«Чо́кнутые» — советская трагикомедия режиссёра Аллы Суриковой 1991
года по мотивам одноимённого рассказа Владимира Кунина. Премьера фильма
на телевидении состоялась в декабре 1995 года на канале РТР, а после
фильм был показан 1 января 1996 года на канале ОРТ.
Все фразы и цитаты
Крути вираж!
Сигай, Гришка, сигай!
Ух! Ух!..
О-о-о!..
Ой, сейчас грыбнется!
Чокнутые...
Чокнутые!..
Господин Герстнер уезжает!
Ехать, конечно, надо,
господин Герстнер. Это вы правы.
Но почему именно в Россию,
именно из Вены?
Обычно едут наоборот.
Герр Ципровский! Я отказался
от места профессора в Праге,
я объездил Англию и Францию,
Швейцарию и Бельгию!
Как же, отказался! Он сам рассказывал.
- Тихо, детка! Не надо с утра.
Я про него все знаю.
Рассорился со всеми.
Не сработался ни там, ни там. Уехал...
Такой милый человек!
Мне его так жалко!
Женился бы на нашей старшенькой...
Как инженер я могу реализовать себя
только в России, Арон.
Адам!
- Адам.
Только в России
талантливый иностранец может иметь
свободу творчества, славу и деньги.
Как же!
Только в России его и ждали.
Ты не права, детка,
он профессиональный инженер.
Он профессиональный неудачник!
Лучше бы женился на нашей старшенькой.
Только в той стране,
где есть спасительное самодержавие,
а не наша слюнтяйская
парламентская система! Понимаете?
А я вам говорю, Герстнер, учтите:
в России вам будет
очень и очень нелегко.
Не пугайте меня, Арон.
- Адам...
Тем более не пугайте.
Выпьем, Адам.
А почему Адам? Вас зовут Арон!
Вы правы. Конечно, немножко Арон.
Но вы же сами понимаете, в какое время
и в какой стране мы живем.
Так вот я хочу вас только
еще раз предупредить:
Россия - страна бесконечных
и бесполезных формальностей.
Я знаю это на своей шкуре.
Я много лет прожил там.
У меня до сих пор
есть небольшое дельце в России,
от которого я получаю дивиденды.
(Герстнер): Ни слова больше!
Эта поездка должна стать
смыслом всей моей жизни.
Я надеюсь! Я в это верю!
- Прощайте, безумный вы человек...
Сладкие вы мои...
- И да поможет вам Бог.
Прощайте, дети.
- Они вас очень полюбили.
Вишь ты, како колесо! Что думаешь?
Доедет колесо?
Нет, не доедет... Доброго здоровья.
- Спаси вас Христос.
Эй, кучер!
Эй! Кучер!..
О, майн Гот!
"Его Высокопревосходительству
графу Александру Христофоровичу
Бенкендорфу
от тайного агента
Третьего жандармского управления
Тихона Зайцева, преданного Отечеству
и Вашему Высокопревосходительству.
Настоящим имею сообщить..."
(По-французски): Раз, два...
Три!
- О-па!
И кий не дрогнул в ее руке...
И тем не менее, господа,
я пригласила вас сюда,
чтоб сообщить вам
пренеприятное известие.
Наш компаньон, тайно сотрудничающий
с Третьим отделением...
Ну не извольте морщиться, князь!
Сочтите за благо,
что мы сегодня имеем информацию,
которая завтра бы свалилась нам
как снег на голову.
Итак... Прошу.
Уйди!
Граф Бенкендорф получил намедни
тайную шифровку.
К нам едет немецкий инженер
Отто фон Герстнер.
Зачем?
Он будет докладывать Государю
об устройстве железных дорог в России
и передвижении по оным
при помощи паровых машин.
А нам-то что?
О Господи, твоя воля...
Нам, да?
Да наше с вами акционерное общество
почтовых колясок и дилижансов
благодаря извозному промыслу
имеет доход
100 миллионов рублей в год.
А из-за проекта вот этого немца
мы должны потерять все свои деньги.
Мы должны купить этого немца
и с полпути отправить
обратно на родину.
Разумеется, с теми деньгами,
которые он, по всей вероятности,
хотел заработать у нас в России.
- Господа, золотая голова!
И это единственная возможность
сохранить наши доходы.
Поэтому... Ну что же...
Прошу вас, господа, раскошеливайтесь!
- Сколько?
Я готов!
Гляди, куды ступаешь!
Чай родного мужа несешь!
(Кирюхин): Дороги... Ломаный рог!
Ой, Господи!
Что ж ты, братец, такой неловкий?
Н-да... Россия...
Богом проклятая земля.
Дороги сделать не могут.
Ой... Грязь по уши.
Поднавались!
Империя... В Бога, в душу, в мать!
Погоняй, сукин кот!
Я попросил бы вас
не оскорблять эту страну.
У России, должен вам сказать,
великое прошлое,
сила, мудрость,
невероятные возможности!
И я сильно верю в ее светлое будущее.
Приятно слышать. Не имею чести...
Отто Франц фон Герстнер, инженер.
Отставной поручик Кирюхин.
Родион Иванович.
Очень рад. Очень.
- И мне приятно. Милости прошу.
Заснул что ль, твою мать?
(Кирюхин, поет):
"По струнам ходят пальцы не спеша,
Я вглубь себя, как в омут, погружаюсь.
Мне кажется, к тебе я приближаюсь..."
Молодой поручик! Звенящий восторг!
Подъем чувств!
"Души прекрасные порывы!"...
Долой!.. Ура!..
"Свобода вас примет
радостно у входа!"...
Вы настоящий поэт!
Это не я. Пушкин.
А-а-а, Пушкин!
А потом как начали
вешать за эту свободу,
да как погнали в тюрьмы
да в Сибирь...
Перепугался... до смерти.
Счастье, что меня только в отставку,
а не сослали, не вздернули.
И понял я...
Какая свобода? Кого долой?
Сиди и не чирикай.
Да разве в этом государстве
возможно что-нибудь?
Да оно тебя, как клопа
по стенке, размажет!
Мой дорогой Родион Иванович!
Я счастлив, что мы вместе.
- Я тоже.
Для меня это очень важно.
Спасибо.
За дружбу!
- За нашу дорогу!
За наше дело!
- Дружба.
До дна, до дна, до дна...
В России, родной!
Закуси! Огурчик...
(Кирюхин): Отдышался, огляделся...
Батюшки! А государство ведь тоже
не без слабостей!..
"Секретно. Срочно.
Донесение
Его Высокопревосходительству
графу Александру Христофоровичу
Бенкендорфу.
Настоящим имею сообщить.
В пути господина Герстнера проведал
Их Сиятельство граф Потоцкий"...
К вашим услугам, ваше сиятельство.
Немец заезжий у тебя, братец?
- Обедать изволит-с.
"...Они имели
непродолжительную беседу.
В суть оной беседы
проникнуть не удалось.
Кроме как наблюдал проводы
Их Сиятельства".
(Кирюхин): Мерзавец!..
Где я?
Трогай, Василий!
- Трогай!
(Поет): "Повстречал пастушку пастушок
и в пастуший заиграл рожок.
Ручейком мелодья полилась,
и любовь меж ними родилась".
А Герстнер все едет и едет
в Петербург!
Да! Кстати, по нашим дорогам,
в наших экипажах...
На наших лошадях, матушка.
Потоцкий вернулся ни с чем.
Слава Богу, деньги привез.
Ну... за кого вы меня принимаете?
Ну, я-то вообще могу допустить,
что русский человек
может отказаться от денег.
Пардон... Какая прелесть!
Но! Но...
Чтобы чужеземец...
западный чужеземец отказался
от ста тысяч!..
Значит, он имеет холодный расчет
на получение гораздо большего куша.
Да лошадей ему, супостату, не давать!
(Граф Отрешков): Он же иностранец!
- Ну и что? Иностранец...
Ну доколе мы будем вылизывать задницы
всем итальянским тенорам
и кланяться в пояс
всем заезжим
французским парикмахерам?
(Поет): "Любовь пастуха и пастушки
Друг к дружке..."
Господи! Ну скажи мне, откуда в нас
это отвратительное,
унижающее (кстати, совершенно
не русское) качество?
Все время боимся!
Все боимся, чтобы там, на Западе,
кто-то о нас не так подумал,
и что мы что-то не так сказали!
Да побойтесь вы Бога, господа!
Имейте вы уважение к самим себе!
- Да в кнуты его!!!
Да так, чтобы живого места
не осталось!
- Вы в своем уме, граф?
А что?
Попугать басурмана было бы не грех.
А заодно и поучить маленько.
Для острастки.
Да главное, матушка, - распорядиться,
чтоб лошадей ему, паскуднику,
по дороге не давали.
(Графиня): А безлошадный
да напуганный -
он, пожалуй, и назад повернет.
О, Фрося, наш рупь едет.
Тпру!
Что встали?
Дальше - никак, барин.
Дальше - рупь.
Эй, Федор!
- Чего?
Не видишь, чего?
Это, ваше благородие, - Федор.
При мосте живет и при нем кормится.
Потому как без него
ни в жизнь не проехать.
Вот уж точно - жизнь или кошелек.
Не, барин! Ему только рупь нужен.
(Герстнер): Заплатить?
Позвольте мне. Я могу...
Ни в коем случае! И потом, вы - гость.
- Данке шён.
Как раз рубль.
Специально для такого случая.
Держи, Голиаф!
Сторожи, Фрося.
Интересно...
Ну ехай живее! Закоченеешь тут...
(Герстнер): Какая оригинальная
конструкция!
В Европе такого нигде никогда
не увидишь.
Фальшивый...
Фальшивый!!!
Родик!
Родик!.. Где вы, Родик?
Родик!..
Любезнейший Антон Францевич!
Я вот о чем подумал...
В этом деле - в нашем -
такой человек просто необходим.
Чего?
Гениально!
- Не спорю.
(Кирюхин, поет):
"Укрыто прошлое вуалью,
Размыты временем черты.
И повторяю я с печалью
Слова, что говорила ты..."
Вкусно. Чуть бы соли.
"Мне опостылел высший свет,
Мне в этом доме все не ми..."
(Блеет коза)
Не коза, а стерва какая-то!
Такую песню испортить!
(Федор): Да не, она животина добрая.
Только нервная очень!
Мы ж при этом мосте два года состоим.
Работа - сами видели, какая нервная.
Озвереешь тут!
Ну... ничего.
Даст Бог, мы эту вашу
железную дорогу справим...
Мы сразу в цирк подадимся.
Ну-ка, стой так!
Силовой аттракцион Джакомо Пиранделло!
Джакомо Пиранделло... Нравится?
- Ага. Красиво.
Бери.
(Звучит песня, поет Н.Караченцов):
"И я терзался мукой жуткой,
Моя вскружилась голова.
Твои ж признанья были шуткой,
И были лживыми слова:
"Мне опостылел высший свет,
Мне в этом доме все не мило.
Ах, увези меня, корнет,
Ах, увези меня, корнет,
Иначе ждет меня могила".
Что такое?..
Где там у вас немчура проклятая?
Вылезай-вылезай, сучье племя!
Назад!!!
Еще один шаг - стреляю.
Стыдитесь, Родик!
Светлые идеи нельзя утверждать
силой оружия.
Смотрите, как надо говорить с народом!
Уважаемый народ!
Единственным спасением
от расстояний
являются железные дороги.
Это развитие торговли
и рост благосостояния народа.
Перевозка пассажиров
по железной дороге
есть самое демократическое...
Мерзавец!
Родион Иванович, опусти пистоль,
Христа ради!
Пальнет еще, убьет кого...
Грех на душу.
Антон Францевич, придержите Фросю.
Порвет она их всех, не дай Бог.
Слышь, ты! Чего надо?
Да ты кто такой?
- Я?
Пиранделло.
Пиранделло!..
Пиранделло!
Где ты такой взялся?
(Бандит, с дерева):
Бейте его, бейте!
Это ж ворог ваш заклятый!
Ну чего, мужики? Подсоби!
Ну что встали, так вашу мать!
А ну давай! Шевелись!
Давай! Давай! Давай!
Все, Родион Иванович. Поехали!
"Ой, что тут было, Ваше Сиятельство!
Компания господина Герстнера
была пугана разбойными людишками
княгини Отрешковой,
коим противостояла сила убеждения
господина Герстнера,
пистоль корнета Кирюхина
и некоторые физические воздействия
Федора (крестьянина),
благодаря Господу
не доведшие до смертоубийства..."
(Тихон Зайцев кричит)
(Тихон): Помогите!
Помогите! Помо...
Как же ты?
Секретный агент тайной полиции,
а плавать не умеешь.
Да когда же было учиться плавать,
ваше благородие Родион Иванович?
Мы же все время следим да пишем,
следим да пишем. Пишем, следим...
А времени плавать...
- Господи! Я-то всю жизнь считал,
что тайный агент
Третьего жандармского отделения
плавает, как рыба,
стреляет, как Робин Гуд.
Из пистолета - бац!
С сорока шагов - белке в глаз.
Да я с пяти шагов
слону в задницу не попаду.
Тиш, давай я тебе
тепленького подолью.
Козье молоко - оно ведь силу придает.
- Спасибо.
Ну? Что с лошадьми, любезный?
- Лошадей, извиняюсь, нет-с.
И не предвидится, ваше благородие.
Нет-с!
Францевич, молочка попейте!
- Нет, нет, спасибо.
Черт знает что!
А документ у тебя какой-нибудь есть?
- А как же!
Вот он, здесь он.
Правда, мы немножко подмокли с ним.
Эй! Любезнейший!
- Да, барин.
Быстро! Четверку лучших лошадей
тайному агенту
Третьего жандармского отделения
из собственной Его Величества
канцелярии!
Ну-ка покажи ему документ, Тихон!
Покажи, покажи! Не стесняйся!
(Тихон): Ну что ты вылупился, дятел?
Порядочного документа
не видел, что ли?
(Кирюхин): Во какой документ.
Видал?
Не губи, барин, а!
(Зайцев, пишет): "Сикретно..."
(Кирюхин): Не "сИкретно",
а "сЕкретно", грамотей!
А дальше так:
"С величайшими опасностями
и риском для жизни
мне удалось внедриться
в наблюдаемую группу".
Написал?
- Вам удалось?
Тебе!
- Мне?! А!.. Конечно.
Ну, и за это проси жалованье
за полгода вперед. И подписывайся...
как там это у вас делается.
(Зайцев, пишет): "Преданный Отечеству
и Вашему Высокопре..." Что это такое?
Дым? Или туман, а?
Кажись, заблудились.
(Кучер): Но! Но! Ну уезжай, родимые!
Куды ж это нас занесло, братцы, а?
Господи...
Помоги, сохрани и выведи, Господи!
Ну вот! По таким пустякам -
и сразу к самому Господу...
Здравствуйте, господа хорошие!
О, майн Гот!..
Ой! А что это вы так приуныли, а?
Заблудились.
- Эка важность! Сейчас я вам помогу.
Садитесь.
Ну садитесь же!
Давайте, миленькие! Господь выведет.
(Кучер): Братцы!
На большак вывезли!
Меня зовут Мария.
Очень приятно.
- Местная?
Ну это как посмотреть.
Вы озябли, Машенька?
Ага. Ждала вас долго.
(Тихон): - Так это ж легко поправимо!
Так. Антон Францевич, помоги.
Вот сейчас... так... Вот так!
Держи. Хлебни, Манечка!
(Тихон): Во! Другое дело.
Благодарствуйте.
Данке.
Как же вы смотрите через водка?
А через нее завсегда лучше видно.
(Герстнер): Какой талантливый народ!
Машенька, ваше здоровье!
Воистину, нам вас словно Бог послал.
Может, так оно и было.
Да. Есть еще женщины
в русских селеньях, а!
Кстати, неплохая фразочка!
Может, кому-нибудь когда-нибудь
еще и пригодится.
"Спешу незамедлительно сообщить
Вашему Сиятельству:
есть еще женщины в русских селеньях.
А также в рассуждении моем,
чтобы Ваше Сиятельство
самолично встретилось бы
и выслушало бы господина Герстнера,
ибо, по моему разумению,
никому, кроме Вашего Сиятельства,
такого глубокого понимания
не дадено".
Родион Иванович, принимай, ну!
- Осторожно, потихонечку.
Жить будем здесь.
Каждому - по комнате.
Штаб назначаю у нас в апартаментах.
До утверждения проекта -
никаких увольнений!
Вы настоящий Кутузов!
Аккуратней, аккуратней,
Антон Францевич!
Фельдмаршал настоящий!
- Нет, родной.
Это лестно, конечно.
Но не для меня.
А вообще иностранцев у нас любят.
- Я надеюсь.
А если мне потребуется отлучиться
по служебной надобности?
Считай себя мобилизованным,
а посему - на казарменном положении.
Исхитряйся сам как-нибудь!
На то ты и тайный агент.
Ну ты мне еще будешь указывать!
Ссориться мы не будем, друзья мои!
Мы начинаем грандиозное предприятие,
и жить нужно в мире и в согласии.
И в любви к ближнему.
Правда, Тиша?
Феденька, да?
А еще?
- Сейчас сыграем еще одну партию.
Я жду!
Доброе утро, Ваше Величество.
Поздравляю вас с победой.
Доброе утро, Александр Христофорович.
Спасибо.
Я очень занят.
Уйма дел!
Потрудитесь изложить все
кратчайшим образом.
Немецкий инженер Герстнер предлагает
соединить железными дорогами
на паровой силе
ряд городов Российской империи.
- Но он ведь сумасшедший!
Но почему ко мне?
Направьте его во врачебную управу.
Осмелюсь заметить,
Ваше Величество, но...
Герстнер представил достаточно
убедительные резоны о полезности
введения железных дорог
на благо процветания России.
Александр Христофорович, голубчик...
Обсудите проект этого...
Герстнера.
...Герстнера в соответствующих
инстанциях,
создайте необходимые комиссии,
сделайте организационные выводы,
и только потом -
ко мне.
И, пожалуйста, -
не в такое раннее время,
Александр Христофорович.
- Николя!
Николя!
Ваш ход!
- Уже хожу.
Господа!
Позвольте вам представить
мастера международного класса,
виртуоза своего дела...
- Иван Иванович.
В России я натурализовался
как Иван Иванович Иванов.
Мне бы не хотелось,
чтоб здесь произносились
чьи-либо фамилии.
Мы для вас инкогнито.
Не надо, не надо. Конечно, конечно!
Графиня Отрешкова...
князь Розанов-Раздорский...
Потоцкий...
Граф Отрешков! Ваш годовой доход
от извозного промысла в год -
более 100 миллионов рублей.
Так что железные дороги Герстнера -
для вас как бы...
Н-да... Еще одна новость.
Ваш Государь разрешил
создать комиссию
для обсуждения проекта Герстнера.
Как, уже?!
- Господи, это беда!
Может, цареубийство?
Нет, нет! Только не это! Уйди отсюда!
- Да, да, да.
Нынче императоры, знаете ли,
ходят без охраны...
Очень можно было бы
эффектно устроить эту акцию!
Притом недорого.
А знаете? Наступит время,
когда даже ничтожные
политические деятели
будут окружать себя
таким количеством телохранителей,
что любое политическое убийство
будет ну просто невозможным.
Не говоря уже о цене.
А может быть, Герстнера?..
Герстнера?
- Да.
Герстнера...
Может быть. Хотя это не та, конечно,
фигура, ради которой...
следовало бы...
приглашать меня.
А может, господа...
вообще... террор?
Террор?! Что это такое?
Мы этого не знаем.
Это новая, прогрессивная
форма убеждения,
после которой сам клиент
отказывается от намеченных планов.
Мы вообще, профессионалы,
очень рассчитываем
на эту форму.
Прекрасно! Но мы пойдем двумя путями.
Как ты считаешь?
Так ведь...
- Правильно. С одной стороны...
С одной стороны, мы примем
самое живое участие
в работе всех комиссий,
которые занимаются
обсуждением планов Герстнера.
С другой стороны,
наш глубоко...уважаемый Иван Иванович
будет проводить в жизнь
свои революционные методы.
Ну что ж, господа... Террор!
Скорее, скорее! Ну что вы копаетесь?
(Маша): - Поспешишь - людей насмешишь.
Я опаздываю! Комиссия уже ждет!
Мы уже 10 минут должны были уехать!
Антон Францевич, не волнуйтесь.
У нас в России
вы никуда не опоздаете.
Назначено на десять -
дай Бог, к двенадцати соберутся.
Я не хочу этого слышать.
Это разгильдяйство!
С детства я приучен всегда и везде
быть вовремя. Я не потерплю...
Ну вот...
А что было бы, если б мы вышли
на 10 минут раньше?
А что было бы?
Устроение железных дорог в России
совершенно невозможно,
бесперспективно
и крайне невыгодно
со всех точек зрения.
Ну а если кому-нибудь приходит
в голову мысль о том,
что две ржавые железные полосы
могут оживить наши бескрайние
русские просторы,
тот глубоко заблуждается.
Железные дороги помешают
коровам пастись!
Ваше превосходительство...
записка графа Бобринского
и инженера Мельникова
в защиту проекта Герстнера.
Отравленный паровозом воздух
будет убивать...
- Господа!
...пролетающих птиц. Сохранение...
Почерк, Машка, у тебя неразборчивый.
- ...фазанов...
Вот я и говорю - фазанов и лисиц
станет более невозможным.
Дамы по краям дороги...
Дома! А я говорю "дамы"...
Дома по краям дороги погорят.
Лошади потеряют всякое значение!
(Тихон): Подслушать бы,
что там и как!
(Кирюхин): Эх, надо было бы мне туда
с Антоном Францевичем...
Ну ведь придумали для глаз
подзорную трубу!
Ну неужели для ушей
нельзя ничего придумать, а?
Насколько нашему агенту работать
легче было бы!
Оплошать он без меня может.
Не знает он, как с нашими разговаривать.
(Тихон): А вас туда никто не пустит!
Представился бы кем-нибудь
пофигуристей, наврал бы с три короба -
пропустили бы как миленького!
Думаете, там наших людей нет, да?
Вас в нашем Третьем отделении
знают как облупленного!
Это еще откуда?
А из моих донесений, ну!
- А про меня там знают?
Неужто нет!
- И чего?
Да чего-чего... Смеются с тебя.
И про меня, Тихон?
Про тебя, Манечка, несколько раз
даже в Академию наук
запрос посылали.
Потому что ты для них... это...
здесь у меня... явление.
Господи...
Чует мое сердце: неладно там.
Сей способ передвижения
вызовет у путешественников
появление болезней мозга.
Такую же болезнь получит и народ,
взирающий со стороны
на это передвижение.
И вообще путешествие будет
страшно опасным...
так как в случае разрыва паровоза
вместе с ним...
разорвет и всех путешественников.
(По-немецки):
"И все-таки она вертится!"
Вертится! Она вертится!
Антон!.. Францевич...
Я уезжаю домой.
Не хочу больше жить!
Куда!.. Господи...
Стыдно, Антон Францевич!
И недостойно интеллигентного человека!
Сегодня ваша жизнь,
как и весь наш проект,
уже принадлежат не только...
- ...а Российской империи!
А ты вообще молчи!
Не умеешь плавать -
нечего в воду прыгать.
Все прыгнули - и я прыгнул!
Вы талантливый инженер,
Антон Францевич!
На голову не лей.
Плохо жить в России инженеру.
Эх, Антон Францевич!..
А кому сейчас на Руси жить хорошо?
Как ты сказал, Пиранделло?
А что я сказал?
Как что - так сразу Пиранделло...
Даже сказать нельзя.
- Что делать?
Есть человек!
- Ну!
Булгарин Фаддей Венедиктович. А?
Во-первых, он по нашему ведомству
проходит, а во-вторых - он... ну...
на короткой ноге с самим
Александром Христофоровичем.
Он слово скажет -
на всю Россию слышно.
Правда, он это... ну... ну...
ну любит!
А я думаю, что по этому поводу
не грех и сброситься.
О!
Откуда это у тебя?
- Премия.
За что?
За вас!
Рад приветствовать вас,
достопочтеннейший
Фаддей Венедиктович!
Вы для нас - не только светоч
русской словесности,
но вы и рупор передовой
общественной мысли!
Вы мне льстите.
А, простите, с кем имею честь?
- Позвольте представиться.
Отставной поручик
Кирюхин Родион Иванович.
То, что Кирюхин, - я вижу.
Чем могу служить?
Вы, конечно, наслышаны
о проекте господина Герстнера?
Ну так, в общих чертах.
Вот здесь письмо,
объясняющее выгоды построения
российских железных дорог.
Мы льстим себя надеждой,
что если к этому наброску
именно вы приложите ну хоть частицу
вашего тонкого ума и высокого таланта,
то эта штука будет посильнее...
ну я даже не знаю, с чем сравнить.
Родион...
- Иванович.
Иванович.
Вы, милейший, не представляете
всей сложности и тонкости
издательского дела.
Вот вся вторая половина письма
как раз посвящена именно нуждам
отечественной литературы.
А-а-а!..
Ну что ж, уважаемый
Ро-ди-он И-ва-но-вич...
Ки-рю-хин.
То, что Кирюхин, - это неплохо.
Родион Иванович...
Я думаю, что... завтра же
вы сможете прочесть статью в газете.
Бесконечно благодарен вам,
любезнейший Фаддей Венедиктович.
Не Беня, а Веня!
- Именно это я имел в виду.
(Иванов): Семен!
Докладывай!
К вам пришли, Фаддей Венедиктович.
- А кто пришел, Семен?
Господин Иванов.
Умница!
Пока я отсюда не выйду,
никого не впускать
к господину Булгарину.
Семен, ты меня понял?
Иначе я тебя, как кролика!..
Ступай!
- Слушаюсь.
Фаддей Венедиктович!
У меня к тебе дело.
Так сказать...
крохотное дельце.
Ну мерзавец!
Что же это такое? Я... я...
Я на дуэль его вызову!
Нет, это я его вызову на дуэль!
Светоч русской словесности,
мать его за ногу! Прости, Машенька.
Как же это так, а? Родион Иванович!
Что как, как?
Деньги взял, чтоб "за" написать,
а написал "против"!
Я даже сам такого не ожидал
от Фаддея Венедиктовича.
Он на короткой ноге с самим
Александром Христофоровичем!
И такое написал!
- Да я б им обоим
ноги из... извини, Манечка...
из задницы-то повыдергал бы!
Федор!
Я этого не слышал,
ты этого не говорил.
Александр Христофо...
- Ваш граф Бенкендорф
еще две недели назад обещал мне
устроить аудиенцию у самого царя!
Где эта аудиенция?
(По-немецки): Черт!!!
Простите меня, Маша.
Зачем мне ходить к шмидхенам,
когда мне нужно к самому Шмидту!
Я должен встретиться с самим царем!
Сударыня! Что вы там делаете?
Жду вас, Ваше Величество.
- Меня?!
Кто вы, дитя мое?
Меня зовут Мария.
(Дама, по-французски):
Она не знает, как делают реверанс!
(Маша, по-французски):
Что такое реверанс?
(Дама, по-английски):
Она похожа на пугало!
(Маша, по-английски):
В самом деле? Вы так считаете?
Я действительно нелепо выгляжу,
Ваше Величество?
Ну что вы, что вы, дитя мое!
Это шутки.
Это недостойные, неблагородные шутки.
Вы играете в шахматы?
- Конечно, и очень хорошо.
Этого вполне достаточно.
А откуда вы знаете языки,
дорогая Мари?
Ваше Величество, я их совсем не знаю.
Я просто слышу - и стараюсь понять.
А уж отвечается
как-то само по себе.
Это невозможно!
- Возможно, Ваше Величество.
Нужно быть просто немножко
внимательнее к людям.
Вы никогда не пробовали?
(По-французски): Боже мой...
Прелестница...
Если б я был уверен в завтрашнем дне,
если б у меня были деньги,
я б еще вчера сделал ей предложение!
Я его сейчас сам с престола
своими руками скину!
Да я не посмотрю, что он царь!
Я нашу Машеньку раньше всех полюбил!
Я ее в обиду не дам!
Боже милостивый!
Спаси и сохрани нашу Марию от...
от Его Величества!
Нешто в нашем департаменте неизвестно,
как он с девицами обращается?
В кои-то веки промеж государственных
дел по безопасности
ко мне пришло настоящее чувство...
- Прекрати причитать!
Вспомни точно: что он ей сказал?
Какими словами? Именно!
Какими... Он сказал... он сказал:
"Приходи ко мне, музычку послушаем...
в шахматы поиграем..."
А что, она стоит, такая красивая...
- "В шахматы сыграем"?!!..
Вперед!!!
Я влюблен в сиянье ваших глаз,
в запах ваших волос...
Хотите быть первой фрейлиной двора?
Ваше Величество, обещайте мне
принять господина Герстнера.
Как можно быстрее!
Это важно всей России!
Да, да, конечно.
Завтра же я приму этого...
Я сделаю для тебя все!
Божественная!
Ну хорошо, хорошо!
Успокойтесь, миленький.
Но завтра же господин Герстнер
должен быть во дворце. Хорошо?
Завтра же... Завтра же...
А сейчас - в шахматы! Тысячу партий!
Я согласна, но...
Завтра же, Ваше Величество.
Завтра же!
Прелестница...
Господи, помоги теперь мне.
Мари! Мари!..
(Кирюхин): На приступ!
(Кирюхин): Конь ферзёвый!
Придворных потаскух ему мало!
Батюшки!.. Да что это с вами?
Куда это вы?
(Кирюхин): "В шахматы сыграем,
музычку послушаем"!..
Прием-то какой затасканный!
Ой! Куда это они, а? Фрося, Фрося...
(Маша): Родион Иванович! Вы далеко?
Черт... Я уж испугался!
Простите, графиня...
Вы не видели моей жены?
Простите.
Вы не видели моей жены?
Паровозы купим в Англии...
вагоны - в Бельгии.
Думаю, она вот-вот появится, генерал.
Где вы были, Катрин?
- В раю.
Я...
Сегодня я приму всех, господа.
Ваше Императорское Величество,
дамы и господа!
Из Петербурга в Москву
по железной дороге за сутки
можно перевезти 5000 человек пехоты,
пятьсот конников с обозом,
артиллерией и лошадьми!
(По-немецки): Звучит заманчиво.
Однако, по правде говоря,
я не люблю войны.
Она портит солдат,
подрывает дисциплину в армии
и очень пачкает мундиры.
Ваше Величество! Российские лошади
взыскуют Вашей милости!
Не дайте попрать пажити
скотопитательных угодий!
Да, Ваше Величество!
Прошу простить меня великодушно,
Ваше Императорское Величество, но...
Эта затея так же нелепа,
как если бы вдруг Россия
задумала закупать пшеницу
в заморских странах.
Ваше Величество!
Отчего это господин Герстнер
не построил такие же дороги
в своей Австрии?
Не водится ли там за ним
каких-либо грешков,
от коих он и сбежал к нам в Россию
со своими странными
и чуждыми нам выдумками?
Ну, это это легко проверить.
Ваше Величество!
Эти аргументы моих противников
абсолютно безосновательны!
Я предлагаю в виде эксперимента
построить небольшую дорогу
увеселительного характера
между Петербургом и Царским Селом.
Там 25 верст.
Я готов начать хоть завтра!
Мы очень хотим!
(По-немецки): И как это будет
финансироваться?
В нашем государстве
на такие забавы денег нет.
Я завтра же открою акционерное
общество и соберу необходимую сумму.
Паровозы купим в Англии,
вагоны - в Бельгии.
Вместе со строительством это обойдется
в три... миллиона рублей.
Быть по сему.
Пробную увеселительную
дорогу я дозволяю.
Раз мой народ хочет дорогу -
он будет ее иметь.
Вместе с тем, герр Герстнер, я прошу
соблюдать условия нашего договора.
Пункт первый.
Никаких государственных субсидий.
Пункт второй.
Ваше акционерное общество
будет контролировать граф...
Бенкендорф.
...И, наконец, - пункт пятый:
национальность.
Никаких французов!
Совершенно справедливо,
Ваше Величество...
Господа хорошие, не напирай!
Осади, мужики!
Мужики, ну...
Ну мужики, ну!.. Тихо!
Ну что ж вы, мужики, а?
Ну давайте не будем орать все вместе!
Мужики, давайте встанем в очередь.
(Федор): Кто за бумагами - налево.
Кто на работу наниматься - прямо.
Правильные мужики!
Большое дело делаем! Хорошо пошло!
(Федор): А вы, господа
иностранные специалисты,
идете прямо к Антону Францевичу!
Хорош, подлец!
Через семь минут акционерное общество
Царскосельской железной дороги
перестанет существовать. Ура, господа!
- Ура!
Наши онучи ихних не вонюче!
Следующий! Живее! Всего-то!..
Сколько можешь дать землекопов?
- Да полтораста дам, Родион Иванович.
Отлично! Завтра поставишь
на работу 150 человек,
а распишешься за двести.
Прошу подписать.
Следующий!
На все.
Фроська, да куда ж ты
бумагу-то взяла, а?
Она ж больших денег стоит!
Айн, цвайн, драйн...
Какая вонища!
Господи...
Господа! Прошу извинить меня
за опоздание. Дела.
А почему вы решили купаться в одежде?
(Звучит песня): "Куда бы солдата
Судьба ни забросила,
Не будет солдат горевать..."
Левее, левее! Я сказал - левее!
"Зимою и летом, весною и осенью
С врагом он готов воевать"...
За мной, ребята!
Пиранделло!
Видишь? Помоги.
"А что солдату надо? Немного надо:
Был бы весь порох сухой"...
Родион Иванович!
Принимайте пополнение.
Михал Михалыч, нет слов,
дабы выразить свое восхищение!
Ровно 300 рублей, как договаривались.
- Благодарю покорно.
Пиранделло! Покажи господину офицеру,
куда людей ставить. Мигом!
Сделаем, Родион Иванович!
Поехали за мной.
Ты мне, сукин кот,
200 саженей к оплате представил.
- Ну!
А здесь что?
Ста шестидесяти не наберется!
- Хорошо, давай перемерим.
Эх, Родион Иванович!
Ты что - думаешь, обманываю, что ли?
У тебя сажень на два вершка
меньше положенного, жулик!
Это я-то жулик?!
Ты думаешь, мне не ведомо,
что твоя сажень
на три вершка длиннее?
- Что ты сказал? Да как ты смеешь?!
Моя сажень...
- Не спорьте, Родион Иванович!
Не спорьте!
И ты не надрывайся так.
Вы оба правы.
Просто у Родиона Ивановича сажень
немножко длиннее, а у тебя - короче.
Вот настоящая!
По ней и мерить надо.
В Вене все узнаешь про Герстнера
до мельчайших подробностей.
Под видом богатого
скотопромышленника внедришься
в австрийские научные круги.
Для поддержания контактов будешь
вести разгульный образ жизни:
карты, рулетка, вино, женщины...
- Ваше сиятельство...
Я не могу. Никак...
С превеликим удовольствием, но...
средств...
- Не волнуйся, братец.
Для успеха операции...
(Шепотом): - Денег в казне нет.
Что?..
- Как - нет?
Совсем?.. Идите.
Легенда меняется.
В Австрию поедешь под видом
разорившегося помещика.
Жить будешь подаянием,
ночевать на улицах.
В Вене явишься вот по этому адресу.
Запомни. Запомни!
Пароль: "Уже зима, а снега нету".
Отзыв: "И лето было без дождя".
- Без дождя.
Без дождя...
Идите!
Это нечестно! Так жить нельзя!
- А так можно.
Это ужасно! И аморально, Родик!
Я что, - для себя?
Себе я эти деньги выгадываю?
Тому дай, этому дай...
Только успевай отстегивать!
А с каких шишей, родной?
Что, из собственных?
Так их нет у нас! Вон, бублики
вместо шницелей трескаем.
Только Фроськиным молоком и живы!
Сам царь лично мне обещал!
Бог не простит вам этого! Одумайся!
Да ладно! До Бога высоко,
до царя далеко. А мы на земле живем.
На грешной, между...
(Федор): Эх, Антон Францевич!..
Не подмажешь - не поедешь. Россия!
- А я не хочу этого слышать!
Я сейчас еду домой!
А железную дорогу хочешь построить?
- Осторожно! Мои очки...
Дело своей жизни
до конца довести хочешь?
Вот и я хочу, чтобы в моей России
была твоя железная дорога.
Потому и не боюсь руки марать!
Антон Францевич...
- Оставьте меня в покое!
Ну что вы, как эти...
- Прошу вас, оставьте меня!
Простите, Антон Францевич.
И вы меня простите, Родик.
Где этот Тихон?
Там лопаты и кирки растаскивают,
а его нет!
Где его черт носит?
(Маша): - Да где же он?
Где Зайцев? Зайцев!..
- Тихон!..
(Федор): Тишка!..
Адам Ципровский?
- Яа, их бин Ципровский.
"Уже зима, а снега нету".
Есть холодное пиво. Устроит?
- Спасибо.
Но это не ответ.
А что я вам должен ответить?
Ну... "А лето..." А?
Что "лето"?
- Было...
Что "было"?
"А лето было..."
Что "было"?
- "Было лето..."
"Было лето..."
- "...без дождя"!
А-а-а! Майн Гот!
Вы - русский шпион!
Я вас сразу узнал!
- Тихо, тихо...
Ева! Дети!
К нам приехал русский шпион!
(Дети): Русский шпион! Русский шпион!
Русский шпион!..
(Ципровский, пьяно поет):
"Уже зима, а снегу нету..."
(Тихон): Какая гадость
эта австрийская водка!
(Пьяно поют):
"...И лето было без дождя".
Ав, ав, ав!
А я себе думаю...
- А ну не кусай русских!
А я думаю: "Какой это идиот
в такую жару говорит:
"Уже зима, а снегу нету"?
Таки вспомнил!
Мне эту пароль говорили зимой.
Двадцать лет тому назад, но зимой!
Ты представляешь?
- Ты уже мне это говорил.
Мне двадцать лет высылали жалованье!
Так я вас спрашиваю...
Должен ли я за эти деньги
ответить: "А лето было без дождя"?
Адам, ты меня уважаешь?
Сведения по Антону Францевичу
должны быть кристальные.
Мы с этим человеком...
Если бы вы знали, что мы пережили
за... три... ме-ся-ца... Ой...
Если б я жизнь начал сначала...
Это такой человек!..
- Ты мне будешь рассказывать?!
Это я тебе буду рассказывать!
Герстнер - это моя заслуга!
Тихон! Ты им скажи!
Скажи им всем!
Если бы не я - не было бы у них
этой дороги!
Э-э-э! Только не здесь!
Только не... А-а! А!..
Только не здесь!..
Тихон приехал! Тиша!
Какой красивый, какой нарядный!
Ну ладно! Ну что ты меня схватил?
Хватит! Ну все. Я тоже рад.
Ну все! Ну... Подожди. Ну...
Это ваш. Самый дорогой.
- Благодарю.
Это тебе, чтоб жилы не вытягивал.
Ну, когда ты штангу выжимаешь.
- Благодарствуйте.
О, с приездом!
Прифрантился ты, однако.
Я вам такую штуку привез!
Ой, не надо мне твоих подарков!
Где тебя черти носили? Докладывай!
Подглядывать нехорошо, Машенька...
Спасибо, конечно.
Ты бы это лучше
Бенкендорфу подарил. Ему нужнее.
Да там таких штук видимо-невидимо!
Манечка, Мань! Ну-ка, ну-ка...
Возьми вот это вот.
Примерь эту красоту, а!
- Это мне! Тиша!..
Ну что? Кажется, всем, да?..
Фу ты! Фросю забыл!
Маленькая!
Где ты, моя хорошая?
Я же тебе тоже подарок привез.
- И Фросе подарок?!
Господа! Посмотрите,
как Машеньке идет эта шляпа!
Самое главное забыл!
Манечка, извини.
- Ты что?!
Ты что, офонарел?
Не здесь, Тишка!
Это откуда?
Тут австрийской валюты -
на полтора миллиона русских рублей.
В общем, я наши акции
там очень удачно двинул.
Через одного нашего товарища.
- Вы были в Австрии?
Нигде я не был.
Не имею полного права
ничего говорить.
Я не могу так работать, господа!
Ни одна моя акция, выстроенная
по всем логическим законам Запада,
не может увенчаться успехом!
Я ставлю
взрывное устройство в карету
на десять часов.
Господин Герстнер... с группой
умудряется опоздать
на пятнадцать минут.
После этого меня начинают
убеждать, что это -
национальное качество
русского характера.
Мне присылают секретное!..
новейшее!..
орудие,
и оно оказывается... что?
с кривым дулом!
Это тоже национальное качество?
Единственное, что мне удалось
добиться, - так это...
статья господина Булгарина.
Да и то, слава Богу,
на поверку он оказался
не очень-то и... русским.
Нет, господа. А может быть,
все-таки поменять тактику, а?
Задержать строительство,
нарушить сроки...
ну, я не знаю... при помощи прессы
собрать компромат...
Нет, нет. Прошу простить,
но мне лично
как-то по-человечески их жаль,
этих первопроходцев,
этих железных дорожников...
А что? Может, действительно,
пусть себе строят!
Дудки!
Террор - так террор!
За что деньги плачены?
Воды?
- Водки!..
Водка!..
Родик!.. Родик!.. Родик!
(Тихон, пьяно): Родион Иванович!
Ну наконец-то!
Мы уже здесь все издергались.
Два раза на дорогу выходим -
а вас нет и нет. Нам тут привезли...
Мы... мы и для вас взяли.
- Где взяли?
Тут недалеко. Я сейчас провожу.
- И бесплатно, Родион Иванович.
Подходишь и берешь, подходишь
и берешь, подходишь и берешь...
Родион Иванович!..
Отходи, орел.
Тихо-тихо-тихо! Без суеты, без суеты.
Без суеты!
На, кури, сынок. Кури.
О-о-о!..
А вот этого нам совсем не надо.
Назад, вашу мать!
Назад!!!
Родион, кормилец! Что ж ты сделал-то?
- Кому сказано? Назад!!!
Ну что ж...
Вот мы и встретились,
уважаемый Родион Иванович.
Одноразовый пистолет - это архаика.
Шпага! К вашим услугам.
Приступим!
О-о-о! Прытко, прытко!
Бей!
Не горячись, мой мальчик.
- Ах ты, черт поганый!
А то, понимаешь, спаивают нас!
Знают, суки, нашу слабинку!
Родион Иванович! Может, пропустим
стаканчик-другой?
Освежиться не желаете?
Лучком закусить-с? Оп!
- Балдафон хренов!
Другой разговор.
Тихо-тихо-тихо!
Не по правилам.
А вот по правилам!
- По лицу не...
С победой, Родька, дорогой!
- И тебе!
Рашен-колобашен...
Сынок... Спасибо!
(Иванов, плачет): Ненавижу!
Завершение строительства насыпи
задержалось на два дня.
Производительность работ
упала на...
девяносто семь с половиной процентов.
Для восстановления здоровья
работников
компания была вынуждена
найти четыре сотни рублей
на опохмелку.
Это последнее, что я могу сделать.
Нет меры хмелю русскому!
Дозвольте мне сказать.
Уважаемый Родион Иванович...
Антон Францевич, Манечка...
У меня все.
(Мычит, бормочет)
А если Бог сподобит и придется
уехать на закупки? В страну далекую.
В Англию, за паровозами.
(Маша): Ну как же на вас
дело-то оставить, а?
Мы начинаем осознавать.
Родик! Машенька!
Вы посмотрите, кто нас встречает!
Сам мистер Стефенсон!
(Маша): - Это весьма приятно.
(Кирюхин): Спокойно, Антон Францевич.
(Герстнер): Добрый день.
Уважаемые господа! Дорогие коллеги!
Я и мои помощники
счастливы приветствовать вас
на туманной земле Альбиона.
В знак нашего величайшего
расположения - небольшие пустячки.
Это модель будущего.
Садитесь, пожалуйста.
- Данке шён.
А теперь, дорогие друзья,
мне бы хотелось вместе с вами
совершить небольшую экскурсию
по моей домашней экспозиции.
Золотой. За что это нам?
Во внешнеторговых отношениях
так заведено.
Если иностранная фирма заключает
торговую сделку с другой, то...
А мы-то тут при чем?
- Ну мы же для них иностранцы.
Этот элегантный движитель
очень дорог тем,
что он самый экономичный
во всем моем производстве.
Вот... И мы протянули друг другу,
так сказать, железные руки дорог.
Достаточна ли высота трубы?
А каков способ установки котла?
Подойдите сюда, подойдите сюда!
Он не слишком низко от колесной пары?
Потом - отводы для пара.
Нам хотелось бы, чтобы внизу
под котлом были отводы для пара.
Иначе около паровоза
нельзя будет стоять.
Антон Францевич, родной!
Ну что, берем?
Это очень хороший паровоз!
- Так...
Лучше всех моих ожиданий!
Конечно, берем!
Подождите, Антон Францевич.
И вы, Родион Иванович, не торопитесь.
Втулка золотника - с опасной
внутренней раковиной.
И большой зазор
в кривошипном механизме.
И вообще, это устаревшая модель!
Фирма господина Стефенсона
обладает уже гораздо более
совершенной машиной.
Поверьте мне:
я ничего никому не говорил!
Я все же не могу понять,
как произошла эта утечка информации.
Но это ни в коем случае не должно
повлиять на нашу сделку.
А если они опять обманут?
- Мне кажется...
Вы меня убедили.
- Будьте внимательны.
Я продам вам новую модель.
- Он проверяет возможности.
Но это будет на 40 процентов дороже.
- Так и есть. На 40 процентов дороже!
Как?! Мы так не договаривались.
Не договаривались... Мир дорожает.
- Он предлагает...
Цены растут. Новая модель...
- ...деньги вперед, новую модель.
Извините, нам необходимо
посоветоваться.
Ну что?
- У нас же было все точно рассчитано,
до копеечки, тютелька в тютельку!
Пусть на 40 процентов дороже.
Важнее всего идея!
"Идея, идея"...
- Да!
Что с вами делается?
Россия вас испортила.
У нас нет таких денег. Вы же немец!
Вы должны уметь считать деньги.
Это лишние 100 тысяч. Где их взять?
Посоветовались?
- Посоветовались.
У нас нет таких денег.
- Это ваши проблемы.
Правильно. Это наши проблемы,
и мы их сами и решим.
O, тогда нет проблем.
А...
Родион Иванович, миленький!
ну где же вы возьмете эти деньги?
Я? Понятия не имею.
(Звучит песня, поет Н.Караченцов):
"По струнам ходят пальцы не спеша,
Я вглубь себя, как в омут, погружаюсь.
Мне кажется, к тебе я приближаюсь,
Загадочная русская душа.
Загадочная русская душа,
В тебе сегодня - песенная нежность,
А завтра - безрассудная мятежность.
Так хороша ли ты, не хороша?"
Родион Иванович, наконец-то!
- Родион Иванович!
Ну нельзя же так!
- Где вы пропадали?
Ну где же это видано?
В чужой стране, в чужом городе!
Ночью, один, без денег!
- Как так - без денег?
О! Тут как раз на три паровоза!
Даже на три...
- Ой...
Даже на три с половиной!
Удивительно!
- Браво, Родик, браво!
Как же это вам удалось?
- Так. Рассказываю.
Захожу, значит, я в аглицкий клуб.
Внимание сюда!
Там все исключительно в карты играют.
Интересуюсь: "Какая игра?"
Внимание! О-па!
Оказывается, очко.
Думаю: "Почему бы мне с ними
не поиграть?" Сажусь.
Играю.
Он мне говорит: "Девятнадцать".
Я говорю: "Покажи".
"Покажи". А может, он...
И вдруг он говорит:
"У нас в клубе принято
джентльменам верить на слово".
И тут мне как стало везти!
Везет и везет!
Как ни прикуплю - двадцать одно.
Именно двадцать одно!
Не 19, не 20, не 22. Везение какое-то!
Родион Иванович!
- Да.
Но это же страшно!
Золотко мое, Машенька, не волнуйтесь.
Не страшно. Все в порядке.
Вы за меня не беспокойтесь.
Все хорошо.
- Но это же нечестно! Ведь это грех!
Машенька, во имя общего дела
Господь его простит!
И я первый буду за него молиться!
Не для себя он это сделал!
Он играл во имя светлой идеи.
Родик! Вы герой! Вы патриот, Родик.
- Иностранец, а понимает!
Господи ты, Боже мой!
Матерь святая Богородица!
Вот скажи мне:
за какие такие прегрешения
я влюбился вот в такую дуру, а?
За что?
Ты смотри - мокрые...
Неужели настоящие?
(Маша): Настоящие.
Я как нашу Манечку полюбил -
я, Федь, все на свете полюбил.
- Тихон, ты потише дергай там!
Понежней с ней надо.
Да куда уж нежнее!
Ты знаешь,
как представлю себе,
что вот-вот сейчас приедут, -
у меня на душе
аж кошки поют.
Манечка - она ж... это...
(Бормочет что-то)
Хорошее.
По накопленному опыту свержений -
свергаемое лицо легче всего
свергается когда?
Во время отсутствия свергаемого.
Я чувствую, тебе ясно.
Ну так вот.
Немец с основными
силами находится где? В Англии.
Этот момент наиболее выгоден
для разгрома и захвата
акционерной его компании.
Итак...
Вперед, гладиаторы!
(Свист, крики: "Бей! Круши!")
(Крики, свист)
Это что, Федор?
Все, Тишка.
Сейчас нам мало не покажется.
- Что "мало"? Что...
Тишка, Фросю прибери!
- Куда?
Фрося, или помогай -
или не крутись под ногами!
Береги себя, дорогой.
Я им такое покажу!
(Иванов): Вперед, ребята!
Посмотри! Мы как буря!
Давно дожидаемся!
Тишка! Тиш, ты пистоль нашел?
Пальнул бы разок для острастки!
Ищу, ищу, ищу! Дом я уже перерыл.
Ну как?
Ты что, Тишка! Тесто для пирогов!
Да не до пирогов сейчас!
Ни хрена себе пельмень!
Ты - налево, ты - направо!
Если б Александр Христофорович знал...
Сейчас я тебе врежу так!
Я тебе так врежу!
На!
Сейчас я тебе башку проломлю!
Ребята! Вперед, за мной!
Молодцы!
Куда, куда? Не торопись!
Не торопись! Назад!
Сейчас, Федор, я тебе помогу!
А щекотки боишься? Боишься щекотки?
Без пистоля не обойтись! Тишка!
Тишка, пуляй!
Сейчас, сейчас, сейчас.
Вот когда надо -
он никогда не пульнет.
Ни хрена себе!
Я ранен?
Тихо, тихо, тихо! Здесь занято!
(Маша): Ой! Что это?
О майн Гот!
С приездом!
Мы вас с самого утра...
- Спасибо.
Ну что, привезли?
А как же!
О! My friend!
I'm happy to see you!
То есть счастлив видеть вас, сэр!
Я иностранец!
А иностранцев у вас любят.
Какая неожиданная
и - во всех смыслах этого слова -
приятная для меня встреча!
Будет конфликт! Международный!
Родька!
Я люблю железные дороги!
- И за железные дороги.
Зарваться изволили, господа.
Вам, вероятно, не терпится разделить
участь бунтовщиков Сенатской площади.
Господи, сохрани и помилуй!
- Помилосердствуйте, батюшка!
У вас есть единственный шанс.
Вы обязаны, господа,
внести в фонд строительства...
А, ну это...
Мы готовы, Александр Христофорович!
- Мы готовы, готовы... Как же!
Только не так,
как это сделали вы, князь:
тайно скупили акции
Царскосельской дороги - и теперь
ждете дивидендов.
И не так, как это сделали вы,
дорогая...
Что вы имеете в виду,
Александр Христофорович?
Вспомнила!
Нет, милейшие!
Вы все сделаете безвозмездный взнос
и покроете все убытки
компании Герстнера.
А иначе...
- Что иначе?
Человек, который почувствовал
ветер перемен,
должен не щит от ветра строить, а...
- ...ветряную мельницу.
"Его Высокопревосходительству
графу Александру Христофоровичу
Бенкендорфу.
Сего дня мастерские
для собирания паровых машин
изволили посетить
Их Величество в сопровождении
Вашего Сиятельства.
Чему впечатлением были
слезы восторженных
русских чувств и моих".
А ты что делаешь, братец?
Колеса, Ваше Величество!
Превосходно! Я вижу - они железные.
Какие есть - такие и ставим.
Очень интересно!
Колесо истории!
Давно, давно пора переходить
на железные колеса.
Ваше Величество, лучше обратиться
к господину Герстнеру.
Господин Герстнер!
Соблаговолите дать пояснения.
К вашим услугам,
Ваше Императорское Величество.
Прошу вас.
Существует формула окружности -
2 "пи" R,
где число "пи" приблизительно
можно считать как...
О!..
(По-немецки): Три целых, 14 сотых...
(По-немецки): O! Это очень интересно.
И совсем просто!
Работа - это, конечно, удовольствие,
но не стоит ее слишком растягивать.
Мари!
Мари! Ну куда же вы пропали?
Почему не заходите?
Посидели бы,
послушали музыку,
сыграли бы партию в шахматы...
(Маша): Да все некогда,
Ваше Величество.
Вот закончим дорогу...
Кстати, герр Герстнер...
(По-немецки): Когда откроется
моя железная дорога?
Тридцатого открываем, как обещали.
(Звучит церковная музыка)
Освящается во имя Отца и Сына
и Святаго Духа...
Господи, благослови...
Освящается во имя Отца и Сына
и Святаго Духа...
Ну, с Богом!
По вагонам!
(Паровозный гудок)
(Звучит марш,
солдаты кричат: "Ура! Ура! Ура!")
(Ципровский): Дети, быстро! Быстро!
Адам, сюда!
Курение запретить,
всякое вольнодумское
высказывание пресекать.
Ой, Господи!
Ну давай, давай.
Прошу вас, Антон Францевич.
(Паровозный гудок)
Совершенно уверена,
что этот поезд никуда не пойдет.
Совершенно уверена.
Куда, куда? А я, а я?
Подождите! Куда?
Тихон!
- Подождите. Извини...
Давай. Руку, руку!
Прямо летим!
Дас зер гут!
- Гут, еще какой гут!
Аж в груди сперло!
Правда, все хорошо?
Конечно, Машенька.
Веселится и ликует весь народ.
Ну что ж...
Пора!
Теперь я за вас спокойна.
Уж больно я вас всех полюбила...
А тебя, Родик, - особенно...
Маша...
Но это невозможно!
Господи, Боже мой!
Машенька вознеслась...
(Тихон): Да вы что!..
Не может быть!
(Герстнер): Не может быть!
Может.
(Паровозный гудок)
"Его Сиятельству
графу Александру Христофоровичу
Бенкендорфу.
Осмелюсь просить Ваше Сиятельство
оставить меня внедренным
в известную вам группу,
ибо продолжение их замыслов
границ не знает.
В настоящее время
мы начинаем сочинять аппарат
для летания по воздуху
в поисках вознесшейся в небеса
девицы Марии, Ваше Сиятельство.
А также для победы ума человеческого
над суровыми силами природы.
А что говорят в народе,
будто мы чокнутые, - так это поклеп.
Нам это просто
смерть как интересно!"
(Звучит песня, поет Н.Караченцов):
"Осенней безнадежностью дыша,
Ты долго ль так продержишься едва ли.
И снова мчишься в голубые дали,
Загадочная русская душа.
Загадочная русская душа,
Мне кажется, к тебе я приближаюсь,
Я вглубь себя, как в омут, погружаюсь,
Перебирая струны не спеша".