Антонио и Эстрелла — брат и сестра-водолазы. Годы опасной работы не
принесли им денег, и они оказались на грани банкротства.
Все фразы и цитаты
(МУЖЧИНА) Где вы?
— Мы здесь.
— А, отлично, Эстрелья.
А Антонио?
— Здесь.
— Антонио, как ты? — Отлично.
Давайте сыграем в игру, хорошо?
Я брошу свои часы в воду.
Кто первый их достанет, получит
приз. Любой, какой захочет.
Мы не знаем, на какой глубине они упадут.
Раньше времени не прыгать, договорились?
Раз, два... в воду!
(АНТОНИО) Эстрелья, давай,
вставай, уже восемь утра.
Во сколько ты легла вчера?
Отстань.
(АНТОНИО СМЕЁТСЯ)
— Пошёл ты!
— Посмотри, что я нашёл.
— Тела уже нашли?
— Не знаю.
— Ты говорил толстяку про мою
идею со свиньёй? — Какой свиньёй?
— В болоте.
— А.
— Да.
— И что он сказал?
Как дела, Тигр? Зверюга, да?
Эй.
— Всё нормально?
Нормально. Забудь про свинью, это глупость.
— Антонио!
— Давай, Антонио!
— Давай, Антонио!
— Тигр!
— Беги!
— Давай!
— Давай, давай!
— Пошли!
Вперёд!
— Давай, Антонио!
— Жми!
Хватит уже, толстяк.
— Капитан, вернитесь.
Ты завтракал?
Нет, но смотри, я тебе принёс полдник.
На, держи, иди позавтракай.
Нельзя работать на голодный желудок.
Что с тобой, Эстрелья?
Ты ещё не начала работать, а уже устала?
(СМЕЁТСЯ)
(ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ)
(СМЕЁТСЯ)
— А это что?
— Стоять, не трогать.
Это для филиппинцев, за задержку.
— Какую задержку?
— (ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ)
Не за что, друг.
— Хосе.
— Хосе.
— Да-да, конечно.
(АНТОНИО) Что случилось?
— Ничего. Пошли со мной.
Пошли, пройдёмся туда.
Слушайте все, сеньоры.
Сегодня у нас вон тот, с Кипра.
Везёт больше 100 тысяч тонн нефти.
Разгрузка займёт 26 часов.
Нужно присмотреть за ним.
Надо починить обратный клапан.
До обеда он уже должен качать
сырую нефть, иначе не успеваем, ясно?
Кано, ты уже закончил с киноа?
— С тофу.
— Одно и то же.
Давай, одевайся. Ричард.
— Опять, толстяк?
— Ты в конце месяца получить
зарплату хочешь? — Конечно.
И что, опять?
Давайте, в воду, сеньоры.
Эстрелья.
Смотри, это я вчера спустил.
Это... это две сваренные тележки.
Я делаю риф. Через два
месяца здесь будет полно рыбы.
— Ты сам их поставишь?
— (СМЕЁТСЯ)
Хочешь заселить океан — смени работу.
А ты?
— Не сработает.
— Почему?
Потому что железо скоро проржавеет,
особенно такое тонкое, как это.
У рыб есть память.
Когда они вернутся на
нерест, ничего не будет,
только водоросли, и они уйдут.
— Нико, твой мобильник.
— Да.
Держи.
(ТОЛСТЯК) Закрываю основную линию, Кано.
(КАНО) "Хорошо, Толстяк".
— Тела уже нашли?
— Нет.
Семья в отчаянии. Объявили награду.
Сколько?
Не знаю, но это нормально.
Они уже две недели их ищут.
У тебя открыта основная линия, Кано.
— Готов?
— (КАНО) "Погнали".
— Давай, в воду.
— "Хорошо".
Идёт с тройной газовой смесью.
В этом болоте делать нечего.
Помнишь, что с Чинчетой случилось?
— Кому вообще в голову пришло послать туда
Чинчету? — Он единственный, кто рискнул.
Меня никто не звал.
Говорят, он приболел.
— Чем?
— Кто ж знает.
Всю жизнь проработал водолазом.
Эта профессия не предупреждает.
Там и остался.
Может, заблудился,
воздух кончился. Кто знает.
Скажи гражданским
гвардейцам, пусть свинью бросят.
— Куда?
— В болото, где машина упала.
— Свинью-то зачем?
— (РИЧАРД) "Толстяк, мы уходим со дна".
— Чего? Вы же только спустились.
— (РИЧАРД) "Нет, не получается".
— Ричард!
— "Там работать невозможно".
— Ричард!
— "Кто хочет, пусть сам спускается".
— В чём дело?
— Сильное течение, опасно.
Конечно, опасно, за это и
платят. Где ты учился нырять?
Спускайся вниз. Надо менять
деталь, мы и так опаздываем.
— Я туда не пойду, Толстяк, ни за что.
— И я.
— Сто пудов.
— "Что водолазы делают наверху?"
Минуточку, капитан Лосада.
Вы знаете, сколько стоит каждая
минута простоя этой нефти?
Знаете, сколько компаний
хотят здесь работать?
У нас конкуренты —
голландцы, наступают на пятки.
— Я спущусь, Толстяк.
— Успокойся, Нико, успокойся.
— Давай, Толстяк, я переоденусь.
— Точно, спускайся ты, Антонио.
Ипотеки этим козлам оплачивать.
Нико, ты идёшь со мной.
— Пусть она спускается, я в следующий раз.
— Ты, учись давай.
Нико, за мной.
— Да.
Делай, как я, и не отцепляйся, ясно?
Да.
(АНТОНИО) Нико, спускайся
по другой трубе, держась за буёк.
(НИКО) Хорошо, Тигр.
(АНТОНИО) Теперь внимание.
Здесь внизу течение сильнее, понял?
(НИКО) Ничего не видно, Тигр.
(АНТОНИО) Спокойно.
Ищи, за что зацепиться, и двигайся.
(НИКО) Хорошо, понял.
(АНТОНИО) Толстяк, мы на дне.
(НИКО) Тигр, я сорвался с крепления!
— Тигр, тигр, крепление!
— Натяните пуповину Нико.
(НИКО) Меня срывает!
— Натяните пуповину Нико.
(ТОЛСТЯК) "Что случилось?
Куда Нико плывёт?"
(АНТОНИО) Спокойно.
Ты в порядке?
Да-да-да, но я не могу пошевелиться.
Я иду к тебе. Толстяк,
ослабьте мне пуповину.
(ТОЛСТЯК) "Ослабьте".
(АНТОНИО) Теперь натягивайте мою пуповину.
(ТОЛСТЯК) "Натягиваем".
"Давай".
Ещё один виток, Нико.
(ТОЛСТЯК) "Давай, Тигр. Нефтяная
промышленность тебя отблагодарит".
(АНТОНИО) Толстяк, отправляю деталь наверх.
(ТОЛСТЯК) "Отправляй, Антонио.
Выйду на палубу встретить".
Открываю, проверяем.
(ТОЛСТЯК) "Принято".
"Начинаем проверку".
Хорошо.
Невозможно, да?
Сильный удар, но ничего серьёзного.
(ТОЛСТЯК) "Покажи-ка
получше, снимем для капитана".
— "Что там, Тигр? Вижу железо".
— "Не обращай внимания, Толстяк".
Толстяк, ты видел, что там внизу?
— Где именно?
— Переверни, они чувствуют запах.
— В вентиляции,
внутри трубы.
— Я ничего не видел.
— И ты ведь тоже не видел, да?
— Нет, я тоже ничего не видел.
Но я вижу это в третий раз, и все
три раза на одном и том же корабле.
Что бы это ни было, оно тут
временно. Лучше не лезть.
Я не хочу рисковать ни жизнью, ни работой.
Я живу с этого спокойно, понимаешь?
Парень, дай сюда, а то высохнет.
— Что рисуешь?
— Ничего.
— Спасибо.
— Твоя вахта на танкере.
Да.
— Ты уже поел?
— Ещё нет.
На, держи ещё один, ты же растущий.
Слушай, Тигр, спасибо за
то, что было. Я просто офигел.
Как-нибудь угостишь пивом.
— Договорились.
Смотри. Делай это из бетонных
блоков, они дольше продержатся.
Но вот такой формы.
Я тут ещё скинул несколько
видео и ссылки на сайты.
Думаю, пригодится.
— Спасибо.
Не за что.
(Сообщения на телефоне)
— Чёрт возьми!
— Что случилось?
(ЖЕНЩИНА) Заходи.
(АНТОНИО) Добрый день.
— Заходи.
Извините, работал.
Можешь не садиться, мы уже заканчиваем.
Единственное, что нужно делать,
когда девочки ночуют у тебя —
приводить их в школу и
убедиться, что они зашли.
Давай, Синта, тут же
четыре улицы, сто метров.
Я в их возрасте два километра
ходил. Они уже должны знать дорогу.
— Так вот не знают, ты слышал.
— И не научатся.
Они же маленькие девочки. Куда ты так
спешишь? С ними могло что-то случиться.
— Ты не понимаешь.
— Привет, папа.
Привет, Мария.
А это что за самокат?
Быстро ездит, да? Тюнингованный?
Привет, Эстрелья.
Давай, милая, подождите меня
на улице. Я сейчас выйду, ладно?
Ладно.
До завтра.
— До свидания.
Я подам на тебя в суд, Антонио.
Что?
Ты годами не платишь на детей ничего,
или платишь копейки. Я больше
не выдержу, это несправедливо.
Я не могу просыпаться
и бояться, что меня ждёт.
— На.
— Это что?
Кефаль, сам поймал. Девочки любят.
Синта, подвезти вас?
(ЖЕНЩИНА) "Здравствуйте, я Мариса Руис,
директор морского заповедника в Виго".
— "Как дела?"
— Хорошо.
(МАРИСА) "Вы когда-нибудь
были в морском заповеднике?"
Нет, никогда.
(МАРИСА) "Глядя на ваш проект,
и не скажешь. Поздравляю".
"Разработка, подача, технический уровень —
такое впечатление, что делал профессионал".
"Какой у вас уровень
подготовки по дайвингу?"
Мой отец был водолазом. Я ныряю всю жизнь.
— "А с этим можно нырять?"
— С чем?
"Со слуховым аппаратом".
Я могу погружаться до 20 метров.
А весь ваш заповедник на глубине 17
метров, так что у меня запас 3 метра.
"В вашем резюме сказано,
что вы закончили учёбу
семь лет назад".
"Вы работали на Канарах три
года назад, а потом — ничего".
"И больше вы ничего
не делали всё это время".
"Это большой срок".
Мой отец умирал почти пять лет.
Он умирал очень требовательно.
(ТОЛСТЯК) Один миг — ты счастлив,
а через три секунды ты уже мёртв.
Жизнь.
Вон оно. Течением принесло прямо туда.
Благодаря свинье мы нашли первое тело.
Неплохая идея оказалась.
Остальные должны быть ниже,
возможно, рядом с машиной.
Машина в самой глубокой части.
Там же пропал тот водолаз.
— Бедный Чинчета.
Твою ж мать, этому болоту нет конца.
Последнее погружение.
Последнее, если найду их.
Нет, если найдёшь, то не
последнее. Ты уже дважды нырял.
Последнее.
Семья ждёт.
Тебя тоже.
15 минут и выходишь.
А то уеду и оставлю тебя там внизу.
Веди ты, я устал.
Сколько?
400 евро.
Нищенство какое-то за такой риск.
Могли бы хоть медаль дать.
Дали. Смотри.
Он просто уснул,
Чинчета.
Там трудно было
распутаться, но он просто уснул.
Это я, на случай, если
ты удалила мой номер.
Во сколько ты завтра будешь дома?
Хочу занести тебе деньги на детей.
— Что с тобой?
— Не знаю.
У меня рука онемела.
Теперь бутылки придётся этой рукой брать.
Ну, это будет сложно. Справишься ли?
(ОБА СМЕЮТСЯ)
Пойду прилягу ненадолго, ладно?
(МУЖЧИНА) Давай, давай, давай.
— Я с ума схожу.
(Неразборчивые разговоры)
Это кто?
Понятия не имею.
Но гадёнок денег гребёт лопатой.
И это во время Рамадана.
— Пошли, пошли.
— Давай! Вперёд, ты сможешь!
— Давай, давай!
— Вот, вот, вот!
— Держи! Давай, он твой!
— Ты сможешь.
— Он твой, давай!
— Нет, ты не можешь проиграть!
День сегодня долгий.
Да уж.
Последнюю?
Если нет денег, никакой последней не будет.
Вдвое или ничего.
Мне нравится.
А мне вон тот нравится. Вот
этот лучше. Профессиональный.
Хорошо, поехали, давай.
Минуту.
Мне надо позвонить.
Не уходи.
(Гудок вызова)
(ЭСТРЕЛЬЯ) "Антонио".
Мне плохо.
(ЭСТРЕЛЬЯ) "Что с тобой?"
— Не знаю.
(ЭСТРЕЛЬЯ) "В смысле, не знаешь?"
— Можешь за мной заехать?
(ЭСТРЕЛЬЯ) "Прямо сейчас?"
— Да, когда сможешь.
(ЭСТРЕЛЬЯ) "Одеваюсь и выезжаю".
— Хорошо, только побыстрее, пожалуйста.
Давай, пошли.
(Неразборчивые комментарии)
— Привет.
— Привет.
(АНТОНИО) Чёрт бы тебя
побрал! Чёрт бы тебя побрал!
(ЭСТРЕЛЬЯ) Ты говорил с врачом?
— Ты кому-нибудь сказал?
— Нет.
Ты больше не можешь нырять,
Антонио. У тебя в сердце бомба.
Если будешь нырять, оно может взорваться.
Что-нибудь придумаю.
(ТВ) "Ой, пожалуйста".
(СМЕЁТСЯ)
(Сообщение на телефоне)
(СМЕЁТСЯ)
(СМЕЁТСЯ)
(ТВ) "Ни один пропускать нельзя".
(СМЕЁТСЯ)
(МАРИСА) "Здравствуйте, это
Мариса из заповедника в Виго".
"Я звонила вам несколько
раз, но вы не отвечаете".
"Хотела сообщить, что вы
прошли первый этап собеседования,
и мы хотели бы встретиться с вами
лично на следующей неделе здесь, в Виго".
(АНТОНИО СМЕЁТСЯ)
Здравствуйте. Извините, пожалуйста,
но я не смогу приехать в эти даты.
Большое спасибо.
В другой раз.
(АНТОНИО СМЕЁТСЯ)
Эстрелья.
Эстрелья.
Эстрелья.
Что такое?
Нельзя же так всю ночь проспать. Идём.
(Гудок)
(Гудок)
Что, уже у дочери спёр?
Я тоже рад тебя видеть, Антонио.
— Что тебе нужно?
— Это что такое?
Письмо. Не знаю, ты её всё время вертишь.
Из Министерства юстиции. Ты не
можешь забрать у меня дочерей.
— Я ничего не забираю.
— Ты подал на меня заявление.
— До завтра, Мария.
— До завтра, Синта.
Ты годами ничего не платишь своим дочерям.
Это не значит, что я их забираю,
это просто справедливость.
— Это неправда, я плачу.
— Сколько ты платишь?
Сколько?
Я тебе скажу: фиг с маслом
— вот сколько ты платишь.
— Я им даю другое.
— Что ты им даёшь?
Игрушки и киндер-сюрпризы, что ли?
— Я их другому учу.
— Чему?
Тому, чего в книжках нет, жизненным вещам.
— Как твой отец учил. Ясно.
— Расскажи это судье.
— Синта, минутку, пожалуйста.
— Что?
— Можно я завтра заберу их?
— Нет.
— Я их неделю не видел.
— До суда
ты не имеешь права
видеться с дочерьми. Там
чёрным по белому
написано. Ты плохо прочитал.
Отлично, Тигр, отлично. Молодец.
Хорошо. Снимаю ласты, давай правую ногу.
Вот так.
Теперь другую. Нож.
— Что слышно, Антонио? Ты в курсе?
— О чём?
Голландцы сняли офис в яхтенном порту.
Они почти всю нефть в
Альхесирасе и на севере забрали.
Да-да, знаю я их.
Интересно, сколько им
понадобится времени, чтобы
позвонить на нефтехимический
завод по поводу лицензии.
(АНТОНИО) Думаешь?
— Нефть же.
Они не уважают никого и ничто.
Попробуй конкурируй.
Ублюдки, да ещё и симпатичные.
(СМЕЁТСЯ)
— Толстяк.
— Иду, минутку.
Антонио, будь другом, допиши это мне, а?
Разборчивым почерком.
Посмотрим, что этому нужно.
Слушаю.
(РАДИО) "Принято, скоро
заканчиваем. Два глотка и можешь идти".
— "Ладно. Иду".
Мне в голову пришла одна мысль.
Есть одно судно, которое уже давно
привозит наркотики прямо к нам. Кокаин.
Это всегда одно и то же судно.
"Дельфо". Приходит каждые три недели.
Если я просто спущусь и
возьму одну из этих упаковок,
я заплачу Синте всё, что должен,
и смогу открыть свою школу дайвинга.
(СМЕЁТСЯ)
И что ты будешь делать с наркотиками?
Продавать по дискотекам в деревне?
У меня есть друг в Альхесирасе.
Он поможет продать.
Ты что, идиот?
Если я не найду денег,
у меня заберут детей.
Я всю свою жизнь провёл под водой.
А наверху — не знаю.
Ты идиот.
Пойду пройдусь.
— Куда ты?
— Ты меня вообще слушаешь, когда я говорю?
Пойду пройдусь. Ты глухая, что ли?
(НОУТБУК) "Отлично. А теперь, Эстрелья".
"Очень хорошо, Эстрелья".
"Давай, ещё раз. Отлично".
— "Смотри, чтобы..."
— "Беги".
(МУЖЧИНА) "Ты упадёшь, Антонио".
"(СМЕЮТСЯ)".
(МУЖЧИНА) "Возьми с собой сестру".
Антонио.
Антонио.
Я знаю, что ты не спишь.
Я различаю твоё дыхание: когда
ты спишь и когда бодрствуешь.
Сегодня суббота. Дай поспать.
Целая упаковка — это слишком много.
Они бы заметили и быстро бы тебя поймали.
Обычно суд назначают через два-три месяца.
Если этот корабль правда приходит
так, как ты говоришь, время есть.
— Для чего?
— Нужно брать понемногу.
Чаще, но меньше.
Чтобы не оставлять следов.
Я посчитала, тебе нужно около 80 000 евро.
На суд и на школу дайвинга
это около двух килограммов. Этого мало.
Идём.
Я здесь, в гараже.
Работает как пылесос.
У тебя три выстрела.
600 граммов.
24 000 евро.
И как мне это сделать под водой?
Сделаешь воздушный
карман с помощью регулятора.
— Где?
— В "ситхесе" (подводном укрытии/пещере).
Там есть место с углублением в потолке.
Его нужно загерметизировать
вот этим, клеем для бассейнов.
Схватывается за три секунды.
Раз, два,
три.
— А Толстяк?
— Отключит камеру.
Такое уже тысячу раз было.
Три корабля, не больше.
Врач же тебе сказал,
каждый раз, как нырнёшь, это
будет как игра в русскую рулетку.
(Гудок корабля)
(Свист)
Кано, вставляй ногу как следует.
— Можно вам кое-что показать?
— Да.
— Смотрите.
Ну-ка.
— Знаете, что это? Это испанский линкор
37-го года, братцы. Так
вот, я знаю, где он затонул.
— Ты представляешь, сколько он стоит?
— Опять золотая жила, Ричард?
— Ага.
— Сколько их уже было?
Я не знаю сколько, но
какая-то да окажется настоящей.
Вы потом придёте на
корабль и спросите: "Где он?"
А Ричард будет с Флорентино
Пересом деньги считать.
(НЕКОТОРЫЕ СМЕЮТСЯ)
— А?
Что тут происходит? Чё
ржёте? Работать давайте,
а то ничего не делаете. Пошли!
Ну и козёл этот толстяк.
Меня это уже достало, Тигр.
А мне в моём возрасте уже
и доставать-то не должно.
Но я тебе скажу одно:
в свои годы я такого навидался.
— Ну-ка.
— Вот, это в Петронор,
на севере.
А это, смотри, сейчас офигеешь.
— Смотри, смотри.
— Ни фига себе!
Акула в Южной Африке, мне было 27, брат.
Осторожно, а? А в Картахене
с "Ротафлекс", чувак.
Чувак, аорта, мужик. Не повезло тоже.
— Смотри, это тебя просто убьёт.
— Чувак, чувак.
Эстрелья, ёлки-палки.
(РИЧАРД) Извини.
Но, в общем, хуже всего те,
которых не видно. Правда, Тигр?
— Это уж точно.
— Я точно не буду
следующим Чинчетой.
Толстяк мне скажет: "Нет, спускайся
вниз". А я скажу: нет, сам спускайся.
(ТОЛСТЯК) "Кано, как у тебя дела?"
"Сколько осталось?"
(КАНО) "Толстяк, осталось полруля
и приступаем к винтам".
(ТОЛСТЯК) "Я видел и побыстрее. (СМЕЁТСЯ)".
(КАНО) "Спустился бы сам,
Толстяк, если такой смелый".
(ТОЛСТЯК) "Рискуешь, я же твой начальник".
(Напряжённая музыка)
"Антонио".
"Антонио, я тебя не вижу".
— Слышишь меня? Не вижу тебя, Антонио.
— (АНТОНИО) "Там не на что смотреть".
Там чисто, я иду к другому.
Толстяк, отпусти пуповину, я буду заходить.
(ТОЛСТЯК) "Ничего не вижу, Тигр. Что там?"
— Здесь сеть.
— (ТОЛСТЯК) "Пошлю к тебе Кано".
— "Не нравится мне, что ты
туда один лезешь". — "Не надо".
(ТОЛСТЯК) "Побыстрее и
наверх, Тигр, не задерживайся".
"И докладывай. Я всё ещё ничего не вижу".
"Антонио, приём".
"Антонио".
— "Не слышу тебя, Тигр. Докладывай".
— Там сеть с мидиями.
— Мидий хочешь?
— (ТОЛСТЯК) "Да нет, мужик".
"Мне омаров подавай и всё,
что крупнее. (СМЕЁТСЯ)".
— Я тут немного задержусь.
— "Точно не послать Кано?"
— "Нет. Ты что, хочешь меня
работой завалить?" — "Ну ты даёшь".
"(ТОЛСТЯК СМЕЁТСЯ)".
Снимите это с него.
— Это ваше?
— Что случилось, Тигр?
Теряешь квалификацию.
(СМЕЁТСЯ)
— Нож, перчатки.
(ТОЛСТЯК) На, держи. На потом, друг.
Давай ремень.
Давай вещи.
Нож, понял?
Перчатки снимай.
— Привет, Йоли. Сколько лет, сколько зим.
— Здравствуй, Антонио.
— Привет, Антонио.
— Что ешь?
— Привет, Антонио.
— Что ешь?
Будешь?
(ЭСТРЕЛЬЯ) Папа!
— Эстрелья.
А твои родители как?
Нормально, собирают клубнику.
Этот пирсинг новый, да?
Нет.
Где вещи девочек?
Какие вещи?
Синта тебе не говорила?
Я забираю их на весь день, на пляж.
— Она мне ничего не говорила.
— Позвони ей.
Не могу, на работе у
них телефоны отключают.
А что, не доверяешь их отцу?
(ЭСТРЕЛЬЯ, СМЕЯСЬ) Беги, беги!
— Подождите меня!
Беги!
Давай, беги, Эстрелья.
— Ой, нет!
— Так не честно.
Потише.
Потише, Сандокан,
а то потом газы замучают.
(ДЕВОЧКИ СМЕЮТСЯ)
Знаете, мы с тётей раньше здесь жили?
(МАРИЯ) Там же ничего нет.
(АНТОНИО) Сейчас нет,
а раньше там был рыбацкий посёлок.
И дедушка снимал там хижину на лето.
— Как весело.
— (ЭСТРЕЛЬЯ) Сначала да.
Было похоже на жизнь на острове,
как в раю, втроём. Потом уже не очень.
— Почему?
— Дедушка был очень известным водолазом.
И его часто вызывали
на работу в другие места.
— И вы оставались одни?
— Вот такие и выросли, "дикарями".
(МАРИЯ) Вам не было страшно?
(ЭСТРЕЛЬЯ) Да нет.
Дедушка не разрешал нам
бояться, это было запрещено.
— Чего бояться? Мы с тётей были тиграми
с Момпрачема. — (МАРИЯ) Это что такое?
Пираты из одной книги.
Момпрачем — это остров,
где они жили, вдали от всех.
Мама говорит, что нет.
Чего нет?
Что дедушка был водолазом, но не известным.
И что тётя оглохла, потому
что дедушка не лечил ей уши.
Это неправда. Дедушка
не повёл тётю к врачу,
потому что она не сказала, что у неё болит.
— Почему? — Потому что
тётя никогда ничего не говорит.
Потому что была ребёнком.
А у тебя как это случилось?
Нырял за дедушкиными часами.
(АНТОНИО) У нас была такая игра.
Я всегда выигрывал.
Две последних.
Вечно так: только
разойдёшься — и всё кончается.
Правда, тётя.
(ЭСТРЕЛЬЯ В ДЕТСТВЕ) Сандокан, иди сюда.
Смотри.
Смотри, смотри, рыбки.
(Звонок в дверь)
— Здравствуйте. Твой брат дома?
— Да.
— Скажи ему, чтобы вышел, пожалуйста.
— Антонио.
— Синта, привет. Что-то случилось?
— Не уходи, Эстрелья, пожалуйста.
Я хочу, чтобы меня кто-нибудь услышал.
Я скажу тебе только один раз:
ещё раз заберёшь девочек без спросу
— и больше ты их никогда не увидишь.
Синта.
Подожди минутку.
Синта! Синта!
С тобой что-то не так.
— Я не сделал ничего плохого.
Это мои дочери.
Мне нужно их видеть, им нужно видеть меня.
Плевала я на судью и на всю его родню.
Эстрелья, это сработало.
— Что?
— Риф.
Я сделал, как ты сказала, и рыба пришла.
Там очень красиво.
За какое время?
За три недели. Очень быстро.
Мне бы хотелось, чтобы ты посмотрела.
— С тобой?
— Вдвоём.
Многолюдно будет.
Там всего 15 метров. Ты
спокойно сможешь опуститься.
(РИЧАРД) Дай-ка руку, Нико.
Что этой надо было?
А тебе какое дело?
— Подними левую ногу.
— Я тебя здесь подожду.
(ТОЛСТЯК) Мы опаздываем.
Надо уже начинать осмотр, иначе не успеем.
Мне кнут достать?
— Идём, Толстяк.
— Тогда давай, в воду.
— Кано, прикрывай. Нико, за мной.
— (НИКО) Иду, Толстяк.
— Кано, прикрывай. Нико, за мной.
— (НИКО) Иду, Толстяк.
(ТОЛСТЯК) Антонио, слушай, я уже
некоторое время не вижу картинку.
(АНТОНИО, ПРЕРЫВАЮЩИЙСЯ ГОЛОС)
(ТОЛСТЯК) Плохо слышно.
— У него утечка воздуха!
— Иду, Толстяк, иду, иду, иду!
— (ТОЛСТЯК) "Приём?"
— Вы его потеряли?
Звук. Мы потеряли звук.
(ТОЛСТЯК) Антонио.
Кано.
— Кано!
— (КАНО) Да.
Давай, в воду.
— Что происходит, Толстяк?
— Оставайся здесь с пуповиной.
Дело к спеху.
— Мы почти закончили, Толстяк.
— Толстяк.
— Надо срочно его поднимать.
— Давай, поднимаем.
— Тяни, тяни, тяни.
— Давай, давай, давай, давай.
— Что такое? Он лёгкий.
— Тяни, чёрт возьми.
— Мать твою.
— Давай, Ричард.
— Спокойно.
— У него есть запасной баллон.
— Он давно внизу.
— И что?
— С ним могло что-то случиться.
— Что могло случиться?
— Толстяк, мы готовы.
— Давай, в воду!
— Прыгай уже!
(ТОЛСТЯК) Кано, видишь его?
(КАНО) "Пока ничего, Толстяк".
Спускайся ниже, чёрт. Быстрее.
Кано.
(КАНО) "Ничего не вижу. Не вижу его".
Смотри внимательно. Где-то
должны идти его пузыри.
(КАНО, ПРЕРЫВАЯСЬ)
"Плохо слышно. Плохо слышно".
(ТОЛСТЯК) Смотри внимательно, говорю.
Где-то должны подниматься его пузыри.
Кано!
(КАНО) "Да, Толстяк, вижу, вижу. Он там".
— "Твою мать!"
— (ТОЛСТЯК) Что там?
(КАНО) "Не шевелится, мужик. Не шевелится".
В смысле не шевелится? Подойди ближе.
Кано!
(КАНО) "Да-да, Толстяк.
Шевелится, шевелится".
"Антонио, друг. Антонио".
"Ты в порядке?"
(ТОЛСТЯК) Ну и сукин сын.
Тигр.
Давай, не спеша.
Сюда.
— Что случилось, Антонио?
— Не знаю, Толстяк.
Спустился за инструментом,
и меня запутало пуповиной.
Потерял ориентацию, Толстяк.
Там внизу нулевая видимость.
А это? Это как порвалось?
Не знаю.
— Кожухи тросов, Толстяк.
У винтов, они острые.
— Как ножи.
— (ТОЛСТЯК) Твою мать.
— Знаете, сколько это стоит?
— Тебе это ничего не стоит.
— В смысле? — Тебе это ничего
не стоит, не ты за это платишь.
Это твой работник и твой друг.
Который заработал для тебя кучу денег.
— Он не заслужил такого отношения.
— Успокойся-ка.
— Успокоиться?
— Да, успокойся
и не действуй мне на нервы. Договорились?
Ты здесь, чтобы учиться,
твой брат меня просил,
не ради тебя. Работай давай,
твоя смена ещё не закончилась.
Чёрт бы всё побрал!
Эстрелья.
Ладно, ладно.
Что случилось?
— Что случилось?
— Я не успел добраться...
...до заслонки.
И мне пришлось перерезать пуповину.
(РИЧАРД) Полей ему голову водой, мужик.
Вот так, вот так.
Всё, я за водой.
Тигр.
Чем сегодня вечером занимаешься?
— Не знаю, а что?
— Зайди ко мне, поговорим.
О чём?
Не знаю, Антонио, мы
столько лет вместе работаем,
а так ни о чём и не говорили
по-нормальному. — И о чём нам говорить?
Тема свободная, Антонио.
Сеньоры, у нас гости. У
вас трусы чистые есть?
Пардон, и трусики тоже.
(НЕКОТОРЫЕ СМЕЮТСЯ)
(ТОЛСТЯК) Медосмотр.
Если гора не идёт к
Магомету, Магомет идёт к горе.
— Толстяк, ты о чём?
— (ТОЛСТЯК) Разве не так говорят?
— Нет.
— Не так?
— Если Магомет не идёт,
придётся горе идти к Магомету.
Схематично? — Нет, бомба,
бомба. Вот именно, вот именно.
(СМЕЁТСЯ)
Толстяк.
— Слушаю.
— Это обязательно?
Нефть, сынок, тут всё обязательно.
— А что? У тебя проблемы?
— Нет, не у меня.
Вчера ночью с ним приступ
случился, я его укладывал.
(ТОЛСТЯК) Завидую я ему.
Однажды с ним что-то
случится, но как же я завидую.
Посмотрим, что придумать.
Слушай, ты уже остыл?
(СМЕЁТСЯ)
Оставьте его, у его
сестры схватки начались.
Позже раздам бумаги.
(Стук двери)
(ЭСТРЕЛЬЯ) Антонио.
(Удары в дверь)
Антонио, ты слышишь меня?
Антонио!
Антонио!
Антонио! Антонио, ты в порядке?
Антонио, ты меня слышишь? Что случилось?
Посмотри на меня, Антонио.
Что случилось? Ты в порядке?
Не помню.
Кажется, я просто уснул.
В воде со мной было то же самое.
Нет.
— Нет.
— Нет-нет, не трогай.
— Нет?
— Да.
Они такие же, как у папы, помнишь?
Тебе нужно их носить. Если
опять начнётся, положи под язык.
Да-да, помню.
Скажи, если будет больно.
Где ты этому научилась?
Тоже у папы.
Он был мастер падать в обморок.
— Я не помню.
— Ну да, конечно.
Ты тогда в Норвегии был,
жил на глубине 200 метров.
А, точно.
Мы туда во второй раз ездили.
Нас снимали, и мы были по Discovery.
Да. Папа заставлял меня
пересматривать это раз двадцать.
Я уже наизусть знал.
Помнишь, как я там
выглядел с волосами до сюда?
В Норвегии было холодно.
Чёрт.
Мы приехали с 40-градусной
жары на Кабо-Верде,
и там, под водой, было ужасно.
Но зато на деньги, что я заработал,
купил себе красную "Селику".
— Классная тачка.
— Классная.
Чтобы кататься по городу и
всем махать. Очень полезно.
Готово.
Позвони Кано. Договорись с ним на завтра.
— Тебе сегодня надо отдыхать, Антонио.
— Нет, чем быстрее, тем лучше.
Думаешь, он тебя видел?
Не знаю.
Я бы сказал, что нет,
но не уверен до конца.
— Здорово, Антонио. Пирожных принёс?
— Каких пирожных?
— Здорово, Антонио. Пирожных принёс?
— Каких пирожных?
Шучу, я сахар не ем. Это яд. Заходи.
Снимай обувь. Оставь там и
дверь закрой, тепло уходит.
Что это у тебя?
Порезался, когда брился.
На, держи, без глютена.
От глютена меня раздувает.
Но на вкус — то же самое. Садись.
Ну как тебе?
Гораздо лучше, чем жить в
общаге с каким-нибудь юнцом,
и дешевле.
Я её выменял у одного
иностранца на "Ситроен Ксару".
— Сказочная сделка, скажу я тебе.
— Что тебе нужно, Кано?
Мне плевать на автодома, и в жизни
своей ни в одном кемпинге не был.
И я тоже.
Ну и?
Антонио, я хочу часть
того, что ты там берёшь.
Я не такой классный водолаз,
как ты, но у меня глаз намётан.
— Я не понимаю, о чём ты.
— Нет?
Нет, понятия не имею.
Спасибо за пиво, конечно, но
я больше с глютеном люблю.
Антонио, я не собираюсь на тебя стучать,
не бойся, хотя мог бы.
Но я не стукач.
— Ты мне угрожаешь?
Нет, я предлагаю сделку, бизнес.
Сын шлюхи,
если только пикнешь, я тебя уничтожу. Усёк?
Давай.
Такое в супермаркете не продаётся, Антонио.
Это надо уметь сбыть.
А я знаю, кому и где.
Тебе всего лишь нужно отстегнуть мне долю.
У меня ипотека на 25 лет, двое
маленьких детей, как и у тебя, Антонио.
Мы водолазы, нам немного осталось.
Посмотри на Чинчету.
Моложе тебя был.
Подумай.
Думаю, скоро увидимся.
Партнёр!
Обувь не забудь.
Я же тебе говорил.
(Дверь открывается)
Он меня видел.
Хочет долю. Сам предложил
помочь с продажей.
И что ты ему сказал?
Пока ничего.
Чего мы ждём?
С судовладельцем разговаривает.
— Нет, это не то, о чём мы договаривались!
Нет, сеньор! — Это планировалось иначе!
Ребята, я знаю, как разбогатею.
— А как же твой линкор?
— Нет, это я тебе дарю.
Только никому ни слова. Буду
поднимать металлолом со дна.
Эти подводные кабели — супермагнитами.
Сила бешеная... Всё вытаскивает.
Велики, мотоциклы, старинные каски,
золотые цепи, сейфы с кораблей, чувак.
Интернет, он же будет вечно расти.
В чём фишка? Чтобы что-то
росло, надо убирать старое
и ставить новое. Кого позовут?
— Ричарда.
— Ясное дело. Ты же понимаешь.
Я прикинул, таких кабелей под водой
миллион километров, наверное, два миллиона.
— Или больше.
— Или больше, чувак.
— Или больше.
— Это золотая жила, брат.
Послушайся меня.
Да она же сгнила! Это
гроша ломаного не стоит!
Толстяк боится голландцев до усрачки.
Ричард, хорошо ещё, что у
тебя есть твой металлолом.
Ты быстро учишься.
Мужики, я в воду, лады?
(ТОЛСТЯК, ИЗДАЛЕКА) Сюда, чёрт!
Чтоб тебя! Твою мать!
Глухая здесь я, а не слышишь тут ты.
Переодевайся, ты спускаешься.
— Это ещё почему?
— Не могу, мне плохо.
— Заплати мне, чтобы я молчал.
(ТОЛСТЯК) В чём дело?
Тут никто не работает, что ли?
На, смотри, фото с
совершеннолетия моей Росио.
— Ого.
— На.
Кто хоть слово скажет — яйца отрежу.
Переодевайся, Тигр. Сегодня красить идём.
Я спущусь.
Работа там плёвая.
Хорошо. Помоги ему,
а то ещё костюм задом наперёд наденет.
— Гляньте на папашу с дочкой под ручку.
— Да, пошли.
Эй, я всё слышу, ублюдки.
Ты где фотошопился, мужик?
Ты прямо как Дэвид Бекхэм.
(ТОЛСТЯК) Ну и сволочи.
— Блин, мужики.
(НЕКОТОРЫЕ СМЕЮТСЯ)
— Ну вы и гады.
(Телевизор на фоне)
Эстрелья.
Кано.
(КАНО) "Антонио, это я".
"Не вовремя?"
"Я звонил своему корешу из Барбате,
всё тип-топ, но теперь он
меня донимает вопросами,
откуда у тебя товар, и
мне это очень не нравится".
"Мне это не нравится".
"Он общается с очень плохими людьми".
"А это же золотая жила".
"Если он узнает, откуда мы берём,
он нас никогда не оставит в покое".
"Я скажу ему, что мы не
заинтересованы. Найдём другого, Антонио".
"Он не знает, кто ты, но я ему не доверяю".
"Чтобы ты знал и был начеку".
"И извини, что так поздно, мужик".
— Ты звонил ему?
— Три раза,
но он не берёт трубку.
Идиот!
(АВТООТВЕТЧИК) "Аппарат абонента выключен
или находится вне зоны действия сети
в данный момент".
(Гудок)
Он был там.
Чёрт бы меня побрал.
(Набор номера)
(Гудок вызова)
(ЖЕНЩИНА) Какая ты красивая, дочка.
(Душевная музыка и аплодисменты)
— Красотка!
(Мягкая музыка)
— Не дашь мне своего брата на время?
— Забирай даром.
(СМЕЁТСЯ)
— Сам не свой ходит.
— Да уж.
— Ты пьёшь "Аквариус"?
— Лови момент, сегодня не палёная, я плачу.
— Ты пьёшь "Аквариус"?
— Лови момент, сегодня не палёная, я плачу.
Слушай, ты этого Кано хорошо знаешь?
Нет.
Знаю не больше твоего, по работе. А что?
— Сколько дней его уже нет?
— Не знаю.
Я спрашивал этих, никто
ничего не знает. Пропал.
Ты знаешь, он был во
что-то странное замешан?
Я не знаю.
Я с ним не общаюсь.
— Мне сказали, вы друзья.
Если увидишь мою жену, предупреди.
— Это ещё зачем? — Потому что я сказал ей,
что бросил курить, а эта стерва не верит.
(СМЕЁТСЯ)
Да нет, я про Кано.
Вчера ночью в офис вломились.
Всё перерыли, забрали
только журналы погружений.
— Зачем?
— Понятия не имею.
300 евро из кассы и журналы.
Думаешь, это он?
Не знаю, но ушёл он как-то подозрительно.
— Она идёт, она идёт.
— Толстяк, на танцпол.
— Я тебя искала.
— Ну вот, нашла.
Пошли, танцевать.
(Музыка)
Останься, потому что ночи
без тебя болят.
В голове все позы и стоны.
Я больше ничего не
хочу, если это не с тобой.
Останься,
ночи без тебя болят.
Эстрелья!
(Гудок)
Тигр.
— Извини.
— Ты где был?
Гулял.
Там внутри было невыносимо шумно, я глохну.
— Ты долго ждёшь?
— Нет.
Давно я так хорошо не проводил время.
Кто-то влез в офис Толстяка
и забрал журналы погружений.
— Когда?
— Вчера ночью.
Нас ищут.
Кусто с тобой?
Кто?
(АНТОНИО) Новичок этот, Нико.
Куда?
— Ты лазил по моим вещам?
— Когда ты собирался мне рассказать?
Ты придурок!
Что он делает?
Езжай помедленнее.
Мне не надо было возвращаться.
Надо было остаться на Канарах.
Тебя никто не заставлял.
— Ну да.
— Кто бы тогда смотрел за папой?
— Я.
— Ты? Каким образом? Ныряя по всему свету?
— ...
Слушай, чтобы ты мог быть Тигром,
кто-то должен был остаться. И этим кем-то
оказалась я. Меня никто не спрашивал.
А ты сама не могла сказать?
Я-то говорить умею, но
меня никто не слушает.
Вы никогда меня не слушали.
Ты такой же, как папа, Антонио.
Я схватила его первой, но
мне пришлось отпустить от боли.
— Ты о чём?
— О папиных часах.
Я их поднял со дна. Я
их ни у кого не отнимал.
Я только что отпустила их.
Ты пришёл не первым.
Их взяла я.
Почему ты не сказала?
Я годами твердила это, но
какая разница, что я говорю?
Всё равно никто не слушает.
Вы никогда меня не слушали.
Всю жизнь одно и то же, чёрт.
Дальний свет!
Охренеть.
Чего он не выключает?
Ты что делаешь?
Идиот.
Ты что, не видишь меня?
Выключи дальний свет!
(ЭСТРЕЛЬЯ) Что случилось? Что случилось?
(МУЖЧИНА) Стоять! Глуши мотор!
(АНТОНИО) Да-да.
— Глуши, говорю.
(АНТОНИО) Глушу, глушу.
— Голову вниз.
На нас не смотреть.
Руки, чтобы я их видел.
— Ты тоже.
— Да-да-да. Да.
— Когда следующий корабль?
— Какой корабль?
Спрашиваю ещё раз. Когда следующий корабль?
Скоро, скоро. Он приходит
каждые три недели.
— Когда придёт, мы хотим весь груз.
Дай руку.
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Ай!
(КРИЧИТ)
— Дай на тебя посмотреть.
— (КРИЧИТ)
Мы уже выходим, спокойно.
Спокойно.
(Телефон)
(Телефон)
(Телефон)
(МУЖЧИНА) "Как тебя зовут?"
(ЭСТРЕЛЬЯ, ДОЧЬ) "Эстрелья".
(МАРИЯ) "А я Мария".
(МУЖЧИНА) "А вашего папу?"
(ЭСТРЕЛЬЯ, ДОЧЬ) "Антонио".
(МУЖЧИНА) "Чем он занимается?"
(ЭСТРЕЛЬЯ, ДОЧЬ) "Он водолаз".
(СИНТА) "Девочки, идите
сюда, не мешайте сеньору".
Я сказала, что это
гарпуном, ради твоего отца.
Как он?
Повезло, рана чистая.
— Садись, я скажу, когда можно.
— Спасибо.
(Гудок вызова)
(СИНТА) "Антонио".
— Синта.
(СИНТА) "Что случилось?"
Ничего.
(СИНТА) "Зачем тогда звонишь?"
"Ты знаешь, сколько времени, идиот?"
— Мне приснился кошмар.
(СИНТА) "Да, ты идиот. Пока".
— Подожди, подожди.
— С девочками всё в порядке?
(СИНТА) "Конечно, в порядке, они со мной".
(Разговор окончен)
Эстрелья.
Что будем делать?
Тебе виднее.
Что бы я ни сказала, ты всё
равно сделаешь по-своему.
Я спать.
(Дверь закрывается)
(МУЖЧИНА) "Где вы?"
— "Мы здесь".
(МУЖЧИНА) "А, отлично,
Эстрелья. А Антонио?"
— "Здесь".
— "Антонио, как ты?"
"Отлично. Давайте сыграем в игру, хорошо?"
"Я брошу свои часы в воду.
Кто первый достанет — приз,
любой, какой захочет".
"Мы не знаем, на какой глубине они упадут".
"Раньше времени не прыгать".
"Раз, два, в воду!"
— "Я достал".
— "Молодец, Антонио".
— "Нечестно. Я первая схватила".
— "Что ты говоришь?"
— "Я достала".
— "Какой подарок хочешь?"
(АНТОНИО) "Часы".
Эстрелья.
Эстрелья.
"Дельфо" только что пришёл.
Не знаю, смогу ли.
Иду.
Дай я сам, пожалуйста.
Я скоро вернусь.
Слушай, я пойду. Позже позвоню.
Давай.
Надеюсь, он вчера хорошо себя вел.
Вторых таких родов они не потянут.
Они его ждут,
он последний, кто остался.
Толстый, он не пойдет.
- Что?
Придумай что-нибудь, он не справится.
- Что придумать?
Ты шутишь, да?
- Не до шуток. Что угодно.
Он не может этого сделать.
Но ему нужно подняться
на этот корабль сегодня.
Ясное дело, для этого нужно пройти
медосмотр.
Что мне делать, подрисовать ему?
Что происходит, Эстрелья?
Я толстый, но не дурак.
Антонио плох, Толстый.
Он никогда не пройдет этот медосмотр.
Но ему нужно подняться на этот корабль.
Во что бы то ни стало. Последний раз.
Если он этого не сделает, его убьют.
Его или его дочерей.
Сколько он взял?
Почти два кило.
Мы попытались ее продать
и ошиблись.
Ты у него в долгу, Толстый.
Поднимайтесь на баржу.
Я попробую что-нибудь придумать.
(Гудок корабля)
Я сказал капитану, что давление
ниже нормы.
Попросил его остановиться на десять минут
чтобы спустить водолаза и проверить,
в порядке ли труба.
Десять минут — это много денег.
Бери что тебе нужно, но на борт
корабля даже не вздумай это поднимать.
Ровно через десять минут
я выйду на связь со всеми.
После этого всё. Я тебе ничего не должен.
На. Под язык.
Десять минут.
(УЧАЩЕННОЕ ДЫХАНИЕ)
Его нет.
- В смысле нет?
Карабин открылся,
и он упал.
Поднимайся.
Я не смог спуститься.
Там слишком глубоко.
Ничего не видно.
Сколько воздуха осталось?
- Хватит только на одно погружение.
С финальной остановкой в 15 минут.
Он должен быть где-то рядом.
Ты как, нормально?
Ты в порядке?
Антонио.
Ты меня слышишь? Можешь говорить?
Антонио.
Рука.
Антонио, давай.
Попробуй встать.
Вставай! Давай.
Полтела парализовало. Черт возьми.
Ты сделал декомпрессию?
- Нет.
Нет?
- Нет.
У тебя пузырек воздуха в крови.
Надо снова тебя опускать.
(Напряженная музыка)
Подержи-ка.
В этот раз я сам.
Что-нибудь придумаю.
Прости.
Ты что-то сказал?
Нет.
Я слышал тебя.
Вон они.
Голову опусти. Где он?
Сзади.
Дай телефон.
Дай телефон, я сказал.
(ПЛАЧЕТ)
Она заберет заявление?
Я согласен и на то, чтобы просто иногда
видеться с девочками.
Меня такой вариант устраивает.
Когда уезжаешь?
Завтра.
Говорят, Виго красивый город.
Как и Уэльва.
- (СМЕЕТСЯ)
Держи.
Он твой.
Не надо. Оставь себе.
Пойду прилягу ненадолго, ладно?