Рабочий посёлок (1965 год). Фразы и цитаты из фильма

«Рабочий посёлок» — советский двухсерийный чёрно-белый фильм, поставленный на киностудии «Ленфильм» в 1965 году режиссёром Владимиром Венгеровым по одноимённой повести Веры Пановой (1964).

Все фразы и цитаты

 РАБОЧИЙ ПОСЁЛОК
Спой ты мне про войну,
Про солдатскую жену,
Я товарищей убитых,
Как сумею, помяну.
Тебя, Сергей, за Волгой схоронили,
Фанерную поставили звезду.
А мой старший брат убит на Украине
В сорок первом,
сорок горестном году.
Спой ты мне про войну,
Да про тех, кто был в плену,
Я товарищей погибших,
Как сумею, помяну.
Всех без вести,
всех без вестей пропавших,
А сколько их пропало за войну!
Всех ребят, ребят,
Россию не предавших,
Как сумею, как сумею, помяну.
Всех ребят, ребят,
Россию не предавших,
Как сумею, как сумею, помяну.
Спой ты мне про войну,
Про советскую страну.
Много стран на белом свете -
Я ручаюсь за одну.
Она меня мальчишкою растила
На трудный хлеб, на трудные хлеба.
Ты одна, одна на всех моя Россия,
И надежда, и защита, и судьба.
Мам, смотри что нашло. Мама!
Гляди, твоя шляпа. Вот цветы.
Мам, смотри. Ну, мам, смотри!
Господи, все ты не то находишь, Лёнечка!
Ой.
Ну-ка,
смотри, пожалуйста.
У мамы две было.
Надо же, и почему ему не пропасть.
Железный ящик сгорел, а!
Железный ящик с железными
инструментами и сгорел.
Сгори все. Подумаешь
ящик с инструментами.
Можно подумать, я кроме этого
ящика, ничем не пострадала?
Я не меньше твоего пострадала!
Меняюсь. Хочешь?
Ничего, ничего,
ничего. Вот и стены есть.
А где четыре стены, там и дом.
А где дом - там жизнь.
Покрашу бинты синькой.
Голубые занавесочки сошью.
Все приложится постепенно.
Пойдёт жизнь, куда ж
она денется? Господи!
Хоп мне.
Сынок!
Помогай Боже!
Спасибо! Не здешняя?
Приезжая по вербовке.
На восстановление народного хозяйства.
Ага, да-да.
Муж-то больной. Не повезло нам.
Богу, значит тебе, молиться надо.
Исцелить, что ли?
Его святая воля, захочет и исцелит.
Да, если б я, хоть столечко верила
что это... А ты молись. Да.
Будешь молиться, и вера придёт.
Вот щас ты в темноте,
не хуже как хозяин твой.
А в молитве свет увидишь.
Ну, Христос с вами.
Сама ты темнота.
Господи, какого только
народа на свете нет.
Здравствуй, Тетерин.
Я Вас слушаю, товарищ Мошкин.
Собрание рабочих, бывшего цеха
номер два, приняло резолюцию.
Не тратить силы и средства
на строительство жилищ,
определить все ресурсы
на восстановление завода.
Собрание призывает весь коллектив
завода присоединиться к этому решению.
А где думают жить
рабочие цеха номер два, а?
А, они постановили зимовать
в землянках и времянках.
Ну, а те, кто едет к нам на помощь?
Они как?
Че ж они тут тоже будут рыть землянки?
Уж и война кончилась,
а мы все в землю закапываемся.
Вот как, ну и школу ты дашь?
Школа может обойтись
постройкой барачного типа.
Мы достали прекрасный проект школы,
пока возведём один этаж.
Так только, конечно, капитально,
чтоб потом уже расширять.
Ну, а это
не годится.
Это не хорошо.
Не понимаю.
Почему Вы против этой резолюции?
Она патриотическая.
Это потому, что, если Вы
хотите иметь от человека
хорошую работу, так
потрудитесь подумать,
чтоб ему получше жилось.
В этом патриотизм, а не в том,
чтобы держать рабочих в землянке.
Ну и очень хорошо знаете,
товарищ Мошкин, что рабочие
сами не могли бы додуматься
до такой резолюции.
Их никто не заставлял.
Они сами поднимали
руки. Ну, конечно, сами.
Кому-кому, а Вам хорошо известно,
как надо ставить вопрос,
и на каких струнах играть,
чтобы люди сами поднимали руки.
За десятью зайцами, значит, погнались.
А если не справимся?
Не справимся,
отвечу я. Вы? Да, я.
Ясно, не справимся.
Видала, барыня? Отвечу я.
На всю страну могла бы
резолюция прозвучать эта.
Все товарищи.
Ну что вы столпились? Дайте дорогу!
Стой!
Вы откуда прибыли?
Из Гущина, из временно
оккупированного района.
Как фамилия? Мефодиева.
Это о Вас говорят,
что Вы у себя в селе
насаждали религиозный дурман?
То ж при немцах было.
А при немцах чего ж не было?
Страдал народ не выносимо,
вот и пошли в религию.
Чего ж Вы хотите?
В церковь, небось, ходила?
Ходила.
И других подбивала?
Ну не то, что подбивала.
А просто обсуждали мы меж собой,
что может это Бог
наказывает нас за грехи.
А теперь не обсуждаете?
Теперь, нет, не обсуждаем.
А то имейте ввиду, мы здесь у себя
подобной деятельности не допустим.
Буду иметь ввиду.
А Вы знаете, кто с Вами говорит?
Ну как же, председатель
завкома товарищ Мошкин.
Вообще я Вам рекомендую
почитать научную литературу.
Товарищ Федорова!
Наука давно доказала, что Бога нет,
а вы все обсуждаете.
Христос терпел и нам велел.
Грешим много, по грехам и муки.
Где я нагрешила?
Женой была, матерью была,
работала, все исполняла.
Чего же нагрешила?
Лопнет моё терпение,
возьму Лёнечку и уеду.
Ты б уехала? Не знаю.
Как же он без никого?
Вот вернись твой Алёша
и веди себя, как мой.
Ты бы уехала?
Вернись Алёша слепой?
Как до дела - он слепой.
А для выпивки это он
зрячий, будь покойна.
Уж ты-то, ты-то в два счета бы уехала.
Я тебя знаю.
Если б тебя и капли радости лишили...
Мария!
Мария! Фома у тебя
в какой класс идёт?
В третий.
Зайдёшь после работы
получишь костюмчик и ботинки.
Да он и сам может получить.
Он у меня толковый,
куда не пошли все сделает.
Костюмчик и ботинки уж так кстати.
Вырос изо всего.
А ботинки уж совсем прямо развалились.
Не видал я преград. Не... видал я...
Ах, ты улица неширокая
Ты кривая, распрямись
Ох, гражданочка, черноокая
Разрешите мне с Вами пройтись.
Ох, гражданочка, черноокая
Разрешите мне с Вами пройтись.
Не видал я прекраснее дамочки
Вы поверти безумным речам
Не видал я прекраснее дамочки
Вы поверти безумным речам
Эти губки, и щёчки, и ямочки
Не дают спать по ночам.
Вещь!
А Вы положите, положите.
Непременно Вам трогать.
И вообще нечего Вам тут делать!
Маруся!
Он ко мне зашёл?
Вот и идите отсюда оба!
Идите!
Марусь! Марусь! Марусь! Что?
Встань ты! Ты что? Пусти, говорю!
Сил моих нету, на твоих гостей смотреть.
Итак повернуться ж негде!
Идёшь домой как на пытку и все
одно и тоже, одно и тоже!
Сердится Маруся.
Наденешь, когда в школу пойдёшь.
Осторожней, осторожней, ребятки,
отойдите прочь от машины, задавит.
Отойди, задавит!
Николай Петрович!
Дети, тихо, тихо!
Сегодня у нас большой праздник.
Перестань! Наш завод подарил
нам замечательную школу!
Мальчики, спокойно, спокойно!
Что ты хочешь? Ну скажи,
что ты хочешь? Перестань!
Куда ты пошёл? Перестань уже!
Ну Вы сами посмотрите,
ну что же мне делать? Ну скажите,
чтоб они понимали!
Птичкин, ну что ты делаешь? Перестань!
Плещеев, Плещеев, ну
ты-то хоть веди себя, ну!
Оставить мальчика без одежды.
Ну за что нам такое с Лёнечкой?
Маруся!
Что же ты ребёнка обездолил, у?
Маруся, ну... Да
есть ли у тебя сердце?
Есть ли сердце у тебя?
Или в тебе уже все фашисты убили?
Марусь, это Макухин
сделал, гад! Все он!
Я и не знал. Марусь,
разве бы я мог,
если б знал, откуда эта водка?
Ничему больше не верю!
Понимаешь? Ничему! Ничему!
Ничему! Ничему!
Да, ты же не отец.
Ты не человек после этого.
Что мне делать? Что делать?
В который раз тебя прошу?
Уедем на Алтай, к моим!
Ведь хорошо живут люди.
Молчишь! Конечно,
там тебе не будет воли.
Ну, поверь!
В последний раз поверь! Слышишь?
Марусь! Как я к тебе рвался!
Как ждал, вот приеду.
А я как ждала!
Никого, никогда кроме тебя.
Чтоб этого Макухина
и духу здесь не было!
Да я его сам видеть не могу.
И водки этой проклятой, чтоб и не пахло!
О ней думать не могу после этого!
Как я хочу тебе верить! Как хочу!
Если бы ты знал?
Господи!
Вот ты Господа поминаешь,
а ведь ты его без всякого
соображения поминаешь.
Просто от привычки. Это грех.
Ты к нему сознательно
обратись, лично, чтоб укрепил тебя.
Отвяжись от меня.
Обратись, Мария. Легче
тебе будет свой крест нести.
Не хочу крест нести, не хочу!
Хочу жить разумно, ясно.
Ну хорошо, пусть уж и без счастья,
но покоя, покоя, хоть капельку. Можно?
Вспомним о тех, кто командовал ротами,
Кто умирал на снегу,
Кто в Ленинград пробирался болотами,
Горло, ломая врагу.
Эй! Кто в Ленинград пробирался болотами,
Горло, ломая врагу.
Вспомним за тех, кто неделями долгими
В мёрзлых лежал блиндажах,
Дрался на Ладоге, дрался на Волхове,
Не отступил ни на шаг.
Эй! Дрался на Ладоге, дрался на Волхове,
Все гуляют?
Не отступил ни на шаг.
Пусть вечно в памяти будет прославлена
Под пулемётной пургой
А я сам себе главный друг.
Потому что я на самого себя
могу положиться полностью,
а на других, даже на вас, не полностью.
Почему же на нас не полностью?
Наши полки на высотах Синявина,
Наши штыки подо Мгой.
Наши полки на высотах Синявина,
Наши штыки подо Мгой.
Наши полки на высотах Синявина
Господи Боже, ой!
Ты, где дел карточки?
Не получил?
Получил.
Давай их сюда! У тебя они?
Лёня, Лёня, где карточки? Где?
Я положил куда-то.
Куда положил? Не помню.
Потерял.
Без хлеба, без ничего целый месяц.
Эх, выпьем за мужество павших героями,
Выпьем за встречу живых!
Выпьем за мужество павших героями,
А я на себя
положиться не могу.
Прежде мог, а теперь не могу.
Гришку бы мне, Гришку.
А кто такой Гришка?
Шалагин. Хороший человек Гришка Шалагин.
Чем же он хороший?
Да всем хороший. Ходит
прямо, говорит весело.
Вот эта улица...
Дружили мы:
я, он, покойный Прохоров Алёша.
Ах, вот эта улица, вот этот дом,
Вот эта барышня, что я влюблён.
В чешуе, как жар горя
Тридцать три богатыря.
Вспомним, как
русская сила солдатская
Немцев за Волхов гнала!
Вспомним, как
русская сила солдатская
Немцев за Волхов гнала!
Вспомним за тех, кто
командовал ротами,
Кто умирал на снегу.
Ох, нет, ничего ты, Лёнечка, не потерял.
Не правда.
Это опять этот злодей.
Ты её поставь на место,
что она тебе в самом
деле повернуться не даёт.
Ну чего ты?
Тихо!
Да ну, боялся я её. Пусть
она только попробует!
Небось, когда убег, шляпу
хватил, она шелковая была?
Пусть только попробует!
Тихо, тихо, тихо! Ты только не очень.
Я считаю, женщину
жалеть нужно и оберегать.
Во-первых, там были твои карточки.
Государство тебе их дало?
Пошли.
Мои кровные! Начнём с этого.
Ну, две мои были. Верно?
А?
Как хочу, так и распоряжаюсь!
Закрой дверь, избу выстудишь.
Сынок, сынок!
Значит так, да?
Человек все отдал -
это хорошо, да хорошо!
А взять для себя чего-нибудь,
моментально глаза колоть?
Ну коли, на коли сколько хочешь!
Все равно ничего не
видят. Видели когда-то.
Ложись. Захочу, лягу.
А не захочу не лягу.
И ничего такого страшного нет.
Скажешь там, что потеряла.
Что у меня, не могла потерять, что ли?
Придумывай, помогут.
У нас не капиталистические джунгли,
где человек человеку волк.
У нас все за одного.
А один за всех.
Вы поймите меня правильно.
Разве я от трудностей уезжаю?
Сын не даст мне
соврать, на, какую хотите,
тяжёлую работу - я первая.
Да я на трудности, как
на джет, грудью кидалась.
С пьющим человеком
существовать не мыслимо.
Нет. И тем более,
чтобы у вас на глазах страдал ребёнок.
Кроме пенсии уход требуется.
Вот, пусть теперь приятели
за ним и ухаживают!
Которых он нас променял.
А моих сил нет.
Нет сил, больше этот
воз везти. Не могу.
Возвращаться вам придётся. Нет.
Вернусь,
не вернусь до самой
смерти. Жизнь пройдёт.
Она подлая, она мразь!
Подлая, а ты будь мужчиной!
Тут канавка, Леонид.
Ага.
Конечно со зрячим
лучше жить, чем со слепым.
Распутничать легче, чем
за инвалидом ухаживать.
Вот мы и дома. Тут бугорочек, Леонид.
Тут бугорочек! Да,
но отнять сына у отца,
это что ж такое делается-то,
я тебя спрашиваю?
Кто ближе сыну, чем
отец? Я спрашиваю!
А, спрашиваю, не спрашиваю, все ясно.
Спрашивай, не спрашивай, ясно все.
Чего уж тут?
Кто здесь?
Кто здесь?
Я.
Сынок, вернулись!
Милые вы мои! А, мама где?
Мама где, а?
В Барнаул поехала.
Что? В Барнаул поехала.
Как? Без тебя?
Я не хочу уезжать.
Я с тобой буду.
Сынок.
Сынок.
С кем она поехала?
Ни с кем, сама.
Правду говори!
Да, правду.
Правду мне говори! Я правду!
Без меня, без тебя!
Совсем, значит, мы ей не
нужны. Отрезала начисто.
Пап, можно я хлеба возьму?
С кем она поехала?
Мерзавка, дрянь!
Гадина! Говори,
ну! Ну, с кем она?
Гадина!
Бьётся в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза,
И поёт мне в землянке гармонь
Про улыбку твою и глаза.
Про тебя мне шептали кусты
В белоснежных полях под Москвой,
Я хочу, чтоб услышала ты,
Как тоскует мой голос живой.
Ты сейчас далеко-далеко,
Между нами снега и снега,
До тебя мне дойти нелегко,
А до смерти четыре шага.
До тебя мне дойти нелегко,
А до смерти четыре шага.
Пой, гармоника, вьюге назло,
Заплутавшее счастье зови,
Мне в холодной землянке тепло
От твоей негасимой любви.
Мне в холодной землянке тепло
От твоей негасимой любви.
Справа подано.
Шёл бы ты, милый друг,
что-нибудь работать.
Чем попрошайничать.
Позвольте, Вы же сами,
я видел, дали ему пятёрку.
Ну, да. Ну это же не правильно.
Ему указать надо, а мы,
дураки, потворствуем.
Дураки? Молчите, уж лучше.
А то я так, указом век не забудете.
Сынок!
Ты книжку можешь почитать, верно?
В кино, вечером убежишь, верно?
А мне что, умирать? А? Умирать?
Умирать, да?
А города Николаеве фарфоровый завод,
А там живёт девчоночка
двадцать первый год.
А все таки, по её не
вышло. Хитро придумала.
А по её не вышло.
Ты не с ней, а со мной. С отцом.
С вами, мальчишки, с вами пропадёшь,
С вами, негодяями, на каторгу пойдёшь!
Выше отца нет ничего.
И никто отца заменить не может.
А, особенно, сыну.
А за хуторянского...
Леонид, здравствуйте!
Это я, Капустина.
Мы к тебе по поручению общественности.
Чего ещё от меня надо общественности, а?
Глаза б мои на тебя не смотрели.
А мои на тебя давно
не смотрят. Дальше!
Леонид, мы с тобой детями
по посёлку босые бегали.
Ты на моё место себя поставь
и тогда ты со мной говори.
А что ж нам местами-то считаться?
Мы тебя на своё место не приглашаем,
а уж тоже поверь,
его-то в первом месяце не стало.
Возьми ты себя в руки,
имей рабочую гордость!
Просим тебя.
Свяжите меня.
Положите меня в угол, как полено,
чтоб не портил вам
вид. Это вам надо?
Ну как с ним
разговаривать? На надо...
Нам надо, чтоб Вы вели
себя, как нормальный
Советский человек. И
чтобы Ваш мальчик...
Анна Васильевна, потише.
И чтобы Ваш мальчик
регулярно посещал школу,
как всякий нормальный Советский ребёнок.
Времени у него мало посещать.
Мать его, меня бросила.
Она меня бросила на произвол судьбы.
Мария общественность осуждает.
Она должна была за тебя
бороться, а не бросать.
Мы решили вот что.
Устанавливаем дежурство. Коллективно
будем за вами присматривать.
Ну и так далее.
В отношении питания,
уборки, стирки и так далее.
И чтоб жили вы как люди.
Так мы постановили.
Ну конечно, чтоб Вы своё
поведение в корне бросили.
Иначе никто не вынесет.
Лёня, где бутылка? Лёня!
Ну вот перед тобой.
Хорошо.
Сынок, слышишь, как жить будем?
Уборка и так далее. И так далее.
Нянечки за нами присмотрят,
чтоб мы все как люди.
Ну щас мы, щас же мы не люди, не.
Нянечки добрые веником
помахают и станем мы как люди.
Щас же они нас на поводок, раз и все.
А идите вы с уборкой,
знаете куда? Идите!
Идите, ну! Да, ты что?
Идите, будьте здоровы, ауфидерзейн!
Да, ты что?
Да, ты постой!
Будьте здоровы, живите богато!
Ауфидерзейн!
Стыд-то, вот стыд-то!
С вами, мальчишки,
Да мы к тебе всей душой!
С вами пропадёшь,
С вами, негодяями, на каторгу пойдёшь!
Прийдётся говорить в другом месте.
Прихожу в дворянскую,
а сажуся я за стол
Собирёшь что
постирать и принесёшь.
А снимаю фуражечку, кладу её на стол.
А ты
никому.
С вами, мальчишки,
с вами пропадёшь,
С вами... А жену мою
вы судить не смейте.
Вы ей не судьи, ей только я судья.
Ничего вы не
знаете. Пап, а пап. А?
Никого уже нет.
А снимаю фуражечку,
кладу её на стол.
Григорий Ильич!
Неужели Таня?
Взрослая-то какая стала.
А я Вас сразу узнала, Григорий Ильич.
А Прохоровы-то где
здесь живут, не скажешь?
Прохоровы?
Вон.
Вон там, прямо, над самой рекой.
Там спросите.
Да не может быть?
Гриша!
Здравствуйте, Ульяна Федоровна!
Гриша, ты чего приехал?
Жить. Надумал, куда ехать жить.
Держал бы курс, где получше.
Да я, много где был.
А где получше не видел.
Ну, пойдём в избу.
Умывайся. Отдыхай.
Вечером, после смены,
хозяин придёт, ужинать будем.
Узнаю аккуратность
Вашу, Ульяна Федоровна.
Ну уж такой была, порядок должен быть.
На дереве, как птицам, случиться жить
и на дереве надо соблюдать порядок.
И когда это? И давно.
Когда из-под Киева немцев гнали.
Невестка с Вами?
Невестка с нами.
А ты что, целый совсем?
А чего в госпитале лежал?
В семи госпиталях
лежал, ничего, заштопали.
Ну, с возвращением, Гриша!
Только слухай меня!
Становись-ка ты на работу сразу.
Приживляйся к делу. Без
работы портится человек.
Погляди, что с Плещеевым сделалось.
Ты знаешь, он слепой
вернулся? Писали мне.
С ним, сам понимаю, тяжёлый разговор.
Не перенёс Плещеев своё несчастье.
Где жить думаешь? Живём плохо.
Бараки переполнены.
Строиться надо!
Эх, раз! То ли, тополи меж елей.
Война заставила
любимых маяться у ели.
Эх, раз! То ли ехали матросы,
Всех зовут Иваны и курили папиросы.
Девушки, конец
войне. Девушки, победа.
Девушки, держитесь
там за старого деда.
Вот и кончилась
война, а меня и радует,
Идёт милый всю дорогу,
всю дорогу падает.
Эх, где же мой залётный
в серой гимнастёрочке?
Надо по небу с наводу
в белые потёмки.
Явилась-таки, полуночница!
Разит, как с пивной.
Терпенье, мамаша!
Зинченко вернулся.
Отметили.
Каждую ночь повадилась отмечать.
Не только женщины, мужчины говорят.
А, мужчины.
Где-то Вы, мамаша, мужчин нашли?
Остатки одни, инвалидные команды.
Труб печных больше, чем мужчин,
Цыц, женщины! Люди спят.
Девушки конец войне, девушки, победа,
Девушки, держитесь там за старого деда.
Всякое проявление либерализма
- это преступление, товарищи.
Мы не можем терпеть личностей,
потерявших... Тише товарищи!
Потерявших облик.
Калёным железом... Тише!
Мы будем выжигать их из своей среды.
Наш облик вас не касается. Какой есть.
Ты скажи, где ты кровельное железо взял?
Спокойней.
Как Вас угораздило
стекла побить? Вот это два.
Эх, а, шутка сказать.
И стекла и днём с огнём ведь не найдёшь,
иначе, окна перебить.
Ну почему обязаны люди
такое терпеть через вас?
Ну кто его знает, как оно вышло?
Действительно.
Но про облик он не имеет права.
Облик сюда не относится.
Не крал я железо, слева купил.
Значит, краденные купил?
Уж накладных не спрашивал.
Не брильянты покупал, крышу
над головой, для детей. Понятно?
А получку пропиваешь. Это
ты тоже о детях заботишься?
Я вашего суда не признаю.
Я за вас жертву
принёс, а не вы за меня.
Пора, пора, товарищи, кончать.
Никто, только мы сами
можем навести порядок.
И на заводе, и в посёлке, и везде.
Это ты верно, только сами
и на заводе, и дома.
В работе руки дрожат,
а чарку крепко держат.
Постойте, товарищи. По-порядку давайте.
Закончим с Макухиным.
Значит так, товарищи, запишем.
Просить прокуратуру...
Да, нет. Кто это?
Ты что, по голосу не узнаешь?
Гриша!
Вы идите, идите без меня!
Ты здесь. А я вот...
Видишь? Видишь?
Будет, будет, будет, будет.
Будет.
Слушай, красавица!
Чего?
А о нас ты забыла?
Ну-ка давай, давай, давай.
Сейчас.
Ну вот, щас принесут нам кашу и омлет,
и будет нам хорошо.
Ну, продолжай, рассказывай,
как дальше ты думаешь.
Да что продолжать?
Какое у меня, может быть дальше?
Мне не надо быть дальше, ради Лёни живу,
ради сына только. И получается?
Ну, значит, получается, раз
от матери ко мне прибежал.
А что я должен
делать? Живу, как могу.
Мог бы иначе.
Работать!
А ты пробовал?
И пробовать нечего. Во!
Так.
Ещё не до того себя
можно довести, умеючи.
Недельку походишь трезвый,
глядишь, трястись перестанут.
Тихо, тихо, тихо,
тихо. Ты слышишь?
Гудок.
Что ж ты не торопишься, а?
А я пока ещё оформляюсь. С
понедельника начну вкалывать.
А вот ты...
Неужели не тошно с
протянутой рукой ходить?
Я с протянутой рукой не хожу!
Я артист.
Брось ты. Какие мы с тобой артисты?
То, что песенки умеем
петь, так это все умеют.
Ты че не ешь?
Водочки.
Глоточек.
Но тут нельзя. Не видишь, плакат висит?
Плакат, а я не вижу.
Позову буфетчицу, там у
неё такой чайничек есть.
Шура!
Вот, ей-богу.
Ну дай ты нам, это
самое. Один момент.
Письма есть от Марийки?
Была телеграмма.
Про Лёню запрашивала.
Я написал, что он у меня.
Посылку прислала. И все?
Ну пишет иногда, Лёня отвечает.
Ну, за твоё.
Твоё, твоё. Слабо провели.
Никаких в сущности выводов.
Надо было в прокуратуру передать,
Ваш либерализм помешал.
Оставьте, Мошкин, демагогию.
Не пойму я Вас.
Вы б попроще выражались,
по-нашему, по-рабочему.
Насквозь я тебя вижу.
Мало тебе власти, хочешь
любви широких масс.
А я в эти игры не играю.
Каждый обязан долг свой исполнять.
А нет, так заставим.
Здравствуйте.
Сказано не пей - не смей пить.
Сказано работать и работай.
И нет твоим заигрываниям и
утопиям от меня поддержки.
И не жди. Тебе
налево, мне направо.
Верно! Вам туда, мне сюда.
Гришка, а помнишь,
как ты про нас говорил?
В чешуе, как жар горя,
тридцать три богатыря.
Вот тебе и тридцать три богатыря.
Алёшки нет и я, не жилец.
Ты брось этим козырять,
что ты, не жилец.
И не очень жизнью
швыряйся - рассердится.
На счёт сына, ведь
это он для тебя живёт,
а не ты для него.
Щас он с тобой нянчится,
а потом, увидишь,
обидные слова
скажет. Не посмеет.
Вырастет, посмеет.
И будет тебе, Лёня, кисло.
А мне и щас не
сладко. Тем более.
Значит, надо стать на такую позицию,
чтоб он тебя уважал.
Попробуй на завод.
Что-нибудь подходящее подберём. А?
По-вашему, человек пострадал в бою,
этого мало, чтоб его уважать?
Ты бы видел, на что ты похож?
Имею право на уважение.
Даже если не буду работать в
социалистической промышленности.
А что я одет неважно...
Только ли, что одет не важно?
Совсем молодой.
Ну где там?
А на старика смахиваешь.
Сколько дней не брился?
Ты все на высокие материи сворачиваешь,
а от тебя разит.
Да, разит, как болезнью
разит, перегаром.
Ты воображаешь, что Мария
от разбитого сердца сбежала.
От отвращения. Ну,
да. Попробуй, подыши.
И я бы сбежал.
Не ради Социалистической
промышленности тебя приглашают работать.
А тебе, дура божий, надо
ноги из болота вытянуть.
Чтоб ты не захлебнулся
в собственной дряни.
Ешь!
Слушай, какое ты имеешь
право меня оскорблять?
Имею. Ты себя не видишь, а я вижу.
И обязан сказать.
А то он страдалец, понимаешь, артист.
Одним словом, кончай
перекур, выходи строиться.
Ну как, Димитрий Иванович, надумали?
Нет, нет. Не трогайте
меня с моего места.
Не гожусь в начальники.
Привык к машинному отделению.
Пол-жизни в нем прошло.
Честолюбия, думаете,
не имею? Имею.
Я где-то читал, в средние века,
в Шартре, это во Франции, кажется.
Строился замечательный собор.
И вот, идёт человек
и встречает на дороге трёх строителей.
Каждый тачку толкал с камнями.
Прохожий спрашивает у них, у каждого.
Ты что делаешь?
Один отвечает: "Тачку тащу
тяжёлую, пропади она пропадом."
Второй отвечает: "Зарабатываю
на хлеб семейству."
А третий, пот с лица
вытер, и говорит: "Я
строю Шартрский собор."
Вот такая есть старинная притча.
Третий - это Вы были, Димитрий Иванович?
Ну, вроде я.
А начальству, по-вашему,
гордиться нечем?
Каждый свою тачку везёт.
Извините, если не к
стати. Приятно кушать!
Я Вам, Ульяна Федоровна,
грибочков принесла.
Мне из деревни
прислали. Спасибо, Фрося.
Садись, я тебе пирога отрежу.
Дай Бог здоровья.
Народ к нам идёт хороший.
Да, всякие попадается.
Это верно, но в основном,
все-таки, хороший.
Знаете, Димитрий Иванович,
мне кажется, фронтовики принесли с собой
большую какую-то правду, я бы сказал.
Да кто принёс, а кто
наоборот разбаловался.
Не важно, решают не
те, кто разбаловался.
Обязательно должно
свежим ветром повеять.
Должно. Должно,
Александр Васильевич.
Дорого человечество платит за науку.
Что поделаешь? Дешевле
в наш век не получается.
И с кадрами теперь
придётся советоваться.
Нельзя игнорировать кадры.
А в собственном особняке,
землячки, вам жить хватит.
Вот достроим наш пятиэтажный.
Перебирайтесь-ка. А?
Я сам переезжаю. Наконец-то
уж семью выписывают.
Ну и слава Богу, что все в разлуке.
Хорошее дело.
Привет, принцессы!
В кино собрались?
Приглашаем тебя.
Да некогда мне.
Вот построю дом, тогда
буду и в кино ходить.
Помогла бы мне, Полин! А, Полин?
Шутишь, Гришенька?
Да нет, не шучу.
Поехали за материалом.
На чем поехали?
На Охрамовича. А,
в кузове трястись.
Ну, в следующий раз, легковую подам.
А пока в кабину посажу.
А мы уже билеты купили.
Громадный расход понесли.
Ну ладно, пойду поищу,
которая ещё без билетов.
Я пойду.
Помогу. Переоденусь только.
Стой, Тонька!
Можешь не переодеваться, не поедешь.
Держи билеты, в кино иди.
Что ты командуешь?
Надо же помочь человеку.
Ты же отказалась.
А ты уж и рада, что я отказалась?
Жадная.
А вот и жадная.
Надумалась уж, Гриша, тебе помочь.
Больно платье шикарное. Не испортишь?
А что мне на платье-то, молиться что ли?
А правду говорят, будто
ты Плещеева с мальчонкой,
к себе забрать собираешься?
Не совсем так. Один
ход мой будет, другой его.
Это в том случае, если хозяйка моя
не будет возражать.
И хозяйка есть?
Да, наметил. Хорошая?
Да ничего, вроде.
Так, так, так, так, так.
Так и сказал, значит?
Свежим ветром должно повеять.
Так.
Прийдётся советоваться
с кадрами. Так.
Себя имел в виду?
Этого не могу сказать.
Так, так, так, так, так.
С кадрами придётся советоваться.
Нельзя игнорировать кадры.
Играни... игнорировать, тьфу.
Этими самыми
словами? Да, именно.
Я хорошо запомнила.
Очень гордо говорил.
Люди ведь слушают. Мало, что может быть?
Вот я и решила, зайду, посоветуюсь.
Правильно сделали.
Так, так, так, так, так.
Вот я и решила, зайду, посоветуюсь.
Правильно сделали.
Так и обязаны поступать
честные, Советские граждане.
Сигнализируйте впредь обо всем.
Я постараюсь. Так,
так, так, так, так.
Так.
Была-то Лёшиной женой.
И я не то, что сказать что-нибудь,
а тот перед собой старался делать вид.
Что ничего к тебе не имею.
Ты конечно Лешей на всю...
на все сто процентов была занята.
Иной раз встретимся,
даже не заметишь меня.
А то улыбнёшься,
поздороваешься,
тоже хожу и улыбаюсь, как малахольный.
У меня и мысли не было.
Все с девчонками гулял.
Не похож был на
вздыхателя. Ещё чего.
Это уж совсем было б не к чему.
Я...
Что, что, что, ну что?
Ты наверно чего только
про меня не наслышался?
Это им нечего не стоит
разобрать человека по косточкам.
А женщине что надо?
Если она взялась за руку,
то в уверенности быть,
что крепко.
Все будет хорошо, Поля.
Разве может быть, как было?
Как было, никогда уже не будет.
Молоденькие мы были.
Тогда у нас за плечами, кроме юности,
ничего не было.
А щас оглянешься, ух ты сколько.
Глянь на меня.
Привет, Леонид! На работу что ли?
Да, не получится - бывайте здоровы.
Лёня!
Здорово. Здорово.
Здорово, ну пошли.
Пропуск возьми.
Эй!
Где Яков Иваныч? У себя.
Э, э, э!
Здравствуй, Яков Иванович. Вот привёл.
Ну, чего встал? Не в
церковь божью пришел.
Иди на место.
Ступай, ступай.
Будем знакомы. Мастер
цеха Яков Иванович.
Леонид. Ну, я пошёл. Ладно.
Ну, пойдём, Леонид.
Объясню тебе все, расскажу,
как следует.
Пойдём.
Дворец!
Дворец! Мама, а
где мы будем спать?
Мы будем спать в этой половине,
а папка здесь. Пускай
это его будет окно.
Вы сюда не касайтесь.
Мама, а почему папке
це... целое отдельное окно?
Потому, что он молодой человек.
Тогда понимаю. Бразилия.
Вот дьявол! Откуда ты достаёшь?
Это мне старик дал.
Знаешь, который зимой без шапки ходит?
Вот у него марки!
Саша, совсем как до войны.
Красавица ты моя!
Ну, что ты, Саша?
Я за эти годы совсем
уж старенькая стала.
Все равно красавица.
Отец, где у тебя полотенце?
Там, за дверью возьми.
Шурка-то у нас красивый
стал, как королевич.
Ну, руки, ноги целы, значит королевич.
Вон там, ребята, наш новый
технический, тоже моё хозяйство.
Чего? Ничего, не.
Как я устала, если б ты знал.
Что такое? Сотников
Александр Васильевич?
Ну?
Ознакомьтесь.
Слыхала? А тебе
ничего не может быть?
Он ведь к нам заходил.
Ай!
Ну вот, мамаша.
Не буду Вас больше обременять.
В общежитие уходишь, что ли?
Не в общежитие.
Замуж.
Хоть за кого же?
Угадайте, не трудно.
За Шалагина.
А что, плохой жених?
Ты-то уж больно хороша невеста.
А чем же я это так уж
не хороша? И он змей.
Чуть ли не родным прикинулся.
Пришел и чужую вдову сманил.
И трёх лет не прошло.
Да разве бывают чужие вдовы?
Вдов, мамаша, не щади.
А три года. Дайте-ка сосчитаю.
Больше тыщи дней.
Тыща дней. Это надо же.
Да ты эту тыщу дней даром не теряла.
Уходи отсюда. Забирай
свои манатки и уходи.
Чтоб в близости твоего
здесь духу не было.
До свидания, мамаша.
Лёшенька.
Сыночек ненаглядный.
Ульяна Фёдоровна, слезами не вернёшь.
Его святая воля.
Фросенька, никого не осталось.
Хоть бы внук либо внучка.
Околевать вдвоём старым.
Вы помолитесь, помолитесь,
Ульяна Федоровна, легче Вам будет.
Молитва-то горе умягчает.
Да и Алёшеньке Вашему радость,
что за него мать помолится.
Ну давайте, давайте вместе.
Упокой, Господи, душу убиенного
раба твоего воина Алексея.
Ну вместе, вместе!
Упокой, Господи, душу усопшего...
Упокой, упокой, Господи, душу
раба твоего, убиенного воина Алексея.
Упокой, упокой.
На уле ты исе и славати забвенья
Свети ты Боже сойди для тебя
По страстной молоде тобою сомненья
Опять я прощаю и муча тебя
Мой друг ты измучен в борьбе непосильной
Падая я тесня твою слабую грудь
Подай, помоги спаситель твой дивный
Всегда облетить может жизненный путь,
жизненный путь.
Ничего, ничего.
Все наладим,
все залечим.
Ничего.
Все наладим, все наладим.
Что такое? Что такое?
Что с тобой?
Приснилось что?
Дверь заперли, ворота заперли.
Не трогайте людей явлением
с пятном партийной жизни
и принципом коллективного руководства.
Партия даёт себе отчёт в том,
что выявленные ошибки и извращения,
злоупотреблению властью,
связанные с культом личности,
могут вызвать, в партийных рядах
и в народе, чувства
горечи и даже недовольства.
Она знает, что открытые
крики по ошибок, допущенных
в связи с культом личности,
враги попытаются использовать
В антисоветских целях.
Но партия идёт на этот шаг,
руководствуясь высокими
принципиальными соображениями,
интересами борьбы за коммунизм.
Речь идёт о ликвидации порочной,
противоречащей марксизму, ленинизму,
идеологии, практике,
наносящей ущерб социализму.
В устранении условий, при которых
возможны нарушения демократии,
злоупотреблением властью и другие
явления чуждые нашему обществу.
Партия исходит из
того, что если это критика
и вызовет некоторые временные трудности,
то с точки зрения
интересов и конечных целей
рабочего класса, она даст
положительный результат.
Вот так и Сотников наверно сгорел.
Ой, что же это делал он?
Что делал он?
Потом, потом.
Не хочу об этом говорить с кондачка.
Подумавши, хочу говорить.
Вот и мы.
С лёгким паром, Алексей Григорьевич.
Возьми его.
Дай я.
Добрая ты, Поля.
Муж велит быть доброй.
А думать, в основном, о чем надо?
Чтоб больше не стряслось такое.
Об этом думай, не
думай, от нас не зависит.
Ну как не зависит? Очень даже зависит.
На фронте зависело.
Здравствуйте! Добрый день.
С возвращением!
Спасибо.
Видал, Сотников вернулся?
Да, не все ему обрадуются.
С приездом, Александр Васильевич!
А Вы не постарели.
Да? Здравствуйте, Виктор Иванович.
Ей-богу, если постарели,
то самую малость.
Заходите к нам по старой памяти.
Мы в первом доме.
Вот.
Сегодня и вечерком.
Постараюсь.
Как супруга, семейство?
Спасибо, хорошо.
Ну вот, начальнику, записывай,
механического, литейного и
сборочного цехов, приготовить сводки
за декаду.
Все завтра собирают... Почему не придёт?
Нет, он обязательно должен прийти!
Он вчера был у
Мошкина? Здравствуйте!
Погоди, ну, минутку подождите.
Это ты?
Мне помнится, договорились, что начнёшь
принимать дела с завтрашнего утра?
Поговорить надо.
Как невтерпёж.
Столько лет терпел, а одну
ночь потерпеть не можешь.
Ну жалуйся, иди!
Подавай в суд, закон на твоей стороне.
Я не откажусь признаться.
Ну, что за разговор?
Что за разговор?
Ну, а как прикажешь с тобой говорить?
Самый правильный разговор,
по-нашему, по-рабочему.
Следователь дал прочитать моё дело.
Я все прочёл.
Да?
Судить бы тебя, Мошкин!
Да, ведь если разобраться до конца,
не ты меня посадил.
Сталин меня посадил.
И конечно Сталин!
Как бы я Вас посадил? Смешно.
Кто я такой, чтоб кого-то сажать?
И судить меня не за что.
Ведь Вы ж на самом
деле говорили те слова.
Ну помните?
Ну, на счёт кадров,
что нужно советоваться.
Нельзя нам игнорировать кадры.
На счёт ветра свежего.
Да и это при всех
угодно, когда угодно скажу.
Сейчас-то конечно.
Сейчас это безопасно.
И даже поощряется.
Я сигнализировал.
И каждый обязан сигнализировать.
Сам знаешь, не маленький.
Ты бы не сигнализировал на моем месте?
А.
Другое дело, что обо
мне, никто, никогда, ничего
не мог, не может и не
сможет сигнализировать!
Хватит!
Хватит ждать.
Ужинать давай!
Сколько тебя из-за него таскали.
Сколько допрашивали.
Так ты его выручить старался.
А он и не пришел.
Не предупредил даже.
Были когда-то земляками,
а теперь мы для него мелкая сошка.
Сошка? Что это значит?
Что это за слово такое?
Сошки нет на свете!
Это слово, знай, глупые люди выдумали!
И подлые, ах подлые!
А в моем доме, чтобы я этого слова
не слышал!
Ничего ты не понял?
Обречённый ты человек.
Зато ты в полном порядке.
Вернулся и обратно заводом командовать.
Открой мне секрет, Мошкин!
Как это ты заводом командовал?
Не уязвишь, я солдат.
Куда послали, что
велели - это дело партии.
Я иду и сражаюсь, как солдат. И все.
Только не это слово.
Не солдат ты, Мошкин, а совсем другое.
А мне противен.
Вот нутру моему противен гонор твой.
Этот интеллигентский душок твой.
Крупный работник, а брюки сузил.
Шестой десяток, в каких
переплётах побывал, а брючки сузил.
Много лет я думал про вас, про Мошкиных.
А вот до такого не додумался.
Не додумался я, что
когда вернусь, чтобы ты,
сукин сын, на мои брюки посмотрел.
Вот этому не додумался, нет.
Надо же, брюки.
А в прочем, как это ты
на человека смотришь?
Ты ж не человеку
служишь. Что тебе человек?
Эти люди для Вас только материал.
Да, материал, не больше.
Ну материал и что?
Спасибо скажите, что приняли Вас
на материал для великих целей.
Сейчас твоя взяла, пожалуйста.
Ты не беспокойся, не
придётся нам вместе работать.
Принимай дела, а я
на другой работе перебуду до пенсии.
Работку мне подберут,
обязаны, как никак кандидатура.
Ну вот и поговорили.
Вопросов больше нет.
Не только тебя.
Не только тебя, но и обо мне упомянули.
А называется "Жизнь подвиг".
Подвиг - это, чтоб людям
интересней читать было.
Все равно приятно.
Как ты думаешь?
Может и она про нас прочтёт?
Может быть. Я об этом не думаю.
Ты можешь не думать, а я не могу.
Слушаю вот, звонок зазвонит.
И голос её услышу.
С трудом выбрался,
семейство никак не отпускает.
Ну, пошли. Да, ты
что? Не готов ещё?
Ну, что ты.
Молчи ты, я почти собрался.
Добрый вечер, дядя Лёня.
Добрый, добрый. С приездом!
Спасибо!
Там, что, танцы сегодня?
Танцы, танцы.
Ну что ты возишься, дай я завяжу.
Завяжу сам. Да сам. Погоди.
Ну пусти, ну!
Ну-ка отстань ты.
А, ну вот. Только помял.
О, какой ты стал
ладный. Надолго приехал?
Да, на три дня, на праздники.
Читал в газетах. Очень
здорово! Поздравляю!
Центральная печать
пишет. Пап, слышишь?
Пошли, Пашка.
Молодец.
Задержим.
А!
Давай разобьём?
Давай.
Наташка!
Танцуй сюда!
Ну что ты кричишь, как в лесу?
Ну, а как тебя звать, шёпотом что ли?
Приятель мой с тобой знакомиться желает,
иди-ка потанцуй с ним.
А я уже обещала.
Кому? Вот этому шпроту?
Ну-ну, ребята.
Костя! Его зовут Павел.
А в чем дело, ребята?
Танцуйте, я подожду.
В чем дело? А? В чем
дело? А я не подожду.
Отпусти! Ты что? Иди.
Че ты тянешь? Че ты тянешь?
А ну, вон отсюда!
Слушай, да, пошёл ты, не твоё дело!
Давай, давай, давай, давай!
Костя!
Да, пошёл ты, я тебе говорю!
Костя!
Ах, вас двое!
Извините! Простите!
Пусти, пусти!
Оставьте руки, пойдём сами.
Сами пойдём. Че ты хватаешься?
Спокойно ребята, спокойно,
спокойно, ну убери руки твои!
Руки убери! Федя!
Идём, идём, за мной! Идите все!
Леонид! Это я, за тобой.
Зачем нарушил мой покой?
Ваш Леонид. Ну, сколько
я могу тебе говорить, а?
В такой день, что
отказаться не имеешь права.
Даже моя мадам пирогов напекла.
Бросил я, бросил! Соблюдаю норму.
А с тобой разве соблюдёшь норму?
Павел, смотрите!
Ты кто такой?
Иди, иди, парень!
Подожди, подожди, подожди, подожди.
Отвечай! Ты кто такой,
чтоб здесь командовать?
Иди, я тебе говорю.
Да, подожди ты, отдохни!
За такие дела знаешь, что бывает?
Ну?
Ну, мы тебе расскажем, что бывает.
Костя! Костя, ты выпил, уйди.
Ну, я тебя прошу!
Уйди, уйди, уйди, уйди.
Ну, ну, ну, ну, ну!
Интересно послушать.
Это, что ж вы, хором будете говорить
или по одному? Ха, шпрот.
Ну ничего, мы ему нюх начистим.
Ладно, я считаю достаточным.
Пропустите, и хватит валять дурака.
Подожди.
За такие дела глаза тебе выбить мало.
Глаза?
Ну ты! Ты что?
Э-э-э! Брейк, брейк.
Ты, псих!
Да подожди! Ты что? Отойди!
Не надо к ней идти ночью.
Утром мы сообщим
сами. Пускай поспит.
Она не спит, она его ждёт. Ждёт!
Только вчера приехал.
До чего людей водка доводит.
До чего доводит!
Вот, Вы говорите, пьяный был.
А когда нож сделал, трезвый был.
А когда в карман он
клал, тоже трезвый был.
А ночью это хуже нет, родным сообщать,
уж ты мне поверь, опыт имею.
Ладно, если света нет у них в окнах,
утром схожу.
Что, с огнём,
доигрались? Все, погоди!
Это он, он!
Не кричи!
Он, мы знаем, он.
Он. Не горячись.
Ой!
Ах вы, мальчишки!
А где Пашка, а?
Ничего не тронь, прошу!
Я, я пойду.
Лили, а может, он только ранен?
Лили, голубчик! А если только ранен?
Мама, мама!
Мама!
Ну не надо. Что ты, мама? Что ты?
Ну чего громче? Чего?
Успокойся, не надо, мама.
Не надо. Ничего.
Успокойся. Не надо, мама.
Значит, ещё и это.
Значит, ещё и это.
Лёня, ты иди, иди.
Мы с ней побудем. Иди.
Иди, Лёня, иди.
Отец беспокоится твой.
Не надо беспокоить.
Поймают их?
Поймали.
Кто же они? Наши, здешние.
Не спасёт.
Свои своего?
Папу нашего фашисты. А тут?
Послушай, не порти друзьям настроение!
Посиди, ну.
Мне прям обидно, что ты уже уходишь.
Это ты загордился.
Про тебя в газете
напечатали. Ну и что?
Про меня тоже в газете
напечатали. Ну и что?
Про тебя печатали.
Про тебя напечатали, что ты
водку лакаешь без просыпа.
Вот, что про тебя напечатали.
Не, не, не, не, я
пошёл. Ну, уходи.
Леонид!
Ведь, пятьдесят лет.
А лет было мало, все
больше зимы, Леонид,
все больше зимы.
Да ты и зимы пропил!
Да ты, и лета свои, пропил!
Завтра разберёмся, завтра сделаем.
Охрамович рухнул. Ну, что
мне одному юбилей отмечать?
Нет, я пошёл.
И давно пора. Выметайтесь, сеть уберите!
О, о, я пошёл, пошёл.
Лёня, я тебя провожу. Провожу.
Стой, сейчас перейду!
Плещеев у вас?
Нету Плещеева,
домой ушёл. Как ушёл?
Один, ночью?
А ему не все одно? Что день, что ночь?
Нету провожатых. Сдриснут провожатые-то.
Ой! Аяяяяй!
Эй, люди!
Люди!
Эй, люди! Хозяева!
Хазя...
Лёнечка!
Здравствуйте!
А я тут звоню, звоню.
А ну-ка иди отсюда.
Ты зашёл бы к ним.
Поздороваются, теперь и разберутся.
Ну, как папа? Папа в больнице.
Я знаю, мне Гриша Лагин написал.
Вот, приехала.
Ничего, обойдётся. Рука
подживает, могло быть хуже.
Да ты сними пальто, наконец.
Я может... Он не захочет, так я...
Может спросить у него
сначала надо? Как...
Да, нет же, он рад будет.
Он звонки слушал, ждал.
Ну, ну, ну. Мы завтра пойдём к нему.
Вместе пойдём. Все наладим.
Молока тебе принёс.
Хочешь, не хочешь, пей.
Доктор велел. Лёня!
Кто с тобой?
Кто с тобой пришел?
Да вчера, понимаешь, прихожу домой,
открываю калитку... Лёнь, Маруся?
Ты здесь?
Да.
Здравствуй, Маруся! Здравствуй.
Сядь сюда.
Какой ты стал молодой, красивый.
А ты какая. Оба, оба красивые.
Ступай, ступай.
Хоть щас под венец.
Доброе утро, Пантелеймон Петрович!
Что скажешь, председатель?
Прям, сказать, опять с просьбой к Вам.
Доклад Вам сделать. О чем?
Да, нет, не доклад на этот раз.
Понимаете, какое дело-то.
Вы, конечно, безусловно,
имеете право на покой.
Но мы сейчас, все решительно
силы мобилизуем на уборку.
Если б Вы были
так добры. А как же.
Прийду и помогу, не беспокойся.
Где мобилизация, там
Мошкин всегда. Будь уверен.
По первому сигналу в битву.
Какой может быть покой?
Силёнка ещё есть вот.
Во, попробуй.
Так на второй бригаде сбор, пожалуйста.
Благодарю.
Буду-буду-булу-булу-лу-лу-лу!
Ты, откуда здесь?
В совхоз наниматься приехала.
Ушла я с завода-то. Что так?
Да что, Пантелеймон
Петрович, сами знаете.
Жила я на краю посёлка,
на свежем воздухе,
в двух шагах лес, а выселили меня
в новый дом в самом центре.
Копоть, да сажа, плотность населения.
Мне, ведь, здоровье не позволяет.
А Вы, как живёте?
Да, вот, урожай убирать иду.
Зачем Вам урожай-то убирать,
такому человеку выдающемуся?
Надо убирать. С людьми быть надо,
знать, чем они дышат.
Все течения жизни улавливать.
Призовут меня снова к
деятельности, чтоб был я готов.
Ясно.
Это ты понимаешь, но
религию всю жизнь просадила.
Противно смотреть.
Деклассированная ты личность.
Ну что ж. Не я у
Господа, как бы, в запасе.
Так я себя понимаю.
Прийдёт мой час и призовёт меня Господь.
Во славу его на сподвижничество.
Ну прощайте, Пантелеймон Петрович.
И пожить мы вместе
не успели. Ладно.
И привыкнуть он ко мне не успел.
Он давно летать
хотел. Пусть летает. Угу.
Лёнечка!
Сыночек!
До свиданья, отец!
 

////////////////////////////