Я считаю раз, два, три, четыре, пять (2007 год). Фразы и цитаты из фильма

Жизнь непризнанного писателя средних лет Дмитрия Краткова упорно не складывается

Все фразы и цитаты

СПОРЫ ЗА ДВЕРЬЮ
-Ходят и ходят...
СПОРЫ ЗА ДВЕРЬЮ
ПЫЛЕСОС ВЫКЛЮЧАЕТСЯ,
УБОРЩИЦА УСМЕХАЕТСЯ
-Здравствуйте.
-Угу.
СПОРЫ ЗА ДВЕРЬЮ,
УБОРЩИЦА НАПЕВАЕТ
-Им не надо ходить в театр!
-Да что вы вцепились в него!
-Виолетта Кирилловна,
он - свежая кровь!
-А я считаю, что нужно ставить
эту пьесу!
-Алис, лицо сделай попроще.
АЛИСА УСМЕХАЕТСЯ
-Пожалуйста, прекратите!
-В современной драматургии...
-А что мы замолчали? Говорите.
-Нет, ну каким образом...
СПОРЫ ЗА ДВЕРЬЮ,
УБОРЩИЦА НАПЕВАЕТ
-Это вам.
За работу.
УБОРЩИЦА УСМЕХАЕТСЯ
-Писатели...
ВКЛЮЧАЕТСЯ ПЫЛЕСОС
-А я считаю: раз, два, три, четыре,
пять.
ГРЕМИТ ГРОМ
ВЕСЁЛАЯ МУЗЫКА
-Ну, как наш богатырь?
-Нечаева.
-Сколько?
-Не обижу.
-Садись.
-Спасибо.
НАСВИСТЫВАЕТ
НАСВИСТЫВАЕТ
ГРЕМИТ ГРОМ
-М-да...
Спасибо за предупреждение.
Раз, два, три, четыре, пять.
Нам бы пьесу написать.
Им бы взять и не принять.
А нам на это наплевать.
НАСВИСТЫВАЕТ
ЛАЮТ СОБАКИ
-Мы прибыли в город-герой Сен-Тропе!
Ура!
Ну?
Почему никто не встречает хозяина?
А где мои верные слуги, а?
Где мои жёны, наложницы?
Ясно, кина не будет.
Лампочку спёрли, заразы.
ГРЕМИТ ГРОМ
Правильно.
Уходя, гасите свет.
И не забудьте с собой осветительные
приборы.
Здрасте, Настасья Филипповна.
Слава богу, хоть вы на месте.
Ну?
Ну не надо, ну...
Ну прошу тебя, ну миленький!
Ну!
Ну! Ну нам же палатку ставить,
ну...
Ну последний раз!
Ну клянусь, завтра куплю тебе
новенькую, молоденькую батареечку.
ГРЕМИТ ГРОМ
Ваши предложения?
К Паше.
Паша хороший.
Он пустит.
Паша!
ЛАЮТ СОБАКИ
Паш!
Паша!
Паша?
-Ты чего здесь шатаешься, а?
Ну-ка иди отсюда!
-Ага, сейчас.
-Я сказала, пошёл вон!
-Что значит "пошёл вон"?
СВИСТИТ
-Я сказала, пошёл вон отсюда.
-Тихо-тихо!
Понял, теперь понял.
А пусть Паша, на секунду...
Скажите, Митя пришёл.
-Здесь нет никакого Паши,
давай убирайся!
-Паша!
-Так...
-Паша!
-Ладно.
-Скажи своей...
Чтоб не стреляла.
И не грубила.
Паша!
-Что ты орёшь?!
Я ж тебе человеческим языком
сказала: Паши здесь нет!
-Паша? Убери эту...
-Ненормальный какой-то.
-Хороши шуточки в два часа ночи.
-Слышь, ты!
Если ты немедленно не заткнёшься,
я тебе всё отстрелю.
Паши здесь нету!
Убирайся отсюда по-хорошему.
-А?..
-Ну?
Чего ты ждёшь? Ты что, придурок?
Я что-то не могу разглядеть.
-Я могу поближе.
-Не надо.
-Разглядели?
-Придурок.
-Правильно. Стреляйте.
-Послушай, что тебе надо?
-Паша мне...
-Я же сказала: Паши нет.
-А когда будет?
-Никогда!
Уехал Паша.
Продал дом и уехал.
-Как это?
-Так это.
-А, ну да!
ГРЕМИТ ГРОМ
-Значит, уехал?
-Ох, сколько же можно говорить, а...
-А ночевать не...
Не пустите?
-Вы что, совсем обнаглели?
-Тогда хоть спички дайте.
У меня лампочку...
И фонарик не работает.
А мне только палатку поставить.
Слышите, дождь сейчас будет.
-Дождя не будет.
-Будет, будет, по всем законам.
-Дождя, я сказала, не будет.
-Ну что вам, спичек жалко?
-Да что же это такое,
ни днём, ни ночью никакого покоя!
Чёрт!
-Мадам?
Эй?
Вы про меня забыли?
-Где же эти спички, чёрт возьми?
-Мадам?
-О!
-Спасибо.
-Всё?
-Всё.
-Спокойной ночи.
-Да. Что касается меня, клянусь,
эту ночь вы будете спать спокойно.
-Надеюсь.
-Насчёт спичек не волнуйтесь,
завтра же верну.
-Оставьте их себе, я вам дарю.
-Нет-нет, мы люди гордые,
нам чужого не надо, так что завтра
они вернутся к вам назад.
А вообще, если что-то понадобится -
милости прошу.
Обращайтесь в любое время
дня и суток, по-соседски.
-Непременно.
-Угу.
-Да.
Придётся забор всё-таки ставить.
-Э, что?
-Завтра же.
-Всё же могла бы, зараза,
хоть в кухню пустить до утра.
БОДРАЯ МУЗЫКА,
КУКАРЕКАНЬЕ ПЕТУХОВ
-Ох!
ПЛЕСК ВОДЫ
Эх!
Эх!
Ох!
Уф!
Ох!
НАПЕВАЕТ
Ух!
Ох!
НАПЕВАЕТ
С добрым утром, Настасья Филипповна,
с добрым утром. Как самочувствие?
После вчерашнего?
Температуры нет. Очень хорошо.
Переходим к водным процедурам.
ВЕСЁЛАЯ МУЗЫКА
-Доброе утро!
Вчера ночью я вас, кажется, напугал.
Приношу свои извинения,
честное слово. Не преднамеренно.
Понимаете, у нас с Пашей
такие отношения,
мы запросто друг к другу
в гости ходим. Ходили.
Кстати, большое вам спасибо, что
вы мне вчера ничего не отстрелили.
Хотя вчера ночью мне было...
...абсолютно безразлично. А утром
встал - тихо, солнышко светит, птички
щебечут, прекрасные женщины загорают.
А я, представляете, без всего.
Так что большое человеческое спасибо,
что вошли в положение.
Господи, да я вас даже не узнал!
Вчера ночью вы были какая-то...
мегера.
А сейчас вы совершенно иная. Тоже
не могу подобрать удачный эпитет.
М-м-м... В шляпке!
Наверное, потому что вы без ружья?
Вчера ночью в лунном свете всё было
каким-то мистическим и менее опасным.
А сейчас беспощадные лучи проникают
сквозь тонкий слой эпителия,
то есть кожного покрова, вот, эти
невидимые убийцы умерщвляют красные
кровяные тельца и вызывают ожоги
первой, второй, даже третьей степени.
Только не говорите: "Пошёл вон".
-Вас не затруднит
вернуться на свою территорию?
-А у нас...
-И без уважительной причины...
-То есть всё-таки "пошёл вон"?
-Вы сообразительны.
-Ай-яй-яй, неужели нет никаких шансов
наладить добрососедские отношения?
Неужели колючая проволока,
злые собаки, бетонные стены
и автоматчики на вышках? И нет
ни одной уважительной причины, чтобы
человек просто так зашёл в гости
к другому человеку? Хотя бы для того,
чтобы пожелать доброго утра. Есть
причина! Спички, я должен вернуть их!
-Не надо! Оставьте их себе! Дарю.
-Спасибо, нам чужого не нужно,
мы и ворованным проживём.
Вот. В целости и сохранности.
Премного благодарен.
-Как вас зовут?
-Кратков Дмитрий Сергеевич. Можно
Митя. Вчера я, кажется, назывался,
но, конечно, было так темно,
что вы могли не расслышать.
-А, так вы и есть тот самый Кратков?
-Ну да, я же говорю.
-Писатель Кратков?
-Да. А это хорошо или плохо?
-Подождите минуточку.
У меня для вас кое-что есть.
-Ой!
УСМЕХАЕТСЯ
НАПЕВАЕТ
-Вот, это вам.
От прежнего хозяина.
Просил передать лично в руки.
-От Пашки, что ли?
-Да.
-Сейчас.
Секундочку.
Просто миг.
ВЕСЁЛАЯ МУЗЫКА
Будьте любезны, ещё чуть-чуть,
иначе всё сгорит.
Я готов.
-Пожалуйста.
-Разрешите, я взгляну?
-Ради бога.
Что-то не то?
-Нет-нет, всё это то.
Всё это это. Вернее, то.
-Вы уверены?
-Ну! Вы же видите,
я стою, в обморок не грохнулся.
Так что всё нормально.
-Ну, если всё нормально...
-А для меня там больше ничего нет?
-Нет, для вас больше ничего нет.
-Нет, да? Ну...
Прекрасненько, а что это я вдруг
нервничаю, а? И почему он должен был
непременно вот это брать с собой?
Если он и здесь не прочёл.
Другой просто выбросил бы, несмотря
на автограф. Я ведь верно говорю?
-Так это ваша книга?
-Да, это моя книга.
-Можно взглянуть?
-Пожалуйста.
-Дмитрий Кратков, повести...
-...рассказы.
Формат 84 на 108. Печать очень
высокая с ФПФ, хотя до сих пор
не знаю, что такое ФПФ.
-Так вы и вправду писатель?
-Да. Только нас ещё в школе
не проходят. Как вас зовут?
-Наталья Николаевна.
-Очень приятно, Наталья Николаевна.
Наталья Николаевна,
простите за любопытство,
а чем вы занимаетесь,
когда вы не тут? То есть не на даче.
-А я...
-Не говорите!
Я постараюсь угадать, у меня...
Но мне нужно перейти, да?
-Проходите.
-Для этого.
Нет.
ВЕСЁЛАЯ МУЗЫКА
Нет, тоже нет.
Не могу, не могу, сложно.
Вы знаете, я не могу к вам пробиться,
вы как будто в скафандре. Скажите
пожалуйста, а вы случайно не водолаз?
Я рядом с вами чувствую невесомость
и одновременно космический холод.
-Послушайте, Дмитрий...
-Сергеевич.
-Дмитрий Сергеевич, давайте с вами
договоримся, что я не по этим делам.
Договорились, да? А чтобы вы от моей
космический близости не околели,
в ближайшее время здесь будет забор,
и вы будете в полной невесомости.
То есть в безопасности. Пожалуйста.
-Благодарю.
-Разрешите?
-Прошу.
-Здравия желаю.
Так, я к вам. Оп, цветочки,
осторожненько! А я к вам пришёл, вот.
Здравствуйте, Наталья Николаевна.
-Доброе утро.
-Не признали меня?
Не признали, значит,
Наталья Николаевна!
-Ай-яй-яй, ну как же так? Это наш
председатель, лучший друг всех садов,
огородов и их мирных обитателей.
Серафим Фомич Звонарёв.
-Ну, друг не друг, но если
что помочь - всегда буду рад.
Наталья Николаевна, у меня к вам
дело небольшое.
Так, формальность.
Вы же ещё членскую книжку
не получили, так?
А я в бумагах копался, перебирал,
приводил в порядок,
смотрю - лежит.
Надо зайти, забрать.
И плату за квартал внести.
А книжка у меня дома.
У меня дома и штаб, и бухгалтерия,
и дом, и всё.
Мы каждую пятницу, Кратков,
кстати,
каждую пятницу у меня всех членов
собираем
и решаем вопросы.
-Серафим Фомич!
-Да?
-А нельзя на следующем собрании...
-Конечно, да.
-...поднять вопрос о пропаже
с моего участка лампочки?
Мне сегодня ночью из-за этого
пришлось Наталью Николаевну
беспокоить.
Это безобразие. Человек ночью должен
отдыхать.
Я правильно говорю?
-Кратков, зачем же всякую мелочь
на собрание?
Зайди, и дам я тебе твою лампочку.
-Серафим Фомич, у меня к вам тоже
будет просьба.
Я решила здесь поставить забор.
-Очень хорошо.
-Вы не могли бы прислать плотника?
-Я всё понимаю. В понедельник прямо
с утра, под мой личный контроль,
даю команду, плотника пришлю.
-В понедельник?
-Да.
-Да вы что? Я же не выдержу.
Серафим Фомич, я заплачу.
-Что вы? Как? Наталья Николаевна,
человек на свадьбу уехал, понимаете?
-Серафим Фомич, очень хорошо,
что вы зашли.
Я как раз хотел спросить...
-Да?
-...каким образом активизация
Движения народов Гвинеи Бисау
в защиту прав сексуальных меньшинств
может отразиться на судьбе нашего
садового товарищества "Мотылёк"?
-Кратков, ты меня извини,
я тебе вот так скажу:
у тебя у самого как в той
Гвинее Бисау.
Вот манеры. Вот есть же люди.
Лишь бы над всем насмехаться,
подковыривать.
Знаешь, что? Иди вот,
завтракай лучше.
-Серафим Фомич, можно постараться
насчёт плотника сегодня?
Сейчас же.
-Наталья Николаевна, давайте
к Крыштофовичу обратимся.
-Сделайте что-нибудь!
-Фомич!
-Да.
-Может, чаю?
Или что-нибудь покрепче?
-Нет, это просто немыслимо.
-Наталья Николаевна,
в честь знакомства власти Сен-Тропе
готовы устроить грандиозный приём.
Прошу. Жрать подано.
-Слушайте, давайте вместе пойдём
к Рштаф...
-Крыштофович.
-Вот, к нему.
Я сейчас переоденусь. Заодно мы
зайдём к вам. В дом.
-Да, и распишетесь там.
А я вас тут жду.
Я с места не схожу.
-Не сходите с места.
Не уходите.
-Боже сохрани, вы что!
Чтоб я...
-Иди сюда.
-Не пойду.
-Иди сюда.
-Не хочу.
-Ну, как насчёт чаю?
-Ну тебя.
Ты какой-то сегодня невменяемый.
Вредный ты какой-то.
-Что случилось?
-Плохой ты сегодня.
Ты мне не друг сегодня.
Я пришёл по делу, а ты
влезаешь-влезаешь, влезаешь-влезаешь.
То, сё. Ну, нельзя же так.
Я тебе никогда не мешаю. Чего ты
сегодня как с цепи сорвался?
И вообще наведи у себя порядок.
Солидные же люди вокруг.
Там профессор живёт,
тут лётчик-генерал.
А у тебя сплошной Сен-Тропе.
Адрианова даже у нас дачу купила.
-А она кто?
-Ты что, Мить?
Адрианова - она же...
-Певица что ли?
-Тю, певица.
Сам ты певица. Она...
сейчас, боюсь переврать.
Психолог-индивидуал.
-А-а.
-Да.
-Это серьёзно, это очень серьёзно.
-Знаешь, что я тебе скажу?
Так, по-мужски.
Не только надо писать,
читать ещё надо, Кратков, да.
Газетки бы читал. Вот так.
-Ну и что, замужем наш
психолог-индивидуал?
-Штампа нет, а так кто их,
индивидуалов, знает?
-Ну, это да. Кто их знает?
Кто их разберёт?
Прямо как водолаз.
-Скажешь тоже, "водолаз".
-Ну а что моя невеста?
-Кто?
-Катька.
-Катька?
А ты чего спрашиваешь?
-Ну, я соскучился.
Цветёт деваха?
-Цветёт-то цветёт, но я тебе так
скажу:
в угол бы эту деваху поставить.
Поди, справься с ней.
Ой, Мить, "что случилось"...
-Вот наш психолог.
-Идёмте?
-Иду-иду, Наталья Николаевна.
-Идёт-идёт!
-Тут совсем недалеко, вы знаете,
вот сюда.
Пожалуйста. Воздух у нас
просто сахарный.
Тут у нас, гляньте, у нас тут рай!
Чистый Сен-Тропе!
Крыштофович!
-М-м?
-Привет! Мы к тебе потом зайдём!
-Почему не сейчас?
-Сначала оформим документы,
потом к нему зайдём.
Позже, чуть позже!
А вот зелёная крыша, видите?
Вот сейчас мы орешник пройдём,
зелёная крыша.
Это дача генерала. Ну, тогда
он ещё был майором.
-Фомич, может, чайку?
-Привет, Фомич!
-А я вот, значит, на пенсию.
Ну, не могу без дела, понимаете?
Потому что "Мотылёк" вот же.
"Мотылёчек" мой, детище моё.
-Опять!
Я матери всё расскажу!
-Молодой человек! Эй!
-Вы меня?
-Это четырнадцатый номер?
-Это четырнадцатый номер.
-А хозяева есть?
-Наталья Николаевна, что ли?
-Угу.
-Есть, есть. Сейчас вернётся.
Заходите, подождите её.
-Нет-нет. Это неудобно, знаете,
без приглашения.
-Заходите, заходите, не стесняйтесь.
-Думаете, удобно?
-Заходите.
-А... а кто вы?
-Я?
-Да.
-Я садовник.
-Угу.
-За садом слежу. Вот новый участок
осваиваем.
Так что...
-Спасибо.
-Ой! Извините.
-Осторожнее.
-Ух ты...
-Угу.
-Как красиво!
-А ещё будет красивее.
-Здесь мы разобьём...
-Да. Извините.
-Здесь мы разобьём розарий,
здесь будет клумба
с небольшим бассейном.
Острополямус ринальди, знаете?
Экзотический цветок, редкий сорт.
Оп, оп, оп.
-Боже мой, цыганочка красная!
Наталья Николаевна, попробуйте.
Я ещё называю "красный мотылёк",
возьмите.
-Спасибо.
-Обязательно попробуйте.
Ну, как?
-Они же грязные.
-Ничего, вы их протрите.
-Вы к нам по делу или сразу в гости?
-Да, по делу, по личному.
Правда, не знаю, примет ли меня
Наталья Николаевна.
Я без предупреждения,
без рекомендация.
Боже, что я несу...
-Ничего, несите, пожалуйста.
-А как она вообще?
-Присаживайтесь.
-Угу.
-В каком смысле?
-Ну, как настроение у неё сегодня?
Как она?
-В смысле?
-Настроение как у неё?
Я что-то побаиваюсь.
-Вот ещё, чего её бояться?
-Посмотрите, какая у нас трава!
-А!
-О господи! Не пугайте меня!
-Грязюка такая кругом!
-Дождик прошёл.
Яблочки попробуйте!
-Добрейшей души человек,
я таких не встречал.
-Правда?
-Сами увидите.
-Прямо гора с плеч.
-Ну.
-Вы знаете, конечно, некрасиво, что я
сама, без приглашения, притащилась.
Нет, я записана у неё на приём,
но это будет в октябре.
А я... я год...
я уже...
-Не волнуйтесь. Что-нибудь придумаем.
Ей всё равно делать нечего.
-Я буду бороться за то, чтобы нам
дали статус города!
Может быть, даже столицы.
Представляете? "Мотылёк"!
Мы построим ЗАГСы, мы построим
детскую площадку.
Помните "Кривое зеркало"?
Я так люблю "Кривое зеркало"!
Это с детства у меня осталось.
Гигантские шаги. Надо держаться
за верёвку и шагать.
-Спасибо. Спасибо!
Ой!
-Извините.
-Спасибо, что я вас сначала
встретила.
-Да что вы? Извините.
Наше дело маленькое:
грабли, лейки, огород.
-А... сейчас.
Секундочку, я... я сейчас.
Вы на этот счёт не переживайте.
Я вот, я отблагодарю.
Да что вы?
О! Извините.
Извините, пожалуйста. Спрячьте.
-Нет.
-Я работы лишусь.
ПЛАЧЕТ
Только не волнуйтесь.
Всё будет хорошо.
Пейте.
-Извините, это нервы. Просто я,
знаете, так пережила это всё...
Мне так больно, я вся извелась.
Извините, пожалуйста. Нет,
вам это слушать незачем.
-Говорите, если вам так легче.
Говорите.
-Мне и правда поговорить не с кем.
Вот уже 15 лет сама.
Юбилей какой-то.
Нет, вам это незачем и я вам мешаю.
-Вы мне совсем не мешаете.
-Нет, я лучше там подожду.
-Всё нормально.
-Знаете, когда мой муж ушёл,
я хотела отравиться.
Сначала ждала, думала,
вернётся, а потом...
Всё, налила стакан уксуса,
и вдруг как молния: "Боже,
что я делаю? А сын?"
Он тогда в пятый класс пошёл.
Он у меня, знаете, очень хороший,
спортом занимался.
Вот, и школу с медалью закончил.
В общем, я успокоилась, держалась.
А вот свадьбу какую я ему устроила.
Она была в его институте. Красивая,
умница такая.
Думала, что всё, буду нянчить внуков,
вот так и доживу своё.
А они вот взяли и уехали.
Вот, а теперь...
-Ешьте, ешьте.
-Спасибо.
Вот, три года никаких сообщений,
ничего я не знаю.
Только поздравляют с днём рождения,
и всё.
А я ведь не старуха, правда?
-Да какая же вы старуха?
-Ну, как? Ну, что делать?
Ну, что мне делать? Ну, что?
Мужиков цеплять на улице?
Ну, что делать?
Знаете, такая тоска вот,
особенно когда вечером придёшь,
в телевизор уткнёшься.
Понимаете?
-Я вас понимаю.
-Я когда передачу о ней услышала
первый раз по телевизору,
я не поверила.
А люди говорят: нет, действует.
Вот одна замуж вышла,
вторая замуж вышла.
И у меня вот лаборантка в институте.
Я в НИИ работаю.
Она тоже немолодая уже, а вот вышла
сразу после первого сеанса.
И хорошо живут.
Ну, я и решилась.
Знаете, к ней вот надо год...
запись...
А я почувствовала, что не могу.
Что-то на меня нашло.
И понимаю, что дольше ждала, что...
а вот не могу.
Господи, хоть бы она не отказала.
Хоть бы приняла.
-Да...
-Вы мне помогите, чтобы она мне
не отказала.
-Ай да Наталья Николаевна.
-Значит, так, вот она придёт.
-Да.
-Смелее, не смущайтесь
и с места в карьер.
-Эй!
Что ж такое?
-Здравствуйте. Здравствуйте,
Наталья Николаевна!
Здравствуйте. Извините, что мы
вот так вот.
Я понимаю неловкость ситуации.
Я бы одна не посмела. Ваш садовник...
-Мой садовник?
-Да-да, вы не сердитесь,
мы только...
Поверьте, мне было нелегко решиться
прийти сюда.
Я понимаю, что вы на отдыхе,
что я не имею права.
И если вы мне откажете,
я пойму.
Но если есть хоть малейшая
возможность,
примите меня, пожалуйста.
-Вы что, с ума сошли?
Человек может отдохнуть раз в году?
Мне что, на Антарктиду сбежать?
У вас совесть есть, а?
Ну, ни днём, ни ночью от вас покоя
нет никакого!
На работе звонки, дома звонки!
Я дачу купила в Тмутаракани,
в глуши - нет!
Председатель Звонарёв дочку
подсовывает,
теперь ещё и вы!
-Наталья Николаевна...
-Как вы меня нашли, а?
-Я не могу сказать.
Я поклялась.
Извините, я не могу.
-Уходите, я вас очень прошу.
Запишитесь на приём.
-Я записана.
-Тем более. Пожалуйста.
Дайте отдохнуть. Мне что, на помощь
позвать? Я не понимаю.
Уходите!
-Подождите!
Подождите, постойте!
Постойте, постойте, постойте!
Хотя бы выслушайте её!
-Ещё, значит, и садовник.
-Я понимаю, что это не моё дело...
-Не лезьте не в своё дело!
-Что это вы на меня кричите?
Как вы себя ведёте? К вам человек
пришёл, женщина.
Ей помощь нужна, она на вас надеется.
Может, у неё трагедия?
А вам всё равно? У вас отпуск?
Потревожили цацу!
Я не знаю, чем вы там занимаетесь,
и вряд ли вы можете кому-то помочь.
Потому что вы злая и холодная!
Вам человека застрелить
ничего не стоит.
-Не смейте так говорить со мной!
-А вы не смейте...
-Пошёл вон с моей дачи!
-Вон с твоей дачи?
А вот и не уйду.
Не уйду. Стреляйте, зовите на помощь.
А я буду здесь. Здесь, пока вы с ней
не поговорите.
-Что?
-Правильно, вас нужно в Антарктиду.
К воронам, а не к людям.
Вы даже "здрасте" не говорите.
Я за вами давно наблюдаю.
Вы ни с кем не здороваетесь.
Стерва!
-Подойдите сюда, пожалуйста.
Вы меня извините, я сейчас
действительно не могу вас принять.
Как вас зовут?
-Елизавета Андреевна.
-Елизавета Андреевна, я обещаю,
что я вас приму,
как только я выйду на работу.
Обещаю. Вот, пожалуйста, моя визитка.
Здесь телефоны. Перед приходом
позвоните секретарю.
Я обязательно вас приму.
-Спасибо большое.
-Спасибо вам.
-Счастья вам большого.
-До свидания. Счастливо.
-Спасибо. Извините. До свидания.
-До свидания.
Вам бы в адвокаты, а не в писатели.
-Да, стыдно. Вёл себя, как дурак.
Даже не знаю, как это получилось.
Извините. Я вас больше доставать
не буду.
-Да я сама неправа.
-Да нет.
-Не надо было мне так грубо.
-Перестаньте, вы абсолютно правы.
С какой стати я лезу не в своё дело?
И вчера ночью разбудил, напугал.
-Да?
А я почему-то думала,
что это я вас напугала.
-Вы?
-Ну, да.
-Да. Напугали.
Это было впечатляюще.
У нас бы сегодня хорошая беседа
получилась, если бы вы бабахнули.
-А ружьё всё равно было не заряжено.
-Я почему-то так и подумал.
-Да?
-Угу.
-Я неважная актриса, да?
-Зато синоптик вы замечательный.
Я ведь, я вчера готовился к ливню.
А потом смотрю - ни капли.
Мне пришлось с утра организовать
поливку для Настасьи Филипповны.
Что Крыштофович?
Уговорили?
-Нет. У них гости.
-Ай, гости...
Если вам так срочно, давайте я вам
помогу.
-Нет-нет.
-Я умею.
-Ну что вы.
-У меня прекрасно получается.
Я прирождённый плотник.
-Не надо.
-Да перестаньте.
-Я вас очень прошу, ну не трогайте вы
ничего.
-Да мы сейчас...
-Я прошу, пожалуйста!
-Сию секунду!
-Нет, я умоляю вас!
Дмитрий Сергеевич, ну, не трогайте вы
эти доски!
-Не волнуйтесь, мы такой забор
отгрохаем!
Микеланджело пальчики оближет.
-Судя по вашему Сен-Тропе...
-А что такое Сен-Тропе?
-Подержите, пожалуйста. Сен-Тропе.
Незавершённый вариант.
-Может, не надо?
-Я говорю, держите, пожалуйста.
-Да я держу.
-Господи... Ничего, ничего.
Вы готовы к строительству?
-Да.
-Вот и я тоже. Давайте.
-Здрасте, Кратков!
-Здрасте, Евгения Васильевна!
-Переходите на ту сторону, так будет
удобнее.
Вы на пляж или к Наталье Николаевне?
-На пляж.
-Хватит, в самом деле.
Держу. А это кто?
-Это? Это бухгалтер.
Наталья Николаевна, пожалуйста,
ровнее.
Это бухгалтер нашего кооператива,
Евгения Васильевна.
Тоже, между прочим, одинокая дама.
Не волнуйтесь, сделаем в лучшем виде.
-Вы бы лучше себе сделали
в лучшем виде.
-Себе не могу.
-Понятно - сапожник без сапог.
-Металла не хватает.
-Какого ещё металла?
-В голосе.
-Вам не металла не хватает...
Я думала, что писатели -
состоятельные.
-Враньё. Бодлер умер в нищете. За
Пушкина долги уплатил царь-батюшка.
-Какая у вас компания,
Дмитрий Сергеевич.
-Можно просто Митя.
-Ну что вы? К великим надо относиться
с почтением. Я, например,
Достоевскому не смогла бы сказать
"Федя".
-Есть идея. Закончим нашу великую
"китайскую стену" - и выпьем
по рюмочке на брудершафт.
-У меня идея получше. Если меня
устроит ваша работа, я вам дам
на целую бутылку и пейте себе
на здоровье. А я не употребляю.
-Чёрт возьми, может, вы правы?
Бросить всё и начать заборы
возводить? Заработаю кучу бутылок,
сдам посуду, починю велосипед,
дострою дачу и тогда буду писать,
писать и писать.
-Боже мой, весь этот ваш творческий
мазохизм не более чем банальный
химический процесс: белковые
молекулы, ферменты, соединение кислот
и щелочей. И всё.
-Всё?
-Конечно.
-А почему же этот химический процесс
происходит во мне, а не в...
не в Звонарёве?
-Потому что в вас кислоты больше.
-Хозяйка... хозяйка...
-Да?
-Подойдите сюда.
Встаньте здесь.
И упритесь покрепче.
-Как?
-Вот так возьмите...
-Так?
-Да. И покрепче... упритесь.
-Что такое?
-Я просто говорю, что вы очень
красиво упираетесь.
-Очень изящный комплимент.
-Да. Как я понимаю, путь к вашему
сердцу серенадами не проложишь,
нужны нетрадиционные методы.
-А я вас предупреждала -
я не по этой части.
-Вот поэтому и забор вам поставить
некому.
-Зато у нас писатели ещё
не перевелись.
-Я должен сказать...
-Вбивайте, вбивайте.
-А почему, например, творческий
простой не использовать
для дополнительного заработка?
Я могу себя приложить в качестве
дворника, сторожа, садовника.
-Как может такой человек заниматься
такими пустяками? Хотя... Надо
прочитать вашу книжку и решить,
может, действительно плотник
или садовник - лучший для вас выход.
-Решите, может, я ещё и для большего
сгожусь.
-Ну, это вряд ли.
Послушайте, у вас всё так
получается... как-то криво.
Давайте я сама. Можно я сама?
-Пожалуйста.
Вы знаете, вашим клиенткам по большей
части не забор нужно возводить...
А я в этих делах совсем не худший
вариант.
-Да?
-Да.
-Прекрасное предложение, только
у меня не клиентки, а пациентки.
И научный центр, а не дом свиданий.
-Жаль. Могли бы не только помочь
другим, но и себя бы пристроили.
-Ну и злючка вы, Дмитрий Сергеевич.
-Вы тоже не добрая фея.
-Вы считаете, что меня обидели этим?
-Нет. Я просто считаю: раз, два, три,
четыре, пять... И готово.
-Да... Это вот такие писательские
шутки, да?
-Да нет, что вы, юмор нам
не свойственен.
-Это видно. Читать мне вашу книжку
необязательно.
-Ну что вы, это слишком возбуждающее
средство.
-А вы не беспокойтесь, это не нарушит
мой женский цикл.
-Естественно. Для этого необходимо
непосредственное участие автора.
-Ой... ой, какое банальное начало
для романа, писатель Кратков.
-Да, вы не по этим делам, я понимаю.
Но когда я вас увидел ночью,
в раскатах грома, яростную,
загадочную, с ружьём наперевес,
я сразу понял то, что скажу
вам сейчас.
Наталья Николаевна, вы будите во мне
то, что на языке простых смертных
зовётся чувством желания.
-Понимаю.
-И потом, эти ножки, какие у вас,
мне нравятся больше всего на свете.
-Дурак.
-Чего совсем не скажешь
о ваших ручках.
Ничего, сам испортил - сам и починю.
Наталья Николаевна...
Я на пляж. Вам занять местечко?
-Аллё, мужик, чего ты творишь?
Только клевать начало.
Чего ты творишь?
Аллё, мужик...
Мужик.
Мужик.
Что же ты вытворяешь?
Что же ты вытворяешь?
Ты знаешь, что тут вчера было?
Еле одного вытащили.
-Всё нормально.
-Дмитрий Сергеевич, вы в порядке?
Всё нормально?
-По-моему, да.
-Здравствуйте, Наталья Николаевна.
Наталья Николаевна, здравствуйте.
-Здрасте.
-Я ему ничего не говорила, он сам.
Он лезет не в свои дела.
Простите его, пожалуйста.
До свидания.
-Подожди.
-А?
-Ты кто?
-Звонарёва Катя.
Мой папа к вам ещё приходил.
Я его не просила, понимаете,
это моё личное дело. Вы извините нас
за беспокойство, больше этого никогда
не повторится.
А что, дядя Дима приехал?
-Кто-кто?
-Дмитрий Сергеевич.
-Ну да, приехал, кажется.
-Слава Богу. Я "Настасью Филипповну"
два раза в день поливаю.
Она привязана к нему, как собака.
-Кто?
-"Настасья Филипповна". Его нет -
ни цветочка, ни бутончика, ничего нет
на "Настасье Филипповне". А как
только он приедет - она вся в цветах
на следующий день.
-Абсурд какой-то!
-Она так и называется -
"аматуло абсурдо официнале".
-А почему "Настасья Филипповна"?
-Это как из книжки, роман "Идиот".
Вот так и дядя Дима: бросила его
Лизка, он её и посадил.
-Кто?
-Жена его, когда от него ушла,
он её так и назвал.
Наталья Николаевна, вы простите,
пожалуйста, папу.
Он всё близко к сердцу принимает.
Поэтому, наверное, и болеет.
Простите нас.
-Катюш, ну что ты?
Сколько, ты говоришь, у тебя -
9 недель?
-А... а откуда вы знаете?
-А он знает? Парень твой?
-Знает.
-Понятно.
-С тех пор и не появляется.
Но я всё равно ребёнка рожу.
-Конечно родишь. Идём-ка со мной.
-Алик, ты куда?
-Видишь, свет горит?
-Хозяин...
Хозяин...
СТУК В ДВЕРЬ
Хозяин...
Женщина. Здрасте.
-Добрый вечер. Паша здесь больше
не живёт.
-Да?
-Совсем больше не живёт?
-Совсем.
-Ну а сигаретки у вас случайно
не найдётся?
-Не найдётся.
-Минуточку...
-Послушайте... в чём дело?
-И сигарет нету? А может, водички
вынесите попить?
-Не вынесу.
-Ну, девушка...
-От Стаса ушла невеста. Нам нужно
чем-то загасить душевную боль.
-У вас сердечных капель нет?
Грамм по 150.
-200. И огурчиков. А мы отработаем.
Две смены с другом отработаем.
-Можно я в первую смену?
-Как вам наше предложение?
-Спалим ей компостер, а?
-Эй, ребята, вы чего?
-Ты кто? Это у нас ещё кто?
-Нет, парни, в самом деле,
что происходит?
-Ты кто?
-Наталья Николаевна, вы в порядке?
Вам помощь не нужна?
-Чего ты хочешь? Вали отсюда.
Вали, я сказал.
-На тебе.
-А ну-ка идите отсюда.
-Ты что, обалдела, что ли?
ВЫСТРЕЛ
-Ты в своём уме? Забери пушку.
-Только сунься.
-Да не боись ты, у неё один патрон.
-Э, спокойно... Успокойся.
-Пошли вон отсюда.
Я считаю: раз...
-Опусти.
-Два...
-Опусти. Всё, уходим.
-Три...
-Четыре, пять.
-Ой, Господи! Боже мой!
-Доктор, скажите правду - жить буду?
-Жить будете...
-Спасибо, доктор.
-Идёмте в дом.
Надо раны обработать.
-Да пустяки.
-Вот будете знать, как вступаться
за честь малознакомой дамы.
-Если бы не ваша дурацкая манера
палить из ружья,
я бы вам задницу надрал.
И ещё бы в угол поставил.
У меня, между прочим, первый
юношеский... по плаванию.
-Ладно, юноша, вы идти можете?
-Да.
-Тогда быстро на перевязку. И вот что
я вам скажу: сегодня вы будете
ночевать у меня.
-Я не понял.
-Я сказала: сегодня вы ночуете
у меня.
-Я снова не понял.
-Эти ублюдки могут вернуться.
Кроме того, сегодня будет дождь.
А вы что, испугались?
-Нет.
-Так вставайте.
-Я грозы не боюсь.
Ой...
ГРОМ
-Ставьте ногу сюда. Я говорю - ногу
сюда ставьте.
-Вот, смотрите. Я ставлю ногу.
Видите?
-Вижу.
-Пожалуйста, след, как у меня.
Один к одному.
-Нюхайте.
-Вы понюхайте, понюхайте.
-Дайте я понюхаю. Дайте мне.
Водка. Они вылили водку.
-Да какая водка?
-Доброе утро.
-Доброе утро.
Если хотите кофе - в кофейнике
ещё остался.
-Да-да, я понимаю, я должен был
проснуться с первыми лучами солнца.
Принести с озера прохладные лилии
и встретить ими твоё пробуждение.
Божественная...
-Дмитрий Сергеевич...
-А?
-Уберите, пожалуйста, руки. Кажется,
я не позволяла срывать цветы
в моём саду.
-Кажется, этой ночью мне было
позволено сорвать самый
красивый цветок.
-Этой ночью ничего не произошло.
-Я не знаю, что ещё мужику нужно
вытворить, чтобы отношения
изменились.
-Я надеюсь, я вам ничего за это
не должна?
-Ты хочешь, чтобы я ушёл?
-Да.
-Значит, мне просто так сейчас
повернуться и уйти?
-Да.
-И всё?
-И всё.
-Как будто ничего не было?
-Я не думала, что вы такой
впечатлительный, Дмитрий Сергеевич.
Извините, такого больше
не повторится.
-Послушай, что происходит?
Ведь нам было хорошо.
И тебе, и мне.
Что случилось? Я же знаю,
что ты не притворялась.
-Пожалуйста, без сцен,
Дмитрий Сергеевич.
И не надо превращать незначительный
эпизод в роман с продолжением.
Отнеситесь к этому легче.
-Что значит - легче?
-Как естественной необходимости.
-Чего?
-Ну, вы же чистите зубы и рыдаете,
когда вам приходится заменить
зубную щётку.
-Ну, и зачем тебе нужно всё это?
-Для здоровья.
Если не будете пить кофе,
ступайте к себе.
-Дура.
-Очень приличная женщина, очень.
Разрешите, Наталья Николаевна?
Добрый день.
-О, господи!
-Тут такие обстоятельства...
-Нет, дачу надо покупать
на необитаемом острове.
-С новосельем вас.
-Спасибо.
-Пусть хорошо отдыхается, живётся.
-Спасибо.
-Здрасте.
-Здрасте.
-Наш новый участковый
Юрий Иванович.
-Лейтенант Мирошник.
-Слушаю вас, лейтенант Мирошник.
-Как отдыхается, Наталья Николаевна?
-Прекрасно. Но вот незваные гости
одолевают по утрам.
-Ну так служба, Наталья Николаевна.
В настоящее время, кроме вас,
на даче кто-нибудь ещё есть?
-В том-то и дело, что нет.
А в одиночестве мне побыть никак
не удаётся. Серафим Фомич забыл...
-Я смотрю, вы сами начали.
Наталья Николаевна, я работаю
в этом направлении.
-Фомич!
-С Крыштофовичем договорился.
-Наталья Николаевна, вчера вечером
вы тут случайно никого постороннего
не заметили?
-Не ходите вокруг да около,
лейтенант.
-Наталья Николаевна, неприятность...
-Фомич, помолчи.
Наталья Николаевна, вчера вечером
между восьмью и девятью
в районе вашей дачи
были слышны выстрелы и крики.
Вам что-нибудь известно
по этому поводу?
-Ничего.
-Очень приличная женщина.
-Я рано легла спать.
-Понятно. Так и запишем «Ничего».
Хотя тут такая слышимость.
-Понимаете, я с забором намаялась
и спала, как убитая.
-Понятно. Фомич, а это кто?
-А это Кратков – писатель известный.
-Кратков. Значит, Наталья Николаевна,
добавить вам нечего?
-Абсолютно.
-Так. Кратков.
Фомич, позовите Краткова сюда.
-Митя.
-Ну-ну, Наталья Николаевна.
-Дмитрий Сергеевич, иди сюда,
пожалуйста.
-Фомич, привет. Ну, чего? Ты же
видишь, что я спешу.
-Лейтенант Мирошник.
-Очень приятно. Сержант Кратков.
-Вы вчера были у себя на даче?
-Был.
-А вечером?
-Конечно, был. А что случилось?
-А между восьмью и девятью?
-Между восьмью и девятью? Был.
-Выстрелы вы слышали? Или видели,
что здесь происходило?
-Выстрелы? Как интересно. Вы
говорите, между восьмью и девятью.
-Так точно.
-Нет, нет.
-Чудеса прям, выстрелов не слышал.
Такая слышимость.
Митя, даже у нас слышно было, и
Крыштофовичи слышали, и гости.
-Фомич, в конце концов!
Я ещё раз вас спрашиваю.
-А я ничего не видел...
-Гражданин Кратков.
-Да?
-Что это у вас?
-Где?
-Вот на лице.
-А, да это я на грабли наступил.
-И губа – тоже грабли?
-Вы знаете, тоже грабли. Я дважды
наступил случайно.
-И выстрелов вы не слышали?
-Я говорю, ничего не видел,
ничего не слышал.
-Митя, не крути, говори,
чего тут было.
-Он действительно ничего не знает.
-Да?
-Да. Потому что он тоже спал.
-И тоже как убитый?
-Совершенно верно.
-А вы откуда знаете,
вы же рано легли?
-Понимаете, Дмитрию Сергеевичу
неудобно об этом говорить.
Он ничего не видел,
потому что он спал со мной.
А что такое?
Это что, запрещено законом?
Кофейку, может быть, джентльмены?
-Нет. Сердце, я не употребляю.
-Чего-нибудь покрепче?
-Вы ничего не подумайте,
Наталья Николаевна,
но у вас вчера здесь
что-то произошло, стреляли.
-У Крыстофовичей тепличку кирпичом
разбили,
у генерала огурцы пообрывали
и в беседке нагадили.
-Подожди, Фомич. Вы понимаете, что
происходит? Беспредел.
Шесть случаев телесных повреждений,
так что на ночь крепче закрывайтесь.
И если вы вдруг вспомните или увидите
что-то подозрительное,
пожалуйста, телефончик, позвоните.
-А ещё надо всем членам товарищества
раздать свистки.
-Желаю приятно отдохнуть.
Пойдём на 30 участок.
-Лейтенант!
-Вы что-то вспомнили?
-Передайте, пожалуйста,
своей невесте...
вы, кажется, не обвенчаны.
-Нет.
-Но живёте вместе, так?
-Да.
-Так вот передайте своей невесте, что
лиловый цвет помады ей не к лицу.
Брюнеткам предпочтительней тона
более интенсивные.
Например, алый или бордо.
Правда, Серафим Фомич?
-Да, бордо лучше.
-Угу. Вот. Запомнили?
-Я передам.
Разрешите идти?
-Идите.
-Угу. Пойдём, Фомич.
-Пойдём.
Ну ты дал! Позорище.
Не видел, что ли?
-Так, значит, говорите, я дура?
-Браво, бис! Публика в восторге.
-Благодарю.
-Как вам это удаётся?
Вы знаете его невесту?
-Нет.
-Она была вашей пациенткой?
-Нет.
-Тогда как?
-Это ей совсем не нужно.
А это элементарно, Ватсон.
Чёрный волосок зацепился за звёздочку
на погоне.
За ушком у лейтенанта след
от губной помады.
Это говорит о том, что при
расставании они трогательно
прощаются, что свидетельствует
об излишней сентиментальности.
-И вы решили, что они не женаты.
-Нет.
-А тогда как?
-Это моя профессиональная тайна.
-Кофейку дадите на дорожку?
-Пожалуйста. Теперь я ваш вкус
точно знаю.
Холодный кофе нравится вам
больше, чем горячий.
-Не могу сказать, что знаю о вас
много, но кое-что мне понятно.
-Любопытно, что именно?
-Вам не понравится.
-Да? Стерва, дура.
Злой, холодный водолаз.
Кофейку налить?
-Да, пожалуйста.
-Например, дрянь, идиотка
или просто шлюха?
-Нет.
-А вот ещё есть интересное.
Бессердечная тварь.
-Холодно.
-Что вас заело?
-Трепло.
-О, трепло.
-Да, трепло.
-Настоящий мастер слова.
Значит, вы испугались, что Звонарёв
вас исключит
из садового товарищества.
-Во всяком случае,
что произошло, ему знать не надо,
а милиции – тем более.
-Что вы так испугались,
так волнуетесь?
-Давайте ваш тортик.
-Скандал сейчас в моде.
-Угу.
-Так что ваша репутация только
выиграет от этого.
-Много на себя берёте.
Тоже мне Мэрилин Монро.
Может, мне взять автограф?
-Пожалуйста. Если это повысит ваш
рейтинг в литературных кругах.
-Между прочим, это была ваша
инициатива, а не моя.
-Но я об этом никому не скажу, чтобы
не ущемить ваше мужское достоинство.
-Рассказывать – так всё.
Почему не похвастаться ещё крупной
победой? Или она не слишком крупная?
А какое место я занимаю в вашей
коллекции трофеев, между кем и кем?
Или я слишком мелкая сошка, кряква?
Вот я из этого раздую анекдот.
Сама Адрианова втюрилась,
да так, что житья не стало,
пришлось забор городить.
А когда она поняла, что ничего
не получается, загипнотизировала,
она же психолог-индивидуал,
и меня тёпленького,
в бессознательном состоянии в койку.
Во анекдот, целая поэма.
-Гениально. Но, во-первых,
не индивидуал, а интуит.
Во-вторых, у вас ничего не получится.
-Почему?
-Потому что врать вы не умеете.
-Да? Милочка, забываете, я всё-таки
сочинитель.
-Сочинять может каждый дурак,
а врать – нет.
Даже участковый это понял.
Ещё бы минута, и он вас поймал бы,
как крякву. Поэтому и пришлось выдать
вашу гигантскую тайну. Боже мой,
что вы так испугались?
Вчера вы были просто, просто Рэмбо.
А что вдруг застеснялись так сегодня?
-А я поддержал ваше враньё.
Вы же ничего не рассказали.
-Но у меня была веская причина.
-Неужели в беседке генерала – это вы?
Извините.
-Но это самая дурацкая шутка, которую
я когда-нибудь слышала.
-Извините за...
за идиотизм. Но мы ведь всё-таки
скрывали от них что-то.
-Ну, в общем, да.
Вы никому не скажете?
-Я?
-Да.
-Извините.
-У меня просто ружьё
не зарегистрировано.
-Да? Так внушили бы им.
Открыли бы свои способности,
что моё ружьё – самоё
зарегистрированное ружьё в мире.
-Не знаю, но у меня другая
специализация.
-Кстати, о специализации. Наталья
Николаевна, зачислите меня, по блату,
конечно, в число ваших пациентов. Или
вы работаете только со слабым полом?
-Ну, вообще-то... Нет, почему?
Мы работаем иногда со слабым
интеллектом.
Но это в порядке исключения.
-Включите меня в этот порядок,
пожалуйста.
-Дмитрий Сергеевич, вы, кажется,
куда-то собирались.
-Наташа.
-А?
-Ты чего-то боишься?
-Я? Боюсь?
Это ещё более глупая шутка,
чем предыдущая.
-Значит, боишься. Ты меня боишься?
-Мы не договаривались об интервью.
-У тебя кто-то есть?
-Ну как вам сказать?
Вообще-то это не ваше собачье дело.
-Значит, дело всё-таки во мне.
Ты меня боишься.
Что тебе не нравится?
Что во мне не устраивает?
-Меня не устраивает,
когда задают дурацкие вопросы,
которые мне не нравятся.
-Поговорим, как нормальные люди?
-Нормальные люди, когда им предлагают
кофе, говорят «спасибо».
-Спасибо.
-И «до свидания».
-До свидания!
-До свидания.
-Можно хотя бы раз поговорить
серьёзно и искренне? Способна на это?
-Нет.
-Нет. Глядя на тебя, я понимаю людей,
которые идут на убийство без видимой
на то причины.
-Всё-таки у вас потрясающе дурной
вкус.
-Замолчи!
-Молчу.
А то на участке Мирошника
добавится нераскрытое преступление.
Кстати, хотела спросить. Я ни черта
не разбираюсь в этом,
ваш этот велосипед спортивный
или дорожный?
-Детский.
-Детский, да? Неожиданно.
Значит, часов за 5,5 вы до города
доберётесь? Счастливого пути!
-Счастливо оставаться. Всё-таки,
Наталья Николаевна, вы страшная дура.
Если в следующий раз у вас возникнут
проблемы со здоровьем,
пожалуйста,
вызывайте пожарную команду.
-Телефончик не подскажете?
-01.
-01. Пойду, запишу, а то забуду.
-Всего доброго.
-До свидания.
-Я так и знала, что ты здесь.
К тебе можно, Кратков?
-Ни фига себе!
-Так можно или нет?
-Пока ещё можно.
-Ты только приехал или уезжаешь?
-Уезжаю.
-А я неподалёку была.
Думаю, загляну, вдруг ты есть.
-Ну вот, я есть.
-Угу. А ничего не изменилось.
Хотя нет. Вон, что-то выросло. А чего
это вы решили разгородиться?
-Так. Чего тебе надо? Я тороплюсь.
-А-а! Что это? Кто это тебя?
-С велосипеда упал.
-О, боже, боже!
Я тоже недавно в аварию попала. Слава
богу, в машине дверцу только помяли.
Может, я тебя подвезу?
-Нет, у меня колёса.
-Ну как хочешь.
А вообще ты неплохо выглядишь.
-Ты тоже.
Что ещё?
-Как живёшь, Мить?
-Живу нормально. Хорошо живу.
Единственная неприятность
за последние 2 года –
твой сегодняшний визит.
-О, боже!
Ничуть ты не изменился, ничуть.
-Ты приехала, чтобы в этом убедиться?
-Брось, Мить, брось.
Ну чего ты царапаешься?
Я соскучилась по тебе.
И Сен-Тропе захотела увидеть.
А что здесь такого?
-Да, преступника всегда тянет
на место преступления.
-Ой, как мило, как мило. Ты до сих
пор не можешь меня простить?
-Могу, могу. Чего приехала?
-Просто так, честное слово.
-Ты просто так?
-Да. А ты считаешь, что я не могу
приехать просто так?
-Я считаю: раз, два, три, четыре,
пять.
-А, Митя, давай на пляж сходим, а?
А то после дождя так парит.
На наше место, Мить.
-Я уже плавки упаковал. Пардон!
И я тороплюсь, у меня сегодня
худсовет.
-Мить, ты шутишь? Худсовет был
позавчера, и твою пьесу не приняли.
-Чёрт побери!
Как я забыл о такой мелочи?
А ты приехала меня утешить?
Благодарю, не нуждаюсь.
У меня всё в порядке.
Пьесу не взяли, и что?
Не взяли, и не нужно, другие возьмут.
-А ты что, ты пишешь что-нибудь
новенькое, да?
-Да, я пишу.
-Роман, наверное, да?
-Алиса, прости, я не готов
к интервью.
-Слушай, Кратков, у тебя кто-то есть.
-А тебе чего?
-Она хорошенькая?
Но, впрочем, у тебя всегда был
хороший вкус.
-Алиса, ты не дома
и не в офисе своего мужа.
-Хорошо, хорошо.
А чего ты боишься, Кратков?
-Я же сказал, я боюсь опоздать.
-Ну, потрать на меня полчаса своего
драгоценного времени.
-Как-то я потратил полчаса
своего времени,
они закончились
только 2 года назад.
-Ты помнишь?
Я помню. Боже!
Боже, это было совсем
недавно, помнишь?
Помнишь, твоя первая книжка, банкет:
ящик водки, арбуз и яичница?
А где ты мне поставил автограф?
-Забыл.
-А я напомню, Кратков.
У тебя закончились все книги,
и ты расписался мне вот здесь.
А потом что было, ты помнишь? В лифте
полчаса: вверх-вниз, вверх-вниз.
Вверх-вниз, туда-сюда.
Ничего ты не забыл.
Писатель Кратков, дайте автограф.
-Алиса...
-Митя?
-Алиса.
-Митя?
-Алиса!
-Митя.
Ну что, не ожидал?
-Нет, это потрясающе.
-Как насчёт автографа?
-Боюсь, не получится.
-Почему?
-Лифта нет.
-Мить,
у тебя правда ко мне ничего нет?
-Алиса, я прошу.
-Хорошо-хорошо.
-Я прошу.
-Хорошо, я послушная девочка.
Мить, тебе, наверное,
это сейчас кажется диким?
-Нет, это кажется смешным.
-Мне так тебя не хватает.
-Раньше тебе не хватало другого.
Угощайся.
-Мне так тебя не хватает. Спасибо.
Мить, я понимаю,
что ты не можешь меня простить,
но мне хотелось настоящей жизни,
нормальной, чтобы не занимать деньги,
чтобы не в одних туфлях пять лет.
-Значит, сейчас у тебя
с туфлями порядок?
-Кратков!
-А у меня по-прежнему всё мимо,
я по-прежнему Кратков.
-Митя,
поцелуй меня.
-Макияж испорчу.
-А ты рискни.
-Незачем, на роль мужа я не гожусь.
-Дурачок, зачем мне муж? Он уже есть.
Поцелуй, ну?
Как всегда целовал когда-то.
-Алиса...
-Мить, поехали ко мне?
-Алиса!
-Поехали?
-Алиса, ты сошла с ума.
-Я – нет. Не надо никуда ехать,
пошли к Паше.
-Алиса, успокойся. Ты ненормальная.
-Да!
Да, я ненормальная.
Мить, я не могу без тебя, понимаешь?
Мне скучно с ними, Митенька.
Митя, я люблю тебя,
никогда не переставала тебя любить,
слышишь?
Я прошу тебя, пожалуйста,
не отказывайся от меня.
Ну посмотри на меня.
Хочешь, я всё для тебя сделаю.
Всё. Хочешь, Мить, я...
Хочешь, твою пьесу
начнём завтра же ставить?
-Завтра?
-Да.
-Почему не сегодня?
-Не веришь? Один звонок, Мить.
-Алиса, уходи.
Давай. Уходи отсюда.
-Ой, боже мой!
Как скучно с тобой, Кратков.
Скучно, ничуть не изменился.
Ты всегда был таким,
таким и останешься.
Чёрт с тобой.
Бездарный ты человек, Кратков.
У тебя всегда будет так –
велосипед, Сен-Тропе, худсоветы,
потому что ты на поступок
не способен.
У тебя старость будет скучная,
как десять заповедей.
Чтобы скучно не было, надо нарушить
хотя бы одну, а лучше две.
Чёрт с тобой.
Бездарность.
-Дмитрий Сергеевич,
я прочла. Это хорошо!
Это умно. Мне бы хотелось
иметь вашу книгу в своей библиотеке.
У вас, случайно, ещё одной
не найдётся для меня?
-Наталья Николаевна?
-Если можно, с автографом.
-Непременно.
-Никогда бы не подумала,
что современный мужчина
может так тонко почувствовать женскую
душу. Прости за банальный комплимент.
В общем, спасибо. И ещё,
я горжусь тем,
что у меня такой талантливый сосед.
-Наталья Николаевна?
А ты мне ничего не сказал.
Какой сюрприз!
-Вы собрались в город?
-Я?
-Да. Не сочтите за назойливость,
но в следующий приезд привезите
ещё что-нибудь, например, пьесу.
Мне будет очень интересно.
-Наталья Николаевна,
вы меня не узнаёте?
-Узнаю.
Вы отлично выглядите,
этот цвет вам к лицу.
Кстати, если позвонит муж из Вены,
попросите его
привезти вам шляпку из соломки.
-Он как раз там.
-Будет прекрасный ансамбль.
-Собирается завод с австрийцами...
-Да, я знаю.
-Я позвоню сегодня же.
-И ещё, если у вас когда-нибудь снова
появится желание приехать сюда,
подавите это желание.
-Вы про что, Наталья Николаевна?
-Иначе... Вы мои возможности знаете.
-Вы шутите?
-Нет, не шучу.
-Ну да.
Мне пора. До свидания, Митя.
-До свидания.
Счастливого пути.
-Счастливо.
-Вы подслушивали?
-Нет, просто слышимость хорошая.
-Это уж слишком.
-Да бросьте.
-Что это значит?
-То и значит.
-Что вы раскомандовались?
-А что вы на меня кричите?
-Что вы себе позволяете?!
-То, что я могу себе позволить,
а вы - нет.
-Какого чёрта?
-Может, я помешала?
Может, вы хотели уехать с ней?
-Вы ревнуете?
-Я?
-Да.
-Ещё не хватало!
-Понятно.
-Вы как всегда поняли не то.
-Я понял как раз то.
-И пожалуйста.
-Я понял. Я понял всё то, я понял.
-И катитесь.
-И качусь.
-Катитесь, пожалуйста.
-Качусь.
-Правильно, она вас дожидается.
Может, ещё успеете её догнать.
-Это я сложил, это упаковал.
-Давайте.
-И лампочку.
-Давайте. Спички я вам подгоню.
Она вас ждёт у переезда.
-Я на это рассчитываю.
-Не свалитесь с велосипеда.
-Знаете, постараюсь,
а вы, будьте любезны, перед сном
не забудьте зарядить своё ружьё.
-Спасибо, что напомнили.
-Чао!
-До свидания!
-Пока!
-Адьё! И катитесь. И извините, что
снова, опять вмешалась в вашу судьбу!
-Что значит «опять»?
-Один раз уже это
было два года назад.
-Два года? Мы знакомы два дня.
Погоди,
хочешь сказать,
что ты и Алиса..?
-Да, я и Алиса.
-Нет, этого не может быть.
-Можешь сказать мне «спасибо».
-Хочешь сказать...
-Да, Алиса была моей пациенткой.
-Значит, Алиса ушла,
и этим я обязан тебе?
-Выходит так.
-Чушь. А ты здесь при чём?
-Пойми же ты,
она была несчастлива
с тобой и любила другого.
-Хотя, конечно, как можно
по собственной воле
уйти от такого умного,
красивого, талантливого?
Тут не обошлось без высших сил.
-Я промучилась с ней целый месяц.
-Это даже смешно.
-Прости меня.
-За что?
-За то, что тебе смешно
только сегодня.
-Господи, как смешно.
А тогда будто лифт вниз.
-Как во сне.
Кричишь, а крика не слышно.
-И засыпать страшно.
-И просыпаться невозможно.
-И даже водка не берёт.
-И таблетки тоже не помогают.
-Я полгода шатался по друзьям,
не мог зайти в квартиру.
-Хоть с моста в реку.
-А я мечтал об аварии,
но чтобы сразу.
Наташа, выходи за меня замуж.
-Что?
-Выходи за меня замуж.
-Но я не могу.
-Почему? У тебя кто-то есть?
-Нет, у меня есть, но...
-Ты врёшь.
-Нет, не вру. Есть один человек.
-Наташа, ты не умеешь врать.
-Мить, я не могу.
-Давай поговорим серьёзно без
«не могу»? Дело во мне?
Я тебя не устраиваю?
-При чём здесь ты?
Извини, я хотела сказать другое.
Ты, в общем...
ты... Мить, ничего не нужно.
-Почему? Это нам нужно.
Ты говори-говори, я пойму.
-Мне нельзя.
-Почему?
-Потому что...
-Это тайна?
-Нет, это не тайна.
-Чертовщина твоя?
-Нет, не чертовщина.
Ты вчера видел женщин?
Ты знаешь, сколько их?
Им нужна моя сила, любовь.
-Наташа, это чушь.
-Как же, и Алиса – чушь?
-При чём тут она?
Ты нашла ей любовь?
-Конечно.
-Ты помогла провернуть
удачную сделку. Это безумие.
-Я делаю их счастливыми.
-Сделай счастливым меня.
-Я не могу.
-Хочешь, скажу, в чём дело?
Ты боишься признаться себе, всё это
враньё: про очередь, про долг.
Ты боишься, потому что однажды
хотела сброситься с моста.
Сколько лет ты живёшь с этим страхом?
Говори!
Ты самая несчастная дура
из всех, кого я встречал.
Я тебя люблю.
-Уходи.
-Я тебя люблю.
-Уходи.
-Я люблю тебя.
-Митя, пожалуйста, уходи.
-Считаешь, так нужно?
Хорошо.
Ну, расти большая.
-Наталья Николаевна,
я яблок принесла.
Смотрите, Настасья Филипповна
расцвела. Я же говорила.
Вы плачете?
-Нет, просто руку ударила об забор.
-Где ударили? У вас бинт есть?
-Нет.
-Сейчас принесу.
-Катя, не надо, не надо.
-Вы из-за забора?
-Да, я просто...
-Сейчас будет классный забор, я знаю,
где лежат инструменты
Дмитрия Сергеевича.
Где у нас доски?
Ага, это у нас доски так доски.
Тут доска есть. Давайте гвоздик.
Мы построим очень красивый забор,
Наталья Николаевна,
Получится очень красивый забор.
-Зачем он мне нужен?
-Наталья Николаевна, а ничего,
что луны не было?
-Луны?
-Вы мне в рецепте писали,
чтобы луна была, а был дождь. Ничего?
-Ничего, поможет, он и так вернётся.
-Давайте гвоздик.
Не расстраивайтесь.
Смотрите, какой забор красивый
получается. Давайте гвоздик.
-Митя...
-О, дядя Дима приехал опять.
Дмитрий Сергеевич, а мы забор строим.
Забор будет.
-Катерина! Катя!
-Что такое? Опять прибежал.
Что ты меня ищешь?
-У меня колесо спустило.
Ты считаешь, я вернулся напрасно?
-Я считаю:
раз, два, три, четыре, пять.
-Твой приехал на мотоцикле, поняла?
ЗВУЧИТ ПЕСНЯ:
-Барабанит дождь по улице,
град стучит,
Человек идёт сутулится и молчит.
Отголосок грома
слышится сквозь туман.
В этой жизни каждым пишется
свой роман.
Он зонтом не укрывается в тучах брызг
И чему-то улыбается трезвый вдрызг.
Он грозою не надышится сквозь туман
В этой жизни каждым пишется
свой роман.
А кому он улыбается, для чего,
Абсолютно не касается никого.
В лужах тень его колышется
сквозь туман.
Пусть как можно дольше пишется
наш роман.
Постучу рукой по дереву,
чтоб сбылось,
Из ветвей чтоб крепким мостиком
вдруг сплелось,
И пойду бродить по осени сильно пьян,
Всё кончается, не кончится наш роман.
Наш роман...
 

////////////////////////////