Четыре приключения Ренетт и Мирабель (1987 год). Фразы и цитаты из фильма

4 aventures de Reinette et Mirabelle (1987)

Все фразы и цитаты

 ЧЕТЫРЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ РЕНЕТТ И МИРАБЕЛЬ
ГОЛУБОЙ ЧАС
Извините!
Отсюда очень далеко до мастерской?
Прилично. Километров десять.
Кажется, у меня лопнула камера.
Посмотрим?
- Сумку подержи.
- Давай.
Заплатка есть?
Должна быть, но...
Как узнать, где прокол?..
Ты что, никогда не чинила камеру?
Ладно, помогу.
А крышечка у тебя есть?
Нет, и не было.
Вставай. Идём.
Тут близко.
Видишь? Пузырьки - дырка здесь.
Вот, прижми её пальцем как следует.
Думаешь, получится?
А как же?
Теперь её надо вытереть,
а уже потом смазать клеем.
- Постой.
- Дай я сама.
А где у нас шкурка?
Надо слегка зачистить. Сможешь?
Так, чтоб плотнее было.
А теперь клей и латку...
Тюбик совсем новый.
Он ещё запаян.
И, похоже, вообще не был
рассчитан на применение.
Надо взять что-то острое,
чтоб проколоть.
Да, иголку.
Погоди, сейчас принесу.
Тут даже вилка подойдёт.
- Может, ещё?
- Хватит.
Капельку на латку...
Чтобы надёжней.
И приклеим...
Ты её сдвинула.
Не страшно. Прижми покрепче...
Вот и всё.
Бумагу снимешь?
Конечно. А сейчас пусть сохнет.
Что это такое?
- Где?
- Ну, вот здесь.
Это мой дом.
Ты тут живёшь?
Да.
Вот моя кухня...
А там наверху - спальня.
- Так это жилой дом?
- А что же, по-твоему?
Ну, не знаю.
Больше похоже на амбар.
Это был амбар, а потом сделали комнаты.
Хочешь посмотреть? Пошли.
Осторожно! Репейник.
Хорошо, когда траве дают
свободно расти. Мне это так нравится.
Мне тоже. Обидно, что сосед
скоро всё скосит для коз.
Какое чудесное дерево!
Это дерево моей прабабушки. Красиво?
Дерево твоей прабабушки?
Его посадили в тот день, когда
она родилась: больше ста лет назад.
Это груша.
Вот, а теперь сюда.
В эту дверь...
- Прошу, мадемуазель...
- Благодарю.
Тут раскардаш, потому что это чулан.
Вон лестница - поднимайся.
Да она прочная, не бойся.
Ты живёшь здесь одна?
Ага... У мамы лавка в Ребе,
а я люблю проводить лето здесь.
А у тебя очень мило.
Спасибо.
Это твои работы?
Да, я рисую.
А чем ты занимаешься?
Пока студентка.
- И что изучаешь?
- Этнологию.
- Что это такое?
- Наука о сегодняшних этносах.
О чём?
Об этносах.
"Этнос" - греческое слово.
Оно означает народ.
А, кажется, поняла.
А как тебя зовут?
- Мирабель.
- А меня Ренетт.
Можно взглянуть на твои картины?
О, да, конечно...
Вот это "Беглянка". Так называется.
Нет... наоборот.
Лучше встать чуть подальше.
Это "Отказ".
- Да? Почему?
- Или "Выбор".
Например, ты отказываешься иметь
глаза, открытые или закрытые,
и выбираешь голову, которая, по-твоему,
подходит к этому туловищу.
И приставляешь её?
Ага.
А это?
Это...
Я буду смотреть отсюда. Ничего?
Нет, лучше встань подальше.
Даже не знаю, как её назвать.
Я просто пишу.
Может, не стоит пытаться понять?
Ужасно напоминает комиксы.
Да? Не знаю.
Я видела комиксы только...
братьев Гримм и Перро.
Разве они делали комиксы?
Ну, не помню. Что-то в этом роде.
Мою любимую показать?
Нет! Сначала другую...
Подожди... Тут есть одна забавная.
Я её тоже люблю.
Она называется
"Лишних несколько миллиметров".
Почему лишних? Вот из-за этого?
Нет, из-за того,
что одна чуть выше другой.
А это мой любимый муравей.
- И часто ты их рисуешь?
- Да, они мне очень нравятся.
Я потому и люблю эту картину,
что мне здесь удался муравей.
Всё это происходит на луне?
Да, пожалуй, что так.
Хочешь посмотреть мой закат?
Сейчас покажу.
Вот уж где есть несколько лишних
миллиметров, и притом квадратных.
А почему квадратных?
Она же такая кругленькая.
По-моему, это самая красивая
часть женского тела.
Я часто помещаю её в центр.
Разве тебе не нравится?
Да это сюрреализм самый настоящий!
Конечно... это сюр...
Очень даже сюр...
В будущем году я еду учиться в Париж.
Ты и правда удачно устроилась.
Здесь так красиво!
А ты? Где живёшь ты?
В Париже.
- Но ведь сейчас ты не из Парижа...
- Верно.
У папы с мамой имеется
домик возле Ла-Ферте,
а при домике, естественно, садик,
а в садике - клумбочки,
а на клумбочках, конечно, цветочки...
И совершенно то же самое
у всех соседей. Ужас!
Тут всё по-другому.
Я такого не видела...
Дикая природа. Всё естественно.
Слушай, оставайся здесь!
Что ты, нет, я совсем
не для того сказала...
Правда, оставайся, есть раскладушка.
Нет-нет, это тебя стеснит.
Вовсе нет, потому и предлагаю...
Я как раз закончила картину.
Когда я не рисую,
то не прочь поболтать.
Если тебе надоест, уедешь.
Но мне нужно домой –
родители будут волноваться.
Им можно позвонить.
Тут есть телефон?
Не у меня, у соседей. Пошли?
Потрясающая тишина.
В Париже такой никогда не бывает.
То машина по улице проедет,
то музыка у соседа.
В общем, шум непрерывный.
Разве это, по-твоему, тишина?
Слушай...
Столько звуков...
Ну, полной тишины, наверное,
нигде не существует.
Может, высоко в горах?
Ты ездила в горы?
Нет, ни разу.
Но тут она тоже есть.
Ночью, что ли?
Нет, ночь полна звуков:
кошачьи свадьбы, крики филина...
Я не ночь имею в виду.
Есть такой голубой час.
Голубой час?
Вообще-то, это не час, это минута.
Перед самым рассветом
есть минута тишины.
Дневные птицы ещё не проснулись,
а ночные уже уснули. Это...
Это и есть тишина.
Когда я была маленькой,
просила маму будить меня в это время.
Каждое утро?
О, нет, это было бы невозможно...
Несколько раз в году.
Особенно летом - воздух чистый, ясный.
Очень трудно всё это объяснить
тому, кто сам не видел.
Правда, такое безмолвие...
оно пугает.
Знаешь, это как последнее
совещание присяжных в суде,
когда все ждут приговора.
Или жизнь,
или смерть.
И если наступит конец света,
то наверняка в такую минуту.
- Знаешь, почему?
- Нет.
Ведь это единственный момент,
когда у природы
дыхание останавливается.
Клянусь... это пугает!
Есть такая поговорка у крестьян -
ты, наверное, сама слышала -
"Что бы ни стряслось,
а завтра рассветёт".
Так оно и есть:
хоть из кожи лезь вон,
ты не помешаешь новому дню наступить.
И это самый прекрасный урок смирения,
который нам даётся.
Природа нужна нам... а не наоборот.
Слушай, если хочешь,
давай сейчас пойдём спать...
а в голубой час я тебя разбужу.
Я не против, но как встать в такую рань?
Я и будильника почти никогда не слышу.
Положись на меня.
Мирабель, пора...
Слушай...
Это жаба.
А это лягушка.
Сова.
А это ещё что такое?
Его только не хватало!
Да побыстрее же! Дьявол!
Постой, не нервничай так.
Пойми, минута - это так мало.
Ну, вот, смотри, он удаляется...
Совсем уехал.
Он уехал, но всё пропало! Всё!
Он всё испортил!
Ну, ладно, не надо, ничего страшного.
Знаешь, это было очень здорово, правда.
Но ведь это же не тишина!
Я всё прекрасно поняла.
Дело не в том, чтобы понять.
Понять можно всё на свете.
Каждый понимает, что красная
клубника вкусней зелёной,
но одно дело понять,
и совсем другое - попробовать.
Ну, ладно, хватит... не плачь.
Это не честно!
Ты что угодно скажешь,
лишь бы меня утешить.
Да ты же, наверное, этот
голубой час тысячу раз видела?
Я тебе его хотела показать.
У нас ещё будет возможность
им полюбоваться...
Когда это, интересно,
если ты завтра уедешь?
Ну, вот что, если тебе
так хочется, я останусь.
Идёт?
- Правда?
- Да.
Только нужно позвонить.
- Окей?
- Да.
- Успокоилась?
- Да.
- Может, пойдём спать?
- Да.
Рёва несчастная!
Гляди-ка. Гуси.
Мне всегда кажется,
что они обсуждают свои дела.
Да нет, они просто гуляют.
Нет-нет, обсуждают,
и самым серьёзным образом.
Эй, куры!
По-моему, они убегают.
Они тебя боятся.
С животными надо поосторожнее.
Они же тебя не знают.
Пусть привыкнут.
Что, дружок, пришёл поесть?
И нечего важничать.
Похоже, они и тебя видят
не слишком часто!
А что там внутри?
Там - козочки.
Гляди, они нас увидели.
К ним можно подойти?
Привет, козы!
- Пошли.
- Ага.
Сплошной навоз!
Да ну. А как же иначе?
Они просто прелесть!
Первыми едят рыжие,
потому что их больше.
При чём тут цвет и количество?
- Так надо.
- Чушь.
Если бы было больше белых,
первыми ели бы они, но их меньше.
Я читала, что так бывает
у цыплят, но не у коз.
Там это связано с породой
или ещё с чем-то.
Выходит, у твоих коз то же самое?
В общем, начинают с рыжих.
Им всегда везёт.
А рога у них подпилены потому,
что эти козы вечно дерутся - видишь? -
и могут друг друга поранить.
Видишь? Со спиленными рогами -
это самые забияки.
А там есть одна старушка.
Она уже почти не ходит.
Я её покормлю...
Держи, ты славно потрудилась
на своём веку...
А ты не лезь.
Я покормлю тех, которые сзади.
Как хочешь, но... Здесь закон сильного!
С ним не поспоришь.
В моём присутствии он не действует.
А вон ещё одна.
Её приходится держать отдельно.
От неё никому житья нет!
Здоровенная такая...
Эта, что ли?
Да. Корова да и только!
- Ну, как? Нравится?
- Как её зовут?
- Дианой. Можешь её окликнуть. Ну-ка...
- Диана, пойди сюда, Диана!
Дуется. Подойди же!
Осенью на фоне листвы её и не заметишь.
Красавица!
- Ну, подойди.
- Иди сюда.
Не хочет.
Придётся мне самой подойти.
- А ты не боишься лошадей?
- Не волнуйся.
Вообще-то, это дело твоё...
Правда, она смирная, но...
Как-никак, ты нарушаешь её уединение...
Овцы рядом пасутся,
значит, всё в порядке!
Ты хорошо знаешь лошадей?
Я их очень люблю.
Она это чувствует, видишь?
Пошли, познакомлю с соседями.
Привет, Китти! Привет!
Мсье Усо.
Здрасьте.
Здрасьте. Мирабель.
Очень рад.
Мадам Усо.
Она из Парижа,
хочет посмотреть деревню.
Для такого дела мы годимся!
Что ей можно показать?
А вот и клубника.
Она всё ещё цветёт...
Очень красиво!
По правде говоря, нам пришлось
с ней как следует повозиться.
Правда? Наверное, потому,
что зима была холодная?
Ну, насчёт этого я не знаю.
Думаю, холода здесь не при чём...
Влажность большая.
Очень сыро здесь...
А это что? Неужели, розовый куст?
Да, это розы цвели, так что...
Ничего себе - клубника!
Собирать пора...
Можно сорвать?
Конечно, если душа просит.
- Надо же, красота какая! Держи, Ренетт.
- Спасибо.
А другая - мне.
Спелая!
А тут вот ранняя капуста.
А подальше...
- А это что такое, фиалки?
- Да что вы!
Бог с вами, мадемуазель! Это ранний
лук, называется "летний порей".
Именно так - "летний порей".
А почему летний?
Он бывает только летом, да?
Потому что как только он поспевает,
его тут же рвут и едят.
Месяца через полтора-два
он уже не годится.
А салат какой большой, оказывается.
Это цикорий.
Его листья идут на салат.
- А вот там, что это такое?
- Где?
Вон, с белыми цветами.
Это? Чёрт! Наверное, фасоль,
а может, картошка.
Понятно.
Пойдёмте посмотрим?
Я вообще в этом не разбираюсь совсем.
Расскажите, что тут у вас интересного.
Ну, вот редиска, огурцы,
опять редиска, эндивий.
Что вы говорите! Вот это и есть
эндивий? Ведь у него один корень едят.
Правильно, собирают корни,
относят и складывают
в подвал на зиму...
И он там всю зиму хранится?
Очень полезная вещь для здоровья,
а если уметь приготовить,
то и очень вкусная.
Да, верно. А листья?
Листьями мы кроликов кормим.
Они их очень любят.
- Мсье Усо, позвольте украсить вас.
- Не выдумывай.
- Розовый с голубым вам очень пойдёт.
- Вот придумала!
Видите, как красиво!
А где ваши коровы?
Где им быть? Пасутся.
Спускаются вот тут в поле и
потом по тропочке прямо в лес.
Туда можно пройти?
Да, по тропинке.
Я бы хотела посмотреть на них.
Ну, что ж, если охота,
пожалуйста, посмотрите.
Там для них и навес есть,
на случай дождя.
Похоже, сегодня он им понадобится.
Нет, сегодня дождя не будет.
А, по-моему, всё-таки будет.
Нет.
- Нет?
- Да.
А я бы всё-таки за плащом сбегала.
На всякий случай.
Бережёного, как говорится,
Бог бережёт.
Зря вы паникуете.
Какие прелестные маки!
А можно я соберу немного?
Конечно... Но они сразу завянут.
Сейчас, по-моему, так хлынет.
Есть капюшон?
Нет, я люблю дождь,
и для волос полезно.
Пойдём дальше?
Обидно, что скверная погода сегодня.
Ничего страшного. Зато буду знать,
как выглядит деревня в дождь.
- Ты выпускные сдала?
- Да, ещё в прошлом году.
Но в школу не ходила.
Это как же? Неужели можно заочно?
Ага. Так проще. Я несколько раз была
в школе, но заниматься там не могла.
Правда, так глупо. И это расписание!
Каждый час уже новый предмет.
Мне это не мешало.
Но это нелепо.
Что ж ты думаешь делать дальше?
Хочу поступить в училище.
Когда я рисую...
я вижу, если плохо.
Но почему плохо, не знаю.
Так что... Если я освою технику,
мне будет легче.
Там, наверное, порядки как в школе.
Придётся терпеть.
Трудно, но неизбежно!
Техника тебе пригодится.
А где ты будешь жить?
У двоюродных братьев в Сартрувиле.
Но ведь Сартрувиль - это жутко далеко.
Почему?
20 минут от Парижа.
Нет, это долго.
Целый час на дорогу.
Ну и что - мне подходит.
И потом мои братья...
они такие славные.
Знаешь, я снимаю квартиру
с одной девочкой.
Она уезжает в сентябре.
Так что, если хочешь,
ты можешь поселиться там со мной.
Это всё-таки в самом Париже.
Смотри, как тебе лучше...
Вообще-то, я люблю жить одна...
У тебя будет своя комната, отдельная.
И я смогу там делать, что хочу?
Конечно, ведь мы будем
платить за неё поровну.
Что тут могут быть за проблемы?
Приводи кого хочешь.
Делай что хочешь.
У меня есть приятель,
но мы не живём вместе.
Он ко мне приходит...
А у тебя кто-то есть?
А это моя личная жизнь.
Если о ней говорить, она уже
не будет больше личной. Вот так.
Слушай, а ты здорово танцуешь!
Да я вовсе не умею.
Что-то не похоже!
Не знаю. Это само получается.
Я никогда не училась.
А я никогда даже не пробовала
и на танцах ни разу не была.
Сочувствую.
Довольно трудно поверить,
что ты никогда не танцевала!
Я путешествовала.
Была в Мексике.
Тунисе, Греции и на Антилах.
Постой, а не пора ли нам ложится?
А то мы можем проспать твой голубой час.
Я решила жить настоящим,
то есть быть парижанкой.
А парижанка должна уметь танцевать.
A как же голубой час?
Тебе, правда, хочется?
Вообще-то, я хотела
сделать тебе приятное.
Мне приятное?
Тогда танцуем до упаду, идёт?
ОФИЦИАНТ
Убегаешь?
Да, опаздываю.
Ты надолго?
До 15:00.
Если хочешь, увидимся...
после обеда.
- Может, ты подойдёшь к училищу?
- Лучше бы в кафе.
Там есть одно, называется "La Egalite"
или что-то в этом роде...
А где это?
Это... возле Башни Монпарнас, улица...
Улица Гете. Была там?
Нет, но я поищу. А номер дома?
Не знаю - это кафе...
Там ещё площадь и станция метро.
Какое метро?
Но ведь ты пойдёшь пешком –
оно тебе ни к чему.
Ты выходишь с улицы Гранд-Шомьер
и идёшь вперёд...
Пересекаешь большой бульвар.
Тут другой бульвар,
а между ними улочка, ты идёшь
и в конце её - площадь,
станция и кафе напротив.
Ясно. В общем, улица Гете.
Если не найду, спрошу у кого-нибудь.
Пока.
- Ты найдёшь.
- До встречи.
Мсье, будьте любезны, улица Гете?
Вам повезло - я как раз оттуда.
Посмотрите-ка - это налево.
- Видите авеню Мен?
- Авеню Мен?
Широкую улицу с деревьями? Но в той
части, где начинается улица Гете,
там уже нет деревьев. Вы идёте прямо,
направо, налево, ещё раз налево –
два раза налево - и вы у цели.
Вы поняли?
Да, спасибо большое.
- Вы что-то ищете, мадемуазель?
- Да, улицу Гете.
Ну, это близко - я как раз оттуда.
Вон там.
Вон там?
Да. Да, направо, идите вдоль
кладбища и снова направо...
Послушайте, это всё-таки скорее налево.
Налево по авеню Мен. Это гораздо ближе.
Разумеется, если вам надо сделать крюк!
Какой же крюк? Авеню Мен - налево,
и к улице Гете тоже нужно идти налево.
Неправда, так гораздо ближе.
Задние окна домов
улицы Гете выходят на кладбище.
У меня друг там жил.
При чём здесь ваш друг?! И вообще,
почему вы посылаете девушку
через кладбище на улицу Гете,
которая находится там?
Все пути ведут в Рим,
но зачем же пересекать кладбище?
Я не говорю, что его надо
пересечь, надо его обогнуть.
И, прошу прощения, но мой маршрут
кажется мне более удобным,
- чем крюк, который предлагаете вы.
- А огибать кладбище - не крюк?
Это здесь. Мсье!
Вдоль - это ближе, чем поперёк.
С чего это вы взяли?
Ведь кладбище квадратное!
Вовсе нет.
Слушайте, мсьё, вы живёте здесь?
Нет, признаться. А вы, мсье?
Я вообще из Марселя,
но я знаю Монпарнас.
И потом эта девушка... Знаете что?
Вы совсем меня запутали. Я спешу.
Я тоже. До свидания, мсье.
Сами ничего не знают!
Пожалуйста.
Благодарю.
- Не могли бы вы расплатиться сразу?
- Да, конечно. Сколько с меня?
Тут написано. Читать умеете?
4.30?
Именно так.
Вот. Возьмите.
Вы издеваетесь?
Зачем мне 200 вместо 4?
- Извините, но у меня нет мелочи, мсье.
- У меня тоже нет.
Вечно у них нет мелочи.
Откуда она возьмётся у меня?
Поищите получше.
Я бы с удовольствием, но где?
У вас в кошельке наверняка найдётся.
1,30. 1,40. 1,50. 1,60.
Да, всего франк-шестьдесят!
Кто же это выходит
из дома с такой мелочью?!
Но вот ещё 200 франков!
На кой чёрт они мне нужны!
Нет денег, нечего в кафе ходить.
Но это же деньги, месье!
Сейчас подойдёт моя подруга.
У неё, может быть, будет.
А я не обязан вам верить.
Подруга... Насквозь вас вижу!
Не слепой!
Знаю я эти штучки с подругой.
Стоит мне отвернуться,
а вас и след простыл.
Вы поймите, я сегодня один,
и на мне и терраса, и зал.
Ну, и поэтому клиентам ничего
не стоит смыться, а я потом плати.
Нет уж... Вот я и слежу.
А это не легко.
Тут на днях отличилась одна девица.
Кстати, на вас похожа.
Это была не я! Я здесь первый раз.
Я и не говорю, что это вы,
но вы с ней похожи.
И даже очень, а я физиономист.
Так что трюк с подругой дважды
не пройдёт... Учтите это!
Да говорю же, это была не я!
Вы или не вы - моё дело предупредить.
Будьте поосторожней!
Да-да, иду.
Вот псих!
40.15.
- Вот, пожалуйста.
- Спасибо.
Для них у вас есть мелочь!
Да, конечно. Они клиенты.
В отличие от вас, они не сидят тут
с одной чашечкой кофе два часа!
Да я пришла минуту назад!
А уйдёте вы не скоро, ручаюсь.
Будете ждать, пока у меня сдача
найдётся, и просидите целый день.
Но не думайте,
что сумеете улизнуть.
Но ведь я жду подругу!
С какой стати я должен вам верить?
Вы что, за 4.30 собираетесь
занимать два этих стула до вечера?
Но у вас полно свободных мест!
Действительно, сегодня
дела идут неважно,
а иметь дело с такими, как вы, -
это я, вообще, работой не считаю.
Почему вы мне не верите?
Почему не верите?! Хорош бы я был,
если бы верил всем подряд!
Один раз меня уже накололи –
больше не надейтесь.
Я с вас глаз не спущу,
так и знайте...
Слушаю вас, мадам, мсье.
- Мне шоколад со взбитыми сливками.
- Мне просто сливки.
Эй-эй, ну-ка, поставьте на место стул!
Поставьте на место.
Вот как! Мне бы всё-таки
хотелось посидеть...
А я вам говорю, этот стул
трогать запрещено.
Вы хотите запретить мне
посидеть на террасе вашего кафе?
Так это... вы и есть подружка?
Чья? Её? Ну и что?
Он не верил, что ты придёшь,
и поэтому убрал стул.
- Прекрасно.
- Раз я пришла, можно его взять?
Берите, берите.
- Что будете заказывать?
- Чашку кофе.
Опять?!
Что опять?
- Ничего. Вы получите свой кофе.
- Буду весьма признательна,
- если его получу.
- Кофе, опять кофе!
В конце концов, в Париже десять
тысяч кафе - мы можем уйти.
- Одну секунду! Секунду!
- А почему вы так кричите?
Только сначала расплатитесь.
- За что? Я ещё ничего не взяла!
- Не вы. Она.
Заплати ему и пошли отсюда.
У тебя не будет мелочи?
Нет. У меня только 500 франков,
но пусть он даст сдачу.
Сговорились? У одной 200, у другой 500.
Вы что, издеваетесь надо мной, что ли?
Слушайте, прекратите.
Вон у вас касса - идите туда.
- Там тоже нет мелочи. Всё!
- Ну, это уж ваши проблемы.
- Мы уходим. До свидания.
- Нет уж, вы заплатите сперва!
Мы не отказываемся,
но вы ж не берёте деньги!
И, вообще, если хотите знать,
у нас клиент платит вперёд.
Это уж что-то новенькое!
Я, между прочим, учусь на юриста,
и, в каких случаях следует платить
вперёд, мне хорошо известно.
Это делают в автобусах и в метро,
но не в магазинах и не в кафе.
Ну, вот что! К тебе у меня...
Как вы со мной разговариваете?
Кто вам позволил?
К вам у меня претензий нет – можете
идти, но она останется до тех пор,
пока у меня не появится мелочь!
Пусть сидит и ждёт, сколько надо!
И не вздумайте улизнуть. Иначе...
Он просто чокнутый!
Да ну его! Пошли отсюда.
Вставай, вставай. Ну, что?!
Тут трёх франков не хватает...
Да нет у меня мелких денег.
Пошли отсюда...
Нет, ну, не удобно...
Пошли, пока он не вышел. Скорей.
Всё-таки сбежали!
А я и был уверен, что сбегут.
А ведь я следил! Следил!
4.30- конечно, пустяк...
Но до чего зло берёт.
Пока, до вечера.
Постарайся не шуметь,
когда вернёшься.
Ты что? В одиннадцать я буду уже спать.
Я утром... хочу заехать
завезти ему деньги.
Не сходи с ума.
Вставать в такую рань
из-за 4-х франков?
Тут дело не в деньгах.
Что бесит - этот тип оказался прав:
я действительно сбежала, не заплатив.
Да брось, ерунда!
Нет, не ерунда - я вечно влипаю.
Мне никогда не верят,
словно на мне клеймо.
Почему-то все сразу думают, что
от меня нужно ждать какой-то проделки.
Вот тут на днях, например,
записалась я к зубному.
Прихожу ровно в 11:00, вхожу в кабинет,
Здороваюсь - никто не отвечает.
Жду пять минут, десять минут...
Никого.
Наконец входит медсестра. Я ей говорю:
"Я записана на 11:00".
А она мне: "Нет, вы ошиблись,
сегодня не ваш день".
Я в записную книжку, смотрю:
верно, сегодня и ровно в 11 часов.
Я ей говорю: "Ну, послушайте,
у меня же записано".
А она говорит: "Вы ошиблись".
А там люди сидят, смеются.
Думают, что я просто решила
проникнуть без очереди.
Медсестра говорит:
"Если это так, у вас должен быть
такой маленький талончик,
написанный рукой доктора".
Представляешь?
А я говорю: "Мне его дали...
Я человек рассеянный, вечно всё теряю,
поэтому переписала всё в книжку".
А она ни в какую.
Я тогда так разозлилась.
Хватаю свою сумку, вытряхиваю её.
И первое, что я вижу - талончик.
Я беру его и говорю:
"Может, это я сама написала?"
Она как будто язык проглотила,
но в начале же мне никто не поверил.
В конце-то концов, ей пришлось
признать, что я была права.
И то же нужно внушить этому официанту:
пусть убедится, что я не обманщица.
- Мсье, простите, мсье...
- К тебе девушка.
Мне нужен официант,
который работал вчера.
Он только вчера у нас и работал.
А в чём дело?
- Вот как. Я должна ему 4.30 за кофе.
- Да. Вот оно что. И вы...
- Я могу их отдать вам?
- Да, конечно.
Нет проблем.
Вот.
Спасибо. До свидания.
- Надо же, только за этим и приходила.
- А ты что, с ней знаком? Признавайся...
НИЩИЙ, КЛЕПТОМАНКА И МОШЕННИЦА.
А почему ты ему ничего не дала?
Не понравилась его физиономия.
А ты подаёшь только тем,
которые тебе нравятся?
Конечно. Не могу же я
всем подавать, верно?!
Но ему действительно нужны деньги.
Видела табличку "Я голоден"?
Этих попрошаек, между прочим, в Париже
полным полно: в метро, на улицах.
И у всех на табличках
написано одно и то же.
На всех же не напасёшься!
- Ну, что, идём?
- Пошли. Осторожно. Знаешь, что?
Я считаю, это ненормально –
спокойно смотреть, как люди голодают,
когда у нас самих всего вдоволь.
Прекрати ты ради Бога или
поезжай куда-нибудь в Африку...
например, от этой - как её? –
"Медицины без границ". Вперёд.
- Тебе тут совершенно нечего делать.
- В конце концов, что тут такого?
Дать человеку франк или два - это самое
меньшее, что мы можем для него сделать.
- Ты подаёшь всем, даже музыкантам.
- За исключением музыкантов,
чья музыка мне не нравится,
и нищих, которые явно прикидываются
и разыгрывают грубую комедию.
И подаю-то совсем немножечко, самую
мелочь. О чём мы вообще говорим?
А, по-моему, ты подаёшь всем подряд.
Да нет же, если только мне кажется,
что человек и вправду в этом нуждается.
УНИВЕРСИТЕТ ПАРИЖ I — ПАНТЕОН-СОРБОННА
Мадемуазель, вашу сумку, пожалуйста.
Да в чём дело? Что вам нужно?
- Мадемуазель, позвольте.
- Вы позволите посмотреть вашу сумку?
Мою сумку? Но с какой стати?
У неё была ещё сумка.
Где другая сумка?
Значит, девушка работает не одна.
Да, я совершенно уверена,
что это она подстроила.
А разве ты сегодня
ужинаешь не в городе?
Нет, с чего ты взяла?
А я ничего не купила.
Не переживай. Что, ничего нет?
Ну, почти.
У тебя новая сумка.
Тут, оказывается, лимоны...
Для ужина это, конечно, маловато.
Шампанское!
Набор довольно сомнительный...
Утка в соусе!
И сёмга!
У меня сегодня день рождения,
и ты не забыла!
Спасибо тебе огромное!
У нас дома не принято отмечать.
А мы устроим настоящий праздник.
Вот это положим на блюдо,
это надо разогреть,
поставим цветы - всё как полагается.
Можно я пожму тебе руку?
Да. Но всем этим
ты обязана вовсе не мне.
Что-что?
Всем этим ты обязана вовсе не мне.
Вот как. А кому же?
Очаровательной брюнетке.
А я её знаю?
У неё не то зелёные, не то
голубые глаза и вот такие волосы...
Может, Агата? Но у той
глаза чёрные, а не голубые.
Нет, не похоже.
Не ломай голову. Ты её не знаешь,
и я, признаюсь, тоже.
Сейчас всё расскажу.
Когда кончились лекции, я пошла
в супермаркет покупать нам пирожные.
Стою, выбираю
и вдруг вижу эту девушку,
ну, голубоглазую брюнетку и т.д.,
которая спокойно катит
свою тележку вглубь.
И ещё вижу типа и тётку
самого подозрительного вида,
которые следят за ней.
Что, думаю, это могло значить?
Ну, пошла я за брюнеткой.
И что ж я замечаю?..
У неё в тележке, на дне,
лежит вот эта сумка.
Девушка берёт копчёную
сёмгу и суёт в сумку.
Я продолжаю идти сзади, и те двое
тоже не спускают с неё глаз.
Тут-то я и сообразила,
что это инспектора.
Короче говоря,
я наблюдаю за инспекторами,
они следят за девушкой,
а та и не подозревает.
И вот пока я за ней шла, она взяла...
шампанское, утку и всё остальное...
Наконец она становится
в очередь к кассе,
чтобы заплатить за какую-то мелочь.
Я занимаю очередь рядом. Вот тут,
значит, её касса, а вот тут – моя.
И вижу, как инспекторы прячутся
за колонной, которая стоит вот тут.
Из своего укрытия они не видят
ни меня, ни эту девушку.
И ждут, когда она выйдет с сумкой.
Тут она положила свою большую сумку
между двумя кассами.
И почти в ту же минуту я беру её сумку
и ухожу. Что было потом, я не видела.
Наверное, они набросились на неё
и увидели, что сумки нет.
В общем, я вышла, быстренько
перебежала на другую сторону улицы
и оттуда видела, как они спорили,
потом отпустили её и она направилась
к своей машине.
Я хотела вернуть ей сумку,
но движение было такое,
что я не смогла перебежать улицу.
А девушка села за руль и укатила.
Вот каким образом к твоему дню рождения
у нас сёмга, шампанское и утка.
Неплохо, а?
Но почему ты взяла её сумку?
Потому что я не хотела,
чтоб эта девушка попалась.
Но ведь ты не дала инспекторам
исполнить свой долг.
Исполнить свой долг?
Ну да!
Но с какой стати?
Помогать им, когда я могла
помочь этой девушке?
Но как же ты могла это сделать?!
Очень просто - ведь иначе
её бы потащили в полицию,
заставили платить штраф, ну, и т. д.
Ну, и правильно.
Что значит "правильно"?
Но ведь она наверняка
знала, что может попасться.
Конечно.
Я просто решила её выручить.
Вот и всё.
Тебя тоже запросто могли поймать.
Вовсе нет - за мной они не следили.
При чём тут это?!
Не будь смешной.
Весь день рождения испорчен!
Убери свою сёмгу и шампанское.
Не люблю я этих пузырей.
Ты не хочешь, потому что это
куплено не специально для тебя?
Да вовсе нет.
Неужели ты не понимаешь,
что ты сделала?
Эта девушка... Она...
Сколько ей было лет?
Ну... думаю, года 24.
В таком возрасте за свои
поступки следует отвечать.
Это не просто воровство, это клептомания,
а клептомания - это порок.
Клептомания - это болезнь.
Нет, это порок. Ты помогла порочной,
значит, ты сама порочная. То, что ты
сделала, возмутительно. Не буду я есть
твою сёмгу, чтобы не быть соучастницей.
Скажите, пожалуйста, святоша нашлась!
Причём тут святоша?! Мне и в голову
не приходило. Это вопрос логики.
Уверена, единственный способ
помочь этим людям –
– заставить взглянуть
на себя со стороны.
Они должны увидеть себя
как бы в зеркале, понимаешь?
Они должны знать, к чему
приводят подобные действия.
Если бы твоя брюнетка знала,
что ей грозит тюрьма,
она бы наверняка поостереглась.
- Абсолютно не согласна с тобой.
- Да?
То, что ты предлагаешь - не выход из
положения. Главное – обнаружить причину.
Найти источник зла...
Сегодня она получила хороший урок.
А я думаю, она будет
воровать ещё больше
и в результате вместо
одного сядет на десять.
За кусок сёмги год тюрьмы?!
И потом очень странное пристрастие
к деликатесам. Наверняка она не бедная.
Извини... Мне очень жаль,
но я не понимаю, не понимаю.
Господи Боже мой, бедная она
или богатая - дело совсем не в том!
Что заставляет её воровать,
тебе же неизвестно.
А тебе?
И мне неизвестно,
поэтому я её не осуждаю.
Как можно обвинять человека,
если не знаешь,
почему он поступил так или иначе?
Меня интересует, не почему
она ворует, а почему ты ей помогла.
Почему я помогла ей?
Ладно, попробую тебе объяснить.
У нас такая скукотища,
никаких абсолютно приключений.
Я имею в виду обыденную жизнь.
На улице, дома -
нигде ничего не происходит.
- Сплошная тоска!
- Тоска?! С ума сойти!
Ты совершенно не права. Я только выхожу
на улицу, сразу уйма впечатлений:
птицы поют, солнце светит - всё так
интересно. Просто нужно уметь видеть.
Я не об этом. Я говорю о приключениях,
которые бывают в романах, в кино.
У меня такой характер: хочется острых
ощущений, чтоб мурашки по спине бежали.
Всё равно каких, лишь бы мурашки, да?
В общем, да. А тут, согласись, каждый
день одно и то же. Это же взвыть можно!
А тут такой случай подвернулся.
Хоть какое-то развлечение.
В конце концов, мурашки можно
почувствовать и от чего-нибудь,
более достойного.
Я могла бы рискнуть...
и помочь тому, кто в этом нуждается...
а не тому, кто болен.
А больных, по-твоему,
надо сталкивать в яму?
Лечить. Лечить их надо.
Но ты говоришь, что
не хочешь им помогать.
Помогать и лечить - разные вещи.
Я считаю, их надо вылечить и так,
чтобы они не заболели снова.
Год назад я с подружкой
ездила в Шотландию.
Из аэропорта до центра города
мы с ней поехали на такси.
Едем, болтаем, и вдруг...
Я замечаю, что счётчик
шофёр не включил.
Я пригляделась:
действительно, так и есть.
Я стучу водителю в стекло. У них там,
знаешь, во всех такси такие стёкла.
Он обернулся: лицо такое
хмурое, недовольное.
В общем, не такое,
как если бы он забыл.
В конце концов,
он включил, хоть и ворчал.
Я, конечно, возмутилась.
Он явно хотел нас надуть...
Нарочно не включил счётчик, чтобы
потом назвать цену, какую вздумается.
Мы с подружкой ещё поболтали,
пока не доехали до места.
Я выхожу из машины, смотрю,
сколько там накрутило...
и даю ему деньги точно по счётчику.
У него морда стала, ну, до
того злющая. Ужас какой-то!
Он понял, что я разгадала его трюк.
Он взял деньги, развернулся и уехал.
И больше он так не поступит.
Я в этом уверена.
И только потому, что
я преподала ему хороший урок.
Конечно, он осознал.
Ты думаешь?
Разумеется. И он уже ни с кем
подобный трюк не повторит,
потому что он понял,
что обман обернётся против него
самого, а это ему невыгодно.
По-моему, твоя честность не безупречна:
надо было всё-таки подсчитать,
сколько ты ему должна.
Ведь, судя по твоему рассказу,
ты оплатила только половину дороги.
Главное - достигнуть поставленной цели.
Моя цель была - чтобы ту подлую шутку,
которую он пытался сыграть со мной,
он никогда больше не посмел
ни с кем повторить.
Ты сама готова вершить правосудие,
когда, по-твоему, кого-то надо наказать?
Да, если я вижу зло,
я пытаюсь как-то с ним бороться.
Ты можешь поступать соответственно
твоим представлениям о справедливости.
Почему ж ты ругаешь меня за то,
что я поступаю
в соответствии с моими?
И почему ты считаешь свои
представления единственно верными?
- Ну, подожди.
- Каждому своё: ты караешь, я выручаю.
Ну... нет... ты передёргиваешь...
Одно дело - наказать жулика,
и совсем другое - выручить воровку.
Разве я не права?
Теперь этот шофёр не будет так...
Ничему ты его не научила.
Он будет жульничать, только поосторожнее.
- Нет. Нет, не будет, я знаю.
- Ты так говоришь, но нельзя проверить.
Ну, почему же? А вот и не будет.
Имей в виду, ты меня
абсолютно не убедила.
Извините, мадемуазель, понимаете,
у меня украли сумку с деньгами,
а мне нужно ехать домой.
Я живу в Версале.
И нужно-то сущие пустяки: всего 6.70.
Сейчас посмотрю.
Пять, шесть. Вот, пожалуйста.
Спасибо.
Простите, у вас не будет мелочи?
Извините, месье, у вас не будет мелочи?
Мне надо позвонить.
Дайте мне два франка. Один. Один.
- Извините, мсье, у вас есть мелочь?
- Нет, увы, мадемуазель.
Всего два франка...
Ничем не могу помочь. Извините меня.
Вы меня извините.
- Мсье, может быть, у вас есть мелочь?
- Мерси.
- Меня обокрали, а мне надо в Версаль.
- Где? Здесь?
Да, только что. Не знаю просто,
что делать, как уехать...
- Сколько вам надо?
- 6.70.
- Конечно. Сейчас.
- Вы так добры.
Так, знакомая картина.
Едете в Версаль? Сумку украли?
Пять минут назад я тоже попалась.
Вы что у всех просите деньги?
Значит, вы мне сказали неправду?
Ах, мадам, не слушайте её...
У неё такая профессия...
Мне действительно нужны деньги,
клянусь...
И довольно прибыльная.
Всё равно возьмите. Если бы вы
не пришли, я бы дала ведь ей.
- Вы меня очень выручили.
- Вам бы стоило сменить ремесло.
- А вы что, из полиции?
- Нет, но это неважно...
Вы... Послушайте, вам-то
какое до этого дело?
Самое прямое. Верните мне то,
что я вам дала... Ну-ка.
Ладно, извините меня. Ну, зачем?
Ну, что вам эти несчастные 6.70?
Плевать мне на них, но на этом вокзале
полно дураков, которые вам поверят.
- Вы играете на доверии, я это ненавижу.
- Ничего я вам не верну.
А ну-ка, без разговоров. Быстро. Я вас
не отпущу никуда, пока не вернёте.
Интересно знать, как это
вы меня не отпустите.
Неужели вам нисколько не стыдно?
Совсем? Ни капельки?
Если вам нужны деньги, найдите работу,
что-нибудь сделайте. Вы понимаете?
Послушайте, оставьте меня в покое...
Вы же ничего обо мне не знаете.
Ни о моей жизни, ни зачем
мне эти деньги нужны...
- Всё равно, это бесчестно.
- Слушайте, идите, куда шли...
И не подумаю.
Ну-ка, верните-ка мне деньги.
Мне кто-нибудь поможет. Я расскажу,
кто вы такая. Вам это с рук не сойдёт...
- Ничего вы мне не сделаете.
- Сейчас увидим.
- Почему вы так взъелись-то на меня?
- То есть как! Вы украли у меня деньги!
Неправда, я не украла...
Я попросила, а вы сами мне их дали.
Я оказала услугу, вы разыграли целый
спектакль. Это злоупотребление доверием.
Нет, нет же, вы напрасно. Вы, наверное,
считаете... Я ведь не такая...
У меня действительно нет ни гроша...
У меня нет ни квартиры, ни родных...
И я совершенно одна... И я...
Надо было так и сказать.
Ну, вот. Я так и говорю...
О, Господи!
Вам бы обратиться куда-нибудь,
в соцобеспечение...
Хорошо... Оставьте их себе...
И перестаньте. Не могу я видеть,
когда кто-то плачет, а то я тоже...
Ну, хорошо, хватит. Всё,
перестаньте, пожалуйста, я ухожу...
Посмотрите сами,
я совсем немного собрала...
Я только заберу у вас один франк.
Позвонить надо,
- а мелочи не осталось. Ладно? Спасибо.
- Не за что.
ПРОДАЖА КАРТИНЫ
Слушай, Ренетт, а как насчёт платы за
квартиру? В этом месяце твоя очередь.
Знаю. Я надеялась получить отсрочку.
Нет, что ты! Тут так не принято.
Надо побыстрее внести деньги,
а то придётся платить за
возобновление контракта.
Наверное, мне лучше
вернуться в деревню...
Что?
В Париже без денег не проживёшь. Увы!
Но ведь твоя бабушка
тебе что-то оставила.
Я никогда не получу это наследство.
Всё какие-то формальности.
А твоя мама?
Как она мне поможет?
Ей самой не хватает.
Всё, надо возвращаться.
Подожди так отчаиваться.
Надо что-то придумать...
Я пыталась найти работу в какой-нибудь
лавке фруктовой или овощной.
Ничего не вышло.
Всё... Значит, надо уезжать.
Это потому, что ты не там искала.
Поверь, всё не так страшно.
Найдём тебе работу получше.
Например?
Да мало ли. Например, ты можешь давать
уроки языка. Ты ведь знаешь испанский.
Ну, хорошо, а французский?
Его ты можешь преподавать?
Я грамматику плохо знаю.
Она и не понадобится.
Малышам она ни к чему...
Зато малыши задают столько вопросов.
Я как-то учила итальянскому
мальчика, совсем крошку.
По книге, где не понимала ни слова,
но внизу там давался перевод,
фонетика и всё, что нужно.
И никаких проблем.
Я сама заговорила по-итальянски.
Ты можешь так же.
Понимаешь, я всегда всему училась сама.
Не могу я учить других.
Я не знаю, как это делается. Нет уж.
Хоть попытайся!
Я бы попыталась.
Ты знаешь Гонтрана?
Это тот парень, который был у нас?
Ну, да. Он знает массу
людей в мире искусства.
Он говорил об одном владельце галереи,
который ищет работы молодых
и которому могла бы
понравиться эта картина.
Вот и прекрасно. Тем более, оставайся
в Париже и нечего паниковать.
Я ему сейчас позвоню...
Может, и правда?..
Ой, чёрт! Автоответчик.
Добрый день... Это Ренетт.
Я звоню по поводу галереи.
Сегодня вечером я дома.
До свидания. Да.
Знаешь, я не могу ничем
заниматься, кроме рисования.
Когда я не рисую, мне кажется,
что время бежит зря.
Может, я для этого и родилась?
А может, для чего-нибудь
другого... Совсем другого.
Например, для какого-нибудь ремесла.
К ремёслам напрасно относятся
свысока, потому что люди,
которые умеют работать руками, нужны не
меньше, чем те, которые умеют говорить.
Скажем, учителя, адвокаты...
Что мне нравится в живописи –
это то, что там не нужно болтать.
Не люблю я болтовни.
Но ты постоянно говоришь
о своей живописи.
Ты придумываешь названия,
пытаешься что-то объяснить...
И болтаешь при этом без умолку.
Вполне возможно, но это потом.
А вот... когда я пишу
картину, я не рассуждаю...
Я не пытаюсь ничего
объяснить, не выдумываю.
Когда я пишу, я стремлюсь превратиться
в открытую дверь для своих эмоций,
чтобы говорило...
только сердце, а главное условие,
чтобы заговорило моё сердце -
это... тишина. Это...
единственная область,
где действительно... можно искать...
можно найти правду...
потому что слова... они всегда лгут,
они... они условны,
И когда кому-то по душе мои картины,
я уверена, что я ему по душе,
потому что тут от чувства к чувству...
Это напрямую.
Это от сердца к сердцу.
Когда смотрят мои картины,
не нужно никаких слов...
Чтобы такое общение состоялось,
нужна тишина. Да, нужна тишина.
Ты не веришь?
Да верю, верю.
А почему смеёшься?..
Потому что ты сказала, что не любишь
болтать, а сама болтаешь.
Но я же хочу тебе объяснить.
Хватит мне объяснять,
я уже всё поняла.
Ты очень часто продолжаешь объяснять,
когда всё уже давно понятно.
Извини, но кому-то может показаться,
что ты считаешь людей просто дураками.
О, вовсе нет. Нет. Наоборот.
Это из уважения я хочу быть точной,
из уважения к тому, кто смотрит.
И, конечно, я нащупываю,
ищу нужное слово.
Но имей в виду, это раздражает.
В детстве я жутко бесилась,
потому что мои родители считали нужным
всё повторять по тридцать шесть раз.
Наверное, ты их не слушалась...
От этого я послушней не становилась.
У матери просто была дурная привычка:
она любую фразу систематически
повторяла дважды. Например,
«Не забудь надеть белые туфли.
Не забудь надеть белые туфли».
А потом я поняла, что так не только
моя мать, но и все взрослые.
Может быть, я инфантильна,
но этой мании у меня нет.
Нет этой мании.
Если я и болтаю, то не повторяю
одно и то же, а ищу точное слово.
Значит, не повторяю. Не повторяю.
Вот видишь?
Что видишь? Что?
Ты повторила. Ты дважды
сказала "Я не повторяю".
Так не честно. Ты же не отвечала.
Раз я слишком много говорю, могу уйти.
Я могу не разговаривать,
просто молчать и всё.
Я так делала в детстве.
Однажды поклялась себе,
что буду молчать целых два дня.
Никто не обратил внимания.
Даже мама.
Знаешь, когда я ездила в Шотландию,
я не знала ни одного слова.
Но как-то обходилась.
Нет, люди очень много говорят.
Очень много...
Надо же.
Спорим, я завтра весь день
буду молчать как рыба.
Ну, пожалуйста, если ты так хочешь.
Только как мне это проверить?
Не могу же я ходить за тобой
целый день, как привязанная.
А почему бы и нет?
Ты ведь завтра свободна?
Будь по-твоему. Я ничем не рискую,
потому что ты не выдержишь и часа.
Но имей в виду: ни слова, ни полслова.
По рукам!
Мы ещё посмотрим.
Алло. Одну минуту.
Это тебя.
Алло! Гонтран?!
Как замечательно!
Завтра? А перенести нельзя?
Да, понимаю, понимаю.
Нет, нет, нет. Годится, годится.
Прекрасно. Значит, завтра.
Спасибо. До свидания.
Это насчёт галереи?
Давай отложим пари на другой день.
Нет. Что решено, то решено.
Но ведь это глупо. Ты всё испортишь.
Давай хоть я буду говорить вместо тебя.
Нет, тогда будет нечестно.
Так даже лучше.
Сомневаюсь!
Совершенно напрасно.
Ты пойдёшь со мной, сделаешь вид,
что мы не знакомы. Согласна?
Всё будет наоборот. Вот увидите.
Не сомневайтесь. Делайте, как я сказал.
Ещё спасибо скажете.
Почему? Вы думаете? Нет, верьте мне.
Позвоните в конце недели,
в конце недели.
Нет, не могу. Простите,
больше мне вам сказать нечего.
Вынужден с вами проститься - ко мне
пришли люди, но всё-таки подумайте.
Всего доброго. Хорошо. До свидания.
Вот и вы.
Простите.
- Пришли показать мне картины?
- Нет. Я пришла посмотреть картины.
В таком случае, извините.
Просто я жду одну молодую художницу.
Ничего страшного.
Прошу вас, мадемуазель.
А, это вы. Здравствуйте,
мадемуазель. Вы от Гонтрана?
Под мышкой у вас,
судя по всему, картина.
Не хотите показывать её сразу.
Сначала я должен посмотреть альбом...
Заметьте, я сказал "альбом",
а не "book". Никаких англицизмов.
Проходите, мадемуазель.
"Book" годится для "cover girls",
то есть, для натурщиц...
которые приносят свои фотографии.
У нас другой случай. Не так ли?
Интересно.
Весьма не дурно.
Не так уж и наивно!
Особенно для девушки вашего возраста.
Кстати, сколько вам лет?
Побольше пятнадцати, а?
Я подозреваю, вы старше, чем кажетесь.
Но двадцати ещё нет.
19? 18? 17?
На мой взгляд, это фантазии зрелого
человека. И даже очень зрелого!
Простите, моя реакция может вам
показаться несколько странной,
но вы вовсе не обязаны мне отвечать.
А вот вашу фактуру мне бы
хотелось покритиковать.
У меня есть ещё вопрос, но на него
вы тоже можете не отвечать.
Вы обучались рисунку?
Конечно, вы скажете,
что важен результат. Да?
Но специалист сразу
заметит, что вы самоучка.
Но именно это и неплохо.
В этом ваша сила...
Тем не менее, как я уже успел
сказать, наивности у вас нет.
Но, с чисто формальной точки зрения,
вы явно испытываете влияние...
Можно спросить?
В вашем возрасте такие вопросы злят.
Авторитетов молодёжь не признаёт, а?
Но, по-моему, тут повлиял Магрит. Нет?
Дали?
Опять нет?! Это уже занятно.
Теперь я даже не смею
назвать Лабиса, Дельво...
А, может, вы их и не знаете?..
Знаете? Они на вас повлияли?
Нет, но Магрита вы любите?
А Дали?
Откровенность делает вам честь.
Браво, браво, долой почтение!
Давайте вашу картину.
Поднимите.
Мне нравится.
Очень не плохо.
Фотография искажала цвета.
Мне действительно нравится.
Но, справедливости ради, надо признать,
что композиция не очень точна.
Только выслушайте.
Не прерывайте меня.
Вот здесь большое пустое пространство.
И там тоже.
Это создаёт некоторое неравновесие.
Я знаю, что вы мне ответите,
поэтому молчите. Я понимаю, всё сделано
намеренно, чтобы выявить
центральную идею, так?
Но, по-моему, тут что-то есть.
И, по-моему, тут всё рассчитано.
Дьявольски точно рассчитано.
Не возражайте - я прекрасно понял.
В общем, так: вы хотите,
чтобы я взял у вас эту картину?
Ладно, возьму её на обычных условиях.
Сколько она стоит?
2000? Что ж, разумно.
Вы получите 50%.
Не устраивает? А что? Цена?
Вы сами её назначили. Я могу поднять,
но тогда вряд ли найдётся покупатель.
Ах, вам нужны деньги? Сейчас?
Вы с ума сошли.
Максимум что я могу предложить –
200 франков, если это вас выручит...
2000 и так слишком щедро.
Я даже не уверен,
что получу за неё столько.
Надо же. 1500, 1700 ещё куда ни шло.
Похоже на реальную цену.
Но 2000 франков... Я человек
не злой, но это анекдот.
К тому же, тут ничего нового.
Старо как мир.
Позвольте мне быть искренним с вами.
Безусловно, вы не лишены таланта.
Но разве это живопись?
Скорее смахивает на фотографию.
Но тогда нужна какая-то эротическая
модель, чтоб это хорошо продавалось.
Ну, вот, только ваших
слёз тут и не хватало!
Не плачьте, мадемуазель, не плачьте.
Я же хотел как лучше...
Прошу вас, перестаньте.
Ну, признаюсь, я наговорил лишнего.
Мне очень нравится ваша картина.
Она и в самом деле хороша,
но я не могу
выложить деньги на бочку.
Оставьте - её с руками оторвут.
Не психуй. Всё устроится.
Что с вами?
Клянусь, из этого мерзкого
типа я кое-что вытяну.
Он вас обидел? Что он вам сказал?
Не можете говорить? Вы немая?
Всё ясно. Она немая.
- Что?
- Немая! Немая. Понятно?
Как это немая? Что ещё за чепуха?
Немых не бывает.
Если хотите знать, мсье,
во Франции 350000 глухонемых.
- Каких ещё глухонемых?!
- Обыкновенных!
Она вовсе не глухая.
Она слышала всё, что я ей говорил.
Она по губам могла читать.
Если она глухонемая, могла как-то
объясниться. У них же есть свой язык.
- Конечно. А вы этот язык знаете?
- Нет!
В таком случае, как же вы хотите,
чтоб она с вами объяснялась?
Откуда мне знать? Пусть пишет
или водит с собой переводчика.
У меня здесь не благотворительное
учреждение для всяких калек.
Выбирайте выражения, мсье!
Не стыдно, пользуясь её увечьем, о ней
говорить в таком оскорбительном тоне?!
Да ведь она не слышит!
Но она читает по губам!
А она сюда не смотрит. Да и, должен
вам сказать, она мне порядком надоела.
Я знаю, что ей надо.
2000. Она мне сказала.
Вернее, дала понять.
А меня это не устраивает. Я здесь
хозяин. Ясно? Здесь слушают и молчат!
А почему бы вам самому не попробовать
хоть немного помолчать?
Вы же никому не даёте слова вставить.
Дайте ей объясниться.
Объясниться?! Но как, раз она немая?!
Тем более, вы должны ей помочь,
а не обманывать бедную девушку!
Эксплуатировать инвалида гадко,
отвратительно, наконец, подло, мсье.
Я бы рад услышать её объяснения.
Пусть говорит!
Если б я была на её месте, но,
в отличие от неё, умела говорить,
я бы поступила точно
так же, как эта немая!
Да ну, ерунда!
Не мешайте мне говорить. Когда человеку
не дают говорить, он ничего не говорит.
А как говорить, если не дают?! Когда
кто-то наслаждается звуком собственного
голоса, у меня пропадает всякое
желание говорить самой, потому что...
- Позвольте мне только заметить одно...
- Говорить становиться мерзко.
Да и вообще, сама речь
вызывает сплошное отвращение.
А говорить о живописи просто чудовищно!
Живопись - это нечто священное.
Любые слова тут неуместны...
Да что вы... Нет, вы сошли с ума...
Единственно возможное поведение
у картины, мсье - это молчание...
Запомните, - молчание!
Да, да, именно молчание. Молчание!
- Нравится?
- Интересно.
Она продаётся?
4000 франков.
 

////////////////////////////