Сэр Дэвид Аттенборо исследует дикую природу своего родного Лондона —
от городских оленей до сапсанов, гнездящихся на крышах, и многих других
Все фразы и цитаты
Добрый вечер, сэр.
Вам куда?
- В Ричмонд, пожалуйста.
- Хорошо, в Ричмонд.
За свою жизнь
мне повезло объехать мир
и увидеть множество чудес природы.
Но это - место, куда
я всегда возвращался.
Огромный мегаполис
кажется неподходящим местом
для любителя природы вроде меня.
Но у Лондона есть и дикая сторона.
В моём городе на удивление много
самых разных животных
и удивительных чудес природы.
Даже в центре города
животные могут не просто выживать,
но и процветать.
Со временем
я научился ценить то,
что вижу на пороге.
И если говорить об открытии
чудес природы,
и правда нет места лучше дома.
Вот здесь. Большое спасибо.
Лондон.
9 миллионов человек.
2,5 миллиона машин.
И 1550 квадратных километров
бетона, асфальта и стали.
Но в городе на удивление
богатая дикая природа.
И моё путешествие начинается
между непримечательными домиками
на севере Лондона.
Я пришёл на этот участок в Тоттенхеме,
чтобы повстречаться с его
неуловимым обитателем.
Сейчас примерно 20:30,
и если всё пойдёт по плану,
он должен появиться с минуты на минуту.
О, вот и он.
Привет.
И ещё один! Двое.
Хотя в Лондоне больше диких лисиц,
чем в почти любом другом
крупном городе,
всё равно очень здорово увидеть,
как они внезапно выходят из кустов.
Абсолютно дикие животные.
Привет!
Такая встреча - крайне особенная.
Но в Лондоне
люди обычно намного ближе
к лисицам, чем думают.
Эти хитрые создания - эксперты
по незаметной для нас деятельности.
Благодаря скрытности,
приспосабливаемости
и практически полной всеядности
лисицы процветают при удивительно
высокой плотности.
В открытой сельской местности
на квадратный километр приходится
одна-две особи.
В Лондоне бывает по 30.
И главная проблема -
это конкуренция друг с другом.
Эта лиса завладела отличной
территорией в Тоттенхеме,
где много разной еды.
Но рядом разнюхивает
другая самка.
Сейчас сезон размножения,
и спрос на территорию велик.
Если она хочет сохранить дом,
придётся драться.
Такой боевой клич - знакомый звук,
но мало кто видел
настолько ожесточённую схватку.
Ни одна не хочет заработать раны,
поэтому они пытаются запугать.
Наконец, соперница сдаётся.
Чем лучше территория самки,
тем успешнее будет
её материнство.
Тем не менее, ей нужна помощь.
Зов её спутника.
Пора перегруппироваться.
На участке в сердце
их территории
они остаются наедине.
Уход за детьми в городе
будет зависеть от силы
их союза.
В этой крайне урбанизированной среде
успеха достигают только животные,
которые понимают,
как работает система.
Как и большинство лондонцев,
раньше я ездил на работу на метро,
и одно животное всегда
поднимало мне настроение.
Станция Хаммерсмит.
Отличное место для завтрака
для голодных голубей.
Когда вся еда на платформе съедена,
пора отправляться на следующую станцию.
И зачем тратить силы на полёт,
если можно поехать на поезде?
Поезд сейчас отъедет.
Осторожно, двери закрываются.
Вероятно, впервые голуби
сели на поезда,
следуя за крошками,
которые бросали пассажиры.
Вернуться домой - тоже не проблема.
Голуби находят путь с помощью
солнца и магнитных полей.
В городах они также
руководствуются достопримечательностями,
дорогами и даже рельсами.
Но именно способность
сосуществовать с людьми
помогает им так хорошо
ориентироваться в Лондоне.
Помните о проёме между
поездом и платформой.
Голуби так освоились, что отлично живут
в самом центре города.
Но они не одни.
Сапсаны.
Высокие здания - хорошая замена
утёсам, их естественной среде.
Они великолепно приспособились
парить среди бетонных каньонов Лондона.
А численность их любимой
добычи - миллион.
Сапсаны - ловкие преследователи,
и здесь это необходимо.
Летать над Лондоном нелегко,
и голуби этим пользуются.
Но для самого быстрого животного
на свете
есть много возможностей
поживиться в городе.
В больнице Чаринг-Кросс
эти молодые родители живут
по изнуряющему графику кормления.
Работая без устали,
они по очереди приносят еду
и сидят с детьми,
пытаясь поспеть за их
ненасытным аппетитом.
Птенцам надо вырасти в 25 раз,
прежде чем они оперятся.
Сейчас более 50 пар сапсанов
гнездятся в Лондоне,
от больниц до заводов у Темзы
и даже здесь,
на зданиях Парламента.
Эта пара гнездится среди шпилей
уже десять лет.
Их последним птенцам
четыре недели,
и пора посмотреть, как они.
Какая прелесть.
Да, тихо, тихо.
Когда я только переехал в Лондон
в 1950-е,
сапсаны в Британии почти вымерли.
Но теперь они с комфортом живут здесь
в бОльших количествах,
чем в любом другом городе.
Но птенцы вроде этого малыша
всё равно редкие и ценные,
и кольцо, которое мы ему наденем,
поможет следить за ним,
пока он промышляет
в большом городе.
И теперь мы узнаем тебя везде.
Да.
Да, тебя.
Теперь у лондонских сапсанов
всё хорошо, благодаря нашей помощи.
А вот другим не нужно
никакое вмешательство.
Раннее утро в Харольд-Хилл
на востоке столицы.
Всё готово к вторжению.
Лани.
До пандемии лишь самые смелые
заходили в город.
Но когда улицы затихли,
они пришли стадом.
Как только они оценили место,
привычка осталась.
Теперь даже ценные розы
в опасности.
В Британию ланей впервые завезли римляне
почти 2000 лет назад.
И в восточном Лондоне
их численность продолжает расти.
Когда люди просыпаются,
стадо возвращается в парк.
Эта самка спешит.
У неё в лесу есть секрет.
Её оленёнку всего несколько дней.
Она спрятала его между деревьями,
чтобы уберечь.
Хотя волки - больше
не угроза в Лондоне,
есть сотни тысяч их родственников.
Каждый год собаки убивают
оленят, прячущихся в подлеске.
С приближением угрозы
самка, кажется, оставляет малыша.
Но она пытается отвлечь
внимание от него.
Ему нужно только
оставаться неподвижным.
Животные полагаются
на основные инстинкты,
чтобы уберечь семью,
даже в современном мире.
А в Тоттенхеме участок -
отличное место
для растущих потребностей
самок лисиц.
Пять юных голодных ртов.
Пока что лисята остаются
рядом с норой.
Вдали от дорог и других опасностей,
400,000 зелёных участков Лондона
дают убежище диким животным
и хорошее место
для воспитания детёнышей.
Через несколько недель
самка полностью сосредоточена
на добыче еды.
Многие люди считают
лисиц простыми падальщиками...
Но половину того, что они едят,
они ловят.
И это контролирует другие
городские виды.
Но один голубь не прокормит
всю семью.
Лисята в два раза больше,
полны энергии и очень голодны.
Мама измождена.
Она кормит много недель.
Пора им перейти на твёрдую пищу,
поэтому папа берёт лисят
на себя,
а мама отправляется в город.
Иногда на улицах бывает
ночной банкет.
У лисиц маленький желудок,
и то, что они не могут съесть,
они сохраняют на потом.
И у них удивительные методы
хранения еды.
Владелец этой машины точно
будет озадачен,
когда найдёт куриную косточку
под дворниками.
Полезно ориентироваться в городе,
где столько дорог,
но не все животные
могут приспособиться.
Весной десятки тысяч
размножающихся жаб
должны пересечь дороги,
и многие не выживают.
Не только им угрожает
дорожное движение.
Численность ежей в Британии
сильно сократилась.
Самец в поисках самки
иногда преодолевает до трёх километров
за ночь.
Но когда он выходит на улицы,
он уязвим.
К счастью, есть места
побезопаснее.
Например, этот сад в уголке
Илинга на западе Лондона.
У меня в саду раньше
постоянно жили ежи,
но теперь они - редкость.
Очаровательные создания,
но не очень общительные.
Тем не менее,
именно в городских районах
их численность стабилизировалась,
и если мы им немного поможем,
возможно, она даже увеличится.
Ежи могут съесть
до 100 г еды за ночь.
Для этого нужно долго собирать,
но этот сорвал куш.
Каждый вечер хозяин этого сада
устраивает пир для ежей.
Кажется, он не торопится.
И правильно.
Сегодня он ищет самку,
и ему нужно побольше энергии.
Чудесные зверьки.
В Лондоне больше садов
на квадратный километр,
чем в любой другой столице.
Но нередко между ними
нет прохода.
Поиски спутницы зашли в тупик.
Или нет?
По всему Лондону
хозяева садов проделывают
отверстия в заборах,
создавая дороги для ежей,
по которым они могут
безопасно перебираться из сада в сад.
У него плохое зрение,
поэтому он опирается на нюх.
Запах самки.
Наматывать вокруг неё круги,
издавая странное
сопение - его способ
очаровать её.
Но, похоже, её больше
интересует еда.
Иголки хороши для защиты,
но не для близости.
Всего 4% ухаживаний успешны.
Лишь время покажет,
входит ли это в их число.
4 миллиона частных садов
создают значительную природную среду,
но это лишь одна из причин,
по которой Лондон считается
самым зелёным мегаполисом в мире.
Слышите?
Это зарянка.
А это длиннохвостый попугай.
В такое раннее утро
парки и сады Лондона
заполнены пением птиц.
Это чудесно умиротворяющее время.
Возможность укрыться
от городской жизни важна
для всех, кто живёт в мегаполисе.
И по части зелёных зон
нам в Лондоне особенно повезло.
Имея более 3000 парков,
Лондон получил статус
Национального парка.
Некоторые появились благодаря
Генриху VIII.
Обширные угодья, которые
он выделил под охоту, есть и сейчас.
Сент-Джеймсский парк, Риджентс-Парк
и Гайд-Парк
расположены в центре города,
и каждый год их посещают
миллионы гостей
и их питомцы.
Столько людей, кормящих птиц,
поддерживают районы
с плотным населением,
и это может привести к конфликтам.
Лысухи яростно защищают свою территорию.
Борьба идёт за каждый сантиметр воды.
Их драки ожесточённые
и безжалостные,
и если они коснутся чужого участка,
в бой вступают все.
Для птиц, которые не против толп,
кругом полно еды,
хотя не все знают об иерархии.
Этой чайке нужны не семечки.
Ей нужно голубиное мясо.
Богатый белками рацион
подарил ей самое блестящее оперение
на Серпантине в Гайд-Парке.
Завсегдатаи держатся подальше
от этой убийцы.
Они знают, как избегать её
зоркого взгляда.
Однако новички не замечают
признаков опасности.
Эта коварная чайка даже знает,
как утопить добычу.
Она может поймать
до двух жертв за день.
Но, возможно, не в этот раз.
Лысухи пытаются спасти другую птицу
или просто ищут новую драку?
Шанс сбежать...
Если она доберётся до берега.
Нелегко быть в меню
стольких городских хищников,
но голуби - жертвы
собственного успеха.
Давняя история королей и королев
в Лондоне играет большую роль
в сохранении среды
для животных,
будь то королевские дворцы
или самое царственное здание -
Букингемский дворец,
официальная лондонская
резиденция короля.
И нескольких королев.
На территории дворца стоят
четыре улья,
и королевским пчёлам доступно
одно из лучших собраний роз.
Но чтобы делать мёд,
достойный короля,
им нужно летать за пределы
дворцовых стен.
В лондонских садах большее
разнообразие цветов,
чем в почти любом другом городе,
и здесь гораздо меньше пестицидов,
чем в сельскохозяйственных полях.
Идеальное сочетание для вкусного
жидкого золота.
Есть только одна проблема.
На пике лета
в городах бывает
на пять градусов жарче,
чем в окружающих пригородах.
В редких случаях
из-за такой температуры
нектар бродит.
Его сбор превращается
в пчелиный поход по пабам.
Свисающий хоботок, похожий на язык, -
это знак, что она летает
в пьяном виде?
Исследования показали, что пчёлы
даже могут предпочитать забродивший нектар.
Когда ножки совсем отказывают,
даже крылья не помогают.
В конце концов эффект исчезает,
но до улья лететь
ещё пять километров.
Бывает ли у пчёл похмелье,
ещё предстоит узнать.
Благодаря огромному
разнообразию цветов
лондонский мёд считается
одним из лучших в мире.
В восьмистах метрах на восток,
в Парламенте,
птенцы сапсанов, которых
я помог окольцевать,
тоже с трудом взлетают.
Они выросли и уже не такие пушистые
и готовятся покинуть гнездо.
Вылет - самое трудное время
для городских сапсанов,
но с каждым порывом ветра
их уверенность растёт.
В городе меньше мест
для мягкой посадки
и больше мест, в которых
можно застрять.
Родители ничего не могут сделать.
Ей придётся выбираться самой.
Она выбралась из-за ограды.
Выбор один: совершить
первый полёт.
Мягкая посадка.
Но чтобы освоить настоящее
искусство полёта в городе,
ей помогут родители.
Сапсаны несколько месяцев
учат птенцов.
В течение пары недель
взгляните в Лондоне вверх -
и, возможно, вы увидите
эту лётную школу.
Взрослые совершают манёвры,
чтобы их повторили птенцы.
Для серьёзного обучения
родители показывают сложную
передачу еды в воздухе,
а потом летают с едой,
заставляя детей попытаться
схватить её в полёте.
Это нелегко.
Но после множества проб и ошибок...
один птенец наконец-то ловит.
75 лет, что я жил в Лондоне,
совпали
с поразительным возвращением
сапсанов.
И за это время ещё больше
неожиданных животных
обосновались в городе.
Канал Риджентс проходит
через центр Лондона.
Это популярное место,
где пешеходы и велосипедисты
избегают оживлённых улиц.
Но мало кто знает о существах
у них над головой.
Эскулаповы полозы родом
из континентальной Европы.
Как они оказались здесь,
загадка,
но теперь около 40 особей
живёт у канала.
Скрытные и безобидные
для людей,
на самом деле они помогают
контролировать численность крыс и мышей.
Тем не менее, все, кто
боится змей,
будут рады узнать,
что их популяция не растёт.
Чего нельзя сказать о других новосёлах.
Эти яркие птицы хозяйничают
по всей столице.
До сих пор помню, как
впервые увидел
попугая у себя в саду
лет 30 назад.
Не мог поверить своим глазам.
Что экзотическая птица,
которую я видел в путешествиях,
делала рядом с моим
домом в Лондоне?
Есть много народных объяснений
того, как здесь появились
длиннохвостые попугаи.
Кто-то говорит, что Джимми Хендрикс
отпустил первого попугая.
Другие считают, что они улетели
со съёмок "Африканской королевы".
Скорее всего,
это потомки питомцев,
которые улетели в город.
Одно можно сказать точно:
жизнь в Лондоне
их определённо устраивает.
Поискав еду по городу,
попугаи вместе возвращаются домой.
Одно из крупнейших скоплений
находится на кладбище Хизер-Грин
на юго-востоке Лондона.
Следуя по привычному маршруту,
эти зелёные эскадрильи
создают новое природное
чудо столицы.
По подсчётам, сейчас
в Лондоне летает более
30.000 попугаев.
С их общительным характером
и смелым подходом,
попугаи с лёгкостью приспособились
к жизни в Лондоне.
И их численность
продолжает расти.
Некоторым животным живётся
так хорошо,
что они становятся проблемой.
Тёплый микроклимат
и обильно поливаемые сады
создают идеальные условия
для самых странных ухаживаний в Лондоне:
брачного танца
больших слизней.
Слизни - гермафродиты:
каждый - и самец, и самка.
Свисая с ниточки слизи,
оба беременеют.
Учитывая их нелестную репутацию,
их спаривание удивительно
завораживает.
Но оно ведёт только к одному:
большему числу слизней.
Под конец лета может быть
до 14.000 слизней
в одном саду.
Садовники пробуют разные средства,
чтобы их сдерживать, но
лучшее решение - естественное.
Самка ежа.
И она привела подкрепление.
Всего в пять недель
ежата присоединяются к ней
в поисках пищи.
Её брачный сезон явно
был успешным.
Слизни и улитки - их любимое блюдо.
Один ёж может съесть
несколько за ночь.
Самцы не участвуют в воспитании,
но в плане помощи популяции
ежей Лондона
они своё дело сделали.
А в Тоттенхеме следующая
задача лисы -
познакомить детёнышей
с жизнью за пределами участка.
Мама ведёт вперёд.
А непоседливые лисята идут следом.
Не считая одного.
Самая робкая, испугавшись
мегаполиса, остаётся.
Проходят долгие, одинокие ночи.
Наконец, голод и любопытство
берут верх.
Обладая отличным ночным зрением,
чутким слухом
и прекрасным обонянием,
она готова исследовать,
что предлагает город.
Только она начала осваиваться,
как наступила сенсорная перегрузка.
Только что перейдённая дорога
внезапно стала страшной.
И не зря.
Машины - главные убийцы
городских лисиц.
Наконец, перерыв в движении.
Она возвращается на тихие дороги.
Нередко самые осторожные
имеют больше шансов
на пути к независимости.
И пока что она не одинока.
Родители будут какое-то время
помогать ей,
пока она набирается уверенности
и исследует чудеса города.
Некоторые рождены для
жизни на улице,
но для других мы должны
создать более подходящую среду.
И где лучше всего начать,
как не в одном из самых
знаковых зданий Лондона?
Музей естествознания
в южном Кенсингтоне.
Одно из моих любимых зданий
в Лондоне.
Его динозавры вдохновляют посетителей
почти 150 лет.
А на территории снаружи
недавно появившийся
дикий пруд
привлекает других
доисторических чудовищ.
Освещённая солнцем поверхность -
хорошее пастбище для головастиков.
Если наверху станет страшно,
они прячутся на глубине.
Древние нимфы терроризируют
воды этого края
со времён динозавров.
Из-за таких прожорливых
хищников
выживут лишь несколько
головастиков.
Мало кто знает о бойне,
происходящей на дне.
После двух лет пиршества
нимфы покидают воду и начинают
невероятное преображение.
Дозорщики-императоры -
одни из крупнейших насекомых
в Европе.
Забудьте тираннозавров:
стрекозы -
самые эффективные хищники
за всю историю.
И они не вымирают,
а процветают
в королевском боро
Кенсингтон и Челси.
Этот маленький оазис
показывает, как начинает меняться
отношение Лондона к дикой природе.
На западе, в Гринфорде,
один луг стал местом надежды
для одних из самых мелких
млекопитающих Британии.
И вот она:
мышь-малютка.
Добро пожаловать в новый дом.
Ступай.
Не хочет уходить.
Мыши-малютки исчезли
из этой части
Лондона около 40 лет назад.
Может быть, эта всё исправит.
Мыши-малютки играют важную роль
в экологии пастбищ.
Они рассеивают семена
и входят
в сложную сеть хищников
и добычи.
Конечно, потребуется не только
моя мышка,
чтобы здесь появилась
новая популяция.
Но к счастью, стремление
вернуть природу
в наши города
набирает обороты.
По всему Лондону все
от мала до велика
помогают вернуть исчезнувшие виды
и восстановить более
естественный баланс в городских районах.
Недалеко от места, где я выпустил мышь,
в Лондоне развернулся
природный проект
с амбициями совершенно
другого масштаба.
Следы работы одного
животного - повсюду.
Если вам повезёт,
его можно увидеть
перед самым закатом.
Если бы кто-нибудь сказал мне,
когда я только сюда переехал,
что однажды буду смотреть
на диких бобров в Лондоне,
я бы принял его за безумца.
Но вот они, прямо за мной.
Спокойно занимаются
своими делами.
Дикие бобры исчезли из Британии
около 400 лет назад,
но их удалось вернуть в заболоченные
участки Лондона.
Это не только чудесное зрелище:
они помогают
изменить к лучшему
городскую среду.
Эта семья бобров валит
несколько деревьев в год,
давая другим растениям
больше света для роста.
А плотины, которые возводят
эти инженеры экосистемы,
фильтруют воду.
Обилие растений и чистая вода
привлекают насекомых,
которые кормят множество
животных.
Ожило целое болото.
Теперь оно удерживает
намного больше воды.
Удивительно, но впервые
за десятилетие
жилые районы вниз по течению
не страдают от наводнений.
Если несколько бобров
могут оказать
такое положительное воздействие
на этот уголок западного Лондона,
представьте, чего
можно добиться,
если впустить природу в города.
То, как Лондон изменился
за мою жизнь,
отражает проблемы,
стоящие перед нами.
Выделение места для природы -
одна из главнейших трудностей.
Но я также вижу, как все
мы можем внести свой вклад,
каким бы малым он ни был:
помогая диким животным
или делая наш мир
более комфортным для природы.
Это гарантирует светлое будущее
и для животных, и для нас.
Ведь зелёный город -
это здоровый город.
И лучше всего наслаждаться природой
рядом с домом.
Стоя среди этих великолепных деревьев,
трудно поверить,
что я нахожусь в столице.
Ричмонд-Парк - одно
из моих любимых мест.
Оно в паре минут от моего дома
и служит как убежищем,
так и источником вдохновения много лет.
Я прихожу сюда с тех пор,
как поселился в Лондоне
более 70 лет назад.
Даже спустя все эти годы
и после всех путешествий
я бы хотел жить только здесь.