывника?
- Да, у меня есть удостоверение призывника.
Что, по мне разве не видно?
- Сынок, я же не ясновидящий.
Может, тебе есть 18, а может и нет.
Но я не хочу из-за тебя потерять лицензию,
поэтому покажи свидетельство,
чтобы развеять все сомнения.
- Оно где-то здесь.
- Ой, да брось, Джордж, дай
парню выпить, чего ты?
- Я не могу, покуда он не докажет свой возраст,
и ты это знаешь.
- Перестань вести себя, как старая тётушка,
ради любви к Майку
дай ему выпить.
Давай, Джордж.
Он обслужит тебя.
Он всегда так делает.
Он просто любит устраивать сыр-бор из-за любой ерунды.
Давай, присаживайся.
Знаешь, если человек - ирландец,
он любит устраивать шумиху
по любому поводу.
Это, понимаешь ли, часть его натуры.
- Я знаю.
- В самом деле? И откуда же?
- Мой отец был из Дублина.
Правда? Я и сам оттуда.
Как тебя зовут, юноша?
- Какая разница?
- Просто я полагаю, что мог знать
твоего отца, вот и всё.
- Бармен, принесите ещё виски!
- Ты всё ешё не назвал себя.
- Логан.
Меня зовут Логан.
Хмм, хорошо. Славное ирландское имя.
А как зовут твоего отца?
- Неважно.
- Ну ладно.
Просто, может быть, я его знаю.
- Бармен, я кажется заказал ещё виски!
- Что с тобой?!
И убери отсюда руки,
я этим зарабатываю на жизнь!
Чё тебе надо, малец?
- Я просто хотел посмотреть, кто это...
Пойдём, юноша, пойдём..
Успокойся...
- Эй, Джордж, сейчас начнётся матч.
Спокойней, юноша, ладно? Тише.
- Который час?
- Без двух минут 11.
Эй, ты не собираешься
выкинуть ещё какую-нибудь глупость?
Даже не вздумай!
Так дело не пойдёт.
Послушай меня...
Ты меня слышишь?
Выкинь дурь из головы.
Говорю тебе, как если бы
я был твоим отцом.
- Ах, моим родным отцом?
Да уж, похоже на то. Отлично.
- А, ясно. Ты в ссоре со своим отцом?
Не бери в голову.
Отцы и сыновья ссорились во все времена.
Поэтому ты так злишься на него?
- Мистер, это не ссора отца и сына.
Это только лишь ссора отца.
И я не злюсь на него, мистер.
Я его ненавижу!
Я его люто ненавижу,
вот почему я сегодня здесь!
- Паренёк, успокойся.
Понимаешь, бывают времена, когда
большинство детей ненавидят своих отцов.
Но это проходит. Обязательно пройдёт.
- Нет, вы не представляете,
как вы ошибаетесь.
Даже не представляете, мистер!
- Ну ладно, ладно, паренёк...
Почему бы нам с тобой не съесть по бутербродику, а?
Как тебе такое?
- Я не так уж много выпил, мистер.
Я не шучу:
мой отец скоро умрёт.
И знаете почему?
Потому что его имя - Джонни Логан, мистер.
Вы знаете, кто такой Джонни Логан?
Он пианист.
Он мой отец, и он человек, которого
я ненавижу.
- Оссининг, штат Нью-Йорк.
Джон Логан,
так называемый "Убийца из любовного гнёздышка",
который два месяца назад
убил свою любовницу-блондинку
когда застал её с другим мужчиной,
встретил смерть на электрическом стуле
сегодня в 11 часов вечера
по восточному летнему времени.
- Ох, так быстро!...
- Должностные лица сообщили,
что Логан ожидал смерти спокойно,
побеседовал со священником
и попросил встретиться
с представителями прессы
за час до смерти.
Предполагалось, что...
- ... Заткнись!
- Что с тобой такое?
Слезай!
Прекрати.
- Ну зачем ты это сделал, а?
- Потому что я ненавидел его.
Я рад, что он мёртв. Я ненавидел его,
ненавидел его.
Знаете, мне очень нравится
эта история.
Особенно в той части, когда он...
О, а теперь у нас реклама.
Вернее, это у вас реклама.
А я отказываюсь.
До следующей недели.
Доброй ночи.


Серия 4

Добрый вечер, дамы и господа.
Теперь я могу однозначно заявить:
здесь нет ни крошки сыра.
Время от времени тут проходит корова,
но слишком быстро, чтобы ее подоить.
Сейчас мне очень удобно,
но видели бы вы меня в полнолуние.
Я постоянно соскальзываю.
Сегодняшнюю программу готовили
довольно долго.
Например, свету этой звезды
нужно пятьдесят тысяч лет,
чтобы достичь вас.
Но это пустяки, учитывая возраст
некоторых фильмов, которые сейчас
показывают по телевизору.
Наша история значительно моложе.
Она называется "Луна койота".
Я пробовался на главную роль,
но был отклонён.
Им нужна подлинность.
Сами понимаете: продвигают любимчиков.
ЛУНА КОЙОТА
- Где, вы говорите, нашли его?
- Там, в пустыне.
Лежал на обочине шоссе.
- Мистер, мы в этой части штата
платим награду за отстрел койотов.
- Знаю, но я не мог оставить его там
лежать и умирать под солнцем.
- Может, у него бешенство.
- Нет, его сбила машина.
Он может поправиться, если мы
покажем его ветеринару.
- Ветеринару?!
- Ну да, это же поселок животноводов,
разве нет?
Здесь поблизости должен быть ветеринар.
- Что? Вы думаете, хоть один коровий доктор
станет возиться с койотом?
- Почему бы нет?
- Мистер, это самая ничтожая тварь,
которую милостивый господь
когда-либо создал.
- Не будь его, то через год
вы бы терпели бедствие
от кроликов и сусликов.
- Знаете, эта тварь
может запросто утащить в холмы
овчарку вдвое больше неё самой
и измордовать до полусмерти.
- Ну, не теряйте мужества.
- Пойду позвоню доктору Паркеру.
Когда он пришлёт за мной психбригаду,
я укажу на вас.
- Спасибо.
- Привет.
- Привет.
- Он сильно пострадал?
Я про пёсика.
- Это не пёс, это койот.
- O.
- Я нашёл его на трассе.
Его сбила машина.
Мне стало его жалко.
Лежал там под палящим солнцем.
- Солнце, я понимаю, что он чувствует.
- O?
- Это, я еду на запад, повидать мать,
она заболела, понимаешь,
и я пыталась выбраться отсюда,
чтоб повидать её.
Солнце, такое ощущение, что я провела
на этой дороге вечность.
Но не волнуйся за меня,
я доберусь.
Я уже на финишной прямой.
- Куда ты направляешься?
- В Сентинел Меса.
Мой брат Гарри работает там.
И как только я доберусь туда,
мы доедем остаток пути на его машине.
Если не окажется слишком поздно...
- Сентинел Меса?
- Это немного к западу отсюда.
- O?
- А ты едешь на запад?
- Восемьдесят семь километров...
- Солнце, это не займёт много времени
на такой шикарной машине, как эта.
А представь, сколько времени это
может отнять у меня.
- Как тебя зовут?
- Джули.
- Джули, ты что,напрашиваешься
ехать со мной?
- Ну, только до Сентинел Меса.
- Ладно, до Сентинел Меса.
- У меня тут чемодан.
- Док говорит, что всякому, кто притащит
поганого койота
ближе чем на полквартала к его дому,
он снесёт башку.
Так что лучше тебе сунуть его назад в машину
и забрать с собой.
Думаю, он просто рассчитывал прокатиться.
- Ладно, извините за беспокойство.
- Да ничего страшного.
- Ну спасибо.
- Сюда-сюда давай, отлично!
- А?
- Стоп!
- Эй! Эй! Папаня!
- Эй! Па!
- Дай те бог здоровья, доча, ты добыла нам
тачку?
Мы вам очень признательны, мистер.
Я тут за малым не окочурился.
- Залезай, тут полно места,
на всех хватит.
- Па?..
- Это мой отец.
- Но ты не говорила...
- Эй, правда же, шикарный экипаж?
- Дом со всеми удобствами!
Нет слов, что это значит
для меня и Джули, мистер.
Эх, старая дороженька
стёрла мои ноженьки...
- Ну, чего ждём?
- В любом случае, через час
мы будем на месте.
- Где?..
- В Сентинел Меса.
- Хм?..
- Я рассказала ему про брата Гарри,
что он ждёт там со своей машиной.
- А, да.
- А вы куда направлялись, мистер?
- В Калифорнию.
- Ой, надо ж, какое совпадение!
И мы тоже туда едем.
- Мы едем повидать маму.
Она же заболела.
- Да, да.
- Вы получили работу там, в Калифорнии?
- Да.
Я буду преподавать в университете.
- О, профессор!
- Доцент.
- Как?..
- Не совсем профессор. Почти.
- Я слышал, профессора заколачивают
хорошие денежки.
Мне говорили, по 3-4 бакса в час.
У вас, ребятки, видать, крепкие профсоюзы.
Закурите?
- Нет, спасибо.
- А что ж это вы в одиночку?
- Моя жена с малышом летят самолетом.
- Малыш? Сколько ему?
- Три месяца.
- О, три месяца. Что вы об этом знаете...
У Джули тоже будет малыш.
- О, поздравляю.
- Да, сэр.
Когда доберёмся до Калифорнии,
я очень хочу поглядеть на вашего малыша.
- Вы его знаете?
- Откуда мне его знать.
- Вы так вглядывались в него.
Я подумал, может, вы кого-то высматриваете.
Возможно, брата Гарри?
- Брат Гарри в Сентинел Меса!
- Да, он ждёт там с машиной.
Гарри работает там в гараже.
Гарри почти всё время работает.
Я никогда не связываюсь
со случайными попутчиками.
Такая моя политика.
Никогда не знаешь, кого можешь подобрать.
99 из ста будут нормальными,
как, например, я и Джули,
но этот сотый тип окажется тем,
кто доставит вам неприятности.
- Вы так считаете?
- Да, ты чертовски прав - считаю.
Невозможно быть слишком осторожным
в наши дни.
- Что, шина?
- Боюсь, что да.
- Пустая, как мой карман.
- Запаска есть?
- Да, за передним сиденьем.
- Я позабочусь о ней, профессор.
В шинах я спец, какого поискать.
Что это?
- Бумажные стаканчики, салфетки,
мелочи для пикника.
- Та-ак, с этого момента я беру на себя
заботу обо всех неисправностях.
- Осталось всего 16 километров
до Сентинел Меса.
- Я рада, солнце. Я так проголодалась.
- Вы смотрите на единственный гараж
в Сентинел Меса, мистер.
Вон он, прямо за окном.
И я не слышала, чтобы
там работал какой-нибудь Гарри.
Два пятьдесят пять, три и пять.
- Ну вот, теперь всё в порядке.
Запасную шину вернул на место,
и все дела.
Я сделал это сам и сберёг вам 80 центов.
Держитесь старого папаши,
и у вас будут кой-какие денежки.
- А что насчёт брата Гарри?
- Меня это на минутку
поставило в тупик.
Я поклялся бы, что он писал,
что работает в Сентинел Меса.
- Аа, ну конечно!
- Что конечно?
- Это вообще не Сентинел Меса.
- Сентинел Маунтин.
Такое всё время происходит.
Спорим, я знаю, где он работает.
В "Эйсе".
Эйс. Гараж Эйса.
Гараж Эйса.
- Да, даже на почте путают:
два городка на одном шоссе,
на расстоянии 45 километров, и оба Сентинел.
Меса и Маунтин.
- Как ты себя чувствуешь, доча?
- Не очень хорошо.
- Она... Ну, вы понимаете...
- О, бедняжка.
Почему ты мне не сказала?
- Ой, я себя так плохо чувствую.
Я не люблю об этом говорить.
У меня кружится голова и ещё...
- Сорок пять километров
до Сентинел Маунтин.
Когда ближайший автобус?
- Автобус?..
- Я делаю вам обоим одолжение.
Я собираюсь заплатить за ваш
проезд до Сентинел Маунтин.
- Какие автобусы?
Тут глухомань.
- Она упала в обморок.
Где ближайший доктор?
- Доктор Уиллоуби.
Сорок пять километров.
- Отведите её в машину.
- Езжайте до гаража Эйса
и спросите про доктора Уиллоуби.
Там скажут, как найти.
- Что вы хотите?
- Мне хотелось бы сигарету.
- Похоже, вы на мели.
Вот, возьмите мою.
Думаете, я сунул бы её в свой
в карман, что ли?
Как насчёт кофейку, маленькая?
Джули?
- У нас только одна чашка.
- А нам что делать? В очередь встать?
- У нас есть ещё.
Через минуту будут.
- Пусть она сходит. Ей полезно размяться.
- Нам надо остановиться.
Они лежат в шинном отсеке
позади переднего сиденья.
- Странное место хранить чашки.
- Я достал только одну.
Я не рассчитывал на компанию.
- О.
Не надо останавливаться.
Налей профессору чашку.
Как вы любите? Сливки? Сахар?...
А, я помню, помню.
- Неважно.
Мы в любом случае здесь остановимся.
А сейчас вынем чашки и
выпьем на посошок. Попрощаемся.
- Но я же говорил вам...
- Я знаю, что вы мне говорили.
А я вам говорю - выходите.
Ты тоже, Джули.
- Что мы сделали не так?
- Выходите.
Вон!
Ах ты, жалкий старик...
- Эй, позвольте, молодой человек...
- Сколько он дал тебе за это?
- За что?
- За эту превосходную новую шину!
Ты продал её в том гараже!
Берите свои сумки и убирайтесь.
- Но здесь нет никого.
- Привет!
- Хэллоу!
- Видите? Здесь никого нет.
- Плевать.
Вы убираетесь в любом случае.
- Но здесь нет воды, и вообще ничего нет.
Вы же не бросите маленькую
бедняжку Джули
здесь, в пустыне? Ведь нет?
- Да неужели!
- Из-за чего ты так разозлился?
- Я жестокий и неблагодарный,
и грубый, и скупой,
но такова жизнь.
- У тебя просто нервы!..
- Какая жалость.
- Мы можем здесь погибнуть!
- Ничего, приспособитесь.
Как койоты.
А твой старик не упустит,
где словчить.
Он продал оба колеса.
А это какая-то рухлядь.
Куда он делся?
- А вот и мой мальчик Гарри, профессор.
Он ушёл с работы в гараже Эйса.
Да, Гарри?
- Ага.
- Малость не повезло с машиной,
на которой он должен был
отвезти нас в Калифорнию.
Да, Гарри?
- Ага.
- Он вычислил, что мы будем
проезжать здесь,
и сможем поехать на запад все вместе.
- Так, Гарри?
- Ага.
- Он говорит, что папаня спёр его шины.
- Какие ещё шины?
- Прямо с машины.
- Зачем бы я стал это делать?
- Там рухлядь, а не шина
на заднем колесе.
- Мужик из гаража сделал это.
Я как только увидел его,
понял, что он мошенник.
- Мистер, вы что же, назвали
моего старика вором?
- Он украл мои шины.
- Вы даже не знаете,
что такое благодарность?
Мы ехали с ним,
составили ему компанию,
делали ему кофе,
помогли ему поменять
проколотую шину.
- И после этого ты называешь
его грязными словами?
Что ты за человек, профессор?
- Эй.
Он собирается бросить нас здесь.
- Это правда, профессор?
Ты назвал моего старика вором,
мою сестру - обманщицей,
и сказал, что вышвырнешь их тут,
в пустыне?
Ты всё это сделал?
А?
Слышь, как по мне,
ты бы и шагу дальше не ступил.
- Что такое?
- Бензин кончился.
Эй, профессор!
Ты давно заправлялся?
- В Абилинэ или как-то так.
- Абилинэ?
- Без малого 500 километров.
- Ну или не в Абилинэ,
в каком-то местечке в Оклахоме...
- Тупой козёл.
- А я-то думал, профессора умные.
- Ага, а также рассеянные.
- Думаешь, это смешно?
Ты знаешь, где мы?
На полпути между Сентинел Маунтин
и Эль Пасо.
Пятьдесят километров пустыни
до ближайшей воды.
- Вы справитесь.
- Щас врежу те по зубам!
Эй, кто-то едет.
Давай, Джули, вылезай, быстро!
- Пап, Гарри! Сюда!
- Скорей, садись вперёд.
- Оператор.
- Соедините с полицией, пожалуйста.
- Вам нужна полиция Эль Пасо
или Сентинел Маунтин?
- Любая, главное побыстрее.
Я в....
...в Скорпион Спрингз.
Меня обобрали до нитки
и собираются уехать.
- Солнце, мистер, вот спасибочки!
Эй, папань, Гарри, сюда!
- Здоровьичка вам!
Эх, старая дороженька
стёрла мои ноженьки...
Далеко едете, мистер?
- В Эль Пасо.
- А?
- Горло болит.
- Чёт не так?
- В чём дело?
- Уберите ногу с педали, мистер.
Вы её слишком утопили.
- Я сейчас вернусь.
- Эй!
- Эй, вы куда?
- Тупой козёл, утопил педаль.
Спорим, я заведу её.
- Да, так и сделаю, спасибо.
- Не за что.
- Моя машина!
Она была здесь!
Эй!
Эй, вы! Это моя машина!
О, а вот полиция.
- Кто-то позвонил отсюда в Эль Пасо.
Что случилось?
- Машину угнали.
- Куда они могли поехать?
- Туда!
- Всем оставаться на местах!
- Стоять.
- Они пытались украсть мою машину.
- Он врёт!
Он подъехал и предложил нам сесть.
- Ничего подобного.
Я был внутри, смотрел карту.
- Он сказал, что у него что-то с горлом!
- Вот именно!
- Что, похоже, что у меня что-то с горлом?
Вы, лживые бродяги!
Вы отправитесь в тюрьму.
Если надо - лично доставлю вас туда.
- Вы совершаете ошибку, офицер.
Он сам подъехал и предложил сесть.
Точно вам говорю.
Это подтасовка, ложное обвинение.
- Молчать, все трое!
Расскажете это адвокату.
- Но я говорю вам...
- Зайдите внутрь, пока мы оформим заявление.
- Если вам интересно, что стало
с Джули, Гарри и их папашей,
эта троица дворян от природы
получила то, что заслужила,
и даже больше.
Выяснилось,
что они состояли в банде угонщиков,
крадущих тележки из супермаркетов,
спиливали серийные номера
и контрабандой переправляли
их в Мексику,
где продавали под видом
детских колясок.
Суд не проявил к ним снисхождения.
Надеюсь, вы не против, что
в сегодняшней истории
нет ни убийств, ни увечий.
Мы решили дать вам отдохнуть от этого.
Тем же из вас, кто настаивает
на насилии,
рекомендую заглянуть в вашу
ежедневную газету
или в свои сокровенные мысли.
В следующий раз мы обещаем
исправиться.
А пока доброй ночи.


Серия 5

Добрый вечер, дамы и господа.
Добро пожаловать на главное событие
сегодняшнего вечера - боксёрский матч.
В этом углу у нас -
Стивен Форбуш,
а его противник -
миссис Стивен Форбуш.
Как вы знаете, эти двое -
давние соперники, не раз встречавшиеся
прежде на мировом чемпионате
мидл-класса.
Как вы могли заметить, на ринге
я чувствую себя как дома.
По мне, бокс - это легко.
Просто поднимаешь руку над головой
после того, как победил - а вот это
я нахожу трудным. Это требует
значительно больших усилий.
Но довольно вступлений.
Перейдём к главному событию.
БЕЗ БОЛИ

- Синди?
- Синди?
- Я здесь, милый.
- Что это за кепка?
- Так, смеха ради.
Арнольд арендовал небольшой парусник
у старшеклассника.
Чуть больше, чем ванна для двоих.
- Очень мило.
Тебе никогда не приходило в голову,
что Арнольд - не старшеклассник?
- Так и есть, Дэйв. Арнольд
очень чуткий и внимательный.
- Знаю. Не обращай внимания
на глупости, что я говорю.
Приятного плавания.
- Пока, милый.
- Пока.
- Синди?
- Да?
- Ты вернёшься к ужину?
- Конечно.
- Я тебя не вижу.
- Ох, прости.
- Просто хотел спросить.
Ты знаешь, до чего...
до чего уныло здесь по вечерам.
Не хочешь пригласить Арнольда?
- На ужин?
- Ну да. Должны ведь островные бродяги
есть, разве нет?
К тому же, мне кажется,
он обаятельный парень.
- У него есть кое-что за душой,
если хочешь знать.
Я спрошу его. Думаю, ему будет приятно.
- Поправьте зеркало.
- Да, сэр.
- Минутку. Вот так, отлично.
- Сегодня не много парусников.
- Да, не много.
- Мистер Рэйми?
- Хм?
- Мистер Рэйми,
- Как вы думаете, может,
вывести вас из респиратора?
- Зачем?
- Ну, вчера у нас это неплохо
получилось, на целых семь минут.
Доктор Фэбри сказал по телефону, что мы
могли бы увеличить время до 8 или 9.
- Сейчас мне не до того.
Я хочу смотреть на лодки.
- Конечно, мистер Рэйми.
- Раньше я отлично
управлялся с лодками.
А ещё я отлично
управлялся с женщинами.
- Ну, иди ко мне, осинка?
- Ты мне говоришь ?
- Ага.
Ты дрожишь как осиновый лист.
- Да, я замёрзла. Дай полотенце.
Полотенце!
- Конеечно...
- О, так лучше.
- На булке хлеба больше корочки,
чем на тебе одежды.
- А ты забавный...
- Да, так и есть. Но у меня нет времени.
- И что?
- Дэйв, дорогой...
- Нет времени на разговоры.
- Но люди ждут нас на лодке.
- А кто купил лодку?
- Ты.
- Ну вот и ответ.
- Что именно?
- Когда ты покупаешь лодку,
ты платишь за выпивку,
и ты последний, кого гости
хотят видеть рядом. Теперь ясно?
- Угу, полагаю, да.
Какой будет твоя следующая покупка?
- Ты.
Удивлена?
- Не слишком.
Хочешь жениться на мне и всё такое?
- Да, хочу жениться на тебе
и всё такое.
- Эй.
- Раньше ты не говорил о женитьбе.
- А сейчас говорю.
- Дэйв, ты идёшь на отчаяяный шаг.
- Я привык.
Это как ставить на лошадь
или вкладывать в недвижимость.
- Знаешь, Дэйв, никто никогда
не владел мною полностью.
- Ну, Флорида тоже не целиком моя.
Но изрядная часть.
Я был глупцом пять лет назад.
- Что заставляетя тебя думать,
что ты изменился?
- Ты.
И шесть миллионов в банке.
- Так хорошо, мистер Рэйми?
Да, превосходно. Отлично.
- Мистер Рэйми?
- Да?
- Миссис Рэйми сказала, что я
могу быть свободна сегодня вечером.
В том случае, если с вами
всё в порядке.
- А меня никто не спросил.
- Понимаю.
Миссис Рэйми скказала,
что она сама будет здесь,
но, разумеется, если вы хотите,
я останусь.
- Нет, всё в полном в порядке,
мисс Коллинз.
- Дэйв, дорогой, это было так мило
с твоей стороны, чтобы Макс всё устроил.
Выглядит чудесно.
Мы задержались на кухне.
Сельдь изумительная!
- Рад, что тебе понравилось.
- Спасибо, что пригласили, Дэйв.
- Спасибо, что пришёл.
Здесь довольно уныло по вечерам.
Как прошло плавание?
- Это было здорово.
Лодка тесновата,
но, должен сказать, ваша жена
знает в этом толк.
- Толк в чём?
- Ну как?.. В лодках, конечно.
- Посмеюсь попозже. Покажу вам,
каким весёлым я могу быть.
- Арнольд, ты мог бы сделать
Дэйву мартини? Дабл драй.
- Дабл драй.
- Что-то не так, милый?
- Нет, что ты. Я весел, как птичка.
Слышал, ты дала мисс Коллинз выходной.
- Думаю, она это заслужила.
Ты же не против, дорогой?
- Нет.
Ничуть не против.
Это хорошо для мисс Коллинз.
Хорошо для Арнольда,
и хорошо для всех.
- Миссис Рэйми, я собиралась уехать
на автобусе до города в 6:27 .
И вернуться назад
на полуночном автобусе.
- Конечно, мисс Коллинз.
Арнольд, ты мог бы довезти
мисс Коллинз до автобуса?
- Пожалуйста, не стоит беспокоиться...
- Да никакого беспокойства.
Мне в любом случае нужно
заехать домой переодеться.
Но позвольте вам напомнить,
мисс Коллинз,
про бесплатный сыр, -
за всё приходится платить.
Так что вам решать.
- Обычно мне удаётся избежать этого,
мистер Баррет, но я буду начеку.
- А он довольно бойкий, да?
- Арнольд?
- А я что, говорил о принце Монако?
- Да вроде нет.
Но он приготовил
превосходный мартини.
- Ну да.
Сколько ты уже выпила?
- Четыре или пять.
- Где? Там, у него?
- Мартини есть мартини. Не всё ли равно,
где его пить?
- И давно у него этот коттедж?
- Четыре-пять недель, не знаю.
Лучше попробуй это.
- У него есть деньги?
- Четыре доллара 60 центов.
Он сказал мне сегодня днём.
Но у него есть перспективы.
- Да, несомненно.
Надеюсь, это будет не больно.
- Не больно?..
- Ты же решила сделать это сегодня.
Я имею в виду убийство.
- Когда ты впервые заподозрил?
- При чём тут подозрения.
Это простая логика.
Я рассчитал возможности, зная,
как работает твой ум.
- И ты так бесстрастно это воспринял?
Не думай, что мне очень нравится
делать это.
Принести тебе стаканчик, или
выпьем один на двоих?
- Синди?
Синди!
Это случится сейчас?
Пришло время?
- Конечно, нет, дорогой.
Я не настолько бестактна и жестока.
- Включи это.
Что ты делаешь?
- Только то, что доктор прописал.
Мисс Коллинз сказала, что ты можешь
вполне безопасно находиться вовне
10 минут. Сейчас 6:50.
Вот так куда лучше, правда?
Так удобнее разговаривать.
Ты так стойко переносишь это,
милый, вот правда.
Это же не моя вина, что
с тобой приключилась эта ужасная вещь.
Хм?
Что, разве моя?
- Нет, это не твоя вина, Синди.
У нас было несколько счастливых лет.
- Клянусь, так и было.
Это были чудесные годы, Дэйв.
Действительно чудесные.
- А сейчас тебе слишком тяжко.
Слишком тяжко всё обернулось, так?
- Дэйв, давай не будем
себя обманывать.
Ты в большей степени мёртв, чем жив.
И ты меня знаешь.
Я не создана для такого
благородного отшельничества.
- Арнольд может это исправить, да?
- Какая разница - это Арнольд,
или почтальон,
или какой-нибудь дядюшка Джо?
Ведь не ты же.
Ты лежишь там день за днём,
как герметично упакованный фунт кофе
в банке.
Так ведь?
- Спасибо.
Мило сказано.
- Я не жестока.
Просто практична.
Серьёзно, Дэйв,
вспомни, как ты поступал,
боролся и прокладывал путь
с теневой стороны к законной власти,
которой сумел достичь.
Глядя на тебя, я думаю,
ты хотел бы умереть.
- Прости, Синди.
Но тут я тебе не помощник.
- Что может быть хуже этого?
- Это очень плохо, но не настолько.
Я буду цепляться за то, что могу удержать.
- Что ты можешь удержать?
- Многое.
Мой разум не парализован.
Я могу думать.
Я могу читать с чьей-то помощью.
Я могу считать мои деньги -
без всякой помощи.
И я не представляю, с чего бы человек
с шестью миллионами хотел умереть,
если он боролся за это, как я.
- Не выношу этого морализаторства.
- Верни меня назад.
- Серьёзно, Дэйв.
Ты хоть понимаешь, как это несправедливо
по отношению ко мне.
Правда.
Попробуй стать на моё место.
Я отдала тебе столько себя,
сколько вообще могла дать кому-либо.
И это было прекрасно.
Было отлично.
Я признаю это.
Жарко здесь.
Вернёмся к тому, о чём я говорила.
Что ещё мне остаётся делать?
- То есть, только убийство?
- Прошу тебя не произносить
это слово!
Я не могу пойти и развестись
с тобой, бог свидетель.
Все тут же скажут: "Гляньте на неё,
муж лежит обездвиженный,
а она радостно сбежала.
Что ж она за человек?"
Такая будет реакция.
Разве нет?
- Подключи меня обратно
к вентиляции.
- Я сказала тебе, милый,
это произойдёт не сейчас.
- Где Арнольд?
- Он поехал переодеться
после того, как доставил
мисс Коллинз к автобусу.
- Ты сильно от него зависишь, да?
- Давай не говорить об Арнольде.
- По-моему, он тебе очень нравится.
Ведь так?
- Я обожаю его, если хочешь знать.
- Сядь.
- Я не хочу садиться. Так я чувствую
себя устойчивей.
- Вернись, слышишь?
- Вернусь через минуту.
Я чувствую, что я - в хлам,
и наверное так же выгляжу.
- Синди.
- Не нужно расстраиваться, милый.
- Верни меня назад.
Ты полностью пьяна.
- Только на две трети,
и мне всё лучше и лучше.
- Подключи меня к вентиляции.
- Как я и сказала, дорогой.
- Синди?
- Хм?
Ох, ну конечно, милый.
- Сколько ты выпила?
- Я была так напряжена, Арнольд.
Он знает. Я сказала ему.
- Ну хорошо.
- Он знает!
- Хорошо.
Ты что-нибудь ела?
- Ой, неужели ты думаешь, что я
могла и есть, и пить одновременно?
- Тебе нужно на свежий воздух.
Можем пойти поплавать.
- Что?
- Поплавать, говорю. Это протрезвит
тебя, а потом поужинаем.
- Да, неплохо бы, Арнольд.
Ты такой спокойный и надёжный.
- Все девушки так говорят, Синди.
Говорят: приятно знать, что
имеешь дело со старой надёжной фирмой.
Надеюсь, вы не сочтёте это слишком
нахальным с моей стороны, дружище,
но мне придётся позаимствовать
ваши плавки.
- Ну что?
- Всё кончено, Дэйв.
Её тело найдут завтра, с ранним приливом.
- Уверен?
- Я проверил течение, как вы
мне и сказали.
Это была чистая работа.
- Без боли?
- Совершенно без боли.
- Спасибо, Арнольд. Ты всегда
был хорош в этих вещах.
Лучший в своём деле.
- Как в старые добрые времена,
да, Дэйв?
- Рад, что ты пришёл по моему зову.
Бабки получишь через пару недель.
Пятьдесят косых.
- Годится.
А теперь, пожалуй, можно выпить.
- Арнольд.
Она сделала тебе какое-то
лучшее предложение?
- Не скажу, что это
не было соблазнительным,
но вы наверняка слышали,
как я сказал ей перед этим:
я старая надёжная фирма.
Покуда тело Синди медленно
погружается в залив,
мы покинем милое побережье,
послужившее сценой для нашей истории.
Разумеется, как и должно быть
со всяким,
закон настиг Арнольда и Дэйва.
Что до нашего боксёрского матча,
он оказался рекордно коротким.
Они встретились в центре ринга,
и всё закончилось быстрее,
чем вы могли бы произнести:
"Кто та леди, с которой тебя
видели прошлым вечером?"
Думаю, это послужит уроком
всем нам.
В следующий раз мы вернёмся
с новой историей.
А пока доброй ночи.


Серия 6

Добрый вечер, дамы и господа.
Я собираюсь отправить этот прекрасный цветок
дорогому другу.
А пока покормлю его.
Это плотоядное растение
проголодалось.
Весьма полезная вещь, чтоб
избавляться от мусора.
Мне жаль с ним расставаться.
Но уверен, мой друг полюбит его.
И наверняка оно его тоже полюбит.
В фильме часто звучит слово "змея".
По-русски слово "змея" женского рода: она, моя.
Но здесь о змее говорят "Он":
"Он (змея) не ласковый" и т.п. - Прим. пер.
ПОДАРОК НА ГОДОВЩИНУ
- Захлопни свой дурацкий клюв.
Собака приучается проситься
в три месяца.
Тебе должно быть стыдно.
Где твоя гордость?
Ты хуже пеликана.
- Херми! Херми!
- Даа?
- Ты покормил Ромео бананом?
- Как раз собираюсь.
- Не заставляй его ждать долго.
Бедняжка изголодался.
- Как предпочитаешь, тупица?
Нарезать ломтиками?
- Нарежь ломтиками, Херми!
Херми, ты услышал, что я сказала?
- Услышал.
Вот так женишься на женщине с
мозгами десятилетней и окажешься
лакеем на чёртовом Ноевом ковчеге.
- Ты самый миленький хамелеончик
на свете!
В чём дело, золотко?
Огорчен, что не можешь
сделаться в горошек?
Херми, это почтальон!
- Надеюсь, ты подавишься.
- Дурак!
- Никогда в жизни не видел,
чтобы рыба вот так вставала на хвост.
Бам, такой плеск!
Я закинул удочку, дёрнул,
и тогда он поднялся на хвост,
- шесть, восемь футов,
прямо как ракета!
Чуть не выдернул меня из лодки.
Привет, подкаблучник.
Как там зверинец?
- Не трогай Херми, Джордж.
Он лучший юннат
на Цветочной улице. Да, Херми?
- Вы оба закончили? Давай письмо.
- Сейчас, сейчас.
- Дурак!
- Херми, кажется, они помирились.
- Рад за них.
- Это была просто
небольшая размолвка.
- Наверное, она его пилит.
Морские коньки, знаешь ли, не могут
выносить этого день за днём.
Вставать по утрам и видеть
всё ту же надоевшую физиономию.
Сидеть весь день под боком
и слушать пустую болтовню.
- Откуда ты знаешь?
- В книжке прочитал.
Вот, подпиши, и я отнесу
это в банк, пока он не закрылся.
- Знаешь, что я думаю
о морских коньках, Херми?
- Что?
- Думаю, всё дело в питании.
- Ему не нравится её стряпня?
- Ой, будь серьёзным, пожалуйста.
Думаю, он был недокормлен.
Этот витамин Д в малютках артемиях,
что ты принёс на прошлой неделе...
Иди сюда, миленький...
Принеси им ещё сегодня.
- Ладно.
- Эй, обязательно!
Так, посмотрим.
200 долларов на депозит.
50 на продукты.
И 10 на твои расходы.
- Десять?
- Слушай, Херми, мы это уже
проходили. Я не печатаю деньги.
- Ладно.
- И не забудь про артемию.
- Да.
- И витамин Д.
- И Херми...
- Одно! пиво.
- Сколько вы с Майрой уже женаты?
- Пятнадцать лет.
- Пятнадцать лет. Эх, я тебе завидую.
- Почему?
- Ну как...
Дом не дом без женщины.
А у тебя есть дом, Херми.
Настоящий дом.
Ты глубоко пустил корни.
У тебя есть собственная
маленькая семья.
А у меня этого нет -
постой, сколько же?..
Целых девять лет.
Да, в этом месяце - девять лет,
как её не стало.
- И как тебе это удалось?
- А?
- От чего она умерла?
- От пневмонии.
О.
Где ты нашёл пневмонию
во Флориде, Джордж?
- В Канзас Сити.
- О.
Майра не поедет в Канзас Сити.
- А зачем ей туда ехать?
- Ну, если бы кто-нибудь спросил её:
"Хочешь съездить в Канзас Сити?".
Ставлю одиннадцать к одному,
она сказала бы "нет".
- Нет ничего плохого в Канзас-Сити.
- А я и не говорил, что есть.
- Моя жена любила его.
Она говорила, что нет места в мире,
подобного Канзас Сити.
Она была хорошей женщиной, Херми.
С тех пор, как её не стало,
жизнь уже не была прежней.
- Догадываюсь...
- Она...
Она оставила меня
довольно обеспеченным.
Я ни в чём не нуждаюсь.
Но жизнь уже не та, что прежде.
Больше двух лет я скитался,
пытаясь забыться.
Гаваи, Акапулько,
Лас Вегас, Монте Карло.
Но жизнь уже не та
без женщины в доме.
Понимаешь, всё так...
так тихо...
- Догадываюсь, что так и есть.
- Будешь пиво?
- Конечно.
- С тех пор, как она меня покинула,
в моей жизни нет ничего кроме пива и рыбалки.
- Херми!
- Я должен отнести ей артемию.
Для морских коньков.
Пока, Джордж.
- Ну же, пупсик, выходи,
и поиграй с мамочкой.
Что там с Франклином?
- Наверно, объелся просроченных
семечек.
Вот артемия с витамином Д.
- Поставь тут. Займусь этим
через минуту.
В статье говорится, что они ласковые,
но он мне кажется
каим-то самовлюблённым.
- А я же тебе говорил.
- Ради бога, Херми, не говори:
"А я же тебе говорил".
- Но я же тебе говорил тебе, да?
- Почитай статью. Там, на диване.
На 16-й странице.
Пишут, что черепахи очень умные,
интересные и ласковые питомцы.
Реклама: Змеи, крокодилы, ящерицы.
Живые рептилии для научных целей.
Герпетолог Х. Айдельпфайффер.
- Нашёл, Херми?
- Да.
- Пупсик, ты ещё там?
- Может, он сдох?
- Что за глупости. Но, кажется,
он неважно себя чувствует.
Малыш, вылезай!
- Может, у него ветрянка?
- Он хладнокровный.
А хладнокровные никогда не смогут
полюбить по-настоящему.
- Ну, не знаю...
Змеи вот тоже хладнокровные.
- И что это доказывает?
- Ну как, змеи -
самые ласковые питомцы в мире.
Это все знают.
- Ты посмотри, сидит там
уже 15 минут!
- Знаешь, что я подумал?
Знаешь, что тебе нужно, солнышко?
Ты должна завести себе змею.
- Зачем?
- Змея не будет выкидывать
с тобой такие фокусы.
Она же не сможеть спрятаться внутрь.
Куда ей прятаться? Да если
и могла бы, она б не стала.
Змея может стать тебе
настоящим товарищем.
- Ты так думаешь?
- Конечно.
- Но люди не могут
выносить даже вид змей.
- Ой, это предрассудки.
К тому же далеко не
все так думают.
Люди, которые знакомы
со змеями лично,
вообще так не считают.
Помнишь представление в Тампе,
на которое ты не захотела пойти?
Стриптиз со змеями?
Та дама была вся увита змеями.
Афиша была на билборде.
Ты должна помнить.
- А что они едят?
- Яйца.
В обед тебе нужно только свистнуть,

а она уже сидит тут
и просит поесть.
Да, тебе нужна милая
маленькая змейка.
- Я могла бы всюду носить
её с собой.
- В вырезе твоего платья.
Ну, где их обычно носят.
Там, откуда она могла бы
выглядывать на людей.
Ты будешь дьявольски мила.
- Но я не люблю змей.
- Okay, okay,
тогда не надо.
Никаких змей, змеям отбой.
Я не собираюсь ничего тебе
навязывать, так что забудь.
Пусть он убьёт её.
Сдёрёт с неё кожу.
Сделает пару туфель на лилипута.
- Ты что, о какой-то
конкретной змее?
- Да, у этого парня из зоомагазина
в Майами залежалась милая маленькая змейка.
И он не знает, что с ней делать.
- И ему придётся убить её?
- Ты же знаешь, как выросли
цены на яйца.
- Он может отдать её в хорошие руки.
- Нет. Змеиная кожа стоит денег.
Человеку надо на что-то жить.
И всё же он никак не может
решиться убить эту змею.
Она ужасно преданная.
Он говорит, у неё глаза
как у коккер-спаниэля.
- Что если мне съездить в
зоомагазин и посмотреть на неё?
- О, нет, нет! Как раз из-за
этого всё пошло не так с черепахом.
Для него ты всё ещё связана с тем
зоомагазином, где он был так несчастен.
Глянь на него - он полностью
замкнулся в себе.
Если бы я был змеёй, я хотел бы,
чтобы меня положили в коробку
и понесли - я не знал бы, куда.
И вдруг эту коробку открывает
кто-то вроде тебя, Майра.
В уютной тихой комнате,
за закрытой дверью.
- Ты бы хотел так?
- Да.
- Правда?
- Да.
Знаешь, Майра?
Он сказал мне, на это потребуется
целый день, чтобы змея умерла.
- Эй, парень. Это местечко
называется Мелоди?
- Да.
- Хочешь заработать пять центов?
Покажи мне, где обретается
вот это малый, змеёлог?
- Герпетолог.
- Ага, герпес..то..
Змеи, ящерицы, крокодилы,
черепахи, мыши.
Я ищу малого, который дал
это объявление.
- Айдельпфайфер.
Герпетлог. Это я.
- Ты?
- Хансель Айдельпфайфер.
Поставки для натуралистов, зоомагазинов,
медицинских школ и музеев.
Живые рептилии для научных целей.
И редкие коллекционные экземпляры.
- Что ты делаешь тут?
- Лягушки.
Для моей коллекции водных видов.
- О.
- Вы хотите что-то купить?
- Понимаешь, Хансель, я профессор.
Я, это.. участвую
в одном важном исследовании,
на мысе Канаверал.
- Профессор, да?
- И сейчас нам нужны первоклассные,
высокомощные ядовитые змеи.
Конкретно жалящие.
- Хм, дайте подумать. Кроталюс?
Кроталюс адамантеус? Хорридус?
Или, может быть, анцистродон?
- Нет, нет. Никаких импортных.
Нужна простая, добротная
американская змея,
которую можно встретить у себя
на заднем дворе.
- Я говорил о щитомордниках
и гремучих змеях.
Я просто назвал их на латыни,
профессор.
- Ох, ну конечно.
О чём я только думал.
Всё из-за этих комаров,
зудящих над ухом.
Нет, парень, мне не нужна гремучая.
Мне нужна отменного качества,
маленькая и милая.
И полная энергии.
- Как насчёт тиранозаврус рекс?
- Слышь, Хассенпфаффер,
я приехал сюда за змеёй,
а не за высоколюбыми разговорами.
Если у тебя есть то, что мне надо,
давай заключим сделку.
Если нет, так и скажи, а не заставляй
меня стоять здесь и терпеть укусы.
- Как насчёт коралловой змеи?
- Какого она размера?
- 50 сантиметров.
- Она насыщена качественным ядом?
- Вне всякого сомнения.
- Красивая?
- У неё полоски по всей длине,
чёрные, красные и жёлтые.
Она выглядит как алая королевская змея,
красивейшая из американских рептилий.
Вот.
Прочтите, что тут сказано.
Смертоноснейший тип яда
в Северной и Южной Америке,
такой же, как у кобры.
- Вот она, моя лапа.
- А зачем она вам?
- Как они позволяют какому-то
мальчишке размещать рекламу?
Стране нужны учёные, а я
трачу время на дорогу
к какому-то сопляку, который
не отличит змею от червя.
Оставь свою змею себе, а при мне
останется моя суперсекретная информация
и мои бабки.
Послушай, приятель.
Давай заключим сделку.
Такая крохотуля не может стоить дорого.
Три бакса?
Четыре?
- Десять.
- Десять?!
- Именно.
- Ладно, Хассенпфаффер, я посвящу
тебя в эту сверхсекретную информацию,
хоть ты и ведёшь себя
не очень-то патриотично.
Наши учёные на Канаверал
хотят выяснить,
сможем ли мы переплюнуть русских,
отправив змею на Луну.
Пять баксов?
- 10.
- Ни мне, ни тебе. 7.50.
- 10.
Вам завернуть?
- Положи в коробку.
Да как следует, в прочную!
- Херми, ты не забыл.
- Наша 15-я годовщина.
- Послушай...
Ты можешь услышать её там.
- Херми, ты съездил и купил её
на свои карманные деньги...
- Ну, солнышко...
- Ох, Херми, иногда ты меня
просто поражаешь.
Ты потратил свои деньги на меня.
Давай же откроем.
- Нет, погоди.
- В чём дело?
- Понимаешь, Майра, это обученная змея.
Ручная, ласковая.
Она делает всякие штуки.
- Правда?
- Ну да.
Ты можешь повязать её на ногу,
как подвязку для чулок,
или вокруг шеи, да где угодно.
Просто сунь хвост в пасть,
как будто застёгиваешь бусы.
- Как это, милый?
- Хозяин рассказал мне всё
об этой змее.
Он сказал, что ты точно полюбишь её,
просто сделай её своим питомцем
и позволь с самого начала проявить себя.
И тогда она будет без ума от тебя.
- Ну давай же откроем!
- Подожди!
Дай я выйду. Понимаешь,
я не хочу, чтобы она
увидела меня первым.
Она может привязаться ко мне
вместо тебя.
Это герпетология.
- Герпе- что?..
- Змеиная психология.
Сейчас я пойду немного прогуляюсь,
чтобы дать тебе время
приласкать её
и как следует подружиться.
Ну, приступай, милая.
Она вся твоя.
- Спасибо, Херми.
- Дурак!
- Ещё слово - и ты метёлочка
для смахивания пыли.
- Как я вижу, Херми,
у тебя две проблемы.
Тебе надо найти приют всему этому
скоту и научить Майру пить пиво.
Ты должен уладить две эти вещи.
Что случилось?
- Почти шесть. Мне пора.
- Ой, сядь, расслабься.
Я поделюсь с тобой. Это последняя.
- Нет, спасибо, Джордж.
- Да, надо, чтобы эта дамочка пила
пиво с тобой,
а потом ей захочется на рыбалку,
а потом - кто знает,
может, она увеличит твоё содержание.
Десять баксов?! На бензин в неделю
уходит больше, парень.
- Спасибо за пиво, Джордж.
Я пошёл.
- Херми.
- Да?
- Кусни её хорошенько!
- Эй, мелкий!
- А?
- Вот те пять центов.
Одолжи биту.
- Зачем?
- Неважно. Пять центов за 5 минут.
Давай.
Майра?
Майра?
- Я здесь, Херми.
- Где?
- В спальне.
Херми, мне больно.
- Больно?
- Иди сюда, Херми.
- Майра?
- Херми.
Я ей не нравлюсь.
- Что значит не нравишься?
- По-моему, этот парень
всучил тебе кота в мешке.
Это самая холодная змея, которую
я видела в жизни.
Мне правда больно, Херми.
- А что ты с ней делала?
- Положила в постель.
- О.
- А это зачем?
- Мм?..
- Палка.
- А.
Поиграл в мяч с детишками.
- Я правда огорчена, Херми,
говорю же тебе.
Это хладнокровное создание,
не способное на любовь к человеку.
Может, подкупить её яйцом,
и она будет ласковей со мной?
Подержи.
- Она укусила меня. Она укусила меня.
- Ты напугал её, Херми.
Как нам теперь её поймать?
- Майра! Майра!
- Сейчас помажу зелёнкой.
А то кто его знает,
где её зубы могли побывать.
(что она кусала этими зубами)
- Во мне они побывали!
(Меня она кусала этими зубами!)
Майра!
- Ох, да в чём дело, Херми?
- Майра, я умираю.
Зови доктора, это ядовитая змея.
- Херми, ты не стал бы дарить
мне ядовитую змею.
Херми?
Мистер Бэй...
Джордж, скорей сюда!
Я собираюсь избавиться от всех
зверей до последнего.
Потому что всякий раз, как я
смотрю на них, я думаю о Херми.
Я буду думать о Херми.
- Жизнь продолжается,
миссис Дженкинс.
- Я собираюсь продать дом
и уехать.
Европа. Гавайи.
Южные моря.
Но знаете, жизнь больше
не будет прежней.
- Вот она!
Жива-здорова.
- Я так и знал.
- Ну да.
- Она не ядовита?
- Конечно, нет.
Херми никогда бы не подсунул
вам опасную змею.
Это королевская змея,
а не коралловая.
Они просто похожи.
- Как я и сказал вам,
миссис Дженкинс,
ваш муж умер от инфаркта.
- Бедный Херми, до последнего
вздоха он шутил.
Он всегда шутил.
- Я пытаюсь улучшить природу,
придав этому цветку
более соблазнительный аромат.
Хочу, чтобы мой друг подошёл
к нему поближе.
Название этих духов намекает
на кое-что такое,
о чём я не решусь упомянуть в
прямом эфире.
Продавщица сказала мне, что это
верное средство для привлечения мужчин.
У них оставался последний флакон.
Остальную партию скупил
армейский призывной пункт.
В следующий раз я вернусь с другой историей.
А пока доброй ночи.


Серия 7

Добрый вечер.
Похоже, в последнее время
на телевидении
рассказы о тайнах и преступлениях
не могут обойтись без джазовой музыки.
Настолько, что порой трудно сказать,
что вы смотрите - детективную историю
или джазовый фестиваль.
А ведь они здорово различаются.
В джазовом фестивале
куда больше беспредела.
Основные требования
к телевизионному детективу:
там должны быть альт, саксофон,
фортепиано,
ударные и, если позволяет бюджет -
детектив.
А сейчас обратим взгляд на
одного участника
нашего маленького оркестра,
покуда он исполняет соло.
Наш спонсор на минутку
вступит в хор, а затем,
если вы смотрите внимательно,
вы сможете увидеть нашу историю.
ПРОВЕРКА НА ПРОЧНОСТЬ
- Не выношу этих ваших рыб.
У меня от них мурашки по коже.
- Мне они нравятся.
На них можно положиться.
- Можно положиться, ещё бы.
Сунь в воду палец - и можно
положиться, что они
оттяпают его за минуту.
- Они созданы для этого, Прентис.
Если бы ты мог реагировать
на изменения рынка со скоростью пираньи,
мы бы делали по миллиону в день.
Я прав, Арт?
- Так и есть, мистер Барбароса.
- Разумеется, я прав.
- Ну, ваше дело. Разводите пираний.
А я останусь с кроликами.
Вот неполный список некоторых ваших
активов, которые требуют внимания.
- Что думаешь насчёт Андерлэнда?
- Думаю, он будет просубсидирован.
- Это меня вполне устраивает.
Вот тебе совет из первых рук, Арт:
купи немного акций Андерлэнда,
и ты сделаешь неплохие деньги.
- Спасибо, мистер Барбароса,
я запомню.
- Я считаю, что всякий, кто работает
на меня, должен сколотить немного денег.
Вон Прентис подтвердит. Да, Прентис?
- Вы всегда были очень щедры.
А сейчас прошу прощения. Я должен
вернуться в свой кабинет.
У вас будет время ознакомиться
с этим списком.
Решайте, как вы хотите поступить.
Я позвоню вам.
Приятно было познакомиться.
- Он хороший парень.
Может, иногда немного нервный,
но хороший.
Нелегко найти правильных людей
для большой организации.
- Наверное, так.
- Даже не сомневайся: это так.
Я отношусь к этому примерно
как к бейсболу.
Каждый должен пройти отбор,
чтобы занять свою позицию на поле.
Я тренер. Я полагаюсь
на командную работу.
- И получаете именно то,
чего ожидаете.
- Совершенно верно.
Поэтому даже в трудные времена
мы остаёмся на плаву,
а наши конкуренты прогорают.
Потому что я могу положиться
на каждого в команде,
и каждый может положиться
друг на друга.
- Да, в этом и состоит безопасность,
мистер Барбароса.
- Никто из тех, кто работает на меня,
не останется на бобах, не сядет на мель,
не потеряет почву под ногами.
Я имею на тебя виды.
- Надеюсь, вы мной довольны.
- Как думаешь, ты готов занять
новую позицию в команде?
Лучшую должность?
- Да, только дайте шанс.
- "Шанс"?
Я не терплю этого слова.
Я не "даю шансов".
Может, поэтому я на своём месте дольше,
чем кто-либо другой.
- Вы большой человек,
и ваши позиции всё сильнее.
Мне это нравится.
Я хотел бы и дальше работать на вас.
- Открою тебе маленькую тайну.
Я тщательно отбираю людей,
работающих на меня.
Я ищу надёжных, тех,
на кого могу положиться.
- Вы можете положиться на меня.
- Прентис решил, я шучу, когда сказал,
что люблю пираний.
Но я не шутил, я серьёзно.
На них можно положиться.
Всегда, когда я кидаю им корм,
я точно знаю, что они будут делать.
Понял?
- Понял.
- Отзывы о тебе были хорошими,
но я всё же должен лучше узнать тебя,
прежде чем поручить новую работу.
Не потому, что не доверяю тебе,
но хочу быть уверен.
- Я понимаю.
Вам нужен такой человек,
которому можно доверить эту работу.
- Именно так, Арт.
Я тут подумал:
у меня есть для тебя небольшое дельце.
Посмотрим, как ты с ним справишься.
Отборочное задание
для участия в команде.
- Типа тест?
Проверка на прочность?
- Проверка на прочность, тест, отбор -
идея именно в этом.
Я завершил сделку с человеком
по имени Моран.
Ему причитается некоторая сумма.
Я хочу, чтобы ты доставил её.
- Я позабочусь об этом.
- Все деньги здесь.
Он будет ждать тебя вечером.
Старая винодельня; знаешь, где это?
- Недалеко отсюда, на север.
- Верно. Ты увидишь вход
рядом с платформой слева,
когда заедешь в зону погрузки.
Он будет ждать тебя.
Твоё снаряжение при тебе?
- Я никогда не хожу без него.
- Вот, возьми этот. Он был куплен давно,
им ни разу не пользовались,
его нельзя отследить.
Хороший и надёжный, Арт.
Сначала отдай ему деньги,
как должен,
а потом покончи с ним.
- Стоять!
Давай сюда, вниз!
Спускайся!
Давай, шевелись!
Арт, да?
Неужели Барбароса послал тебя?
Ты выглядишь совсем желторотым.
- Вы Моран, не так ли?
- Да, я Моран.
Чего вдруг Барбароса стал
набирать такой молодняк?
- Почему бы вам не пожаловаться
об этом самому Барбаросе?
- Пожаловаться Барбаросе?
ЗдОрово, малыш.
Пожаловаться Барбаросе...
Мальчик, Барбароса, конечно,
не семи пядей во лбу,
но у него есть чувство юмора, раз
он прислал сопляка вроде тебя.
Бабки при тебе, Арт?
- Да.
- Давай сюда.
- Конечно.
- Я про деньги!
- Я понял, про что вы.
Чего вы такой дёрганный?
Вам нужны ваши бабки?
- Да, да.
- Ну тогда успокойтесь, ладно?
Я достану их. Они во внутреннем кармане.
- Доставай, доставай!
Да потише, малыш. Не порви
свой моднючий костюмчик.
Похоже, здесь 10 штук, да?
Хотя не скажу, что в прошлом
Барбароса зажимал что-то.
- 10 штук?
Ну да, 10 штук.
- Ладно, малыш, можешь повернуться.
Прости, что пришлось поприжать тебя,
но я должен быть начеку с парнями,
которых присылает Барбароса,
понимаешь?
- Всё в порядке.
- Не в обиде, малыш?
- Нет.
- Хорошо. Садись.
Выпьешь?
Могу предложить только
собственный сок Барбаросы.
- Меня вполне устроит.
- По звуку вроде полная, но тут
может быть осадок.
Кажется, там должно быть
кое-что получше, выдержанное.
Ищешь что-то, малыш?
- Да, сигареты.
- Да?
Сядь. Положи руки на стол.
- Ладно.
- Я дам тебе закурить.
- Вот, малыш. Угощайся.
- Спасибо.
- За твоего босса, Барбаросу.
Да сгорит его подлое сердце!
Ужо постой!..
А неплохо получилось, да, малыш?
"Ужопостой"...
У, жопа, стой! Уловил?
- С Барбаросой всё в порядке.
- Да?
В самом деле, малыш?
Ну давай, колись.
Он ведь предложил тебе 10 штук,
чтобы хлопнуть меня?
- Нет.
- А за сколько?
- Я даже не знал, что там 10 штук.
- Не знал?
Наверное, ты ещё больший недоумок,
чем кажешься.
То есть, ты даже не пересчитал их?
- Нет, я их не считал.
Это не моё дело.
- О, ну конечно, конечно...
Но неужто Барбароса даже не намекнул,
что после того, как ты
отдашь мне денежки,
было бы неплохо забрать их назад?
Если получится?
- Я же сказал - я должен был
только прийти сюда и отдать вам вашу долю.
- Ты отлично держишься, малыш.
Нужна храбрость, чтобы явиться
ко мне от Барбаросы.
- Да я вообще не в теме,
так чего мне волноваться?
Я лишь что-то типа Пони-Экспресс,
вот и всё.
- Да, наверное, Барбароса запудрил
тебе мозги, как и всем прочим.
- Не понимаю вас, Моран.
- Вот именно, не понимаешь.
Он запудрил тебе мозги.
Он понял, что ты просто глупый
сопляк и на большее не способен.
- Да не морочьте мне голову.
Вы бы давно пристрелили меня,
если бы думали, что Барбароса
прислал меня убить вас.
- Не буду привередничать,
налью стаканчик здесь.
Ты спрашивал, как он пудрит мозги.
Я тебе расскажу.
Весь этот трёп Барбаросы
о работе в команде,
каждый на своей позиции... Вздор!
И вся эта чушь о надёжности. Бред!
- По-моему, это вы мне пытаетесь
пудрить мозги, Моран.
- Я?
Ты что, никогда этого не слышал?
"Всякий, кто работает на меня,
никогда не будет на мели".
- Все знают, что у Барбаросы
солидная организация.
- Да? Кто эти "все", малыш?
Ты и Барбароса?
А ты говорил с другими парнями
из компании?
- Нет, мы особо не говорим о Барбаросе.
Это не благоразумно.
- Ну а я говорю о Барбаросе,
и я благоразумен.
Вот прямо сейчас тебе что-то скажу.
Я давно имею с ним дело,
так что я знаю.
Барбароса много обещает,
но... А парням не нравится
платить по чужим счетам.
- Но вам-то он заплатил, разве нет?
- Да, клянусь твоей башкой, заплатил!
Этот ничтожный, напыщенный пустозвон
знает, что у меня не зажмёшь.
Он это отлично знает.
- Вы много говорите, Моран.
Может, вы не боитесь Барбаросу?
Или вам кажется,
что он вас побаивается?
С чего бы ему, а?
- Не можешь понять?
- Возможно.
Чего я не могу понять - так это зачем
вы мне скармливаете эту информацию?
- Если бы я видел, что ты
заинтересовался,
по-настоящему заинтересовался,
я бы сказал тебе.
Но у меня есть подозрение, что
ты просто пытаешься выудить это из меня,
а потом помчишься назад к Барбаросе
и доложишь.
- Я не собственность Барбаросы.
Я не обязан ему докладывать.
Если вам есть что сказать,
я слушаю.
И приберегу это для себя.
Если захочу.
- Может быть.
Чутьё подсказывает, что ты как раз
такой парень, которого я искал.
- Для чего?
- Пристрелить Барбаросу.
В чём дело?
От одной мысли стало страшно?
Я ж не ошибся в тебе, парень?
Давай, возьми это!
- Я не сказал, что согласен.
- Вот деньги. Они твои.
- Вы слишком распалились
насчёт Барбаросы, да?
Почему вам так важно его грохнуть?
- Ладно, малыш.
Не вижу смысла скрывать.
Я собираюсь занять его место.
С парнями уже всё улажено.
Один Барбароса не в курсе.
- Почему бы вам не грохнуть
его самому?
Боитесь?
- Нет, малыш, не боюсь.
Понимаешь, Барбароса всегда
связывается со мной через одного из ребят.
Будет чутка подозрительно,
если я вдруг нанесу ему визит.
Но тебе это будет легко, Арт.
Он ведь ждёт тебя назад, так?
- Я работаю на него, так что я мог бы
устроить вам встречу с ним.
- Да брось, малыш. Перестань увиливать.
Я отлично знаю, как он действует.
Ставлю пять к одному, что он
ждёт тебя сегодня с отчётом.
И будет один, ведь так.
Дело - раз плюнуть.
- Но почему я? Почему не...
Почему не кто-то из тех парней?
- Нет, нет.
Скажу тебе честно, малыш:
у тех парней кишка тонка сделать это.
Им не хватает амбиций.
- Каких амбиций? Что вы имеете в виду?
Что я выиграю, если уберу Барбаросу?
- Что ты выиграешь?
Ты будешь моей правой рукой, Арт.
Вторым лицом после меня.
Сейчас ты не особо важная птица.
Но тебе не долго быть
мальчиком на побегушках.
У меня всё получится, и рядом со мной
ты станешь большой шишкой.
А для Барбаросы ты просто шестёрка,
и ты это знаешь.
- Давайте напрямую, Моран.
Бросьте весь этот джаз насчёт
"будем партнерами".
Допустим, я уберу Барбаросу...
а вы не сдержите слова.
Откуда мне знать,
что вы не пудрите мне мозги?
- Мы просто должны доверять друг другу,
да, малыш?
- Если я уберу Барбаросу, Моран,
я без колебаний уберу и вас,
если вы меня кинете.
- Ну так что скажешь, малыш?
Ты со мной?
- Не знаю. Это рискованно.
Очень рискованно.
- Так пятьдесят сотенных - это
плата за риск!
- Этого мало.
Это многое изменит.
Я хочу вдвое больше.
- А ты быстро учишься.
- Ещё как быстро.
10 штук, или дела не будет.
- Ты сделаешь это сегодня?
- Да, за 10 штук.
Uh...
- Ладно, малыш.
- 10 штук и должность
вашей правой руки.
- Ты ж не проколешься, а малыш?
Сделай всё как следует.
- Сделаю.
- Зелёная капустка приятно хрустит, а?
После сегодняшнего
это будут просто гроши.
Ты за короткое время здорово поднимешься.
Ты быстро учишься. Ты не робкого десятка,
и у тебя есть амбиции.
Придёт день, когда ты захочешь
занять моё место.
Ну давай, малыш, выпьем.
- Нет, спасибо. Мне пора.
Барбароса ждёт меня.
- Да. Пожалуй, тебе лучше идти.
Удачи, малыш.
- Спасибо. Свяжусь с вами позже.
- Сделай это.
Эй, Арт.
- Что?
- Барбаросе будет очень несладко, малыш.
- Ага.
Ему придётся несладко, когда...
- Да. Ведь он был уверен, что ты
пройдёшь испытание, малыш.
Он будет ужасно разочарован.
- Эй, минутку, какое испытание?
Вы же сказали...
- Эх ты, тупой сопляк,
предатель.
- Не надо, Моран.
Пожалуйста, нет!
Нет! Нет!
Подведём итоги.
Наше решение приобщиться
к забойному джазу
кажется, было удачным,
с одним отличием.
Мы решили снять с пистолетов глушители
и использовать их в оркестре.
А сейчас, дамы и господа,
восхитительно какофоническая реклама,
после которой я спою
свою лебединую песню.
Пожалуй, нашему спонсору
стоит выключать звук.
Что до сегодняшнего случая,
Моран был признан виновным
и оштрафован
Союзом джазовых музыкантов
за стрельбу в человека а капелла.
Применение огнестрельного оружия без
музыкального сопровождение строго запрещено.
Ему, конечно, также пришлось
иметь дело
с муниципальными властями.
На следующей неделе я вернусь
с другой историей.
А пока доброй ночи.


Серия 8

Добрый вечер, дамы и господа,
добро пожаловать на шоу
"Альфред Хичкок представляет".
Поясню: меня свалила простуда.
А ногу я сломал позже.
Эта медсестра временами бывает
уж очень сильной.
Совет национальной безопасности
попросил меня напомнить вам,
что большинство несчастных случаев
происходит дома.
Так что лучше бы вам покинуть
это место.
Если же вы должны оставаться дома,
сейчас самое время поискать все эти вещи,
которые, возможно, лежат поблизости и ждут,
как бы устроить несчастный случай.
Роликове коньки у основания лестницы,
плохо изолированная проводка
в ванной комнате,
кусочки стекла в сахарнице,
мышьяк в кофе.
Стоит вам не заметить что-то
из этих малых вещиц,
и вы будете жалеть об этом
всю оставшуюся жизнь.
Так много нелепых случайностей.
А теперь перейдём к преднамеренной
части нашей программы.
МЕТОД БЛЕССИНГТОНА
- Эй, ну здрасьте, мистер.
Вы заняли моё место.
Я прихожу сюда каждый день
ровно в полдень.
И сажусь на этот пень, спиной
вот к этой свае.
Вот какая штука - сегодня я
опоздал на две минуты.
Представляете?
Мне 93, и за всю жизнь я ни разу
никуда не опаздывал
больше, чем на 2 минуты.
Время - это наука.
И если умело им пользоваться,
это удлинит вашу жизнь вдвое.
Так-то, сэр. Почему я сегодня опоздал -
искал свои таблетки.
Oh, oh.
Да, вот они.
Пробовали такие?
- Нет, ни разу.
- Лучшие пилюльки в мире.
Недавно придуманы. Называются
"Легкомыслин".
Ну, поехали!
Да, сэр, жизнь прекрасна,
если не сдаваться.
- Лучше закиньте леску, вон какая
здоровенная рыбина!
- Где?
- Да вот же!
- Я не вижу.
- Ушла под мостки.
- Под мостки?
- Теперь видите?
- Нет.
- Сейчас увидите.
13 июля 1980 года.
- Я к мистеру Тредвелу.
Моя фамилия Банс.
- Это звукозапись.
Последние научные исследования
доказывают, что разговоры
являются самым частым
разносчиком простуды.
Поэтому в интересах общественного
здоровья мы в нашем офисе
делаем всё возможное, чтобы
исключить разговоры.
- Но мне всё же нужно сказать кое-что.
- Повернитесь вправо, пожалуйста,
изложите ваше дело в телекамеру
и подтвердите вашу личность.
Пожалуйста, изложите ваше дело
в телекамеру. Время не ждёт.
- Ну... Я Джей Джей Банс.
Я хочу увидеться с мистером Тредвелом.
Uh...
У меня тут визитка....
Я из ОЭГ.
- Изложите ваше дело, пожалуйста.
Вы не изложили дело ясно.
Я Джей Джей Банс из ОЭГ.
Я хочу увидеться с мистером Тредвелом.
У меня есть карточка.
- Вы не изложили дело ясно.
- Слушайте, дайте мне просто
встретиться с ним. Это личное дело,
даже, скажу вам, интимное.
- Вы изложили ваше дело ясно.
Пройдите через двойную дверь
до первой двери слева.
- Ну наконец-то.
- Мы пытаемся не заразить вас.
Почему же вы должны заражать нас?
- Проходите. Добро пожаловать.
- Мистер Тредвел.
- Мистер Банс.
Простите, не могу пожать вам руку -
правило нашей фирмы.
Мы провели ряд исследований
и обнаружили, что любые контакты
между людьми заразны.
Итак, что это за интимное дело?
- Банс, ОЭГ, Общество
Экспериментальной Геронтологии.
- Оо...
- Вы о нас слышали?
- Нет.
- Мистер Тредвел, если наш разговор записывается,
я бы советовал вам отключить запись.
- Садитесь, мистер Банс.
- Пару слов о том, чем мы занимаемся.
- Общество Экспериментальной
Геронтологии.
Вы собираете деньги для больниц,
мистер Банс?
- Пожалуйста, мистер Тредвел,
не путайте геронтологию с гериатрией.
- O?
- Оба слова - от греческого корня
"герас", что означает "старый".
В то время как гериатрия имеет дело
с возрастными заболеваниями,
геронтология - с социальными проблемами,
вытекающими из возраста,
особенно крайнего возраста.
Могу добавить, сэр, что ОЭГ работает
с полной самоотдачей,
мы посвятили себя своему делу.
- Да вы прям какие-то крестоносцы,
мистер Банс.
- Сэр, наша организация прямо
смотрит в лицо самым трагическим
ситуациям, с которым столкнулось
современное общество.
- Ну хорошо, давайте я позову секретаршу,
и она выпишет вам чек.
- Мы не гонимся за деньгами,
мистер Тредвел.
- Нет?
- Пусть сначала наша организация
поможет вам.
- Поможет мне?
- И если вы согласитесь, что вам
действительно помогли, тогда заплАтите.
- Мистер Банс, мне 50. При современном
уровне жизни даже
не представляю, чем вы можете
быть мне полезны.
- Мистер Тредвел, я изучал ваш
случай несколько месяцев.
Поверьте - вы в трудном положении.
- Да никогда в жизни я не был
в трудном положении, мистер Банс.
- Джон Тредвел, окончил колледж.
Живёт на Елисейских Полях
в Нью Джерси.
Любит лодки; собственный дом,
9 лет ипотеки. За холодильник
выплачено, за бассейн ещё нет.
За подтяжку лица для тёщи ещё нет...
- Где вы это взяли?
- Машина последней модели, выплачивать
ещё полтора года.
Учёба детей не оплачена.
27 лет в счастливом браке.
Двое детей-подростков, есть старший сын
и невестка.
Всё точно, мистер Тредвел?
- Мистер Банс, меня ждут дела.
- Последний пункт, мистер Тредвел.
Вы не дослушали.
Это о вашей тёще, ей 82.
- И что насчёт неё?
- Она - ваша проблема,
мистер Тредвел.
Когда ваш сын женился и съехал,
она поселилась у вас.
Она живёт с вами день за днём.
И это сводит вас с ума.
- Мистер Банс...
- Мистер Тредвел, согласно последним
статистическим данным, ваша тёща, -
если не произойдёт несчастного
случая, -
проживёт ещё 32 года, 9 месяцев
и 6 дней.
- 32 года, 9 месяцев
и 6 дней?
- О, прошу прощения: 7 дней.
Остаётся несчастный случай.
- Что вы имеете в виду?
- Старая леди может взобраться
на стремянку, она может
поскользнуться в ванной, упасть
с пирса.
Я всегда говорю, мистер Тредвел:
осознание проблемы -
первый шаг к её решению.
Когда будете готовы действовать -
дайте мне знать.
- Мистер Банс,
не стану притворяться, что люблю
свою тёщу,
но если вы предлагаете мне
избавиться от неё, то это
самая злодейская вещь, которую
я когда-либо слышал.
Я человек с принципами, я верующий!
- Жаль, что вы приняли это так
близко к сердцу, мистер Тредвел...
- Убирайтесь!
- Моя визитка у вас на столе,
мистер Тредвел.
Буду ждать вашего звонка.
- Благодарим Тебя за все
наши привилегии.
Благодарим Тебя за комфорт нашего дома...
... за комфорт нашего дома. Благодарим
Тебя за питательность нашей пищи,
благодарим Тебя друг за друга.
Господь, дай нам терпения
в дни печали, дай нам сил...
Да, мама?
- Кто, чёрт возьми, выключил
мой интерком?
- Мы выключили, мама, потому что
молились.
- Мой телевизор сломался.
Поднимись и почини его.
Сейчас же!
- Мама, он не может сейчас,
мы молимся.
- Почему он купил мне такой
дрянной телевизор?
- Я приду, мама, как только
закончу молитву.
- Поскорей, а то я пропущу
роллер-дерби.
- Отче наш, сущий в космосе...
Прости, дорогая, лучше я
починю ей телевизор.
- Ничего страшного. Я продолжу.
- Знаешь, что бы я сделал? Я бы
избавился от неё. Просто избавился!
- Тише, милый. Все мы однажды
состаримся.
- Дети, уже поздно, пора спать.
- Я должен закончить,
это мой проект.
Мама родная, вот люди тупые.
- Тупее тебя?
- Глянь на этот самолёт. 20 лет назад
его считали выдающимся.
- Я пытаюсь писать...
- Можешь представить: он пролетал
страну за 4,5 часа.
Представляешь, как медленно?
- Я сказала, я пытаюсь писать!
- Ой, заткнись.
- Дорогая... пожалуйста,
ты могла бы не напевать?
- Ох, конечно, прости.
Что ты рассматриваешь?
- Это график роста населения в связи
с увеличившейся продолжительностью жизни.
Довольно поразительно.
- Дорогой, что-то случилось?
У тебя грустный вид.
- Просто задумался.
Если не возражаешь, дорогая,
пойду, пожалуй, спать.
- Пап, если тебя что-то тревожит,
прими "Легкомыслин".
- Мне не нужна легко-мысленность,
мне нужно подумать серьёзно.
И будь добра, выключи музыку.
- Пап, она расслабляет...
- Да, учёные доказали...
- Я сказал выключить!
- Но Джон!..
- Миру нужна тишина.
Тишина, как в космосе.
Представь, как тихо, должно быть,
среди далёких звёзд.
Так что давайте-ка поживём в тишине,
без всякой без музыки.
И подумаем о смысле жизни.
Да, и о смысле смерти тоже.
Потому что у смерти есть смысл.
И поверьте мне, у неё есть цель.
- Эй, что это с ним.
- Может, влюбился в кого?
- Так, пожалуйста, помолчи, а?
- А помнишь, три года назад он
ездил кататься на лыжах со своей секретаршей?
Тогда он тоже был не в себе.
- За каким чёртом ты это сделал?
- Это слишком громко, мама.
- Тебе недолго так распоряжаться.
Скоро нога срастётся, и я сама встану
на ноги.
- Мама...
- О, да ты отрастил брюшко
Я сижу тут на стуле уже 8 недель,
а выгляжу лучше, чем ты.
- Мама, шум не полезен для вас.
- Не твоя забота.
Я собираюсь прожить больше 100 лет,
и не благодаря тебе.
- Хорошо. Но могли бы вы постараться
быть чуточку потише.
- Да кому нужна тишина?
Ты ещё належишься в тишине
в своей могиле.
Эх, вы, молодёжь...
Вы не умеете жить.
Ты слишком зажатый,
не радуешься жизни.
Ты сегодня делал утреннюю зарядку?
- Нет, не делал.
- Ты выглядишь как мятая подушка!
С тех пор, как я была девочкой,
многое переменилось,
и слава те господи!
Перемены - это великая вещь,
в этом секрет жизни.
Раньше мы жили до 75 или 80 лет.
А сейчас можем до 125,
и это не предел.
Так что ты ещё успеешь
привыкнуть ко мне.
И перестань отключать мой интерком!
- Доброе утро, мистер Тредвел.
Надеемся, ваш рабочий день...
- Ох, заткнись!
Идёмте, мистер Банс.
- Ну, мистер Тредвел, вы с нами?
И если не с нами - надеюсь,
не против нас.
Генеральному прокурору самому за 80.
Один донос - и мы будем подвергнуты
уничтожению
в камере атомной энергии.
- Не волнуйтесь.
- Дорогой мистер Тредвел, вы, кажется,
всё ещё сомневаетесь?
Милостивый государь, трагизм ситуации в том,
что благодаря чудесам науки
огромное число стариков стоит у власти.
Их голос имеет вес.
- Мистер Банс, не надо убеждать меня
вашими теориями.
- Тогда чем?
- Дело вот в чём: я ненавижу
тёщу до такой степени,
что вынужден убедить себя,
что делаю это из лучших побуждений,
а не для собственного удовольствия.
- Я вас понимаю.
Так что вы решили?
- Как вы намерены это сделать?
- Предоставьте это мне.
Возможно, несчастный случай дома.
- А что, если вы напортачите?
- Как напортачу? Я с ней знаком,
знаю её привычки.
- Вы с ней знакомы?
- А откуда, по-вашему, у меня вся эта
информация о вас, мистер Тредвел?
Я виделся с ней в парке каждое воскресенье,
как только вы оставляли её там.
Нет, я не буду рассказывать вам,
как собираюсь это сделать.
У вас может появиться чувство вины.
- Ну хотя бы можете сказать мне,
когда это произойдёт?
- Как насчёт утра воскресенья?
Вы все уходите в церковь,
а её оставляете в парке,
потому что она терпеть не может
проповедника.
Да, сдаётся мне, в воскресенье
утром было бы превосходно.
Конечно, если вы согласны.
- По рукам.
- Итак, к делу, мистер Тредвел.
- Что это?
- Подписав поручительство
нашей организации, мистер Тредвел,
вы совершите один из самых
похвальных поступков в вашей жизни.
"Настоящим я обещаю выплатить
две тысячи долларов."
Вы даже не заикались о такой сумме!
- Просто случай не подворачивался.
Но позвольте указать, что
за пожертвования
благотворительной организации
как наша
у вас будет налоговый вычет.
- А где папа? Он же опоздает в церковь.
- Наверное, одевается.
- Нет, он ушёл.
- О?
- Он повёз бабушку в парк.
- Ох, что за чудесное утро.
- Милый, ты ещё не одет?
Ты же опоздаешь в церковь.
- Я не иду.
- Не идёшь?
Как, Джон? Ты за 20 лет
ни разу не пропустил.
- Я не пойду.
- Можно узнать почему?
- Я иду на рыбалку.
- Куда?..
- Не смотри так встревоженно.
- Пап, тебя же арестуют.
Ты что, не знаешь - принят новый закон:
нельзя рыбачить по воскресеньям.
- Кто принял такой закон?
- Лига Престарелых демократов,
на прошлой неделе.
- И правильно, теперь все должны
ходить в церковь.
- Но бабушка не ходит в церковь.
- Потому что у неё есть
сертификат здоровья.
Если ты достаточно стар - получи сертификат,
и можешь не ходить в церковь.
Вот почему по утрам в воскресенье
на улицах никого нет.
- Ага...
- А я не замечал.
- Конечно, не замечал, ты в это время
был в церкви.
- Не имеет значения. Это решено:
я иду на рыбалку.
- Ты что, папа?
И не смотрите так. Обойдёмся
без адвоката, сам разберусь.
Сейчас съем стопку свежих
пышных блинчиков, политых
золотистым сверкающим сиропом.
А потом пойду на рыбалку.
- Ну что ж, дети, а мы пойдём в церковь.
- Это называется "Метод Блессингтона".
В честь нашего основателя,
мистера Ральфа Блессингтона.
Он увидел зарождение проблемы ещё в 60-х.
- Молодой человек, не знаю, о чём вы,
но мне нравится ваш голос.
Все эти формы жизни:
рост, цветение, увядание, закат.
- Такой умиротворяющий голос.
- Смерть - это питательная смесь жизни.
- Что может быть лучше для
этих весенних цветов, чем
прошлогодние прелые листья?
Смерть встроена во вселенную
для обогащения жизни.
Представьте, что может случиться,
если рыбы в океане вдруг обретут
силу не умирать? Через пару недель
океан задохнётся от рыбы, воды
будет недостаточно,
и вся рыба погибнет.
И когда человек в своем безграничном
озорстве нарушает порядок вещей,
это неизбежно приведёт
к безграничному злу.
- Молодой человек, я не совсем поняла,
о чем вы говорите,
но мне это определённо не нравится.
Поворачивайте назад!
- Мистер Тредвел.
Дело сделано. Смерть из-за случайного
падения в воду.
- Ох ты ж как...
- Ну не расстраивайтесь, мистер Тредвел.
Это уже в прошлом, забудьте.
Вам надо думать о будущем.
Подумайте о детях.
Вы сможете радоваться, наблюдая,
как они растут... Расцветают в полную силу.
Подумайте о дочери. Однажды она
выйдет замуж.
- Да.
- Теперь представьте мысленным взором
этого красивого, сильного,
молодого зятя.
Можете почувствовать тепло его
рукопожатия, когда он приветствует вас?
- Постойте...
Вы хотите сказать, что однажды
кто-нибудь из вашей группы
придёт и подкинет моим детям идейку?..
Мистер Тредвел, вы можете хоть на минутку
представить, что эти ласковые
и привязанные дети
способны причинить вам хоть малейший вред,
хоть малейший?
- Нет. Думаю, нет.
- Отлично. Держитесь за эту мысль.
Никогда с нею не расставайтесь.
Дорожите ею.
Это будет вам большой отрадой
и утешением...
До самого конца.
- Доктор сказал, что гипс можно
снять в любой момент.
Но, кажется, со мной куда лучше
обращаются, пока я в нём.
Что же до мистера Банса и
мистера Тредвела, то
даже их развитое общество
не одобрило их деятельность.
К тому времени тёщи во власти
стали очень многочисленны
и даже более могущественны,
чем сегодня.
Так что ждите этого с нетерпением -
при условии, что вы тёща.
До следующей встречи.
Доброй ночи.


Серия 9

Добрый вечер,
уважаемые автомобилисты.
Дорожные знаки теперь
наставлены так плотно,
что мне пришлось отказаться от
автомобиля и ходить пешком.
Надеюсь, никогда не наступит
такое время, когда
этот милый пейзаж заслонят
рекламные щиты.
Вообще-то я думаю, что эти знаки -
это саженцы.
Департамент автодорог выращивает их.
Возможно, вам лучше знакомы
дикорастущие сорта,
проросшие вдоль обочины.
Сегодняшняя постановка имеет связь -
- впрочем, незначительную -
с вышеизложенным.
В ней вы увидите автомобиль.
Представление называется
"Мёртвый груз".
На минутку отъедем в сторону,
и затем начнём.
МЁРТВЫЙ ГРУЗ
- Тише, приятель. Спокойно.
Подними руки. Без шума!
Вот так.
- Что вам нужно?
- Так, белый воротничок...
Теперь открой дверь. Плавненько!
Вот так.
А теперь так же потихонечку вылезай.
- Послушайте...
- Я сказал - шевелись. Сейчас же!
Теперь повернись к машине.
Быстро!
Положи руки на машину.
Ну, красотуля, теперь ты вылезай.
- Подождите...
- Заткнись, красавчик!
Положи руки обратно. Клади!
Ну, куколка.
Вылезай и прихвати ключики.
Эй, детка! Я сказал ключи.
Ох, гладкие ручки. Славно!
Но с этим попозже, сладкая.
- Что ты задумал...
- О, я много чего задумал.
Я переполнен идеями.
О, да ты богатенький Буратино.
Кортни Н. Мастерсон.
Что за нелепое имя!
Эй, а зачем тут "Н."
- Не твое дело.
- Я задал вопрос, мистер!
- Слушай, ты получил что хотел,
теперь оставь нас в покое!
- Итак, что значит это "Н.", Кортни?
- Несбит.
- Кортни Несбит Мастерсон.
Оу, папаша...
Как будто у тебя вообще нет имени,
одни фамилии. Почему, а?
Ладно, Кортни.
Вот твои ключи.
- Мне нужен мой бумажник.
Деньги можешь оставить себе.
Там документы, которые
тебе ни к чему.
- Забудь, папаша.
Это ещё не всё.
- Пожалуйста, отпустите нас!
- Тише, детка.
Иди открой багажник.
- Там ничего нет..
- Я сказал открывай!
Вынь весь хлам и брось на землю.
- Что дальше?
- Полезай внутрь, котик.
- Пожалуйста, у меня тоже есть деньги.
Сумка в машине.
Возьмите их, мы никому не скажем!
- Правда же мило!
Но мне нужны не твои гроши, детка.
- О чём вы?
- О том, что сейчас займусь тобой.
Но сначала нам надо уложить старину
Кортни Несбита Мастерсона.
Усекла?
Поднимайся! Да потихоньку,
папаша,
иначе покромсаю.
- Ну-ну, сынуля.
Если думаешь, что нож
быстрей пистолета, попробуй.
- Ты в порядке?
- Да.
- Ну?!
- Вот, мистер...
Теперь руки на машину.
Да потихоньку, приятель.
Теперь...
полезай в багажник.
- Эй, да ладно, я не собирался
ничё такого,
это была просто шутка.
- Да ты большой шутник.
Ты бы убил меня, если б смог.
Лезь в багажник!
В багажник!
- Заставишь меня - я ж тебе этого
не забуду, Кортни.
- В багажник!
- Больше нечего бояться.
- Ох, Корт...
- Хватит.
- Я так испугалась, что он...
- Всё, не думай об этом.
- Поехали отсюда.
- Едем.
- Что будем делать?
- Высадим нашего дружка
в полицейском участке.
- Это попадёт в газеты?
- Так и вижу заголовки:
"Владелец рекламного агентства задержал бандита,
нападавшего на любовные парочки".
Вот это паблисити.
- Да, это будет увлекательное чтение
для всех, кроме твоей жены.
- Вам стоит проверить заднюю шину.
- Почему ты не сказал ему?
- Я не знаю, что делать.
- А ведь ты знал, что делать,
пока не подумал о жене.
Тебя и впрямь тревожит?
- Что, если и так?
- Всё тот же Кортни.
Всегда осторожный и респектабельный.
Ты никогда не изменишься.
"Ох, Кэрол, дорогая, я тут столкнулся
со старинным другом в клубе рекламщиков
после работы, и мы
вспомнили старые деньки"
- Перестань, Пэг.
Ведь так всё и было, но...
- Она узнает, что я в городе
уже 10 дней, милый,
и не поверит, что мы встретились
только сейчас.
- Я говорил ей, что собираюсь
поработать допоздна над новым заказом.
Потом я обедал в клубе.
Откуда я знал, что встречу
там тебя?
Может, припугнуть его хорошенько
и отпустить?
- Если ты так сделаешь,
он что-то заподозрит.
- Да, и он знает моё имя.
Видела, как он посмотрел на меня?
Он не забудет,
что я засунул его в багажник.
- Значит, ты должен его убить!
- Убить его?
Пэг, думай, что говоришь.
- Да, и ты сможешь сказать,
что был там один.
Просто остановился там,
чтобы кое-что обдумать.
- Кто на это купится?
Мужчина паркуется там в одиночку?..
- А что такого?
- Да никто так не делает.
У полиции куча способов проверить это,
например, следы шин...
Пэг.
- Что?
- Ты хоть понимаешь, что мы всерьёз
обсуждаем убийство?
- Я бы сказала, что это убийство
в целях самозащиты.
- Но это человеческая жизнь.
- Он не человек, он животное.
Я не уйду, пока ты не скажешь,
что собираешься делать.
- Я пока не знаю.
- Но ты должен что-то сделать.
- Я понимаю.
Предположим...
предположим, что этого не было.
- Но это было!
- Нет, ты не поняла.
Мы встретились в клубе за ужином
- как оно и было.
Потом пошли в мой офис, где обсуждали
проект Диксона.
- Вроде, вполне логично.
- Затем я привёз тебя прямо сюда,
в полвторого.
Не думаю, что кто-то станет
расспрашивать, но если будут -
ничего не было.
Думаю, у тебя получится.
- Я постараюсь.
О, Корт!
Я не хотела втягивать тебя
в неприятности.
- Это не твоя вина.
Я сглупил.
Поехал туда и повёл себя,
как школьник.
- Мне понравилось.
- Мне тоже.
Я был удивлен.
- Удивлён?
- Удивлён, что я чувствую это
спустя столько времени.
- Ох, я так рада!
Корт,
что ты намерен с ним делать?
- Я не знаю.
В любом случае, тебя это не коснётся.
Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- Вылезай.
- Ладно, ладно.
Только спокойнее, спокойнее.
Слушайте, прошу вас, мистер Мастерсон,
забудьте об этом, и я никогда
больше так не буду.
- Хотел бы поверить.
- Поверьте, честно!
Вы не пожалеете.
Я буду тише воды,
ниже травы, правда.
- Мы обсудили и решили...
- Э, а где она?
Эта цыпа... Пэг. Так ведь её зовут?
- Не твоя забота.
- Если вы меня отпустите, вам
не придётся отвечать на вопросы.
Это же хорошо, правда?
А то копы могут задать
неудобные вопросы.
- Я пытаюсь дать тебе шанс,
быть любезным с тобой!..
- Ой, держите меня! Не смеши!
Тебе копы нужны не больше,
чем мне.
Так что завязываем с этой фигнёй,
и я пошёл.
Я тебя не знаю, и ты меня не знаешь.
- Надолго ли?
- О, это интересный вопрос.
А я и не подумал.
- А надо было.
- Ты прав, Кортни.
Знаешь, что? Кажись, ты вляпался
хуже, чем я.
Так что давай забудем об этом.
Пока что.
Но мы ещё встретимся.
До скорого, папаша.
- Погоди минутку.
А это?..
- Спасибо, Кортни. Совсем забыл.
- Вы всегда подбираете тех,
кто голосует на дороге,
мистер Мастерсон?
- Как правило, нет.
- Так почему ж вы взяли
этого парня?
Вы сказали, было около двух ночи?
Вам не кажется, что это было опасно?
- Теперь знаю, что было.
Тогда я об этом не думал.
- Куда он направлялся?
- Куда-то в сторону каньона.
Я ещё подумал: как неприятно,
должно быть, шагать по этой дороге
среди ночи.
Слушайте, я пытаюсь объяснить,
что произошло.
Пытаюсь сотрудничать, но...
- Но что, мистер Мастерсон?
- Эти ваши вопросы, они...
- Они - что?..
- Я что, под следствием?
- А должны?
- Конечно, нет.
Я признаю, что убил его,
но там было - он или я.
Он сказал, что убьёт меня.
Я вырвал у него пистолет,
мы стали бороться, и пистолет выстрелил.
- Не в машине?
- Я уже говорил, что не в машине.
Он заставил меня выйти.
Заставил положить руки на машину.
Наверное, он видел это в кино.
- Лейтенант Уард. Да. Ага.
Отлично.
Порядок.
Нет, можете доставить машину сейчас.
Мы задержим её на денёк-другой.
Да.
Хорошо.
- Ваша история подтверждается в части
времени наступления смерти парня.
- А всё остальное разве нет?
- Есть что-то ещё, что мы
должны знать, мистер Мастерсон?
- Нет, конечно, нет.
- Парня, которого вы убили,
звали Руди Стикни.
Он доставлял неприятности с 12 лет.
Сидел за вооруженное ограбление,
год назад вышел. Он любил оружие.
Вам повезло, мистер Мастерсон.
Повезло, что он не убил вас.
Простите, если показался
излишне резким, но мы должны были
убедиться, что все детали
сходятся.
- Понимаю.
- Возможно, вы сберегли
штату немало денег.
Уверен, что в конце концов для него
этим бы всё и кончилось,
но налогоплательщикам
обошлось бы дороже.
Лично я думаю - что может быть
подлее этой мелкой шпаны,
которая злоупотребляет чужой добротой.
Стоит ли напоминать вам,
как опасны случайные попутчики?
- Нет, этот урок я усвоил.
Могу я быть свободен теперь?
- Да. У нас ваша машина.
Как я уже сказал, мы подержим её
день-другой, если вы не против.
Сержант Филлипс проследит, чтобы
вас довезли на патрульной машине.
Свяжемся с вами через пару дней,
мистер Мастерсон.
Спасибо.
- Спасибо, офицер.
- Я так беспокоилась за тебя, Кортни.
После твоего звонка я не могла
больше спать.
- Не о чем волноваться.
Всё в порядке.
- Корт? Почему ты не захотел,
чтобы я туда приехала?
- В этом не было необходимости.
- Ты действительно убил человека?
- Да.
Это был пацан,
молодой уголовник.
Я подобрал его на дороге. Он угрожал
убить меня. У него был пистолет.
- Наверное, это было просто жутко,
на этой горной дороге...
Совсем один.
Приготовить тебе поесть?
- Нет, спасибо.
Я лучше выпью.
Что мне нужно, так это поспать.
- Мой бедненький...
Ты наверное измучен.
Скажи, тебе было страшно?
Я бы испугалась до смерти.
- Да, мне было страшно.
- Расскажи подробней.
- Я поужинал в клубе рекламщиков.
Затем пошёл в офис и работал
над презентацией Диксона...
- О, мистер Мастерсон.
- Доброе утро, Рита.
- Мы думали, вы не придёте
после случившегося.
- Да, в какой-то момент я подумал,
что мне уже здесь больше не бывать.
- О, с добрым утром, мистер Мастерсон.
- С добрым утром, Мэри.
Мистер Калахан и мистер Айви
передают поздравления и хотят
увидеться, когда у вас будет минутка.
- Спасибо.
- Примите и мои поздравления.
Должно быть, это было нечто!
- Так и было, Мэри, так и было.
Да, мистер Мастерсон, там человек
ждёт вас в приёмной.
Детектив.
Скажи, пусть заходит.
- Проходите, пожалуйста.
- Спасибо.
Мистер Мастерсон, я Лестер Элдридж.
- Моя секретарша сказала, вы из полиции.
Наверное, хотите поговорить
о прошлой ночи.
- Да, нам стоит прояснить некоторые детали.
- Я уже всё рассказал вашим ребятам.
Они знают столько же, сколько и я.
- Я сказал вашей секретарше,
что я детектив. Так и есть.
Она решила, что я полицейский детектив,
и я не стал разубеждать её.
На самом деле я ушёл из полиции
два года назад
и занялся частным бизнесом.
Последние пять дней я работал
над зауряднейшим случаем
по заданию ревнивой жены.
Это было скучным - вплоть до прошлой ночи.
Прошлой ночью я ни на минуту
не терял вас из виду, мистер Мастерсон.
Мне кажется, прежде, чем я
доложу обо всём вашей жене
или в полицию, лучше бы
нам обсудить это с вами -
к обоюдной выгоде.
Частное предпринимательство
надо поддерживать.
Но, кажется, мистер Элдридж
слегка переусердствовал.
И что-то пошло не так.
Может быть, у мистера Элдриджа
тоже была ревнивая жена?..
Во всяком случае, прошлой ночью
за ним тоже следили.
Если вы не уследили за нашей историей,
рекомендую вам проследовать за мной.
Я был удивлён, встретив полицейского,
который скрывался в зарослях.
Он вручил мне штрафной талон
за неосторожную езду, неправильную
парковку, превышение скорости
и переход улицы в неположенном месте.
Однако он согласился порвать талон,
если я покажу ему,
как отсюда выбраться.
Через неделю я вернусь с новой историей.
А пока доброй ночи.


Серия 10

Добрый вечер, дамы и господа.
Наше сегодняшнее шоу
немного задерживается.
Постановка под названием
"Специальная доставка" всё ещё не прибыла.
Однако она мчится к нам со всей
возможной скоростью.
К сожалению, ей предстоит
долгий и трудный путь.
У нас почти не осталось времени,
но уверяю вас, что наш продюсер
приложит все усилия чтобы
доставить послание.
Боюсь, что нам придётся начать без него.
Мы спасены.
В самый последний момент.
СПЕЦИАЛЬНАЯ ДОСТАВКА
Надпись на пакете:
«Специальная доставка. Питомник
новых видов растений, Грейт Байю»
- Специальная доставка. Дом Фортнумов?
- Да, всё верно. Спасибо.
С добрым утром, милый.
- О, это мне?
- Прости, нет. Это для твоего сына.
Том. Том!
- Да, мам.
- Тебе посылка.
- Ух ты!
Это из Грейт Байю, из питомника
новых видов растений.
Наконец-то, вот здорово!
- Ну и чего ты так разволновался?
- Ты что, не видел последнюю
страницу "Юного техника"?
Гляди!
Видишь, вот они!
- Они? Кто - они?
- Сверхгиганты Сильвана Глейда.
Гарантированный рост.
Выращивай грибы в своём подвале
и зарабатывай!
- Похоже на какие-то зёрна.
- Грибы размножаются такими зёрнами.
Я обязательно их выращу.
Баснословный рост всего за 24 часа -
как обещала реклама.

- Что ж, всё лучше, чем древесные
жабы и африканские змеи.
- Ещё бы!
- Попал!
Удачного урожая, фермер!
- Билл, привет! Я как раз хотел
тебя видеть. Иди сюда.
- Мне надо зайти узнать,
не нужно ли чего Синтии.
Я скоро.
- Нет-нет, слушай,
это не может ждать.
Можешь побыть пять минут моим
психиатром?
- Ну ладно, раз это так важно.
- В мире творятся странные вещи.
- А разве не всегда так было?
- Нет, я хочу сказать, что
происходит что-то жуткое.
- Миссис Гудбоди жаловалась сегодня на
летающие тарелки.
- Эй, пап, лови мяч!
- Нет, я вовсе не о тарелках.
Привет, ребята!
- Как ты думаешь, что такое интуиция?
- Интуиция?
Ну, я бы сказал, что это информация,
которая хранится в подсознании,
и в какой-то момент доходит до сознания.
- Очень хорошо.
Какие-то вещи накапливаются
в течение долгого времени.
Взять хотя бы этот гараж.
Ты возишься тут с деревом
и не обращаешь внимания на стружку.
Но однажды ты смотришь на пол -
а там опилки.
Пыль накапливается незаметно,
и вдруг внезапно мы это осознаём.
Ты заметил, что в последнее время
люди стали пропадать куда чаще, чем прежде?
- Разве?
- Да. Просто раз - и исчезают.
Старый Чарли Бемис исчез,
Бен Гамильтон исчез.
Стало больше насилия. И убийств.
Но... я не это имею в виду.
Я знаю - что-то за этим кроется.
- Да ну?
Так расскажи же мне.
- Но я не знаю, как.
Это как в тех известных строках:
"Пальцы на ногах свело -
это к нам крадётся зло".
Я ничего не боюсь.
И я боюсь всего.
- Может, ты заболел?
- Доктор говорит, что я в полном порядке.
У меня чудесные жена и дети.
Я счастливейший человек в мире.
Но я ужасно боюсь -
за себя,
за свою семью,
а теперь ещё и за тебя.
- За меня?
- Угу.
- И за твоих друзей,
и за друзей твоих друзей.
- И что нам с этим делать?
- В течение нескольких дней приглядывайся
ко всему, Билл,
будь внимателен к своим ощущениям,
ко вкусам, к запахам.
Может быть, что-то кроется в том,
как ветер колышет эти сорняки,
или в том, как солнце играет
на телефонных проводах.
- Пап, давай поиграем в "собачку"!
- Давай.
- Ещё ни разу я не был так уверен в том,
что должно случиться что-то страшное.
- Ладно, погодите, ребята.
- Билл,
будь бдителен,
наблюдай
и прислушивайся.
А через пару дней мы сравним наши наблюдения.
- Эй, пап!
- Я же сказал - пока хватит.
- Роджер, я был бы рад наблюдать,
но ты ведь мне ничего толком не объяснил.
Как я опознаю это не-пойми-что,
если даже не знаю, о чём речь?
- О, ты поймёшь.
Ты это сразу поймёшь.
Иначе нам всем конец.
Думаешь, я спятил?
- Мне ты кажешься вполне вменяемым.
- Тогда увидимся через пару дней.
- Ладно.
- Билл!
- Что?
- Будь осторожен.
- Эй, пап!
- Что ты делаешь?
- Проявляю бдительность.
Присматриваюсь.
Наблюдаю за ощущениями.
Синтия,
твоя интуиция в рабочем состоянии?
- Давай проверим.
- Скажи,
не грозит ли нам
землетрясение или потоп?
Не надвигается ли ураган?
Не погибнут ли цветы на нашей
клумбе от засухи?
- Погоди минутку.
Ну-ка, что мне подсказывает чутьё?
Нет.
Ни потопа, ни урагана, ни засухи.
А что?
- Столкнулся сегодня с кучей людей,
изрекающих мрачные предсказания.
Вернее, с двумя.
Эй!
- Я случайно.
Что случилось, пап?
- Ты разве не слышал?
Грядёт конец света.
- Не-а. По-моему, жизнь движется вперёд.
- Вот молодец!
Что это?
- Урожай.
- Что?
- Грибы!
Они так быстро растут!
Смотри, какие уже большие!
- Ой, бог ты мой, и правда.
- А это точно съедобные грибы?
Они не могут по ошибке оказаться...
- Чем, поганками?
Ты что, мам? За кого ты меня держишь?
- Я тебя не критикую, но как
узнать, что они съедобные?
- Съесть их.
Если выживешь - значит, съедобные.
А если окочуришься - что ж...
- Мне они не нравятся.
- Ох, мама, сначала ты говорила по-другому.
- Ну извини. Я не думала,
что они вообще вырастут.
Я думала - мы их посадим, они там засохнут,
ты их выбросишь,
и дело с концом. Но теперь я...
- Ох, обязательно быть такой занудой,
которая портит другим всю радость?
- Том.
- Да наплевать! К чёрту всё это!
- Я просто хочу быть честной.
Не знаю, почему, но я просто
должна была это сказать.
- Алло?
О, привет, Дороти.
Да, я видел Роджера сегодня.
Что с ним?
Когда?
Ты уверена?
Сейчас буду.
- Что-то с Роджером?
- Он пропал.
Исчез.
Сгинул.
- Давно ушёл твой отец?
- Понятия не имею. Я проходил мимо гардероба
и заметил, что он опустел.
Вся отцовская одежда исчезла.
- Хочешь сказать, он ушёл из дома,
а ты даже не слышал?
- Наверное, он упаковал вещи за 5 минут
и ушёл пешком, поэтому мы даже
не слышали шума такси возле дома.
- Ладно, я проверю аэропорт
и железнодорожную станцию.
Дороти...
Дороти, а не было ли...
каких-нибудь наследственных
предпосылок в семье Роджера?
- Ты имеешь в виду душевное расстройство?
Нет, ничего такого не было.
Нет, Билл.
Мне почему-то кажется...
я чувствую, что его похитили.
- Он что, упаковал вещички,
и отправился на встречу
со своими похитителями?
- Ну... я не знаю.
Но я чувствую это.
Они могли проникнуть в дом и заставить его уйти.
- Постой-ка. Роджер предупреждал меня сегодня.
Он сказал, что что-то ужасное
должно произойти
с кем-то из знакомых.
Но что именно?
И как?
- Билл.
Найди его, прошу тебя.
- Если это вообще в человеческих силах.
- Билл.
С Томом уже всё в порядке,
просто эти проклятые грибы
так много для него значат.
- Правда?
- Ну что там с Роджером?
- Он действительно исчез.
- Ну...
Такие вещи нередко случаются
с мужчинами за 40.
- Что именно?
Мечты о юности,
бесконечных выпивках,
очаровательных женщинах,
о возможности ещё разок
закрутить с кем-то?
Нет... Кто угодно, только не Роджер.
- Фортнум?
- Да.
- Вам телеграмма.
- Спасибо.
Билл.
"Направляюсь в Новый Орлеан.
Улучил возможность послать телеграмму.
Не принимайте, -
повторяю, - не принимайте никакие посылки,
присланные специальной доставкой.
Роджер".
Что он имеет в виду?
- Оператор, соедините с полицией, срочно!
Не принимайте...
- О, понятно.
Ну, раз такое дело...
Простите, мне очень жаль.
Спасибо.
В каком-то Грин Сити, на другом конце страны,
в поезде, идущем на юг,
полиция обнаружила Роджера.
Он ехал там в купе.
Он был один.
- Но как такое может быть?
А как же его телеграмма?
- Наверное, он послал её,
когда его похитители
ненадолго отвлеклись.
Но он отрицает, что посылал какую-то
телеграмму и что ему нужна помощь.
Полиция говорит, что он был
с ними любезен,
он был бодрым, в приподнятом настроении.
Сказал, что у него небольшая
деловая поездка.
"Весьма признателен.
Благодарю вас. Доброй ночи".
Доброй ночи?..
- И что...
Что сделала полиция?
- А что они могли сделать?
Удостоверились, что никто не держит
Роджера на мушке,
и сошли с поезда.
- Ну что ж...
Раз с ним всё в порядке...
- Да точно ли в порядке?
- Но ты же сам только что сказал ...
- Это они так сказали.
В конце концов, не могли же они
уверять его, что он в опасности,
и вытащить его из поезда?
- Но зачем он послал нам эту телеграмму,
и просил не принимать какие-то
посылки специальной доставки?
Мы никогда и не получали
никакую специальную доставку.
Только ту, что пришла Тому.
Новый Орлеан.
Роджер ехал в Новый Орлеан.
- Алло, Дороти?
Полиция связывалась с тобой?
- Да, но я ничего не понимаю.
Роджер попросил их оставить его в покое.
- Понятно.
Дороти,
ты или кто-то из членов твоей семьи
получал какие-нибудь посылки,
присланные специальной доставкой
за последние несколько дней?
- Ну...
вообще-то да.
Примерно три дня назад.
Все мальчишки в округе как будто
помешались на этом.
- Помешались на чём?
- Почему ты спрашиваешь?
Ведь нет ничего плохого в выращивании
грибов, а?
Я говорю - ничего же нет плохого в том,
чтобы растить грибы?
- Маразмиус ореадес, опёнок луговой.
Грибовидное образование.
Но как это связано?
Разве кто-нибудь умер? Нет.
Кто-то отравился?
- Не можешь уснуть?
- Не могу, слишком жарко.
Синтия, что, если Роджер был прав,
и происходит что-то ужасное?
Может, на Землю вторгаются
создания из других миров?
- Билл...
- Могут ли существа из космоса внедриться
в нас так, чтобы мы этого не заметили?
Я не про метеориты и летающие тарелки.
Бактерии ведь тоже попадают сюда
из открытого космоса.
Семена, споры, пыльца,
миллиарды вирусов
проникают в атмосферу каждую секунду,
каждый час на протяжении миллионов лет,
проливаясь на нас невидимым дождём.
Они обрушиваются на наши города,
на наши улицы.
На наш газон!
- На наш газон?
- И газон миссис Гудбоди!
Конечно, люди вроде неё всегда опрыскивают
растения ядом
и вышвыривают грибы со своих газонов.
Так что чуждым новым формам жизни
трудно выжить в условиях города.
Да.
Возможно, им было бы лучше на юге,
где-нибудь в Алабаме, Луизиане.
В тёмных заболоченных местах
они могли бы разрастись на славу.
- Ох, да брось.
Или ты в самом деле думаешь,
что этим Грейт Байю - или как там называется
тот питомник растений, -
владеют и управляют гигантские грибы
с другой планеты?
Это они прислали Тому посылку?
- Бога ради, Синтия, есть какая-то связь
между Роджером, этими грибами,
специальной доставкой,
миссис Гудбоди, - всем этим!
- Ну не сердись.
- Да не сержусь я, просто...
Только подумай, до чего коварный план -
эти твари из иного мира
создали питомник,
поместили рекламу в "Юном технике" -
"Выращивай гигантские грибы и зарабатывай".
И миллионы мальчишек купились на это.
Прямо сейчас, в эту самую минуту,
в домах по всей Америке
наивные мальчишки выращивают
в своих подвалах миллиарды этих грибов!
- Ну понятно - ты шутишь.
- Только на половину.
- Грибы, какими бы большими они ни были,
не могут чувствовать и думать.
У них нет ни рук, ни ног.
Как бы они смогли организовать
почтовую рассылку
и завладеть миром?
Ну давай, пойдём, посмотрим на твоих монстров.
Вот они, твои жуткие чудища.
Пойдём, я сделаю что-нибудь перекусить.
Достань молоко, милый.
- Синтия, это ты положила грибы в холодильник?
- Нет. Наверное, Том.
Закрой дверцу.
- Синтия,
у грибов есть способ обрести руки и ноги.
Что если какой-то человек,
бродивший по болотам,
собрал эти грибы
и съел их?
Попав внутрь,
эти грибы вместе с кровью
проникают в каждую клеточку его тела
и превращают его
в неведомое существо.
Может быть, Роджер поел грибов,
которые дал ему сын,
и превратился в кого-то иного.
Но в какой-то последний миг просветления,
на секунду став собой,
он отправил нам эту телеграмму,
предостерегая нас от посылок специальной доставки
с этими грибами.
Разве такого не может быть?
- Ну всё, с меня хватит. Я иду спать.
- Том?
- Нет!.. Не включай свет, папа.
Грибам вреден свет.
- Toм?
Зачем ты положил грибы в холодильник?
- Потому что хотел, чтобы
вы с мамой их съели.
- А ты?
Сам ты их уже ел?
- Да.
Ел.
Ты, кажется, проголодался?
Ты голоден.
Ты голоден.
Мне кажется, эта история
содержит очень обнадёживающее послание
для всех грибов на Земле.
Я тут решил сделать шаг
в противоположном направлении
и убедить грибы выращивать людей
в их подвалах.
Теперь, раз мы посмотрели нашу постановку,
отошлём её обратно.
До следующей встречи, доброй ночи.

 

////////////////////////////