Хроники обыкновенного безумия (2005 год). Фразы и цитаты из фильма

Príbehy obycejného sílenství (2005)

Герой фильма — молодой человек, пытается вернуть любимую, уставшую от его странных выходок. По совету друзей парень пытается использовать рецепты черной магии, но вместо пряди волос возлюбленной вырезает приличный кусок из шевелюры ее спящей тети. Что и говорить — со стороны поступок выглядит безумным.

Все фразы и цитаты

В прошлый понедельник мы стали
свидетелями радостного события...
После десяти часов перелета...
Генерал Фидель Кастро ступил на чешскую
землю в аэропорту Рузыне.
Председателя революционного
правительства Республики Куба...
И первого секретаря коммунистической
партии Кубы...
Встречали чехословацкие партийные и
государственные деятели...
Во главе с президентом республики,
товарищем Густавом Гусаком.
Фидель Кастро передал нашим трудящимся
приветствие от кубинского народа...
А также дал высокую оценку нашим
успехам в деле строительства социализма...
И борьбе за мир.
В своем личном выступлении он подчеркнул
необходимость любви...
И взаимопонимания между народами...
Чехословацкой социалистической
республики и Кубы...
И указал на необходимость воспитания
социалистической молодежи...
Для борьбы с мировым империализмом.
После этого генерал Кастро поехал в
Пражский Град.
Когда я был маленьким, мы с папой
убивали политиков.
Они ехали из аэропорта в центр города
мимо нашего дома, и мы их встречали...
А когда они были уже близко и ехали
совсем рядом, мы в них стреляли.
Я все это воспринимал всерьез.
Отец говорил, что если мы их всех
перестреляем...
То тогда все хорошо кончится.
"ХРОНИКИ ОБЫКНОВЕННОГО БЕЗУМИЯ"
Останови. У меня этого нет.
- Что будем делать?
- Включай давай, пропускай дальше.
- А в накладных из Италии этого нет?
- Нет. Тоже ничего.
- С этими кодами ничего понять нельзя.
- Вот именно.
Ладно, давай посмотрим, что там.
В восемьдесят третьем мы так обнаружили
живого мужика.
Хотел эмигрировать к своей девушке в
Западную Германию.
Если бы мы его не нашли тогда, ему
была бы крышка.
Почему?
Если бы его упаковали, его мозг
переполнился бы кровью.
Или бы просто замерз. Знаешь как там
наверху холодно?
Ужасно холодно.
Ты когда-нибудь пробовал лежать без
движения часами да еще в такой коробке?
- Нет.
- Это тебе не шутки шутить.
А что с ним было потом. С мужиком этим?
Ну, я же говорю. Мы его спасли. Потом
его полиция забрала...
Есть еще один стопроцентный способ
вернуть себе бабу.
Какой?
Надо отстричь у нее прядь волос, сварить
их в молоке...
Потом высушить и сжечь с листьями
яблони...
А пепел развеять по ветру в том месте,
где вы познакомились.
- Чушь какая-то.
- Это такой способ.
Ты отстригал уже у кого-нибудь волосы?
Это надо сделать незаметно.
Когда она к тебе повернется спиной...
или когда спит.
Много не нужно. Просто символически.
Может лучше букет цветов подарить?
- Сколько вы были вместе?
- Два года.
В твоем случае я бы лучше попробовал
волосы.
Знаю, что не вовремя. Я просто хотел...
- Привет!
- Привет.
- Заходи.
- Нет, я только...
- Заходи, Яна будет рада тебя видеть.
- Ну, не знаю. Я ей принес кассету.
Проходи.
- Что будешь пить?
- Не могу, я на машине.
Да ладно тебе, немножко можно. Извините.
Это Петр, Михаил, Ивана, Бланка...
Проходи...
Это Петр. Петр тот парень, который жил с
Яной до меня.
Лукаш, Вероника... Это Петр Ханэк. Он
работает в аэропорту авиадиспетчером.
Нет, уже нет.
Господа... это Петр Ханэк.
Петр работает в аэропорту
авиадиспетчером, в башне.
Привет.
- Привет, Яна.
- Что ты здесь делаешь?
Хотел причесаться. А тут волос много.
Алекс меня позвал.
- Раз уж ты тут, то хотя бы не пей.
- Алекс предложил мне выпить.
Раз уж пьешь, то хотя бы не начинай эти
свои игры.
- Какие игры?
- Вот эти. Договорились?
Конечно.
Ничего... Чистота...
- Что это?!
- Ну выбрасывай это все, выбрасывай!
А ты что вылупился?
Господи, он же здесь работает, что ему
еще делать.
- Все вы одинаковые. Бабники, чертовы!
- Зато ты очень оригинальная.
Привет, Яна! Я как раз о тебе думал.
Петр!? Я совершенно не понимаю, как ты
мог сделать такое?!
- Что?
- Тебя видели дети.
- Какие дети?
- Тетины дети.
- Какая тетя?
- Тетя Алекса. Они спали наверху.
И видели, как ты зашел в комнату тети с
ножницами и отстриг ей волосы.
Петр?
Я бы никогда ничего подобного не сделал.
Прекрати! Тетя на грани нервного срыва.
Я и сам не в лучшем состоянии в
последнее время.
Это совершенно другое! Тетя хочет подать
на тебя в суд.
Так что у тебя будут большие проблемы.
Надеюсь, ты приедешь и все исправишь.
Какой же я идиот!
- Мама!
- Петр, привет. Я тебя не отвлекаю?
- Я на погрузке.
- Где?
- На погрузке. Я работаю.
- Я звоню из-за отца.
- Что-то случилось?
- Ты должен приехать с ним попрощаться.
- Он куда-то едет?
- Твой отец умирает.
Что? Мама!
Это я, мама. Что случилось?
- Привет.
- Привет.
- Давид, Петр приехал попрощаться.
- Ты едешь куда-то?
- Нет.
- Я ему сказала, что ты умираешь.
- Ты умираешь?
- Нет, не умираю.
Мам, зачем ты мне такое сказала?
А как еще по-твоему должен выглядеть
человек, который умирает?!
Ну, уж точно не так.
Да у него мозги отмирают! Его ничего
не интересует.
Его не интересуют новости...
Не интересует ситуация в Боснии,
землетрясение в Грузии...
Его интересуют только пузыри в пиве.
Хорошо. Но в остальном же он совершенно
нормальный.
- Ну, конечно, всегда одна я виновата!
- Да.
Ты знаешь, сколько сил приходится
тратить, чтобы собрать наше семейство?
- А ты знаешь, как ты меня напугала?
- Иначе бы ты к нам не пришел.
- Да пришел бы я.
- Не пришел бы.
- Ну, и не пришел.
- Вот именно!
Когда-то я думала, что у твоего отца
болезнь Альцгеймера.
Но теперь я совершенно уверена, что у
него старческий маразм.
Я поняла это по реакции зрачков.
Она светит мне в глаза фонарем.
Да, свечу ему в глаза фонариком. У вас
в семье наследственный маразм.
Его отец тоже этим страдал.
Когда ты был маленький, дед тебе
показывал странные рожицы...
Ты, конечно не помнишь уже?
- Нет.
- Он же играл с ним.
Играл. А потом в один прекрасный день
стал бегать по улице в нижнем белье.
Гав! Ты знаешь, что твой отец уже даже
пугаться не может?
Я иногда из-за дверей пытаюсь на него
рявкнуть...
Я уже дважды так делала, а он не
испугался.
Это один из признаков старческого
маразма.
А ведь когда-то он был известным
человеком, его знал весь народ.
Гав! Вот, видишь? Он, бедняга, хочет
испугаться, но не может.
Потому что ты на него не рявкаешь,
а гавкаешь.
- Да? А как по-твоему надо рявкать?
- Как? "Баф".
- "Гав".
- Не "Гав"! "Баф"!
"Гав".
У тебя все равно собака получается.
Надо "Баф".
Баф - гав-гав.
- Ладно, мам, мне надо уже идти.
- Что случилось? Тебе с нами плохо?
Да хорошо мне с вами.
Тогда останься. Ну, так что? Хорошо тебе
с нами или нет?!
- Да, не хорошо.
- А причина-то в тебе.
Тебе уже тридцать пять лет, ты можешь
плохо кончить, как твой отец.
Ты знаешь, что он в таком состоянии...
Что боится набрать даже телефонный
номер!
- Случайный номер...
- Да любой номер...
Почему случайный номер?
Мама считает, что люди меня по голосу
узнают.
Мы поспорили, что если он наберет
случайный номер, его узнают по голосу...
Там будет кто-то, кто еще помнит его
по новостям.
Он был голосом времени. Звучал с
экранов. Надо же как это было давно.
- Они будут думать, что звонит псих.
- Не надо отговорки придумывать.
Ты все это серьезно?
Да, я говорю ему, что люди его наверняка
вспомнят.
А потом ты меня оставишь в покое хоть
ненадолго?
Да оставлю, оставлю. Можешь потом
развлекаться со своими пузырями.
Мартин, это ты? Ты знаешь, что
произошло? Задавили Джерри!
Джерри?
Нашу собаку! Я надеялась, что ты
позвонишь.
Ты не должен был уходить. Я без тебя
не могу.
Ну, что?
Я так рада, что ты позвонил. Где ты
сейчас?
- Я в одном доме.
- Ну, как? Тебя узнали?
- Ты звонишь от нее?
- От кого?
От этой женщины?
Всегда, когда ты звонишь от нее, то у
тебя такой странный голос.
- Ты можешь приехать?
- Сейчас это невозможно.
Что невозможно? Почему невозможно?
- Я люблю тебя, ты знаешь?
- Да.
- Да!
- Я это не просто так говорю.
- Да.
- "Да"! Ты совсем не говоришь!
Со мной в последнее время что-то не так.
Наверное, я напьюсь каких-нибудь
таблеток.
- Нет, не надо...
- Что не надо?
- Тогда скажи мне что-нибудь приятное.
- Ну... не знаю, что сказать.
Скажи, что любишь меня.
Скажи что-нибудь своим красивым
глубоким голосом.
Скажи, что любишь меня, даже если это
неправда.
Мне необходимо это услышать!!!
Ну, скажи же хоть одну осмысленную
фразу! Ну, скажи!
- Хорошо. Я тебя люблю.
- Я тебя тоже люблю.
Мне надо заканчивать... пока...
Вот видишь. Видишь, до чего он дошел.
Видишь?
- Яна, привет.
- Привет.
Вот. Это тебе.
Спасибо.
Ну и натворил же ты дел.
Я извиняюсь, конечно. Мне действительно
очень жаль.
Я был пьяный ну и все такое.
Может мне стоит извиниться перед тетей?
Тетя не выходит никуда, она закрылась в
своей комнате и перестала разговаривать.
- А как девочки?
- Алексу пришлось их увезти...
- Они в порядке?
- У них случаются приступы смеха.
Я принес волосы с собой.
Может их еще можно как-нибудь приделать
назад. Как думаешь?
- Ты шутишь?
- Или я могу парик купить.
У тети аллергия на парики! Она не
переносит искусственные волокна.
Так что ей придется сделать специальный
парик...
Оплатить который придется тебе. Понятно?
Конечно.
Кроме того она хочет, чтобы ты перед
ней публично извинился.
Это как?
Она хочет, чтобы ты поместил извинение
в газетах.
- Это тоже не бесплатно.
- Конечно.
- Петр, я уже давно наблюдаю за тобой.
- И что?
Твои шуточки совсем не смешны. Ты
понимаешь это?
- Это никакие не шуточки, Яна.
- А что же это такое?
Я все это делаю из-за тебя, хочу, чтобы
ты ко мне вернулась.
Не начинай снова!
Я люблю тебя. Скучаю по тебе.
Ты ведь не воспринимаешь всерьез свои
отношения с Алексом!
- Отчего же!
- Что ты имеешь в виду?
Мы собираемся пожениться. Чего
остановился?
Это за то, что я отстриг волосы у тети?
Почему я просто не могу выйти замуж
за того...
С кем мне хорошо и кого люблю.
Алекс для тебя слишком прост.
Тебе нужен человек, который бы тебя
вдохновлял.
- Такой как ты, например?
- Да.
Это же ты меня оставил у бензоколонки!
Я тогда просто забылся. Мы же с тобой
это выясняли.
Я собирался прийти к тебе и извиниться...
- Но не пришел!
- То есть это значит, всему конец.
- Вот уже полгода как. Верни мне ключи.
- И не жди, что я оплачу этот парик.
- А вот и буду ждать!
- Ну и жди.
- Привет.
- Добрый вечер.
Я слышала какой-то шум. Что-то
случилось?
Мой матрас ожил и начал шевелиться.
- Матрас?
- Но уже все в порядке.
- Где он?
- Там.
- Где?
- Там за углом.
- Можно взглянуть? Это он?
- Да.
- Ты живешь не один?
- Да нет.
- Я Алисия.
- А я Петр.
Мы ваши соседи. Переехали шестнадцатого.
Слушай, а ты выглядишь не очень.
- Это мой нормальный вид.
- Думаю, что тебе не помешает выпить.
- Да, выпить я могу. Спасибо.
- Не за что.
- Будешь тоже?
- Да.
А ты знаешь, что у тебя тут все так же,
как и у нас?
- В самом деле?
- Да. Игорь тоже не в лучшем состоянии.
Игорь?
Тот человек, с которым я живу. Он
музыкант.
Сочиняет музыку... но его очень беспокоят
лифты.
Какие лифты?
Он судится с гостиницами из-за своей
музыки.
Ее уже десять лет включают в гостиничных
лифтах по всей этой идиотской стране.
Но ему пока не заплатили ни кроны.
- Ясно.
- Так что он с ними судится.
- Алисия!
- Я тут! Я немного выпила.
- Что это был за шум?
- У него матрас ожил.
Что за чушь?
Такое случается, когда человек живет
один. Петр. Это Игорь.
- Привет.
- Привет.
- Ну, что, выпьем пивка?
- Можно.
Алисия, будь добра, сбегай за пивком,
пожалуйста.
Алисия тебе уже рассказала о...
Она рассказала мне о гостиницах и
лифтах.
Да... На самом деле моя проблема
называется копирайт.
Копирайт - это основная причина...
По которой сегодня весь мир забит таким
количеством бездарных работ...
Которые еще называются авторскими
работами.
Каждый среднеспособный болван...
Может благодаря копирайту порядочно
нажиться.
Так что все занимаются творчеством,
творят до посинения. Разреши?
- Ты тоже творишь?
- Нет.
Хорошо. Хотя ты мог бы, пожалуй. У тебя
хорошие глаза. Ты в линзах?
- Нет.
- Порядок.
Ты ему уже сказал?
- Я говорил с ним о гостиницах.
- Я тоже.
Так что, как видишь, с гостиницами не
все так просто.
А поскольку нам это нужно, я нашел
котеночка. Но нас это не спасло.
Ей надо, чтобы на нас кто-то смотрел,
когда мы этим занимаемся.
Что ты об этом думаешь?
Не знаю.
Мы пробовали просто так спать вместе
одни...
Но ничего хорошего из этого не выходило.
Мы пробовали все. Мы даже проверяли
не лесбиянка ли котенок...
Это был бы не самый худший вариант.
- И?
- Нет. Подержи.
Думаешь, легко найти кого-нибудь...
Кто бы смотрел на нас, когда мы этим
занимаемся?
Это очень сложно.
Ты замечал когда-нибудь, какие тут
у всех глаза? Они потухшие.
Нам бы не помешало, будь они безумными,
безумные нам подходят...
Но тут они у всех просто потухшие.
Нам нужен кто-то с живыми глазами.
Как у тебя.
Да у него правда потрясающие глаза.
Привет, Яна!
Привет. Я просто подумала, нам не стоило
ругаться...
Я тебя не отвлекаю? У тебя есть кто-то?
- Нет, все в порядке.
- Я слышу какие-то голоса.
- Это кошки.
- Что? Петр!
Игорь! Этот кретин на нас не смотрит!!!
Яна, мне пора.
- Спасибо.
- Да вы что? Я же только смотрел.
Не так-то просто найти кого-то, кто бы
согласился смотреть.
- Алисия!
- Иду!
Если тебе вдруг станет грустно, то ты
опять постучи.
Алисия!
- Привет.
- Привет. Тебя подвезти?
Нет, я недалеко...
Хотел спросить... раз уж мы встретились...
В телефоне сохраняется последний
набранный номер?
Зависит от модели телефона.
А если это телефон похожий на тот, что
у нас дома?
- Насколько похожий?
- Сильно похожий.
- Ты хочешь сказать, такой же?
- Да...
- Если так, то...
- Да, это он.
...В нашем телефоне последний номер
остается. Почему спрашиваешь?
Ты же меня знаешь. Я с техникой не очень
дружу.
А есть ли способ снова набрать этот
номер?
В телефоне много кнопок. На одной из них
стоит буква "R".
Если нажать ее, то вызовется последний
набранный номер.
- Вот это "R"?
- Да.
Ношу его с собой, а то мало ли что...
- Я... принес парик...
- Какой парик?
Пока это тестовый парик, чтобы
определить ваш объем головы.
А когда вы определит какой объем, то
что?
Тогда я закажу специальный парик.
Проблема не в парике. У меня заниженная
самооценка.
В таком случае я действительно приношу
извинения.
Через неделю меня пригласили на
вернисаж. Вы пойдете со мной?
Ну... вернисажи, это хорошо.
- Добрый день, что будете пить?
- Кофе.
- Еще что-нибудь?
- Минералку.
Добрый день. Это Ханэк. Мы с вами
однажды говорили...
Вы из страховой компании?
Нет... Когда я звонил, вы думали, что
говорите с кем-то другим...
Вы думали, что звонит ваш Мартин...
а это был я... Ханэк.
- А сейчас вы зачем звоните?
- Я просто хотел узнать в порядке ли вы.
- Ну, да.
- Вы тогда хотели выпить таблетки.
Таблетки? Неужели?
Что это у вас там? У вас там кто-то
есть? Я не отвлекаю?
- Нет. Я намочила глину.
- Понятно... Мне пора.
- Подождите... я тогда плакала?
- Да не очень. Как собака?
- Какая собака?
- Джерри.
- Что с ним?
- Я думал, что его задавила машина.
Я вам так сказала? Это я придумала.
Мне очень жаль, что я вам врала...
Но мне хотелось как-то достучаться до
этого паршивца.
- До меня вы достучались.
- Вас это растрогало? Мне очень жаль.
Да что вы. Я был не против...
Простите, но отсюда нельзя звонить.
Очень мило с вашей стороны... что вы
умеете сочувствовать людям.
Мне надо заканчивать...
Я рад, что с вами все в порядке и что
Джерри тоже в порядке...
Подождите. Вы не хотите как-нибудь зайти
в гости?
Я уже заканчиваю.
Я могу вылепить вашу голову из глины.
Назовем это так...
"Неизвестный мужчина, звонящий женщине
на грани нервного срыва"...
Улица Чистички, 15.
Извините, я уже кладу трубку.
- Верните телефон! Телефон верните!
- Это мой телефон.
- Ваша жена освободится через 20 минут.
- Я пока покурю.
- Тогда вам надо спуститься в вестибюль.
- Хорошо.
- Привет.
- Привет.
- Что ты тут делаешь?
- Я тебе кое-что принесла.
- Спасибо.
- Так вот где ты теперь работаешь.
Да. Осваиваю новую машину.
Грузоподъемник, 24 вольт, 12 километров
в час...
Грузоподъемность 2000 кг. Что скажешь?
- Куда на нем можно доехать?
- Этого я не знаю. Кофе будешь?
Да.
Мне тут пришло в голову, что я мог бы у
тебя снимать твою квартиру.
Зачем?
Ты же все равно там жить не будешь,
раз выходишь замуж за Алекса, так ведь?
У тебя же своя квартира есть.
Да, но там происходят странные вещи.
На прошлой неделе ожил мой матрас.
У тебя все равно денег не хватит.
Сейчас у меня есть кое-что. Я немного
подрабатываю.
Как? На этой тележке?
На тележке я зарабатываю. Это моя
работа. А подрабатываю я у соседей.
- Как у соседей?
- Неважно.
Ты что убираешься у них?
Нет... Там живет композитор. Отличный
мужик.
У него есть подруга, а ей необходимо,
чтобы на них кто-то смотрел...
Когда они любовью занимаются.
- Ну, а какую роль играешь ты?
- Я и есть этот зритель.
- Они тебе за это платят?
- Ну, да.
Но ведь никто же не будет платить только
за то, что ты на него смотришь.
Яна, это же работа как любая другая.
Ты смотришь, как двое незнакомых
людей занимаются любовью...
Да.
...Они тебе за это платят, и ты это
называешь нормальной работой?!
Ну, не совсем, но в определенном смысле
да.
- А вот мне так не кажется.
- Но тем не менее это так.
- Тогда я тебе тоже кое-что расскажу.
- Не уверен, что я хочу это услышать.
Послушай, тебе наверняка будет
интересно. Садись.
Знаешь, наш с тобой разрыв стал для
меня настоящим ударом.
Я немного сошла с ума. И начала делать
странные вещи...
Помнишь телефонную будку, которая стоит
у моего дома?
Да.
Я узнала ее номер и наблюдала из окна.
Когда мимо проходил какой-нибудь
мужчина...
Который прилично выглядел, я звонила
туда.
Насколько прилично? В пальто?
С портфелем?
Это неважно. Главное, что они брали
трубку.
- Неужели?
- Ты бы тоже снял трубку?
Конечно, а потом?
Я делала вид, что перепутала номер, им
это казалось очень романтичным.
Мы немного говорили, а потом я звала их
попить кофе, а потом я с ними спала.
- Сколько их было?
- Не знаю. Двадцать.
- За какой период?
- За очень короткий.
Слушай, Яна, мне совершенно понятно,
что ты выдумала все это...
Ты ведь не можешь всерьез об этом
говорить.
Думаешь, я поверю, что ты переспала с
двадцатью мужиками...
Тогда бы ты была как проститутка. А как
насчет Алекса?
Алекс был одним из них.
Не может быть! И поэтому ты за него
выходишь? Или ты должна?
- Нет.
- Тогда не выходи за него.
- Ты знаешь какой-то другой вариант?
- Теперь уже наверное нет.
Вот видишь.
Здорово, да? Как море.
Да.
Пойдем, я покажу тебе кое-что.
- Смотри.
- Что это?
В последнее время я много думал о жизни.
Это список предметов, которыми в меня
кидала жена.
- Очень длинный список.
- Мы вместе уже двадцать три года.
Стол для пинг-понга?
Да. Это было в Болгарии. Попала на
мизинец. Ужасная боль.
А знаешь, женщины не враги нам. Они
друзья, но играют очень жестко.
Это точно.
Слушай, я хотел с тобой посоветоваться,
как ты думаешь, что ей пойдет.
Тут у людей вкуса нет совсем. А вот с
тобой можно посоветоваться.
То есть, мы еще не очень хорошо знакомы...
Но мне кажется, что тебе можно доверять.
Конечно. Красивые вещи. Вот этот
свитер мне нравится.
Это не свитер, это юбочка. Я купил ее
жене в восемьдесят третьем.
С тех пор она ее не одевала.
- Как жене?
- Ну, жене.
- Ну... Что скажешь?
- Красивая.
- Ева.
- Привет.
Кажется Эйнштейн или Бакеланд...
Кто-то из них сказал, что будущее за
пластмассами.
Что по-твоему ей пойдет?
Не знаю. Это зависит оттого, насколько
Ева раскованная.
Думаю, что она очень раскованная.
Если очень, то думаю, что вот это...
лифчик...
Слушай, не знаю даже, я не уверен.
Совершенно не знаю, что выбрать.
Пиво держать не надо. Оно будет теплым.
Мне нравится его держать.
Мне нравится наблюдать за тем...
Как, нагревшись, воздух увеличивается
в объеме...
И выталкивает новый пузырь.
Это вы сейчас поняли?
- Нет, я уже тридцать лет это делаю.
- А что вы еще делаете?
Ничего. Жене это немного мешает.
Я имею в виду вашу профессию. Что вы
делали раньше?
Ничего такого, чем бы можно было
гордиться.
Так похвастайтесь.
Я озвучивал еженедельные обзоры
новостей. В 70-х годах в основном.
Неужели? Вы что-нибудь помните?
Это была всякая коммунистическая
ерунда.
"Комбайны сегодня выехали на поля" и
так далее.
Интересно. Скажите что-нибудь.
Я стесняюсь...
Мне всегда мешало, что люди связывали
мой голос с новостями того времени.
- А у вас красивый голос.
- Благодарю.
И глаза у вас очень красивые. Такие
дикие.
Это Альцгеймер. Жена обнаружила это.
Правда.
Знаете, я даже не могу испугаться.
Жена пытается меня испугать, а я
не пугаюсь.
Она вас пугает? А как?
Например, неожиданно стукнет кулаком
по столу.
Или выскакивает с криком "баф"! А я
не пугаюсь. Это из-за болезни.
- Вы живете не одна?
- Нет. Это костюм Мартина.
Я думала, если надену на себя его
одежду, то смогу его почувствовать.
- И что вы почувствовали?
- Что он меня не любит.
- А это?
- Это мое платье.
Красивое.
- Вы прыгаете с парашютом?
- Это было с Мартином.
Я бы побоялся.
Ничего страшного в этом нет. Вам бы
понравилось.
- А это что?
- Это мой старый проект..."Любовники".
Понятно.
- Баф! Вот видите, вы испугались.
- Да. Немного...
Когда вы еще придете?
Теперь вам надо регулярно приходить,
раз уж мы начали это.
А это будет тоже какой-то ваш проект?
Нет. Это будете просто вы.
"Незнакомый мужчина, звонящий женщине,
которая на грани нервного срыва..."
..."Улица Чистички, 15"...
..."Улица Чистички, 15".
Помнишь, ты спрашивала, куда на этом
можно доехать...
Так вот, я пришел к выводу, что на этом
можно доехать до тебя.
Ты сумасшедший, да.
Хотя, может, не надо было проводить
этот эксперимент.
Мне иногда кажется, что я попадаю в
странные ситуации...
И со мной происходят странные вещи.
Мне тоже.
Может, если бы мы были вместе, то вокруг
нас бы такие ситуации не возникали?
Это не вокруг нас происходит. Это внутри
нас.
Когда я была с тобой, мне казалось, что
мир вокруг полон сумасшедших.
Мне просто везет на странных людей.
Это не невезение. Ты притягиваешь таких
людей, потому что ты сам такой.
Извини.
Нет! Оставь ее! Не прикасайся!
Немедленно положи ее!!!
Что это на ней одето? Моя юбка!
У нее нет ноги! Это я просто одолжил,
это просто в шутку.
Слушай, если между тобой и этим чучелом
что-то есть...
То между нами все кончено.
- Успокойся.
- Конец.
Не кидай!
Я говорила о тебе с медсестрой, когда
сдавала кровь.
Рассказала ей, в какой ты ситуации. Она
думает, что это серьезно.
Нет никакой ситуации, мама.
Нет, есть! Да еще какая! Возьми эту
коробку. Спасибо.
Ему уже тридцать три года, а он не может
самостоятельно сделать покупки.
У него нет женщины, даже Яна, и та его
бросила.
- Зачем ты ему это говоришь?
- Ты кончишь так же плохо, как твой отец.
- Оставь его.
- Знаешь, что он делает?
- Его лепят из глины. Как голема. Куда ты?
- Домой.
Ему остался месяц, может и меньше.
Что с этими вырезками?
Возьми ты их и прочитай на досуге...
Чтобы знать, какие ужасы творятся в
мире. Слышишь? Послушай меня!
Я с тобой разговариваю! Ну, что же это
такое в конце концов?!
Что-то случилось?
У меня выпивка закончилась, вот я себе и
позволил... У нас был суд...
Вы победили?
Смотря как посмотреть. Я выиграл.
Пусть тебе наш победитель расскажет,
что он сделал.
Он встал и начал поливать водой из
сифона всех присутствующих на суде!
Всех торжественно одетых людей,
протоколиста, присяжных...
Встал, достал из сумки эту свою
брызгалку... и стал всех поливать.
Котенок надеялась, что я выиграю
на суде.
Я просто думала, что он будет бороться...
Я и боролся!
Ты должен был нанять адвоката, как-то
подготовиться.
Единственное, что ты приготовил - был
сифон.
Я думала, что провалюсь сквозь землю
от стыда. Мне было так стыдно!
- Тебе было за меня стыдно?
- Да. Сегодня мне было за тебя стыдно.
- За меня?!
- За кого же еще!
Я принес к алтарю наших отношений
свою наготу.
Как много.
Моя сексуальная жизнь стала спутником,
который вращается вокруг меня...
Но от меня не зависит.
Так уж и вращается.
Вот что важно. Моя подруга не должна
меня стыдиться.
Я помню времена, когда женщинам за нас
не было стыдно.
Да что ты там помнишь?
У нас бывали не лучшие времена, но
женщины всегда были рядом...
При любых обстоятельствах, они были
рядом с нами как маяки.
Вот что было прекрасно при коммунизме.
А теперь все прошло.
Вот в этом ты можешь быть уверен.
Поэтому котенок от меня уходит.
Так что в определенном смысле и для
тебя тоже все заканчивается.
Мне очень жаль. Вы были такой хорошей
парой.
Да, были. Передавай привет отцу. Он
отличный мужик.
Вы знакомы с моим отцом?
Да, он приходил сюда. Тебя не было дома.
А котенку именно тогда было надо...
ну ты понимаешь.
Генеральный секретарь ЦК КПЧ Густав
Гусак...
Который находится с двухдневным визитом
в Североморавской области...
Вчера посетил город Остраву вместе с
секретарем Йозефом Кемпным...
И председателем правительства ЧССР
Й. Корчаком.
До этого они побывали на народном
предприятии Технопласт...
В Хропыни в Кромержижи, где приняли
участие...
В торжественном запуске цеха по
производству искусственной кожи...
Которая известна на рынке под маркой
Барекс.
В центре поверхностной обработки...
Они стали свидетелями радостного
события...
Рабочие произвели миллионный
квадратный метр искусственной кожи.
- Как здорово. Это какое время?
- 15 июля 1973 года.
- Ты и дату точную помнишь?
- Как-то это все осталось в памяти.
- Ты бы мог выступать на вечеринках...
- Не знаю.
- Ну, конечно. Это как стихи, надо же!
- Вы так думаете?
Люди скучают по тому времени. Есть
в нем такая нежность...
Я не знаю, как это выразить... Или эта
нежность есть в вас. Или в тебе.
Это потрясающее место.
Какая красота! Красота.
Ты знаешь, что все, что происходит
наверху, не считается.
- Как не считается?
- Имеется в виду в жизни.
Я не знал.
Поэтому так много людей летает на
самолетах.
Знаешь, что они мне сказали? Они
отказались брать у меня кровь.
Я уже двадцать лет к ним хожу и вдруг
медсестра мне говорит...
"Госпожа Ханкова, больше не приходите.
Ваша кровь не соответствует параметрам
донорской крови".
Я спрашиваю, знает ли она, что случилось
в Боснии.
Уверена ли, что моя кровь там не нужна...
Ты бы у меня взял кровь?
Я? Почему я?
Не бойся, я пошутила. Я не сошла с ума.
Ты знаешь, что на мне одето?
Папин костюм.
Вот именно. Думаешь, что я такая
рассеянная, что одела его случайно?
Да.
Нет. Я специально его надела. Если
наденешь чужую одежду...
Сможешь лучше почувствовать этого
человека. Ты знал?
- Нет.
- Теперь знаешь.
- Большое спасибо.
- Думаешь, я сумасшедшая?
- Я вообще ничего не думаю.
- Ты и сам не совсем нормальный.
Эти коробки, которыми ты себя окружаешь
все время...
Одеяла, которые у тебя вдруг оживают...
Это признак того, что ты на перепутье,
дорогой мой, и не спорь. Понятно?
- Ну и что, да на перепутье!
- На серьезном перепутье.
А кто не на перепутье? Посмотри на себя,
на кого ты похожа.
Ты не знаешь, куда тебе податься и что
с тобой будет.
Тебе тридцать три года, у тебя нет
подруги...
Ты не знаешь, о чем думать, чему верить...
...Ты пьешь.
- Да, да, ты пьешь.
Люди тобою пользуются, потому что ты
губка, которая все впитывает...
Но отказывается взять кровь у своей
матери...
Когда эта старая добрая мать его об этом
просит. Это безобразие!
И эти твои коробки тоже о чем-то
говорят.
Эти коробки от тебя.
Разве я могла отправить столько коробок?
Смогла.
Ну, хорошо. Некоторые отправляла я.
Ну, а все остальные?
Какие остальные?
С веревкой? Это только ты мог связать
их, дорогуша.
- Мама!
- Почему ты их не отослал?!
- Потому что я жду.
- Чего?
Когда их будет больше. Я же ведь губка.
Я пью, у меня нет сил отправить это.
У меня нет жены, которая бы мне помогла!
У меня нет матери, которая бы мне
объяснила, как и куда мне это послать.
Нет. Ты это не отправил, потому что меня
не любишь.
- Конечно, я тебя не люблю.
- Нет! Не любишь.
- Не люблю.
- Да.
Ну конечно, я тебя люблю. Я люблю тебя.
Если ты меня любишь, то возьми у меня
кровь.
Я принесла с собой все необходимое.
Я не могу взять у тебя кровь. Я же
никогда этого не делал.
Мы никому не скажем. Это будет нашей
тайной.
Куда ты запасаешься?
Мы ее спрячем, и когда она нам
понадобится, то она у нас будет.
Твоя кровь никому не нужна! Тебе же
ясно сказали!
Ни твоя кровь, ни твои советы.
- Не знаешь, что произошло в Боснии?!
- В какой Боснии?
- В Боснии она нужна!
- Ни никто ее туда не отправит!
- Мы сами ее туда отправим!
- Интересно как?
Я не знаю.
Ну, конечно, специальный самолет полетит
в Боснию со стаканом твоей крови?
Или мы ее туда повезем на машине?
- Не болтай, а делай!
- Ты правда все взяла?
Да. Полный комплект.
У тебя руки трясутся. Выпей чего-нибудь.
Вот так начинается болезнь Паркинсона.
Ты случайно не болен?
Добрый день. Этот потрясающий человек
в мыльном пузыре...
Мой друг... то есть знакомый.
Я хочу вам его представить.
Это тот, кто в 70-х годах озвучивал
еженедельные хроники новостей.
Более того, он их до сих пор отлично
помнит. Давид Ханэк.
Генеральный секретарь ЦК КПЧ Густав
Гусак...
Который находится с двухдневным визитом
в Североморавской области...
Вчера посетил город Оставу вместе с
секретарем Йозефом Кемпным...
И председателем правительства ЧССР
Й. Кочаком.
До этого они побывали на народном
предприятии Технопласт...
В Хропыни в Кромержижи, где приняли
участие...
В торжественном запуске цеха по
производству искусственной кожи...
Которая известна на рынке под маркой
Барекс.
В центре поверхностной обработки...
Они стали свидетелями радостного
события...
Рабочие произвели миллионный
квадратный метр искусственной кожи.
- Это Сильвия. Это Петр.
- Привет.
Здравствуйте.
- Если хочешь что-то сказать, говори.
- Если тебе надо будет что-то, то...
- Ты смотришь на соседей за деньги?
- Они этого хотели. Тебе не заплатили?
- Зачем берешь?
- Я на это живу.
Ты постоянно к ним ходишь? Лучше
не говори.
- Все кончилось.
- А что с волосами?
- А что с хрониками?
- Это Сильвия меня уговорила.
Ты спишь с ней? Она на тридцать лет
моложе тебя.
- Это платоническая любовь.
- Насколько это серьезно?
- Она лепила мою голову. Это все.
- Это ненормально.
Ну да.
То, как мы живем - это одно дело. Что-то
менять уже поздно.
Да.
Но не надо терять то, что нас
объединяет, взаимопонимание.
- Да.
- Ну, пока.
Пока.
- Ханэк.
- Это я.
Где вы?
- Ну, что, едем.
- Куда?
- Ко мне.
- Вы серьезно?
Яна с Алексом пошли на какое-то
представление.
Закрой дверь. Не нервничай. Девочки у
моего бывшего мужа.
Девочек тут нет?
Нет, тут их нет. Не стой, как истукан.
Сядь.
- Что ты обо мне думаешь?
- Точно не знаю.
- Что ты думаешь о моих ногах?
- Хорошие.
Я тоже так думаю. Моему мужу они
казались слишком худыми.
Мне кажется, что они нормальные.
- С ногами мне в жизни повезло.
- Да.
Так что я иду принять ванну.
- Ну, да.
- Да?
Ну, конечно.
Я бы не мог так импровизировать.
Это была не импровизация. Все было
спланировано заранее.
- Нет.
- Наивный.
Посмотри программу, если не веришь.
- Я иду спать.
- Алекс. Мне надо тебе кое-что сказать.
- Скажешь утром.
- Нет. Прямо сейчас. Сядь.
Ты помнишь, как мы познакомились в
будке... как будто случайно...
- Да. Это судьба.
- Дело вовсе не в судьбе.
- Нет?
- Я специально туда звонила.
Как это специально?
Выписала номер будки и наблюдала из
окна...
Когда мимо шел какой-нибудь одинокий
олух, то я звонила в будку.
Ты серьезно?
Да. Мы разговаривали, некоторые
поднимались ко мне наверх...
Выпивали бутылку вина и на следующий
день все начиналось сначала.
- Зачем ты мне это рассказываешь?
- Все это я делала из-за Петра.
Простите.
Принеси мне из ванной внизу масло в
синем пузырьке.
Из ванной синий пузырек с маслом.
- Под зеркалом.
- Да, конечно, под зеркалом.
- А что в нем такого особенного?
- Его руки, глаза. У него все оживает!
Да он просто идиот.
Не говори так! С ним я чувствовала себя
по-особенному...
Даже когда мы просто шли по улице.
Он же простой грузчик!
Не важно. Он может хоть на складе
работать, мне все равно.
- Бедолага.
- Что ты несешь? Он открытый, веселый...
Да ведь он катается на каких-то глупых
тележках.
Мы же вместе над этим смеялись, ты
сама говорила...
Да и именно это мне и нравится.
Тогда почему ты не с ним, раз он такой
потрясающий?!
- Так как я думала, что это невозможно.
- А теперь ты уже так не думаешь?
Кто-нибудь еще поверил в эту сказку,
со случайным совпадением?
Только я?
- Алло?
- Привет, Яна.
- Привет.
- Яна, это та будка?
- Я просто хотел тебя услышать.
- Как мило.
- Это та будка?
- Что ты делаешь?
- Была на танцевальном представлении.
- На каком?
- Это та будка?
- Да. Да.
- Но что в ней особенного?
- У тебя такой странный голос.
- Мы немного поссорились с Алексом.
- Правда? Мне очень жаль.
- Правда?
- Ну, а с другой стороны не очень.
А мне немного жаль.
- Ты дома? Купаешься?
- Да...
- Где ты там? Где ты?
- У тебя кто-то есть?
- Я жду.
- Нет. Прямо сейчас. Сядь.
- Это чайник закипел.
- А звук похож на женский голос.
- Это музыка.
- Я тебя люблю, ты знаешь об этом?
Мне совершенно все равно, есть ли
у тебя кто-то.
Я тоже тебя люблю. У меня никого нет.
Я один.
Яна... Ты куда-то пропадаешь. Плохая
связь.
Я кладу трубку. Пока...
Как представление?
Ну, спасибо тебе большое.
Катись ко всем чертям!
Теперь ты спишь с тетей?
Я просто помогаю ей повысить самооценку.
В таком случае она нашла того, кого
надо. Хорошие ноги.
Да, это да.
- Ты знаешь, раньше она была моделью?
- Нет.
- Как дома? Мама все еще сдает кровь?
- Да, все еще.
А как отец?
Опять начал декламировать свои хроники.
- Неужели?
- Да. На вечеринках.
Я помню, как он выпускал пузыри из пива.
Я говорила про себя, если ему удастся
выпустить хотя бы два...
Все будет в порядке.
- Может надо было выпустить три.
- Может быть.
То, что я говорила Алексу о тебе... не
думай, что это всерьез... я говорила...
Я понимаю, все ясно.
- Что собираешься делать?
- Вернусь туда.
Понятно. Ясно.
Когда-то Мартин был самым красивым
парнем в округе.
А может и не только, по утрам ты опускал
руки в воду, мыльную воду.
Вместо приветствия, опираясь о дверь,
ты пристегивал крылья.
Летать не больно, ты искал спасение
среди терновых прутьев...
Колючки шептали: "Икар, уколем", ты был
на грани...
Достаточно было шагу и случилось бы
как со мной.
Сидел бы ты в сонном ресторане над
чашкой чая из шиповника...
Таков мир, Мартин, Икар.
Ты не спишь?
Что случилось, Давид? Я уже собиралась
звонить в полицию.
- Задержался на лепке.
- Сейчас половина пятого утра.
Ты знаешь... Сильвия, которая лепит мою
голову из глины...
Так вот, там не только в голове дело...
все немного сложнее.
Что она тебе еще лепит. Давид? Вы
спите?
Ты мне никогда не врал, так ведь?
- Да.
- Сядь.
С моральной точки зрения это
непростительно и ужасно.
Не говоря уже о том, в каком свете
предстаю я.
Да.
Но с медицинской точки зрения, это пошло
тебе на пользу.
Как только ты мне начал врать, твои
мозги ожили.
- Серьезно?
- Ну, конечно.
Твои глаза уже не подернуты этой серой
пеленой отупения, как раньше.
А за это я этой твоей Сильвии
благодарна.
Ясно.
Ну, а с точки зрения человеческой, ты
просто скотина.
- Если не хочешь со мной, не надо.
- Но мы же сюда вместе приехали.
Да. Но ты же говорила, то, что
в воздухе - не считается.
Что в воздухе не считается, а вот что в
постели - то считается.
Понятно.
Что понятно? Ты хочешь, чтоб я с тобой
летела или нет?
- Это зависит от тебя.
- Что значит зависит от меня?
Я думала, что ты уже достаточно стар
для того, чтобы знать, что тебе надо.
- Извини. Баф!
- Да.
Ты не испугался.
- Привет!
- Давид! Это я. Не отвлекаю?
- Привет!
- Привет.
Я как раз сейчас в воздухе.
Я плохо тебя слышу. Что у тебя там так
странно шумит? Что это?
- Это воздух.
- Где?
Ветер.
Ах, ветер. Ты в машине? Не открывай
окно, чтобы тебя не продуло.
Да, мне пора заканчивать.
Подожди, я тебе только хотела сказать...
Что я жалею, что назвала тебя скотиной.
Пока.
Вам помочь? Выход там. Пожалуйста.
Нет. Нет. Я еще не заплатила за кофе.
Я не заплатила.
Ничего страшного. Пусть это будет за
счет заведения.
Проходите, пожалуйста. Пожалуйста.
Госпожа, ваш плащ...
Здравствуй. Поздоровайся с мамой.
Украина... Перемирие неустойчивое.
Индия... землетрясение.
- А что в Таджикистане?
- Воюют.
А что с твоей Сильвией?
Все кончено. Она начала на меня гавкать.
Да что ты. Нелегкая у тебя жизнь.
У тебя тоже непростая.
Мне жаль, что так случилось. Но я не
могла сдержаться. Не могла.
Я хотел, чтобы ты знала. Мне кажется,
у нас прекрасные отношения.
То, что с тобой случилось, это уже
не изменишь.
- Да у нас хорошие отношения.
- Я тебя люблю.
Ты не должен так говорить, если это
не правда.
Это правда. То, как мы живем - это одно
дело.
Как правило, уже ничего не изменишь.
Но не надо терять то, что нас
объединяет.
Если ты все еще хочешь снять мою
квартиру, теперь это возможно.
Нет. Сейчас у меня нет денег.
Это не важно. Тебя не будет смущать,
что я тоже там буду жить?
- Хорошо.
- В пять?
- Хорошо.
- Только не у тебя, а у меня. Хорошо?
Конечно.
Попробуй только приди в другое место.
И смотри, чтобы тебе вдруг что-нибудь
не помешало.
Подожди.
Покойся с миром. Теперь можно. Давай.
Помнишь, я рассказывал тебе о человеке,
который...
В восемьдесят третьем чуть не отправился
в посылке в Западную Германию.
...Это был я.
- Правда?
- За женщиной. Марушка меня сдала.
- Что?
Она спасла мне жизнь, это так. Я никогда
не забуду.
Это здорово.
Насчет Германии... Мне надо что-то
подобное в Прагу на Жишков.
- Да, на Жишков.
- Да, на Жишков.
- Улица Поречная?
- Прибрежная! Прибрежная, двенадцать.
- Да, я знаю. Я просто тебя проверяю.
- Надеюсь, что так. Смотри. Здорово, да?
Здорово.
У тебя есть еда, если мы вдруг в пробке
застрянем?
Не волнуйся, поедем короткой дорогой.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Можете открыть пошире?
- Конечно.
- Куда поставить?
- Туда.
- Главное, побыстрее открывайте.
Ты совсем сумасшедший.
А если бы я тебя вдруг не открыла? Эй!
 

////////////////////////////