Американская история ужасов: Отель (2015 год). Фразы и цитаты из сериала

Американская история ужасов - 5 сезон

«Америка́нская исто́рия у́жасов: Оте́ль» (англ. American Horror Story: Hotel) — пятый сезон телесериала «Американская история ужасов», транслировавшийся на канале FX с 7 октября 2015 по 13 января 2016 года. Премьера состоялась 7 октября 2015 года, а окончание серий состоялось 13 января 2016 года. В этом сезоне вернулся актерский состав с предыдущих сезонов: Кэти Бэйтс, Сара Полсон, Эван Питерс, Уэс Бентли, Мэтт Бомер, Хлоя Севиньи, Анджела Бассетт, Мэр Уиннингэм и другие, также добавились новый члены актерского состава Леди Гага и Шайенн Джексон. Исходя из слов создателей Брэда Фэлчака и Райана Мерфи, тематически, Отель намного темнее, чем предыдущие сезоны. Вдохновение на создание сезона пришло из старых фильмов ужасов об отелях и реального отеля, расположенного в центре Лос-Анджелеса, в котором происходили зловещие события. Сезон также ознаменован тем, что съёмки снова состоялись в Лос-Анджелесе, как первый и второй сезоны. Декорации для Отеля были самыми дорогими из всех сезонов, художник-постановщик Марк Уорзингтон построил два этажа на звуковой сцене, а также рабочий лифт и лестницу.

Все фразы и цитаты

Серия 1

ОТЕЛЬ "КОРТЕС"
- Поскорее бы в парк
Юрского периода.
- Ещё и "Форсаж"
Обожаю Вина Дизеля!
- Простите.
До студии Юнивёрсал далеко?
- Километров пятнадцать.
- Ясно.
А на сайте писали,
что все интересное - рядом.
- Ну и тишина. Будто в могиле.
- Не нравиться мне это.
- Я с первого раза услышала.
Забронировано?
- Сами виноваты - заплатили заранее.
Но мы тут не останемся.
- Да, нужные нам
места слишком далеко.
- Нам ваш отель не подходит.
Можете вернуть залог?
- Никаких возвратов.
- Но нам нужны деньги
на другой отель.
- Добро пожаловать в Америку.
- Ну, ретро - это здорово.
Вдруг нам понравиться.
- Одна ночь-то всё равно оплачена.
Уж поверьте.
Вы тут приживётесь.
- Я забыла спросить пароль от вай-фая.
- Нет тут такого.
Во всём здании
вообще сигнал не ловит.
В каждой комнате для вас по телефону.
Местные звонки - бесплатные.
Потеряете ключи -
штраф 50 долларов.
Чем еще могу услужить?
- Лёд есть?
- Автомат со льдом - во втором
коридоре налево. Наслаждайтесь.
- В пятьдесят первом номере
такой кошмар случился!
- Чуешь запах?
Жуткая вонь.
Будто тут дохлое животное.
Я уже свечки зажгла, но не помогло.
- Администратор.
- Смените нам номер.
Тут ужасный запах.
- В отеле плесень.
Включите кондиционер посильнее.
- Дайте нам другой номер!
- Отель забит.
Все номера заняты.
- Вот сучка!
- Чувствуешь? Отсюда и воняет.
Не надо, Вендела.
Испортим - придеться заплатить.
- Плевать!
- Кто это был? Что за тварь?
- Даже не представляю. Дорогая,
я в таком же шоке, как и вы.
И знайте - за тот номер
денег мы не возьмём.
- Я тут ни секунды больше
не останусь.
- Полиция скоро приедет.
Можете дать показания здесь, или в
тюрьме, после ареста за уклонение.
Я соберу ваши вещи.
А пока
можете остаться здесь.
- Вы же говорили, номера все заняты.
- В этот мы никого не заселяем.
[ЧАС СПУСТЯ]
- Неправильно набран номер.
Пожалуйста, проверьте номер
и перезвоните.
- Нет связи.
Вот так отель.
Ну и разгромный же я напишу отзыв.
- Агги?
- Похоже, он украл ключи у прислуги.
- Шум никто не слышал?
- Обеих жертв сразу
вырубили хлороформом.
- Блеск.
Нужен свет.
- Глазные яблоки мужчины -
в пепельнице.
- И язык.
- Он в агонии.
- Помогите.
- Джон, тут всё уже осмотрели.
- Но не я.
Они женаты,
но не друг на друге.
Интрижка.
- Может, разъярённая жёнушка?
- Нет, это не ревность.
Нечто иное.
Это послание:
их супруги как будто слепы.
- Помогите. Вытащите...
Вытащите меня...
- Сэр...
- Вытащите...
- Сэр.
Сэр, мы вас отсюда вытащим.
Обещаем.
- Он не об этом просит.
"Вытащите из неё".
Он ещё внутри.
В его организме вы найдёте большую
дозу стимуляторов потенции.
Здесь вы их не разделите,
придётся везти с телом.
Освободите его.
Рапорт готов?
- Медики ещё на месте.
- Я не про новое убийство,
а про дело Гамбоа. Ему месяц.
- Имя жертвы - Мартин Гамбоа.
47 лет.
Официальный род занятий -
"Оскаровский блоггер".
Убийство совершено в доме
жертвы в Сильверлейке.
Удар по голове
тяжёлым предметом.
Обнаружены раны на ногах,
руках и грудной клетке.
Некоторые получены при сопротивлении.
Напавший хотел помучить жертву.
Переломы лучевой и локтевой
костей правой руки,
открытый перелом плечевой кости
левой, кости выступают через кожу.
Так же найдены следы золотой
краски в ректальном отверстии
и ранах на черепе.
[ОРУЖИЕ УБИЙСТВА НЕ НАЙДЕНО]
Можно полагать, что
орудием убийства
также было совершено
сексуальное насилие.
- Привет, пап!
- Как школа?
- Хорошо. Лиззи Купер
стошнило прямо у доски.
Гадость, но всё равно круто.
Теперь парни её зовут
Лиззи Блевупер.
- А мама как? Хочет поговорить?
- Мам, хочешь поздороваться?
- Нет, дорогая.
- Ты поел?
- Да.
- Врунишка.
МАЛЕНЬКИЕ ЖЕНЩИНЫ
- Готова почитать? Скоро спать.
- Лоу, у вас звонок по третьей линии.
- Пусть оставит сообщение.
- Он очень настаивает.
- Я тоже.
- Да иди, пап.
- Нет.
Перед сном мы читаем.
Кто первый?
- Ты.
- Ну хорошо.
Коварство, которое проявляют
по отношению к учителям мальчики,
ничто в сравнении
с изобретательностью девочек.
Сопоставь это дело с новым
из Бель Эйр. Отпечатки и прочее.
- Будет сделано.
- Алло?
- Здравствуй, Джон.
Почему ты не взял трубку?
- Кто это? Откуда у вас мой номер?
- Я пригвоздил их к изголовью.
Я в отеле "Кортес",
номер шестьдесят четыре.
И сделаю это вновь.
- Нужна комната. На ночь.
- Сто пятьдесят.
- Написано тридцать.
- Табличка устарела.
Цены поднялись после ремонта.
- Да хрен вам.
- Знаете что? Вам повезло.
Мамочка сегодня щедра.
Шестьдесят четвёртый номер.
Лифт сегодня не работает.
- Чур, этот - мой, Айрис.
Давно таких сладеньких не видела.
- Умирая, люди жутко
пачкают простыни.
Кровь, дерьмо, моча -
я любое пятно выведу!
- Помогите!
- Глядите-ка.
Что за услада для усталых глаз.
Господин полицейский.
- Настолько очевидно?
Похоже, полиция тут -
частый гость.
- Было дело.
- Кто сейчас в номере шестьдесят
четыре?
- Номер свободен.
- Не против, если я взгляну?
- Бога ради.
На здоровье.
Лиз Тэйлор!
Покажи славному офицеру номер
шестьдесят четыре.
- Шестьдесят четыре.
- Да. Шестьдесят четыре. Сейчас же.
- Помогите!
На помощь!
- Он от твоих воплей
только кайф ловит.
- Что вы скажете о
здешних постояльцах?
Надолго тут задерживаются?
- Ну тут всякое бывает.
Кто-то оплачивает месяц,
кто-то - час.
Некоторые тут обитают
испокон веков.
А вы-то что? Кого ищете?
- Тайна следствия.
- Да я не о том.
Я вижу боль в ваших глазах.
Знакомое выражение.
Да...
Вы что-то потеряли.
И теперь застыли во времени.
Не можете шагнуть вперёд.
И вернуться - тоже.
- Скажи, что любишь меня.
Ну же! Скажи: "Я люблю тебя,
Салли", и всё закончится.
Скажи.
- Я люблю тебя, Салли.
- Повтори.
Скажи это снова.
- Я люблю тебя, Салли.
- Хорошо.
Дальше я сам.
У меня нет наличных.
- Деньги - не главное.
- Холден?
И ПОЧЕМУ БЫ НАМ НЕ ЗАНЯТСЯ СЕКСОМ?
- А ты сегодня не хотел выходить.
- Готовиться не сложно.
Сложно убираться.
- Вызови прислугу.
- Папа!
- Привет!
Ну наконец-то. Как делишки?
- Хорошо, а у тебя?
- Прости, что поздно.
Получила смску?
- Да, она куда ответственней тебя -
пришла ровно в шесть.
- Прости.
- В Беверли Хиллз ребёнок
с переломом лодыжки,
а сразу за ним близнецы
в Палисейс с коклюшем.
Коклюш, представляешь?
- Я помогу маме.
- Ну что за люди?
Всё, ни за какие шиши не
пойду больше к родителям,
которые не прививают детей.
- Доктор.
- Сделала кассероле
с киноа, как вы любите.
- Отлично.
- Ты как?
- Хорошо.
Просто голоден, наверное.
- Так вытащил бы мой протеиновый
батончик из кармана.
Люблю тебя.
- Пока, мам.
- Люблю тебя.
Суши?
- Читаешь мои мысли.
- Да.
- Прошу, отпустите нас. Пожалуйста.
- Хватит уже ныть.
Сами напросились.
- Умоляю!
- Порылась я в вашем дерьме.
Да вы такую тусовку запланировали.
Ксанакс, Клонапин, конопля.
Ещё какие-то розовые таблетки.
- Это от бессонницы.
- Ваши мамы в курсе, что
вырастили бесстыжих наркоманок?
Пичкаете себя всякой дрянью!
Тоже мне, шведские фрикадельки!
Сейчас мы всё исправим.
Очистим ваш организм.
Вернём природное здоровье.
Глядите, какое вам
блюдо приготовили.
Устрицы. Столько цинка и
витамина Б12.
Укрепляет иммунитет.
Раны заживают быстрее.
Ещё куриная печень.
Почки - кладезь железа.
Эритроциты так и запоют.
И наконец,
белый гренаш Шатонёф-дю-Пап.
Да.
- Пожалуйста! Прошу, не надо. Умоляю.
- Заткнись.
Так ваш организм получит
все питательные вещества.
- Стойте! Нет! Стойте! Пожалуйста,
не надо!
- Можно по-хорошему, или по-плохому.
- Нет!
- Но я не уйду...
- Нет! Умоляю!
- Пока ты не получишь
все витамины и минералы.
- Пожалуйста! Умоляю!
- Ну, поехали.
- Нет!
- Завтрак чемпиона!
- Нет!
- Открой ротик!
- Нет! Нет!
- А добрей ты не бываешь?
Совсем жалости не знаешь?
- А ты вали отсюда.
Тебе на этих девок плевать.
- А тебе - нет? Все мы знаем,
как ты заботишься о людях.
- Мне хоть что-то не безразлично.
Думаешь, я мечтала торчать посреди
гнили и наркоманов?
- Так чего не уйдёшь?
Валяй - уже 20 лет
ноешь про одно и тоже.
На слова горазда, а всё
равно отсюда ни ногой.
Ибо на самом деле
тебе это в кайф.
- Да я застряла в
этой сточной канаве.
Вокруг одно дерьмо и боль.
И всё из-за тебя.
Ты начало и конец
всех моих страданий.
- И славно.
- С меня хватит.
Достала твоя болтовня.
Всё достало.
Думаешь, справишься лучше?
Так валяй.
Но смотри, не облажайся.
А то сама будешь объясняться,
почему они гадкие на вкус.
Пойду кормить тварь
в тридцать третьем.
- Знаете, что было в этой комнате?
Один старичок тут устраивал
кукольный театр.
Марионетки на ниточках -
такое развлеченье.
А теперь вы будете
развлекать меня.
Растрогай меня слезами.
Беги.
Беги!
- Стой! Не оставляй меня!
- Да чтоб тебя.
Не знаю, что произошло.
Выбралась бог знает как.
- Гляди, чтоб не повторилось.
- Спросил бы,
это суши из Японии?
- А что?
- Радиация.
- Ты совсем как мама.
- Она говорит, что не зря волнуется.
Он мне опять вчера снился.
Лица я уже не помню.
Могу вспомнить
только во сне.
Во сне я вижу его, как наяву.
Но просыпаюсь
и забываю.
Ты его лицо помнишь? Наяву.
- Да.
- Может, пора вытащить фотографии?
Никаких гаджетов за столом.
- Это мама.
432 ДИП КЭНЬОН, ПОМОГИ МНЕ!!
- Это Алекс, оставьте сообщение.
- Что такое, пап?
- Уже зашли?
- Только приехал. Что такое?
- Не знаю. Смотри за дочкой!
Алекс. Ты цела?
- Джон Лоу.
- Кто это? Где моя жена?
- Я же обещал сделать это вновь.
- Руки вверх!
Стоять! Стоять!
Скарлетт!
Ну вот. Почти попала.
Мы с Холденом на карусель.
- Пока.
- Пошли, дружок.
- Так, не спеши. Ты его держишь как
карандаш, а надо как бейсбольный мяч.
Сконцентрируйся. Готова? Бросай!
Умница!
САНТА МОНИКА, 2010
- Проголодался?
- Да, хочу сахарной ваты.
- Сперва нормальной еды съешь.
- Тогда я не голодный.
- Нет? Ладно, потом
купим чего-нибудь.
Вот.
У твоей ноги жёлтые.
Необычная попалась.
Смотри не гони.
Холден?
Видели моего сына?
На лошади с жёлтыми ногами.
Холден!
Холден!
Холден!
Холден!
Холден!
Холден! Холден!
- Может, поживём пока у Мэри?
- В Нью-Гэмпшире? Не хочу
я так мучить Скарлетт.
Ей и так нелегко, пусть хоть
в своей кровати спит.
Я приставлю к вам двоих
офицеров на круглые сутки.
Один будет в школе со Скарлетт,
второй - с тобой на работе.
Они мастера своего дела,
вы их даже не заметите.
- Ты этого типа хоть видел?
Не понимаю, как он тебе
написал с моего телефона.
Думаешь,
он знает наш адрес?
Боже, Джон.
Что нам теперь делать?
Может, мне купить пистолет?
- Нет. Нет, не нужен тебе пистолет.
Телефон могли клонировать.
Не волнуйся. Я вас защищу.
- Съехав?
- Если он не оставит меня в покое,
вам лучше быть подальше.
- Меня не твой уход беспокоит.
А то...
Что в тайне
я этого и желаю.
- Я понимаю. Зря отвёз
Скарлетт в тот дом.
Я думал, ты в беде.
Понадеялся на того копа-идиота...
- Не это меня злит.
Я знаю, что ты бы
её в обиду не дал.
И в исчезновении
Холдена тоже не виню.
Пусть ты и не веришь.
Я так тебя люблю.
Но он был твоей копией.
Я вижу его в твоих чертах
каждый день, и жить не хочется.
Несправедливо это - у
меня забрали мальчика,
а я не могу взглянуть на
единственного, кто меня понимает.
Надо мне отдохнуть.
- Ты ещё надеешься?
- Никак не перестану.
Это страшнее всего.
- Добро пожаловать.
Дождь может и прошёл,
но день ещё мрачный.
Я сегодня пса своего усыпила.
Он ко мне попал при весьма
грустных обстоятельствах.
Но ни к чему вам
всё это слушать.
Сюда.
Многие здешние здания -
капсулы времени,
закрыты безличными
деловыми трастами.
- Люблю иметь дело с трастами.
Они анонимны. Бесчувственны.
- Так вы собрались тут
жить или работать?
Знаю, вас интересует
последний этаж.
- Всё сразу. Работа, дом -
для меня одно и то же.
Искусство процветает в Лос-Анджелесе,
и мода не заставит себя ждать.
Наверху я буду жить, а внизу
будет ателье, с готовой одеждой.
Локлен!
Локлен!
Локлен?
- Энергия бьёт ключом!
- Чем могу помочь?
- Я риелтор, оформляю продажу.
Мы тут осматриваемся.
Если что, вас позовём.
- Продажу?
Какую?
- Дом не выставлялся открыто, но
владелец наверняка дал вам знать.
- Да ни хрена я не знаю, как всегда.
Я владельца в глаза не видела.
- Теперь увидели. Вот новый
владелец, мистер Уилл Дрейк.
Начнём с пентхауса.
Если что понадобится, вас позовём.
- Нас выкинут на улицу.
- Облака рассеялись.
Аж Тихий океан виден.
- Уберите. Свет!
Вы ещё кто?
И что забыли у меня
в номере?
К нам вторглись.
Врасплох застали.
Какой-то пижон из Нью-Йорка
присматривается к моему сюиту.
- Рановато ты встал.
- Знаю, вам больше понравится
вид из первой комнаты.
Но вот вторая половина этажа.
Со светом, конечно, проблемы - не
уверена, что неон был хорошей идеей.
- Уилл Дрейк.
Безумно рада знакомству.
Меня так впечатлило ваше
платье для миссис Обамы.
На правительственном обеде...
- С испанцами, да. Рад,
что вы вспомнили.
Я на диете.
- Уже нет.
- Локлен! Господи! Следы от пальцев
очень сложно свести.
- Беспорядок можно простить.
В первый раз.
Да.
Это Арик Леви,
и в меблировку он не входит.
Надеюсь, вас интересует характер
отеля "Кортес" так же, как и нас.
- Здесь так и витает энергия.
Шагая по Нью-Йорку, я
больше не слышу музыки.
Не слышно эха прошлых веков.
Столько районов снесли,
стёрли историю.
Чудаков изгнали.
А это место далеко,
вот я и слышу его голос.
Даже пение.
- Жажду увидеть,
что вы с ним сотворите.
- Красота. Так где теперь
жить чудакам, вроде нас?
Что вам песенки
про это нашептали?
- Покажешь соседу световую
скульптуру Джеймса Таррелла?
- Пап, можно мне в дисках покопаться?
- Ну конечно.
- Люди обычно не живут в отелях.
- Значит, этот отель - необычный.
Давай я покажу кое-что интересное.
Мы вмиг вернёмся.
Я тоже много лет назад
жила в Нью-Йорке.
Обожала бродить по улочкам,
ощущать пульс города.
Так будоражит.
Скучаю по тем временам.
Отец спросил твоего мнения,
когда пришло время переехать?
- Мне нельзя говорить
с незнакомцами.
- Мы не незнакомцы, Локлен.
Мы станем хорошими друзьями.
Вот и пришли.
- И что такого в коридоре?
- Холден, у нас гость.
Где твои манеры, ангелочек?
- Привет. Хочешь поиграть?
- Слыхал? Отель продали.
Нас вышвырнут на улицу.
- Считай это подарком небес, мама.
Давно надо было уматывать.
- Я здесь, чтоб видеть
тебя каждый день.
- Пора тебе меня отпустить.
- Скажите, в каком они номере.
Парочка, что только зашла.
- Простите, леди.
Мы тут лишнего не болтаем.
- Тот мальчик - мой сын.
И его сейчас напичкают наркотой!
Господи...
Вот.
Да Бога ради.
Где тут банкомат?
- В аптеке на углу.
Рядом с прокладками.
- Боже...
- Чёрт.
Поехали.
Ты же иглу поменяешь?
- Чище меня никого не найдёшь.
Иду!
- Чем ты его накачала? Донован.
Да он в отключке.
- Кто вас сюда приглашал, леди?
- Что ты ему дала?
- Белого китайца. Он сейчас там,
куда и хотел попасть.
- Вызови скорую!
- Никаких звонков.
- Очнись.
- А я говорила на меня не равняться.
То же дерьмо приняла, и
со мной всё в порядке.
Ну, было, пока ты не вломилась.
- Ты не уйдёшь!
- Да ты хоть знаешь, сколько
я потратила на эту наркоту?
- Боже.
Господи Боже.
Господи.
Ты ещё кто?
- У твоего сынишки
прекрасный подбородок.


Серия 2

- Ты соврала.
Я не освободился.
- Так точно, козёл.
Сам виноват.
Вздумал обмануть смерть?
- На помощь!
Помогите!
Помогите!
На помощь!
На помощь!
Помогите!
Помогите!
- Да заткни её уже!
Аж через вентиляцию слышно!
Забыли, что тут коп живёт?
- Коп на работе.
Заткнётся она.
Всегда сдаётся через минуту.
Видишь?
- Гадость. Невкусно.
- Так она уже мертва. Хватит.
- Ну что за кошмар!
Придётся выводить
пятна нашатырём!
- А я восхищаюсь шведами
с их шоколадом.
И как они не толстеют?
- Шоколад - это к швейцарцам.
Возьми сок и печенье.
Это последняя.
- Благодарю.
- А где Донован?
- Одевается, надеюсь.
- Я давно его не видела...
- Ты мучаешь эту женщину.
- Да я колоться начал,
лишь бы убежать от мамаши.
И из-за тебя
этому не бывать.
- Почему ты не переоделся?
Пропустим начало.
- У нас нет места для картин.
К тому же,
на них нет денег, детка.
- Нам не картины нужны, кретин.
А добыча.
- Мы же сыты.
Да ладно.
Останемся дома.
Досмотрим "Карточный домик".
АМЕРИКАНСКАЯ ИСТОРИЯ УЖАСОВ:
ОТЕЛЬ
- Какой ты смелый, Макс.
Почти всё.
- Может, это стрептококки?
Я видела на сайте...
- Никакого интернета.
Только сами запутаетесь.
Ну-ка вдохни, Макс.
- Ужасный звук, да?
- Держись.
Мы тебя вылечим.
Не бойся.
Сейчас я поговорю с твоей мамой.
Хорошо?
У вашего сына корь.
- И только?
Слава Богу, я уж думала,
что-то серьёзное.
- Корь - это очень
серьёзно, миссис Элисон.
И её легко избежать.
Если б вы меня послушались
и привили Макса...
- Мы считали, так будет правильней.
Все говорят,
что прививки вызывают аутизм.
И даже могут убить.
- Корь тоже убивает.
Детей.
В странах третьего мира до
недавних пор умирали миллионы.
Но вы живёте не там,
а на западе Лос-Анджелеса.
А здесь на улицах и так полно
опасностей, вот о них и думайте.
Нашим детям в этом мире
столько всего угрожает.
Их нельзя от всего оградить.
Но мы хватаемся за любую возможность
хоть как-то их защитить.
- И как его лечить?
- Лечения нет.
"Тайленол", чтоб сбить жар, пусть
пьёт побольше жидкости и отдыхает.
К сожалению,
вам отдохнуть не скоро удастся.
Позвоните,
если жар появится снова.
- Хорошо.
- Поменять бельё?
- Нет.
- Хорошо.
До свидания.
- Холден!
Холден!
Холден!
Холден!
Холден!
Холден...
- Ищешь кого-то?
- Видимо, нет.
- Тут полный дурдом, знаешь ли.
Столько странностей,
тем более ночью.
Кажется, тебе стоит выпить.
Узнаю этот взгляд.
Хватаешься за свою трезвость,
как за спасательный круг.
Плесни ему имбирного
эля, Клеопатра.
С двух до трёх часов ночи -
худшее время.
- Так вы тут живёте?
- Ну да.
- Давно?
- Слишком.
И я не проститутка.
Если вопрос в этом.
- Вовсе нет.
Могу я спросить...
- Что такая девушка с метками
на руках делает в этой дыре?
- Как-то так.
- Пэтти Смит говорила, что мои стихи -
будто разбившееся стекло.
Мы с ней написали песню.
А она списала меня со счётов.
- Почему?
Из-за иглы?
- Наркотики тогда
для нас были раем.
Это чистый свет.
Всё казалось идеальным.
Даже я.
Но я заплутала.
Пыталась подняться всё выше.
Ближе к тому свету.
Как по бесконечной лестнице -
взбираешься дальше и дальше.
В глубине души и ты хочешь
потеряться, ведь так?
Подняться по той лестнице.
Расскажи, как ты в последний
раз напивался.
Что было в тот день?
Я люблю подробности.
- Начинался день как обычно.
Массовое убийство в Глассел Парк.
- Папаша год отсидел за
нападение второй степени.
Видимо, сорвался. Всех отравил
и вышиб себе мозги.
- По крайней мере, не мучились.
Брокколи.
О них заботились.
- С чего бы человеку убивать
собственных детей?
- Он их не убивал.
Им отключили электричество -
он принёс генератор.
Чтоб дети не замёрзли.
Он вернулся с ночной смены.
Застал всех родных мёртвыми.
Отравление угарным газом.
Ещё бы он не
покончил с собой.
У меня тогда было двое детей.
Холден
и Скарлетт.
Я два дня домой не возвращался.
А когда вернулся,
отвёз семью на пляж.
Наверное,
от отчаянья,
чтоб жена простила.
Почти сработало.
Холден!
Холден!
Но мой сын...
Холден...
Я его потерял.
Мне потеряться нельзя.
- Ты не ошибся насчёт
жертвы из Бел-Эйр.
Его напичкали стимуляторами
потенции, чуть не умер.
Его ещё держат в коме.
Вот что интересно. Обеим жертвам
прислали то же смс.
Назначили им встречу в Бель-Эйр.
Но сообщения слали не они.
- Так кто-то подделал оба номера?
- Наш убийца разбирается в технике.
- Это твоя мама.
Поехали.
- Ещё одна посылка.
- Посылка?
- Из отеля "Кортес".
Ты же там остановился?
- Эвакуируйте людей!
Зовите сапёров!
- Хорошо.
- Это не бомба.
Можем подорвать снаружи на всякий
случай, но лучше сперва взгляните.
- Спасибо, Тэд.
- Не за что.
- Поздравляю.
- Несите всю посылку в лабораторию.
Проверьте кровь, может
совпасть с нашими жертвами.
- Клаудия!
Ты пришла.
- Ну это же потрясающее место.
Как грустная шлюха,
что задержалась на вечеринке.
- Ну да. Вот думаю, сделать
ли ремонт, или пусть так и гниёт.
Тут много оригинальной мебели.
Вам помочь?
- Да вот учу модников моде.
Не сдержался. Вот ирония.
Узкие джинсы вышли из моды, чёлки -
вошли, пончо не умирают. Запомните.
- Ты останешься на ночь.
- Да хоть на неделю!
Буду писать о моде
и спать с историей.
Скажи-ка.
Он - часть меблировки?
- Один из постояльцев.
Привет. Полицейский из
шестьдесят четвёртого?
- Да.
- Уилл Дрейк. Новый владелец.
- Ясно.
- Клаудия Бэнксон, журнал "Вог".
- Не хотел вам мешать,
я дочку ищу. Её сюда привезли...
- Папа!
Представляешь, офицер Петтибон дал
мне включить сирену!
- Ну, ему лучше знать.
- Тройную на окраине включила.
- Вот молодец. Спасибо, Карл.
- Не за что.
- Пошли.
- Ух ты, и ты здесь живёшь?
- Тут не всегда так.
- Сейчас вечеринка?
- Верно, и вы с отцом приглашены.
- Спасибо, но у нас есть планы.
- Пап!
- Это вечеринка для взрослых.
- Пусть посидит с моим сыном. Локлен.
- Да...
- Локлен, это Скарлетт.
Я вас рассажу.
- Да блин! Я должна быть в списке!
- У вас проблемы?
- Меня нет в списке!
- Я вас не знаю.
- Я тут живу, чёрт подери!
- Ясно.
- Это частное мероприятие.
- Мест нет.
Может, в следующий раз.
- Да что ж такое! Это мой дом!
Это мой дом! Отстань от меня!
- Я в первый раз на модном показе.
- А я в миллионный.
Может, потом
покажу тебе кое-что покруче.
- Это тот коп, что въехал
в шестьдесят четвёртый.
- Полиции я не страшусь.
Какой красавчик.
- В твоем вкусе.
- Полагаю,
вы привыкли к компании получше.
- Бога ради. Мы все тут
так надоели друг другу.
Нам нужен ажиотаж.
И, возможно, мы его получим.
Уилл позвал на подиум
Тристана Даффи.
Он-то знатный мастер
удивить публику.
- Чего?
Да пофиг.
Просто проходка.
- Это к чему было?
- Он полон гнева.
До сих пор чую запах.
Словно медь.
- Хватит тут этой фигни!
Шоу не закончилось.
- Для меня - да.
Задолбало быть моделью.
- Никому об этом не рассказывай.
Это будет наш секрет.
Я серьёзно.
Пошли. Не будь трусихой.
Их ничем не разбудишь.
Смотри.
- Что ты делаешь?
- Знаю, у вас тут кокаин.
Нюхом чую.
- Хватит.
Не то я тебя остановлю.
- Зови копов, мне плевать.
Мне ещё в фильме
Ларса фон Триера сниматься.
- Я обещал себе не подходить
к наркоманам.
Но для тебя сделаю исключение.
- Оставь его.
- Чёрт.
Да блин!
- Бери, что угодно.
Мне всё это безразлично.
Кажется,
тебе стоит выпить.
- Не надо.
- Кокаин, значит?
На мой вкус - весьма банально,
не лучший стимулятор.
- Тогда что? Я всё перепробовал,
лучше не бывает.
- Ты сам знаешь.
В глубине
своей тёмной души.
Ты совсем как я.
- Это вряд ли, чувак.
- У меня когда-то было всё.
Богатство, слава.
Но ничто меня не насыщало.
"Будь верен самому себе".
Полоний.
Я покажу тебе то,
о чём ты мечтал.
- Да, сэр.
Хватит скулить.
Я нашла её в баре, сэр.
Продавалась там.
За доллар на всё согласится!
- Прости, чувак, бондаж - скукотища.
- Я тоже так думаю.
Спусти курок
и вышиби из неё дух.
Это так возбуждает.
- Да ты псих.
Блин. Отвянь, мужик.
- Что ж.
Вот как надо -
взял и жизни нет.
- Господи!
- Прачка.
- Да, сэр.
- Смените бельё.
- Сейчас, сэр.
Сбегаю за нашатырём.
Волшебный день.
- Что ты так долго?
- Ты меня узнал?
- Скарлетт.
- А их помнишь?
Это мама.
И папа. А это мы с тобой.
- Но ты сейчас другая.
- Я выросла.
А ты почему нет?
Мама с папой тебе так обрадуются.
Они думают, ты умер.
Пошли домой.
- Я и так дома. Мне тут нравится.
Можешь меня навещать, когда хочешь.
- Можно тебя сфоткать?
Вот, сейчас.
- Дети - лучше всех.
- Спросите Венди, может она что-то
ей сказала, или видела её с кем-то...
- Я не могу из дома подключиться
к камерам в городе.
Её пять часов не было, слишком долго,
если у психа есть ваш телефон!
- Пап?
- Господи.
Где ты пропадала?
Ты цела?
Тебя похитили?
- Я поехала на автобусе.
К тебе в отель.
- Одна?
- Да.
- Господи, Скарлетт.
Боже,
как ты могла так с нами?
- Прости, мам.
- Как мы проглядели?
- Мам, я притворилась, что пошла
в ванную, и вылезла из окна.
Знала, что полицейский
за мной не пойдёт.
Хотела проверить, он ли это.
И сделать вам сюрприз.
- О чём ты?
- Кого ты хотела увидеть, Скарлетт?
- Холдена. Он у тебя в отеле.
- Холден мёртв, Скарлетт.
- Нет.
Я его видела,
мы разговаривали.
- Этого не было.
Он мёртв и никогда
не вернётся, так что прекращай.
- Я не вру.
У меня есть фотография.
Он правда был там, а вы мне наврали.
- Нет.
- Говорили, он мёртв, а я его видела!
- Господи, неужели мне
снова через это проходить?
- Ты меня винишь в этом.
- Прости, я очень устала.
Пойду спать.
- Ни хрена себе, да я красавчик.
Так бы себя и трахнул.
Ни прыщей, ни угрей.
Кристаллы мне кожу поганили.
Типичное лицо наркоши,
хоть на сайт вешай.
А сейчас мне будто
двадцать четыре.
Ни хрена себе.
- Прелесть вируса в том,
что ты не стареешь.
Иммунная
система эволюционировала.
- А пуля меня вынесет? Серебряная.
Или кол?
- Спрашиваешь? Конечно.
Бессмертие
надо хранить с умом.
- Клыков нет?
- Мы не кусаемся.
Мы режем.
Жёстче. Жёстче.
Тристан...
Жёстче. Жёстче.
Никогда не пей из мёртвых.
Избегай больных,
хилых и грязных.
Плохая кровь -
как сильный грипп,
или ещё хуже.
- А гробы?
- Я предпочитаю тёмные шторы
и роскошную кровать.
Солнца стоит избегать...
Хотя, оно тебя не убьет.
Оно высосет из тебя энергию.
Беллисимо.
- Чего?
- Да так, ты просто напомнил
одного человека.
- Знаешь, чего я жду не дождусь?
Добраться до Кэнделл Дженер.
Отшила меня как-то на фестивале.
Можно её убить?
- Сейчас тебе может навредить
лишь твоё безрассудство.
Главное - не попадись.
И ни за что
не влюбляйся.
Это ты прибережёшь
для меня.
Навеки.
- Сколько тебе?
- Я родилась в тысяча девятьсот
четвёртом году.
- Кто тебя обратил?
- Кто-то прекраснее
даже тебя.
Но его уже давно нет.
Так что работать тебе.
- Блин, да ты пережила
войны, депрессию,
Клинтона и всё такое.
Какая твоя любимая эпоха?
- Каждое десятилетие
наступает упадок.
Тогда я и оживаю.
Больше всего я любила конец
семидесятых.
Я была королевой диско.
И это не изменилось.
Тьма была светом.
Я шагала среди людей
без тени страха.
Никто не осудил бы.
Все мы тогда были вампирами.
Господи.
Я до сих пор в трауре.
Вот представляю,
как бы всё обернулось,
будь они живы.
Мои друзья.
Энди,
Кит,
Роберт...
Сколько же потерь.
- Ты их всех убила?
- Ты не протянешь и недели.
- В лицо мне это скажешь?
- Уже сказал.
- Тристан, оставь нас на минуту.
- Ну да, конечно.
- Не верится, что ты его обратила.
Тупую модель-дешёвку.
- А ты
был жалким наркоманом и
подыхал на грязном полу.
Я не хотела тебя обидеть.
И сейчас не хочу.
Можно избежать плохого конца.
- Конца?
Ты меня выкинешь?
Я люблю тебя.
Люблю.
- А я тебя.
Ты когда-нибудь поймешь,
что тебя обратил не наш
драгоценный вирус.
Не люди, которых ты убиваешь
или трахаешь.
А печаль.
Чем глубже,
тем лучше.
Уж поверь, я этот урок
усвоила, как никто другой.
Иди собери вещи.
- Ты говорила,
что моё спасение было для тебя
чем-то вроде духовного просветления.
Скажи мне,
неужели ты почувствовала
то же самое, обратив его?
- Признаюсь, это был
один из самых эротичных моментов
в моей жизни.
- Привет, красавчик. День неудачный?
Придержи коней! Сюда гостям нельзя.
- Я вам не гость,
а злой отец, чью дочку вы
пустили шастать по коридорам.
Вы тут обо всём знаете,
значит, причастны.
- К чему?
- К убийству. Или похищению.
Хватит с меня игр.
- Может, обыщете сперва?
Давненько меня так
мужчина не поворачивал.
Будь я чуток моложе,
даже наручникам бы обрадовалась.
- Этим не обрадуешься.
Так что выкладывай, что тут творится.
- Ты что-то видел.
- Сама знаешь.
- Слушай. Чем людям объяснять,
в чём я, по-твоему, виновна,
лучше сними с меня эти штуки.
Я всё тебе расскажу.
Только есть одно условие.
- Какое?
- Попроси вежливо.
И угости даму выпивкой.
Это твоя фишка?
Тебя надо уговаривать выпить?
Не тяни.
Спроси, что хочешь знать.
- Хочу знать, что здесь происходит.
- Ну, если хочешь
понять это место,
сперва узнай о том,
кто его построил.
Джеймс Патрик Марч.
Он вложил всё зло своей
души в эту постройку.
Марч был состоявшийся человек.
Нефть, уголь...
Но он оставался нуворишем.
Изгоем среди элиты
восточного побережья.
Вот и перебрался на Запад - туда,
где родословная мало значила,
лишь бы деньги водились.
Здесь он построил монумент в
честь излишеств и роскоши,
где он мог бы утолить
свой необычный аппетит.
- Мистер Марч. Мистер Марч!
Тут проблемка.
- Сейчас спущусь!
- Он был помешан на дизайне,
самоучка в арт-деко.
Пытался Джулию
Мориган затащить на стройку,
но она требовала, чтоб
работникам платили достойно.
И он послал её к чёрту.
- Чертёж местами
какой-то бессмысленный.
Целые коридоры без комнат.
Будто вы просите нас построить
некую систему тайных ходов.
- Ну конечно, это нелепо.
Чертежи не те.
Вы работаете по
старому наброску.
Идёмте в мой офис, я дам новые.
- Вот и славно.
- Я вам завидую.
Для меня проклятье -
разбогатеть слишком рано.
Я к тому, что у грязных
богачей свои аппетиты.
Отличные от простого люда.
Подержите.
Я утоляю сей голод этим зданием.
Моё творение.
Но порой, чтобы вдоволь
наесться досыта...
- Это был не только лучший
отель в Лос-Анджелесе.
Но и идеально
спроектированная камера пыток.
Инженерное алиби.
Тайные трубы и комнаты,
отсеки для трупов...
Коридоры без выходов.
Стены со специальным покрытием,
чтобы заглушить крики.
- Помогите!
- Люди приходили и просто исчезали.
Нет тела -
не было и преступления.
- Нет!
Я не терплю закрытые пространства!
Умоляю!
На помощь!
Помогите кто-нибудь! На помощь!
На помощь! Помогите!
Нет, умоляю! Нет!
- У него была жена.
- Нет.
- Говорят, он заставлял
её смотреть на пытки.
- Мне нравится.
- Помогите. Нет, умоляю.
Помогите! Кто-нибудь!
- Как знать, сколько было жертв.
По слухам, он убивал трижды в неделю.
А если пускался во все тяжкие -
и того больше.
- На помощь!
- Мисс Эверс!
- Да, мистер Марч.
Вам нужно свежее бельё?
- Да.
Но главное, напомните мне
выключить эту мерзкую люстру.
У нас тут будто сраный зверинец.
Простите за выражение.
- Его верная приспешница,
мисс Эверс, прачка.
Она говорила, что сведёт любое
пятно для мистера Марча.
Благодаря тайному ингредиенту -
любви.
- Мой отец был
заядлым верующим.
Ел крекеры,
пил вино по воскресеньям.
И ведь отвратнейший был тип.
Кошку бы убил, стоило
ей громко мурлыкнуть.
Знаете, какое
главное в мире зло?
Религия.
Ну и ещё уставы.
- Господь в моём сердце,
так что я не теряю надежду.
- До сих пор не теряешь?
Думаешь, Бог
защитит тебя от бойка
этого молотка?
Или от падения
с шестого этажа?
- Пока есть Бог,
пусть тебе подобные
убивают тысячи,
миллионы людей, -
вы никогда не познаете покоя.
- Что ж,
тогда придётся мне убить Бога.
Таково моё послание миру.
- Я принесу чистую рубашку.
- И достань мне все Библии с каждого
столика в этом чёртовом отеле!
- Что ж это за резня?
- Документов нет.
- Нельзя такое вытворять
в воскресенье.
- Он был неаккуратен.
Свои мокрые делишки
скрывал плохо.
Говорят, на него настучали -
бог знает кто.
Я ставлю на жёнушку.
Он исчез, и всё перешло к ней.
Все эти миллионы.
- Простите, что помешала, сэр.
У меня прескверные новости.
Здесь полиция.
- Дорогая мисс Эверс.
Я всю жизнь
только на тебя надеялся.
Ты моя опора.
И тебе выпадет честь выбрать,
кто умрёт первым.
- Мистер Марч.
Даже не знаю.
С одной стороны, лучше вы первый,
так я бельё хоть постираю.
Но не успеется, да?
- Нет…
Похоже, что нет.
- Я буду первой.
Пистолет, пожалуйста.
Вы не окажете мне честь,
сделав меня последней?
Вашей последней трапезой.
- Мисс Эверс.
- Вы ошиблись профессией.
Писали бы сценарии.
- Не кино это. Тут всё взаправду.
Хотите понять, что тут творится -
придётся расширить кругозор.
- Я столько преступлений повидал.
Ограбления, убийства, нападения -
и ни одно из них не совершали
вампиры или привидения.
Люди творят зло без помощи
потусторонних сил.
Выпивка за её счёт.
- Там был его кабинет.
В вашем номере. Шестьдесят четыре.
Если у этого здания есть сердце,
оно черно как сажа.
И вы в нём спите.
- Пришли анализы крови с того приза.
Ты был прав.
ДНК совпадает с первой жертвой -
Мартином Гамбоа. Блоггером.
Писал для сайта "Голд Дёрби".
Теперь у нас есть орудие убийства.
- Да. Может, и мотив с ним.
- А это что?
- Слыхал о Джеймсе Патрике Марче?
Нефтяннике?
- Нет.
- Разбогател во время Великой
Депрессии. Построил отель в тридцатых.
Возможно, серийный убийца.
Совершил суицид - полиция пыталась
приписать ему нераскрытые убийства.
За них это сделал кто-то другой.
- Ты это к чему?
- Тут та же схема, Энди.
- Схема?
- Да.
Мёртвый вор. Отрублены руки.
Не укради.
Эмигранты искали
работу в воскресенье -
помни день субботний,
чтобы святить его.
Не прелюбодействуй,
да не будет у тебя других богов.
И ещё близнецы Райленс.
Люди думали, лодка их родителей
разбилась случайно, но
может, нашему убийце виднее.
И слухи оправдались.
Они прикончили маму с папой.
Чти отца своего
и мать свою.
- Десять заповедей?
По-твоему, кто-то
продолжает дело этого Марча?
- Возможно.
- Не знаю, Джон.
Чёрт, этот его отель...
Ты сейчас там и живёшь.
- Да.
- Отличный выбор.
- Это ещё кто?
- Ну он такой сочненький.
- И чистый.
- Слушай, ты красавчик, но бабы мне
кайф ломают, у меня правила...
- Я сосу у парня, но я не гей.
Хочешь?
- Лучше полюбуюсь.
- Нужно ещё.


Серия 3

- Может, ты меня и не слышишь.
Признаться, тогда ты
на меня страху нагнал.
Я тебя не понял.
Но теперь прозрел.
Ну же, отзовись.
Я всё о тебе знаю.
Я твой фанат.
Ты - Джеймс Патрик Марч.
Родился 30 октября 1895.
Скорпион.
Это многое объясняет.
Ты величайший серийный убийца
всех времён.
- Откуда ты знаешь?
- Погуглил.
- Звучит грубовато.
- Ты был прав, чувак.
Убивать - охрененно.
Дай пять!
- Отлично. Ты нашёл своё призвание.
И сможешь оценить мою постройку.
Потайные комнаты,
проворачивающиеся стены,
ямы с кислотой,
удушающие камеры...
Слыхал о моём Тёмном чулане?
Да...
Некоторые уголки моего дворца убийств
слишком давно не использовались.
Можешь ими воспользоваться.
- Слушаю.
- Славно.
Итак...
- Поглядите только!
- Мы тут весь этаж снесём.
Идеальное место
для моего ателье.
Фурор неизбежен. И только
глянь на эту комнату!
Ты тут откуда?
- Друга навещаю.
- Мне говорили,
этот этаж пустует.
Это вторжение.
- А ты отлично выглядишь, Тристан.
Еле тебя узнала.
- Благодарю, Клаудия.
- А где твой порез?
- Убери лапы.
Я в твою порно-коллекцию
не записывался.
- Он тебя уделал.
- Убирайся.
Ещё раз появишься в моём отеле -
вызову копов.
- Ох уж эти модели.
- Этаж снесут? А где же я буду
стирать бельё?
- Он ни к чему тут
не прикоснётся.
- Не боись, чувак.
Я разберусь.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Сложно поверить, но растить детей
не было пределом моих мечтаний.
Друзья с малышами
укрепляли это нежелание.
Их жизнь казалась тоскливой.
Я хотела спасать детей.
Чужих детей.
Честно говоря,
всю жизнь я мечтала лишь о том,
чтоб стать отличным педиатром.
Так.
Мы поедем в больницу
и поставим тебе большую капельницу
с антибиотиками. Ладно?
Захватите ему
тапочки и пальто.
- Как это, в больницу?
- Этот вид пневмонии,
связанный с корью, мы обычно
лечим интенсивно.
Температура поднялась до сорока,
почему вы сразу меня не вызвали?
- Видимо, постыдилась. Вы мне в тот
раз так на совесть надавили.
Скажите, что всё обойдётся.
- Надеюсь. Наверх.
Кстати, я в курсе,
что это жуткое клише.
"Хотела спасать детей, потому что
меня саму спасать надо было".
Но мне это клише
идеально подходит.
Не очень счастливое
вышло детство.
Потом появился Холден.
И жизнь круто изменилась.
Я взглянула на себя в ином свете.
Будто впервые по-настоящему полюбила.
Все трещины и осколки
снова склеились.
Я стала целой.
Нашла свою родственную душу.
Не могла надышаться
запахом его волос.
Он вскружил мне голову -
будто мы были посреди лавандового
поля на юге Франции.
Аромат был таким реальным.
Точь в точь свежая лаванда.
Он был и всегда будет
моим любимым наркотиком.
Я даже сомневалась,
правда ли любила Джона.
Ибо это и сравниться не могло
с моими чувствами к Холдену.
И меня грызла совесть,
ведь со Скарлетт при рождении у
меня подобной связи не было.
То была особенная любовь.
Возможно, такое бывает
лишь в раз жизни.
И тут он исчез.
- Холден!
- Холден!
Холден!
Холден!
В первое время когда звонит телефон,
всегда думаешь "Он нашёлся".
Сердце колотится.
Алло?
Но спустя месяц...
Телефон - просто телефон.
Ты продолжаешь жить, как можешь.
Уверяя себя,
что время ещё есть.
Проходят годы, и ты понимаешь - ещё
через год мало что изменится.
Это чувство никогда не уйдёт.
Потому что пережить
такое невозможно.
Нет светлой стороны.
Но я живу дальше.
Скорее всего, ради Скарлетт.
Хотя частенько и не
могу найти причин.
Бывают терпимые дни.
Но сегодня очень тяжко.
- Алекс.
Ты здесь?
Сегодня ты неразговорчива.
- Не знаю, что сказать.
Вряд ли мои признания
смогут кому-нибудь помочь.
- Здесь и сейчас -
самое время для признаний.
- Если честно, я злюсь.
Я не понимаю Скарлетт.
Ты будто
пытаешься навредить мне.
Нам.
- Не думаю, что у
Скарлетт злые намерения.
Этими рассказами
она скорее хочет облегчить вашу боль.
Чтоб семья вновь стала полной.
- Вы обе неправы.
Моя мать и семья тут ни при чём.
Это правда было.
- Скарлетт.
Расскажи нам всё,
что ты помнишь.
Во всех деталях.
- Ну, там была комната -
они играли в Нинтендо, и ещё
там вазы с кучей конфет.
- Весёлое местечко.
- И он спит
в стеклянном гробу.
На дне пустого бассейна.
Там я его впервые увидела.
И он как раз проснулся.
- И когда ты его увидела,
что он сказал?
Он говорил о нас?
- Нет, он был другой.
Будто ничего не чувствует.
И ещё он пах лавандой.
Ну, как свечки у нас дома.
- Да, дорогая.
Уиллу смена обстановки
пошла на пользу,
в Нью-Йорке он совсем выдохся.
Да, Джесс.
Теряю связь. Ты меня слышишь?
- Клаудия.
- Джесс.
Надо прислать сюда
Марио на съёмку. Слышишь? Джесс.
Да что ж такое.
Нет!
Помогите! Помогите!
НАЙДЕН РЕБЕНОК -
ТАЙНАЯ ЛЮБОВЬ ОБАМЫ
- Я приказал проверить исламские
группировки в этом районе.
Быть может,
Шарли Эбдо повторить решили.
- Это сайт сплетен.
Пригвоздил им языки.
"Не лжесвидетельствуй".
Эти люди торговали ложью.
Нарушили заповедь.
Сопоставьте отпечатки
с предыдущими убийствами.
- Всеми?
- Да, всеми.
- Поняла.
- Может, мы упустили что-то из серии.
- Поищем связь.
- Не уверен...
- Помогите.
- Бу!
- Чёрт, как ты сюда пролез?
- Замок взломал.
Когда я только стал моделью,
воришкой подрабатывал.
Обслуживать столы - не моё.
Полгода отсидел за взлом,
ты не знал?
Слушай, прости за показ.
Я завязал, клянусь.
До наркоты мы отлично ладили.
Ты со мной со смеху помирал.
- Всё молодое и красивое веселит.
А потом взрослеешь
и в толк не возьмёшь, отчего
всем плевать на твои шутки.
Куда делся твой шрам?
- Хочешь голой правды -
сам разденься.
- Нет.
- А это что?
- Первые чертежи отеля.
Они из городских архивов,
но отелю не подходят.
- Откуда знаешь?
- Ну, на третьем этаже есть коридор
без дверей – он ведёт в тупик.
Ну а...
Согласно этим планам, там есть
комнаты и выход на лестницу.
Я думаю, эти чертежи сдали,
чтоб пройти инспекцию,
а потом построили,
что им вздумалось.
- Ты так классно пахнешь.
Знаешь, это и есть
главный кошмар тюрьмы.
Не еда, не клетка,
как у собаки, а вонь.
Там все воняют дерьмом.
Но даже это не помеха, сам знаешь.
У мужчин есть потребности.
- Объяснись. Что происходит?
К чему ты клонишь?
Не уходи.
Не уходи...
- В другой раз.
- Что?
Сукин...
- Передоз, видимо?
- Это так кажется, но
скорее всего, ломка.
Думаю, он минимум два дня
к игле не прикасался.
- А кровь?
- Чужая.
Успокоительное!
- Нет! Нет! Простите меня, умоляю,
я не нарочно!
- Стойте. Стойте.
- Умоляю! Простите!
- За что?
- Детектив!
- Я не хотел её убивать.
- Кого ты убил?
- Я думал, это другая.
Шлюха-наркоманка.
- Салли? Салли?
- Это она сделала. Наврала мне.
Обещала освободить.
- Так, отойдите.
Мы его теряем.
- Я слышала, она выписалась.
- Кто?
- Эта идеальная модная редакторша.
Видимо, местечко ей не угодило.
Не все способны оценить его прелесть.
Эту чудесную темноту.
Ты меня понимаешь.
- Нет.
Совсем не понимаю.
Расскажи лучше о своём друге.
- Котором?
- Том, что сейчас в больнице.
Наркоман, весь в чужой крови.
- Наркоманы...
Не верь
ни единому их слову.
- Кто он?
- А я откуда знаю?
И зачем время на наркош тратишь?
Мы вредим лишь себе.
Заповеди же мы не нарушаем.
- Повтори.
- Что?
В воскресную школу не ходил?
- А как же "Не убий"?
- Эту заповедь неверно переводят.
Правильно - "не умертви",
со злым умыслом.
Убийство может быть
праведным деяньем.
- Ты шарила в моей комнате.
- Нет.
Но если ты приглашаешь...
- Это за приглашение сойдёт?
Ты арестована.
- Славно.
- Это ты прислала мне сообщение.
То ли ты во всём замешана, то
ли работаешь на кого-то...
Может,
просто жаждешь внимания.
- Ещё как жажду.
И ты тоже.
Так и чувствую вкус.
Ну же, детектив.
Научи меня
хорошо себя вести.
- Я хочу помочь тебе.
- Если бы ты мог.
Вот увидишь.
Мы с тобой созданы
друг для друга.
- Доно! Привет.
Я тебя ждала.
Скажи, тебе помочь собраться?
Я распечатала нам
квартиры с "Крейгслист".
Славные, с двумя спальнями.
Смотри.
В этом здании в Санта-Монике
поймали Уайти Болджер.
Взгляни, правда гламурно?
- Я буду жить с наркоманами
в канаве.
В коробке, в Макартур Парк,
весь в моче и дерьме
этого мерзкого города.
Лишь бы не жить
снова под одной крышей с тобой.
- Только не закатывай сцен.
Дорогой, это же наш шанс.
Мы этого и ждали.
Послушай.
- Отцепись.
- Она тебя не любила.
Просто использовала.
Знала я, что этой холодной змеюке
станет скучно - не в тебе дело.
Змеи все такие.
- Ты и не представляешь, как
сильно я тебя ненавижу?
Знаю, настоящего интереса ко мне и
моим нуждам ты и не испытывала.
Но я в последние годы из кожи вон лез,
чтоб ты заметила, как я тебя презираю.
- А ну погоди.
Я тебе всю жизнь посвятила.
Ты понятия не имеешь,
как сложно было тебя вырастить
и на какие я пошла жертвы.
- Есть хоть одна, что не пошла
на пользу твоему извращенному эго?
- Твой отец.
Думаешь, легко было его выгнать?
Стать матерью-одиночкой
в те времена?
Никто такого не делал.
Но я смогла.
Потому что он не достоин
был тебя растить.
- Отец - лучшее, что у меня было.
Я однажды спрятался
у него в багажнике,
а он до самого Бейкерсфилда доехал,
пока заметил и вернул меня домой.
- Представляешь? Он даже не заметил
сына у себя в багажнике.
Да он козлом был. Придурком.
- Знаешь, когда ты его вышвырнула,
он усадил меня и сказал -
"Когда вырастешь, беги".
- У меня был план.
- План, говоришь.
Я ходил на собрание
анонимных наркоманов.
Когда рассказал о тебе,
ко мне подходили люди,
заядлые наркоманы,
и говорили - "Ничего себе.
Ещё бы ты не
подсел на иглу".
Все твои решения
провальны от и до.
Отец, этот психованный
вегетарианский культ...
- Бретарианцы были новаторами,
лечились едой!..
- Я так обожрался клетчаткой,
что в штаны в школе навалил.
- Хорошо.
Составь список всех моих ошибок.
Знаешь, что я на это скажу?
Подавись им.
Моему списку он в
подмётки не годится.
Первый пункт -
я дала тебе жизнь.
Второй пункт -
я спасла твою жизнь.
- Я хотел сдохнуть!
Кокаин, крэк, героин -
ничто не помогло, и я решил,
что только смерть
от тебя избавит. Я её избрал.
- Неужели так меня ненавидел?
И позволил мне остаться за тобой
ухаживать?
- Настоящая мать дала
бы сыну уйти с миром.
Похоронила бы меня
и оплакала.
- Какая мать не желает
сыну жизни?
И не пошла бы на всё,
чтобы его спасти?
- Ты тогда не обо мне думала.
А о себе.
Я ухожу отсюда.
Сегодня же.
- А мне куда деваться?
Кто я, если не твоя мать?
Никто.
- Знаешь,
если это правда,
лучше убей себя.
Сделай это в любом случае.
Что, машина заглохла?
Не лучшее
выбрали местечко.
Тут на улицах опасно.
Слышите?
- Не хотела я так внезапно заявляться.
Но дозвониться не смогла.
- Да. Тут всё хреново работает.
- Скотч.
Газировка с сиропом.
- Я тебя отвлекаю?
Такой дёрганный.
- Нет, просто...
Беспокоюсь из-за дела.
- Выглядишь ужасно,
ты хоть спал?
- Всё хорошо, Алекс.
- Тебе явно стоит выпить
что-то нормальное.
- Зачем такое говорить?
- Ты не алкоголик, нечего бояться.
Хватит всё контролировать,
как одержимый.
- Я должен быть начеку.
- Через минуту захочешь выпить.
- С чего бы?
ЗАЯВЛЕНИЕ О РАЗВОДЕ
Это что?
- Я не прошу, чтоб ты
сразу всё подписал.
Сперва прочти.
- Нет.
Не сейчас, Алекс.
- Джон, так надо. Ради нас
обоих и нашей дочери.
Может, Скарлетт выдумывает небылицы,
потому что мы застряли в прошлом.
- Но развод? Не хочу я развода.
Никогда не хотел, я люблю тебя.
- И я тебя. Но этого
уже недостаточно.
- Знаю, без меня дома нелегко...
- Вовсе нет. Никаких проблем нет,
всё отлично.
Я сомневалась, что протяну
одна, но теперь знаю.
Лучше не возвращайся.
Только жизнь всем усложнишь.
Прошу, не возвращайся.
- Пожалуйста.
Прошу,
не надо разрушать семью.
- Это не я её рушу.
А человек,
который похитил нашего сына.
Джон.
Джон!
- Не уходи. Не уходи.
Мне плохо.
Кажется, я схожу с ума.
Мне чудятся странные вещи.
- Пошли к тебе в номер, хорошо?
- Простите. Какая я неуклюжая.
- Не стоит извиняться,
наливая бокал Шато Марго.
- Думала, вы решите, это перебор.
- Что, платье?
Вечер в городе?
Эта ложа? Я же гей.
- Я не глупа.
Нам суждено
нечто более интимное.
А если я скажу,
что Уилл Дрейк должен умереть?
- Тогда вы всё знаете.
Уже можно оплакивать.
Вчера я нарисовал пару
бермуд с узором конопли.
Вот вам и влияние Запада.
- Лично я считаю вас гением.
Но вы слишком удобно устроились.
Надо сгореть,
чтобы восстать из пепла.
- Убить Уилла.
Вы наводите на опасные мысли.
- Все великие идеи убивают.
- С тобой я вспоминаю свой первый
поцелуй с мужчиной.
- Сколько у тебя было женщин?
- Парочка.
Все они оказались
неудовлетворены.
- Сегодня нам это не грозит.
- Это ещё что за хрень?
Откуда набрался наглости
позариться на моё блюдо?
- Ещё позвоню.
Кстати,
у тебя стоит.
- Что, и всё?
У нас всё кончено?
- Что ты как маленький.
- А что мне думать? Не врубаюсь,
у него ж только бабло есть.
- Значит, врубаешься.
- Что? Ты ж богачка.
- Раньше была.
А потом встретила Бёрни.
Мэдоффу отлично удавалось
разлучать людей с их деньгами.
Так что они умоляли,
чтоб он их принял.
Все мои богатые друзья богатели
на двадцать 20 с каждым годом.
Но моих денег он не брал.
Хотел получить всё сразу.
Акции, облигации, и отель.
Бёрни посадили.
И я всё потеряла.
- Поэтому я не должен
убивать Дрейка?
- Уилл Дрейк не может умереть,
пока я не выйду за него замуж
и не оберу до нитки.
- Господи.
Немудрено, что ты в таком состоянии -
спишь с этой жутью под носом.
- Уже и не сплю почти.
- Потому примешь это.
Пей.
Жара нет.
Нужен отдых.
Поспи пару часов,
и голова прояснится.
Хорошо?
- Прости меня, Алекс.
Прости, что не смог
сохранить семью.
Прости,
что не смог вернуть тебе сына.
- Я всё понимаю.
Ты не виноват.
- Я знаю, как ты его любила.
Больше, чем меня.
И Скарлетт.
- Джон...
- Ничего.
Я был не против.
Вот как сильно я тебя люблю.
Сделаем ещё ребёнка.
- Господи.
Что я делаю?
- Мы ещё любим друг друга.
- Заявление о разводе я оставила.
Будут вопросы -
звони адвокату.
- Это ад?
Нет.
В аду эту жуткую подделку
из "Зары" носила бы я.
- Холден?
- Привет, мам.
- Господи, не тяни. Я до жути боюсь
иголок, пусть всё поскорее кончится.
- Сперва объясни, с чего мне
оказывать тебе такую услугу.
А ведь могу выкинуть тебя
из окна, расквитаться.
- Да ладно. Неужели сейчас
мучить меня будешь?
- Тебе будет полезно объяснить,
зачем решила умереть.
- Боже...
- Потешь меня
своей ненавистью к себе.
- Вопрос не в том, зачем умирать.
А в том, зачем жить дальше.
На ум не приходит ни одной причины.
Может, меня просто
нельзя любить.
Что тут скажешь?
Родной сын меня ненавидит.
Всю жизнь.
Вижу я людей, их смех, улыбки.
И хоть убей, не понимаю,
зачем они это делают.
Шутка уже не смешит.
Я сама - посмешище.
- Погоди.
Мы ведь навсегда прощаемся?
Клянёшься, что никаких дел
за собой не оставила?
Я тут застряла благодаря тебе,
и хочу увериться на все сто,
что после этого никогда не увижу
твою жалкую дряхлую задницу.
Другими словами,
не броди по моим
коридорам, сучка.
- Я мечтаю лишь
о тёмной тишине смерти.
- Ну, ты обратилась по адресу.
- Скольких же наркоманов
ты выпил, Донован?
В таком
состоянии от тебя никакого проку.
Я тебя подчищу, выведу
весь яд из крови.
А там и поглядим,
сгодишься ли ты мне.
- Ты кто?
- Неправильный вопрос.
Спроси лучше,
кем я была.
Доставку в номер вызывали?
Я была настоящей королевой.
- Нет. Мы вызвали проституток.
- На колени.
Вот так.
- На колени я не встану ни перед
одним мужчиной.
- Снято!
УБОЙНАЯ СЕСТРИЧКА
- Классно вышло.
ТОНКИЙ ШЁЛК
Я приехала в Голливуд, едва
закончив школу. Никаких перспектив.
НЕВЕСТА БЛЭКЕНШТЕЙНА
И вскоре стала звездой.
Мои картины окупались в 10,
даже в 15 раз.
Кто-то на этом круто наживался.
Но не я.
Их называли фильмами "Б".
Я хотела большего.
Шанс, мистер Сэмюелз.
Я прошу лишь об этом.
ЛОС АНДЖЕЛЕС
1977
Пока вы не взяли Джейн Фонду,
дайте мне попробоваться.
- На роль Салли Хайд нужна...
- Белая женщина.
- Серьёзная актриса.
- Я очень серьёзна.
- Знаете что?
Я снял комнату в этом отеле. Зайдём
выпить и продолжим разговор.
- Рамона Ройал.
Какая честь.
Я видела все ваши картины.
А вы уходите.
Сейчас же.
- Ты что натворила?
- Спасла тебя от позорной ошибки.
- Один её взгляд - и продюсер сбежал,
поджав хвост.
И вот она глядела на меня.
Но мне бежать не хотелось.
Она была сложным,
нестареющим существом.
Знала всё об искусстве,
литературе, моде.
Я хотела жить в этом мире.
И она обещала мне место в нём.
Вечное место.
Это было великолепно.
Она научила
меня быть дамой и хулиганкой.
Я могла всё, что угодно.
Но не могла получить её навеки.
Пророк Моисей был передовым
в те ранние, буйные годы,
когда повсюду шумели
Тупак и Бигги.
Но он ещё не прорвался,
поэтому лейбл поселилего в отеле
"Кортес", а не в "Four Seasons".
Мо был поэтом.
И, без исключений, самым
прекрасным мужчиной в моей жизни.
Я всегда считала её любовью
всей моей жизни. Но ошибалась.
Ей был Мо.
И я решила провести вечность с ним.
Готов, дорогой?
- Готов.
- Как обидно.
У него были
перспективы.
- Ты ещё кто?
- Мо. Нет. Не надо.
- Похоже, она правда тебя любила.
- Нет!
Её творение решило творить дальше -
она этого не стерпела.
Королева может быть только одна.
Она забрала единственное, что мне
было по-настоящему дорого.
И я отплачу ей тем же.
- Думаешь отомстить, убив меня?
- Не тебя, болван.
А этих её малышей.
Но мне нужен доступ.
Свой человек внутри.
И им
станешь ты.
- Она меня бросила в прошлый вторник.
- Можешь идти.
- Я думал, ты оставил нас навсегда.
- Когда осознаёшь, что тебе
некуда идти, спесь сразу убавляется.
Куда мне там деваться? Денег нет.
И друзей, чтоб у них пожить.
Двадцатилетнюю дыру
в резюме не объяснишь.
- А у меня отросток болтается между
ног и не даёт носить юбку-карандаш.
У всех свои недостатки,
котик.
Я думал, ты актёр.
Резюме красоте не нужно,
как и актёру - талант.
Спроси Лоуренса Харви.
- Не актёр я.
Четыре года кастингов, и всего одна
роль - меньше пяти строк, в "Колби".
- Вот, выпей.
- Зато работал с Чарлтоном Хестоном,
можно гордиться.
У меня даже номера в этом
отеле нет, ни черта.
И никого. Навеки.
- Нечего сопли распускать
у меня в баре!
Тем более, когда
почётный гость не видит,
что удачливей него мужчин в
отеле "Кортес" в жизни не было.
Думаешь, жить на улице –
это позор?
Ни хрена ты ещё не испытал, юноша.
Уж поверь, я-то знаю.
А ты постыдился бы,
что так мать извёл.
- Я её извёл?
- Не отрицаю, эта женщина
ужасна. Кошмарна.
Но даже если в ближайшие сто
лет ты и найдёшь кого-то,
кто будет обращаться
с тобой лучше,
и трахать тебя лучше,
смешить чаще, чем огорчать,
никто не будет любить
тебя так, как она.
- Я жива.
- Господи.
Ну ты даёшь - этой дозой
можно было оркестр свалить.
План "Б".
Боже, Айрис.
Должно быть быстро.
- Мам?
Мам.
- Вот чёрт.
- Это Донован.
Мам.
- Она отдыхает. Зайдёшь позже.
- Есть разговор.
- Оставь её. Она наконец нашла покой.
- Нет. Нет-нет. Что ты сделала?
- Только то, о чём она просила.
- Нет. Нет.
Нет...
Она не могла умереть.
У меня больше никого нет.
- Хорош заливать.
Сам ей смерти пожелал.
- Вот сучка.
- Ты чего?
Нет, не надо.
- Давай. Вернись, мам.
Вернись ко мне, мамочка.
Вернись ко мне.
Вот так...
Да...
- Ну и долбанутое возмездие.


Серия 4

- Чем могу помочь?
- Ночь Дьявола. Я постоянный клиент.
- Конечно, мистер Рамирес.
Добро пожаловать
в отель "Кортес".
Уже второй год с нами?
- Третий.
Я умер в 2013.
- Прошу прощения.
Покажу вам номер.
- Мэнсон к нам не присоединится?
- Земной путь Чарли еще не завершен.
Отбывает срок пожизненный.
- Жалко.
- Ваш номер, сэр.
Господин оставил
вам угощения на подушке.
- Ключ мне ни к чему.
Молчать.
Клянись Сатаной,
что не закричишь. Или я убью тебя.
Клянись Сатаной, я сказал!
- Клянусь Сатаной.
- Лгунья!
- Боже!
Пусти!
На помощь!
Помогите мне!
Спасите, там убийца!
- Представляешь, здесь тоже.
Рики!
Нашёл твои подарочки.
Туристы из Аризоны,
"Марриотт" был забит.
Иди сюда.
Прикончи её.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Алло?
- Привет, пап.
- Привет, солнышко.
Привет.
Как тебе Диснейленд?
- Круто.
- Я как раз выхожу.
Буду у бабушки через час.
Нам надо закупиться к Хэллоуину.
- Не хочется в этом году
сладости выпрашивать.
- Ну хорошо.
Найдём другое занятие.
- Вообще-то, бабушка будет учить
меня печь банановый пирог.
Это долго.
- То есть мне забрать тебя попозже?
- Если можно.
- Как-то всё сейчас
странновато,
да?
- Немного.
Мне пора.
Пока, пап.
- Пока, Скарлетт.
Я люблю тебя.
- Дурацкий костюм.
- Пойдём, Альберт.
Вот, надень.
- Дурацкий костюм.
- Вечно ты чем-то недоволен,
привереда.
ЛОС АНДЖЕЛЕС
1977
Некоторым детям вообще
пакеты на голову надевают -
вот и весь костюм. Шевелись.
Не люблю опаздывать.
Ну надо же!
Молли Уилкинс, вот это костюмы!
Да ты, верно, месяцами их шила!
И не поскупилась на
дорогие кружева!
Было бы у меня время
нормальную выкройку сделать...
- Какой жуткий призрак.
- Но мне всё стирать да штопать.
Так завидую, ты чудесно выглядишь.
Жалко моего Альберта,
хотел себе костюм африканского
гепарда, но я никак не успевала.
Куда делся этот проказник?
Нет! Помогите!
Кто там?
- Джон Лоу, сосед снизу.
- Я занята.
Бельё стираю.
- Что тут происходит, кто-то ранен?
- Да у меня такое каждый год.
Я потеряла сына в Хэллоуин,
так что крыша чуток едет.
Всё из рук валится,
и с бельём не справляюсь.
- Вы потеряли сына?
Он погиб?
- Не сразу.
- Что случилось?
- Недоглядела!
Была слишком занята!
Всё из-за этого.
Надо было сшить нормальный
костюм, как всем детям.
- Знакомое чувство.
Особенно в годовщину.
- Я одела его в простыню,
в старую простыню.
Что могло быть важнее него?!
- Ничего, конечно же.
С тех пор живу,
как в кошмарном сне.
- Хереса хотите?
- Нет, спасибо.
Не буду отвлекать.
- Нальёте мне?
От беседы с вами
на душе легче.
Весь город обыскали.
Но в городе его не было.
Убийца
увёз его к себе на
ранчо в Вайнвилль.
Господи Боже!
Он мне снится.
Обжигают его печальные
глаза, глядящие с укором.
"Как же так вышло, мамочка?"
"Разве ты меня не любила?"
Ну конечно, любила.
- Вы хоть знаете,
что случилось с сыном.
- Знаю? Да не то что бы.
- Это всё, что осталась
от вашего сына.
Этот псих растворил тела в извести,
а кости зарыл в общей могиле.
- Так точно и не известно,
сколько там было детей.
- Ужасная история,
мисс...
- Эверс.
Хэйзел Эверс.
Зови меня Хэйзел.
- Я Джон.
- Я знаю.
Хочу тебе признаться, Джон...
Я давно ощущала,
что мы - родственные души.
Боже, боже,
успеть бы мне всё же.
Праздник грядет, дел
невпроворот, а время не ждет.
Господин очень расстроится, если
сервировка будет неидеальна.
Осенний Банкет -
главное мероприятие года!
А некоторые гости
весьма взыскательны.
Ещё, ещё, ещё!
К концу банкета ноги
уже просто отваливаются!
- Тихо, Джаспер.
Ну, ко мне,
Джаспер. Давай.
Сюда.
Пёсик хороший, просто тебя не знает.
Он у нас два года.
Твоей сестре было одиноко.
Я тебя быстренько осмотрю, хорошо?
- Слишком ярко.
- Прости.
Прости. Давай-ка сюда.
Не шевелись, ладно?
Тебе холодно?
- Нет.
- Точно?
Ты знаешь, где мы, малыш?
Помнишь этот дом?
Твой дом.
Наконец ты дома, солнышко.
Я так скучала.
- Хочу пить.
- Ну конечно.
Принесу сок, хорошо?
Сейчас приду.
Вот тебе яблочный
и апельсиновый сок.
Не знала, какой...
Холден?
Холден!
Что ты натворил?
- Мне нехорошо.
Хочу к маме.
- Я - твоя мама, дорогой.
- К другой маме.
- Подтвердили.
Кровь на твоём
наркомане - чужая.
Ну что, ищем тело?
- Да вроде тел и так хватает.
А почему я не слышал о городе,
где похитили и убили двадцать детей?
- Ты об Убийствах в
Курятнике Вайнвилля?
Город из-за них переименовали.
Плохая реклама.
- Когда?
- Ну лет шестьдесят назад.
- Восемьдесят пять...
Восемьдесят пять лет?
Преступник орудовал в двадцатых?
- Это связано с нашим
библейским фанатиком?
- Не знаю.
- Джон.
Джон, всё нормально?
- Думаю, у тебя много вопросов.
Я отвечу.
Должно быть, встреча с сыном
стала шоком. Ты ведь давно отчаялась?
- Я не теряла надежды.
- Знаю.
Я чую твою тоску, это
так трогательно.
Холден тоже почуял,
поэтому и явился тебе.
- Ты похитила моего сына.
- Я его спасла.
Как и всех своих детей.
- От чего?
- От безразличия.
Я знала, что их ожидает
пустая и грустная жизнь.
Я открыла своё сердце,
идети ко мне потянулись.
- Мой сын для меня – всё!
- А что насчет твоего мужа?
- Поехали.
САНТА МОНИКА
2010
Алло?
Да, позже заеду в участок.
Холден!
Холден!
Холден!
- Здесь они в безопасности.
Мир может быть очень жесток.
- Всё это бред собачий.
Что ты сделала с моим сыном?
- Ты доктор, так что объясню
понятным тебе языком.
Холден заражён древним вирусом.
Патология крови.
Характерные симптомы - здоровье,
выносливость и вечная жизнь.
- А теперь как хочешь,
но верни его.
- Ты за этим пришла?
- Верни его, или я убью тебя.
- Это необратимо.
- Не верю.
Я его мать.
Мы его вылечим.
- Лекарства нет.
Тебе остаётся лишь
присоединиться к Холдену. Алекс.
Я предлагаю тебе вечность рядом
с любимым существом.
Я бы за подобный шанс всё отдала.
- А что ты хочешь взамен?
Какова цена
этого превращения?
- Вечная преданность.
Будешь работать на меня.
Вот.
Выпей, успокоишь нервы.
- Ты больная.
Твоё место в тюрьме.
Жди полицию.
- Отпусти её.
- Она же к копам побежит.
- О нет.
Она выберет свою
истинную любовь.
- Ты что, и её трахаешь?
- Чего налить, солдат?
Имбирный эль?
"Ширли Темпл"?
- Моя почти уже бывшая жена
не считает меня алкоголиком.
Говорит,
у меня просто мания контроля.
Мне двойной мартини.
- Другое дело.
Контроль -
лишь иллюзия.
- Сегодня обойдусь без иллюзий.
- Хэй, морячок.
- Не видел, как вы вошли.
- Похожу на руках, в юбке,
за сигарету и пиво.
- Можно и без трюков.
Сегодня я угощаю.
- Эйлин, повежливей
с мистером Лоу.
Ты у нас уже какой
раз, десятый?
- Чёртову дюжину.
С 2002.
- Точно.
- Мы знакомы?
- Как знать.
Снимали шлюху на девяносто
пятом шоссе во Флориде?
- Нет, это бы я запомнил.
- Знай, Джон
у нас - полицейский.
И почётный гость отеля.
- Коп, значит.
Коп.
Блин.
Ну и ну.
Радуйся, что я год пива не пила,
а то бы тебе ни в жизнь
меня не угостить!
Это я-то серийная убийца?
Лучшие серийные убийцы в мире - копы.
- Понял, кто вы.
Просто потрясающий костюм.
Чёрт, просто один в один.
- Кто?
- Эйлин Уорнос.
Смотрел про неё документалку,
она убила семерых.
Хладнокровно застрелила.
- Иногда я и сама в это верю.
Мне было лет пять,
когда халява кончилась и
пришлось начать платить.
А знаешь, на что тянет,
когда все требуют платы?
Хочется сразу дать,
даже если платить не за что.
Пусть берут просто так,
тогда можно сделать вид
что тебе и не жалко.
Но с теми семерыми-то
у нас была сделка.
Они решили нарушить
сделку и поиметь меня.
Вот как дела обстоят, детектив.
Попробуешь поиметь Эйлин Уорнос
и клянусь господом Богом,
я сама
поимею тебя.
- Вот что я тебе скажу, Эйлин.
Брехня всё это.
- Вот как?
- Да.
Большинство из них ни разу
не обвинялись ни в
насилии, ни в нападениях.
- Я их биографию не изучала.
Знаю только,
кем они были в тот день.
Мы были знакомы один день,
и они были сами собой.
У тебя таких дней не было?
Да.
Вся твоя суть,
кем ты был всю жизнь –
перестает иметь значение.
И внезапно
ты другой человек.
- Бывало.
- Да?
- Сегодня.
- А давно ты трахался?
Так, чтоб у тебя аж
искры из глаз сыпались?
Ты ничего не узнаешь о сексе,
пока не проведёшь час с
чокнутой проституткой.
- Пойдём ко мне.
- Хоть сейчас.
- Милый Джон.
Ты так пьян, что и не
представляешь, какая она уродина.
- Так пьян, что мне всё равно.
- Сукин сын.
Сраные копы.
Нельзя вам верить.
Решил меня поиметь?
- Я привязан к стулу!
- А я не вру.
В этой стране казнили
десятерых женщин.
Десятерых.
Я была десятой.
- Хватит! Ты не в своём уме!
Ты не Эйлин Уорнос!
- Да?
Взгляни на меня.
Посмотри мне в глаза. Глянь.
Неужто похоже на
Хэллоуинский костюм?
Добро пожаловать на
Ночь дьявола в отеле "Кортес".
Ненавижу...
Ненавижу тебя...
Кайфуешь?
Ссыкло!
Сволочь!
Иди сюда!
Я тебе член откушу нахрен!
Ну же, детка!
- Сейчас выясним, кто ты.
- Чего угодно?
Минутку.
Что-то случилось?
- Да. Эта дрянь пыталась
меня убить.
- Дрянь?
Хотелось бы конкретнее.
- Ну, та чокнутая из бара,
притворяется Эйлин Уорнос.
Прокатится в участок.
- Я бы порекомендовал
не тратить время зря.
Даже если удастся
дозвониться, бьюсь об заклад,
в комнате никого не окажется.
Мистер Марч своих
гостей в обиду не даст.
- Мистер Марч? Джеймс Патрик Марч?
- Он самый. Его банкет
в Ночь дьявола –
важнейшее событие сезона.
- Что за Ночь дьявола?
- Сладенький.
Ночь дьявола здесь -
настоящий праздник.
Хэллоуин - всего лишь пластиковые
тыквы и бумажные костюмчики.
Но вот накануне
резвятся истинные упыри.
Просыпаются самые дурные инстинкты.
Вот почему мистер Марч проводит
свой ежегодный банкет в эту ночь.
В списке гостей - лишь избранные.
А это странно!
И как я не заметил?
Счастливчик.
Вы приглашены.
- Главное в хорошем подвале – чтобы
влага оставалась ниже уровня пола.
Убедитесь, что
перекрытие где-то…
- Эй, Джон.
Слушай, ты уж прости
меня за всё, приятель.
Я не на тебя злилась,
а на копов в целом.
И мужиков в целом.
Давай, садись со мной.
По секрету,
с Джеффом и Джоном лучше не садись.
Обожают молоденьких, типа тебя.
- Не подходи. Наслаждайся последней
ночью на свободе.
Уйдёшь в наручниках.
- Да ладно. Прости уж,
чего ты дуешься, садись.
- Нет, Эйлин. Джон сядет
там, где его карточка.
У нас же тут официальное мероприятие.
- Титьку мою пососи, Кларк Гейбл!
- Вот все и в сборе. Начнём.
У нас всего лишь ночь впереди.
Джон - рядом со вторым Джоном.
Джон здесь, Рики - здесь.
Абсент!
Наш традиционный напиток.
За особую ночь и особого гостя.
- Зачем всё это?
Кто вы?
- Я Марч. Построил этот отель.
- Его архитектор погиб восемьдесят
пять лет назад.
- Вот за что не люблю полицейских.
Вас интересуют лишь факты.
Факты и только факты.
И только те, что вписываются
в вашу версию правды.
А всё остальное – обман зрения.
Ошибка. Фокус.
Вы уже давно в моём отеле, Джон.
У вас достаточно доказательств того,
что невозможное здесь весьма вероятно.
Опоздал!
- Занят был, письма писал.
Чувак,
а ты вообще в курсе,
что самое веселье – после
того как попадешься!
А придумывать кличку
себе самому? Лажа это.
- Итак, начнём со знакомства.
- Я тоже Джон, Джон Гейси,
из Норвуд-Парка, Иллинойс.
Владелец "МОР Контракторз" -
это Маляры, Отделочники и Ремонтники.
Состою в Клубе Лося.
Словом, наличие тридцати
трупов в подполе
совершенно не мешает обустроить
грандиозную комнату отдыха
и быть солидным бизнесменом.
- Моя очередь?
Хорошо.
Я Джеффри Дамер.
Из Милуоки.
- Джон, кажется, ты ему приглянулся!
Не повезло тебе.
Так он их и выбирает -
засёк красавчика и...
- Ясно.
Зодиак, тебя так и не поймали,
но, видимо, ты уже мёртв.
Такие сволочи не уходят на пенсию.
Гейси.
Смертельная инъекция,
лет двадцать назад.
Дамера убили в тюрьме.
И поделом.
Эйлин Уорнос.
Казнена в 2002 во Флориде.
И тебя я знаю.
Ты из моего города.
Рич Рамирес.
"Ночной сталкер".
Года два назад умер
в тюрьме от рака. Что происходит?
Хэллоуинский розыгрыш?
Вы актёры?
- Я собираюсь помочь тебе, Джон.
Я следил за тобой.
И зрелище печальное.
Ведь величие в прозрении.
А ты отворачиваешься от всего,
что недоступно простому зрению.
- Ты слушай этого парня, Джон.
Он наш господин.
Всех нас научил.
Он гений, как Галилей,
Питер Фрэмптон...
- Поэтому мы и собираемся тут
каждую Ночь дьявола. Это традиция.
Получить приглашение -
настоящая честь.
И попадают сюда лишь те,
кто принял совет от господина.
- Знаешь, почему копы
столько за мной гонялись?
Однажды я забрёл сюда
перекантоваться.
Господин явился ко мне и
как следует отметелил.
Сказал, чтоб войти в историю,
надо убивать всех подряд.
Система в том, что её нет.
- Кажется, это я проболел.
- Не смешно, Гейси!
Мы – элита среди убийц.
У нас репутация, у нас протокол.
Я сто раз твердил -
не оставлять следов.
- Я залил всё щёлоком.
Кто знал, что в
ванную заглянет коп,
который прекрасно знает,
как пахнут трупы.
Я говорил,
что это запах от лужи, которую надула
моя Лхаса апсо. Но они не поверили.
- Убийство – это один час
времени, сто часов подготовки.
Я построил этот отель с единственной
целью - скрывать улики.
Все эти трапы и лестницы -
успел их оценить, Джон?
Чудеса современной инженерии.
Мистер Гейси впервые появился
в "Кортесе" ещё юношей.
Лет восемнадцати.
- Я жил в Вегасе, хотел
увидеть Тихий океан,
так что я сел в Бьюик и
приехал сюда на выходные.
Шесть баксов за ночь.
- Учился он быстро, он был талант.
И какой!
Но представьте, чего бы он добился,
если бы внимательней слушал.
Тридцать три трупа.
А могло быть триста
тридцать три.
- Любимый трюк. Наручники.
Стоит приковать -
и считай, всё кончено.
- Не волнуйся, Джон.
Это абсент, мой мальчик.
- В девятнадцать
меня подобрал
дальнобойщик,
я ещё не умела за себя постоять.
Подонок довёз меня до
самого Лос-Анджелеса.
Купил мне бургер.
И бросил на обочине. Только
когда я забрела сюда
и встретила господина, я
поняла, что чего-то стою.
Впервые мужчина обращался
со мной уважительно.
- Джеффри.
Ты сегодня какой-то тихий.
- Просто голоден.
- О, мисс Эверс!
Всегда неподражаема.
- Сперва дамы.
- Прошу.
- Я не ем салат.
- Джеффри любит мясо потемнее.
- Мисс Эверс.
Принесёте нам амюз-буше?
Спасибо, Джон.
Видишь, Джеффри?
Я всегда о тебе думаю.
Правда ведь?
Я помогу, сынок.
- Никогда меня не бросай.
Пойду за дрелью.
- Нет!
- Прошу.
- Видишь ли, я хочу
ими управлять.
Сделать их
своими.
Чтоб они стали частью меня.
Чтоб они стали
частью меня.
Но ничего не выходит.
Через десять минут они умирают.
- Бедняжка Джеффри.
Я встретил его, когда он
возвращался в Огайо из Майами,
после того как вылетел из армии.
Я сказал ему, что великий убийца
должен разбираться в людях.
Чтобы охотиться, нужно
понимать ход их мыслей.
Не знал, что он воспримет
это буквально.
- Я пользовался кислотой для
снятия плоти с костей.
- Так точно, дорогой. Так точно.
- Не смей!
- В яблочко, полицай!
- Ты не понял, что мы и так мертвы?
- Как думаешь, они станут
порноактрисами или стриптизёршами?
Я ставлю на стриптизёрш.
Выпивку.
- Те девчонки
не доживут и до двадцати
пяти, захлебнувшись рвотой.
- Хэллоуин…
Для неудачников.
Взрослые люди строят из себя
неизвестно что, как идиоты.
Я люблю свою жизнь.
Летаю бизнес-классом в
Лос-Анджелес по работе.
Ночую в "Бонавенчур".
Есть вещи поинтереснее
костюма Бэтмена.
- И чем интересуешься?
- Всем, что у тебя есть.
- Вы оба должны быть мертвы.
- Нет-нет.Он больше чем мертв.
Я превратил его в зомби,
впрыснув кислоту в мозг.
Теперь
ты от меня не убежишь.
- Я твой навеки, Джеффри.
- Так не бывает...
- Боюсь, детектив выбыл из игры.
Я думал, он видел достаточно
зла, чтобы оценить вкус тьмы.
Но он еще не принял
нашу сущность.
- К чёрту его. Выпьем.
За господина!
- Благодарю.
Спасибо вам, что были
здесь в Ночь дьявола,
но сейчас я хочу поднять
тост в вашу честь.
Каждый из вас –
это воплощение
американского успеха.
О вас пишут книги,
снимают биографические фильмы.
- Джонни Дэппу нравятся мои картины!
- Даже после смерти вы
будоражите умы людей.
Вы оставили след в истории.
Подобно Илиаде,
сказания о вас будут жить вечно.
Я чту вас как равных.
И я буду весьма признателен,
если вы останетесь и
разделите со мной
десерт.
- Десерт! Чуть не забыл!
Пойду накрашусь.
- Не волнуйтесь, он
сейчас на своей волне.
Вы ведь оставите меня
в покое на год?
- Как и всегда.
Тост за нас,
прославленных убийц!
Эта жертва свяжет
нас крепкими узами
навеки.
Пардон.
- Нет! Нет!
Нет, нет!
- Джон, Джон. Джон. Джон.
Ты чего? Что ты делаешь?
- Надо им помочь.
- Кому?
- Ты привела к ним жертву!
- Здесь никого, Джон.
- Не понимаю.
- Когда я зашла, ты был один.
Плакал. Ты что, пил?
- Немного.
В баре.
Мне дали абсент.
- Тогда всё понятно.
Полынь и алкоголь
сделали своё дело.
У тебя галлюцинации.
- Тогда что реально?
- Я реальна.
Доверься мне.
Я защищу тебя.
- В тот раз ты исчезла.
- Я никуда не уйду.
Пойдем.
Я отведу тебя в номер.
- Превращение - это испытание.
Роды всегда мучительны.
Как мать, ты это знаешь.
- Умоляю.
Я не могу
снова потерять сына.
- Ты должна полностью покориться.
И позволить разорвать себя на части.
Опустошить.
Ты почувствуешь, что умираешь.
Или вправду умрешь.
Кровь тебя возродит.
Новой. Сильной.
Такого величия ты себе
и не представляла.
Ты восстанешь.
И воссоединишься со своим сыном.
На веки вечные.


Серия 5

- Пришли, слава Богу. Вам плохо?
- Всё нормально.
- Ни один антибиотик
не помогает.
- Привет, Макс.
- Врачи говорят, пневмонию
вызвал стафилококк.
Предложили подписать отказ
от реанимации.
Умоляю, скажите, что рано
об этом думать.
- Я не сдамся.
Обещаю.
Лучше сходите за кофе или сэндвичем.
Я тут разберусь.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Рамона Ройал здесь?
- Сэр, сейчас четыре утра.
- Я слышал, она ночная
птица. Пропусти.
Рамона!
Рамона Ройал!
- Какого чёрта?
- Мне вызвать полицию, мадам?
- Валяй, старик, зови
копов, я как раз перекушу.
- Не нужно, Грейвз.
Я разберусь.
Какого хрена ты опять припёрся?
Сказала же, мне
от тебя никакого толку.
- Тут ты ошибаешься.
- Это ещё кто?
- Твои молитвы услышаны.
Хотела шпиона? Вот и получай.
Она - менеджер в "Кортес".
- И что с ней такое?
- Напилась чуток.
Протрезвеет.
- Напилась?
- Хочешь уничтожить Графиню?
Я тоже.
И наш ключ - Айрис, никто не сможет
подобраться к Графине ближе.
- Ты смог.
- Мы оба смогли.
- Вы кинозвезда.
- Была.
- Какая красавица.
- Да уж.
Какая жалость, правда?
- И правда.
Обидно до чёртиков.
Она забрала у тебя прежнюю жизнь.
Обещала дать нечто лучшее,
и этого тебя тоже лишила.
Мне ли не знать, каково это.
Ты хочешь пустить ей кровь.
И я, ведь она сделала
со мной то же.
Только вот мне
даже выбора не дала.
- А ты ей выбор дал?
- О чём ты?
- О твоей мамаше.
И я знаю, бухло
тут ни при чём - её обратили.
Твоя работа?
- Я выполнил свой долг.
- Эдипов комплекс или
корыстный интерес?
- В любом случае,
ты заинтригована.
- Ты безрассуден.
Мне это по нраву.
- Мы все умрём.
Она узнает.
Только увидит меня –
и все поймёт.
- Она на тебя не смотрит.
Ты невидимка.
- Тогда она - идеальный
тайный агент.
- Точно.
- Тебе же нельзя вставать.
- Доктор.
Представляете?
Я боялась, он и ночи не протянет,
и вот уже клянчит вкусняшки.
- Чеддер с халапеньо, мой любимый!
- Просто невероятно.
- Покажите карту?
Рентген чистый.
- Впервые вижу подобное.
У него же лёгкие отказывали.
- Это чудо.
- Да.
Так и есть.
- Можно забрать его домой?
- Почему бы и нет?
- Доктор, не представляю, как
именно, но вы спасли моего сына.
Спасибо.
- Оформим ему выписку.
- Где тебя носило?
Хреново выглядишь.
Что-то не так?
- Твои вопросы - вот что не так.
Я просто спать хочу. Нельзя?
- Ну что ты, дорогая.
Конечно, можно.
Но без опохмелки мамочка вряд
ли сегодня отоспится.
- Что это?
- Нечто особенное.
Пей, дорогая.
- Как вкусно.
- Да?
- Волшебно.
- Так и должно быть.
Это тайные припасы
нашей Графини.
- Я пью кровь?
- С капелькой Трипл-сека.
Ты знаешь, что будет.
Этот коктейльчик на пару
часов тебя взбодрит,
но питаться придётся
свежей кровью.
Тёплой кровью живых.
- Боже.
- И поскорее.
- Двадцать лет я глядела
в глаза этим детям.
Видела в них и боль, и страх.
И как же я?
Я и сказать этого не могу.
Можно ещё?
- Конечно.
Только посмотрите.
Это - миг твоего
блистательного перерождения.
Захватывающее событие.
- Захватывающее? Я тебя умоляю.
В этом мире таким как я не место.
В таком возрасте мужчины нас в упор
не видят, пока им что не потребуется.
Да и не только мужчины - все.
Мы невидимки, - пока
не понадобится ключ
и подушки, чёрт подери.
Спроси любых постояльцев, что
мимо меня прошли, уверяю
они ни одной детали не вспомнят.
Какая ирония.
Я обречена на
вечность в этом теле.
С этой жизнью.
С этой тёмной,
бесполезной душонкой.
Когда хуже уже некуда.
Да, остались только мы
с одноруким бандитом из Моронго.
Каждую субботу
до скончания веков.
- Как знать, когда тебе
улыбнётся удача.
Попробуй макияж поагрессивней.
Мне всегда помогает.
- Где ты был?
На смс не ответил.
- Я чуть не умер.
- Да ладно.
- Макс.
Мы в письме
всё ясно объяснили.
Никакого оружия в школе.
- Это пластик.
- Не важно, всё равно меч. Давай.
Спасибо. Помогайте украшать класс.
- Дурацкие правила.
У меня Притчард
ведьмину палочку отобрала.
- Я кое-что припрятал.
- Я скучала.
Признайся честно.
Ты же не собирался умирать?
- Я лежал в больнице. С корью.
С красными пятнами
по всему телу.
- Гадость.
Ты заразный?
- Сейчас мне куда лучше.
- Ты меня укусил?
- Вот.
Мы квиты.
И ты мою
кровь попробуй.
- Ну, ребята, знаю, у нас Хэллоуин,
все ждут вечеринки, но уроки
при этом не отменяются.
Откройте учебник на третьей
главе - "Синонимы и антонимы".
Где Макс и Мадлен?
Что случилось?
- Всё чешется.
- Да ты горишь.
- Ты чего?!
- Пей. Пей, Мэдди.
Ты почувствуешь себя сильнее,
лучше, чем когда-либо.
- Джимми!
- Мне нехорошо.
- Пошли к медсестре.
Где миссис Притчард?
Боже...
Миссис Притчард?
- Я не хотела.
- Господи...
- Пейте. Будет очень круто.
- Пэтти, твой костюм оскорбляет
чужую культуру.
- А у самой точка на лбу.
- Я индуска.
- Обожаю Хэллоуин.
Конфеты, костюмы...
И пугаться люблю.
- Чёрт.
Уберите руку, хорошо?
Джилл, помоги, на него напали.
Пэтти, объяви тревогу.
- Тревога, тревога! Это не учение.
Тревога, тревога!
- Оцепите здание.
Никто не впускать и не выпускать.
Не бойтесь. Вы в безопасности.
- Мадлен!
- Папа!
- Простите, мы ещё не закончили.
Я задам вашей дочери пару вопросов.
- Хорошо.
- Мадлен. Знаю, тебе нелегко
пришлось, но ты в безопасности.
Никто тебя не тронет. Веришь?
- Да.
- Расскажешь, что произошло в школе?
Сколько людей на вас напало?
- Все хорошо.
- Только один человек.
Весь в чёрном.
С маской на лице.
Напал на миссис
Притчард с ножом.
- Высокий дядька, с маской на лице.
- Сынок. Как ты?
Готов ответить на пару вопросов?
- Да, сэр. Я точно знаю,
что случилось.
- Объяснишь, что вчера произошло?
- Мне подмешали наркотики...
- Ну да. Итак, твои подозреваемые -
Джон Уэйн Гейси, Джеффри Дамер,
Ричард Рамирес, Эйлин Уорнос...
- Я не говорил, что это были они.
Ежу понятно.
Но они так представились.
- Сейчас Хэллоуин, детектив.
Ты не думал?..
- Думал, ясное дело!
Это тут ни при чём.
- Хорошо. Тогда что?
- Это...
Это...
Видимо, какой-то
кровавый культ имитаторов.
Называйте как хотите. Эти люди
воспроизводят или продолжают
преступные дела знаменитых
убийц прошлого.
Марч. Был там один парень,
звал себя Марчем. Джеймс Патрик Марч,
проверьте историю отеля - так звали
человека, который его построил.
- И ты с ним ужинал?
- Я был в комнате с человеком,
который себя за него выдавал.
И я считаю, пять трупов на стене
в моём офисе - его рук дело.
- Считаешь, он - убийца
"Десяти заповедей"?
- Да.
Считаю.
Лейтенант.
Нам нужен ордер,
служебные собаки, медики.
Если придётся, все стены к чертям
повалим, потому что ответы за ними.
Ставлю на это свою репутацию.
- Предложи что-то получше,
репутация у тебя паршивая.
И если честно, уже давно.
- Это вы к чему?
- К тому, что зря я подписал
твою невнятную характеристику
пять лет назад после срыва.
- Это совсем другое.
Нашего сына похитили.
У меня был стресс.
- Эта работа – вообще
сплошной стресс, Джон.
Прости.
Я должен думать
о благе участка.
- Увольняете?
- Всё будет в порядке.
- Ничего не в порядке.
Вообще.
- Чем могу помочь?
- Скажите, а нет ли у вас
скидок для важных персон?
- Что, простите?
- Ну...
я раньше снимался для
журнала "Антрэ-ву".
Мы слыхали, что тут
теперь хозяин - Дрейк,
а он мне весь
инстаграм залайкал.
- Мы хотим снять комнату.
- Со скидочкой.
- Простите.
- Да кто вам заплатит столько в ночь
Хэллоуина?
- Нас так достали эти
мелкие попрошайки.
У нас в Хэллоуин бывало интересно.
А сейчас по всему городу бродяги.
- Все рванулись размножаться.
- Столько гадёнышей развелось.
В дверь звонили
без умолку.
Вечный звон.
Вечный.
- Нам бы спрятаться да накуриться.
Не натыкаясь на миллион незнакомцев.
- Надеюсь, вас устроит.
- Стойте.
Нет-нет. Мы хотим номер
с ремонтом Уилла Дрейка.
- Ну...
Тут пока мало что делали.
- Да ни за что в жизни. Я пошла.
- Да ладно, детка, давай попробуем.
- Джастин, мы из-за тебя вечно
вляпываемся в странные ситуации.
Нельзя хоть бельё поменять?
Полиэстер.
Вы издеваетесь?
- Поищу что-нибудь.
- Других полотенец нет, что ли?
Такое чувство,
будто они из наждачки.
- Пришлю вам ещё.
- Можете повторить о чём
мы вас попросили?
- Да, вслух. Проверить,
вдруг вы нас недопоняли.
- Держат меня за идиотку.
Вечер добрый.
Уходите?
- Похоже, мистер Дрейк не у себя.
Если пересечётесь, напомните,
что он сегодня приглашён в "Демиз".
- Будет сделано.
Что? Могу…
Еще чем-то помочь?
- Да ты нервничаешь.
- Запах другой.
И пот течет.
- Ну...
Наверное, это Хэллоуин.
Столько ряженных людей.
Я всегда завожусь.
- Возможно.
- Приёмная?
- Можно заказать еду в номер?
Мне бы блюдо из традиционных
сыров и полнотелое красное.
- Ещё закажи ромен на гриле.
Объеденье.
- Ещё ромен на гриле.
- Простите.
- Я хочу органику, никаких ГМО.
- Думаю, у нас такого не найдётся...
- Пусть пожарят латук,
добавят пармезан,
лимоный сок и молотый перец.
- Я не могу. Наш повар
даже языка не знает...
- Что-то мне кажется,
вы и пытаться не хотите.
Так что скажу прямо.
В центре полно
приличных ресторанов.
Так что вы возьмёте телефон, сделаете
заказ и принесёте нам пате.
- Ну?
Чего они хотели?
- Пате.
- Сучки просят пате?
Они его получат.
- Боже.
Не понимаю, почему кошачий
корм пахнет хуже кошачьего дерьма.
Эти богачи поймут,
что мы их разыгрываем.
Им салат жарить надо.
Гурманы какие-то, что ли.
- Они же типа крутые, хотят
поесть пате в говённом отеле
в ночь Хэллоуина.
Что угодно проглотят.
- От тебя ничто не ускользнёт.
- Когда мир тебя не видит,
ты начинаешь видеть всё.
- Каюсь, виновата.
Мы двадцать лет вместе работаем,
а сейчас общаемся больше, чем
за все те годы вместе взятые.
- Ну,
у тебя был сын...
- Да нет, ты слишком добр.
Я не гомофоб.
- А я и не гей.
- Видишь?
Потому я тебя и сторонилась.
Гляжу на тебя
и вижу лишь вопросы.
- Так не стесяйся, задавай их.
- Ладно.
Тогда...
Как такое вообще происходит?
- Как женатый мужчина из Топики
превратился в Лиз Тэйлор в отеле
"Кортес"?
Её звали Трейси.
Она вышла за меня, потому что ей
было тридцать, пора было замуж.
- Что смотришь?
Странные ты передачи выбираешь.
Косби сегодня не будет?
- По четвергам.
Я женился на ней, потому
что у нас был один размер.
Дома я будто мучался
от вечной жажды.
Не могу унять внутренний жар.
- Это тебе в поездку.
- Это семьсот седьмой.
Я лечу на семьсот пятьдесят
седьмом в Лос-Анджелес.
У него только две турбины.
- Тебе не пора собираться?
- Но у меня были поездки.
Я работал медицинским
представителем "Эли Лилли".
То были золотые времена.
Мы забалтывали докторов.
Таскали их на гольф,
в рестораны, стрип-клубы...
Я притуплял разум алкоголем.
Но отпускало лишь тогда
когда я уединялся в номере.
- В полдевятого везём Шварца и Сигала
в Палм, а затем в Крейзи Гёрлз.
В этот раз резинки наденем,
чтоб брюки не запачкать.
- Точно.
- Здесь лучшие стриптизёрши.
- Да.
- Ты с нами, Ники?
- Да нет, спасибо.
Я лучше еду в номер
закажу и высплюсь.
- С порнухой не переборщи.
- Это точно. Да.
В те первые мгновения
в тех номерах
это была трансформация.
Алло. Да. Здравствуйте.
Можно мне
бокальчик шампанского?
Хотя нет, давайте всю
бутылку. Спасибо.
Нет ничего лучше, чем вслух
прошептать секрет.
Пусть и самому себе.
Платье, шуба, маленькие комнатки...
Это был мой отпуск. Свобода.
- Обслуживание.
- Да.
Спасибо. Можете
оставить у двери?
Я только из душа.
Потом занесу чаевые.
Вы тут откуда?
Уходите.
Вон из моего номера.
Вы не так поняли.
- Я следила за тобой, дорогуша.
Видела, как ты зашёл в лобби.
Одеваешься как мужчина,
ходишь тоже...
Но запах-то женский.
- Это Пако Рабанн.
- Я не про кожу.
А про твою кровь.
- Господи....
Вы так так прекрасны...
- Отчего ты плачешь, дорогой?
- Я такой урод.
- Нет.
Не красоты в тебе мало...
А воли к жизни.
Позволь тебе помочь.
Стань тем, кем
тебе было суждено.
Богиней.
Вот.
- Я был её живой куклой.
- Тебе пойдут "смоуки айз".
Как у Донны Милл в "Тихой пристани".
Как тебя зовут?
- Ну...
Ник Прайер.
- Нет.
В этом белом платье и
скрывающих стыд мехах
я нарекаю тебя Лиз Тэйлор,
в честь "Баттерфилд Восемь".
Поехали в Рокси.
Одолжу тебе Халстона из
гардероба, позову Мика Джаггера.
- Мне...
Нельзя так выйти в люди.
- Дорогуша,
богини не шепчут, а кричат.
- Нет. Нет, простите.
- Ну ладно.
Значит, кричать мы не готовы.
Может, хоть легкий вскрик?
Чтоб разогреться.
Пройдись по коридору
и принеси нам льда.
- Я в жизни не чувствовал
себя таким голым.
Нагота вызывала стыд,
а с ним приносила свободу.
Я был Венерой в раковине.
Миру явилась новая богиня.
- Это ещё что за хрень?
- Ты чего, Ники? Педик, что ли?
Ни фига себе.
А я его спрайт выпил в самолёте.
Вдруг у него СПИД?
И ты меня не остановил?
- Я не гей.
- Распрощайся с офисом, чувак.
Думаешь, Дженет не расскажет Трейси?
- Ты болен СПИДом? Я должен знать.
Говори, педик сраный!
- Я не гей!
Глядите на меня, никчёмные уроды.
Глядите и катитесь к чёрту.
- Приветик.
У нас по две личины.
Одна - та, что нужна миру.
Податливая.
А вторая -
тень.
Закроешь на неё глаза,
и жизнь будет мукой.
- Она не стала...
- Заражать меня?
Нет.
Решила нанять.
В Топику я не вернулся.
Шубу оставил себе.
Но деньги им посылал.
До тех пор,
пока детям не исполнилось
восемнадцать.
Мы не общаемся.
- Так храбро.
- На себя взгляни.
- Да ладно...
- Не поняла?
Хватит забывать о себе.
Тем более сейчас.
Хватит терпеть унижения.
Сжигай все мосты.
Для начала можешь поучить тех
хипстеров манерам.
- Полиция ещё пытается...
- Обслуживание.
- Заходите.
Оставьте, где угодно.
Вы чего? Вам плохо? Жуткий видок.
Грубить не хочется,
но вдруг вы болеете?
Стоило нам сообщить,
раз еду подаёте.
- Я не больна.
- Где ромен?
- Смеётесь?
- Я пыталась сказать по телефону.
- И что, не будет зелёных овощей?
- Похоже, овощи - не по её части.
Ну хоть у пате вкус приличный.
- Мы к еде очень требовательны.
Обычно он не так жесток.
- Жесток? Знаешь, кто тут жесток?
Уилл Дрейк, с этим
тошнотворным коричневым ковром
и треснутыми плитами в ванной.
Да, нельзя отремонтировать
все номера разом,
но можно хоть официантов
поприятней нанять?
- Надо было идти в "Эйс".
Там сплошь молодые доминиканцы
и роскошь Харадзюку.
Господи.
Ты мне чуть палец не отхватила.
Альцгеймер, что ли?
- Простите, простите. Я случайно...
- Я думаю, это нарочно.
Ты взъелась на нас с той минуты,
как мы въехали.
- На сто процентов. А за
халатность можно подать в суд.
Мы можем на всю
жизнь лишить тебя работы.
- Это для всеобщего блага.
Ты явно опасна для общества.
- Господи. Помогите!
Боже! На помощь!
- Думаете, мир...
- Кто-нибудь!
- До вашего рождения
и не существовал?
Вы никогда не страдали.
Не представляете, каково
это - когда тебя потрошат.
Каково это - соскребать себя с пола.
Я что-то значу!
- Чёрт.
- Ну привет.
- Ты тут откуда?
Как ты вошла?
- Как я вошла?
Да ты, считай, сам меня затащил.
Или с твоей точки
зрения всё было иначе?
- Уходи.
- Что?
- Тебе пора.
- Вот мерзавец.
После всего, что было,
ты вот так со мной?
Здесь случилось нечто важное.
И это был не сон.
- Я ничего не помню.
Ничего. Совсем.
- Чёртов лгунишка.
Да всё ты прекрасно помнишь.
Всё, что ты сделал.
Это повторится. Снова и снова.
И ты не сможешь этому помешать.
Ведь такова наша судьба.
А с судьбой не поспоришь.
- Спасибо тебе, Лиз. Честно.
Твои слова правда меня тронули.
- Как это мило.
- Нет, я серьёзно.
Я изменилась.
Внутренне.
Давно пора.
- Ну, я-то думал, речь скорее о
кардинальной смене твоего имиджа.
Но так тоже ничего.
- Я переборщила?
- Вовсе нет.
Ни капельки.
Гляди.
Надеюсь, там не плазма.
- Это красное – бленд Гренаша,
и они вряд ли его допьют.
Похоже, я справилась.
Теперь я уверена.
- В чём, дорогая?
- Это смешно.
Но я не знала, как надо жить,
пока не умерла.
- Это платье чудесно на тебе сидит.
Одно из моих любимых.
Холден.
Разве мама не красавица?
Поцелуй её.
- Мама.
Теперь ты как я.
- Да, малыш.
Совсем как ты.
- Значит, ты останешься навсегда?
- Если мама будет слушаться, пусть
остаётся, сколько пожелает.
Всё просто. Ты заботишься о детях.
Купаешь их.
Бережешь от опасностей,
как новая гувернантка.
Прошлая была ужасна, давно
надо было от неё избавиться.
Конечно,
если ты сочтёшь, что
это слишком тяжело...
- Нет.
Это не трудно.
- Отлично. Значит, договорились.
- Джон живёт в отеле.
Я ничего ему не говорила.
Если увидит меня...
- Ты поразишься тому,
сколько дверей
может открыть одно
простое приветствие.
Ну, Холден,
тебе уже пора в
кроватку, дорогой.
- Но у нас с ним была только минута.
- Ты не поняла, милая.
У вас с Холденом будет вечность.


Серия 6

ЛОС АНДЖЕЛЕС
1926
- Миссис Джонсон.
А откуда вы узнали обо мне?
- От подруги, Маргарет. Гибсон.
Мы с ней вместе снимались в кино.
Она говорила, вы смогли решить её
проблему.
- Маргарет.
Да.
Милейшая особа.
- Видите ли, я замужем.
Муж даже не в курсе,
что я жду...
- Миссис Джонсон.
Нет нужды.
Вы не должны объясняться.
Моя задача – помочь вам.
Итак,
сколько времени прошло?
- Три недели.
- Прошу.
Нам сюда.
- Доктор, с градусником
что-то не то.
Показывает температуру
двадцать три. Так бывает?
- Не глупи, только у трупов.
Ну что, дорогая.
Вдохните поглубже
и считайте от десяти.
Вот так. Отлично.
Молодец.
Очень хорошо...
Подай большой скальпель.
Давай таз!
Зашиваю.
А это выброси.
- Кажется, оно живое.
- Поздравляю.
У вас мальчик.
Прошу.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Привет, пап.
- Холден!
Холден!
- И почему с тобой так хорошо?
- Ты ведь сирота.
Сиротам по душе
дамы вроде меня -
воображаешь, будто и
мама, и папа рядом.
И любят тебя до посинения.
Ах, да.
Это тебе.
Для начала сойдёт.
Основы основ - Бронтэ и Уайлд.
Уайлд тебя просто очарует.
- Ничего себе.
Спасибо, Лиз, я годами
не читал ничего
без даты и фоток Дженнифер
Энистон или Ким Ка на обложке.
- Я начал читать всерьёз,
когда сюда переехал.
Отчасти - со скуки за стойкой.
Но ещё мне кажется, нельзя
уничтожить часть себя,
не изменившись целиком.
А выпустив на волю Лиз,
я научился видеть и чувствовать.
Вкушать
и любить.
- Ты меня любишь?
- Не знаю.
Думаю, да.
Но черта с два
поймешь с таким красавчиком.
- Я тебя вроде люблю.
- Не дразнись.
- Я серьёзно.
Вот спускаюсь в лобби,
гляжу на тебя,
а ты всегда искренне мне рад.
И я тебе верю.
- Когда ты спускаешься,
для меня будто
наступает рождественское утро.
- Никто такого ко
мне не испытывал.
В жизни.
Людям и в голову не приходило, что у
меня мозгов хватит книжки читать.
Знаешь,
что самое странное?
Как мы трахаемся...
Клянусь,
я ни с кем ещё так сильно не кончал.
Так стрёмно.
Я же вовсе не гей.
- Со мной геем
быть не надо.
Я девушка.
Девушка-натурал.
Спасибо.
Ты увидел её.
- Ты что? Чего плачешь?
- Потому что люблю тебя.
И знаю, это плохо кончится.
И поделом мне,
за то, что так
поступил с Графиней.
Она всё мне дала, это неправильно.
- Да ладно.
Что неправильного в любви?
Пусть она увидит нас вместе.
Тогда всё поймёт.
- Попробовать что-то ещё?
- У меня всегда так с женщинами.
Я их обожаю.
Тела,
женственность, гениталии...
Но член мой не
подчиняется разуму.
Так стыдно.
- Чего тут стыдиться?
Это не катастрофа.
Скорее...
Возможность приключения.
ГРАФИНЯ: Иди сюда
- Прости.
Надо бежать.
- Только пока не говори
ей о нас, ладно?
Пусть это останется между нами.
Ещё немного.
- Люблю тебя.
Это ещё что?
- Нужна помощь с
мистером Дрейком.
- Я не гей.
- Брехня.
Сам заливал у меня в офисе,
сколько членов в тюряге отведал.
- Да я тебе голову морочил.
Выдумал всё.
Не без причины.
- Просто разогрей его, малыш.
Дело закончу я.
- Не хочу. Это не моё.
- Будет твоё на этот час.
- Нужна помощь.
- Ты так носик задрала в ответ
на мое предложение встретиться
за нардами и вином.
Так что я тебе не подружка.
- Джон как-то добрался
до спального зала.
- И где он сейчас?
- Я дала ему два
миллиграмма "Мидазолама",
вырубила на пару часов.
Нельзя, чтоб он узнал
о нас с Холденом.
Я чуть не умерла,
когда его потеряла.
- Понимаю.
Та самая уникальная любовь...
Только она может
высосать все соки
и раскрасить мир
миллионом красок.
Каждому уготована
одна истинная любовь.
В чулане есть метла
и совок, няня Макфи.
От гробов надо избавиться.
- Где я?
Я видел тебя.
В гробу.
- Ты звонил мне, Джон.
Сказал, тебе что-то чудилось.
Испугался, попросил меня
приехать, и вот я здесь.
Я нашла тебя в коридоре
у двери в номер.
- Я спал.
Холден
пришел.
И разбудил меня.
Сказал идти за ним.
В подвал, а там...
- А там был пустой бассейн?
Со спящими детьми в
стеклянных гробах?
Ты осознаёшь, что говоришь
точь в точь как Скарлетт?
Это её воспоминания.
Логично, правда?
Оттуда и взялись твои видения.
- Всё, что я видел - правда.
- Кажется, у тебя нервный срыв.
Дело давно к этому шло.
Выбирайся отсюда и иди к врачу.
- Нет. Я пойду вниз. В ту комнату.
Увижу всё сам.
Хочешь - иди за мной.
- Привет, любовь моя.
Дорогой. Я хочу попрощаться.
Мама уезжает в Париж.
И вернусь я такой богатой,
что оставлять тебя одного
больше не придётся.
Обещаю.
- Ты что творишь?
- Её здесь нет.
Можем делать,
что душе угодно.
- Это что же? Разгромим её пентхаус?
Ты знаешь, зачем мы здесь.
Идём в подвал и
разбираемся с детишками.
Ну что? Нюни распускать будешь?
- Просто не хочу убивать детей.
- Я так могу расплакаться.
Начхать тебе на этих детей.
Они тут ни при чём.
Ты знаешь – воткнув нож в их
мелкие сердца, я раню её.
А забыть ты её ещё не успел.
- А сама-то.
Ты одержима.
- Ну ладно.
Валяй.
Понюхай её трусы.
Я тут сама разберусь.
Твою же мать...
- Куда они подевались?
- А мне откуда знать?
Ты проболталась?
- Ни черта, я к этому готовилась.
- Да уж вижу.
Что на тебя нашло, женщина?
- Два литра первой отрицательной
парочки умников из
тридцать шестого номера.
- Да ты заново родилась.
- Не то слово.
- Твой сынок сдрейфил,
а ты - здесь.
Представляю,
как тебя бесят эти гадёныши.
- Да нет, не бесят.
Я их даже почти люблю.
Но её ненавижу.
Потому детей надо убрать.
Она живёт ради них.
- Какая чёрствость.
- Нет.
Это доброта.
Детям здесь не место.
Пошли найдем их.
- Нет-нет-нет-нет.
Сама их ищи.
Похоже, ты знаешь, что делать.
Но даже после этого у неё
останется причина жить -
вот с ней-то я и разберусь.
Дай мне ключ от номера
тридцать три.
- Простите.
Где очередь на "Форсаж:
Перезагрузка"?
- Мы уже столько бродим
по этому отелю. Как в лабиринте.
- О Вине Дизеле
в 3D можете позабыть.
Вы не сможете уйти из отела.
Ясно?
- Я же говорила, Агнета. Мы мертвы.
- А с чего вы взяли?
- Что бы я ни попробовала,
на вкус как мел.
А я люблю есть.
- Не слушай его, Вандела. Пошли.
Мы найдём выход.
- Нет.
Вандела права.
Пока не найдёте себе цель,
будете прикованы к этому месту.
Придётся бродить по по
кругу, снова и снова.
- Неужели так сложно достать нам
сраной капусты?!
- Такова сила отеля.
Он сбивает вас с пути.
Вы не ощущаете себя.
Ничего вокруг.
Но кому-то всё же удалось
выбраться отсюда.
Её звали Кара.
Преподавала в начальной школе.
В ней пылала любовь, но
разделить её было не с кем.
Она решила положить
этому конец в "Кортесе".
Совсем крыша едет.
- Обожаю аромат гниющей плоти.
- Кара лежала в той
ванне месяцами.
Разлагалась.
Не пейте воду на пятом этаже.
Если не хотите вкусить Кару.
- Она была как мы?
- Бродила без толку.
Оставляла мокрые следы на полу.
Пока не нашла себе цель.
Кара изводила постояльцев
и наслаждалась этим.
Ей нравился бассейн,
пока его не опустошили.
- Так если мы найдём себе цель,
то сможем уйти из отеля?
- Не все так радужно.
Вас просто на время
выпустят из этого колеса.
Вечность жутко угнетает,
если нечем скрасить дни.
- А ты что?
Какую нашёл цель?
- Я потерял цель вместе с ней.
- Бартоломью.
Бартоломью,
где же ты прячешься?
Ну же, покажись, малыш.
Это тётя Рамона.
Я скучала.
Тётя Рамона пришла.
Бартоломью...
Бартоломью.
У меня для тебя сюрприз.
- Я оставил дверь открытой,
а еду - снаружи.
Вдруг он просто
заберётся обратно.
Далеко точно не убежал.
Нужно найти его, пока
Графиня не вернулась.
Иначе она нам устроит.
Ещё льда хочешь?
- Нет.
Через час все раны затянутся.
Нашёл его?
- Всё под контролем.
- Эта тварь
должна была сдохнуть
в положенное время.
- То же можно сказать
о многих постояльцах.
Поэтому я попрошу тебя уйти.
Не то, чтоб я тебе не рад.
Я скучал.
А то все дамы тут либо
мертвы, либо унылы. Но...
Шумиха мне ни к чему.
Не сейчас.
- А что?
В чём дело?
Ну же.
Выкладывай.
- Я влюблен.
Наконец-то
и в первый раз в жизни.
- Чтоб меня.
Заметно, как ты сияешь.
Кто же он?
Надеюсь, не уличный дилер,
на которых ты вечно западаешь?
- Нет.
Его зовут Тристан.
Молод.
Красив.
Он...
изысканно
потрёпан жизнью.
И он мой.
Почти.
- Тристан.
Разве не так зовут нового
голубка Графини?
- Она его не любит.
- Ещё бы.
Думаешь, это что-то
изменит?
Если и правда хочешь быть
с тем парнем,
лучше тебе уносить ноги.
- Тристан для неё -
временное увлечение.
Если я буду с ней честен и
признаюсь от всего сердца,
как мы друг другу
дороги, она поймёт.
- Или вырвет сердце
прямо из твоей груди.
Главное -
вовремя удрать.
- Мы просто устали блуждать.
- Что?
Не слышу. Тино, связь
прерывается.
Да ладно, будет
просто бомба.
Ясно?
Мне нужен
второй пилот.
Номер есть.
В отеле
Уилла Дрейка.
Тут будет тусить
куча моделей.
Алло?
Тино!
Чёрт.
Заблудилась?
- Ищу, кто подбросит.
- Так может уже нашла.
- Как в "Форсаже".
- Могу устроить.
Ещё вариант - ехать
медленно
и нежно.
Боже.
Ты ещё кто?
- Моя подруга Вендела.
- Хочу поиграть.
- Всё ясно.
Это какой-то
развод?
Вы профи.
Вдвоём обслужите
и потребуете бабло.
Да размечтались.
Мистер Ву за секс не платит.
Я отолью.
Лучше исчезните,
пока я не вышел.
- Хватит с нас коридоров.
- Вот тебе форсаж!
Ты кто?
- Я друг.
Меня зовут Алекс.
А он кто?
- Просто дебил со стояком.
Мы пытались найти себе цель.
- Так вас не расстроила его смерть?
- Она ничего не значит.
- В том и дело.
Мне его немного жаль.
- И мне.
В коридоры мы не вернёмся.
- И не нужно.
Убивать людей -
не единственная цель.
- Тогда что?
- Сводить их с ума.
У меня есть идея.
Я знаю одного мужчину.
Он мечтает переспать с двумя.
- Проверьте там.
Секунду.
Лоу.
Ты тут зачем?
- Опять оно, да? В какой жертва позе?
- Кто тебя известил?
- Полицейская радиоволна.
Это библейский убийца.
- Ничего ещё не ясно.
Мы только начали осмотр.
- Не вешай мне лапшу на уши.
- Давай, пошли. Пойдём.
- Да. Всё сходится. Телепроповедник.
Вещал евангелие процветания.
Он наживался на имени Господа
- ещё одна заповедь.
"Не произноси имя
Господа всуе".
Я вам пригожусь
на этом деле, Энди.
- Ты нам не нужен, Джон.
Подозреваемый уже задержан.
- У бара полно стульев.
- Ты тут откуда?
- Да так.
Пытаюсь кое-кого разыскать.
Ты как?
- Я люблю своих детей.
Люблю жену.
Я же не виноват, что эта любовь
так хреново мне даётся.
- Проводить тебя в номер?
Лучше приляг.
Сам знаешь,
какие неприятности тебя ждут
в этих коридорах.
- Этим неприятностям сейчас стоит
бояться меня.
- Джон.
Вставай.
Ну же. Пошли.
- Нет. Нет. Отстань от меня.
Это мой нервный срыв,
хочу - буду сходить с ума!
Простите, все хорошо?
Лиз ищете?
- Нет. Мы ищем тебя.
- Похоже, нервный срыв
проходит на ура.
Кровь - твоя?
- Я не знаю.
Где девчонки?
- Ну что вы тут устроили!
Столько
крови за три стирки еле сойдёт.
Весь пух уничтожили.
- Ну спасибо, мистер.
Это покруче
экскурсии в "Юниверсал Студио".
- Форсаж, не то слово.
Совсем крыша едет.
По глазам видно.
- Вот и нашлась цель.
- Убирайтесь. Вон из моего номера!
- Шлюхи.
Эти скандинавы совсем
не уважают свежее бельё.
Это не в их культуре,
известный факт.
- Ты тоже. Вали из моего номера.
- Я наволочки ещё не взяла...
- Вон отсюда!
- Джон.
Как я рад,
что ты наконец-то становишься
частью отеля "Кортес".
- Ты молчала всю
дорогу из дома Дины.
Где мама?
- Мне почём знать?
Представляешь, как стыдно -
подруга спрашивает, когда я уеду,
а мама трубку не берёт.
- Мне очень жаль, дорогая.
Наверняка
случилось что-то срочное.
- Она два дня мне не звонит.
Теперь ты уйдёшь?
- Что?
- Ты здесь больше не живёшь.
- Нет, я останусь,
пока мы со всем не разберёмся.
Одну тебя я не брошу.
Знаю, сейчас всё очень странно.
Но поверь, я это исправлю.
- Не сможешь. Один - никак.
- Я поговорю с мамой.
- Это что, кровь?
Пап...
Ты меня пугаешь.
- Это пустяк.
В отеле неприятность
приключилась.
Я кину это в стирку.
Скарлетт, ты цела?
- Не подходи ко мне! Не подходи!
- Какая прелесть.
Что может быть
прекрасней спящего ребёнка?
- Ты прошлой ночью.
Я люблю тебя.
Уложу его спать.
Боюсь, что и сам отрублюсь.
Переборщил с "Клонопином" в самолёте.
- Спи, дорогой. Дай отдохнуть
вашим милым головушкам.
- Вижу, отлично съездили.
- Я им наслаждаюсь.
Да ты волнуешься,
слышу, как сердце бьётся.
- Да.
Я хотел...
С тобой
обсудить кое-что.
- Операцию?
Я с радостью её оплачу,
когда мы с Уиллом всё оформим.
- Нет-нет.
Что ты, ни за что.
Я...
Видишь ли, мне...
Нелегко в этом признаться.
Возможно, для тебя это не так
значительно, привычное дело.
Но кажется,
я впервые влюбился.
- Отчего же эти чудесные вести
тебя тревожат?
- Это Тристан.
- Любопытно.
И давно?
- Да нет. Пару недель.
Знаю, сейчас ты им
слегка одержима.
Но думаю, ты его не любишь.
Не так, как я.
Ты знаешь меня.
Сама меня создала.
Я тебе принадлежу.
Но это - мой единственный
шанс в любви.
- Я не делюсь.
Только если закончу с ним.
- Моё время истекает.
Для тебя оно не важно –
просто смена длины платьев.
Ты сама знаешь, что в жизни
нам попадается лишь один
особенный человек.
- Обсудим это с мальчиком.
- Благодарю.
- Спасибо, что сперва позвонил
мне, Энди.
- Дела у него плохи, Алекс.
Бредил что-то про монстров.
Заявляет, будто в них и стрелял.
Ну что?
Попробуешь снова
с ней поговорить?
- Нет.
Лучше отвези её к бабушке.
- Без проблем.
Позаботься о нём.
- Непременно.
- Она меня боится.
Родная дочь.
Может, я и правда схожу с ума.
Я думал, если выберусь оттуда...
- Ты выбрался.
И это - главное.
Просто выспись в родном доме.
В родной кровати.
- Ты тоже в ней спишь.
Ты ведь вернёшься туда?
- Не знаю, о чём ты.
- Что, игра не кончилась?
Ну хорошо.
- Как поездка?
С возвращением.
- Присядь, дорогой.
Кто хочет выпить?
- Я принесу.
- Нет. Позволь мне.
Вы садитесь.
Таким, как я, простые
людские чувства незнакомы.
Эмоция - словно вкус,
и я чую её у себя во рту.
Радость - на вкус как клубника.
Ненависть подобна
кубикам льда в мартини.
А любовь...
Розовая вода.
Все они приносят
наслаждение, кроме одного.
Предательства.
У него вкус гари и
пережаренного мяса.
- Ты рассказал.
- Да.
У дамы в платье яйца
побольше, чем у тебя.
Детка.
- А чего ты ожидала?
Что я всю жизнь буду реветь,
потому что ты нарушила обещание?
Да, я тупица. Никчёмная модель.
Но я тебя знаю.
Ты прыгаешь на других не
потому, что тебе скучно -
просто так планируешь
с самого начала.
Так получаешь оргазм.
Коллекционируешь нас, создаёшь
и заставляешь подсесть
на свет твоей любви.
А потом оставляешь нас ни с чем.
Ты питаешься болью.
Зная, что мы по тебе страдаем.
Но не я.
Я достоин намного большего.
Настоящей любви.
- Прошу.
Я столько для тебя сделал.
Отдай мне только его.
- Ты тоже этого желаешь?
Так и быть.
Забирай его.
Он твой.
Похорони его.
Алекс.
- Он поранился.
- Неужто убежал?
- Да. Но я его нашла.
Потерял немного крови,
но всё обойдётся.
- Ты спасла моего сына.
- А ты - моего.


Серия 7

- Так мы тут насовсем?
- Сам знаешь, как на меня
влияет Париж. Диор, Лагерфельд...
Видел бы ты их ателье.
А моё будет здесь, это
место меня вдохновляет.
Ты не против?
- Нет. Я тут друзей нашёл.
- А что ты скажешь,
если мы с моей белокурой подругой
решим быть вместе навеки?
- Тебе же парни нравились.
- У взрослых всё сложно.
- Ладно, я не против.
- Мистер Дрейк. Кажется,
у нас проблема.
Двухсантиметровая сталь.
По всей зоне. На чертежах
такого нет.
- Ломайте всё. У меня дела.
- Дерьмом воняет.
- Скорее, смертью.
Лучше туда не соваться.
- Что, "смертью воняет"? Не дрейфь!
Это место годами было запечатано.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Вы знаете, где находитесь?
- В Калифорнии.
- В какой больнице?
Мистер Лоу, вы в диспансере
западного округа Лос-Анджелеса.
Я задам вам пару вопросов,
чтобы оценить ваше состояние.
Для начала - обратный отсчет от ста.
Вычитая по семь.
- Девяносто три.
Восемьдесят шесть.
Семьдесят девять.
На чём я остановился?
- Какая фраза наиболее точно
описывает ваши чувства?
"Я не теряю
веру в будущее".
- Точно хочешь тут остаться?
Есть места поприличней, Джон.
Я могу устроить тебя в "Резник".
- Мне здесь нравится.
- Объясните своими словами,
почему вы здесь?
- На меня будто всё разом навалилось.
Проблемы на работе.
Развод с женой.
Из-за одного недоразумения
меня боится родная дочь.
Мне нужна помощь специалиста.
- Это очень важное заявление.
Вы признали свою слабость
и решили действовать.
Последний срыв
спровоцировало нечто конкретное?
- Я вёл очень изматывающее
расследование. Убийца на свободе,
и безнаказанно убивает людей,
прикрываясь десятью заповедями.
- Ты отстранён от дел, кретин.
Капитан тебя увидит - навсегда
распрощаешься с работой.
- Кто подозреваемый?
- Достало тебя прикрывать.
- Я хочу поговорить.
Где он?
- Ты чего?
- Успокойся.
- Я набросился
на своего единственного друга.
Только он пытался мне помочь.
- И тогда вы осознали,
что вам нужна помощь?
- Проветрись.
- Пошел вон, придурок!
- Джон, пойдем.
- Отвали.
ДИПАСНЕР ЗАПАДНОГО
ОКРУГА ЛОС-АНЖЕЛЕСА
Я понял, что пришло время
лечь в больницу.
- Мы всё исправим, Джон.
Это отличный первый шаг.
- Я чувствую, что именно
здесь моё место.
- Мистер Дрейк в курсе?
- Сомневаюсь.
У него восковая эпиляция
и отбеливание ануса.
Это сейчас модно?
Откуда человеку вообще знать,
что анус нужно отбелить?
Я бы свою дыру от
других не отличила.
- Кто это сделал?
Не новая гувернантка.
- Нет.
Поглядите.
Тут явно кто-то изголодался.
Что тут раньше было?
- Понятия не имею.
В чём дело?
- Впервые вижу вас напуганной.
- Я его убедила, что
сделка потрясающая.
Даже выходные в
отеле мне подарил.
Не говори ему, что я
подделала документы,
будто бы предложений было много.
Дорогая.
Лучше мне одной.
С тех пор, как Хэлли усыпили,
на меня такая тоска накатывает.
Еду принесли. Пока, Маргарет.
Ненавижу эту сучку.
Да иду я, иду, Бога ради.
- Око за око, зуб за зуб!
Таков закон моего отца!
Ты принадлежишь шейху!
- Снято. Хорошо. Ещё один дубль.
-...прекрасно, замечательно.
Я вас не ранил?
- Боже, как же он прекрасен.
- Мой парень говорит, он педик.
- Гибби.
Он женат на Наташе Рамбовой.
Одной из самых экзотичных
в мире женщин.
- Они разводятся, "Пикчер
Плэй" не читала, что ли?
И не Рамбова она никакая,
а Уинифрэд Хаднат. Из Юты.
- И что?
Тогда она тем более достойна уважения.
Так преобразилась.
- Преобразила она лишь его карьеру.
Загубив её.
Голливуд 1925
- Ну что же. Работорговцы
и наложницы, ваш выход!
Это тебе. От него.
- Беллисима.
Ты пришла.
Прошу.
Несказанно рад, что ты пришла.
Видишь ли,
мне часто приходится
ужинать в одиночку.
- Вам-то?
Даже не верится.
- Мне не так легко живётся.
Слава - это своего рода темница.
Прошу.
От этого лица не сбежать..
- Прекрасное лицо.
- Знаешь итальянский!
- Ну, как минимум понимаю.
Я из Бенсонхёрста.
Всё детство слушала, как
родители говорили по-итальянски.
Отец - с Сицилии.
Сантехник.
- И ты перебралась в Голливуд,
мечтая стать актрисой.
Как прискорбно.
Я вижу в тебе
больший потенциал.
- Больше, чем бессмертие?
Ведь появление на экране его и дарует.
- Мы лишь тени.
Через сто лет
никто о нас и не вспомнит.
- Я не согласна.
Абсолютно не согласна.
Я считаю,
будущее за киноиндустрией.
Истинно американским искусством.
- Это ты - истинное
американское искусство.
- Вы смеетесь надо мной?
- Нет-нет, малышка.
Я тобой восхищаюсь.
Прости, если не так
выразился - всё потому,
что мой английский
далёк от идеала.
Без слов я лучше справляюсь.
- Итак.
Вот и мышка.
- Господи. Вы...
- Кошка.
Мышка ты моя.
- Это моя жена Наташа.
- Рамбова.
Боже,
простите меня... Я думала...
- Что я развожусь с мужем.
И это правда.
- Лучше я пойду.
- Нет-нет, прошу. Ещё рано.
Останься.
Наташа.
Будь вежлива с нашей гостьей.
Развод - это показуха.
Студия давно пыталась
нас разлучить.
Мы решили, что
сможем быть вместе
лишь убедив мир в обратном.
- Не понимаю.
Зачем я здесь?
- Затем, мышка моя,
что у Богов зверский аппетит.
- Я слыхала, он не только богат,
но ещё и свободен. И красив.
- И как ты с ним встретилась?
- Ещё не успела.
Он ни одну даму в городе не обделил
приглашением на свой вечер.
Ты бы знала, если бы не
отгородилась от мира на всё лето.
- Не совсем отгородилась.
- Я больше не выдержу. Выкладывай.
С кем ты встречаешься?
- Ни с кем.
- Лгунишка.
Меня не обманешь.
Ты влюбилась, правда?
- Приветствую всех вас на
премьерной неделе Отеля "Кортес"!
Жаль, что мы не сможем
насладиться возлияниями
в моем новом салоне
Голубой Попугай.
Но пока кто-то здравомыслящий не
отменит этот мерзкий Сухой Закон,
нам с мистером Капоне
придётся смириться.
- Он мёртв!
Валентино мёртв.
Умер сегодня утром в Нью-Йорке.
- Его фильм только вышел.
Ну и соберёт же денег.
- Сердечко бьётся, как у колибри.
- Пустите меня!
- Нет.
Кажется, не отпущу.
Даже больше.
Я тебя никогда не оставлю.
РОДОЛЬФО ГУЛЬЕЛЬМИ ВАЛЕНТИНО
1895 - 1926
- Какая же трагедия.
- Мы её не застали.
- Кого?
- Женщину в чёрном.
Она уже месяц приходит сюда каждый
день и оставляет одну красную розу.
- Я думала, это сказки.
- Нет, это правда.
Вот тут написано.
"Ходят слухи, что некая таинственная
личность навещает могилу Валентино.
Со дня его смерти в августе,
женщина в чёрном ежедневно
оставляет одну красную розу
подле места упокоения
Великого Любовника.
Одни говорят, дама в вуали
- актриса Пола Нэгри -
всем известно, что она лишилась
чувств на его похоронах."
- Шлюха. Она его не любила.
- "Другие считают, безмолвная
посетительница - нечто иное.
Нечто не из нашего мира."
- Чего только не напишут,
чтоб заработать.
- Девочки...
- Может, не стоит ей мешать?
- Точно.
- Отчего ты так грустишь, мышка?
- Наташа. Где ты пропадала?
- Много где.
- Я столько тебе писала,
а ответа не дождалась.
Ты даже на похороны не пришла.
- Зачем мне хоронить человека,
который не умирал?
- Беллисима.
- Быть не может. Ты ведь погиб.
- И возродился вновь.
- В склепе лежит не Руди.
- Там мой дублёр, Джордж Фиск.
Преданный до конца.
- До гроба.
- Помни, почти все трюки
я выполнял сам.
- Но не этот.
- Ты инсценировал свою смерть?
Я любила вас обоих.
А вы мне такое внушили.
Я еле это пережила.
- Но ведь пережила. Да ещё и с шиком.
Кстати, поздравляю со свадьбой.
Ты не медлила.
- А чего ты ожидала?
Я осталась одна на
всём белом свете.
Решила, если уж
придётся жить в скорби,
можно хоть окружить себя
красивыми вещами.
Пусть и с мужчиной, к которому
я не чувствовала ничего.
Меня привлекала исходящая
из его души темнота.
Я жаждала, чтоб она меня поглотила.
- Дорогая.
Да ты - откровение.
- Он раскрыл во мне черты,
о которых я и не подозревала.
Кто это?
- Да так, бродяга.
Ты не одобряешь.
- Верно.
Зачем тратить время
на нищих попрошаек?
Какой от этого прок?
Выбери жертву с деньгами
или драгоценностями.
Тогда твоё хобби
принесёт пользу нам обоим.
И в следующий раз
я хочу наблюдать.
- Как же ты настрадалась.
- Я не страдаю.
Уже нет.
- Слёзы говорят об обратном.
- Я ничего не чувствую.
- Мы не хотели
тебя так бросать, малышка.
- Тогда почему?
- Вмешалась судьба.
[СЫН ШЕЙХА]
Я путешествовал по стране.
Рекламировал "Сына Шейха".
Сел на поезд "Двадцатого века",
из Сан-Франциско в Нью-Йорк,
останавливался для интервью.
На каждой остановке я стал
замечать одного человека.
Поначалу считал его журналистом,
но вопросов он не задавал.
Ничего не записывал,
лишь наблюдал за мной,
ни на минуту не отводя глаз.
Это было не так уж дико,
но нечто в его глазах
меня гипнотизировало.
В поезде я вновь
почувствовал его рядом,
и волосы на затылке
встали дыбом.
Он мерещился мне в
поезде на каждом шагу.
Я боялся, что теряю рассудок.
Меня окутала саваном
постоянная тревога.
И где-то
посреди бескрайних
равнин среднего запада
я очнулся от беспокойного
сна и попал в сон наяву.
Он соблазнил меня, но
желал не только плоти.
Я чувствовал
и отвращение, и влечение.
Он заговорил по-итальянски,
но с грубым немецким акцентом.
Открыл мне своё имя:
Ф. В. Мурнау.
Великий немецкий режиссёр.
- И чего он хотел?
- Я думал, убить меня.
Но вместо
этого он решил меня уберечь.
- Не понимаю.
- Я тоже не понимал.
Великий режиссёр раскрыл мне многие
тайны своего шедевра "Носферату".
Ради съёмок он отправился в
самое сердце Карпатских гор.
Хотел достичь реализма.
И нашёл его в том Древнем Мире.
Нашёл существ, которых
затем отобразил на экране.
Но не уродливых,
как его актёр Макс Шрек.
Они были несказанно прекрасны.
Заражённые древним вирусом крови,
даровавшим вечную жизнь.
Бесконечную молодость.
Но с ней - ужасную жажду.
По его словам, этот
рассказ был прелюдией.
К предупреждению и
преподнесению дара.
Мурнау жаловался, что грядет
эра звукового кино.
А с ней - гибель Богов.
Всего через год
наш мир бы исчез.
Он сказал, что не мог
спасти его, но меня - да.
Сохранив мою красоту навеки.
Но только если я буду готов
оставить кино. Навсегда.
Итак, холодное прикосновение
и тёплый поцелуй даровали мне свободу.
Бессмертие.
Я не тень более.
По прибытии в Нью-Йорк, в
прессе написали о моей болезни.
Я позволил всем в это
поверить, зная, что
Наташа прилетит ко мне,
как только услышит.
Когда она прибыла,
я поделился с ней тёмным даром,
который мне передал Мурнау.
- И теперь мы хотим
поделиться с тобой.
- Поехали с нами.
Завтра ночью поезд
увезёт нас в Нью-Йорк,
а оттуда - в Европу.
Куда хочешь.
Куда угодно.
- Да.
Да.
И навеки.
Да...
- Про язык слыхала?
Отпилить у жертвы ножовкой
и прибить к полу молотком...
А она была жива.
[ДОСТУП ОГРАНИЧЕН]
- Жуть какая.
И это чудовище здесь, за дверью?
- Что за псих смог такое выдумать?
Да ещё и реализовать.
- И у двери всего один охранник?
- Меня одного на всё хватит.
- Поосторожней с этой дверью.
Смотри не выпусти
кого-нибудь злого.
- Мужик, ты цел?
ЭНДРЮ ХАН
- Кто ты?
- Рен.
- Ты не ужинала.
- Не хочу это есть.
- Попроси другое.
- Не хочу больше питаться.
- За что тебя здесь держат?
- Я не хотела говорить.
- С полицейским?
Детективом Ханом?
Тебя нашли на телестанции.
Ты видела, что произошло.
- Я помогала.
- Напугалась до смерти, да?
Тот человек...
Натворил много мерзостей.
Ужасных,
страшных вещей.
Но больше не нужно его бояться.
Ты мне веришь?
- Верю.
Но меня никто не принуждал.
- Матерь божья...
- Стой.
Беги.
- Ты убила охранника.
- Он бы его поймал.
- Давай доверять друг другу, Рен.
Я не буду тебе врать.
Пообещаешь мне то же самое?
- Я была с ним и раньше.
Когда он пригвоздил их языки,
повесил братьев у кроватей...
Он вспорол им животы.
Воняло жутко.
Теперь ты мне веришь?
- Ты была там.
Не знаю, к чему он тебя принудил
и что ты сделала,
но это - на его совести.
Ты не виновата.
- Нет, виновата.
Во всём,
что произошло.
- Пожалуйста.
Не говори так.
Ты же почти такая,
как моя дочь Скарлетт.
Она твоего возраста, но
взрослее девочки я не знаю.
И в глубине души она винит себя
во всём, что со мной происходит.
Но это всё я.
Не она.
И это всё он.
А не ты.
- Ты мне нравишься.
Не похож на моего отца.
В детстве
папа не мог дождаться,
когда же я вырасту.
Говорил, что я буду
его маленькой леди.
От его слов
меня начинало мутить.
Так что
я и спать не хотела.
Ведь каждое утро я
становилась на день ближе.
Однажды он оставил меня в машине
и пошёл выпить в "Кортес".
ЛОС АНДЖЕЛЕС
1986
Было невыносимо жарко.
Я была будто пицца в печке.
Но я не открывала окно и молчала.
Думала,
может, смогу так
отвертеться и не вырасти.
Но я нашла другой путь.
Сейчас кажется, что повзрослеть
было бы не так уж страшно.
Уж точно не хуже, чем сейчас.
- Рен, я не понимаю.
Хочешь сказать, это твой отец?
Он - убийца?
- Нет.
Он давно уже умер.
Меня так всё это
достало, не хочу больше!
- Так давай.
Скажи, кто он.
- Не могу.
- Зачем ты защищаешь того,
кто этого не достоин?
- Ты мне не поверишь.
- Он будет и дальше убивать,
если ты не поможешь.
- Вытащи меня отсюда,
и я покажу его дом.
- Это не игрушки, Рен.
- Может, пора бы его поймать.
- Наконец я чувствую себя живой.
Как я выгляжу?
- Ужасающе.
- Не преувеличивай.
- Это немногим лучше тех крыс.
Нужно больше.
В сто раз больше.
Эта жажда
неутолима.
- Вот дерьмо.
Сколько мы там
проторчали?
- Слишком долго.
Я оторву этому
человеку голову.
- Полагаю, он уже давно умер.
И если честно, ты тоже
виноват в нашей беде.
Ты и твоя мышка.
- Она тут ни при чем.
- Она была нам не нужна.
У нас были деньги, весь мир
на блюдечке, вечная жизнь.
Но ты скучал по своей зверушке.
Оно того стоило?
Погляди на нас.
Великий Любовник.
Где то чудесное лицо,
о котором мечтали женщины,
от которого сходили с ума?
Осталось лишь нелепое уродство.
Наши жизни украли.
Всё исчезло.
- Ты права.
Прости, аморе.
Я был глуп.
Обещаю.
Мы непременно вернём
всё, что потеряли.
- Размечтался.
- Вот увидишь. Мы заживём
блистательней, чем когда-либо.
- Дверь не та, придурок.
- Тёлки из книжного
клуба на меня запали.
Видал, как рыжая
лизала мне яйца?
- Не неси бред.
- Какого хрена тут одна кровать?
- Я с вами спать не буду, козлы.
- Ты спи на полу.
- Вечно стриптизёрам говно достаётся.
- Любопытные создания.
- Будто Колосс ожил.
- Как оглушающе бурлит их кровь!
- Разве можно отказаться от дара
Богов?
- Пирог остывает, мистер Марч.
- Это меня не заботит, мисс Эверс.
- Может, вашей гостье
не стоит забывать,
что её ждут в определённый час.
- Ваш тон мне не по
душе, мисс Эверс.
Хозяйка дома
заслуживает уважения.
- Да, мистер Марч.
- Оставь нас.
Дорогая.
- Спасибо, что принял меня, Джеймс.
Знаю, осталась ещё неделя.
- Ерунда.
Я рад разделить трапезу,
когда пожелаешь.
Можем даже делать это каждый
день, а не раз в месяц.
Только скажи.
- Раз в месяц, Джеймс. Таков уговор.
На большее я время не выкрою.
- Ну конечно.
Не желаешь арманьяк?
Я вот выпью.
- Нет, благодарю.
- Итак?
- Я хотела сообщить тебе лично,
что вновь собираюсь замуж.
- Волшебно!
Только рад этой новости.
Выпьем в честь этого.
Кто счастливчик?
Я пошлю ему бифштексов.
- Уилл Дрейк.
- Ясно.
Тот голубок, что
выкупил мой отель.
Отлично, дорогая, молодец.
Предлагаю убить его
за пределами отеля.
Будет неловко пересекаться
с ним вечность.
- С чего ты взял,
что я желаю ему зла?
- Я мёртв, дорогая.
Но я не тупой.
- Откуда тебе знать,
вдруг я нашла любовь?
Настоящую.
Может, впервые в жизни.
- Ну конечно же,
не впервые,
миссис Марч.
- Я всегда была неукоснительно
честна с тобой, Джеймс.
Никогда не разыгрывала
высокие чувства.
И не заявляла, что тебя люблю.
- Верно.
Но я ведь не себя имел в виду.
Не так ли?
- К чему ты клонишь?
- Я думал, что завоюю тебя.
Дав тебе всё, чего
жаждало твоё сердечко.
Богатство.
Комфорт.
Этот отель.
Но ничто тебя не тронуло.
Я не мог равняться с тенью Бога
с шестиметрового экрана.
- Нет! Пустите меня! Пустите!
- Оставьте её!
- Что-то я подозреваю,
вы опоздаете на поезд.
- Руди.
- Где это мы?
- Бог ты мой.
- Да.
Твой Бог.
Заперт за стенами
дворца, который я построил.
Ради моей королевы.
- Так вот что там было?!
- Уже нет.
- Ну, я тебя вызволил.
Отведи меня к нему.
Рен.
- Тогда надо домой.
- Куда?
- В "Кортес".
- Не бойся.
Когда я найду его,
закопаю так глубоко,
что он в жизни не
увидит дневного света.
Пора остановить его.
- Ты убьёшь его?
- Если придётся.
- Ты мне очень нравишься.
Жаль, что всё кончилось.
Прощай, Джон.
- Рен!
Нет!


Серия 8

- Прощай, Джон.
- Рен!
- Она так быстро выскочила,
я не успел затормозить!
- Она мертва.
- Пора остановить его.
- Ты мне очень нравишься.
Жаль, что всё кончилось.
- Где он?
- Кто?
- Вы тут укрываете монстра.
Библейского убийцу. Рен рассказала!
- Рен?
Та ещё врунишка.
- Она мертва.
Покончила с собой ради него!
- Что ж...
Не маленькая уже,
это было ее решение.
- Где он?
- Богом клянусь, гадёныш!
Ещё хоть раз меня коснёшься - я
тебе перережу глотку во сне!
- Джон.
Ну что ты творишь?
- Убийца, которого я ищу –
прячется здесь. Она знает. Ты знаешь!
Хватит водить меня за нос!
- Ну хорошо.
Хочешь знать, где скрывается
Библейский убийца?
Я тебя отведу.
- Советую прихватить это.
Вдруг найдёшь то, что ищешь.
- Издеваешься?
Хочешь сказать,
он в этом номере?
- Хочу сказать, что за этой
дверью ты найдёшь ответы.
Ты знал, что здесь
раньше был его кабинет?
Джеймса Патрика Марча.
Много лет назад.
- Джеймс Марч - покойник.
- Вообще-то, здесь он и погиб.
Двадцать пятого февраля,
в два двадцать пять ночи.
Зачем нам это?
Можем развернуться
и сейчас же отсюда уйти.
Пойдем в бар,
пропустим стаканчик.
- Зачем ты меня сюда привела?
- Загляни за шкаф.
Там ты найдёшь то,
что ищешь.
- Господи...
Давно это тут?
- С самого начала.
Рука вора.
"Не укради".
- Мёртвый вор. Отрублены руки.
- Он был первым.
В двадцать шестом году.
"Помни день субботний,
чтобы святить его".
Зубы, собранные с трупов
рабочих-эмигрантов.
"Не сотвори себе кумира".
Вот что осталось от мозга
Мартина Гамбоа, когда ему
раскололи череп.
- Не бывает перерывов в убийствах
на девяносто лет.
- Всё это время
он искал преемника.
Способного завершить его дело.
"Не прелюбодействуй".
Язык и глаза Джеймса Бриггза
вырвали, пока он ещё дышал.
- Ты врешь!
Органы Джеймса Бриггза -
в лаборатории.
Я сам туда отправил.
- "Почитай отца
твоего и мать твою".
Сердца двух неблагодарных детей.
Убили обоих родителей, лишь бы
прибрать к рукам наследство.
- Близнецы Райлэнс.
- "Не лжесвидетельствуй".
Желтые журналюги.
Пригвоздил их клевещущие языки к
столам и вырвал их голосовые связки.
"Не поминай имя господа всуе".
Лживый пророк,
что выплёскивал свой
гнев по телевизору.
Убийца его заткнул.
Джон...
- Он проносил сюда
всё это, пока я был в комнате.
Кто его впускал?
- Не нужно было его впускать.
У него был ключ.
- Что?
- Возьми меня за руку.
- Что?
- Джон.
Возьми меня за руку.
Всё хорошо, малыш.
Всё хорошо, милый.
Я здесь, рядом.
Твоя Салли.
Мы почти закончили.
Остался ещё один рывок...
- Нет...
- Джон! Джон!
- Нет.
- Держись.
- Быть не может...
- Вот за что не люблю полицейских.
Вас интересуют лишь факты.
Факты и только факты.
- Смотри на меня, Джон.
- То есть, кто-то пошёл
по стопам этого Марча?
- Я ничего не помню.
Ничего. Совсем.
- Ты отворачиваешься от всего,
что недоступно простому зрению.
- Всё ты прекрасно помнишь.
- Нет!
- Всё, что ты сделал.
Это повторится.
Снова и снова. И ты...
- Беги.
- Не сможешь этому помешать.
- Нет!
Это ложь! Невозможно!
Невозможно...
- Вы уже давно в моём отеле, Джон.
Невозможное здесь весьма вероятно.
- Это был ты, Джон.
С самого начала.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Его засекли?
- Нет. Исчез в суматохе.
- Вышли кого-нибудь к нему домой.
Пусть справятся о
жене с дочерью.
Спасибо.
- Спасибо, что заботишься
о моей семье.
- Господи.
Джон.
Ну и вид у тебя!
- Я пришёл с повинной.
- Сознаешься, что помог ей сбежать?
И напал на охранника?
На это мы можем закрыть глаза.
- А если я убийца?
Серийный.
Библейские убийства - моя работа.
И на это глаза закроете?
- О чём ты, Джон?
- Бога ради.
Кажется, я сошел с ума.
- Я помогу, Джон.
Говори,
и я выслушаю.
- Теперь я вспомнил,
как всё началось.
В первые дни и ночи
в отеле "Кортес".
- Ты переступил их порог
три недели назад.
А убийствам уже много
месяцев, Джон.
- Впервые я оказался в отеле
"Кортес" пять лет назад.
Теперь я знаю.
В ночь, когда нас вызвали по делу
массового убийства в Глассел Парк.
Вся семья погибла.
Один застрелился
остальные задохнулись.
Я не мог пойти домой, не
пропустив пару стаканов.
Или больше.
[Голубой попугай]
Найти бар посреди ночи
в Лос-Анджелесе не так уж и легко.
Лос-Анджелес, 2010
- Ты адресом не ошибся, ковбой?
- Я слыхал, здесь - лучший
мартини в городе.
- Ну раз так
ты и правда не ошибся.
- Ещё.
- Разрешишь угостить?
- Я сам за себя плачу.
Дешевле, чем что там
тебе от меня надо.
- Да это дружеский жест.
- По мне видно, что я ищу друзей?
- Ну да.
Хочешь потусить наверху?
Мартини у Лиз - безумно дорогой.
- Но стоит того.
- Мне сегодня не до вечеринок.
Хочу напиться до чёртиков
и всё забыть.
И ещё я женат.
- У вечеринки другой формат.
Через пять минут тут все прикроют.
Если и правда хочешь
нахлестаться,
беги наверх на афтепати.
- Вы сегодня так и
сверкаете, мадам.
Только вот не представляю, как
такие блёстки можно отстирать.
- Как жизнь снаружи, дорогая?
Расскажи, кого убила недавно.
- У тебя вечно одни
убийства на уме.
Развратник.
- Кто решил нам мешать?
Палец сломаю тому, кто посмел!
- Аппетитно.
Ты чего вламываешься
на его вечер?
Я, конечно, не против,
но уговор есть уговор.
- У меня один вечер!
Один вечер за весь месяц!
Кто это с тобой?
- У вас что,
тут маскарад?
- Это Джон.
Детектив.
У него выдался такой паршивый денёк,
что он хочет напиться до смерти.
- Вот оно что?
- Джимми обожает истории
про неудачные дни.
Я Графиня.
- Графиня чего?
- Ради таких голубых глаз я стану
Графиней чего угодно, детка.
- Расскажи, Джон,
неужто кого-то убили?
Тебе пришлось пустить
в ход револьвер?
- Нет.
Но есть погибшие.
Пятеро детей.
Их отец с горя пустил
себе пулю в висок.
Мозги до сих пор по
потолку размазаны.
- Какой спокойный и
безразличный тон.
Будто жизнь и смерть ничего
для тебя не значат.
- Я из убойного отдела.
И знаю, что в жизни
смысл имеет лишь смерть.
Мне тут обещали выпивку.
Жажда мучает.
- Оставьте нас.
Мы должны
побеседовать как следует.
- Но дорогой.
Это же наш вечер.
- Да, сладкая, и обычно это святое.
Но Джон чем-то меня привлёк.
Посему ты сегодня свободна.
- Прощай, Джон.
- Абсент.
Знаю, это не совсем законно, но ни к
чему из себя строить Элиота Несса.
Я - Джеймс Марч,
владелец этого отеля.
- Что за акцент?
Как будто из фильма
тридцатых годов.
И на вид похоже.
- Да, конечно.
У меня был чудесный
профессор в Эксетере.
Признаюсь, что я имитировал
его браминское произношение,
пока оно не стало моим.
Что касается одежды и убранства...
Современный мир - ужасно
неудобное место, не так ли?
Да, в связь вступить
сейчас легче,
но плата за это высокая
- нельзя просто сесть
и поговорить за стаканчиком,
как в старые добрые времена.
До дна!
Давным-давно у нас в "Кортесе"
был постоялец по имени Кирлиан.
Фотограф.
Он утверждал, что мог запечатлеть ауру
человека с помощью электричества.
Эти ауры меня восхитили.
Со временем я научился их
видеть сам при первой встрече.
Как только ты вошёл в мой номер,
меня поразила сила твоей ауры.
Обычный народ излучает красный,
голубой, сложные случаи - фиолетовый,
но ты
настоящий чёрный.
Как уголь и смола.
- И что это значит?
- Есть два учения.
Согласно первому, это значит,
что ты носишь защитную мантию.
Так ты можешь идти к своей цели,
несмотря на суждения других.
Или же в тебе живёт жажда власти,
контроля над окружающим миром.
Ты хочешь прогнуть его под себя.
Такой человек творит зло
во имя добра.
- У тебя не все дома.
- А у тебя дома ярость так и кипит.
Опасно всё держать
в себе, Джон -
если временами не выпускать
пар, заболеешь раком.
Расскажи-ка.
Ты когда-нибудь встряхивал
подозреваемого?
Заковывал в наручники,
забывал зачитать ему права
и там же давал отведать
старомодного возмездия?
- Думаешь, я не мечтаю?
- Сдаётся мне, ты всеми фибрами
стараешься сдержаться.
- Было у меня дело, в одном
доме попался насильник.
Я еле удержался,
хотел начистить
тому мужику рожу,
чтоб он подавился своими
же зубами и кровью.
Но ты никому не говори.
- Почему же?
Чего тут стыдиться? Это твоя работа.
- Моя работа - их арестовывать.
- И каково же тебе в такие минуты?
Бросать их за решётку вместо того,
чтоб дать кулакам рассудить дело...
- Будь моя воля...
- Да?..
- К чёрту все эти суды,
я и сам знаю, кто виновен.
- Я тебе верю, Джон.
- Вот развязали бы мне руки,
город бы стал безопасней.
- Я тебе верю.
- Мы говорили два дня напролёт.
Рассуждали о законах - людей и Бога.
О величии истинного предназначения
и мелочности всего прочего.
Но самое главное -
он помог мне забыть.
- Не хочу сейчас.
Напичкал его своим
подпольным виски.
- Я не на обед тебя
позвал, развратница.
Мне нужна помощь.
Он
мой избранный.
Остальные мои возможные преемники -
Гейси, Рамирес, этот педик Дамер -
все они дилетанты
по сравнению с ним.
- Он не согласится.
- Почему же?
В этом человеке кроется величие.
Такая ярость встречается
раз за поколение.
Он крепко держит себя
в узде, ибо знает -
если хоть чуток ослабит
хватку, то унесётся в бездну.
- Он не отпустит.
Ещё питает надежду.
- Это легко исправить.
Нужно лишь слегка его встряхнуть.
- Зачем мне помогать,
если твои мучения - это так приятно?
- У него есть дети.
Мальчик весьма красив.
Как я и сказал, нужен
лишь небольшой толчок.
Прорваться в тёмные
глубины его сердца.
Он должен возненавидеть весь мир
и всё, что в нём живёт.
- Я не мог вспомнить,
где я был, с кем,
что произошло.
Память мне тогда отказала.
- Скарлетт подвезла Венди,
я бегу с Холденом. Зато кофе готов.
- Прости, Алекс
- Пошли своему другу
Хану бутылку скотча.
Он тебя прикрыл.
На целые полтора дня.
- Слушай. Я тебе не изменял.
- Ну конечно не изменял.
Тогда ты бы позвонил
и выдумал отговорку.
Ты ужасный муж.
Скажи спасибо, что у нас
двое детей и я люблю тебя,
иначе бы пошёл
собирать чемоданы.
- Прости меня.
Я оступился, и всё тут.
Привет, малыш.
Привет.
- Ты вернулся домой?
- Да, да.
Может, сходим все
вместе на пляж?
Я проезжал мимо, там
сейчас большая ярмарка.
- Класс!
- Да!
- Ну, мы опаздываем.
Бежим.
- Я люблю вас.
- Мы тебя тоже.
- Вместе с сыном я потерял
всё, что было мне дорого.
Искать можно было долго,
но всё было тщетно.
Когда ушли добровольцы,
дом опустел.
Я в жизни не был так одинок,
как наедине с моей женой.
- На тебя свалилась
куча дерьма, Джон.
Сын пропал.
Ты смог это пережить.
Взял себя в руки.
- Прежний я исчез навсегда.
Крупицу покоя я мог найти
лишь в одном месте.
Где я мог затеряться
для всех и каждого.
Я начал вести двойную жизнь.
Одна никак не была
связана с другой.
Дома, с Алекс, где минута
длилась все шестьдесят секунд.
И другая - в отеле "Кортес",
с Джеймсом Марчем.
В том месте время
шло своим чередом.
Пять лет прошло,
я не успел и моргнуть.
- Фуа-гра.
Потрясающе, какой вкусной может
оказаться небольшая жестокость.
Наслаждайтесь.
- Его голос,
был как шелковая нить.
Он опутывал мой мозг паутиной,
и заражал странными идеями.
- Джон.
Знаешь, в чём разница между
нами с тобой?
- В миллионах?
- Нет.
В боли.
Я свою отбросил.
А ты волочишь свою за собой,
будто мешок с камнями по реке.
Стоит оступиться -
и ты потонешь.
Предполагаю, ты не получил
возмездия за свои страдания.
Тебя стесняют те самые законы,
что ты клялся блюсти.
Это не твоя вина.
Так тебя научили.
- У меня на столе сорок дел.
Повезёт, если
разберусь с десяткой.
Настоящие преступники
всегда выкручиваются.
- Пойдём со мной.
Ты созрел для нового урока.
Моя комната трофеев.
- Почему так темно?
- Ты ещё не всё готов увидеть.
Все они - великолепные животные.
Бизон меня чуть не растоптал.
Да-да.
- Господи.
- Мой счетовод Генри.
Генри наверняка меня обирал,
но за ним ещё столько грехов.
Например, запах изо рта.
- Ты - чудовище.
Я тебя посажу.
- Посади.
Но тяжелую ношу с твоих
плеч это не снимет.
Ты стеснён лишь придуманным
человеком моральным кодексом.
Жалкие правила бюрократов...
Возьми меня за руку и
выберись из этой трясины.
- Три человека погибли,
а его отпустили из-за формальностей.
- Такая уж система.
- Марч был прав.
Закону далеко до справедливости.
- Джон! Какая радость!
Лос-Анджелес, 2015
Ну что за кислая мина?
Глоток коричневого шотландца
живо тебя взбодрит.
- Ему бы сегодня исполнилось десять.
Моему сыну.
- В дне рождения столько потенциала.
Это повод для праздника.
А не для скорби.
- Обернулось всё иначе.
- Может, и так.
Но не для Холдена.
А для тебя.
Ты возродился.
- Если я найду похитителя...
- То свершишь правосудие.
- Нет уже никакого правосудия.
Я вижу лишь, как его всё
больше извращают день ото дня.
- Позволь поведать историю
об одном постояльце,
явившемся в этот отель.
Он привёл племянника, переночевать
перед выходными в парке аттракционов.
Мальчик на него, на мой
взгляд, совсем не походил.
Мисс Эверс нашла кое-что,
когда меняла бельё.
- Господи.
Это ведь ребёнок.
- Ему около десяти, я полагаю.
- В каком он номере?
- Съехал этим утром.
- Ты запутался, Джон.
Мы вместе работали
над делом Гамбоа.
Он не был педофилом.
- Это не единственный грех Гамбоа.
Я видел объявление на "Крэглист".
- Деньги принёс?
Вот и оно.
Из этого строятся мечты.
Самая важная в мире награда.
И она станет твоей.
За пять тысяч
долларов наличными.
- Тяжелее, чем кажется.
- Пятна можно оставлять после оплаты.
Да...
Прошу вас уйти
и забрать эти жуткие фотографии.
- Ты оставался в "Кортесе"
с этим мальчиком.
- Да ладно. Я простой человек,
люблю писать о кино в интернете.
- Где он сейчас?
Исчез навсегда?
- Нет.
- Ему бы исполнилось десять.
- О чём вы?
- Ты уничтожил его семью.
Ну и где его возмездие? А моё?
Какой же будет цена?
- Зову копов.
- Я уже здесь.
Холден!
Нет больше никакого правосудия.
Там всё должно было кончиться.
- Верёвку перерезали.
- Мне помогли, Энди. Салли помогла.
Она всегда была там.
Как тень,
что танцует в уголках глаз.
Она втёрлась в доверие.
Пристала,
как запах табака к одежде.
До пропажи Холдена я и думать
не смел об измене моей жене,
моей семье.
Это было невозможно.
Но тут появилась Салли.
Бездонный колодец желаний.
С Салли я становился
другим человеком.
Не знал, откуда она взялась.
И не хотел знать.
- Мужеложцы...
- Она приняла меня.
А я принял её.
- Одолеть их мы сможем лишь благодаря
вашей любви и щедрости.
- Как же от этого типа воротит.
- Лицемер.
- Так возьмите трубку...
- Выдаёт свою ненависть за любовь.
- И позвоните!
- Мне пора.
Нет.
Зря я пришёл.
Она знала, что я вернусь.
И хоть я и не давал обещаний,
в душе надеялась, что останусь.
- Какого чёрта ты творишь?
- Я ничего не делала!
- Вот именно! Ждала,
пока он дух испустит?
Он не тебе принадлежит.
Ещё рано.
Или ты забыла о нашем уговоре?
Я тебя не задаром защищаю.
Ты и тебе подобные призвали
своей дурью этого демона,
и ему нужна кровь.
Если не чужая, так твоя, Салли.
- Ну хорошо.
Сделаю всё, что прикажешь.
Клянусь.
Мне страшно.
Что если он умрёт там?
И я навеки его потеряю...
- Ты умная девочка, Салли.
Поищи, кому открыта
дорога в его мир.
- Эта твоя соучастница... Салли...
Случаем не так выглядела?
- Точно. Это она.
- Салли МакКина.
Выпрыгнула из окна "Кортеса"
в девяносто четвёртом.
Уже двадцать лет покойница.
- Нет!
- Джон. Неужели ты
сам не понимаешь?
Ты запутался.
- Ничего подобного.
Как-то это всё нереально.
Стоит мне выйти за порог...
И я тебя забываю.
Почему это происходит?
- "Кортес" - эгоистичный
хозяин, Джон.
Ревнивый.
Властный.
Он не даст ничего отсюда унести.
Ну давай.
Пошли.
- Сегодня я убил человека.
- И что почувствовал?
- Торжество справедливости.
Словно я наказал гада,
который похитил моего сына.
- Но ты чуть не покончил с собой.
- Потому что мне понравилось.
Впервые в жизни я был так счастлив.
- Ну конечно.
А что тут такого?
Тебе открывается твоя
истинная сущность.
Твоё предназначение.
- Вокруг - хаос.
- И мы, как цивилизованные люди,
обязаны обуздать этот хаос.
Это ты и сделал,
принеся возмездие.
- Я потерял голову.
- Ты дал себе волю.
Это совсем другое.
- Холдена это не вернуло.
- Нет.
Сына ты потерял.
И боль в твоей груди
никогда не исчезнет.
Но сегодня ты извлёк из неё прок.
Благодаря этой боли
ты очистил мир.
Это, несомненно,
блестящий первый шаг.
Позволь показать кое-что.
Узри.
Неоконченный труд
Джеймса Патрика Марча.
Он мог стать моей жемчужиной.
Моим Гамлетом.
Ну или сонетом,
если сравнить со старыми работами.
В этом проекте меня
захватывала простота посыла.
Элегантность круглого
числа - десять.
Оттого вдвойне досадно, что
закончить начатое не удалось.
Доведи моё дело до конца, Джон.
Сделай его своим.
- Меня поймают.
- Вовсе нет.
Никто тебя не поймает.
Потому что расследование
ты возьмёшь на себя.
Сделай это в память о
своём единственном сыне.
- Так ты говоришь, что раньше бывал
на месте преступления?
- Три раза.
Убив его, я вернулся
и замёл следы.
Когда ты меня застал...
- Джон.
Это же дело Альвареса.
Что мы тут забыли?
- Оно меня интригует.
- Точно стоит браться
за лишнюю работу?
Если честно, друг,
ты не в лучшей форме.
- Всё нормально.
- Жена с тобой не согласна.
Звонила мне недавно.
Предложила побеседовать за кофе.
- Ты пил кофе с моей женой?
- Она за тебя беспокоится, брат.
Говорит, ты целыми днями пропадаешь.
- Ты пил кофе с моей женой?
Они трахаются, зуб даю.
Меня она гонит прочь. И бежит
к моему напарнику плакаться.
Прикончу их обоих.
Марч просит закончить его дело.
Начну с них.
- Нельзя начинать с
собственной жены.
Найди другую жертву,
чтоб тебя не выследили.
Они видятся раз в неделю.
Каждый четверг, как по часам.
Оба женаты, с детьми.
Встретились на "Эшли Мэдисон".
Она платит за номер
рабочей кредиткой.
- "Не прелюбодействуй".
- Пятьдесят третий номер.
Обычно трахаются в душе.
- Эмери убили не в "Кортесе".
- Нет.
Там нельзя.
- Каждый акт должен быть
драматичен, театрален.
Наполни его смыслом.
Но главное - не здесь.
Только не в "Кортесе".
- Обеим жертвам прислали
одинаковое смс.
Назначили им
встречу в Бел-Эйр.
Но сообщения слали не они.
- Их семейные фото я достал
из социальных сетей.
- Я тебе не верю.
- И принялся их ждать.
Помнишь, как пару месяцев
назад был рейд на аптеку?
Я взял стимуляторы потенции из
наших улик, можешь проверить.
А затем вырвал ему язык.
И глаза.
- Мы и так всё это знали.
Если ты убийца, так
удиви чем-то новым.
Да и ты сам видел
подозреваемого в доме Райлэнс.
Человека в котелке.
Не мог же ты раздвоиться.
- Это был я.
Я увидел в себе воплощение
Джеймса Марча.
- И вспомнил обо всём этом
только сегодня.
Послушай, Джон.
Знаю, ты правда хотел
поймать этого гада.
И думаешь, что всё это -
на твоей совести.
Но зря.
Я знаю тебя, брат.
И ты кто угодно, но не убийца.
- Ошибаешься.
Не желай жены ближнего
своего, Энди.
Одна из десяти заповедей.
Признайся во всём, и умрешь быстро.
- Ты не достоин Алекс.
- Что за услада для усталых глаз.
Господин полицейский.
- Настолько очевидно?
Похоже, полиция тут - частый гость.
- Заселяешься?
- Я знаю, кто я, Айрис.
И знаю, кто ты.
Уже пять лет сюда прихожу.
- Но вспомнил только сейчас.
Слава тебе Господи.
Вот мороки же было.
Каждый раз голову ломала,
с каким Джоном разговариваю.
Частенько
хотелось выложить правду-матку,
но стоило взглянуть
в твои глаза,
увидеть столько боли...
Не могла же ещё
больше тебя ранить.
- Я был не готов.
- Да кто готов увидеть
своё истинное лицо?
Да.
Похоже, ты ни о
чём не сожалеешь.
- Ничуть.
Разве что Рен...
- Это не на твоей совести, Джон.
Рен погибла из-за Салли.
- Следуй за ним, куда бы он ни пошёл.
И сделай, что угодно
лишь бы мой мужчина
не погиб снаружи.
- Какого хрена ты ей мозги пудришь?
- Не ругайся.
- Рен хотела меня защитить.
- Мы все этого хотели – по-своему.
Ты знаешь правду.
Так убирайся отсюда.
Оставь всё позади.
Ничто тебе не мешает.
- Дай ключ к номеру
шестьдесят четыре.
- "Не желай жены ближнего своего".
Инструмент прелюбодеяния.
Признаю, ты выбрал
идеальный орган.
Ты изменился, Джон.
Что на тебя нашло?
- Ясность.
- Да!
Наконец ты оценил
прелесть своей работы.
Смерть - твоё искусство.
Я восторгаюсь твоим талантом.
Но как ты им воспользуешься,
осознав реальность?
- Осталось два.
- Чудесно.
Значит, шедевр будет закончен.
Ты дома, Джон.


Серия 9

- Женщины и мужчины стареют по-разному.
У мужчин левый желудочек,
который снабжает тело красной кровью,
с возрастом становится
больше и плотнее.
А у женщин он сжимается.
Мне уже больше ста лет.
Моё сердце вряд ли весит
больше пары каратов.
В нём сейчас совсем тесно,
но если что-то удаётся вместить, для
меня это обретает огромное значение.
Колоссальное.
Последние сто лет моей
бессмертной жизни были ложью.
Иллюзией контроля.
На деле же я ничем
не управляла.
Я окружила себя дураками и льстецами.
Доверилась тем, кому нельзя
было доверять.
- Сдаётся мне, на свой
поезд вы не успеете.
- Враги снаружи, враги внутри.
Пришло время
построить нечто новое.
Нечто прочное.
Построить из железа, камня и стали.
Мной никто не посмеет управлять.
Я не поддамся контролю.
- Всё это мы уберём,
вон там будет танцпол.
Музыка - на Кэлвине,
ради меня прилетит...
- Давай без чрезмерной показухи.
Я бы предпочла попроще, уютнее.
Мне нужен лишь ты, мировой судья,
Локлэн с кольцами и букеты ландышей.
- Смеёшься?
Женится сам Уилл Дрэйк.
Эта свадьба станет
главным событием сезона.
Доверься мне,
я шоумен и своё дело знаю.
- Я не цирковая лошадь.
- Да о чём ты?
- Я люблю тебя, Уилл.
Я нужна тебе, даю тебе силу.
Но ты, позволил людям высосать
из себя всё вдохновение,
и теперь вновь хочешь
пригласить их на пир.
Я отказываюсь в
этом участвовать.
Либо они, либо я.
- Конечно, ты.
Всегда ты.
Хочешь без шумихи -
да будет так.
Это твоя свадьба.
- Наша свадьба.
Придумай мне платье.
Всё остальное - на мне.
- Ну и неловко же будет с
такой кучей папарацци.
Ты ж у нас так сказать,
стесняешься камер.
- Закажи цветы к утру среды.
- Смеёшься,
правда ведь?
Вот сучка.
Неужто решила,
что я стану тебе свадьбу
устраивать после твоей выходки?
- Тристан тебя не любил.
Он не умел любить.
- Ты его знать не знала.
Ничуть.
Он правда меня любил.
Может, его ты и забрала,
но этого я тебе не отдам.
Сама себе цветочки покупай.
- Щедрость меня предаёт.
Те, кому я столько отдала, платят мне
лишь ненавистью и неблагодарностью.
Надёжнее думать только о себе.
Остальные лишь всё портят.
- Тело бездомного мужчины,
погибшего от потери крови,
нашли вчера ночью в "Городе
промышленности". Каким
образом его обескровили - неизвестно,
ровно как и то, связано
ли происшествие
с серией недавних
схожих убийств.
Полиция разыскивает
группу детей,
которые могли стать
свидетелями нападения.
- На женщину нельзя долго давить.
И сейчас я на самой грани.
Я устала.
Алло.
Устала от вечных
предательств мира.
- Да. Кажется, нашёлся ваш паренёк.
- Устала от непрестанного
шума капель
разочарований.
Больше я разочарований
не потерплю.
Можно войти?
- Впущу за поцелуй.
- Я и забыла, как с тобой
было хорошо.
- Боже.
- И как я тебя отпустила?
- Ты меня не отпустила,
а вышвырнула к чертям.
- Да.
И то правда.
Ты слишком рано сдался.
- Я не сдался, просто ты его
прикончила раньше меня.
Обещай.
Что я буду у тебя один.
Навсегда.
- Моногамия? Да ну.
- Преданность.
Делаем что хотим
и с кем захотим.
Но любим только друг друга.
- В этом я тебе клянусь.
Но прошлых ошибок я не повторю.
Однако одних слов для этого мало,
нужны дела.
- Всё, что ты захочешь.
- Чудесно.
В среду я выхожу замуж.
- Что?!
- Спокойно.
К четвергу я стану вдовой.
Богатой вдовой.
Я хочу начать всё с чистого листа.
Оставить позади всё, что мы сломали.
- Согласен. Кого убьем первым?
После твоего суженного, конечно.
- Составим список.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Простите,
гламурным особам
дорога в Хилтон.
- У нас бронь. На моё имя.
Штормчлен.
- Хорошо.
Это ваша
фамилия или всё целиком?
Как "Мадонна".
- Бронь есть или как?
- Вот и она.
Так...
Что вы там собрались устроить?
- Ничего необычного.
Простой секс, минет.
Может, анилингус.
- В мой зад ты
язык не засунешь.
- Какие у нас порнозвёзды скромницы.
- Когда устроитесь,
я принесу ещё полотенец.
- Спасибо.
- Я ничего не имею
против порнографии.
Но только качественной.
Когда-то сходила на "Глубокую глотку"
в Ройал на бульваре Санта Моника,
как и все вокруг.
Даже Уильям Бакли.
Там снимались настоящие актёры,
были декорации, сценарий.
А нынче любая безмозглая
парочка достанет айфон
и начнёт строить из
себя гуру секс-кино.
И благодаря этой их всемирной сети
может даже на этом заработать.
Многие выбирают отель Кортес
для своих шедевров.
Признаюсь, в прошлом
я этим не гнушалась.
Брала деньги, давала им ключи.
Пыталась не думать, что
творилось наверху.
Но со времён обращения
я не могу отвернуться.
И не желаю.
Это новая я.
И скоро я, чёрт подери,
стану Грязной Гарри.
Порно вредит людям.
Девочкам внушают, что
трахаться надо так.
А парням - что
девочкам это нравится.
Я не ханжа, просто надоело
такое терпеть у себя в отеле.
Доновану понравится эта
новая, сильная мать.
Да я теперь -
всем мамашам пример.
- Сказал же, ты разоралась.
- Тише притворяться не умею.
- Какого чёрта?
- Свинья.
- Умоляю, я не хочу умирать.
- Ну здравствуй, Айрис.
- Доно, ты тут откуда?
- Ничего себе.
Ну и ну.
Я, конечно, слыхал как ты
недавно уделала тех хипстеров
и чуть не прикончила
детей Графини.
Но думал, это небылицы.
А оказалось, ты и
правда нашла себя.
- Благодаря тебе.
Но послушай.
Ты тут в опасности.
Дела идут плохо.
- Кто-то выпустил Бартоломью
из его комнаты.
- Чёрт.
- Я чуть его не потеряла.
И должна узнать,
чьих это рук дело.
- Не моих же.
- Думаешь, стоит рисковать ради
других своей жизнью?
Или своим сыном.
- Донован ни при чём.
Это Рамона Ройал.
Боюсь, как бы она не прознала
о нашем заговоре. Нужен план Б.
- Я в курсе.
Графиня думает,
что я к ней вернулся.
Потому я и здесь.
- Надеюсь, она не
запудрила тебе мозги.
- Ничуть.
Слушай.
Просто сиди тихо и
не высовывайся.
Чем меньше знаешь, тем лучше.
А когда будешь нужна, я позову.
- Есть кто?
Вызовите полицию!
Нет, нет, нет!
- Мы с тобой круты, дружок.
- Странно, что ты женишься
на женщине.
- Скажу прямо.
Твой отец - бисексуал.
Некоторые считают это слово
грязным, но это не так.
Просто мне
нравятся и мужчины, и женщины.
В равной степени.
Люди не понимают, и
считают меня странным.
Решили, будто
я от всех скрываю...
- Что ты всё-таки по парням?
- Да, вроде того.
И если тебе повезёт,
однажды в жизни
тебе встретиться человек,
который правда тебя поймёт.
Для меня таких людей
не существовало,
пока я не встретил Графиню.
Она - та самая.
Когда встретишь ту самую,
держись крепче и ни
за что не отпускай.
- Не женитесь на ней.
Она вам не пара.
Да и никому на свете.
- Вы кто, простите?
И как сюда попали?
- Это мисс Эверс. Она тут работает.
- Принести вам нож, мистер Дрэйк?
Или пистолет.
Может, вы из тех, кто
предпочитает броситься из окна?
- Простите?
- Очевидно же, что вы
пытаетесь совершить суицид.
Зачем ещё соглашаться на брак
с этой ядоносной пиявкой?
- Это уже слишком.
- Женитесь на Графине -
и вы покойник.
Возможно,
и сынишка помрёт следом.
- Вон отсюда.
- Поверьте, сэр.
Наденете кольцо,
и она высосет из вас всё
до последней капли.
- От этого спасёт брачный контракт.
Убирайтесь, вы уволены.
- Я собиралась выйти замуж!
Любила его.
Но он избрал для любви её.
- Отец всегда советовал
жениться на простой даме -
от греха подальше.
Я с ним не согласен.
Я обожаю тебя.
Завишу от тебя.
Погляди на этот костюм.
Ещё позовчера он был покрыт желчью
мужика, которого я покромсал.
А сегодня ни пятнышка.
Ты гений.
Но Графиня - райское создание.
Изящество, грация, красота...
Ты не виновата, что родилась
с иными дарами.
- Никому её не пережить.
- Уходите.
И не появляйтесь в этом отеле.
- Ну хорошо.
Однажды, очень
скоро, вы поймёте.
Познаете бесконечную боль.
А я буду стоять рядом.
Вы протянете мне руку,
моля о помощи и пощаде.
А я буду смотреть,
улыбаясь и зная -
вскоре мне выпадет шанс
вычистить кровь и дерьмо
с вашего симпатичного костюма.
- Я должен всё проверить. Кажется,
кто-то пытался сломать эту стену.
- Да, а я вам приказываю
её запечатать.
Нужна надёжная дверь. Всё это
крыло я превращу в укромный архив
прошлых коллекций
мистера Дрейка.
Он должен быть неприкосновенен.
Страховки ради, конечно же.
- Мне б спокойней было
свериться с владельцем.
- Ему мы ничего не скажем.
Это сюрприз, свадебный подарок.
- Когда же праздник?
- Надеюсь, завтра всё будет готово.
- Да мы неделю будем
заказывать материалы.
Тут дюжина камер наблюдений
на потолок... Так же...
- Детали меня не интересуют,
дорогуша. Только результаты.
- Вы просите невозможного.
- Кто предпринимает абсурдные попытки,
тот сможет достичь невозможного.
Мигель де Сервантес.
- Это ваш декоратор?
- Я негласный партнёр. Леди знает
толк в ремонте, не правда ли?
- А я ей объяснял, что нужно
много материалов...
- Ваш разум затуманен ненужными
мелочами. Всё просто.
Это - опорная стена.
Достаточно прочная, какое б
железо вы в неё не впихнули.
А дальше дело за парой винтиков.
У меня в этом большой опыт.
Соберите материалы и
команду, а я дам указания.
- Сделаю, что смогу.
- Вот это я понимаю! Бегом.
Столько дел!
Не вешай головку, дорогая.
Я дам тебе всё, что пожелаешь.
- Ты совсем спятил, кретин?!
Будь ты жив, я б тебя придушила.
Отвратительно.
- До сих пор за итальяшку злишься?
- Ты всё разрушил, Джимми.
Украл у меня самое дорогое.
И больше я твою убогую
физиономию видеть не желаю.
- Но у нас договор! Умоляю.
Наши трапезы - единственное
моё утешение в этой адской бездне.
- Эта комната завтра должна
быть готова.
- Только попробуй убежать.
- Какого чёрта?
- Меня учили не являться к друзьям
с пустыми руками. Заткнись.
- Видала я, какой из тебя друг.
Ты просто жалкий трусишка, Донован.
Яйца свои не нашёл бы, если
б они висели у её кровати.
Тебе моя задачка
не по зубам.
- Ошибаешься.
У меня новый стимул.
- Ну рассказывай.
Чужое унижение я люблю.
Неужто она придумала,
как ещё тебе насолить?
- Приняла меня обратно.
Да.
Графиня признала свою ошибку.
Сказала, я - её единственный.
Навеки.
В постели всё было,
как в первый раз.
- И ты, конечно, не повёлся.
- Повёлся.
Ещё как.
Даже возжелал её
пуще, чем раньше -
теперь-то знаю, каково без неё.
Но вдруг я понял, что эта отчаянная
тяга никогда не исчезнет.
Жуткое чувство - когда тебя распирает
неутолимый голод. Это одержимость.
- До боли знакомая история.
Я обдумаю, что с тобой
теперь делать.
- Нет. Мы нападём сегодня ночью.
Пока у неё на уме свадьба
с Уиллом Дрейком.
Ещё я подсунул ей столько
гидроксибутирата,
что даже слон бы отрубился.
Это идеальный момент.
- Да ты уже всё спланировал.
- Я не могу нажать на курок.
Это ты знаешь.
- Я уважаю мужчин,
способных признать свою слабость.
- Договорились.
- Выпьем за это.
- Ты знаешь, почему
у меня на Графиню зуб.
А сама-то что медлила
со своей местью?
Как мне тебе довериться?
- И то правда.
Она убила моего мужчину больше 20
лет назад, а от меня отмахнулась.
Знаешь, что ещё хуже горя?
Одиночество.
Знать, что оно никогда не пройдёт.
И вот, отчаявшись,
я направилась в единственное
место, где меня всё-таки любили.
Лос-Анджелес, 1992
Вернулась к единственному мужчине,
перед которым я преклоняла колени.
Привет, папа.
- Да я десять лет тебя не видал!
Ты с пластической
операции что ли?
Ты плачешь? Поранилась?
- Только в душе. Мне больно.
Можно войти?
Пожалуйста.
Я пожила там пару месяцев.
- Мама дала пищу для души,
папа научил уму-разуму.
Указал пальцем - и разъяснил, что
есть что, будто маленькой девочке.
Которой ничто
не грозило.
Папа?
Пап.
Всё хорошо?
- Я...
Просто ворон считал.
О чём это мы?
- Это у нас уже обычное
дело, дорогая.
"Кэсси, где мои ключи?"
"Кэсси, какой сегодня день?"
- Ты ходил к врачу, пап? Ну?
- Больная у нас - мама.
Двоим в семье нет места.
- Папочка.
Давай я завтра отвезу
тебя к доктору Сэмми.
- Захочу пойти -
сам себя отвезу.
И пока не собираюсь.
Я здоров.
- Хорошо.
Мы потеряли маму, и всё
покатилось к чертям.
Они были женаты 60 лет.
Без неё его мыслям не
за что было зацепиться.
Он начал теряться
на своей же улице.
Не мог найти дом,
где жил 40 лет.
Папа?
Неужели этому великому человеку
пришёл такой жалкий конец...
Ничего, папочка.
Всё будет хорошо.
У меня на глазах вирус
творил истинные чудеса.
Затягивались порезы, сломанные кости
вправлялись всего за пару дней.
Так почему бы и нет?
Разве он не смог
бы вернуть мне отца?
- Кэсси?
Кэсси, это ты?
- Но нейроны - это вам не царапины.
И больной разум -
не сломанная кость.
Вирус лишь не дал
Альцгеймеру развиться.
Мамы больше нет, пап.
Ты же знаешь.
- Ты кто?
- Это я, папочка.
Твоя дочь.
Он был не в
состоянии охотиться сам.
Даже не мог понять,
во что превратился.
Так что я о нём заботилась.
Приносила кровь своих жертв,
цеплялась за надежду, что,
раз хуже ему не становилось,
однажды он поправится.
Но всё тщетно - он не
менялся, совсем как я.
Целых 20 лет.
Папа! Папа!
Папа...
Нельзя было, чтобы
он жил так и дальше.
Застыв во времени.
И я дала ему Ксанакс,
и помогла ему уйти.
После его смерти
я поняла, что и сама застыла.
Десятилетия с моим отцом
прошли, как двадцать минут.
Я всё забыла.
Ничего не чувствовала.
Но мир вокруг меня не
спал все эти годы.
Интернет и это проклятое "Хулу".
Мои старые фильмы
висят там бесплатно.
Бесплатно!
Люди вновь начали узнавать
меня на улице.
Постепенно ко мне вернулись
все воспоминания.
Что у меня было, что у меня
забрали, и что сотворила она.
Тело моего отца - в могиле, но сила
его духа меня не оставила.
И с его помощью я непременно
уничтожу эту женщину.
За месть.
- Что вы творите?
Помнишь меня, Макс?
Я доктор Лоу.
Мы виделись в больнице,
ты умирал от кори.
Я спасла тебя, дав своей крови.
- Круто.
Спасибо.
- Кто все эти дети?
- Одноклассники. Выпили моей крови.
Теперь мы одинаковые.
- Вы правда врач?
Нам нехорошо.
- Вот дурочка. Врач тебе зачем? Выпей
крови, тогда и полегчает.
- Он свежий, Мадлен.
На того бомжа непохоже.
Этот - вкусный.
- Вы убили бездомного?
По телевизору об этом трещат.
Пора завязывать, вас арестуют.
- Я же говорила.
Это плохо.
Я не хочу больше убивать.
Они заставили меня
убить родителей.
- Ну да.
Все мы съели предков,
потому никто нас и не ищет.
- Я скучаю по маме.
- Мадлен.
Уже четвёртый день. Пятна
пошли, тебе придётся пить.
Всем вам.
- Нет.
- Ты горишь.
- Давай просто их кокнем.
Этих неженок. Они ещё дышат только
потому, что ты запал на Мадлен.
- Заткнись, Джимми.
- Спятил?
Не зови меня по имени,
теперь она знает, кто я.
- Скоро все узнают, кто вы.
Вы убили разносщика пиццы.
Через полчаса его хватятся.
Ваш адрес у них есть,
копы нагрянут прямо в дом.
Я отведу вас в отель Кортес,
там живут такие же, как мы.
Они смогут помочь.
- Ну да, это нам и надо.
Приказы взрослых.
К чёрту!
- У нас полчаса.
Можем смыться.
Только с ней что делать?
Ты сам придумал правило -
никто нас не оставит живым.
- Нет!
Она нас создала.
Пусть идёт.
- Ну же, пошли в отель.
- Я сказал, вали.
- Я могу помочь.
- Как хочешь. Мы сами уйдём.
Копам будешь объясняться сама.
- Ещё в отключке.
Наверное, и не
почувствует ничего.
- Обидно.
Жалко только, что она ничего не
ждёт и не узнает, кто это сделал.
- Что ты задумала?
- Засажу ей нож в сердце
и отрублю голову.
Так уж точно подохнет.
- А мне что делать?
- Наблюдай.
Увидишь, как люди с яйцами
доводят дело до конца.
- Таких яиц тебе хватит?
- Ничего не понимаю, Донован.
Это - приманка?
Она соглашалась?
Всё по плану Б?
- Нет плана Б.
- Тогда что мы тут делаем?
Зачем эти камеры?
- Мы собираем наших врагов
и сажаем их тут.
Будем смотреть
и злорадствовать.
- Наших врагов?
Ты хотел сказать
её врагов, да?
- Её враги - мои враги.
- Чёрт подери.
Боже, Донован.
- Она любит меня, Айрис.
А я её ни за что
не разлюбил бы.
Все, кто против нас, окажутся здесь,
имей это в виду.
- Нет для этой
сучки никаких "нас".
Одна лишь она, её выживание.
Пока не решит, что пришло
время тебя грохнуть.
Мы втроём. Вместе.
Только так мы сможем её уничтожить.
- Ты правда решила, что мы трое
станем партнёрами?
- Так зачем ты меня спас?
- Дал слабину.
Зря не бросил помирать.
- Нет.
Смерть ждёт именно тебя, сын.
- Слушайся маму.
Она дело говорит.
- Молчать.
И ты.
Пошли.
- Неужто решил,
что ты её единственная любовь?
Она уже взялась за следующего.
Даже не сомневайся.
Не догадался? Тогда дури
в тебе больше, чем красоты.
А ты красавец, каких мало.
- Этот мир я уже не узнаю.
А сам мир больше не узнаёт меня.
- Сейчас твоя лучшая
подруга - анонимность.
Чтобы выжить, нам нужна хитрость
и предельная скрытность.
- Наташа видит всё иначе.
Будущее её манит.
Она слышит зов этой
современности.
С тех пор, как ты дала ей ту чёрную
карточку, я её в глаза не видел.
Только и говорит, что о покупках
и "такси".
- Она меня обанкротит.
Но признаю, оно того стоит.
Я хотела, чтоб мы
остались наедине.
- Но ты же любила Наташу.
- Только потому что
ее любил ты.
И потому что я была молода.
Счастлива.
Не уверена в себе.
Я думала, что такой
женщины, как я, тебе мало.
- Беллисима.
Такой женщины хватит нам обоим.
Глядя на тебя, я вижу отблески
моего пропавшего мира.
- Мы можем его вернуть.
- Нет.
Он потерян.
Здесь больше нет
места очарованию.
- Может появиться.
Если мы его создадим.
Я весь прошлый век
пыталась воссоздать тебя.
Все эти бледные тени в прошлом.
Или окажутся там скоро.
- Не понимаю.
- Я расчищала нам путь.
Ещё шаг - и мы вновь
заполучим то, что потеряли.
Скоро мне перепадёт
огромное состояние,
и с его помощью мы обратим
"Кортес" в крепость,
отгородимся от современности.
Я этот мир ненавижу больше, чем ты.
- А как же Наташа?
- Если с ней что-то случится,
ты это переживёшь?
- А ты меня утешишь?
- Мышка!
Ты была права.
Уму не постижимо, во что
превратился пыльный Беверли-Хиллз.
Магазины на каждом шагу.
Не поверишь, что я нашла.
Магазин с твоим именем...
"Валентино".
- Магазины - это хорошо,
но настоящее кутюр - у меня дома.
- С ума сошла? Ноги моей
в "Кортесе" не будет.
- Джеймс Марч давно
погиб, бояться нечего.
Я пошлю за вами машину.
А ты, Руди, не приглашён.
Устроим женский вечер.
- Если некто из собравшихся имеет
возражения против этого брака,
пусть говорит сейчас
или молчит вечно.
- Да.
Например, она бессовестная,
безжалостная и бездушная тварь.
- Ох уж эта Лиз.
Не обращайте внимания,
она пьяница.
Но по закону нужен был свидетель.
- И я много чего повидал.
- Прошу, продолжайте.
- Объявляю вас мужем и женой.
Можете поцеловать невесту.
- Мой мужчина, моя семья.
Я так счастлива наконец-то стать
миссис Уилл Дрэйк.
- Пап.
Можно мне наверх?
- Ну конечно.
Я тоже поднимусь и сниму
твоё чудесное платье, чтоб
подготовиться к путешествию.
- Не хочешь сперва выпить за нас?
- На это у нас будет весь
медовый месяц. Начнём поскорее.
- Я вот не удержусь.
- Жене нечего возразить.
Да и бар - твой.
- Хорошо.
- Дорогая Лиз.
Дарю это тебе
с искренней надеждой,
что однажды ты найдёшь
истинную любовь.
Как знать, когда она нагрянет.
- Всё верно.
Тост в честь путеводной
звезды Кортес.
А для кого-то - его невесты.
Меня зовут Марч.
Давнишний постоялец.
Зовите меня Джеймс.
Позвольте присоединиться.
Вижу, вы уже празднуете.
- Так и есть, Джеймс.
- Так выпьем за вашу удачу.
Арманьяк у вас вряд ли найдётся.
Ну или...
Подозреваю, что да.
За покорение новых миров!
- Отличный тост.
- Да...
Всех нас по жизни ведут
женщины, не правда ли?
- Знаете Графиню?
- Мы знакомы.
- Я себя у алтаря не представлял.
А сейчас зову эту женщину
своей женой.
- Поздравляю счастливую пару!
Вы достойны похвалы.
Смешанная семья.
До жути прогрессивно.
- Мне повезло. Она без ума
от моего сына.
- Я...
Имел в виду не вашего сына.
Поначалу я сомневался, моей
ли ребёнок плоти и крови.
Видите ли, в нём нет
выдающихся черт Марчей.
Острого подбородка. Ярких
пронзительных глаз.
Страсти к драматизму.
Сами увидите - темперамент у него
довольно деликатный.
Но не во время еды...
Тут-то он уж
точно пошёл в мать.
- Что это, чёрт подери?
- А ведь я собиралась любить
и растить твоего сына.
- Что тут происходит?
Это розыгрыш?
Та тварь не может быть твоей.
Даже на человека не похоже.
- Я собиралась убить тебя в Париже,
но не смогу переварить эти жуткие
оскорбления в адрес моего ребенка.
Я обеспечу тебе безграничные
страдания.
- Парень.
Слышишь?
Ты цел?
- Где мы? Ты ещё кто?
- Одна из её жертв.
Совсем как ты.
- Нет...
Безумие какое-то,
это не взаправду.
- Скоро узнаешь, какая
чистая это правда.
Когда они запрут
тебя рядом со мной.
Прошу.
Вытащи меня отсюда.
Умоляю.
Есть рычаг. Сзади.
- Ну всё. Всё будет хорошо.
Тут должен быть выход.
На помощь!
Есть кто?
На помощь!
Выпустите ради Бога!
На помощь!
Боже, кажется, тут
звукоизоляция.
Никто и не знает, что мы здесь.
Мы помрём с голоду.
- Я - нет.


Серия 10

- Людям нынче подавай все новое и блестящее.
И всё же, это лишь иллюзия.
Новинки всегда блекнут.
Но от забытых отелей
кому-то ещё есть прок.
Можно толкнуть наркотики.
Переспать с кем помоложе.
Или встретить свой конец.
Всегда узнаю этот взгляд.
Мне не впервой.
Две счастливые,
умиротворённые пташки.
Говорят,
что у них годовщина свадьбы.
Шестьдесят лет.
Четверо детей.
Девять внуков.
Пожили на славу.
Но с метастазами
она уже не та, что раньше.
А он не может представить
жизнь без неё.
Она не желает его обременять.
И вот они пришли сюда.
Побыть наедине.
Чтобы никогда больше
не знать одиночества.
Как же я...
им завидую.
Ну разве не прекрасное зрелище?
- Я восемь часов буду оттирать кровь
со стен, вот это будет зрелище.
Что за неуважение?
Вышибать себе мозги можно дома.
- А если б дети их такими увидели?
- Меня-то это каким боком касается?
- Только погляди.
- Ну что ты плачешь?
Они были счастливы.
- Кажется, я никогда
не познаю счастья.
Внушаю себе, что выживу
тут и без Тристана, но...
Это нелегко.
К тому же,
зная нашу Графиню,
моё горло
она тоже запросто перережет.
Зачем же сидеть и дожидаться,
пока меня ударят ножом в спину раз
я и так покойник?
Нет-нет...
- Стой.
- Не мешай мне.
- Нет.
- Я хочу уйти.
- Знаю. Но в итоге ты застрянешь
тут на целую вечность,
если не включишь мозги перед
тем, как стрелять.
- Чёрт подери.
- Бога ради.
Знаешь же,
как тут всё устроено.
- Да.
- И наверняка у тебя ещё куча дел
на этом свете.
- Только одно.
Мой сын.
Давно хочу с ним помириться.
Извиниться за свое исчезновение.
- Хорошо. Ну так этим и займись.
А я как раз успею отписаться
от "Ридерс Дайджест"
и "Кантри Ливин".
Тогда мы и отчалим.
- Мы?
- Не придётся это
делать в одиночку.
- Как так?
Ты же у нас родилась заново.
- Донован -
моя единственная любовь.
Я думала, он спас
меня от смерти,
потому что любил.
Но это неправда.
Он меня уже не полюбит.
- Тогда умрем вместе.
Исчезнем без следа.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Да, дорогуша. Отель Кортес.
Даунтаун, Лос-Анджелес.
Даты вы записали?
Всё верно, сладкий,
целая неделя - подарок от папочки.
Что-что?
Спрашивает, почему сейчас.
Хотела бы я спросить вашего
отца, но увы, не выйдет.
Долг зовёт. До свиданья!
- Клянусь,
я безмерно благодарна.
- Позволь задать личный вопрос.
И давно вы так?
- Мы не виделись
тридцать один год.
Я отправляла письма,
выписывала уйму чеков...
Согласно банку,
он их всегда принимал.
Хоть какие-то...
Были знаки.
- Должна предупредить. Мысли этого
юноши ты не предугадаешь.
- О чём ты?
- О его взглядах.
Боюсь, ты потребуешь от
него огромного понимания.
- Погоди секунду.
- В мои времена
голубым хватало ума
не заводить детей.
Зачем плодить полный хаос?
Мой двоюродный брат Фредрик
вечно тащил у своей
сестры пеньюары и чулки.
И однажды нашёл своё место.
Призвание в жизни.
Обрёл покой в облачении священника.
Мог бы стать монсеньёром,
если б не поддался
своим страстям.
- Я не педофил!
- Меня уже давно не заботит,
кем ты себя считаешь.
Я знаю лишь,
что один бедный мальчик
кинул мячик во дворе,
а гордый папаша
его не поймал, ибо смылся.
И вот этот мальчик
явится сюда на встречу,
о которой давно мечтал.
А предстанет пред ним призрак
Теды Бары. Жутковато, право дело.
- Довольно.
- Ты вот что скажи.
Где обещанное?
Не забыл про свою часть сделки?
- Налетай.
Сходи с ума.
- Кто б мог подумать?
Кислород в мыле!
- Да!
- Ты погляди! Написано,
"Сияющая белизна".
Ты настоящее чудо.
У меня прямо Рождество.
- Уши...
Что вняли зову лживых богов.
Ты смышлён, Джон Лоу.
- Очистите сердца. Пусть Дама теней
услышит ваши молитвы.
Добро пожаловать.
Вы в нашей церкви впервые?
Знайте - древние
Боги всё ещё живы.
И ждут, пока мы их пробудим.
Как твоё имя?
- Я... Смерть.
- Ещё раз, и ты свободен.
- Что это значит?
- Добро пожаловать.
Спасибо, что пришла.
- Чего ты хочешь?
Кто ты?
- Кто я?
Я - это ты, ублюдок.
- Мы должны побеседовать.
- Знаю, ты меня позвала не в
своём старом шмотье копаться.
Да и твои обноски мне неинтересны.
Но вот тебя очень интересуют мои.
- Так ты знаешь всю мою биографию.
- Был обречён на десятки лет
заточения, и будешь обречён вновь.
Я люблю её.
- Думаешь, ты влюблена?
Ты любишь далёкое воспоминание.
Кадр на экране.
Ты всего лишь фанатка.
- Эта твоя дерзость -
заурядное явление.
Всегда так бывает с красавчиками,
которые уже отжили своё.
Лучше бородку отрасти.
Может,
так попадёшь в вестерн.
- Мы без тебя обойдёмся.
Ты и не подозреваешь,
как я изворотлива, моя мышка.
- Можешь идти.
- Ты и двух дней с Графиней
в этом мире не протянешь.
Обосрёшься у неё на глазах,
услышав шум вертолёта.
- Всё я о тебе знаю.
- Я - величайший любовник
в истории кино!
- Ты дешёвка. И всегда ей была.
- Господи, у тебя меч?
- Надо было убить тебя после
первого танго.
- Смерть от этого клинка -
большая честь.
- Я тебя умоляю.
- Да ладно.
И кто же теперь мышка?
- Долго она будет оплакивать
такого красавца.
Теперь не такой уж красавец, правда?
У меня скулы всё равно лучше.
Просто отпадные.
- Помогите! На помощь! Слышит
кто-нибудь? На помощь!
- Вопи, сколько душе угодно.
Мне так
только приятней.
- Да что вам надо?!
Нет! Не надо!
- Ты меня подвёл.
- Я подрядчик. И делаю
оптимистичные прогнозы.
Я сделаю что угодно,
обещаю, я заглажу вину.
Сделаю, что пожелаете,
умоляю. Не надо.
- О людях судят по их словам.
- Ты что творишь?
- Не хочу потерять хватку.
У меня на наш
дуэт большие планы.
С самой смерти охотиться я
могу лишь на территории отеля.
И пусть его просторы и богаты, о твоих
возможностях я могу лишь мечтать.
- Где моя жена?
- Забудь о ней.
Я считаю, супруги
вечно отвлекают.
Вот моя, подозреваю, разрушила
мою карьеру, вызвав полицию.
Я, конечно, её простил, во имя
её бесконечных красот.
- Я должен найти Алекс.
Ты знаешь, где она.
- Ну конечно.
Я знаю всё.
У меня есть лишь
время и воображение.
Но мои следующие за
Десятью Заповедями планы
вознесут тебя в зенит
нашей профессии.
Слава ждёт тебя, Джон.
А я буду скромно стоять в тени.
- Скажи, где она,
или мечты не сбудутся.
- Быстро учишься.
Не ждал меньшего от
моего лучшего ученика.
Пойдём.
Тебя ждёт воссоединение.
- Что может очистить лёгкие лучше
пара от свежего блюда?
- Спасибо.
- Нельзя ссориться на сытый желудок.
Так весь день пойдёт насмарку.
- Вряд ли ты разбудил меня,
чтоб попить кофе.
- Ты говорила, что Холден -
галлюцинация.
- Соврала.
- Заверяла, что я схожу с ума.
- Это правда.
- Ты прятала от меня сына.
- Если ты не заметил,
он уже не тот, что прежде.
Я решила остаться с Холденом.
И скрыла это, боялась,
что ты переубедишь.
Я не жалею о содеянном.
- У нас ещё ребёнок есть.
- Про Скарлетт я не забывала.
- За всё это время
ты видела её дважды.
Она рассказала.
- А сколько раз ты ездил к бабушке?
- И не оправдаешься.
Мы её бросили.
Хуже родителей не сыщешь.
- Ну хоть в чём-то мы согласны.
Может, Скарлетт без меня будет
только лучше.
- Это ещё почему?
- Мы в беде.
Я совершила ошибку,
и Графиня призвала меня к ответу.
- Рассказывай.
- Стая диких детей высосала
из человека всю кровь.
Тебе есть что рассказать, Алекс?
- Я спасла пациента.
Макс умирал от кори.
- И ты его обратила?
А он обратил остальных. У тебя лишь
один шанс все исправить.
- Графиня грозилась убить
нас с Холденом, если я не справлюсь.
Знаю, это не твоя забота.
- Вы с Холденом - моя забота.
Что нужно делать?
- Тук. Тук-тук-тук. Тук-тук-тук.
Это Азбука Морзе, значит
"он поднимается по лестнице".
Хватайся за бусы, папуля.
- Господи.
Не ждала,
что так разнервничаюсь...
- Сынок уже устроился в номере.
И знает про бесплатные напитки.
Вон идёт за обещанным.
- Отлично. Пока-пока.
День добрый.
У нас час скидок.
Не бойтесь улыбаться.
Так что, желаете выпить?
- Конечно.
Давайте бурбон со льдом,
а после соду.
Я Дуглас.
- Зови меня Лиз.
И чем же...
Ты занимаешься?
- Работаю на одного парня,
владельца кучи складов.
В районе Дэнвера.
Компания приносит большие доходы.
Мне не перепадает.
Кстати,
красивое платье.
Сколько блеска.
Как они называются?
- Что?
- Ну...
Эти кругляшки.
- Эти?
Пайетки.
- А потом моя жена уговаривала
найти нового босса.
Сказала даже стать
боссом самому себе.
Представляешь?
- Ты что? Она дело говорит.
Невеста у тебя смышлёная.
- Да. Это так.
Но кредит мы...
С такими
закидонами не потянем.
У всех есть мечты. Сам знаешь.
Но нельзя просто всё бросить...
- Нет, ни в коем случае.
Я не согласна.
Давай дерзай.
Переезжай в Болдер и открой
ту компанию каяков.
- Что-то я тебя заболтал, прости.
Обычно я сам себе советчик.
Рос я с одной мамой.
Папа уехал.
Пропустил мой удачный сезон
в лиге Пи Ви.
Я не виню беднягу.
Буйный ему достался ребёнок.
- Ну что ты.
Не вини себя.
Уверен, у отца были причины.
- Если были, то я не в курсе.
Похоже, я о нём часто думаю.
Приехал сюда, чтоб
наконец с ним воссоединиться.
- Что ж,
выпьем за это.
- Да.
- Следующий - за мой счёт.
- Спасибо.
Может, в следующий раз.
- Буду рада.
- Опоздали.
Полиция нашла доставщика пиццы.
Дети давно убежали.
- Может, и нет.
Там кто-то есть.
Жди здесь.
- Привет.
Как тебя зовут?
- Кимми.
Я хочу к маме.
- Хорошо, Кимми.
Посмотрим, что с тобой...
- Не трогай её!
- Замри!
У тебя кровь.
- Всё хорошо.
- Стой!
Или придётся стрелять.
- Тоже мне, напугал.
Нас намного больше.
- Сказали же, не возвращайся.
- Кимми!
Пожалуйста! Вы должны ей помочь!
- Мэдди! Отойди.
- Ну-ка, подыши.
Готова?
Ну же, дорогая.
- Давай, Кимми.
- Оживи её!
- Без толку. Ну же, Кимми.
Давай.
Давай, Кимми.
- Что сидишь?
Помоги ей!
- Кимми уже не помочь.
- Ну же...
- Но у вас ещё не всё потеряно.
- Давно ваш муж пропал,
миссис Дрейк?
- В среду вечером. Считайте,
последним его словом было
"Согласен".
Я поднялась переодеться
и собрать вещи.
А он собирался выпить в баре.
Больше я его не видела.
- Я бы не стал паниковать,
миссис Дрейк.
Жених мог сдрейфить
и после церемонии - так бывает.
- Вы не знаете моего мужа.
Он очень
ответственный человек.
И ни за что
не бросил бы новобрачную и
своего сынишку подобным образом.
Что-то стряслось.
- Милая. Не знал, что у нас гости.
Я Уилл Дрэйк.
- Дорогой.
- Сэр, ваша жена решила,
что вы пропали.
- Пропал? Бога ради, ну что вы.
Я просто исследовал обновлённый
седьмой этаж и затерялся
в коридорах на два дня.
Пойдёмте, я вам покажу.
Моя жена всё спроектировала...
- Мы же не будем больше
отнимать время у полицейских.
Прошу прощения
за все неудобства.
Я...
Просто запуталась.
- Да.
- Рады, что всё кончилось хорошо.
- Счастливый конец, без всякой
мишуры и задержек. Спасибо.
Спасибо еще раз.
- Ты убила меня, сучка.
- Переживёшь. Ты меня взбесил.
Оскорбительные
высказывания о Бартоломью
я не снесу.
- Врёшь.
Ты с самого начала так хотела.
И что теперь?
Моё тело объявится в
каком-то грязном закоулке,
а ты завладеешь моей империей?
- Я хотела её распустить.
Перевести в наличные.
- Не забывай,
тебя нет в завещании.
- Это ты забыл.
Всё унаследует Локлен.
А его законным опекуном
ты назначил меня.
Я буду его наставлять.
- Только до совершеннолетия.
- Если оно наступит.
- Ты угрожаешь моему сыну?
- Детей я не убиваю, но могу
сделать его кровным родичем.
- Как та женщина,
что меня осушила в коридоре?
- После смерти ты заметно поумнел,
постарайся не сдавать позиций.
Иди навести нашего сына,
не то он расстроится.
Скажи, мы отменили
медовый месяц в Париже.
- Я же советовал не убивать
его в здании.
- Ой, все.
- Для вас готов номер
в конце коридора.
Я принесу еды,
вы наверняка голодны.
- Можем подождать
тут, пока не вернёшься.
- Я быстро.
- Ладно.
Пошли.
- Иди. Друзья тебя ждут.
- Не хочу.
- Шагай.
- Помогите! На помощь! Откройте!
Откройте!
Откройте дверь!
Макс!
Я же говорил не
доверять той сучке!
- Заткни пасть!
- Мамочка
почуяла закуски.
- Я как подросток, боюсь,
что нас застукают.
Мы разводимся,
секс как-то неуместен.
- А кто нас заставляет разводиться?
- Я.
Что-то изменилось с тех пор,
как я принесла бумаги?
- Всё.
Ты нашла Холдена.
- Ты изменился, да?
В глазах какая-то уверенность.
Ты собрался.
Наконец-то пришёл в себя, Джон.
Не могу.
Надо это переварить.
Пойду проверю,
как там Холден и дети.
Новый Джон Лоу меня интригует.
- Кончил внутрь или в грудь
ей выстрелил, как мне?
- Салли?
- Шлюхам всегда кончают на грудь.
Вот кто я для тебя?
Шлюха.
- Ошибаешься.
Всё не так.
Я говорил, что ты
для меня значишь.
- Да.
Говорил, что любишь меня.
Не смей это отрицать.
Я не врунья.
- Я и любил.
Но наши отношения -
как кайф от наркотиков.
Тот миг
кажется бесконечным.
Но всегда кончается.
- Нет.
Нет, дорогой.
Ты никогда не встретишь
такую, как я.
Джон...
Только не говори,
что ты этого не желаешь.
- Нет.
- Давай...
- Нет...
- Алекс - не ответ.
Она не знает тебя.
Не так, как я.
Как же она воспримет правду?
Узнав, что ты серийный убийца.
Думаешь, разрешит вернуться?
Примет тебя, как я?
- Я должен попытаться.
Ради Скарлетт,
ради Холдена.
- Врешь.
Всё это ради тебя.
Тебя.
- Ты права.
Я себя убеждал в обратном.
- Она тебя бросила.
Обманула.
Хотела вычеркнуть
из своей жизни.
А я была рядом пять лет.
- Прости.
- Я заслуживаю большего!
- Не подходи.
- Ты вернёшься, ублюдок.
Вот узнает, кто ты, тут же тебя кинет!
Или я сама прикончу эту тварь!
- В жизни не видела
такой роскошной вещи.
Спасибо, спасибо.
Напомните...
Как ей пользоваться?
- Ладно.
Жми здесь - пойдёт
холодная вода. А тут тёплая.
- Есть даже кнопка
для деликатной стирки.
- Боже! И не надо будет выжимать?
- Уже нет.
- Божественный день.
- Спасибо, что помогла
мне увидеться с сыном.
И что обеспечила
ему безупречный сервис.
- Ну?
Готовы?
- Думаю, да.
Мы определились с методом?
Таблетки? Пистолет? Нож?
- Примадонна.
Знай - твой сын уже давно
сидит в "Голубом Попугае".
Передать ему, что ты не придёшь,
раз собрался сыграть в ящик?
- Чёрт.
- Я хотел отнять у тебя минутку.
- Вот как.
С чего бы?
- Хотел сказать кое-что.
Мы с Дженис собрались в Болдер.
- Поздравляю!
- Спасибо, что направил
на верный путь.
- Я должна кое в чём признаться.
Задачка...
Совсем не из легких.
- Да ладно. Пап.
Это несложно.
Точнее...
Усложнять ни к чему.
Мама выдала пару намеков.
Я и...
Сообразил.
Предупреждала, что я тебя
не узнаю, но я узнал.
Ну....
смог увидеть.
- А я не вижу в тебе себя.
Как же мне повезло
вырастить такого
отзывчивого сына?
- Меня вырастила мама.
А ты ушёл.
Было обидно.
Может, поэтому
я легко признаю людей
с тараканами в головах.
Дженис меня понимает.
Даже когда я сам не
понимаю, что несу.
Я обещал ей
сегодня всё уладить.
И она рада за нас обоих.
- Тебя не беспокоит,
что твой отец - женщина?
- Я кое-чему научился,
когда в "Реальном
мире" умер Педро.
И учился дальше.
У нас полно времени
на беседы, Лиз.
Да и...
В моей жизни полно места
для ещё одной дамы.
- Боже правый. Обожаю глядеть,
как ты управляешься с ножом.
- Я не ждал звонка.
Думал, ты в Париже. Зарываешь
тело муженька в песке.
- Похоже, я слегка сглупила.
В тот миг насладилась, но
придётся разгребать кашу.
- Как я тебя понимаю.
- Мы и уехать не успели,
как повздорили чуток.
Я подбросила его Рамоне,
а она его сожрала.
- Да ладно?
Смотрела шоу без меня?
- Не злись.
Можем на выходных
кого-нибудь подкинуть.
А пока
для тебя есть задание.
- Слушаю.
- Ты должен
вытащить тело Уилла.
А то оно сгниет.
А Рамону лучше
вернуть в железную деву.
- Не вопрос.
А пока я подбираю за тобой,
может, и ты мне подсобишь?
- О чём речь?
Что ты натворил?
- Скинь своему парню
СМСку и его спроси.
Погоди-ка, точно.
Он СМС не осилит.
А про видеозвонки и речи нет.
- Открыто.
Погоди секунду.
Я не знала точно, что мы выбрали,
и приготовила подборку. Налетай.
- Господи.
Ты торгуешь оружием?
- Всё.
Я думала, раньше закончу.
Но наконец оно готово.
- Что?
- Видео, посвящённое мне.
Никто мне дифирамбов
петь не будет,
так что
я решила сама себя обессмертить.
Скажи, что думаешь, и не лукавь.
- Столько трудов.
- Да.
Я хотела послать луч надежды
троим читателям в инстаграме.
Что ж.
Я готова.
За дело.
- Я думаю...
Пусть лучше шимпанзе
идёт после радуги.
Совпадёт со строчкой
"Всегда удивляйтесь жизни".
- Время тянешь.
- Мой Дуглас
только что пригласил
меня в свою жизнь.
- Значит, выбываешь.
- А вдруг у него появятся дети?
Я стану бабушкой, Айрис.
- Ну, я всю жизнь
провела в одиночестве.
Все, кого я любила, меня бросали.
Зачем тебе делать исключение?
- Слушай, Айрис.
Мы с тобой - женщины
не первой молодости.
И выстрадали больше,
чем заслуживали.
Чёрт подери.
Да мы землю
должны унаследовать.
Этот отель должен стать нашим -
мы его приукрасим, наполним надеждой,
как в твоём видео с радугами.
Отель "Мэриголд":
лучший из экзотических.
Мы заслуживаем второй шанс.
Блистательный,
ошеломительный финальный номер.
Моя подруга.
Лучшее ещё впереди.
- Обратного пути не будет.
- Папа!
- Холден! Боже!
Не представляешь,
как долго я этого ждал.
- Пять лет.
- Да.
Таким я его и помнил.
- Таким он и останется.
- Пора вернуться домой.
- Джон!
- Кто это?
- Иди дальше.
- Я тебя прикончу!
Душой клянусь, я тебя прикончу!
Джон!
- Ты не убежал.
- Зачем мне это?
Ты бы всё равно нашла.
- Его я найти не могла.
Почти сто лет.
Не знала, погиб
он или бросил меня.
Оказалось, ни то, ни другое.
Всё это время он был заперт здесь.
- Не один, знаешь ли.
Все мы тут застряли.
Хоть сейчас он свободен.
И на сей раз ты знаешь,
что он тебя не бросал.
- Ты этого хотел, Донован?
Потому и совершил этот кошмар?
Потому что мечтаешь о свободе?
- Похоже на то. Я знаю,
что это значило.
Понял, чуть только
взглянул на него.
Кем он был для тебя.
И кем я стать не мог.
- Он меня обратил!
Сделал мной!
Всем, чем я являюсь!
- А ты создала меня.
По его образу.
- Да. Так и есть.
По крайней мере, попыталась.
Думала,
что без него не выживу.
Ты им никогда не был.
И никогда
не смог бы им стать.
Вот и решил его угробить.
- При первом же шансе.
- И знал, что я
вернусь тебя убить.
- Да.
- Значит, тебе наплевать.
- Вовсе нет.
Конечно, не наплевать.
Просто я не против.
Только убив меня, ты позволишь
мне себя любить.
Я не вижу другого пути.
- Мой прекрасный мальчик.
Готов пожертвовать всем
ради моей любви.
Какое же чудо я создала...


Серия 11

- Она вернулась.
Только зашла в вестибюль. Рассеянная,
будто её что-то тревожит.
- Значит, самое время.
Готова, подруга?
Ну что ж.
Выступаем.
Сверкая стволами.
И неудержимо.
Когда она падёт...
- Боже...
- Мы не дадим ей подняться.
- Хорошо.
Стой!
Вашу мать.
Донни! Ну
зачем ты так поступил?
- Вы меня убили...
- Нет, дорогой.
Мы в неё целились.
- Айрис. Надо её найти и добить.
- Я не брошу своего сына!
- Нельзя мне здесь сдохнуть.
- Ты не умрёшь. Я не позволю.
- Уже поздно. Прошу,
вытащи меня отсюда.
Здесь...
Я застряну с её бывшими.
- Хорошо.
Давай. Пошли.
- Так...
На что уставились? Шагайте.
- Я спасён?
- Да.
Да. Спасён. Бояться нечего.
- Спасибо...
Мама.
5 ПОЧИТАЙ ОТЦА ТВОЕГО И МАТЬ ТВОЮ
3 НЕ ПОМИНАЙ ИМЯ ГОСПОДА ВСУЕ
6 НЕ УБИЙ
4 ПОМНИ ДЕНЬ СУББОТНИЙ
ЧТОБЫ СВЯТИТЬ ЕГО
9 НЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВУЙ
10 НЕ ЖЕЛАЙ ЖЕНЫ БЛИЖНЕГО СВОЕГО
8 НЕ УКРАДИ
7 НЕ ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЙ
1 ДА НЕ БУДЕТ У ТЕБЯ ДРУГИХ БОГОВ
2 НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА
- Держись. Осталась половина пули.
Тихо!
- Ты меня спасла.
Зачем?
- Ты мне нужна.
Хоть ты
меня не бросишь.
Пуля попала в бедренную артерию.
Ты потеряла много крови.
Я все вены
и артерии назубок знаю.
- Иглой с ниткой орудуешь
не хуже Эдварда Секстона.
- Не зря меня зовут
Подкожной Салли.
Ты ведь меня не оставишь?
Все от меня уходят.
Пообещай,
что ты не бросишь меня.
- Никуда я не уйду.
- Славно.
Росла я с одним пацаном,
Хуаном Моаканда.
Я ему первая подрочила.
Мы жили в Долине.
В общем...
Вырос он и стал
крутым наркодилером.
Охрененный был товар.
Я его продавала.
Завела кучу друзей...
И все они ныли:
"Мне плохо, Салли.
Дури достанешь, Салли?"
Все,
кроме Ника Харли и Тины Блэк.
- Музыкантов?
Я видела их однажды.
В Трубадуре.
Почти достойно играли.
- Чего?
Они были круты.
И добры ко мне.
- Записываем.
- Хорошо.
- Они любили мои песни.
- Поехали.
- Видели во мне талант.
- Три, четыре...
- Да, детка...
- Вырежу это и пишем дальше?
Или сначала?
- Не знаю. Как по-твоему, Салли?
Песня - твоя, как-никак.
- Горячо вышло.
Оставьте.
- Салли, ну ты и извращенка.
Люблю тебя!
Есть что на руках?
- Всегда.
- Тогда на сегодня всё.
Найдём местечко
и отрубимся на хрен.
- Они видели
во мне артистку.
- Самый просторный номер
для нас с племянницами.
- Тут все номера одинаковые.
И придётся оставить залог.
- Какого хрена? По обложке судите?
- Гранж означает "мусор". Такое
название жанра о многом говорит.
- Да, такой нынче рок-н-ролл.
Лак для волос и
спандекс - в прошлом.
- Только голыми не садитесь
нигде без полотенца.
Поэты гадят так же,
как мы, простолюдины.
Кстати, "Шаут ат зе Дэвил" -
непризнанный шедевр.
- Давай.
- Да... Да...
- Ну же! Давай! Говорят, ощущение -
будто от вечного оргазма.
- И больно до жути.
- Отлично. Напишу об этом песню.
- Вытащи, я хочу посмотреть.
Войдёт легко.
Я зову его "Жирной веной",
ясно, почему.
- Боже.
Хочется залезть в ваши
шкуры и мастурбировать.
- Мы должны быть близки.
Как будто мы одно.
Тогда и выпустим хит.
Настоящий.
- Я знаю, как нам
сблизиться. По-настоящему.
Вы мне доверяете?
Не знаю, как это
пришло мне в голову.
Я просто...
Так жаждала
с ними сблизиться.
Безумно их любила.
Скажите: "Я люблю тебя".
Не хотела никогда их потерять.
Скажите, что меня любите. Да.
Скажите, что любите.
Нет... Нет-нет... Нет, нет!
Боже. Боже. На помощь!
- Похоже, трупы.
Ну, почти.
- Позовите врача! Им нужна помощь!
- Я им вряд ли помощница.
Скоро они начнут гадить,
тогда и вернусь.
- Пожалуйста!
- Вывести посмертные экскременты -
та ещё задачка!
- Нет! Нет, умоляю,
помогите! Пожалуйста!
Я постаралась на славу.
Они не могли меня оставить.
Целых пять дней.
На второй день появился он.
Три дня он пытал меня.
Я не могла больше терпеть.
С тех пор
тут я и осталась.
Только здесь я почувствовала
себя дома, познала счастье.
- Да у тебя комплекс брошенки.
- Потому я и спасла тебя.
- Я польщена.
- Но ты мне нахрен не сдалась.
Мне нужен Джон.
А он свалил
со своей бой-бабой.
И твоим
милейшим дитём-ангелочком.
Я хочу, чтоб он
вернулся в отель.
И здесь сдох.
Остался со мной навеки.
Так что...
И всё это устроишь
за меня ты.
- Ты слегка опоздала.
- Да вылечу я тебя.
Принесу крови,
сколько пожелаешь.
- Нет. Кровь людей не поможет.
Нужна
моя кровь.
Можешь привести Донована?
Он меня прокормит.
Буду брать по чуть-чуть,
пока не поправлюсь.
- Донован мёртв.
Красивый был мальчик.
- Помнишь, где твоя комната?
- Я покажу.
- Есть хочешь?
Может, фруктов?
- Они сгнили.
Давно вас не было дома?
- Слишком давно.
Холден вернулся,
и всё будет как прежде.
Мы снова семья.
- И как вы это бабушке объясните?
Холден совсем малыш.
Хотя должен быть старше меня.
- Бабушке можно
и не говорить.
Это наш секрет.
- Главное для нас -
пить лекарство.
Тогда будем здоровы.
- То есть, пить кровь?
Как у Джаспера?
Вы и меня съедите?
- Нет, конечно.
Ты в безопасности.
- И что вы будете есть?
- Этим я займусь.
Ты ни о чём не волнуйся.
- А они тут зачем?
- Тебе стало хуже.
Излечиться ты не можешь.
Сама сказала, тебе нужна кровь.
Твоя кровь.
- Нет.
Должен быть другой путь.
- Вариантов у тебя немного.
А доза нужна.
Срочно.
- Они это не переживут.
Лучше умру я.
- Так ты никого не спасёшь.
Что по-твоему будет с детьми?
Айрис и Лиз их
мигом прикончат.
- Нет! Умоляю!
Нет, я не могу! Нет!
- Ничего, мам.
Позволь нам помочь.
- Нет...
Пожалуйста, не надо...
Нет! Нет!
- Сжег всё-таки.
- В большом отеле
большая печь.
- Спасибо.
Нельзя же было его по жёлобу
со всяким мусором спустить.
- Да ни за что.
- Она не показывалась?
- Ещё нет.
Понадеемся,
что забилась в уголок и сдохла.
- Это вряд ли.
- Верно.
- Я хочу побыть одна.
Донован...
Милый мой малыш.
Ты всегда был тот еще гаденыш.
Я твердила, что злоба
в тебе от отца.
Но это не так.
Это - исконно моя черта.
Мы были так похожи.
Может,
потому и не смогли сблизиться.
Но я правда любила тебя.
Богом клянусь, любила.
- Как самочувствие?
- Оставь меня.
- Боженьки.
Случилась неприятность?
- Избавься от каждой его крупицы.
- Господи.
И кто это был?
- Мой сын.
- Снова собрать в урну?
- Нет.
Пропылесось.
- А где же мешок?
- Он без мешка.
- Сейчас всё мигом приберу!
- Это точно хорошая идея?
- Обратного пути нет. Мы её не убили,
другого шанса не будет.
- Да чуть выпустишь,
она меня раздерёт.
- Мы с Рамоной давние подруги,
гарантирую, она как минимум
меня выслушает.
И у нас общий враг.
Надеюсь, это загладит вину
за твои недавние ошибки.
- В общем, мы отчаялись.
- Просто других вариантов нет.
Укажем ей на Графиню
и уйдём с дороги.
- Разве не идеальный план?
- Что…
А это тут откуда?
- Сколько их тут...
Господи.
Несчастная душа.
- Из них всё до капли высосали.
Мясокомбинат какой-то.
Беги!
- Господи!
- Ни шагу дальше!
И не смейте ничем
в меня целиться.
Итак.
Графиня вас подослала
меня добить?
Игра не окончится,
пока я не скажу.
Лиз Тейлор.
Ты с каких пор Графине служишь?
- Нет. Вовсе нет. Все мы -
против Графини.
- Она - вряд ли.
Сучка, заперла меня в той дыре,
морила голодом и жаждой мести.
Твоя кровушка доставит мне
двойное удовольствие.
- Говорила же.
- Нет.
Она нужна нам.
Только вместе мы избавим это
место от гнета Графини.
Избавим всех нас.
Ну же, дорогуша.
- Никаких "дорогуш".
Меня ранили,
вырубили и заперли на замок.
Но сейчас мамочка всё расставит
по своим местам.
- Рамона.
Зря я не поверил твоим
словам о Графине.
Но мне тогда любовь
все мозги съела.
Прошу,
прости меня.
- Понимаю.
Но видишь ли,
я сейчас сама не своя.
Я выпила много,
и всё же мне не по себе.
- Мы это исправим.
Могу предложить
чистые запасы Графини из ложи.
- Сдался мне ваш детский аспирин.
Я должна забрать жизнь,
чтобы ожить самой.
- Ну, это мы тоже можем устроить.
Нельзя просто выйти на улицу
и кого-то грохнуть.
- Есть другие идеи? Я слушаю.
- Здрасьте!
Есть тут кто?
Вы тут работаете?
- Ужин подан.
Бронь есть?
- Да. Только имя. Квини.
- Точно. Вот ты где.
Проведёшь у нас три ночи.
- Одна в дороге?
- Одинёшенька.
- И что же тебя привело
в Лос-Анджелес?
- Дрю Кэри.
Я выиграю кучу денег
на "Верной цене".
- Волшебно.
- Точно.
- Ну, понадеемся,
тебе выпадет удача.
- Это уже гарантировано.
Только между нами,
моя верховная поработала над
моим билетиком. Он зачарован.
- Знакомое лицо, я тебя видел.
На Си-эн-эн.
Ты - одна из тех ведьмочек!
Господи.
Потрясающая история, у
них там целая стайка.
Настоящий шабаш,
ходят в чёрном, творят заклинания...
- Боже правый.
Надеюсь, для этого
не пришлось вызывать Сатану.
- На такую ерунду
можно и обидеться.
Мы такими родились.
В нас течёт древняя кровь.
- Кровь?
Вот как?
Потрясающе.
Лиз,
может, пройдёшь наверх и проверишь,
есть ли в её номере всё необходимое?
- Ну конечно.
Уже бегу.
Мигом вернусь.
- Мрачноватая тут аура.
- Это из-за предыдущего постояльца.
Автомат со льдом - в коридоре,
местные звонки бесплатные.
- В ванной полно пушистых
полотенец, так что всё готово.
- Не...
У меня плохое предчувствие.
Можно мне другой номер?
- Мы, считай, забиты.
Но я проверю внизу.
- А пока освежись. К записи
же всё должно быть идеально!
- Блин, давно ты к
дерматологу ходила?
Так, ты явно обдолбалась. Чё те надо?
- Крови.
- Ты явно не в курсе,
с кем связалась.
Так точно.
Я - живая кукла-вуду, сучка.
Любой удар скажется на тебе!
- Да ты сраная ведьма!
Кровь ведьмы даст мне силу.
- Я тебе не протеиновый коктейль!
Чё, сдулась?
Нет идей?
Ещё этого не хватало,
чтоб какая-то мерзкая психованная
вампирша в красных пятнах
отнимала у меня
драгоценное время.
Я в отпуске, коза!
Меня ждёт "Верная цена"!
Иди к чёрту!..
Как так?..
- От твоей магии никакого
толку, дорогуша.
Видишь ли, я уже мёртв.
Ты может и ведьма,
но я - призрак.
Печальная потеря.
У неё был талант
к тёмным искусствам.
- Ты ещё кто?
- Джеймс Патрик Марч.
- Были причины мне помогать?
- Ты должна убить Графиню.
- Как по мне, ты и сам справишься.
- Загубить мой единственный
шанс на счастье?
Ни за что.
Она должна умереть в этом отеле,
но не зная, что я причастен.
Только у тебя хватит сил.
Тогда она привяжется
к "Кортесу".
Она собралась сбежать навеки,
я этого не допущу.
Пей, дорогая.
Тебе нужно
набраться сил.
- Клянёшься, что весь месяц
не принимал наркотиков?
Я коп.
Могу проверить. Ты меня вынудишь?
Алекс?
Есть кто?
Алекс!
Скарлетт!
- Здравствуй, Джон.
- Ты?
Куда ты дела моих родных?
- Я их и пальцем не тронула.
Сам знаешь, я тут застряла.
- И больше всего жаждешь,
чтоб я застрял здесь
вместе с тобой.
- Это верно.
Я бы стукнула тебя молотком прямо
на пороге, но он не позволил.
- Марч. Моя семья у него?
- Ты дал ему обещание, Джон.
- Где они?
- Последнее убийство,
и я отведу тебя к семье.
За них не бойся.
Пока.
- Он не отстанет,
пока не получит, что хочет.
- Заповедь "Не убий".
Осталась только она.
- Надо найти убийцу.
- Вряд ли это тебя затруднит.
- Ничего себе!
Ненавижу женщин, которым больше
идут мои платья.
- Знаю, знаю.
Мне бы в кино сниматься,
да аллергия на пленку.
- Ну что,
мы тебе подготовили аксессуары.
- Мне всё это ни к чему.
В моих венах течёт кровь ведьмы.
- Это бесценная возможность.
Графиня ранима, как никогда.
- Не нужно меня уговаривать, сёстры.
Пришло время мне
подняться, а ей -
пасть.
- Тебя выдаёт не Шалимар,
а твоя кровь.
Ни у одной другой женщины кровь
не пахнет грецким орехом.
- А от твоей до сих пор несёт
чёрным дерьмецом.
- Выглядишь ослепительно.
Чем же ты питалась?
- Только что отведала ведьму.
- Неужели?
- По венам будто бегут
медведи гризли.
Чувствую силу.
- Её достаточно, чтоб одолеть меня?
- На тебя в моих венах хватит
даже Мишки Йоги.
- И полагаю, заключение в том
коридоре не смягчило твою ненависть.
- Каждый день в своих фантазиях
я приходила сюда тебя прикончить.
- И на чём ты определилась?
Ты никогда
не любила спешку.
- Ещё не решила.
Планы - не по моей части,
я предпочитаю импровизировать.
- Даже без сил я победитель.
Может, ты и победишь, но не уйдёшь от
сюда без тяжёлых неисцелимых увечий.
- Лапшу на уши вешаешь?
- Думаю, все мы считаем себя либо
благословлёнными, либо проклятыми.
Теперь я вижу, ко мне
это не применимо.
Я сама - проклятье.
Все, кто подходит ко мне хоть
на триста метров, покойники.
И не дай боже
кто-то подойдёт совсем
близко и коснётся.
Конец будет ужасен.
- На жалость давишь, что ли?
- Я хочу извиниться.
Мне это в новинку,
не будь так строга, сучка.
Что если я передам
тебе отель?
- Компенсация за двадцать лет ада?
- Мне тут нравилось,
я не чуяла угрозы.
Но теперь знаю -
это потому, что в окружении
своего горя жить очень удобно.
Не хочу больше
здесь находиться.
- Сложно убить тебя,
когда мы так близки.
Легче вырвать твоё сердце из груди и
сожрать, видя в тебе лишь чудовище.
- Какая волшебная смерть.
Эротичная.
Я хочу убраться отсюда.
Только малыш и я.
Ну или убей меня.
Только сначала трахни.
- Ну же, награди себя улыбкой, Джон!
Десять заповедей. Каждая жертва -
достойный представитель своего греха.
И последний...
"Не убий".
Полагаю, на этой полке место нам
двоим, но твой выбор вдохновенен.
Даже я не смог бы придумать лучше.
Разве ты не гордишься нашим
мальчиком, Салли?
- Я всегда знала, что он избранный.
- Каково тебе, Джон?
Правда же, будоражит?
- Да...
- Истинное ощущение завершённости.
- Я завершил дело.
- Нет! Нет!
- Нет! Его место - со мной!
- Он нужен мне живым, снаружи.
На кону не только
твои женские капризы.
У меня на него большие планы.
Прекрати, не то мой демон
пристанет к тебе навеки.
- Хватит планов.
Отведи меня к родным.
- Джон! Джон!
- Вы помните первый раз,
мисс Эверс?
- Вы про интим с противоположным
полом?
- Про то, как вы осознали,
что вы призрак.
- Ну... я очень испугалась,
пришла в замешательство.
Но вы помогли мне собраться.
Вы - мой кремень, мистер Марч.
- Да, да...
Графиня ровно так же
сорвётся с якоря.
И мы обязаны
предоставить ей балласт.
Всё должно быть идеально.
Что на ужин?
- Сушёное мясо на гренке.
- Для моей королевы?!
Это возмутительно!
Дорогая, ты выглядишь ослепительно.
Проходи.
Возьми меня за руку.
С новым положением нельзя
так сразу свыкнуться.
Как ты себя чувствуешь?
- Боли нет. Но...
И страсти тоже.
Нет страсти, нет огня.
- Страсть была у вас перед носом,
стоило только раскрыть глаза.
- Мне хоть не придётся провести
вечность в теле грушевидной мымры.
- Ну да. Что же...
К превратностям твоей новой
жизни непременно привыкнешь,
спустя пару разочарований.
Таких как невозможность
ступить за порог этого отеля.
Но подчёркивать
наши ограничения нет смысла.
Считай это благословением.
Ведь мы воссоединились,
любовь моя.
Один этот факт сотрёт
множество грехов.
Я наконец могу простить,
что ты сдала меня полиции.
- Я тебя не сдавала.
- Не нужно больше
уклоняться, дорогая.
Осталась на земле
лишь наша сущность.
- Я не лгу.
Захотела бы -
сама бы тебя прикончила.
- Тогда кто?
- Почему ты осталась?!
Почему не смылась?
Знала же я,
что тебе тут наскучит.
Почему твоя смерть всё
же здесь случилась?
Это сделала я, я!
Хотела,
чтоб вы были моим.
Я оставила платок для полиции.
Знала, что они придут.
И что на арест
вы не согласитесь.
Я хотела, чтоб мы умерли
вместе.
Чтоб вы увидели, как глубоко
я вам предана.
А она...
Презирала каждый миг вашего
навязанного присутствия.
Я с радостью стояла подле вас.
Готовая служить,
вкушая каждое ваше слово.
Неужто вы не видели ни
одного знака моей любви?
Неужели ничего не чувствуете?
Теперь-то вы видите?
Я раскрыла своё сердце.
Столько лет терзалась молчанием.
Скажите хоть слово, мистер Марч.
Дайте мне отраду.
- Поди прочь.
Ты
изгнана из моего окружения.
- Я...
Ощущаю
странную свободу.
Впредь не буду прислуживать вам
и вашей шлюхе.
- У тебя ничего нет.
Чем же тебе еще заниматься?
- В раю и на земле
гораздо больше пятен,
чем ты придумала в
своей философии.
- Тост.
Как же я счастлив
видеть тебя за столом.
И не раз в месяц.
Отныне...
И пока солнце не падёт с небес,
а в раю не забушует пламя.


Серия 12

- Поначалу у нас были такие большие надежды.
Предыдущие владельцы - трупы,
так что отель перешёл
в новые руки - наши.
Но мы намеревались
переделать "Кортес" под себя.
Видели в нём не простой отель.
Мы амбициозно надеялись
стать семьёй одиночкам,
дать кров замёрзшим,
стать оплотом признания.
Таков был наш идеальный финал...
- Здравствуйте.
- Добро пожаловать в "Кортес".
Не распишетесь в гостевой книге?
- Конечно.
- Позвольте предложить шампанского?
- Я не против.
- Это критики с того сайта...
"Трип Адвенчерз".
Видимо, слыхали
о нашем роскошном открытии.
- Знаю.
Что, по моей нелепо любезной
улыбке не видно?
- Что за острый запах?
- Шалфей. Очищает дух.
- Я проведу вас в номер.
Чтобы отполировать такой кристалл,
как "Кортес", нужны не только деньги,
которые мы получили с продажи
множества картин Графини.
Нужны были четыре звезды
в интернете.
А этого нам не хватало.
- Не все этажи отремонтированы,
но это - один из новых номеров.
- Египетский хлопок?
- Четыреста нитей на дюйм.
- А мини-бар?
- Тоники для разбавки -
за счёт заведения.
Если что понадобится,
просто позвоните.
- Спасибо.
- Наслаждайтесь.
- А ты мимо пройти собиралась.
- Так убей меня.
Да они издеваются?
Это же "ТотоНеорест 700"!
- Волшебный японский
унитаз с подмыванием.
Всю жизнь мечтал.
- Так и хочется посрать, правда?
- Вы ещё кто?
Как сюда забрались?
- Признаю,
миленький номер.
Они изрядно раскошелились, лишь бы
всё что можно преобразить.
От матрасов избавились, особенно
от тех, что я вспорола.
От ковров,
которые много лет
впитывали мочу и кровь.
Даже мебель поменяли.
Но знаете,
что они выбросить не смогут?
Боль.
Потому что я всё ещё здесь.
- Вам придётся уйти.
- Господи! Господи!
Полиция!
Какая-то чокнутая убила
моего коллегу!
Господи! Боже! Уилл Дрэйк!
Умоляю,
помогите мне!
- Нет-нет, это ты мне поможешь.
Я в этой игре убийц новичок.
Это так интересно!
- Твою мать.
Вторая там в коридоре.
- Чёрт.
Надо это прекратить.
Он запачкал новый ковёр.
- Да, у нас проблемы.
Если духи и дальше будут грохать
людей, звёзд у нас будет ноль.
- Пора нам провести собрание.
Здравствуйте. Всем привет.
Спасибо, что пришли.
- Простите, я так поняла,
теперь вы тут заправляете.
Я хотела поменять номер.
- Дорогуша, ты призрак.
Заселяйся где душе угодно.
- Это да, но беда в том,
что, выбрав номер и усевшись
за эротическими новеллами,
я не могу знать заранее, не
помешает ли мне зашедший постоялец.
Да, это Лос-Анджелес, но я женщина
старомодная, и люблю уединение.
- А мне в кайф, когда они заходят.
Как бесплатная порнуха.
Любители - это круто.
- У вас тут шведская семья?
- Ну да. Мы к Лесорубу сначала
клеились, но он гей.
- Прошу, послушайте. Это важно.
И касается каждого из вас.
- Мы просим вас
перестать убивать
постояльцев отеля.
Знаю, не все вы этим занимаетесь,
но мы тут строим нечто особенное.
Достойное
место для отдыха.
- На Карсон зазвали
футбольные команды.
Это в двадцати минутах по шоссе.
Наш отель могут забить доверху.
Но если пойдут слухи, что постояльцы
исчезают, бизнесу это явно повредит.
- Пошла ты, Айрис.
Ты тут самая заядлая убийца.
Кровопийца.
- В прошлом было дело, но сейчас
я пью лишь кровь доноров.
Все убийства в этом отеле
совершает ваш род.
- Как-как, простите?
Что ещё за "наш род"?
- Давайте называть вещи своими
именами - ты ведь про нас с Уиллом?
Ву слишком
занят шведской рыбкой,
ему не до людей.
Марси либо киску теребит,
либо ноет целыми днями,
дровосек хандрит,
а новые хипстеры требуют
кудрявую капусту.
Только мы с Уиллом ещё тащимся
от настоящих проказ.
- И мы не остановимся.
Прикончить кретина, который зря тратит
кислород - вот величайший кайф.
Я мёртв,
но впервые чувствую
себя таким живым.
- Прекрасно сказано.
И не могу не согласиться.
Но здесь я вынужден поддержать
Клеопатру и её подругу.
- Да ладно.
Ты-то против убийств?
Всё равно что полковник
Сэндерс против курицы.
- Не знаком с вашим другом-военным
и его любовью к птице,
но дни моих убийств сочтены.
Я считал библейские убийства
началом моей работы,
но оказались они эпилогом.
Факел передан.
И для меня работа завершена.
Но это решение - практичное,
без примеси эмоций.
Это - наш дом.
Признайтесь, другого у нас нет.
Никому не известно, что нас ждёт
впереди, если этого места не станет.
Быть может, без защиты этих стен
всем нам придётся пройти дальше
и встать перед судом создателя.
- Если не продержимся
на плаву, как знать...
Либо продадим здание,
либо нас выселят.
- Чепуха. Я выкупил это место.
Мои адвокаты будут оплачивать налоги
и содержание, пока будут средства.
- Их ненадолго хватит, ковбой.
Знаю, при жизни твой
бизнес стоил состояние,
но самолюбие помешало тебе
найти другого дизайнера.
Ты пропал, и работ не осталось.
Весь твой сраный
домик уже сгорел.
У тебя на счету копейки.
- Бред! Ты нагло врёшь!
- Довольно! У нас тут не
демократия и не палата лордов!
У нас корабль на море, и ваш
капитан, дорогие духи, - я!
Так что слушайте, приятели.
У министерства внутренних дел
США шесть критериев для того,
чтобы назвать место
историческим памятником.
Этот отель подходит по всем пунктам.
Не хватает лишь одного - времени.
Возраста.
Двадцать третье августа 2026.
Тогда исполнятся сто лет
со времён постройки отеля.
И в тот день мы получим достойное
звание исторического памятника.
Его никому не удастся снести.
Убийства нужно прекратить.
- Да чёрта с два.
Не все мы можем выйти
в мир в поиске компаньона!
Я не перестану собирать души,
пока не найду свою родственную!
- Не хочу принимать жёсткие меры,
но мы оба знаем, что я
способен тебя обуздать.
Забыла, что было,
когда ты меня ослушалась?
Ну что ж, договорились.
- После смерти не должно быть
правил, иначе в чём смысл?
Это единственное спасение!
Да плевать, пусть сносят
всё и шлют нас в ад.
Хуже, чем сейчас, не будет.
Уйди.
- Дополнительная бутылка шампанского
нашему давнишнему ВИП-постояльцу.
Это у нас ты.
- Не чеши языком зря.
Я знаю, что ты задумала.
Другие может и поведутся на
лживые интриги, но не я.
- Хорошо. Ну и хрен с ним.
Какая же ты одинокая, жалкая тварь.
- Ну вот, это на тебя похоже.
Теперь вали из моего номера.
- Не надоело тебе источать желчь?
Я хочу помочь, Салли.
- Сказала женщина,
которая выбросила меня из окна.
- Это правда,
каюсь.
Мне жаль.
Искренне.
Но застревать в прошлом
нам обеим смысла нет.
Ты сама не своя с тех
пор, как Джон ушёл...
- Берегись, Айрис.
Я могу тебе засадить нож для
льда в глотку в любую минуту.
- Ты любила его.
Так, как умела.
А он от тебя отвернулся.
После всех твоих стараний.
Это я могу понять.
- Ни хрена ты не понимаешь
обо мне.
О моей боли.
И пар я выпускаю,
лишь утянув других
людей за собой.
Давая им познать
крупицу моей боли.
Хоть так я не одинока.
- Неужели не видишь?
Все твои жертвы...
Это лишь пластыри.
Что если я предложу тебе более
долгосрочное средство?
Так у тебя появится будущее.
- Какое ещё будущее?
Я мертва.
- Ты жила в мире тысяча девятьсот
девяноста четвёртого.
Времена изменились.
"Кортес" рад предложить бесплатный
вай-фай в каждом номере.
Вот твой билет в приключение.
Ну же, открой.
- И что мне с этим делать?
- Прошое нельзя изменить,
но можно двигаться
дальше и жить.
- И что? Я буду призраком
в этой машине?
- Именно так.
Смотри.
Я всё загрузила.
Есть и Твиттер,
и инстаграм, и фейсбук.
Чтоб стать частью мира,
необязательно в него выйти.
В наши годы одиночество
можно излечить.
Навсегда.
Целый мир жаждет
тебя принять, Салли.
Надо лишь окунуться.
- Салли запрыгнула во всемирную
паутину, как рыбка в воду.
- Все её действия будто
источали поток электричества.
Ей отвечали люди со всех точек
земного шара.
- Толпами. И просили ещё и ещё.
Восхищённая публика приняла её
с распростёртыми объятьями,
отчаянно желая связаться.
Вникая каждому слову.
Отвергнутая девчонка вдруг
стала королевой бала.
Она могла сказать
что угодно, оголить душу.
Её одинокий голос сплёл
собственную кибер-субкультуру.
Безопасную гавань.
Она грелась в лучах обожания,
и безразличие к миру наконец потеряло
свою прелесть.
- Ещё один?
- Давно я мёртв?
- Больше года.
А у тебя какие ощущения?
- Будто я не существую.
- Потому ты и решил взяться
за убийства?
- Я и не знал,
что мой бизнес прогорел.
- Ну, он не прогорел, а горит.
- И что с ним стало?
С фабриками?
Магазином на Родео?
На пятом Авеню?
- Производство одежды прикрыли,
но на духах и очках
ещё выезжают.
А существуешь ты
вовсе не в пустую.
Пока мир существует, и в
нём растёт твой сын, ты
что-то значишь.
- Спасибо, что ему помог.
- Тэтчер - одна из
лучших школ в стране.
А Охай - круглый год прекрасен.
Пусть он приезжает
тебя повидать.
- Нет.
Нет.
Здесь не место
юноше.
Столько смерти.
Не хочу, чтоб он ей отравился.
Пусть мне без него и тоскливо.
- Позволь сделать предложение.
- Ты прекрасен, но не в моём вкусе.
- Наши духи, из тех, что не ноют
целыми днями, осознают, что,
дабы почувствовать магию
причины-следствия, нужна цель.
Твой дом моды был эпохален.
Ты - икона.
- Мой дом моды катился к чертям
и до моего "исчезновения".
За десять лет ни
одной оригинальной мысли.
- Мы в Калифорнии.
На земле преображений.
Посмотри только,
как это место преобразило меня.
- И где же я по слухам?
- Всякое говорят.
То ли лечишься от
зависимости, то ли болен,
спятил,
каждая версия
скандальней предыдущей.
По правде,
пиар чудесный.
Публика обожает загадки.
Рисуй.
Создавай.
Вернись в этот мир.
- Управление ателье -
это не просто рисунки.
Тут как нигде нужно лицо.
Да ладно...
- В прошлой жизни
я был продавцом,
а в этой я - мать стиля.
Царапни,
и из меня потечёт Диор.
Да и разве обязательно
объявлять тебя трупом?
Может, ты нашёл себе укромное
местечко, как Говард Хьюз,
только без сумасшествия.
У нас получится.
Пройдя в зал заседаний
на двенадцати-сантиметровых Гуччи...
Можно понять, чего
требует этот бизнес.
Нужно соблюдать баланс, обдумывать
каждый шаг, и следовать импульсам.
Так ты возвышаешься.
Господа.
Я Лиз Тейлор.
Мистер Дрэйк послал меня, чтобы
вывести эту компанию в будущее.
- Пока мистер Дрэйк не соизволит
появиться перед советом лично...
- Уверяю, мистер Дрэйк уполномочил
меня действовать от его лица.
- Что ж, я ваш авторитет не принимаю.
- К сожалению, придётся.
Я встретился с Уиллом Дрэйком в
отеле "Кортес". Всё официально.
У мисс Тэйлор есть все полномочия
говорить от его лица.
- Вы уволены.
Итак, господа...
Я знаю, каково это - перерождаться.
Слушайте
и учитесь.
- Нет! Я не могу!
- Вдохновение...
Можно найти повсюду.
Нужно лишь вглядеться.
Мы с Уиллом предоставили друг другу
творить своё волшебство в одиночку.
Его исчезновение
оставалось загадкой.
Он мало давал публике, так
что её запросы повышались.
Показы были эксклюзивными
и экзотичными:
мало приглашений, весьма
необычные модели.
Никаких камер и телефонов.
Так слухи распространялись
ещё быстрее.
А интерес только подогревался.
Все вновь помешались на арт-деко.
При таком успехе стоило ликовать,
но я чувствовал себя потерянным.
В такой вечер я впервые
увидел Тристана.
- Только без предвзятости, пообещай.
- Бога ради.
Забыла, с кем говоришь?
Так что мы здесь делаем?
- Я знаю, как ты
скучаешь по Тристану.
И от него почему-то
ни слуху, ни духу.
Но если кто и может
до него достучаться,
то это она.
- Айрис.
Ты нашла мне медиума?
- Билли Дин Ховард?
Это Лиз.
- Лиз.
Безумно рада познакомиться.
- Я видел вашу рекламу на автобусе.
- У Билли Дин своё шоу на "Лайфтайм".
Она помогает людям связаться
с близкими после утраты.
- Впечатляюще.
- Признаю, ваше заведение
в паранормальных кругах
считается известной
горячей точкой.
Я подумывала снять тут свой выпуск.
Но сегодня
я пришла к вам.
Сколько голосов...
Очень шумный отель.
Я что-то чувствую...
Воистину мужская энергия...
Неугомонная.
Он здесь.
Дух.
Мы ищем тебя с любящими
сердцами и раскрытыми душами.
Подними вуаль, что стоит
преградой меж нашими мирами.
Заговори с нами.
Тристан.
Здравствуй.
Тристан, я с Лиз.
Она очень по тебе скучает.
Ты хочешь что-нибудь ей передать?
- Что?
Что он сказал?
- Сказал,
"нет".
- Как так? Что ещё за "нет"?
- Он не хочет говорить.
- Почему? С вами же заговорил.
- Он не хочет...
Говорить со мной.
Всё это время он был здесь.
И ничего не хочет мне сказать.
Потому что во всём винит меня.
Я - причина его смерти.
Моя любовь его загубила.
- Любовь не убивает.
- Я на этом свете
дольше, и уж поверьте,
любовь убивает чаще,
чем ненависть.
Всё же, спасибо, что пришли.
- Крепись.
Я знаю, ты умеешь.
- Нет...
Нехорошо получилось.
Погоди.
Может, вы связались не с Тристаном?
- Он помнит блинчики.
Ты готовила их по субботам и давала
ему смотреть мультики.
Кто такой Донован?
- Что?
Донована здесь нет.
- Нет.
Нет-нет, Донован -
в ином месте. Очень красивом.
Говорит, там пахнет блинами.
Твоими.
Там, где он сейчас,
каждый день - суббота.
Он говорит,
"я люблю тебя, мама".
- Даже скорбя, я
радовался за подругу.
Ну а в своей любви
совсем отчаялся.
Однако,
жизнь приносит сюрпризы.
Особенно новая.
- Нет!
- У любви
может быть много лиц.
Помирившись с сыном Дугласом,
я и не чаял вновь с ним встретиться.
Так что был в восторге, когда
он приехал ко мне с Дженис.
Дженис была дочерью
моей мечты.
А я - её идеальной свекровью.
В лице Изабель мне
открылось будущее.
Она родилась в мире, чуть более
открытом, чем в моё время.
И есть небольшая вероятность,
что это - хоть
отчасти моя заслуга.
Немного доброты, признания...
Это преобразило меня
так, как ничто прежде.
Я и не думал, что жизнь
бывает так хороша.
И что она могла кончиться.
- Вот чёрт.
Это точно?
- Точно. Ну...
Врачи уверены.
- И что, ничего не сделать?
- Уже...
Поздно для лечения.
Но это, скорее, к лучшему.
Как же мне расстаться с волосами.
- Дорогая.
Я хоть чем-то могу помочь?
Скажи.
- Обратишь меня?
Да ни за что. Я даже
мясо с кровью не ем.
Ну и для меня это не
вариант, сама знаешь.
И на данный момент
я не представляю,
каково это убивать
для выживания.
- Дети уже знают?
- Если повезёт, не придётся.
Пусть дальше меня тут навещают.
Перейдём сразу к делу.
Я первая женщина
в мире с раком простаты.
Врачи сказали, он уже в спинном
мозгу, и ничего тут не поделать.
- Мы потратим, сколько угодно.
Один звонок, и я свяжусь
с лучшим врачом в мире.
- Уже поздно.
И не хочу я последние дни
прожигать в больнице,
с катетером в члене и ядом в теле.
Так что нет.
- И кто о нас позаботится?
- Ты же не оставишь нас одних?
- Нет. Потому я всех и созвал.
Итак, я подготовил
разные виды оружия.
Берите по паре,
они небольшие.
Рубите меня.
Душите.
Избивайте.
Удивите меня.
- Думаю, я могу сказать за всех,
что мы к тебе привязались.
Как можно тебя убить?
- Это не убийство.
Она хочет возродиться.
- Вы - моя семья.
Я хочу провести
вечность с вами.
Я не видел ее с самой ее смерти.
Только тогда я осознал,
как по ней скучал.
Откуда ты узнала?
- Ты всегда была моим
любимым созданием.
Я хотела помочь тебе преобразиться.
В последний раз.
- Эта гадость тебя погубит.
- Не понимаю.
Ты не хотел говорить.
Думал, ты меня презираешь.
- Я люблю тебя.
Дорогая.
У тебя ещё впереди
была вся жизнь.
Не хотел этому мешать.
- Милый мой.
Ради тебя стоит умереть.
Могу помочь?
- Я забронировала номер
сорок четыре.
Номер Ву.
Билли Дин говорит, он там умер.
- Этот номер уже забронирован.
- Мной, три недели назад.
Согласно приложению,
операция успешная.
Вы приняли мои деньги.
Я требую свою комнату.
- Так и быть.
НОЧЬ ДЬЯВОЛА, 30 ОКТЯБРЯ 2022
- Это моя вина.
Я думала, Билли нас
бесплатно распиарит,
люди ж любят истории
про призраков.
- Ну... тут ты была права.
- Да. Но это зашло слишком далеко.
Она пустила три выпуска
в прайм-тайм.
- Стойте-стойте.
Он пытается мне что-то сказать.
За что мистер Ву не платит?
- Ты не подумай, я рада,
когда отель забит.
Но не всякими чудиками,
мечтающими налететь на призрака.
Люди, которых завлекает Билли...
Нашему бренду не в помощь.
- Может, закроемся к чертям?
Уиллу Дрэйку деньги
уже не нужны.
- Этому месту нужна жизнь.
У нас тут отель, а не кладбище.
Живые люди дают запертым призракам
связь со внешним миром.
- Джон...
Я всё гадала,
когда же ты появишься.
Мы по тебе скучали.
- Рад вернуться.
Но ты права.
Не нравятся мне её визиты.
Разнюхивает тут, задаёт вопросы.
Ещё пытается до меня добраться?
- Каждый год в этот день.
- Джон Лоу.
Библейский убийца. Покажись
и признайся в своих деяниях.
Чёрт.
- Вызовите её.
Поселите в моём номере.
Но поскорее.
Закат всего через три часа.
- Мы находимся в шестьдесят
четвёртом номере отеля Кортес.
Где жил известный
библейский убийца,
терроризировавший
Лос-Анджелес много лет назад.
Джон Лоу - возможно, самый
злобный и опасный дух,
с которым я пыталась связаться.
Мне нужно приложить все
усилия и силы концентрации,
чтобы добиться этого
уникального интервью.
- Хотела поговорить?
- Я хочу, чтоб говорил ты.
Меня зовут Билли Дин Ховард.
О Джоне Лоу мы слышали
лишь от полиции.
Я даю тебе шанс прояснить дело.
- Что ты хочешь знать?
- Может, начнём с твоей семьи?
Они знали, что ты серийный убийца?
- Что Холдену принёс?
- Опять собака.
- Они поняли, что я
хотел очистить мир.
Своими методами.
- Да что ж такое!
- Говорил же, я не буду нападать
на невинных людей.
- Когда ты ударился в бега,
твоя жена и двое
детей испарились.
- Пошли.
- Куда ты?
- Он голоден. Я могу тайком
пробраться в больницу.
- Ты их убил?
- Должен признаться,
что я их подвёл.
- Пап?
Осталось только одно.
- Сдаться полиции?
- Нам надо домой.
- Скарлетт была права.
"Кортес" был нашим домом.
Все мы там по-своему
переродились.
Кроме неё.
У нашей дочери ещё был
шанс вырасти где-то ещё.
Зажить нормальной жизнью.
Где-то далеко без нас.
У Лиз было местечко на примете.
Школа Тэтчер приняла ещё
одного беженца отеля "Кортес".
- Значит, ты отослал свою дочь.
Но остался с сыном
и женой в "Кортесе".
В Лос-Анджелесе,
где на тебя ещё охотились.
- В бегах сложно прокормить семью.
В Лос-Анджелесе было больше
возможностей.
- Джон Лоу, вы арестованы!
- Надо в отель...
Оставьте!
Я хочу умереть внутри!
- Я что-то чувствую...
Твоя жена и сын...
Я слышу голоса духов, но они слишком
боятся говорить чётко. Почему же?
- О семье я говорить не буду.
- Ну, раз не о семье, тогда найдём
другую тему.
Что означает тридцатое октября?
Почему только в этот день я чувствую
твоё присутствие?
- Сегодня ночь дьявола.
И если оставишь
операторов,
я покажу.
- Стены... Они кричат...
Я была в одном доме
на западе отсюда.
И слышала духов в стенах,
словно термитов.
Летучих мышей на чердаке.
Но с этим тот шум не сравнится.
Сейчас я будто
на рок-концерте мертвецов.
- Ну, вперёд.
Я представлю
тебя рок-звёздам усопших.
- Опять Джеффри со своими трубочками.
Оставь стаканы,
потанцуем.
- Я не танцую.
- На меня посмотри.
Я тоже.
Джон!
Джеффри.
Гляди, кто тут у нас.
Джон пришёл, лучший из лучших.
Покраснел?
Говорил же, нравится
парень - заговори с ним.
Думал, все молодцы, что
у меня дома работали,
пришли б, не наберись
я храбрости?
Ребята в Милуоки походу из кожи вон
лезли, чтоб Джеффри домой затащить.
Ни слова не
скажет без румянца.
- Господи Боже.
Вы Джон Уэйн Гейси.
А это - Джеффри Дамер.
- Страшно?
- Нет-нет.
Просто окружаю себя
белым духовным светом.
Для защиты.
- Ну конечно, милая.
- Ну что, начинаем вечеринку!
Нужно пиво, что угодно посвежей.
Да чтоб вас всех, что
за дерьмо тут играет?
- Эйлин Уорнос.
- Ричард Рамирес.
Я женат,
но мы не живём вместе.
- А это - Зодиак.
Принесу тебе выпить.
- Здорово! Я - Эйлин.
Красивые волосы.
Блин, сколько б
я за такую шевелюру отдала...
Как
у Фэрры Фоссетт.
И у моей бывшей.
- Сколько тёмных духов.
Так и устать можно.
- Выпей, расслабишься.
- Абсент!
Наше традиционное возлияние.
- Джеймс Патрик Марч.
Боже.
Я чую вашу жестокость.
Вы загубили столько духов.
Смерть каждого из них
у меня перед глазами.
- Поведай мне,
что именно ты видишь?
Движущуюся картинку,
подобно киноленте?
Или скорее
калейдоскоп страданий?
- Это не картинка,
а ощущение.
Как туман на лице в холодное утро.
В воздухе его не увидишь,
но чувствуешь...
Влажность.
- Я тоже чувствую влажность.
Ты ж так близко, Джонни.
- Присаживайся. Рядом со мной.
- Так это - Ночь Дьявола.
- Мой парад убийц.
Должно быть странно - увидеть
всех нас, как кажется, во плоти.
Такой, что мы едим,
пьём.
Ты ощущаешь нашу хватку на
руке и дыхание на коже.
- Нет!
- Как там белый свет держится,
Билли Дин?
- Я не хочу здесь оставаться.
- А когда будет подарок за визит?
- Джон позаботился.
К оружию,
дамы и господа!
- Вечеринка не может быть
убойной без убийств.
- Не бойся, Билли.
Думаю,
тебе у нас понравится.
Уговор такой.
Никаких выпусков,
интервью, книг, твитов
или разговоров на вечеринках с
Ширли МакЛэйн об этом отеле.
Это место для тебя мертво.
Мы станем мифом.
Таков был наш удел
с самого начала.
- А если я ослушаюсь?
- По своему опыту
скажу, убийство -
это больно, детка.
- А мы дело всегда затягиваем.
- Вам нельзя покинуть отель...
Так что наказать не сможете.
Ведь так?
- Я смогу.
- Ты ещё кто?
Ты не мертва.
- Я создание,
которое убивает, чтоб выжить.
И в день пьёт столько
крови, сколько вмещает тело.
Не задумываясь,
кто мне её даёт.
Так что попробуй хоть прошептать
слово, похожее на "Кортес",
и я тебя отыщу.
И высосу все соки из твоей
тощей задницы.
- Не я один тут надеюсь
на твой отказ.
- Нет!
Нет!
Нет!
- Ты закончил дела?
- Да.
Ну вы посмотрите...
Точь в точь как мама.
- Ты так говоришь, потому что только
я в семье взрослею.
- Спасибо, что пришла.
Этот день для меня важен.
Для всех нас. Так мы можем побыть
вместе хоть пару часов.
- Конечно, пап.
Для меня он тоже важен.
Ну же.
Ложись с ними.
- А ты?
- Уже выросла для этой кровати.
Я посижу.
- Не хочу засыпать.
Боюсь, что как
только закрою глаза,
всё испарится до
следующего года.
- Всё хорошо, пап.
Отдыхай.
- Что привело вас в "Кортес"?
- Завтра Хэллоуин.
Тут же призраки по идее.
У меня тут с друзьями встреча.
- Неправда.
- Да?
- Да.
У тебя волшебный подбородок.