Последняя ночь Вейнингера (1990 год). Фразы и цитаты из фильма
«Последняя ночь Вейнингера» (Weiningers Nacht, 1990) —
австрийская драма режиссера Пауля Пауля, рассказывающая о последних
часах жизни философа Отто Вейнингера перед его самоубийством в 1903
году. Фильм исследует внутренний конфликт, женоненавистничество и кризис
идентичности мыслителя, снят компанией Wega Film и Volkstheater Wien.
Все фразы и цитаты
НОЧЬ ВЕЙНИНГЕРА
Моя голова!
Моя голова!
Я не могу дышать!
Я не могу дышать!
- Что ты делаешь?
- Открой дверь!
Открой дверь!
Открой, просто открой, тупица!
Я задыхаюсь!
Можешь что-нибудь сделать?
Не могу!
Сильнее!
Да!
Толкай сильнее!
Слезь с меня!
Прекрати!
Какой ты непослушный!
Ты меня убиваешь.
Мои очки...
Где мои очки?
Я потерял свои очки!
Какой ты неловкий.
Где свеча?
Здесь.
Зачем ты ее задул?
Я ее не задувал.
- У тебя есть спички?
- Нет.
Конечно, нет.
Ты можешь хотя бы держать ее прямо?
Ну ты и тип.
Почему у тебя такое лицо?
Тебя бросила девушка?
Нет.
Как раз то, что мне нужно.
Мужчина, к которому я
испытываю жалость.
Ты еврей?
С чего бы это?
Смотри в оба.
Твои очки сломаны.
Осмотрись.
Теперь ты здесь.
А потом решишь, может ли
человек здесь жить.
А что такого особенного
в этом доме?
Ты, например.
Поосторожней, ладно?
Мой жених - гусар!
И ревнивый притом!
И хороший стрелок!
Он всадит тебе пулю
прямо между глаз!
Я думаю, ты не представляешь,
что случилось в этом доме.
Что?
Людвиг ван Бетховен.
Ты о нем слышала, не так ли?
Твой родственник?
Он умер здесь.
Когда?
76 лет назад.
76 лет назад?
Ты что, шутишь?
Я покажу тебе кухню
и туалет?
Когда я выходил из дома
сегодня вечером,
я попросил отца проводить меня
до трамвайной остановки.
Мы стояли на остановке
и разговаривали,
когда подошел первый трамвай.
Я не уехал на нем.
Потом подошел еще один.
И еще.
Четвертый, пятый...
Отец не понял.
И тогда я ему сказал:
Отец, мне нужно ехать.
И я сниму себе квартиру
на улице Шварцшпаниер, 15.
Ты действительно странный.
А если бы здесь не оказалось
свободной комнаты?
Большинство действий
вообще не имеют смысла.
Неважно, когда или где
они совершаются,
но верные действия...
те, что заставляют мир
затаить дыхание,
должны совершаться
в подходящий момент.
И в подходящем месте.
Ну так ты вошел в трамвай или нет?
В восьмой!
Я уехал восьмым трамваем.
И я сказал:
Шварцшпаниер, 15, отец. 15!
Ты запомнишь?
А он: конечно, конечно, я запомню.
Он мог бы меня удержать!
У него было достаточно времени,
чтобы взять меня за руку.
Но он не взял.
И я запрыгнул в трамвай.
И что такого особенного
в этой истории?
Извини.
Извини, теперь мне надо смеяться.
Смеяться!
Я сто лет не смеялся!
Я думал, что умру,
ни разу не засмеявшись.
Но ты заставила меня улыбнуться.
Добродетель - она всюду,
не так ли?
Не только в каком-то
определенном месте.
Как тебя зовут?
Аделе.
Аделе?
Это имя моей матери.
Той, что выносила
и произвела меня на свет.
- Ты хочешь спать здесь?
- Конечно.
Дай мне ключ!
Послушай, если ты
поссорился с семьей,
ты можешь остаться внизу у меня.
Бедный малый!
Ни звука!
Ни звука.
Слушай, что я скажу.
Я должен въехать сюда сегодня
вечером. Должен, понимаешь?
Не спрашивай, почему.
Но если ты не позволишь мне
остаться, ты тоже будешь виновна
в чудовищном преступлении,
о котором будут помнить тысячи лет.
И твое имя будет
навечно с ним связано.
Чего ты хочешь от меня?
Дай мне ключ.
Пожалуйста.
Спасибо.
Ты можешь завтра зайти
и показать документы?
- Полиция требует...
- Вейнингер!
Отто Вейнингер.
Родился 4 апреля 1880 года.
Доктор философии.
И ты заплатишь за ночлег завтра?
Нет.
Ты можешь взять деньги сейчас.
Боже мой, это же слишком много!
Нет, возьми деньги себе.
А теперь слушай.
Если кто-то будет меня искать...
Если кто-то будет
спрашивать обо мне...
Ты меня не знаешь,
ты никогда меня не видела.
Ничто и никто не должен прерывать
мою работу сегодня вечером.
Я ясно выразился?
Да, господин.
И завтра стучи в дверь.
Точно в 9:30.
Да, господин.
Спокойной ночи.
Спокойной ночи, господин.
Смотрите, кто идет?
Это Маушель, отвратительный еврей!
Наверняка ты провернул
еще одно дельце, да?
И обманул еще одного
порядочного человека?
О, господин Касперль!
Что вы такое говорите?
Я не мошенничаю ради денег!
Я всегда был хорошим евреем
и торговал на свои честные деньги.
Правильно, правильно!
Должны ли мы верить еврею, дети?
Не-е-ет!
Да поможет мне Бог,
вы должны поверить мне!
Я был у портного, чтобы заказать
себе хороший новый костюм.
Действительно красивый,
из хорошей ткани.
Ты просто глупый еврей!
Зачем тебе костюм?
Ты думаешь,что можешь
в нем спрятаться?
Подожди!
Я тебе покажу!
Ой вэй! Только не мой нос!
Но Касперль сам еврей!
Почему?
Из-за своего длинного носа.
О нет!
Мой нос! Мой большой нос!
Так я тоже еврей?!
А я даже не заметил!
Тогда я должен побить себя!
Личинка!
Отвратительное насекомое!
Вонючий странствующий проповедник!
Кто ты вообще?
Посмотри на себя!
Посмотри!
Посмотри на себя!
Эта пустота...
Эта ничтожность...
Смерть.
Единственная форма,достойная
твоей внутренней пустоты.
Ты, еврейский
ненавистник человечества!
Ты, вонючий хамелеон!
Стреляй!
Стреляй, Отто!
Ты - это я?
Отто!
Отто, ты это я?
Нет...
Я действительно кто-то другой.
Я буду кем-то совершенно другим.
Совершенно другим
Итак, я могу посмотреть
на себя в зеркало
и услышать, как я говорю:
Именно таким я всегда хотел быть.
Таким я хочу быть,
начиная с настоящего момента.
Не евреем,
а нормальным человеком.
Видишь, Отто?
Видишь все эти огоньки в ночи?
Ты знаешь, что они означают?
Сторонники Люгера празднуют
его избрание мэром Вены.
Я видел их, Отто.
Я слышал, как они
кричали на улицах.
Слышал их истерические крики.
Их слышно до сих пор.
"Люгер будет править,
евреи будут погибать!"
"Да здравствует Люгер!"
Ты слышишь это, Отто?
Это не море.
Это не ветер.
Это наши сограждане.
Я был на Ратхаусплац сегодня.
Там были тысячи людей.
Организованные группы.
Христианско-социалистическая
партия, парламентарии...
Высокопоставленные чиновники
со своими элегантными женами
потрясающий наплыв людей
со всей Вены.
Ты слышишь их?
Не нужно мне отвечать.
Я ничего не спрашивал.
Это отвратительно мне.
Мне тоже.
Вся эта жизнь мне отвратительна.
Жизнь? Какая жизнь?
Они нас здесь ненавидят.
- Нас?
- Нас.
- Евреев.
- Я не еврей.
Ты еврей!
Как я и все остальные.
Я сам для себя решаю, кто я.
Это ты так говоришь.
А душка Карл говорит:
"Я решаю, кто еврей!"
Пусть Люгер отправляется
к черту со своим антисемитизмом!
Он хочет, чтобы ты тоже отправился
к черту, и у него больше власти.
Антисемитизм -
еврейское изобретение!
Клара, люди не будут ненавидеть то,
в чем нет схожести с ними самими.
В каждом агрессивном антисемите
есть что-то еврейское.
Поедем со мной.
Куда?
В Палестину.
Нам нужно отсюда уехать.
Уехать из Вены.
Уехать из Европы.
Пока на нас не набросились.
Когда мне было 17, я уже мог
бегло говорить по-немецки...
по-английски, по-французски,
по-норвежски, по-испански...
плюс латынь и греческий.
Я помню, колыбельную, которую
пела моя бабушка
на берберском диалекте,
который называется идиш.
Спи крепко, мой маленький,
мой прелестный
и закрой свои черные глазки.
Правда ли малышу, у которого
уже есть все зубки,
всё еще нужно, чтобы мама
пела ему ай-лю-лю?
Меня от этого тошнит.
Клара, когда ты поймешь?
Еврейство - это бездна
в еврейской душе.
Она поглотит всё, что ты
попытаешься на ней выстроить.
Забудь еврейство.
Поедем со мной.
Я знаю, ты хочешь.
Мы оба этого хотим.
Почему ты с этим борешься?
Что случилось?
Свинья.
Вот кто я есть - свинья.
Если тебе это не нравится -
это не есть священная обязанность.
Почему ты всегда вытаскиваешь
на свет свинью внутри меня?
В этом твое единственное
удовлетворение?
Чтобы можно было сказать друзьям?
"Отто тоже не более чем..."
"...животное"
"...как все остальные."
Я настолько тебя отталкиваю?
- Почему?
- Нет, нет, нет...
Нет, Клара, это не твоя вина.
Это женское начало внутри тебя
неистово желает счастья.
Я не понимаю тебя.
Как ты можешь?
Мы могли бы любить друг друга.
Мы могли бы наполнить
наши жизни любовью.
Клара.
Не произноси больше этого слова.
Никогда больше не произноси
слова: "Любовь"
Говори вместо этого об убийстве.
И если хочешь меня убить,
почему бы не воспользоваться ножом?
Ты не прав.
Ты во всем не прав.
Я говорю не о том, с кем я сплю
или не сплю.
Это всё, о чем ты можешь думать?
Ты просто сосуд.
Из чрева прямо в душу.
Сосуд полный мужских выделений.
Мне плохо
от мысли о
погружении в эту трясину выделений,
которых ты полна
до самого черепа!
Мне кажется, я знаю,
что тебя беспокоит, Отто.
Ты чувствуешь свою вину.
Но мы все виновны.
Виновны из-за той жизни,
что ведем здесь как евреи.
Есть только один способ
освободиться от этой вины.
Вернуться туда, откуда мы пришли.
К источнику вины.
"Если бы евреи были действительно
способны принять свою вину,
они не находились бы больше
в состоянии рассеяния
в диаспоре.
Вместо этого они были бы
в Палестине."
Но диаспора - естественная
форма жизни еврея
Он желает этого.
Осознанно.
Это изменится.
Нет.
Сионизм создаст нового еврея.
Есть один пункт, в котором я
согласен с твоим доктором Герцлем.
"Евреи должны наконец
проснуться..."
"Они должны проснуться
в яркий полдень"
"войти строем в церковь"
"и принять крещение."
И почему же ты
не примешь крещение, Отто?
Если решение в этом?
Как раз это я и собираюсь сделать.
Я приму крещение.
О Священная Глава, ныне раненая...
О Глава, когда-то прекрасно убранная
достоинством и венцом,
но теперь обесчещенная:
позволь поприветствовать тебя!
Цвет твоих щек,
Блеск твоих алых губ
исчезли;
Могущество бледной смерти!
Когда я навеки исчезну,
не покинь меня;
когда я испытаю смерть,
приди и будь со мной;
Если твоя глава побледнеет
под последним ударом смерти;
Я наконец-то дотянусь до тебя
и обниму тебя."
Скажи мне, Бергер -
Что бы ты сделал, если бы встретился
со своим призраком-двойником?
Здесь и сейчас?
С кем?
Где-то есть некто,
кто знает всё о тебе.
Даже вещи, которые ты
никогда никому не говорил.
И вещи, которые ты никогда
никому не скажешь.
Ты говоришь о человеке
или об идее?
Он наблюдает за тобой.
Из точки за пределами
твоей смерти.
Что бы ты делал, если бы он обнаружил
себя перед тобой прямо сейчас?
Если бы он неожиданно
появился прямо перед тобой?
Отто...
Если бы у него была болезнь
некая постыдная,
которой нужно стыдиться,
ты бы рекомендовал мне
сходить к врачу
или скрыть правду
и притвориться, что всё в порядке?
Почему ты меня спрашиваешь?
Ты всё еще посещаешь
Зигмунда Фрейда?
Да.
- У меня завтра очередной сеанс.
- Прекрасно.
Я дам тебе свой трактат
об Эросе и Психее.
Ты передашь его ему.
Я хочу, чтобы он его прочитал.
- Он окончен?
- Конечно.
Но... мы только четыре недели
назад обсуждали теорию Флиса.
И ты только начал.
Я работал день и ночь.
Ты...
Мне обязательно надо
встретиться с Фрейдом.
Ты можешь организовать сеанс
для меня?
Да, конечно.
С удовольствием.
И какую постыдную болезнь,
ты думаешь,
я скрываю?
Ты об этом прекрасно знаешь.
Вылезай из крайней плоти,
войди в леди!
Приходи, господин барон
и оплодотвори меня.
Играй со мной в игру
"Туда-сюда"!
Играй со мной в "Кошки-мышки"!
Даже сын плотника из Назарета
не ложился спать один.
Спал с одной, спал с другой
с Марией Магдаленой,
в день шабата с Иоанном.
И потом весь Ханаан кричал:
он может!"
Вылезай из крайней плоти,
войди в леди...
Обрезание нисколько не беспокоит,
положи его на мою грудь
Если он немножечко неопытен,
я его приласкаю...
Даже если он не прямой,
присоединяйся к веселому параду.
Лотте, что это?
А ты не видишь?
Еврей.
Еврейский мальчик.
Они все так выглядят?
Они с этим рождаются?
Нет, им это обрезают!
Бедняги!
Никаких салфеток, чтобы прикрыть
их бедные штуковины.
Пойдем, еврей.
Пойдем!
Отто!
Да, отец?
Я надеюсь, что ты принял
правильное решение.
Что ты имеешь в виду, отец?
Я имею в виду Консульскую Академию.
Нет, отец.
Я буду изучать философию
в университете.
И что ты сможешь
зарабатывать философией?
Я могу давать частные уроки.
Латыни и греческого.
Еврейский учитель, конечно,
будет иметь потрясающий успех.
Еще одна причина -
принять крещение!
Неплохая идея с экономической
точки зрения.
Экономической точки зрения?
Еврейской точки зрения!
Ты на все смотришь
с еврейской точки зрения!
С еврейской? Я?
Из всех людей?
Да, ты!
Религия тебе нужна
только для комфортабельной жизни
Для решения проблем.
Только еврей мог выдумать
такую прагматическую концепцию!
Еврей преимущественно
антирелигиозен.
и удален насколько возможно
от любой истинной веры!
Но благочестие - основа всего.
Основание для всех вещей.
"О, моя милосердная
вечерняя звезда..."
Ты всё понял неверно, отец!
Рихард Вагнер
совсем другое имел в виду!
"О, моя милосердная
вечерняя звезда..."
Ну, это только твое мнение!
Ты скрыл немецкость Вагнера,
торжествующую над евреем!
"Еврейство", "немецкость",
мой дорогой Отто
это музыка, только и всего!
Просто искусство, общечеловеческое!
Просто искусство?
Что это означает?
Нам не нужны слова для всего, Отто!
Не задавай вопросы
прекрасному в жизни!
Упадочный сентиментализм!
Не нужно объяснять Вагнера,
он - гений.
Гений, гений...
Ты мягок, как женщина,
когда говоришь о Вагнере!
Женское начало в тебе побеждает.
Во всем, что касается женщин,
я могу тебя учить, мой сын!
Я знаю всё о Женщине.
Ты думаешь,
ты опытный мужчина, да?
Гений...
... не нуждается в опыте.
Гений...
... несет всё человечество в себе!
О мой дорогой малыш Отто!
Это только теории.
"Сера, мой друг, теория везде,
Златое древо жизни зеленеет."
(Гёте)
Отто!
Отец заперся в комнате!
Это означает, что по крайней мере
два дня он будет сердитым.
Почему, Отто?
Почему ты не можешь уважать отца?
Он это заслужил?
Так ты демонстрируешь
благодарность?
Отвечай, Отто!
Не говори ничего,
я знаю тебя лучше, чем ты сам.
Однажды, когда ты был маленьким,
я взяла тебя к кошерному мяснику
Я принесла ему цыпленка.
И до того, как ты успел понять,
он перерезал цыпленку горло.
Его перья стояли дыбом.
Ты прибежал домой
и плакал несколько часов!
Это было душераздирающе,
мы просто не могли тебя успокоить.
И ты не прикасался к мясу
несколько месяцев.
Ты совсем не суровый!
И не упрямый.
Будь хорошим сыном и уступи.
В своем сердце ты уже уступил.
Какое значение имеет,
учиться в университете
или в Консульской Академии?
Внутри ты уже жалеешь,
что был таким упрямцем.
Я знаю тебя, Отто.
Ты и я.
Мы похожи, правда?
Видишь? Ну хорошо.
Почему ты так жесток с отцом?
Почему ты делаешь, как он?
Если ему так важно, чтобы ты
поступил в Консульскую Академию!
Зачем его обижать?
Давай, Отто!
Иди к нему! Он тебя ждет!
Не устраивай сцен!
Иди, Отто! Иди!
- Остановись!
- Зачем останавливаться?
Всю мою жизнь я готовила,
убирала, мыла для тебя,
и так ты меня благодаришь?
Мы все виновны.
Но кто тебя обвиняет?
Я кого-нибудь обвиняю?
Я несу свое бремя
без единого вздоха.
У меня был талант к языкам.
Спроси своего отца!
Это от меня ты унаследовал
этот талант!
Я могла стать
иностранным корреспондентом!
Я могла выучить семь языков.
Вместо этого
я родила семерых детей.
Я пожертвовала всем!
И вот что я получила.
Это, это... высокомерие!
Эту претенциозность!
Это пренебрежение!
Ответь немедленно!
Перестань ее мучить!
Ты, садист!
Не разговаривай так с отцом!
В конце концов он твой отец!
Два дня он будет
оставаться запертым.
Он хочет меня наказать!
И за что? Перестань вести себя,
как трусливая собака!
Ты будешь себя защищать!
Ты этого заслуживаешь!
Аделаида, глупая коза!
За всю жизнь ты не купила себе
нового платья
Чтобы они могли поехать в Байройт!
Байройт! Важнее всего в мире!
Вагнер!
Польди, если бы ты был
немцем или другим гоем,
ты бы даже не мечтал о Байройте!
Не с твоим доходом!
И ты мстишь мне и детям!
И себе!
Мстишь за то, что ты еврей!
Леопольд!
В душе ты ненавидишь Вагнера!
Но ты мучаешь всех
своим чертовым лицемерием!
Выходи, Леопольд!
Выходи! Выходи!
Отто! Польди! Отто!
Послушай, Отто, не ходи к Фрейду.
Ты отдал ему мой трактат?
Да. Не ходи.
Он что-нибудь сказал?
Нет.
"Я прочел работу твоего друга."
Это всё?
Он сказал: "Интересно."
Отмени встречу!
Ты договорился
о встрече для меня или нет?
Да, я договорился.
Фрейд очень занят, он не будет
возражать, если ты отменишь встречу.
Скажи правду!
Фрейд выразил своё мнение
о моей работе?
Возможно, это звучало несколько
иронично, когда он сказал "интересно".
Иронично?
Да. Он сказал "интересно" дважды.
Я знаю эту привычку.
Я знаю эту привычку!
Типичная еврейская привычка!
Повторять два раза.
Сначала - ха!, а после - ба!
Так никто не поймает тебя на слове.
Я это знаю.
Я сужу по семье моей матери.
Теперь я должен его видеть.
Я должен.
Что ты здесь делаешь?
Почему так долго собираешься?
У меня встреча.
С Зигмундом Фрейдом.
Ты меня не заметил?
Я шла за тобой по улице, но ты
продолжал разговаривать сам с собой.
Я не разговаривал сам с собой,
я разговаривал с Бергером.
Я разговаривал с Бергером!
Будь осторожен!
Ты уже начинаешь воображать вещи!
Я ждала тебя более 15 минут.
Нервничаешь?
Из-за своей встречи?
Я должен сконцентрироваться.
Фрейд - это же не просто
кто-то там.
А кто сказал, что просто?
Это означает войну, Отто!
За то, кто воплотит дух
20 столетия - ты или Фрейд.
Ты или он!
Мы не соперники.
Бьюсь об заклад,
вы - соперники, Отто!
Бьюсь об заклад!
Это будет битва не на жизнь,
а на смерть.
Ты видел его библиотеку?
Она гигантская!
И все книги о тебе.
Посмотри!
"Отто Вейнингер,
Провидец Эпохи Мужчин"
Лондон, 1905 год.
"Вейнингер и коперниковский
виток психологии"
Стокгольм, 1930 год.
"Отто Вейнингер,
освободитель человечества
от господства
женско-еврейского мира"
Берлин, 1945 год.
"Моисей -
Иисус -
Отто"
Рим, 2040 год!
"Тысяча лет со дня рождения Отто"
"Теологическо-философский
симпозиум"
Париж, 2880 год!
Всё о тебе, Отто.
И ни одной книги
о докторе Зигмунде Фрейде!
Он просто в бешенстве!
Он уложит тебя на кушетку
и будет вытягивать из тебя
тайны детства.
Я скажу только то...
что хочу.
Я рассчитываю на тебя, Отто!
"Еееииия..."
"...Попея,
что там шуршит в соломе?"
"... должно быть, это гусята,
они не носят башмачков."
Итак, вы выбрали меня
в качестве первого читателя.
Да.
Я также прочел всё,
что вы написали.
Вы имеете в виду то,
что я опубликовал.
Да, конечно.
Многие мои работы
еще не опубликованы,
Я публикую только то,
что я хорошо продумал.
Должен признаться,
я очень требовательный человек.
Я трачу много времени на то,
чтобы сформулировать предложение
до тех пор пока я
не буду им почти доволен.
Ваш стиль это демонстрирует.
Что вы думаете о моем стиле?
Чтобы ответить на этот вопрос
по справедливости,
Мне бы пришлось снова
скрупулезно изучить ваши работы.
Я спрашиваю об общем впечатлении.
Моих наиболее заметных ошибках,
по вашему мнению.
Если вы...
позволите мне несколько
критических замечаний?
Ну, давайте, молодой человек!
Давайте.
Вы не возражаете, если я прилягу?
Ваш стиль немного громоздкий.
Тяжеловесный.
Предложения...
Многоречивые.
Вы никогда не идете
кратчайшим путем.
Иногда кажется,
что вы выдвигаете требование
И тут же берете его обратно.
Мне кажется,
я знаю корень этой болезни.
На вашем языке лежит
отпечаток этноментальности
и вы, кажется, не осознаете
этого влияния.
Это дух еврейства.
Если быть откровенным.
Продолжайте, пожалуйста,
я не сплю.
Я лучше концентрируюсь
с закрытыми глазами.
Интересно, интересно.
Этот психоанализ, над которым
вы работаете, доктор...
глубоко еврейская наука.
Потому что без категорий
Добра и Зла
не может быть
глубинной психологии.
Психология обмелеет
и, доктор,
вы создали систему,
которая оставляет вопрос вины
абсолютно в стороне.
В вашей системе Человек
в действительности не бывает виновен.
Он только страдает -
от чувства вины.
Которое ему внушили другие.
И ваша терапия состоит в том,
чтобы найти, кто послужил
причиной этих чувств
и спроецировать их
снова на этого человека.
Потому что этот человек
виноват в моем чувстве вины.
Если это мой отец,
значит виноват мой отец.
Если это Бог -
значит,
виноват Бог.
И только я
остаюсь невиновным на века.
И это то,
чего вы не можете вынести?
Нет.
Покаяние.
Доктор, вы не оставляете места
для покаяния!
Но что останется от души?
Если вы отберете вину... грех...
а следовательно возможность
и необходимость покаяния?
Доктор.
Ваша психология.
Это психология без сердца.
Без души.
Послушайте, Отто,
если бы я был христианином,
милосердие обязывало бы меня
сказать вам,
что вы очень талантливы, Отто.
Возможно, даже гений!
Следуйте своей дорогой
и вы достигнете вершин, но -
мы есть и мы останемся -
евреями.
Другие используют нас,
не понимая.
И они также используют
вас.
Очень часто.
А в остальном.
Мной руководит не милосердие
но поиск истины.
Итак.
В Берлине
живет трудолюбивый врач
по фамилии Флис.
И этот человек рассказал мне
о своих исследованиях и теориях.
И я упомянул эти теории
без каких-либо
специальных намерений -
в разговоре
со своим молодым пациентом
неким... Бергером,
который оказался вашим другом.
И этот Бергер,
без каких-либо специальных
намерений, я полагаю,
рассказал вам
о теориях доктора Флиса.
И если такие категории,
как "добро", "зло" и "вина"
так жизненно важны для вас,
они должны быть
использованы в этом случае
и тогда мне придется сказать вам,
Отто,
вы обычный вор.
Всё существенное,
написанное вами в вашем трактате,
украдено у Флиса.
Вы открыли дверь
ворованным ключом!
Вы проникли
в драгоценное хранилище науки!
И теперь вы не знаете,
что делать с сокровищами!
Что бы вы ни взяли себе, вы
разрушаете это и разбиваете на куски!
Уходите.
Здесь нет места таким, как вы.
Вы презираете женщин.
Вы презираете евреев.
Что общего
между евреями и женщинами?
Почему женщин и евреев?
Почему они являются для вас
такой проблемой?
Вы находите сексуальность
отталкивающей.
Как это связано с вашим
презрением к женщинам и евреям?
Но вы должны
задать эти вопросы себе.
Я не возражаю против того,
чтобы видеть вас снова.
Если хотите.
Доктор.
Если ваше имя
всё еще будут помнить
через тысячи лет,
то только из-за этого
недолгого разговора со мной.
Но только, если я пожелаю
упомянуть об этом в своем дневнике.
Ты ему показал!
С ним было покончено!
Он онемел!
Только одно было немного чересчур.
Идея о том, что Фрейда
будут помнить через тысячи лет
только из-за этого
разговора с тобой.
Это правда!
Именно так и будет!
Если твои усилия позволят
тебе занять место в истории,
Фрейда всё еще будут помнить, да?
Никогда, никогда, никогда, никогда!
Он не гений.
Он не глубок.
Он мелкий, бездуховный.
Я уничтожу Фрейда.
Его и его стереотипы.
Я сотру Фрейда
из памяти человечества.
Я разбужу арийскую душу.
Я буду ее защищать
от атаки еврейского духа,
который хочет оскопить
арийскую мужественность,
который хочет навязать
еврейскую женственность
арийскому духу!
(Памятник Люгеру в Вене)
"Евреи повсюду в Вене,
как песок в пустыне!"
"Куда ни пойдешь - везде евреи!"
"Пойдешь в театр - везде евреи!"
"Пойдешь на Рингштрассе -
везде евреи!"
"Пойдешь в Городской Парк -
везде евреи!"
"Пойдешь на бал - везде евреи!"
"Пойдешь в Университет -
везде евреи!"
"Что такое волки...
львы... пантеры... леопарды...
тигры... по сравнинию с этими
человеческими хищниками?"
"Почитайте Ветхий Завет
и вы поймете, что евреи
не исполняли волю пророков.
Достаточно сказать,
Что Исайя и Иеремия
уже говорили о них."
"В них нет ничего здорового!
С головы до ног!
Их губы лгут!
Их языки богохульствуют!
Их руки покрыты кровью!"
"Мы начнем войну на уничтожение
против евреев."
Поедем со мной в Палестину.
Когда?
Завтра?
Завтра я приму крещение!
Ты мне нужен не как еврей.
Я нуждаюсь в тебе как в человеке.
Клара, завтра я стану христианином.
Это самый важный шаг в моей жизни.
Ты всегда хотел привлечь к себе
внимание, любой ценой!
Всегда в центре всеобщего внимания.
Как скучно!
Я хочу утонуть во взбитых сливках!
Ровно семь недель назад я пришел
в офис еврейской общины
чтобы отречься от еврейства
раз и навсегда.
Я видел, как мое имя
удалили из списков.
Три месяца я был
человеком без религии.
Отто, ты действительно веришь
что прошепчешь несколько слов
тебя окропят водой,
и этого достаточно,
чтобы избавиться от проклятия
и начать новую жизнь?
Что ты знаешь о вине?
А ты что знаешь о вине?
Я обманываю тебя
с твоим лучшим другом.
Ты не можешь меня обманывать.
Ты не моя жена.
И это всё, что для тебя важно?
Ты идиот.
Я тебя люблю, и я сплю
с твоим другом, которого не люблю.
Я достаточно ясно выразилась?
Почему?
Он более мужественный, чем я?
Я не знаю, что ты
имеешь под этим в виду.
Ты мне не нужен
в качестве любовника.
Ты просто нужен мне.
Дай мне силы уехать.
Поедем со мной в Палестину.
А потом ты подаришь мне,
то, что даришь моим друзьям?
Пойдем со мной в кровать?
Хорошо.
Иди сюда!
Какое проклятие!
Знать, что любим
но быть не в состоянии любить.
Жить
и ненавидеть.
Желание любви.
Бесплодным.
Стерильным.
Окаменелым.
Как голое дерево
на гранитной брусчатке.
Почему моя душа
не может освободиться?
Почему не может
соединиться с твоей?
Отто!
Нет.
Только не мое имя.
Почему?
Оно меня пугает.
Я, как дом
с заколоченными навеки окнами.
Солнце согревает его снаружи,
но ни один луч не проникает внутрь.
Это горький и
меланхоличный дом,
который отгородился от света.
Что происходит внутри?
Вынужденная,
лихорадочная активность.
Отчаянная борьба.
Вещи разбросаны,
затолканы под ковер.
Скрыты, спрятаны.
Пустота.
Небытие.
Темнота постепенно накрывает дом.
не спрашивай,
что происходит внутри.
Что это было?
Что ты имеешь в виду?
Разве ты не слышал?
Ничего, Бергер?
- Ты дрожишь.
- Мне холодно.
Как.. Как наш общий друг?
Доктор Фрейд?
Отлично.
Отлично. Он стал профессором.
И ты всё еще с ним видишься?
Да, дважды в неделю.
Он знает
о моем переходе в другую веру?
Да, я ему сказал.
Что он ответил?
- Это важно?
- Давай!
Ты боишься меня обидеть?
Он сказал совсем немного.
Просто: "Ну и что?"
"Ну и что"?
Отто Вейнингер принял крещение.
"Ну и что"?
Отто Вейнингер принял крещение,
ну и что!
Отто Вейнингер принял крещение.
Ну и что?
Отто Вейнингер хотел
покончить с собой.
Да.
Ты прав.
И если бы мы сегодня
не встретились, я бы это сделал.
Почему?
Почему?
Что за вопрос?
По какой причине?
Я не могу сказать тебе причину.
- Почему?
- Потому что не хочу.
По какой причине?
По какой причине?
По какой причине?
По какой причине?
Я преступник.
Ты?
Убийца.
С самого рождения.
Ты и муху не обидишь.
Даже червя. Ты, убийца?
Моя голова полна мрачных мыслей.
Ты сумасшедший.
Ты сошел с ума.
Однажды ночью, в отеле Мюнхена
я был один и не мог уснуть.
Я слышал вой животного вдалеке.
Большого черного пса.
Это была душа Сатаны,
я в этом уверен.
И я боролся с ней.
Боролся за свою жизнь.
Я кусал простыни,
рвал их на клочья.
Чтобы противостоять искушению.
Чтобы душа не вырвалась наружу -
и не сделала то, что хотела.
С тех пор я знаю, что я убийца.
Это моя судьба.
Я виновен.
С самого своего рождения.
Если я останусь в живых,
я приговорю кого-нибудь другого
к смерти.
Я не верю тебе.
Я не верю в твою вину.
Ты не можешь понять.
Ты другой.
Ты не знаешь ненависть.
Или вражду.
Я знаю.
Я могу только ранить.
Я ненавижу любого, кто любит меня.
Я оставляю после себя
только осколки.
Я вижу только убийство и смерть.
Я крысолов.
Да.
Да, Бергер, мне следовало
стать музыкантом.
Я бы играл песню
дикой ненависти на флейте.
И все крысы
повыбегали бы из своих нор,
из баров, таверн, залов
и следовали бы за мной.
И вы, честные и порядочные люди,
вы могли бы,
пока они бегут за мной,
стрелять по ним из ружей,
выкуривать их, бить их камнями,
рубить их топорами
убивать их
всеми подручными средствами.
вам придется их убивать, каждую,
пока не останется ни одной,
пока не исчезнут
все проклятые крысы.
в ином случае они убьют вас.
Ты безумен.
Ты действительно хочешь
дождаться кучи трупов?
Давай, Бергер.
Позволь мне убить себя.
Ты будешь жить, Отто,
ты будешь жить.
У тебя вся жизнь впереди,
даже если ты совершал ошибки.
У тебя есть, что сказать людям.
Ты должен жить!
Я не могу!
Мне не позволено.
Если я исчезну сейчас, никто
и не вспомнит Отто Вейнингера.
Никто о нем не узнает,
и это хорошо!
Я поговорю с доктором Фрейдом.
Тебе нужна психотерапия!
Психотерапия?
Этот блуд, этот обман
ты называешь психотерапией?
Какой-то еврейский сутенер,
который сует нос в твою душу?
Это не терапия, это мерзость!
Каждый должен помогать себе сам.
Быть своим собственным терапевтом.
А потом Бог поможет тебе.
Если захочешь.
Никто другой не поможет.
Человек живет
пока не достигнет абсолюта
или ничтожества.
Часть за частью
жизнь его уничтожается.
Или
становится основанием Вечности.
Бог.
Я отрекаюсь от всего, что
человеческие существа зовут счастьем.
Любовь женщин,
семья,
искушения плоти.
Я хочу вести чистую жизнь.
Достаточно ли я силен,
чтобы подняться до этих высот?
Или я...
...со всеми своими грехами...
заплачу за это своей жизнью?
Бог.
Бог.
Я оставляю себя
на свое собственное попечение.
Полный радости.
Полный страха.
Все вещи
существуют в паре.
В паре противоположностей.
Без Света нет Тьмы.
Без Жизни нет Смерти.
Без Существования нет Небытия.
Святое и Грешное,
Мужское и Женское,
Материя и Форма.
Друг против друга.
О Человеке без сомнения
мы можем сказать следующее:
каждое человеческое существо -
смесь Мужского и Женского.
Мужчина и Женщина
как два вещества.
Смешанных в разных пропорциях.
Распыленных внутри живых людей.
Отношение Мужского и Женского
определяет характер
Характер постоянен
с момента рождения
и не меняется до самой смерти.
Женственность - это Хаос.
Мужественность -
это Творческая Сила.
Женщина - это Пустота.
Мужчина...
это Вселенная.
Отойди, Аделаида.
Оставь его в покое, Леопольд.
Он пишет книгу,
чтобы стать профессором.
Самым молодым во всей монархии!
Я хочу говорить с моим сыном.
А еще он станет доктором теологии!
Дай мне поговорить с ним!
Завтра, Леопольд!
Ему нужно спать.
Он не может работать каждую ночь!
(Рисунки Альфреда Кубина)
Женщина сексуальна вся целиком.
Мужчина сексуален только
в генитальной области.
А всё остальное в нем - Дух.
Мужская цель - слава
бессмертие.
Гений
как высшая форма совершенства
индивидуума.
У женщины нет индивидуальности.
Ее единственная цель в жизни -
сексуальность.
Женщина использует
свою сексуальность,
чтобы привлечь Мужчину.
Ее судьба -
быть связанной с Мужчиной.
Сексуальность - всеобъемлюща.
Бесконечна.
Женщина - и Шлюха,
и Мать.
Для Матери - сексуальность
означает детей.
Для Шлюхи - вожделение.
Таким образом объясняется власть
мужской сексуальности над женщиной.
Женское Существо
предназначено фаллосу.
Фаллос - Всемогущий Бог женщины.
Женщина -
первородный грех мужчины.
Всю ночь я слышу скрип его пера,
Всю ночь я слышу скрип его пера!
Если бы ты бывал дома чаще,
то уже привык бы к этому.
Он безумен!
У него случится нервный
припадок во время экзаменов!
Твой отец прав, Отто.
Ты неделю не спал.
Если переписанная начисто
рукопись - всё, что тебе нужно,
позволь мне сделать это,
и иди спать.
Взрослый мужчина,
а ведет себя, как ребенок!
Не нужно больше менять ему пеленки.
Ты беспокоишься о нем, Леопольд.
Я так рада, что ты
наконец-то это признаешь.
В конце концов, ты его отец.
Доктор или Профессор -
пока ты живешь в моем доме,
я запрещаю тебе работать
после одиннадцати вечера!
Двенадцати, Леопольд, двенадцати!
Обещай отцу, что не будешь больше
работать после двенадцати!
Одиннадцати!
Тогда одиннадцати тридцати!
Когда ты последний раз
чистил зубы?
Не двенадцати, не одиннадцати
тридцати, но одиннадцати, и точка!
Хочешь, чтобы он ушел из дома?
Пусть уходит, если хочет!
А теперь, пожалуйста,
уважай отца!
Я знаю его.
Он говорит "после одиннадцати",
потому что он зол.
Но если ты покажешь
больше уважения.
Будешь заканчивать работу в 11
вечера хотя бы несколько дней
и позволишь мне переписать
всё на чистовик,
отец точно позволит тебе
работать до 12 часов.
правда, Леопольд?
И, возможно, позже до часа ночи.
- Польди?
- До одиннадцати!
Твой отец не имеет в виду
ничего плохого.
Он просто не может спать пока ты
проводишь часы в этой холодной комнате!
Польди, не ставь ботинки на софу!
Но в час ночи ты действительно
должен заканчивать.
Даже наш доктор всегда говорит:
"Госпожа Вейнингер,
это вредно для вашего сердца!"
А теперь
мы все
спокойно
пойдем спать.
Папа и маленький Отто
скажут друг другу спокойной ночи,
как хорошие мальчики!
Спокойной ночи, папа!
Папа скажет то же самое
маленькому Отто
и мама тоже скажет спокойной ночи.
Отто нужно утром вставать
и идти в школу!
И маленький Отто сейчас скажет
папе спокойной ночи!
Маленький Отто!
Скажи правильно:
Спокойной ночи, папа!
Не-е-ет!
Почему?
Польди!
Ты слышал?
Точно так же он кричал,
когда родился!
У акушерки чуть не случился
сердечный приступ!
Он сказал, я ясно слышала.
Он сказал: "Нет! Почему?"
Ты плохо вымыл шею.
И за ушами не помыл.
Я счастлива,
что у тебя такое мнение о женщинах
без наших предупреждений.
Видишь, Леопольд,
какой у нас умный сын?
Вокруг много плохих женщин!
Действительно плохих!
Не сказать аморальных!
Непристойных.
Женщин, которые даже хуже,
чем, ну, ты понимаешь...
Гораздо хуже!
Как госпожа Шиндлер, например!
Да, да, Польди...
Ей не стыдно приходить
в гости в таком платье.
Которое может порваться,
если не задержать дыхание!
Теперь она смеет появляться
прямо перед твоим отцом.
И поднимает подол вот так!
И показывает бедра вот так!
Прямо перед носом у твоего отца.
А ты в это время смотришь на нее!
Твой отец читает мне твою книгу.
Прости, что я сказала ему, Польди,
но в порядочной семье
не должно быть секретов.
Я за вами наблюдала.
Вы говорили о музыке.
Музыке! Единственный ее интерес -
соблазнить тебя!
Поймать тебя
в паучью сеть очарования.
Точно так, как Отто пишет в книге.
Дети всё слышат и видят!
Я счастлива,
что Отто понимает такие вещи.
И что держится подальше от женщин,
подобных госпоже Шиндлер.
Это возмутительно!
Как она себя ведет! Шлюха!
Отто должен слышать
все эти ужасные вещи.
До того, как он окончил школу.
Сильнее!
Еще!
Еще сильнее!
Да! Да! Сильнее!
Получилось! Получилось...
Замечательно.
А теперь можешь идти.
"А теперь, спи хорошо, мой
маленький Отто, мой прелестный"
"И закрой свои черные глазки"
"Малыш, у которого
уже есть все зубки...
не дает маме спать много ночей."
"Малыш, у которого
уже есть все зубки...
не дает маме спать много ночей."
Вот книга.
Новое послание.
Проповедник нового
вырвался на свободу
из чрева еврейства
и противостоит ему.
Так же, как Мужчина,
появившийся на свет
из материнского чрева,
вынужден противостоять матери,
чтобы стать мужчиной.
Только из еврейства,
низшей части человеческой расы,
может выйти Новый Человек.
Храбрый,
решительный,
чистый.
Суперчеловек.
Век, который не только
наиболее еврейский,
но и наиболее женственный из всех
нуждается в Боге
и жаждет
Бога.
Я мог бы жить
без написания этой книги.
Хотел ли я этого?
Она осуществилась.
Я излил душу в этой книге.
В этих словах,
словах, что станут поступками!
Неразрывно связанными
с моим именем.
Я вынесу последствия.
Самоубийство!
Виселица!
Или Бессмертие!
Слава!
Какой никогда не достигало
ни одно человеческое существо!
Не открывай, Отто.
Это просто галлюцинация.
Но я слышу стук.
Кто там?
Аделе!
Кто?
Домоправительница!
Я сдала тебе комнату!
Я ясно сказал
не беспокоить меня до 9:30 утра!
Здесь джентльмен хочет тебя видеть!
Из Швеции!
Он говорит, что это срочно.
Какой-то господин Страндбург,
или Стриндберг,
или что-то в этом роде.
Стриндберг?
Август Стриндберг?
Да, похоже на то.
Он приехал из Стокгольма,
чтобы тебя увидеть.
Впусти его.
Господин Стриндберг!
Заходите, пожалуйста.
Доктор.
Я прочел вашу книгу.
Загадка разрешилась.
Какое облегчение!
Мои поздравления.
Позвольте уверить вас
в моей благодарности.
Вы гений.
Вы появились в последнюю минуту.
Меня преследовал жуткий кошмар.
Я был вовлечен
в ужасное преступление.
Я собирался покончить с собой.
Потому что вашу книгу критиковали?
Да.
И это тоже.
Критик, некий Мебиус,
нападал на меня лично.
Все остальные проигнорировали ее.
Просто не заинтересовались.
Не тратьте на них свои мысли!
Вашей работе
потребуется по крайней мере
20 лет, чтобы ее признали,
и она достигнет пика влияния
через 40 лет.
Я и сам себе это говорю.
Но я один из тех людей,
чье самоуважение сильно подорвано.
Вместо того, чтобы чувствовать
себя свободным,
свободным создавать свою книгу,
внутри я сердит.
Я чувствую себя больным от гнева,
готов разорвать Мебиуса на кусочки.
Я сам разрываюсь между
гневом и смирением.
Вы знаете,
иногда я думаю,
что действительно должен
покончить со всем этим.
Несколько лет назад
я был в такой же ситуации,
что и вы сейчас.
Я записал в дневнике:
зачем я продолжаю?
Я был на пути к вершине!
Но женщина -
разрушила меня морально.
но я продолжал жить.
Я понял, что моя привязанность
к той женщине была жертвой,
долгом,
испытанием!
Нам не позволено
жить, как живут боги.
Мы должны
пройти через
грязь
и остаться чистыми.
Я был очень близок
к тому, чтобы сделать то же самое.
Абсолютно один
с моим открытием.
Это не просто мнение.
Это открытие!
Вы
первооткрыватель!
Я понимаю вас!
Ты попался, педераст!
Я поймал тебя в ловушку!
Бесполезно отрицать!
Он показал свое истинное лицо!
Великий критик женственности.
Глашатай арийской мужественности,
Господин Религиозный Основоположник.
Кто вы?
Я Мебиус!
Твой критик!
Что уставился?
Изыди!
Сатана!
Моя книга называется "Секс и
упадок", твоя "Секс и характер".
Ты бессовестно своровал "Секс и"!
В моей книге это повторяется
пять раз. "Секс и", "Секс и"...
Педик!
Я глашатай Нового Века!
Мой труд будет жить тысячелетия!
"Глашатай Нового Века"
Ты?
Все, что ты можешь делать -
это воровать мысли и украшать их!
Ты позер и обманщик!
Делаешь свою испорченность
забавной!
Бежишь от себя!
Воруешь у других!
Ты своровал целую религию!
Но она никогда не будет твоей,
никогда!
Никогда! Никогда!
Ты - абсолютная фальшивка!
Игрок, обманывающий других!
Лишь бы оказаться
в центре внимания!
Твое исполнение было посредственным,
и другие посредственности
будут критиковать
твою посредственность.
Рост, телосложение, характер,
шизоидный, маниакально-депрессивный,
кости, мышцы, твои отвратительно
уродливые губы
толстые и красные,
как дырка в попе бабуина!
И твои гениталии... да, да, да!
В борделях Вены наведут справки,
нормально ли они были развиты.
Все станет известно!
Они искалечат твою жизнь.
Только посмотри,
что они сделали с Клейстом,
который, в отличие от тебя,
был настоящим гением.
"Атрофия гениталий."
"Атрофия гениталий."
"Гениталий... гениталий...
гениталий..."
Убей себя.
Фрейд - единственный венец,
которого будут помнить.
Только Фрейд!
И если о тебе вспомнят
через 500 лет,
то только из-за единственного
примечания в работах Фрейда
"Комплекс кастрации - глубочайшая
подсознательная причина антисемитизма."
"Презрение к женщинам также
не имеет более глубоких причин."
"Вейнингер, талантливый философ
с сексуальными нарушениями,
был невротиком, у которого
преобладали инфантильные комплексы."
"Комплекс кастрации объединяет
презрение к женщинам и к евреям."
Успокойся, Отто.
Успокойся.
Это не Стриндберг и не Мебиус.
Только старый добрый Титц!
Не надо размышлять так много, Отто!
Евреи, христиане...
Все это не имеет значения.
Единственное, что имеет значение
сейчас - это явное насилие.
Пойдем со мной.
Я отвезу тебя в деревню.
Ты сможешь там работать в тишине,
или не работать, как захочешь.
Я о тебе позабочусь.
Мы будем питаться лучшей едой.
Пить лучшее вино.
Мы создадим
новую эстетику удовольствия.
И если ты перестанешь
с этим бороться,
то сможешь в конце концов
наслаждаться жизнью.
Это единственное,
что можно сделать в нашем мире.
В ином случае, ты будешь просто
еврейской младшей женой
в националистическом,
антисемитском обществе,
которое деградирует и разлагается.
Устраивайся поудобнее.
Отто.
Что у нас здесь?
Пистолет?
Теперь мы одни.
Ты
и я.
И я жива.
"Если ты любишь и живешь,
как во сне, это Вена"
"Все поют, смеются и пьют, это Вена"
"Ты юн и полон страсти"
"Это кровь Вены, танцуй со мной,
мой бедный еврей"
Пойдем!
Танцуй со мной, Отто!
Танцуй!
Танцуй!
Уже 9:30, Отто!
"А теперь, спи хорошо, мой
маленький Отто, мой прелестный..."
И закрой свои черные глазки"
"Малыш, у которого
уже есть все зубки
не дает маме спать много ночей."
"А теперь, спи хорошо, мой
маленький Отто, мой прелестный...
ты в колыбели, рядом со мной."
"Мама прольет много слез
и испытает много горя
пока однажды ты не станешь мужчиной."
Посвящается моему отцу.