«Поэт» (Un Poeta) — колумбийская трагикомедия 2025 года режиссера
Симона Месы Сото, повествующая о стареющем литераторе Оскаре Рестрепо,
чья жизнь меняется после встречи с юной талантливой девушкой Йурлэди.
Все фразы и цитаты
— Новое лекарство?
— Не знаю.
— Сильнее?
— Такое же.
— А врачи что говорят?
— Ничего. Всё нормально.
Зачем тогда сменили?
— Почему не скажешь правду?
— Только что сказала.
— У тебя что-то нашли?
— Нет.
Десять тысяч песо?
Мама, тебе так денег жалко?
Дай хоть двадцатку.
Нет.
И не бери мою машину!
Вымой и поставь на место!
Глянь, письмо из «Дойче Банка»,
крупнейшего в Германии.
Подписано директором, Полом Ашрайнером.
Тут говорится, что на этой неделе
президент Соединённых Штатов
подпишет указ,
позволяющий выделить средства.
— Верни мои деньги.
— Скоро деньги будут, поверь.
— Ты целый год об этом твердишь.
— Это же долгосрочная инвестиция.
И что потребуется?
Лишь выписка с банковского счёта
и копия твоего удостоверения личности,
чтобы перевести тебе деньги.
— У меня нет банковского счёта.
— И что?
— Хавьер, верни мне деньги.
— Поэт, ты совсем тупой?
Это же прекрасная возможность.
Выгодные предложения надо сразу просекать.
Твои вложения — ничто,
по сравнению с тем, что в итоге получишь.
Послушай.
Мой контакт сообщает,
что облигации уже в процессе выкупа.
С одобрения правительства Зимбабве.
Ты инвестировал в облигации
стоимостью десять миллионов долларов.
Сукин сын, я тебя
миллионером сделаю. Точно говорю.
Сможешь писать свои стихи
и жить на красивой ферме у реки.
— Нужен лишь доступ к твоему счёту!
— Больше ни песо не дам.
Я у тебя ничего не прошу.
Мне собираются перевести деньги.
— Сказала, нет.
— Мама, за что ты со мной так?
Мам?
Мам?
Мам?
Мам.
Что с тобой?
— Мне надо присесть.
— Что случилось?
— У тебя что-то нашли?
— Сейчас пройдёт.
Скажи правду.
— Бесишь ты меня.
— Я?
Я старая, жить вечно не буду.
Помирать собралась?
Я тебе помогу.
Умру вместе с тобой, если хочешь.
Чего? Вместе умрём?
Опять нажрался?
Поэт Оскар Рестрепо,
родился в Сантуарио в 1968 году.
Историк университета Антьокии.
Большой поклонник и знаток
Хосе Асунсьона Сильвы,
которому посвящает
некоторые из своих стихов.
В 1992 году его книга «Устаревшие»
получила первый приз
на пятом Национальном поэтическом конкурсе,
организованном культурным центром
Пепе Сиксто Агинаги.
Большое спасибо. Добрый вечер.
Прежде всего, благодарю
Алонсо за приглашение,
за возможность поделиться стихами
в этом дивном святилище слов,
где каждый поэт — немного бог,
и каждый из вас, по словам поэта,
тоже немножко бог.
Оскар Рестрепо называет себя
вечным, неутомимым мечтателем.
Искателем химер посредством слов.
Я начал читать стихи в 12 лет,
а затем стал сам их писать.
К 15 годам уже считал себя
настоящим поэтом.
Только к этому и стремился.
Стать несчастным тщеславным поэтом.
Я сказал «несчастным»,
поскольку для моих стихов
страдание — основной материал.
Те, кто читал мои книги, могут подтвердить.
Мне очень близки слова Уайльда:
«Там, где пребывает Страдание, —
священная земля».
Но должен признать,
что мы, поэты, склонны к гиперболе.
И эту гиперболу, постоянное
преувеличение наших страданий, мы возводим
в третью, даже в четвёртую степень.
Один из моих читателей как-то спросил:
«Поэт,
как вам удаётся писать
такие красивые, но грустные стихи?»
— Я процитировал ему Эрнесто Сабато…
— Оскар!
Какие стихи вы нам прочтёте?
Никто из поэтов этой сраной страны
не достиг изящества
Хосе Асунсьона Сильвы!
Его слога, ритма, музыкальности!
За целых сто лет! Никто!
— Только не говори, что он лучше…
— Кого?
Того, кто приз получил, с усиками.
— Гарсиа Маркеса?
— Да, который написал «Алхимика».
— «Алхимика» написал Пауло Коэльо.
— Нет, нет, нет.
Гарсиа Маркес написал
«Сто лет одиночества».
Да, Гарсиа Маркес — лучший.
Гарсиа Маркес жаждал только признания.
А вот Хосе Асунсьон Сильва
никогда не писал ради признания!
— Поэтому его никто не знает.
— Никто?
Господи, да ты глянь!
Считаешь, это ничего не значит?
— Зато Маркес на купюре в 50 тысяч.
— Его переоценили!
ПЯТЬ ТЫСЯЧ ПЕСО
Хватит только на бухло.
Жизнь Хосе Асунсьона была настоящей поэмой!
Ему было 30 лет,
когда он выстрелил себе в сердце. Бах!
— Он погряз в долгах…
— Как и все мы.
и был сломлен смертью сестры Эльвиры!
Давней ночью,
ночью, полной ароматов, полной шёпота
и плеска птичьих крыльев;
давней ночью, ночью свежей,
ночью брачной,
освещённой колдовскими светляками!
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КРАХ
Пакуй манатки и вали. Видеть тебя не хочу.
А кто о маме позаботится?
Я ведь живу с ней.
Поэтому решил её убить?
Себя можешь грохнуть, сучонок,
но с собой её не заберёшь.
Карлос, уйди, пожалуйста.
У тебя 15 минут на сборы.
Ты зачем это маме сказал?
— Мама скоро умрёт.
— Нет, мама не умрёт.
— Она вполне здорова для своих лет.
— Она чем-то больна.
Вот ты точно нездоров.
Что там у тебя с алкоголем?
С алкоголем довольно паршиво.
Если мама умрёт, что будешь делать?
Пенсии больше не будет,
а Карлос мигом тебя выставит.
— Посмотрим.
— В итоге окажешься на улице.
Оскар, что с тобой случилось?
Ты же был умным, образованным, а сейчас?
Давно ты уже безработный?
— Я поэт.
— Ты безработный.
Я поэт, а это значит…
— Хватит молоть чепуху.
— Жду денег по одной сделке.
— Какой сделке?
— По очень крупной сделке.
— Ты вообще подумал о Даниэле?
— Нет, Йоланда. Не надо так со мной.
— Что ты для неё сделал?
— Йоланда, не будем об этом.
Ты ей звонишь хоть?
Пожалуйста, не надо! Довольно.
Закрыли тему. Не беси меня, хватит!
Почему работать не хочешь?
Не хочу быть учителем,
да ещё преподавать школоте философию.
Придётся. Не в твоём положении выбирать.
— Это всё не моё.
— А что «твоё»?
Я книгу пишу.
Книгу… Оскар, бога ради!
Вот как поступим.
Я скажу Карлосу,
что мы с тобой договорились,
тогда он тебя не выгонит.
И скажу Уильяму, что в понедельник
утром ты придёшь в школу.
Но ты должен дать мне слово, Оскар.
— Я ухожу.
— Оскар.
Уйду из этого дома!
Мою тачку не брать!
— Привет.
— Привет.
— Что случилось?
— Ничего.
Просто хотел поздороваться. Как ты?
Хорошо. А ты?
Тоже.
— Я обедала.
— Да?
Прости. Тогда позже заеду.
А ты уже пообедал?
Хочешь зайти?
Мать дома?
Она пока ещё не знает,
рассматривает разные варианты.
Но решать надо побыстрее,
экзамены на носу.
Что тебе интересно?
Не знаю.
Аудиовизуальная коммуникация.
Филология. Языки.
Отлично. Где хочешь учиться?
Хотелось бы в университете Антьокии.
Не нравится мне этот вуз.
Закончит как те баламуты,
что беспорядки устраивают. Так?
По-любому поступить туда сложно.
Если не поступит,
пойдёт в Медельинский университет.
Ну не знаю.
Что значит «не знаю»? Всё ты знаешь.
Она смущается, потому что это дорого.
Пришлось бы брать кредит. Но что поделать.
— Сколько?
— Девять миллионов за семестр.
Я могу помочь.
Найдётся пять
или десять тысяч песо? Всё верну.
Вот моя первая изданная книга.
А это вторая.
— Национальная поэтическая премия?
— Да, сеньор.
ОСКАР РЕСТРЕПО «УСТАРЕВШИЕ»
Превосходно.
ОСКАР РЕСТРЕПО «ЦВЕТЫ»
— Вы были очень молоды.
— Наверное, мне было 24
или даже 25 лет.
Когда-нибудь преподавали в старших классах?
Нет, сеньор, только в университете.
Я был профессором.
И что произошло?
Искал собственный путь
и посвятил себя писательству.
Ваша сестра говорила со мной как на духу.
И я знаю, что вы за человек.
Не стану вас осуждать.
Полагаю, вы захотите внести свой вклад
в образование,
чтобы обогатить учеников знаниями.
Сказал, ему не понравилось.
Что это не для него.
Что не видит себя учителем. Что он поэт.
Оскар, поговори с Йоландой.
Он не хочет.
— Оскар, ты меня слышишь?
— Он слушает.
Оскар, я в бешенстве.
О чём мы с тобой говорили?
Опозорил меня перед Уильямом.
Если не согласишься, забудь обо мне.
Как дитя малое.
— Оскар!
— Он не хочет говорить. Нет.
Не знаю, как быть.
Он такой капризный.
Уже не знаю, что делать.
Привет, Оскар. Что привело в такую рань?
Что стряслось?
Ничего, совсем ничего.
Просто…
Хотел узнать, можно ли
увеличить продажи моих книг?
Сделать их более заметными
или предлагать людям напрямую.
Твои книги выставлены вон там.
Сам знаешь, это нелегко.
Либо
как-то рекламировать, чтобы люди раскупали.
Можем организовать чтения,
посвящённые твоему творчеству.
Ты вроде писал новую книгу?
Может, у тебя есть для меня работа?
Какая работа?
Даже не знаю…
Администратором или… координатором.
Моя дочь поступает в университет.
Мне нужны деньги.
У нас очень маленький штат.
И в нём почти одни волонтёры.
Мы едва наскребаем средства
для поэтического фестиваля.
Ты мог бы преподавать в поэтической школе.
Надо поговорить с Эфраином, он тут главный.
Как только придёт, мы с ним обсудим.
Трижды лауреат
Национальной поэтической премии,
премии «Ворагине» за свой первый роман,
премии Буэнос-Айреса за второй,
премии Хулио Эстрады за эссе,
а также многих других премий.
Его творчество, посвящённое
латиноамериканской реальности,
исследует её корни
и осуждает её социальные
и политические механизмы.
Эфраин Мендоса —
один из самых громких революционных голосов
в колумбийской литературе.
Добрый вечер.
Огромное спасибо за приглашение.
Тридцать лет назад мы с Алонсо и другими
друзьями основали Поэтический дом.
Было нелегко.
В моём случае
обширная деятельность не позволяет
уделять ему много времени, но…
Увидеть сегодня вечером вас,
людей, влюблённых в поэзию, —
вот истинное чудо.
Я также рад лицезреть талантливую молодёжь
из нашей местной поэтической школы.
Для меня большая честь
быть их наставником в этом году.
Хочу посвятить им эти стихи.
Искусство разделено на слои,
оно предназначено для элит.
Истинные художники
творят ради самого творчества.
Кусок хлеба тоже необходим,
но лишь для того, чтобы творить.
Скажи это ребёнку из бедного квартала,
без образования, без доступа к искусству.
Да, согласна.
Вот ты, например, образована,
пользуешься привилегиями.
А девушка, что росла в бедности,
уже в 15 лет имеет двух-трёх детей.
Считаете, она задумается
о написании стихов?
Нет. С ранней беременностью
нужно что-то делать,
но решения пока не существует.
Искусство не спасёт от бомб.
Поэзия не остановит войны.
Возможно,
но искусство и поэзия
способны изменить общество к лучшему.
Оскар, не пойми меня неправильно,
но у тебя нет качеств, что позволят
преподавать в поэтической школе.
Каких качеств?
Мы тебя знаем.
— Знаете меня?
— Устроим посвящённые тебе чтения.
Хотел бы выступить по телевидению?
Мог бы дать рекламное интервью.
Точно. Привлёк бы
большую аудиторию. Что скажешь?
Всем бодрого утра. Мы рады быть с вами.
Сегодня в программе музыка, танцы, поэзия.
Добро пожаловать на шоу «Прекрасное утро»!
Начнём с первого гостя,
Дона Арнульфо Велеса, мэра Сопетрана.
Он пришёл, чтобы рассказать
о дивном и восхитительном
фруктовом фестивале,
который пройдёт с 20 по 24 января.
Здравствуйте, сеньор.
Здравствуйте. Приглашаю всех
на фруктовый фестиваль.
Также у нас сегодня особый гость.
Известный поэт Оскар Рестрепо,
лауреат Национальной поэтической премии
культурного центра Пепе Сиксто Агинаги.
Он пришёл поделиться с нами
своими чудесными стихами.
Может, прочтёте нашим зрителям
прекрасные стихи о любви?
— О любви?
— Да, которые трогают сердца.
Пока Оскар ищет подходящий стих,
поприветствуем представителя
урбан-музыки Джея Би.
Песня, которую мы слушаем
с самого начала нашего шоу, —
его новый трек под названием
«Поплещемся в джакузи»,
который уже набрал 80 тысяч просмотров
на его «Ютуб»-канале.
Точно. Я постоянно меняюсь
ради своих поклонников.
— Это было полное говно!
— По телеку поэзию не показывают!
— Это неуважение.
— Оскар, такова жизнь.
— И что мне теперь делать?
— Ничего, такова жизнь.
Не знаю.
Думаю, что…
Чего ты вообще хочешь?
Как у тебя получается?
Что получается?
По-твоему, я хороший поэт?
По-твоему, у меня нет таланта, да?
Что-то у тебя точно было.
Ты был страстным, измученным.
И тебе удалось написать
два-три красивых произведения.
Думал, с возрастом стану лучше.
В смысле, лучше? Более признанным?
Я потерпел крах.
Проблема не в признании, а в тебе.
Ты сам как поэма, причём весьма грустная.
Хочешь, скажу правду?
Ты не изменишься, у тебя не получится.
Ты такой, какой есть.
В тебе живёт уйма демонов.
Ты можешь стать как Кафка
или Хосе Асунсьон Сильва,
одним из тех безумцев,
которых признали лишь после смерти.
Но сперва тебе пришлось бы
написать чертовски гениальные стихи,
и, буду честен, таких ты ещё не выдавал.
Будь я твоим агентом,
ты бы продал больше книг.
Я бы познакомил тебя с нужными людьми.
Надо было убить себя ещё в 30 лет.
Тебе надо писать о войне, насилии,
бедности, коренных народах, Амазонии, геях…
Обо всём, за что нас любят европейцы.
Он проницателен.
Послушай, какой стих я написал.
Ярка, как луна,
Словно фрукт, кругла,
Коль с небес упадёт, то раздавит…
Оскар, за что ты со мной так?
Прошу, не приходи сюда больше.
Прости.
Ну ты чего?
— Прости.
— Не извиняйся, не надо.
Прости, что я такой.
Что приходится терпеть такого папашу.
Я стараюсь.
Да не нужно. У меня всё хорошо.
— Я хочу тебе помочь.
— Не надо мне помогать, не парься.
Я что-то стал чувствительным.
Слушай, мне надо идти.
— Может, уже поедешь?
— Ладно.
Хочешь высмеять меня перед Уильямом?
Стыдоба, он же так добр к тебе.
Сказала ему, что ты заболел.
И что с понедельника
начнёшь вести уроки в школе.
Если не пойдёшь, сама твои чемоданы соберу.
Оскар! Открой.
Страдание. Тьма.
Что можно сказать о тьме?
Разве это не сумерки
в дрожащем предвестье солнечного дня?
Чёрные дыры, где всё
предаётся забвению
в ненасытности разверстых челюстей.
Планеты, порабощённые холодом.
Тишина, что расстилается…
над застывшими дисками лун.
Вопросы есть?
А поэзия?
Поэзия!
Поэзия — это…
Знаете какие-нибудь стихи?
— Вы писали или читали какие-нибудь стихи?
— Учитель,
— она стихи пишет.
— Ты пишешь стихи?
— Любовные стихи для парня? О чём?
— Юрлади, покажи ему.
НОЧЬ
ТВОЯ КОЖА — ЭТО МОЯ КОЖА
Это всё ты написала?
Да, там мои стихи и ещё всякое.
— Рисунки тоже твои?
— Да.
Ты тоже живёшь в глубокой печали?
Ты меланхолик?
Нет. Просто пишу, когда тоска находит.
Читаешь других поэтов?
Ну так.
— Иногда.
— Что читаешь?
Даже не знаю.
— Мне нравится Писарник…
— Алехандра Писарник?
Алехандра, Алехандра
И под этим в земле я, Алехандра
Учительница велела прочесть её книги,
а мне понравились стихи.
— Она тебя чему-то научила?
— Ну так.
Хочешь стать поэтессой?
Кем хотела бы стать?
Даже не знаю.
Мне нравится наносить макияж,
создавать образы,
учиться маникюру.
Что-то типа того.
— Можно одолжить тетрадь?
— Можно.
В моей комнате — порядок.
В моей комнате — чистота.
В моей комнате разные цвета:
Розовый,
Лиловый и зелёный.
Цвета сновидений.
Снов, заточённых в этих стенах.
Стены — холодный бетон.
Полы сияют белизной.
Но угол омрачает пятно.
Его не стереть никогда.
Оно останется здесь навсегда.
Дом и тюрьма.
Убежище и западня.
Мы — одно целое: моя комната и я.
Мне надо сдать экзамен на права.
Оскар!
Какой ещё экзамен?
В эпоху Возрождения
авторитет Аристотеля был низвержен
и обсуждался в конце Средневековья.
Гу…
гуманизм того периода
имел фундаментальную неоплатоническую…
направленность.
Разве не хочешь поступить в университет?
— Не знаю. Наверное.
— Почему «наверное»?
— В моей семье другие цели.
— Это какие?
Ты с кем живёшь?
С бабушкой, дядей, братом,
двумя сёстрами и племянниками.
Большая семья.
А у брата и сестёр есть дети?
— Да.
— Они старше тебя?
Не намного.
— Майколь — старший. Ему 22.
— Ему 22, и уже есть сын?
— А твои сёстры?
— Что мои сёстры?
— Они уже матери?
— Да.
— У Вероники двое детей.
— Сколько лет Веронике?
Кажется, 20.
— И у Карен есть сын.
— А Карен сколько?
— 17 лет.
— 17 лет?
Со своим парнем вечно тискается.
Уже залетела от него.
Моя мама тоже с нами живёт.
Но приходит только по воскресеньям,
потому что работает в одной семье.
Она домработница?
— А у тебя самой есть дети?
— Нет.
БЕЛЬЁ ТАНЦУЕТ НА ВЕТРУ
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. МАГНУМ ОПУС
— Стихи хороши.
— Очень, и у неё их много.
Что собираешься делать?
Не знаю.
Чую, есть в ней что-то особенное.
— Я ведь должен что-то сделать, да?
— Например?
Не знаю.
У вас нет каких-нибудь наград,
стипендии для юных поэтов?
— Ни у кого их не списала?
— Нет, это её стихи.
Приведи её.
— Она поступит в поэтическую школу?
— Хотел бы сперва с ней познакомиться.
Я уже даю ей уроки. Больше думал
о премии, стипендии
или другом способе поддержки.
У нас есть премия поэтического фестиваля
для самых многообещающих юных поэтов.
В неё входит небольшая денежная сумма
и публикация стихов.
Она может претендовать?
За приз могут бороться
только ученики поэтической школы.
— Приведи её, а там посмотрим.
— Не знаю, Эфраин.
Если у девочки талант,
почему бы не помочь ей?
Привезёшь и увезёшь её тогда ты.
Мы не сможем. У нас ни песо.
Не знаю. Надо спросить у бабушки.
Хочешь, я с ней поговорю?
— А матери сказала?
— Нет.
Надо сперва у матери спросить.
Она приходит по воскресеньям.
— Вы её учитель?
— Да, сеньора.
— Она получит приз?
— Если будет участвовать, возможно.
Приз денежный?
— Да, сеньора, денежный.
— Сколько?
Я не знаю.
— Обедать не будешь?
— Скоро вернусь.
Мне некогда её возить,
с другими детьми куча забот.
Я могу подвезти.
Ну раз не надо ничего платить…
Дела у нас плохи,
даже яйца купить не можем.
Хочешь пойти?
Родная, не глупи. Тебе денег дадут.
Нельзя отвергать возможности,
данные нам Господом.
— Спасибо.
— Карен, ребёнок плачет. Вероника!
Убавь звук.
Какой уродливый.
Юрлади!
Профессор, простите, что в таком виде.
— Я её дядя, Эдилсон.
— Приятно познакомиться.
— Простите, пришёл за одеждой.
— Ничего страшного.
Здравствуй, Великан.
До чего ты восхитителен.
Столь высок, что дружишь с луной.
Птицы гнездятся в твоих волосах.
Видишь ли сверху мой дом?
Ловил ли падающую звезду?
Чувствует ли твоя грубая кожа мои пинки?
Как ты встретил свой девятисотый год?
Поэтому у тебя столько колец?
Что бы ни спросила — ты молчишь,
Но мы всё равно останемся друзьями.
Если только возможна…
Дружба между девочкой и деревом.
— Оскар, она просто чудо.
— Правда?
Хочу, чтобы читала на открытии
поэтического фестиваля.
— А в конкурсе может участвовать?
— Конечно.
Можно даже взять у неё интервью
для продвижения фестиваля.
Это очень красивая история,
которую надо рассказать.
То, что делаешь для неё, — прекрасно.
Не знаю. Странные они какие-то.
— Тебе там не понравилось?
— Не знаю.
Все от тебя в восторге.
А вы тоже поэт?
Пытаюсь им быть.
— Зачем вы это делаете?
— Зачем привёз в школу?
Потому что ты очень талантлива.
— И разве мне это поможет?
— Ещё как поможет.
Здесь ты сможешь развить свой талант.
Тебе помогут, сумеешь выиграть приз.
Искусство научит…
идти иным путём, а не тем,
которым идут люди, похожие на тебя.
— Похожие на меня?
— Да.
Те, у кого…
мало возможностей в жизни,
кто рискует вылететь из школы, поскольку…
завели детей.
Разве это плохо — иметь детей?
— А ты хочешь детей?
— Да.
— Прямо сейчас?
— Ну…
Сейчас? Даже не знаю… Наверное.
Не спеши. Пока надо думать о своём будущем.
Ты могла бы стать великой поэтессой.
Зачем мне становиться великой поэтессой?
Вы разве можете этим зарабатывать?
Тебе пирожок не понравился?
Хочу отнести племянникам.
— С сыром?
— Да, или гавайскую.
А можно четыре?
Две с сыром и две гавайские, пожалуйста.
— У вас молоко в пакетах есть?
— Молоко? Да.
— Это правда насчёт стихов?
— Что именно?
Типа, можно покорить девушку стихами.
— Да.
— Как?
— Скажи, кто это.
— Каролина.
— Нет, другая.
— А кто тебе нравится?
— Она не из этой школы.
— Обязательно писать о любви?
Можно о чём-то другом?
— Конечно. О чём хочешь?
— О маме или сестре.
— Да ты сохнешь по Анхеле.
— Вовсе нет.
— Той, с косичками.
— Нет, не по ней.
— Напиши ей стихи, сразу покоришь.
— Да не она это.
— Добрый день.
— Как вы, профессор?
— Хорошо. А вы?
— Тоже хорошо, слава богу.
Хотел сказать вам,
что у меня есть отличные энциклопедии.
В них найдется всё.
Школу я не окончил, зато читал много.
Могу назвать столицу каждой страны.
Только спросите — любую назову.
— А Юрлади дома?
— Кажется, ушла.
Энциклопедии только пыль собирают,
но сами в хорошем состоянии.
Показать вам?
— Эдилсон, не беспокой учителя.
— Сейчас принесу.
Сеньор учитель,
хочу поблагодарить за продукты.
Благослови вас Бог.
Даже не представляете, как мы живём.
Эдилсон взял в кредит огромный телик,
хотя мы очень бедны.
Он даже не внёс первый платёж.
— А Юрлади дома?
— Она с подругой Наталией.
— Вы говорили ей, что придёте?
— Говорил.
Скажу вам честно:
она талантливая, но ленивая.
Ей надо вечно пинка давать.
На любой пустяк отвлекается.
— Неправда!
— Правда.
— Учитель…
— Хотите подарить?
ВЕЛИКОЕ ЗНАНИЕ. БАЗОВАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
Нет, но отдам за любую цену.
Так ты идёшь?
Сейчас?
Да, мы опаздываем.
Не знаю, смогу ли.
Почему не сможешь?
Мне надо с племянниками сидеть.
Твоя бабушка ничего не говорила.
Можешь на секунду подойти?
Я завтра приду.
Завтра?
Нет уж.
Надо прилагать усилия, идти на жертвы.
Подумай о своём будущем.
Какой ты себя видишь через 10-20 лет?
Хочешь стать лучшей версией себя
или красить ногти подружкам?
Давай ещё пару дней попробуем.
Не понравится — не буду настаивать.
Но если решили стараться,
нужно стараться как следует.
У вас есть десять тысяч песо?
На что?
Куплю сиреневый лак с блёстками.
Привет, Юрлади. Как поживаешь?
Хочу представить Фриду, атташе
по культуре в посольстве Нидерландов.
Она помогает нам
с финансированием фестиваля.
Я сказал ей,
что ты прочтёшь свои стихи на его открытии.
Привет.
Урлеи? Я много о тебе слышала.
Юрлади.
Ур… Урлади.
Юрлади.
Урлади.
Юрлади.
Мы тесно связаны. Ты и я.
Спасибо.
Люблю поэзию, поскольку она
позволяет выразить то, что чувствую.
ЮРЛАДИ ГЕРРЕРО, ЮНАЯ ПОЭТЕССА
Мне нравится писать стихи о том,
что со мной происходит,
о том, что вижу.
Она всегда была талантливой,
с самого детства.
Поэтому мы рады,
что её заметили и решили помочь.
ДАМАРИС ПАЛАСИОС, ТЁТЯ
Если сумеем оказать нужную поддержку,
ФРИДА ВАН ДЕР ПОЭЛЬ, АТТАШЕ ПО КУЛЬТУРЕ
В ПОСОЛЬСТВЕ НИДЕРЛАНДОВ
они смогут выражать себя творчески,
а не прибегать к насилию.
В нашем городе юноши и девушки
из разных кварталов,
ЭФРАИН МЕНДОСА, ПОЭТ И ПИСАТЕЛЬ
даже самых бедных, обладают талантами,
но лишены многих возможностей.
В нашей поэтической школе мы стремимся
превратить искусство в инструмент,
который помогает обществу меняться.
Это замечательно, так трогательно!
То, что вы делаете в своей школе, —
это просто прекрасно.
И поскольку вы пришли к нам
с целью продвижения фестиваля,
у меня к Юрлади вопрос.
Каково это — иметь возможность
прочесть свои стихи
перед такой огромной аудиторией?
Ну, я очень рада.
Это же прекрасно.
А чему ты больше всего рада?
То, что мне вообще дали такой шанс.
Ну и возможности учиться.
Юрлади, о чём ты мечтаешь?
Можешь прочесть любые.
Все твои стихи прекрасны.
Правда, есть одно «но».
Они не настолько сильны,
чтобы звучать на открытии фестиваля.
Напиши стихи на более серьёзную тему.
Например, о проблемах в вашем квартале,
нехватке возможностей, цвете кожи.
— Понимаешь?
— Но её стихи и так хороши.
Согласен, но ведь нужно учитывать
вкусы аудитории, к которой обращаешься.
Чтобы привлечь больше слушателей,
затронуть их чувства.
Тогда члены жюри тоже растрогаются,
и ты точно выиграешь приз.
Можно написать стихи о себе самой,
своей значимости в обществе.
Не думаю. Она любит писать о простых вещах.
Оскар, ты поэт, разбираешься в поэзии,
но понятия не имеешь,
как преподносить искусство массам.
Именно поэтому твои работы,
как бы помягче сказать…
не слишком признаны.
Никто не просит писать
политический памфлет.
Просто добавь в свои стихи —
а они у тебя шикарные — тонкий подтекст.
Вплети темы, которые сейчас всех цепляют,
дай людям услышать то, что они хотят.
Тогда ты сумеешь стать
ещё более выдающейся поэтессой.
Пригласишь кого-нибудь на чтения?
Не знаю.
Маме надо работать,
а бабушка сидит с племянниками.
Сёстрам это неинтересно.
Может, брата позову,
хотя он тоже занят.
А отец?
— У тебя его нет?
— Он с нами не живёт.
— Но вы общаетесь?
— Ушёл, когда я была маленькой.
А где он?
Не знаю.
— А ты бы хотела с ним общаться?
— Нет.
Сперва я из-за этого грустила.
А теперь ничего не чувствую.
Ничего от него не жду.
Сейчас даже не злюсь.
— Ты его не любишь?
— Нет.
— Большое спасибо.
— На здоровье.
У меня есть дочь.
Почти твоя ровесница.
Её зовут Даниэла.
Она с вами живёт?
Нет, с матерью.
Вы с ней видитесь?
Иногда.
Вообще-то, она меня не любит.
И я её понимаю.
Почему она вас не любит?
Я не был идеальным отцом.
А вы её любите?
Очень.
Я был…
довольно…
проблемным человеком.
Но я стараюсь.
Почему проблемным?
Сам не знаю.
Я был не слишком…
как бы выразиться…
нормальным.
Сомневаюсь, что кто-то захочет
иметь такого отца.
И я не особо нормальная.
А если бы отец к тебе вернулся,
смогла бы полюбить его вновь?
Вряд ли.
Нет.
Твой отец приехал.
Выйдешь к нему или сюда позвать?
Возвращаю долг.
Когда экзамен?
На следующей неделе.
И как, готова?
Не знаю.
Но готовишься?
Да.
Могу помочь.
Спасибо, не надо.
Хотел извиниться за прошлый раз.
Пустяки.
Я очень тобой горжусь.
Спасибо.
Если провалишь экзамены, я оплачу универ.
Оскар, прошу, не надо.
Знаю, ты очень зла на меня.
Я на тебя не злюсь.
Ничего не чувствуешь?
А что я должна чувствовать?
Я меняюсь.
На сей раз всё будет иначе.
Ладно.
Тебе плевать, да?
Оскар, что я должна сказать?
Ведёшь себя как ребёнок.
Прости.
— Ты меня ненавидишь?
— Мне тебя жаль.
Пойду дальше заниматься.
Когда искусство высвобождается
из сферы регулирования эстетики
посредством социального
и финансового контроля,
претендуя на превосходство
установленной им самим власти,
художник становится автономным,
произведение — тем более.
«Претендовать» в данном случае значит:
A: Бороться
B: Отрицать
C: Достигать
D: Противодействовать
A: Бороться
Нашла правильный ответ?
Лучше справляюсь с пониманием текста.
Логические рассуждения
оставляю на самый конец.
— Времени не хватает.
— Всё получится.
Если провалюсь, покончу с собой.
Нет, это не конец света.
Не сдашь — попробуешь ещё раз.
Когда уходишь, бабуля одна остаётся?
Я уже привыкла.
Иногда Йоланда заходит,
но чаще она остаётся одна.
Могу составить ей компанию.
Если сможешь,
помогу тебе подготовиться к экзамену.
Спросил: «Как дела?».
Не смотрит мне вслед.
Клином сошёлся на ней белый свет.
Пусть хоть раз скажет: «Элкин, привет»,
розу от счастья подарю ей в ответ.
Буду под ручку гулять с ней в долине.
И эту красотку зовут Каролина.
Спасибо, Элкин.
Очень хорошо.
Ты вдохновлён, но отнесись к делу
серьёзнее и напиши что-то другое.
— Только так получилось.
— Старайся усерднее.
Не знаю, впечатлит ли Каролину
такое посвящение.
Вам нравятся только стихи Юрлади.
— Прости, что ты сказала?
— Ничего.
Я слышал.
Вам нравятся только стихи Юрлади.
Неправда. Я даю вам советы,
только чтобы помочь.
Её вы не критикуете.
— Хочешь свои почитать?
— Нет.
Тогда как узнать, хороши ли стихи?
— Пусть Юрлади прочтёт.
— Наш поэт.
— Поэтесса.
— Сукин ты сын!
— Чё сказала?
— Чё слышал!
— Давайте успокоимся.
— Она меня оскорбила!
Это внеклассное занятие?
Почему я не в курсе?
— У неё невероятный талант. Я помогаю.
— Это деликатный вопрос.
Нужно следовать протоколу.
Напиши заявление
с указанием вида деятельности,
времени и места проведения,
с подписью родителей.
И не будет никаких проблем.
Теперь о том, что случилось в классе.
Можно без формальностей.
Поговори с ними, пусть помирятся.
Очень хорошо.
Я больше туда не хочу.
Не хочешь выступать
на поэтическом фестивале?
Ладно.
Быть такого не может.
На телестудии выглядела счастливой.
Она не хочет и не хотела.
Она должна выступить первой.
Все хотят её послушать.
Голландское посольство в восторге.
Скажи, что это важно для неё и её будущего.
— Может, сам скажешь?
— Она ведь здесь благодаря тебе.
Смотри, сколько ты для неё сделал.
Она — твой шедевр, магнум опус.
Твоё самое красивое стихотворение.
Слушай.
Купи ей шикарное платье
и что-нибудь для её семьи.
Вот так!
Правда?
Я выигрываю.
Ты жульничаешь.
Нет.
Не жульничаю.
Я выиграла.
Пока, папа.
Пока.
ДАНИЭЛА РЕСТРЕПО
ПЯТАЯ УЛИЦА, 769-97
ПОЭТИЧЕСКИЙ ФЕСТИВАЛЬ
Поэты — как склады печали,
Набиты под завязку привидениями.
Привидениями?
Город так огромен, а я всё ищу тебя.
Помни, женщина:
На музыкальном торжестве они
Тобой не будут восхищаться,
ведь сами жаждут восхищения.
Не забывай:
Они — торговцы поражениями,
Монархи неудач. А ты — их игровое поле.
Родись я чуть светлее кожей, как бы я жила?
Если бы хотелось есть чуть меньше
И в будущем уверенность была,
В моём квартале правил бы покой
И лёгким был бы шаг во тьме ночной,
Когда неведом сердцу страх
И каверзных не задают вопросов,
Когда весь мир не наблюдает за тобой
И не отрезает от других людей стеной.
Но такова уж я — и мне не быть другой.
И как раз этим я сильна.
Ведь пусть в душе ревёт война,
Одной мечтой живу на белом свете,
Хоть на молитвы небо не ответит.
Можно ещё курицы?
Ещё кусочек, пожалуйста.
Большое спасибо.
Держи две порции.
Можно взять один цветок?
Думаю, да. Заберёшь перед уходом.
— Выпьем! Кто желает?
— Я.
— Юрлади, тебе нельзя.
— Ну хоть бокальчик.
Всего один.
Только один, пусть отпразднует.
— А где твой бокал?
— Я не пью.
Выпьем!
Нам платят меньше.
А у нас земли отобрали.
Нам надо детей растить и хозяйство вести.
— Ваши традиции разве уничтожили?
— А тебя за жопу хоть раз хватали?
— Надо заботиться о муже и детях.
— У вас жёны только для этого?
Вместо того, чтобы стихи читать,
лучше бы пол подмела.
— Ещё поэтом себя называешь.
— И горжусь этим.
— Поэт!
— Я представляю своё сообщество…
Твоё здоровье!
— Ты что тут делаешь?
— Стихи слушаю.
Очень красивые. Особенно у той девочки.
Знакомься, это мой новый партнёр,
Бальдомеро Муньос,
директор юридической фирмы.
Шампанское!
Твоё здоровье!
Не каждый распознает
хорошее стихотворение или хорошего поэта.
Нужно обладать чуткостью, чтобы
обнаружить поэзию там, где не ждёшь —
под камнями, на улице.
Это куда сложнее, чем просто писать.
Поэзия — повсюду,
даже в самых банальных фразах.
Не каждый её разглядит.
Надо знать, куда смотреть.
И это не закат и не радуга.
Всё, что попадает в чёрную дыру, —
исчезает с концами, она мигом засасывает.
Я не про то, что в неё можно что-то кинуть.
Она засасывает время, поглощает его,
измельчает на частицы, как блендер.
Вот это уже интересно.
Знаете, что такое чёрная дыра?
Мы не знаем, что находится за пределами.
Это может быть Бог, параллельная вселенная,
прошлое или будущее.
— Мифы — это утешение для невежд.
— Вы хоть понимаете, что говорите?
Как уроки проходят?
Хорошо.
Новые таланты есть?
Нет.
А другие достоинства?
Это какие?
Сиськи, жопы!
А, нет.
Хочешь?
Твою мать.
Она пьяна.
— Надо отвезти её в больницу.
— Нет, проблем не оберёшься.
Может, отвезу её домой?
Лучше подожди, пока оклемается.
Скоро вернусь.
Тебя тошнит?
Надо, чтобы вырвало.
Какая тяжёлая.
Поможешь мне?
Эфраин!
Что случилось?
Мать твою за ногу…
Господи, что с ней случилось?
Юрлади, ты меня слышишь?
— Что с ней?
— Она пьяная.
— Её кто-то напоил.
— Что случилось?
Не знаем, она тут лежит…
За что нам такое?
Она жива.
Боже мой!
— Надо отвезти её в больницу.
— Эдилсон спит?
— Он ещё не вернулся.
— А Майколь?
У меня есть машина.
Если хотите, я отвезу.
Что случилось с девочкой?
— Она пьяна.
— Пьяна?
— А сколько ей лет?
— 15.
Ей всего 15, и вы разрешили
девочке употреблять алкоголь?
Этот сеньор привёз её домой пьяной.
— Вы отец?
— Нет, он её учитель.
Я её бабушка, а это сестра.
Её учитель?
— Вы были с ней?
— Приехали с поэтического фестиваля.
Она читала стихи, потом пить начала.
Я привёз её домой.
Вы позволили ей выпивать?
Нет, она пила с одноклассниками.
Вы об этом знали?
Она собиралась на школьную вечеринку,
но домой не вернулась.
Пока он её там не бросил.
Ну, короче…
Мы сидели за столом
и кто-то принёс бутылку.
Ты пила?
Вроде да.
Садись.
Что ещё помнишь?
Откуда у тебя отметины на теле?
У тебя лёгкие повреждения,
следы от удара или сдавливания.
Ты падала?
Мне пришлось сперва
тащить её до машины, потом до дома.
Мы оставим её до завтра для обследования.
У неё сильное обезвоживание.
Кто-то один может с ней остаться.
Оскар.
Оскар.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ИСКУССТВО СПАСЁТ НАС
Добрый день. Прошу прощения.
Познакомьтесь, это Дорис Родригес.
Если не знаете, она школьный психолог.
Добрый день.
— Добрый день.
— Добрый день, сеньор.
Привет, девочки.
Привет.
Простите, мы едим.
Как поживает Юрлади?
Очень плохо. Обезвоживание,
отравление. Совсем слаба.
— То потеет, то блюёт.
— Мы очень сожалеем.
Мы не были в курсе.
Учитель устроил всё вне школы
и разрешения не получал.
— Это не факультатив?
— Разумеется, нет.
Кто позволил этому учителю
увезти её из школы?
— Вообще-то…
— Это и ваша ответственность.
Этого не должно было случиться.
Мы пришли, чтобы предотвратить
подобную ситуацию в будущем,
но сами понимаете, как это сложно.
Порой мы не можем всё контролировать.
Можно поговорить с Юрлади,
чтобы оценить её состояние?
Мы только что привезли
её из больницы, она спит.
Видели бы вы, как тот сеньор бросил её
прямо на пороге. А затем ушёл.
Если бы мы с Карен
его не засекли, он бы слинял.
— Он бросил её на пороге?
— Да.
В два часа ночи, а потом ушёл.
— И вы не знали, куда он её возил?
— Ничего мы не знали.
Он всегда хорошо к ней относился,
приносил продукты, покупал вещи,
поддерживал её,
потому что она очень талантлива.
Телевизионщики у неё интервью брали.
Сама хороша. Зачем вообще его впустила?
Я круглыми сутками вкалываю.
Я же сказала, он пригласил её
почитать в школе стихи.
Она не особо хотела,
но не посмела отказаться.
Школа тут вообще ни при чём.
Врать мы тоже не собираемся.
Он казался очень хорошим.
Он назвался учителем, и мы ему доверяли.
Но у неё были какие-то
странные отметины по всему телу,
и мы сперва подумали,
не натворил ли он с ней чего.
Ну нет.
Она напилась, и он привёз её домой.
— Откуда ты знаешь?
— Я знаю Юрлади.
— Что за отметины?
— Синяки на спине.
Привет, Юрлади.
Как ты?
Хочешь присесть?
Помнишь, что произошло ночью?
Как думаешь,
Оскар что-нибудь с тобой сделал?
С чего так уверена?
Ты разве хорошо его знаешь?
Он тебе что-нибудь сказал,
может, вёл себя неподобающе?
Или нет?
Докажите мне,
что он её и пальцем не тронул.
А то мне кажется,
что он хотел соблазнить её.
Какой учитель будет заявляться
домой к ученицам, покупать им шмотки,
спаивать, а потом бросать на пороге?
Какова его цель?
Всё это очень серьёзно,
и как мать я обязана быть начеку.
Вы его знаете?
Можете гарантировать, что он не извращенец?
Что стряслось?
Я же предупреждал,
что нужно следовать правилам.
— Как она?
— Нет, не скажу.
— Она в порядке?
— Встревожена.
Не помнит, что конкретно произошло.
Молодёжь из поэтической школы
подтвердит, что они пили вместе?
Да, разумеется.
Её мать сильно на нас
разозлилась, и на тебя тоже.
Говорит, что хочет подать жалобу.
Ты должен заявить, что действовал
без ведома и согласия школы.
Сейчас ты освобождаешься
от должности учителя.
Уильям, но мне нужна эта работа.
Моя дочь поступает в университет.
Надо было головой думать,
прежде чем творить подобное.
— Нет, послушай.
— Ты бросил меня одного.
Я же сказал, подожди, пока очухается.
Я ушёл искать комнату,
где бы она отлежалась.
— Нет, нет, нет!
— Так?
Мне говорить ничего не стал, просто взял
— и увёз её.
— Что мне было делать?
Ей нужно было выпить воды или бульона.
А ты что натворил?
Ты же её напоил!
Нет, я сказал, что ей можно
бокал шампанского, не более.
Это ты за неё отвечал.
Алонсо, нужно поговорить с учениками
и во всём разобраться.
Они злятся на тебя. Ты же им жопу показал.
Жопу показал?
Чёрные дыры обсуждал или что-то такое.
Потом снял штаны и сказал:
«Поглядите на чёрную дыру».
— Нет! Я штаны снял?
— Шороху навёл будь здоров.
Зачем ты так? С твоей-то репутацией?
Что ты сделал с моей сестрёнкой?
Что ты сделал с моей сестрёнкой?
Парень, успокойся.
— Хочу знать, что случилось.
— Ничего.
Вчера было открытие нашего фестиваля.
Она прочла стихи,
затем стала выпивать с друзьями.
Ты её напоил? Ей же всего 15!
Я просил её не пить.
Почему бросил её во дворе,
словно дохлую потаскуху?
Всё как-то мутно и подозрительно.
А отметины на её теле?
Нет, я лишь хотел помочь ей
с написанием стихов.
Помочь?
— Что тебе нужно?
— Правда.
Это правда. Деньги нужны?
Деньги?
Помогите!
— Говори, что с ней сделал!
— Помогите!
Помогите!
Говори, что с ней сделал! Ублюдки!
Вы все в тюряге подохнете! Сукины дети!
— Ты её бросил? Что ты с ней сделал?
— Ничего.
Сам договаривайся с ним,
предложи деньги, если потребуется.
Ты её сюда привёл,
это твоя ответственность.
— Надо у других ребят всё выяснить.
— Наши тут ни при чём.
Я из кожи вон лезу ради школы
и не позволю тебе всё разрушить.
Оскар! Оскар!
Эфраин, дай мне с ними поговорить.
— Оскар, уходи.
— Я должен с ними поговорить.
— Насильник!
— Когда это прекратится?
— Давайте успокоимся.
— Мы не успокоимся, женоненавистник.
— Ты нам жопу показывал.
— Я такого не помню.
Сама видела, у тебя вся дырка волосатая.
Я танцую, танцую для Юрлади,
для тех, кого нет с нами.
Танцую для всех нас,
потому что вы ничего не делаете.
Ты нас убиваешь! Это насилие!
Это насилие!
Оскар, прошу тебя, уйди.
Пустите меня!
БУКОВСКИ
Нет…
Что случилось?
Мне звонил Уильям.
Что случилось с этой девочкой?
Не сейчас, Йоланда.
Не хочу об этом говорить.
Этой девчонке деньги нужны.
— Что теперь скажешь Даниэле?
— По поводу?
Даниэла с мамой были у нас,
когда позвонил Уильям.
Ты ей всё рассказала?
— Она сама слышала.
— Что слышала?
Оскар…
Бабы — стервы, я их хорошо знаю.
Она очень на тебя зла и сильно расстроена.
— Я ей всё объясню.
— Она тебя знает. Ты не изменишься.
Уже изменился. Это недоразумение.
Да плевать. Ты всегда всё портишь.
Даниэле не нравится,
когда её друзья видят вас вместе.
Ей перед ними стыдно, когда ты пьяный.
— Она моя дочь.
— И что?
— Хочу быть частью её жизни.
— Ты никогда ею не был.
Она не хочет с тобой говорить.
Хватит её мучить, оставь в покое.
— Живи своей жизнью, а про нас забудь.
— Убирайся!
— Даниэла…
— Убирайся, хватит меня терзать!
Надеюсь, ты сдохнешь
и мы больше не увидимся!
Уходи, Оскар.
Что ты сказала Даниэле?
Но, Уильям… Оскар на такое не способен.
Я не говорю, что он причинил ей вред.
Так утверждает семья Юрлади.
Что за идиот!
Некоторые ученики говорят,
что Оскар был пьяным на уроках
и водил Юрлади к себе домой.
Это неправда! Кто такое сказал?
— Ученики.
— Они врут. Спроси Юрлади.
Похоже, она сама в тебе сомневается.
Ребята из Поэтического дома приходили к ней
и сказали, что ты показывал им
свои интимные места.
Йоланда, я тебя очень ценю,
но взять твоего брата на работу
было огромной ошибкой,
учитывая его репутацию.
Мне пора. До свидания.
Оскар, что же ты натворил?
Возможно, у меня репутация
пьяницы и сумасшедшего,
но я действовал во благо Юрлади.
Я ничего ей не сделал,
и Даниэла должна знать об этом.
Вы разрешили ей пить алкоголь
и участвовать в конкурсе
без разрешения матери.
Вы тоже несёте за это ответственность.
Возможно, мы и дали слабину
в вопросе с алкоголем,
но надо же понимать —
они молодые, просто веселились.
Но когда Оскар привёл Юрлади
в Поэтический дом,
мы договорились,
что отвечать за это будет он.
Я должен был отвезти её
туда и обратно, и всё.
Говорил же: я соглашаюсь,
только если ты полностью за неё отвечаешь.
И мы логично предположили, что Оскар
получил согласие от её родных и школы.
Ты сам просил, чтобы я её привёл,
хотя она этого не хотела.
Мы забываем
о наиболее щекотливой части истории —
о том, как ты вынес её из отеля.
Она напилась, что я мог сделать?
Ты же сам видел.
Я видел, как ты выносил её из отеля.
И оставил прямо на улице?
Бросать её возле дома не стоило.
Это была ошибка.
— Я испугался.
— Чего испугался?
Ты её бросил, потому что чувствовал вину.
— Любой так подумает.
— А синяки?
— Мне пришлось её тащить.
— В медицинском заключении сказано:
«Вероятно, отметины на коже остались
в результате ударов или сдавливания».
А не потому, что вы её тащили.
Я тащил её вот так.
Это вовсе не обязательно. Сядьте.
— Я покажу.
— Нет, сядьте, пожалуйста.
У тебя ни свидетелей, ни доказательств,
подтверждающих твои слова.
Пусть подают жалобу, мне плевать.
Хочу лишь, чтобы все узнали правду.
Школа уже приняла решение
о твоём увольнении.
Теперь мы должны сопроводить
ученицу и её семью
в прокуратуру и Министерство образования.
Нас вообще тут быть не должно.
Ты один заварил всю кашу.
Нам не нужны проблемы с законом
в самый разгар фестиваля.
Голландцы могут прекратить поддержку,
если ситуация выйдет из-под контроля
из-за этих слухов.
Решение очень простое.
Поговори с её семьёй.
Расскажи, что произошло.
Извинись. Убеди отозвать жалобу.
Извиниться — значит признать вину.
Хочу лишь, чтобы дочь знала,
что я ничего не натворил.
Если сможешь убедить семью Юрлади,
она поговорит с твоей дочерью.
Извините.
Она может сказать твоей дочке,
что ничего страшного не произошло.
Никто не хочет идти в суд.
— Тебе есть что терять.
— Пусть подают жалобу, плевать.
Зачем наживать себе проблемы,
особенно если дело того не стоит?
Оскар,
помоги нам.
Сделай это ради Поэтического дома.
Ты же его часть. Хочешь его разрушить?
Глянь на девиц из поэтической школы,
которые с волосатыми подмышками.
Они злые, как черти, а это херово.
Поэзия уже не та, что раньше.
Раньше поэзия была более…
Сомневаюсь, что семья девушки
согласится говорить с Оскаром.
— Привет.
— Привет!
— А бабушка дома?
— Бабуля!
Я не верю, что этот человек
просто хотел помочь ей писать стихи.
Послушайте, сеньоры.
Нельзя утверждать наверняка,
что он что-то с ней сделал.
Но в колумбийском праве есть принцип,
называемый «вне разумных сомнений».
Что это значит?
На основании имеющихся фактов
можно с «уверенностью» утверждать,
что он с ней что-то сделал.
— Понятно?
— Большое спасибо.
Сеньора.
Мы вас прекрасно
понимаем.
Понимаем, что вы злитесь. Я бы тоже злился.
Но в одном могу вас уверить.
С помощью поэзии мы стараемся
сделать жизнь молодёжи лучше —
и вашей дочери в том числе.
Вот что поэзия значит для нас.
То, что случилось, — не поэзия.
Это не отображение прекрасного искусства,
достойной представительницей которого
является ваша дочь.
Мы увидели в ней талант и хотели помочь.
Выслушайте его.
Пусть Оскар объяснит,
что произошло на самом деле.
Оскар!
Нет. В его глазах ни капли искренности.
Оскар, расскажи, как всё было. Попытайся.
Сеньора…
Это всё правда.
Юрлади, ты сама знаешь.
Нет, не знает.
Она не знает, кто вы.
Вы фактически чужой человек.
И вы её не знаете.
Сеньора, моя дочь очень зла на меня.
Хочу, чтобы она узнала правду.
Ваша дочь и так знает, что вы извращенец.
Вы меня не переубедили.
— Но мама…
— Помолчи.
Ты под домашним арестом.
Мы знаем Оскара. Он — ходячая катастрофа.
Он тупой, неуклюжий, паршивый поэт.
Но, как сказал Рауль Гомес Хаттин,
люди, вроде Оскара,
причиняют вред лишь самим себе.
То, что вы себе вообразили,
между ним и Юрлади не было.
Нет, не вижу ни капли искренности.
— Оскар готов вам заплатить.
— Это как?
Компенсировать причинённые неудобства.
— Вы что, предлагаете мне деньги?
— Только не волнуйтесь.
Может, мы бедные,
но у нас есть достоинство.
— Постойте, а сколько?
— Что значит «сколько»?
— Миллион.
— Миллион?
Никакого уважения.
Вы будто хотите купить мою дочь.
— Это очень серьёзно.
— Нет, мама.
Идёмте поговорим.
Янет, идём!
Ты что творишь?
Не знаю, как, но ты мне всё вернёшь.
Тут рядом есть банкомат?
Да, сеньор, как раз на углу.
— Янет, просто подумай.
— Даже не собираюсь.
Этот человек пришёл объяснить,
что он ничего с ней не делал.
Забей ты на всё. Нам нужны деньги.
— Юрлади, уйди.
— Он ничего мне не сделал.
Суд будет долгим и проблему не решит.
Подумай о девочке.
— Она и так настрадалась.
— Да, мама, я и так настрадалась.
— Эти деньги не для тебя.
— Для всех.
Половина моя! Я ведь жертва.
Согласны на два миллиона — и точка.
Это невозможно. У Оскара столько нет.
Нужно многое учитывать.
Это всё, что у него есть.
Ладно, хорошо.
И ещё кое-что.
Нам нужна гарантия,
что на этом вы успокоитесь.
Подпишем документ,
что между нами всё улажено.
Лучше запишем на видео.
Что? Видео?
Видео, где Юрлади берёт на себя
полную ответственность и подтверждает,
что никто не причинил ей вреда,
что она напилась сама
и извиняется за причинённые неудобства.
— Извиняется?
— Нет, Эфраин…
— И где это покажут?
— Видео не для показа.
— Это гарантия нашей защиты.
— В этом нет необходимости.
Я написал адвокату,
это было его предложение.
Тогда заплатите чуть больше.
Нет, невозможно. Это всё, что есть.
Я, Юрлади Герреро,
беру на себя полную ответственность
за произошедшее.
Никто не причинил мне вреда.
Никто не причинил мне вреда
на открытии поэтического фестиваля.
Никто не причинил мне вреда
на открытии поэтического фестиваля.
Я сама напилась и приношу извинения
за доставленные неудобства.
Теперь желаешь удачи «Живой поэзии»
и самому фестивалю.
Желаю удачи «Живой поэзии»
и самому фестивалю.
Прекрасно. Всё запомнила?
Эфраин, не нужно всё это.
Просто дай им денег.
Может, сниметесь вместе с ней?
Подойдите ближе, пожалуйста.
Дети встанут сзади.
Давайте.
Эдилсон, ты тоже, пожалуйста.
Вот так.
Проходите, пожалуйста.
Встаньте поплотнее, чтобы попасть в кадр.
— Готов?
— Готов.
— Снимаю.
— Алонсо, погоди.
— Что?
— Оскар, уйди.
Это ни к чему.
Мы пытаемся разгрести твоё дерьмо.
— Знаешь другой способ?
— Зачем ты их заставляешь?
Ты сам себе вредишь.
Позволь мне всё исправить.
Разве не хочешь помириться с дочкой?
— Готов?
— Готов. Снимаю.
Я, Юрлади Герреро,
беру на себя полную ответственность
за произошедшее.
Ты что творишь?
— Уйди.
— Отдай телефон.
Куда ты с этим пойдёшь?
— Отдай телефон.
— Не снимай.
— А как же деньги?
— Нет видео — нет денег.
Заплати им.
— Где ты деньги возьмёшь?
— Я тебе всё верну!
— Я всё скажу.
— Видишь? Она сама хочет.
Мне пофиг вообще. Да и на вас плевать.
— Ты ничего не снимешь.
— Верни телефон.
— Отдай.
— Нет.
— Отдай.
— Нет.
— Отдай.
— Нет.
Мы почти закончили.
— Дай сюда.
— Нет.
Нет!
Еще чуть-чуть — и всё.
Выметайтесь!
Вон!
— Нет видео — нет денег.
— В жопу ваши деньги! Вон отсюда!
Тоже мне поэт.
В жизни не встречал такого бездаря.
Желаю тебе стать
величайшим поэтом нашей родины
и написать множество прекрасных стихов.
Прости.
ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ. РАДОСТНЫЙ СТИХ
В свете печальных событий,
произошедших недавно
во время нашего поэтического фестиваля,
культурный центр «Живая поэзия»
заявляет, что не имеет никакого отношения
к поэту Оскару Рестрепо.
Он не будет приглашён
ни на одно из наших будущих мероприятий.
Мы строго осуждаем
любое неподобающее поведение,
которое нарушило
бы ценности и принципы «Живой поэзии»
как безопасного пространства,
стремящегося к благополучию
нашего сообщества,
и места, где любовь, нежность и поэзия
проявляются в своём истинном значении.
Вот ублюдские отродья.
— Я покончу с собой.
— Только не начинай.
Больше не могу. Я везде облажался. Сдаюсь.
Завязываю с поэзией,
с этой жизнью. Со всем.
— Выброшусь из окна.
— Прыгай, а я посмотрю. Вперёд!
Тебе даже на это смелости не хватит.
— Ты не понимаешь.
— Как будто я тебя не знаю.
Ты предсказуем на все сто.
Что дальше? Набухаешься?
Чем я заслужил столько горестей?
Ты любишь изображать мученика.
Наверное, кайфуешь от этого.
Ты просто трус, который
не осмелится взглянуть жизни в лицо.
У всех свои трудности.
В твоих бедах никто не виноват.
Ты сам решил провалиться в чёрную дыру,
убедив себя, что ты несчастный поэт,
всеми проклятый и с тяжкой судьбой.
Очнись и выбирайся из этой дыры!
Не нужны тебе эти люди.
Они тебе не друзья.
Может, ты алкаш,
но хотя бы благородный.
И у тебя есть я.
Хочешь перекусить?
Спасибо, мама.
Привет, Даниэла.
Ты меня не знаешь.
Я была ученицей твоего отца.
Во-первых, хочу извиниться,
что взяла твой блокнот.
Мне он показался красивым.
Мой уже весь исписан,
и я решила взять твой.
Прости.
Там я и нашла твой адрес.
А во-вторых, слышала,
ты возненавидела отца,
поскольку тебе сказали,
будто он что-то сделал со мной.
Ничего он не делал. Просто хотел помочь.
Хотел, чтобы я стала великой поэтессой,
но этого была его мечта, а не моя.
Благодаря ему я поняла,
что не люблю поэзию,
по крайней мере, не ту поэзию,
с которой он меня познакомил.
Мне просто нравится писать то,
что чувствую. И ещё рисовать.
Мои мечты самые простые.
Иметь дом,
работу,
помогать маме,
бабушке, братьям и сёстрам.
Примерно так.
Считаю, для хорошей жизни много не нужно.
Твой папа рассказывал о тебе.
Что вы отдалились друг от друга.
Я тебя понимаю.
Мой отец точно такой же.
И это не твоя вина.
Наши отцы — это бремя,
которое мы должны нести до конца жизни.
Но в одном я точно уверена:
он сильно любит тебя
и пытается измениться.
Очень надеюсь, что у него получится
и благодаря этому письму
ты перестанешь его ненавидеть.
Что ж,
ОСКАР РЕСТРЕПО «УСТАРЕВШИЕ»
на этом всё.
Желаю тебе всего наилучшего.
До встречи. Юрлади.
— Привет.
— Привет.
— Это папина книга?
— Да.
Мне больше нравилась другая.
Жёлтая такая, где-то лежала.
Эту читала?
Нет? Давай полистаем.
Прочти это стихотворение.
Написал, когда я была беременна тобой.
Мой хрупкий, прекрасный цветочек,
Что посадил я в саду,
Хочу беречь и любить тебя очень,
Но, боюсь, без воды погублю.
Цветочек — это ты.
Привет.
Привет.
А тут красиво. Часто заходишь?
Иногда.
У них есть Буковски.
Он мне не нравится.
Я тебя не ненавижу.
И не желаю смерти.
Но и сближаться с тобой не хочу.
Вряд ли это мне на пользу.
По правде, хочу,
чтобы всё было, как раньше.
Поболтать, если вдруг встретимся,
или когда навещаю бабушку.
В случае крайней необходимости.
Знаешь, что я думаю?
Ты — хороший поэт.
Но мне это не важно.
— Главное, будь хорошим человеком.
— Я пытался.
Этого мало.
Хочешь, чтобы я тебя любила?
Нельзя получить то, за что не борешься.
— Я борюсь, это непросто.
— Одной борьбы тоже мало.
Обратись за помощью.
Докажи, что изменился.
Только не тяни меня за собой.
Приходи, когда действительно изменишься.
Хорошо.
Я понимаю.
Я тебя очень люблю.
Пока.
Юрлади,
надеюсь, моё послание тебя не потревожит.
Обещаю, что оно будет последним.
Хочу поблагодарить за письмо,
что ты написала моей дочери.
Сегодня мне захотелось
написать стихотворение.
Давно уже не сочинял.
Решил поделиться им с тобой.
Хотелось, чтобы оно оказалось
уже не столь грустным.
Менее меланхоличным.
Похожим на твои стихи.
Не знаю, получилось ли,
но мне, что удивительно, оно понравилось.
Оскар.
— Вызови скорую.
— Что случилось?
— Вызови скорую.
— Что с тобой?
Стихотворение звучит так:
Вот он я,
Человек,
Ископаемое старой закалки,
Кладезь горечи, бед,
Что заслуживал сотни проклятий.
Я хрупкий мечтатель.
Прошу: не теряй в меня веру.
Я лишь грустный поэт и псих,
Что сложить пытался
Радостный стих.
ПОЭТ