Радиоболтовня (1988 год). Фразы и цитаты из фильма

Talk Radio (1988)

Все фразы и цитаты

Компания "Юниверсал"
представляет
Наблюдается торнадо
в западной части Техаса.
Брайан Чедвик из офиса шерифа
округа в Свитуотер.
Мы обращаемся к общественности,
пытаясь поддержать людей.
И мы надеемся, что эта штука
не превратится в настоящую воронку...
но после Сарагосы,
нельзя исключать такой вероятности.
Представители Национальной метеослужбы
говорят, что шторм пройдет севернее...
и, кроме небольшого дождя, это
никак не отразится в Даллас-Фортуорте.
Это новости, спорт и погода.
Фрэнк Касл для новостного радио KGAB.
Из сердца
Штата Одинокой Звезды,
это время самого популярного
в Далласе ток-шоу,
"Ночная Беседа"
с Барри Чамплейном.
Телефонные линии KGAB открыты
и ждут звонков от вас...
набирайте 555-TALK.
А теперь: ведущий "Ночной Беседы",
Барри Чамплейн.
- Худшая новость
сегодняшней ночи...
трое из четырех опрошенных утверждают,
что чаще смотрят телевизор,
чем занимаются сексом с супругом.
Вторая плохая новость:
неким детишкам нужны были деньги,
чтобы ширнуться этой ночью,
и поэтому они приставили нож к горлу
80-летней бабули...
в районе Авеню Эвклида,
прямо здесь, в Далласе.
Этой ночью
в одном американском городе.
Умножьте это на тысячи городов
и что вы получите?
Страну, в которой
культура заменена порнухой и ужастиками,
где этику заменили барышем,
взятками и инсайдерскими сделками,
где неистребимы ложь,
проституция и алкоголизм.
У этой страны
большие проблемы, парни.
Эта страна прогнила до основания и
кому-то пора позаботиться об этом.
Выньте руку из пакета с чипсами Fritos,
отшвырните в сторону National Enquirer,
снимите телефонную трубку,
поднесите ее к уху...
и наберите 555-TALK.
Откройте рот и скажите мне,
что делать с беспорядком в этой стране.
Беседа по радио -
это последнее соседство в городе.
Люди больше не говорят
друг с другом.
Давайте первый звонок.
- У этой страны много проблем
и будет еще больше...
учитывая постоянную эксплуатацию
стран третьего мира.
- Постой-ка. Страны третьего мира? Где
ты услышал эту фразу, в колледже?
Вы сами-то знаете, что это значит?
- Что вы сошли с рельс.
- Мы не сходим с рельс,
мы остаемся на них.
Джош, возвращайся в колледж.
Когда получишь диплом, звякни.
Вот яркий пример
исключительно американского института:
неравнодушный либерал
с болью сердце...
ищет людей
со схожими проблемами.
Франсин из Оуклайна.
- Я трансвестит.
Я пытаюсь скопить денег
на операцию...
- И как ты думаешь, многих ли слушателей
волнуют твои приключения в операционной?
- Что мне на это сказать?
- Я не знаю. "Ночная Беседа".
- Ты подсыпала Барри тестостерон в кофе?
- Парня сегодня вечером возбудили.
Он немного напряжен.
- Проваливай!
- Иногда я прихожу с работы
и мы обедаем вместе, понимаешь?
- Нет. Ты обедаешь
за столом вместе с кошкой?
Со скатертью и при свечах?
- Нет, Барри.
Просто ставлю ее миску на пол.
- А, хорошо.
- Но мы едим одно и то же. Если у меня на
тарелке свинная отбивная, то и у нее тоже.
Если у меня телятина,
у нее тоже.
- Гленн, послушайся совета.
Перестань охмурять кошечку.
Найди кого-то еще.
Я слушаю, Майкл.
Что случилось?
- Да, я слышал у вас
рекламку пиццерии.
- Да, Пицца Джерико.
Мне нравится их пицца. А тебе нет?
- Говоришь так, будто тебе нравится.
- Я обожаю Пиццу Джерико.
Чтобы я хотел сказать вам,
мистер Чамплейн, так это...
мне интересно это местечко,
или, может, некоторым из моих друзей...
- Просто скажи, что хотел, Билл,
или это сложно? Ой, Майкл.
- Эй, умник.
- Просто скажи это...
- Умник?
Да, мы были умными парнями.
Сегодня до нас дозвонился
кое-кто с маленькими губками.
- Эй.
- Не говори мне "Эй."
- Это не разговор. Это монолог.
Я говорю, ты слушаешь.
Понял меня?
- Ах да, мы слушаем.
Да? Ну вперед!
- Я не хочу, чтобы ты еще высказывался
по поводу пиццы.
- У тебя есть родственники, которые
забегают туда?
- Люди зарабатывают этим.
Дядя Винни или кто-то еще?
Те люди...
Знаешь что, Майкл?
Ты - вонючая машонка!
- Дебби из парка Хайленд.
- Меня зовут Дебби.
- Привет, Дебби.
Сколько тебе лет?
- Мне 23.
- Чем занимаешься?
- Ничем.
- Ну а когда ты в последний раз
чем-то занималась?
- Не знаю.
Около месяца назад.
- И чем же ты занималась месяц назад?
- Я ездила купаться.
- Угу.
А чем ты зарабатываешь?
- Меня содержит брат.
Я не работаю.
- Дебби, да ты пиявка.
Ты не считаешь, что пора самой
начать зарабатывать деньги?
- Ну, не думаю.
У меня и так есть, все что хочу.
- Но, Дебби, в чем-то ты нуждаешься?
- Ну...
- Может все-таки чего-то не хватает?
- Парня. Приятеля.
- Парня? А что ты сможешь
ему предложить?
- Ну...
Я симпатичная,
блестящие длинные волосы...
- Парень может купить
себе парик.
- Но ты скажи ему, что я не в парике.
Их с меня не сорвать.
- Потрясающе, дорогая.
Но серьезно, Дебби.
- Ты не ищешь в жизни чего-то большего,
чем бесплатный завтрак?
- На самом деле нет.
- И ты хочешь просто лежать и ждать, пока
я найду кого-то, кто позаботится о тебе.
- Да.
- Ты динамистка, милая.
На линии Ронда из Гарланда.
Ронда, ты в "Ночной Беседе".
- Барри, я хочу
высказать свое мнение...
- Что ты делаешь, Стив?
- Поищи этого парня, Дитца.
...по поводу раздачи властями Нью-Йорка
шприцов для наркоманов.
- Это остановит СПИД.
Чистые иглы помогают.
- В этой стране считается аморальным...
тратить наши налоги во
благо наркоманов.
- Все верно, наши налоги,
но их четыре миллиона,
они вливаются в систему,
это же не шутки.
Наркотиков уже больше,
чем народу приезжает в эту страну.
Наши суды, наши тюрьмы
заполнены такими делами.
Каждую ночь в Нью-Йорк сити,
наркобарыги убивают очередного копа.
Каждый ребенок, желая приобрести дозу,
получает ее, разве не так?
- Это правда, но...
- Когда же мы
очнемся, Ронда?
Когда мы признаем, что в этой стране
запрет наркотиков не срабатывает?
- Все правда, но я думаю...
- А знаешь, что я думаю?
Я думаю, мы должны легализовать все
наркотики, как бы зловеще это ни звучало.
- Глупейшая вещь, которую
я когда либо слышала!
- Неужели?
Торчок мог бы просто прийти в аптеку...
- Вот дополнительный материал, Лаура.
- ...назвать свое имя,
получить дозу за наличные...
и никого бы не ограбил, никого не убил.
- Вы не можете разрешать детям
получать наркотики.
- Почему нет? Они и так достают их
где угодно. Почему нет?
Сегодня в Америке мы обсуждаем
стрельбу в восьмом классе.
- У нас есть моральные обязательства
перед детьми.
- А знаешь,
что опаснее наркоты?
- Героин.
- Нет, кое-что легальное.
Это табак.
Курево убивает 350, 000 человек в год.
А знаешь сколько ежегодно
умирает от коки, крэка, героина?
Четыре тысячи. Вы слышали это?
- Улавливаете суть, а?
Единственный, кто
извлекает выгоду из запрета...
это гангстеры,
они делают деньги на этом,
и еще политики, которые осуждают наркоту,
и зарабатывают этим ваши голоса.
А кому предъявляют счет?
Тебе, Ронда-хуесоска!
- Прошу прощения!
- Это могло бы закончиться уже завтра.
Дайте 200 миллионов долларов и проблема
наркотиков будет разрешена за одну ночь.
Легализуйте чертово дерьмо
сегодня же, после этого сообщения.
Я Барри Чамплейн.
Это "Ночная Беседа".
Последуйте моему посланию. А я
вернусь, как только сделаю залп.
Это что за хрен?
- Барри, Дэн и я хотели сообщить тебе
перед шоу хорошие новости.
- Барри?
- Дэн, я сейчас не могу говорить.
Мне нужно отлить.
Я найду тебя позже, ОК?
Стью, это было круто - с бейсболистами
и трансвеститами. Как линии?
- Я уже придерживаю 5.
- Дай мне 45.
- Ты их получишь.
- Барри, рад представить тебе Чака Дитца,
Важная персона - он отвечает за рекламу
на Метро Уэйв, в Чикаго.
- Правда? Рад познакомиться.
- И я рад.
Я читал все ваши газетные публикации...
и прослушал все записи ваших шоу
за последние недели.
- И?..
- И вы - это нечто.
Вы очень смешной.
- Я стараюсь.
Сейчас ровно середина шоу. Я
должен идти продолжать.
- Мда, гений за работой.
Метро Уэйв с понедельника запускает шоу,
связанное с национальным питанием.
- Кое-кто из кофейни Хамфри
хотят проспонсировать национальное шоу.
- У нас холодает, 30 секунд, Барри!
- Минутку! Это национальное шоу
выходит в понедельник ночью?
Когда это случилось?
- И я в нем выступаю? Ты знала?
- Да.
- Дэн!..
- Мы не знали об этом до сегодняшней ночи.
Не было смысла будоражить тебя,
пока все не подтвердилось.
Чак здесь, чтобы, так сказать,
стать глазами и ушами Метро Уэйв.
- Так сказать...
- Пятнадцать, Барри!
- Почему бы тебе не продолжить?
Мы можем и позже поговорить.
- У нас получится горячее шоу.
Мы поговорим с Ларри Кингом -
от побережья к побережью.
- Это всегда было горячим шоу,
Дэн. Стью, найди мне катетер.
- Экстра-горячее. Мы получим контракт
на шесть месяцев.
- Яволь!
- Вы слушаете
лучшее радиошоу в Техасе.
Барри Чамплейн на KGAB.
- Ты знал об этом?
- Да. Тебя это волнует, Барри?
Баксы не пахнут.
- Отстань.
...555-TALK.
- "Метро Уэйв Бродкастинг" -
это гигантская медиакорпорация...
специализирующаяся
на радиовещании.
У нее 357 партнерских станций...
в Соединенных Штатах и Канаде.
Две минуты назад
мне по телефону позвонил человек...
...который контролирует
эти станции...
президент
"Метро Уэйв Бродкастинг".
Он спросил, а что если "Метро Уэйв"
приобретет это шоу,
приобретет Барри Чамплейна для
синдиката, уже в понедельник ночью.
Я и раньше получал такие предложения,
и думал, как бы помягче улизнуть,
ответить чуть сдержаннее,
и мой ответ всегда был одним.
Нужно принимать решение,
либо увольняться.
И на этот раз я принял решение.
Итак,
в ночь на понедельник,
наше шоу "Ночная Беседа"
начинает вещать на национальных частотах.
Это означает, что нация услышит то,
чего раньше не слышала.
Вы считаете, что поступили бы лучше.
Я знаю, что делаю.
А теперь у нас на линии
Чет из Мескуита.
Привет, Чет.
Алло?
- Ты думаешь, ты такой умный.
- Алло?
- Почему ты всегда говоришь
про наркотики и нигеров...
и гомиках, и евреях?
Это все, о чем ты можешь говорить?
- Знаешь, что я ненавижу?
Я ненавижу людей, которые говорят,
что не хотят разговаривать про это.
Ты не хочешь говорить про черных
и голубых, тогда зачем ты позвонил?
Выходит, тебе нравится говорить об этом.
Скажи мне, о чем хочешь поговорить
или повесь трубку.
-Почему бы тебе не начать говорить правду?
- Про что?
- Ты знаешь. О людях, которые стоят
за тобой, которые оплачивают твои чеки.
- Ты говоришь о спонсорах?
- Не дури со мной!
Чамплейн - это какая часть имени?
- Я хочу, чтобы ты отменил мой вылет.
Сделаешь?
Я улечу завтра.
Позвони Фредди. Скажи, чтобы он завтра
перезвонил мне.
Он не совсем уверен.
- Твое отношение напомнило мне кое-что.
Этим летом я ездил в Германию.
Хотел взглянуть на родину Гитлера.
Ты знаком с Адольфом Гитлером, Чет?
- Я знаю, кто такой Адольф Гитлер.
- Бьюсь об заклад, что знаешь.
Я решил посетить руины
контрационного лагеря на окраине Мюнхена:
Дахау.
Едешь вместе с тургруппой,
выходишь из автобуса, заходишь в ворота.
И то, что там видишь ужасает!
Знак над воротами гласит:
"Arbeit Macht Frei. "
Это означает,
"Труд делает тебя свободным"
- так нацисты говорили своим пленным.
Ты еще слушаешь меня, Чет?
- Я веду счет твоей лжи.
- Хорошо. Я хотел убедиться,
что ты меня слушаешь.
Я ходил по этому концлагерю,
и вдруг заметил что-то на земле.
Я поднял это.
Догадайся, что я нашел, Чет?
Медную Звезду Давида.
Очень старую.
Кто знает, может, она принадлежала
одному из узников этого лагеря?
Может, маленькому мальчику,
которого отняли у родителей...
когда их уводили на бойню.
Я храню эту Звезду Давида.
Знаю, я не должен был этого делать,
но я это сделал. И храню ее теперь
прямо здесь, на пульте.
Иногда я дотрагиваюсь до нее.
Нет, правда...
Я дотрагиваюсь до нее прямо сейчас.
Мне нравится держать ее в руке,
это придает мне храбрости.
Может быть, эта часть того мужества,
с которым тот маленький мальчик
стоял перед лицом невыразимого зла...
поможет мне выстоять
перед собственными испытаниями...
перед всеми трусами и недоумками,
этими злобными фанатиками, которые прячутся
за анонимными звонками...
полные ненависти и
ядовитой желчи.
Безвольные, бесхрибетные людишки...
как ты, Чет,
который доводит меня до тошноты!
- Болтай-болтай, еврейчик.
Жизнь коротка.
- Стью, давай отправим Чету микроволновку.
А теперь у нас на линии Кент.
Да, Кент?
- Мне нужна помощь.
- Валяй!
- Я на тусовке со своей подружкой.
- Сколько тебе лет?
- 19.
- А твоей приятельнице?
- 17.
- Ага, и что?
- Ну, ты ведь знаешь, как мы
проводим такие вечеринки.
- Если ты устроил вечеринку,
то куда дел предков?
- Они в отпуске.
- Он так беспокоится об этом.
Ты только взгляни на него.
- ...кажется, на Фиджи. Я прав?
Ведь есть такое место "Фиджи"?
- Извини. Я должна кое о чем позаботиться.
- Твои родители отдыхают в местечке
под названием Фиджи, а ты тусуешься.
- Да, и вот о чем я хотел
спросить тебя, Барри.
Понимаешь, мы тусуемся уже несколько дней.
- Ага.
Ну там, ширяемся, курим.
Полный отрыв.
- Звучит достаточно грязно, Кент.
Ты обкуриваешься вместе с подругой.
Чем еще занимаетесь?
- Бухаем.
- Угу...
- Ну, я не знаю.
- Я выхлебал вчера бутылку виски,
потому что чувствовал себя, как параноик.
Джилл была под какой-то кислотой,
да еще глотнула Валиума.
Это было...
- Кент, тебе нужно позвонить доктору,
промой себе желудок.
Дать тебе номер?
- Я ведь зачем тебе позвонил...
- Зачем?
- Дело в Джилл.
- Она слишком долго спит.
- Нет-нет-нет.
- Она спит и не может проснуться.
- Не трать мое время такой ерундой.
Когда справишься с детоксикацией, позвони.
- Она синеет.
- Синеет?
Великолепно. Просто скажи Стью свой адрес
и мы пришлем вам неотложку.
Скажи адрес Стью,
неотложка прибудет через две минуты.
- Я не могу! Я не могу сказать адрес.
- Кент, алло?
Алло?..
Я действительно рад, что такие люди,
как Кент, где-то там, а не здесь, со мной.
- Мы прервемся на небольшую
рекламную паузу.
- У-ху! Пиццерия Джерико, вниз по Роут 111
у Джерико Турнпайка.
Они делают пиццу, которую вам не забыть.
Один кусочек - и вы сыты на целую неделю.
Я видел парня, который даже волосы
предпочитает укладывать жиром
с их тарелок. Пиццерия Джерико.
У нас есть новости и кое-что о погоде,
а затем мы вернемся к "Ночной Беседе".
- Здесь твоя почта.
- Прочитай сама.
- Да что за проблемы сегодня?
Повоевал со своей старушкой?
- Нет, никаких проблем.
- Подбросил мне пару крученых мячей.
- Да что за крученные мячи, Барри?
- Некоторые звонки...
- Это мистификация.
- Как ты можешь быть в этом уверен?
- Мистификация! Стью, кто такой Генри?
Ты не соединил его со мной.
А кто эта Дэнис из Форт-Уорса?
Я их не получил.
Может Лаура будет принимать звонки?
- Эти люди были шокирующими.
Ты же хотел шокирующих собеседников,
я дал их тебе.
- Нет, Стью! Я не хочу скандалистов.
Я внятно говорю? Читай по губам.
Помогай делать шоу,
дай людей, с которыми я мог бы работать.
У нас проблемы с пониманием?
- Нет, у меня нет проблем.
- Я услышал тебя четко и ясно.
- Отлично!
- Барри?
- Барри!
Милый, расслабься. Все под контролем.
- Это моя задница в эфире, не твоя.
- Ты все делаешь замечательно.
Ладно? Это просто такая ночь.
- Ты такая подлиза, Лаура.
Это лучшее, что у тебя получается.
- Ты ничего не потеряешь даже с 15-тью...
Джерри, я положу трубку, пока подожди.
Что-то случилось, Барри?
- Не могу работать, когда дышат в затылок.
Пусть немедленно уйдет!
- У меня уже есть твой контракт.
Можешь взять его и ознакомиться.
- Вы огорошили меня этим в пятницу,
пока еще ничего не произошло.
Вы засунули какого-то потца
прямо мне в студию.
Я себя чувствую, как на собеседовании!
- Барри, присядь.
- Тебя это не волнует.
Просто следите тут за мной, как я работаю.
И если что не так,
спустите Барри в унитаз, так?
- Хочешь заставить меня извиниться за то,
что я выбил тебе местечко
на национальном вещании?
Мне очень тяжело далась эта сделка,
и я счастлив ее заполучить.
Если ты не рад,
давай разорвем контракт,
не будем работать с "Метро Уэйв".
Но это большая ошибка, приятель.
Я считаю, что игра стоит свеч,
потому что наше шоу - замечательное.
Барри, ты - замечательный! И их
потрясет, когда ты зазвучишь повсеместно.
Мы заключим сделку с Дитцем.
Прими это мужественно.
Делай свою работу,
а я буду делать свою.
- Запустишь рекламу "Сани Клин"
перед новостями?
- Хорошо.
- Что у вас стряслось?
Это типично для него - "огненная ярость".
- Да все идет, как надо.
- Хорошо. Не давай себя в обиду.
Это была странная ночь.
- Ничего странного.
Сколько ты уже здесь работаешь?
- Четыре месяца.
- А как давно спишь с ним?
- Послушай, Эллен...
- Я собирался подбодрить тебя.
- ..."Метро Уэйв" приобретает наше шоу.
Мы начинаем вещать на страну.
- О, Боже! И на Чикаго тоже?
- Да, и на Чикаго.
Это не так просто...
- Ты, должно быть, так взволнован!
- Да, конечно, я взволнован.
Но здесь один "кадр" из компании
следит за мной.
- Я сейчас же позвоню.
- Эллен, можешь сказать ему,
что говорила со мной?
- Мне нравится материал. Такие ночи,
как сегодняшняя - то, что нужно.
Ты либо привыкаешь, либо проигрываешь.
Так поступила его жена - ушла от него.
Как и два продюсера, которые
работали здесь до тебя.
Но большой Стью остается, вот так.
- Я не приму это дерьмо. Я не его жена.
- Ты - нет, а вот я - да.
- Не лучшее время для разговора.
- Да, да. Извини, я перезвоню позже.
Просто это... Это важно.
- Барри, 20 секунд!
- Мне кое в чем нужна помощь.
Я никогда тебя не просил ни о чем и...
- Барри...
- Ты можешь приехать в Даллас на уикэнд,
до вторника?
- Что?
- Мне нужен кто-то, кому я доверяю. Это...
- Это важно.
- Проклятье! Давай же!
- Не думаю, что он мне разрешит.
- Забудь.
Забудь. Не приезжай.
Эллен?
- Я подумаю, ладно?
- Пять секунд, Барри.
- Хорошо. В воскресенье?
Встречай меня в аэропорту.
- Заставка, Барри.
- Да, я буду там. Мне пора. Пока!
- Вы слушаете лучшее радио в Техасе.
Телефонные линии открыты,
и мы уже принимаем ваши звонки...
...звоните 555-TALK.
- Боб, какое облегчение.
Как ты проводишь ночь?
- Ужасно! Но терпимо, благодаря тебе.
Надеюсь, ты не будешь слишком занят,
чтобы отвечать на мои звонки.
- Конечно нет, шоу не удается без твоих звонков.
Как твои ноги?
- С ними порядок - более или менее.
Но знаешь, что я скажу?
Когда тебе дают лимоны,
делай лимонад.
- Глупо плакать над пролитым молоком.
- Почему? Плачь, сколько тебе угодно.
- Ты не можешь потерять то,
чего никогда не имел.
- Что имеем - не храним,
потерявши - плачем.
- Так не теряй надежду.
Все пройдет, пройдет и это.
- После смерти отдохнем.
- А тьма всегда бывает перед рассветом.
Боб, могу я просто...
- Люди думают, что нет ничего хуже,
чем жить в инвалидном кресле.
Но это не так, я проверил.
Мне представляется, что худшее в мире...
перестать замечать все те хорошие вещи,
которые случаются каждый день.
Улыбки малышей, распускающиеся цветы,
чириканье птичек, или скамейка,
на которой сидишь в яркий весенний день.
Да какого черта, простое солнце
может сделать любой день чудесным.
- Не могу не согласиться с тобой,
особенно по поводу солнца.
Мы увязаем в повседневных заботах
и забываем о простых вещах.
- Ох, а я забыл поблагодарить тебя.
- За что?
- За шоу Барри Чамплейна.
- Спасибо, Боб.
Слушай, мы должны двигаться.
Ты, конечно, этого уже не можешь,
но можем мы. Так благослави тебя Бог!
- Еще кое-что...
- Не клади все яица в одну корзину, Боб.
- Синица в руке...
- Спокойной ночи, Боб! А у нас...
- Дебби, ты еще здесь?
- Выключи радио. И перестань плакать.
- Я - черный...
- Хорошо тебе. Чего же ты хочешь? Медаль?
- Ну нет, не хочу. Не играй со мной,
как с теми людьми.
Я хочу, чтобы ты знал...
что я кайфую от твоего шоу, и еще
хочу сказать, что уважаю вас, евреев.
- Ну, а я уважаю черных.
Думаю, у каждого есть свои достоинства.
- Еще я хочу сказать,
Ха-ха. У меня много друзей среди евреев.
- Правда? А как много?
- Ну три или четыре.
- Я бы не сказал, что это много.
- Они очень хорошие люди.
- они образованые,
и в бизнесе разбираются.
- Джон, не хочу тебя разачаровывать,
но у меня нет гарвардского диплома
и я не на лимузине катаюсь.
Ты черный. Знаешь,
что евреи думают о черных?
Они вас ненавидят! Если они встречают
черного бродягу, то спешат перейти
на другую сторону улицы.
Тебе знакомы трущобы на юге Далласа,
где крысы едят детей на завтрак?
Эти трущобы в собственности евреев!
Ты думаешь, я люблю евреев?
Ты сам не родственник Дяди Тома?
- Да что ты можешь знать о Дяде Томе?
Я думаю, братство...
- Меня не волнует, что ты думаешь!
Никого это не волнует!
А знаешь почему? Потому что ты норовишь
поцеловать хозяйскую задницу.
- Чего?
- Ты звонишь мне, и пытаешься
объясниться евреям в любви.
Ты лжешь! Ты ненавидишь их.
И ты ненавидишь меня!
- Ничью задницу я не целую!
- Не правда! Ты целуешь мою задницу.
Ты делаешь это прямо сейчас.
И если бы это было не так,
ты бы повесил уже трубку.
- Да не хочу я вешать трубку!
- Тогда я сделаю это за тебя.
"Ночная Беседа". Дебби, ты в эфире.
- Барри?
- Ага.
- Это снова Дебби.
- Ах, Дебби. Точно!
Это у которой длинные волосы,
моя королева зомби, моя мечта.
Как ты, моя красавица?
- Плохо.
Я обдумывала то, что ты мне сказал.
И хотела спросить тебя...
- Да?
- Что со мной не так?
- Чего?
- Опять Чет. Ты второй раз говоришь с Дебби.
Не думаю, что нужен еще и его звонок.
- Барри?..
- Я справлюсь. Выводите его в эфир.
- Он слишком серьезен...
- Я не могу всю ночь прыгать через обруч,
так что просто сделай это...
...Пожалуйста, скажи, чтобы выводил в эфир.
Да, Дебби, послушай, ты,
наверное, не смогла понять проблему.
Я думаю, не все может изменить
пластический хирург или
стакан с цианистым калием.
Думаю, ты молода.
У тебя вся жизнь впереди.
- Но почему я никуда не движусь?
Ну, для этого надо хотя бы подняться.
Думаю, каждый путь
начинается с первого шага.
И ты должна сделать его, тыковка.
- Я и Линда собирались попутешествовать,
но она переехала в Хьюстон.
- Мда... Послушай, Дебби!
Дебби!
У тебя ведь две руки и две ноги?
- Ага.
- Ты слепая?
- Неа.
- А пупок у тебя есть?
- Да.
- Два пупка?
- Нет, один.
- Уверена? Может сперва проверишь?
- Да один же!
- Так ты в порядке.
Ты в полном порядке.
А у нас... Чет из Мескуито на линии. Чет?
- Итак, теперь каждый в этой стране
будет слышать лепетание из твоей пасти.
- Чет, как приятно тебя снова услышать.
Надеюсь, ты не прихватил горящих крестов
и извращенных детей?
- Я просто поговорю с тобой.
- Про тренировку питбулей?
- Считаешь себя умником...
Ты получил пакет?
Я отправил его к вам в студию.
- Пакет?
- Я знаю, ты получил.
- Ты прислал мне подарок?
- Я не мог решить,
использовать ли таймер...
Ты найдешь кое-что, когда откроешь.
- Ты хочешь сказать,
что прислал мне по почте бомбу?
- Он завернут в коричневую бумагу.
Знаю, ты прямо сейчас смотришь на него.
Взять немного C-4,
заложить побольше гаек и болтов;
это работает.
- Любопытно, Чет.
Но мне не приносили пакет.
Уверен, что отправил его по нужному адресу?
- Он у тебя!..
И раз так, попроси свою
прекрасную помощницу позвонить в полицию.
Вызовите команду по обезвреживанию бомб,
и они будут у вас через 10 минут.
- Зачем мне вызывать их, Чет?
Только потому, что какой-то пустоголовый
олух сказал, что отправил почтой бомбу?
- Хорошо смеется тот, кто...
- Заткнись!
"Ночная Беседа". Дэнис, ты в эфире.
- Мне страшно, Барри.
- Чего ты боишься, крошка?
- Ничего конкретного,
но с другой стороны...
всюду, куда бы я ни пошла...
- Хм. Ага?
- Барри, ты знаешь,
мы...
мусор засоряет наши кухонные раковины.
- Скажи Дэну, что почта - это моя забота.
- Это уже не шутки.
- Ты скажешь Дэну, что это моя забота!
- ...знаешь это чувство, когда приходится
засовывать руки в это отверстие...
...и чистить сток?
Кто знает, что скрывается там, внутри?
- Дэн, надеюсь ты не звонил в полицию.
Если звонил, то я точно напьюсь.
Уберись от телефона или я ухожу.
- ...все кишит бактериями и не видно...
- Не трать мое время, парень...
...Бросай трубку или я ухожу!
- ...они растут там...
- Бросай!..
- ...они расползаются по трубам...
- ...сальмонела, грибок, рак,
пусть даже обычная простуда, как знать?
Но, Барри, даже без всего этого...
...я просто говорю, что если...
...что если все это переползает на руку,
когда суешь ее внутрь?
И так везде, везде!..
- Дэнис, скажи-ка...
Ты толкуешь о том, как боишься,
что мусор захватывает кухню твоей матери?
- Ну, это не совсем мусор.
Я люблю чистоту, Барри...
- И часто такое происходит?
- Пару раз с тех пор, как я работаю здесь.
- ...и еще в домах на нашей улице. Раньше
мы знали, кто живет по соседству.
Но это было давно.
Теперь здесь живут разные люди...
...иностранцы,
люди с акцентом.
Соблюдают ли они чистоту?
- Почему ты не спросишь у них?
- Пожалуй, хорошая идея
дойти до одного из домов...
и постучаться в дверь,
но что если там живет маньяк-убийца?
Что если там живет Тед Банди?
Что если в тот момент, когда я стучусь,
он сидит перед телевизором?
И он скажет: "Дэнис,
а почему бы тебе не зайти ко мне?"
Вот почему я больше ни к кому не хожу.
Я все время запираюсь на засовы,
но это не помогает.
Ведь невозможно постоянно сидеть в доме
и ждать, пока на него рухнет самолет.
- Нет.
- Почтальон приносит мне ненужную почту.
А вдруг почтовую марку
лизнул больной СПИДом?
Мать тоже угрожает моей жизни,
потому что грозит отправить меня...
- Отправить? Куда отправить?
- Барри...
Барри, ты знаешь, какие ужасные
песчаные бури в Калифорнии?
Они разносят споры грибов и эти споры...
попадают в легкие людей, в их кровь...
и прорастают там,
пока не убьют человека.
Странный воздух.
Странный воздух, Барри...
...Ой, я слышу, как мать открывает дверь.
- Странный воздух...
Ну и ну...
Это напомнило мне другой
захватывающий эпизод - помните человека,
который любил любить.
Мне пора домой,
позаботиться о золотой рыбке.
Настраивайтесь на нас в понедельник -
в день, когда "Ночная Беседа" станет
собственностью национального синдиката,
Это позволит хорошим ребятам
из Далласа общаться...
со всеми Соединенными Штатами.
Но не спешите уходить.
Если вас мучают психологические проблемы,
или вы планируете покончить с собой,
Здесь доктор Шейла Флеминг,
и она с радостью даст вам несколько
обнадеживающих советов.
И только если ты - абсолютно нормальный,
счастливый человек, выключай радио.
До понедельника, это Барри Чамплейн
и я напоминаю вам...
палки и камни могут поломать кости,
но слова ранят больнее.
- Пришло время подтянуть ремешки,
смазать колеса и умчаться на выходные
подальше от всех забот.
Но Барри Чамплейн вернется
со своей "Ночной Беседой" в понедельник...
на радио KGAB, в Далласе.
- Барри, приятель.
Что стряслось?
Тренер здесь. Ты скажешь пару слов
и отдашь ему кубок,
а затем будет говорить он.
- Ага.
- Но сначала представь Мела,
который в кабинке сидит.
- Понял.
Ты слушал последнее шоу?
- Великолепное шоу. Превосходное.
Слушай, я так и не получил
твой портрет с автографом..
чтобы повесить его в своем ресторане.
- Вы должны были отправить его
три недели назад.
- Ой, забыла.
- Забыла? Как забыла?
Что может быть важнее Дино?
- Завтра первым делом я отошлю.
- Не создавай проблему.
- Никаких проблем.
- Где он?
- А, вон он.
Так держать! Ты лучший, Барри!
- Заметано!
- Увидимся.
- Чуть позже.
Величайший из парней, да?
- Согласна. Он просто боготворит тебя.
- Какая муха тебя укусила?
Я в ярости! Говорил же тебе -
отправь парню фотку! Это же твоя работа.
- А я в ярости, потому что за всю неделю
ты мне не сказал и двух слов.
Мне - твоему боссу!
- Мы работаем вместе. Это сделка.
И это я босс. Я босс всего вокруг.
- Не только это. Тебе нравится
ругаться со мной.
- Простите! Вы - Барри Чамплейн, так?
- Так.
- А можно автограф?
- Пожалуйста! Раз плюнуть.
- Привет!
- Привет!
- Держи.
- Спасибо огромное!
- Я обожаю ваше шоу.
- Замечательно! Позже увидимся.
Возвращайся в клетку.
- Я слушала твое шоу,
когда еще в школе училась.
Выполняла домашние задания, и...
- Барри?
Подпиши пожалуйста для Джо Боба?
- Конечно.
- Надо было позвонить.
Я бы пришел и вручил тебе.
- Спасибо, Барри. Храни тебя Господь!
- Храни Господь тебя, Джо Боб.
- Шоу становится национальным - это важно.
Давай работать вместе.
Просто немного волнуюсь из-за этого Дитца.
Это же большая шишка, Барри.
- Правильно.
- Да не пытаюсь я облегчить себе работу.
Плохо, что я говорю с тобой,
как продюсер...
- Все в порядке.
ты же пришел сюда со мной,
как с подружкой,
а когда я говорю с тобой как подруга,
ты обращаешься со мной, как с женой.
- Не заводи этот разговор.
Мы работаем вместе, мы спим вместе.
И это все.
И когда мы начнем понимать друг друга?
И имею в виду взаимопонимание, конечно.
Если считаешь меня злым,
то я именно такой.
Хорошо это или плохо, но именно
благодаря этому я стал тем, кем стал.
И если со стороны это выглядит не очень,
то просто благодари бога,
что родилась не мной.
- Придется оставить все помыслы
бороться с тобой.
- Ты сегодня маленькая зануда?
Что за проблема?
- Извините. Вы Барри Чамплейн?
- Ух, возможно.
- Можно ваш автограф?
- Конечно, конечно.
- На шоу ты делаешь важную часть работы.
- Без тебя я бы не справился.
- Спасибо.
- Слушаю вашу передачу постоянно.
И думаю, что вы больной,
отвратительный сквернослов,
людей тошнит от вас 365 дней в году.
Раз они слушают 365 дней в году,
это означает, что они мазохисты.
- Не понимаю, почему они продолжают
выпускать вашу передачу в эфир.
- Все, кого я знаю, ненавидят вас.
Из-за вас я подумываю выбросить приемник.
- Если вам не нравится шоу,
зачем вы его слушаете?
- Потому что жду программу,
которая идет следующей.
- Следующую программу?
Но в Далласе 30 радиоканалов!
Вы слушаете меня каждую ночь.
Разумно!
- Мне по-настоящему вас жаль, думаю
вам должно быть стыдно за себя.
Ты ведь такой чудак.
- Мне должно быть стыдно?..
По крайней мере, мне не нужны усилия,
чтобы показаться на публике.
Вы неуверены в себе. Для вас я и работаю.
Вы нуждаетесь во мне.
Но у вас нет чувства юмора,
поэтому вы и не получаете удовольствия
от шоу.
Вы - неудачница, как и любой,
у кого нет чувства юмора.
Вы точно одна из таких. Прощайте.
- И еще...
- Дамочка, да что с вами такое?
- Как ты?
- Что с костюмом? Господи Иисусе!
Хорошо,
с тобой все в порядке!
Идем. Поторопись.
- Мы собрались на стадионе S.M.U.
в ожидании чего-то важного
и захватывающего,
думаю, вы понимаете, о чем я толкую.
Итак, кто готов? Как насчет футбола
"Мустангов" этой осенью?..
...Так я и думал!..
А теперь... теперь я представляю вам
настоящего футбольного фаната,
специальный корреспондент радио KGAB,
человек, который любит любить...
леди и джентльмены,
мистер Барри Чамплейн!
- Спасибо. По пути сюда я...
я обнаружил, что...
...Они любят меня.
Они на самом деле любят меня.
- Леди и джентльмены,
успокойтесь!
- Ух ты, всевозможные виды приветствия,
какие только можно придумать!
- Барри?..
Барри!
Барри.
Алло?
- Лора, это Дэн. Барри с тобой?
- Секунду.
Это Дэн.
- А?
- Разбудил? Извини.
- Нет, я всегда просыпаюсь за десять часов
до выхода на работу.
- Сегодня воскресенье, день когда ты
можешь отдохнуть от всей этой гадости.
Ты говорил, тебе не нравится,
что Дитц дышит тебе в затылок,
поэтому мне пришлось выпить с ним.
Он свой чувак. Любит тебя, твое шоу.
Ты должен посидеть с ним, поговорить.
- Это он приказал тебе так сказать?
- Я подумал, что это будет для общей пользы,
поэтому организовал встречу на воскресенье.
- Что?
- У него есть несколько
потрясающих идей, Барри.
- Да парень не разглядит идею,
даже если она сядет к нему на колени.
- Попридержи коней хотя бы на минутку.
Чак и я решили, что перед вещанием
на всю страну, мы должны
разработать правила выхода в эфир.
- Правила выхода? Ты о чем, Дэн?
Ты говоришь про радио
или про открытый космос?
- Ты можешь заткнуться и послушать?
- Не хочу я тебя слушать!
Я знал, что как только корпоративные людоеды
появятся в нашей студии, я огребу проблем.
Тебе-то какая разница?
Это ведь всего лишь шоу, так?
- Ты думаешь, я не волнуюсь?
Никто не волнуется больше меня.
- Я не хочу это слышать.
Я приду завтра ночью и буду делать
то самое шоу, которое делаю каждую ночь.
- И сорвешь сделку.
- Пускай, если так.
Я делаю СВОЕ шоу или не делаю никакое.
Прощай!
- Ты еб...
- Пойду пописаю.
- Алло?
- Мне бы Барри.
- А кто звонит?
- Послушайте, я тороплюсь.
Просто, позовите Барри.
- Барри, опять телефон!
Какая-то женщина!
- Запиши ее номер. Я перезвоню.
- Он вам перезвонит.
- Я в телефонной будке.
Некуда перезванивать. А с кем я говорю?
Ладно, просто скажите Барри,
что звонит его бывшая.
- Она звонит из будки, ты не можешь перезвонить.
Это твоя бывшая жена.
- Черт!
Дай мне!.. Эллен, привет.
- Я в аэропорту. Помнишь?
- В каком аэропорту?
- В Далласе. А ты как думал?
Сегодня же воскресенье.
Ты просил меня быть здесь.
- Ух, ну, здорово.
- Ты слишком занят
или все же заедешь за мной?
- Да. Я не занят.
Просто делаю кое-какую работу.
- А кто подошел к телефону?
Я думала, ты будешь один.
- Это просто моя секретарша. Слушай,
Эллен, ты каким рейсом прилетела?
- "Американскими аэролиниями".
Могу ими же и улететь.
- Нет, подожди. Я буду через 20 минут,
хорошо?
- Да уж лучше бы тебе быть здесь.
- Да, через 20 минут.
- Все в порядке?
- Я в порядке. Через 20 минут встретимся.
- Хорошо. Увидимся. Пока.
- Я должен поехать к ней.
Где мои ботинки?
Что? Не смотри на меня так.
Эй.
Эй, иди сюда. Она хотела быть здесь
ради национального шоу.
Что я должен был сказать?
Сказать "Нет"? А?
- Чего хотел Дэн?
- Хотел, чтобы мы пришли
и поцеловали задницу Дитца.
Я предложил ему поцеловать мой микрофон.
Слушай, ну...
Ты не могла бы прибраться здесь
перед уходом? А?
Где мои ботинки?
Я позвоню тебе позже, ОК?
- Хорошо выглядишь.
- Спасибо.
- Ты выглядишь великолепно.
- Ты тоже хорош.
Кроме помятой одежды. Кроме...
- Я скучала по тебе, так какая разница?
- И что же ты собираешься делать?
- Я ненавижу, когда ты звонишь мне
посреди ночи.
Лу так зол на меня,
мы поссорились.
В конце концов я поссорилась с Лу.
- Ты слишком хороша для Лу.
- Не начинай, Барри. Не начинай!
- Ты ходишь в оздоровительный клуб?
Такая подтянутая.
- Что?
- Ты ходишь в оздоровительный клуб
или что-то вроде того?
- С чего ты взял?
- Ты выглядишь потрясающе.
- Я бросила тебя.
Потому и выгляжу так потрясающе.
Иисусе! Теперь я могу тратить
немного времени и на себя.
Я тоже работаю. Мне не приходится
бегать за кем-то.
Эллен это, Эллен то.
Я хочу это, мне нужно то.
Мне больше не приходится работать на тебя.
- Ему ты просто накладываешь
в мисочку корм - и все?
- Прекрати.
- "Положи мне еще спагетти".
- Ты - источник моих проблем.
- Почему он не ходит в спортзал?
Вдруг он перестанет проходить в дверь.
- С ним все в порядке. Барри!
- Эй, да я ничего плохого
про Лу и не думаю.
Я рад, что он счастлив.
Я рад, что кому-то удалось
изменить твою жизнь к лучшему.
- У меня появилось время на себя.
Это любопытно, знаешь ли, это...
Когда я была с тобой, я столько времени
тратила на то, что ухаживала за тобой,
а Лу сам заботиться обо мне, иногда.
Ну...
...не знаю. Жить с тобой было трудно.
Ты как карнавал,
а он больше похож на обезжиренное молоко.
Ну что ты смотришь на меня?
- Я соскучился.
- Я тоже соскучилась.
Зачем ты позвал меня?
- Потому что люблю.
Извини. Я не должен говорить
такие вещи. Забудь.
- Барри, чего ты ждешь от меня?
Что я снова влюблюсь?
- О чем это ты? Мне ничего
от тебя не нужно.
Я имею в виду... Ты здесь,
и я счастлив уже из-за этого.
- Я... Я не знаю... Я уезжаю вечером...
или завтра...
и я больше не могу метаться туда-сюда.
Я... Знаешь,
ты завоевал успех.
И самое важное для тебя теперь,
это научиться любить себя.
Ты получил это. Ты хорош.
Ты восхитителен.
Так почувствуй это
и начни наслаждаться жизнью.
Найди кого-то с душой.
- Угу.
- Не влюбляйся в девушку ради ее тела.
Впрочем, ты кроме тела ведь
ничего не замечаешь?
- Проблема была в том, что я попался?
- Ну что же теперь поделать?
- Тебе, пожалуй, лучше
остановиться у своей мамы...
...Тони, выбери ремешок потуже
и обвяжи вокруг талии.
Судья хочет выглядеть сексуальным
для своей старушки.
- Не находите, что отвороты
слишком велики для церемонии награждения?
- Судья, да каждый мечтал бы надеть
этот костюм в такой день.
Погодите-ка.
К этому подойдет рубашка.
Что вы думаете о грядущем референдуме?
- Я спрошу тебя кое о чем.
- Идеально.
Возьмите это бесплатно.
Подарок от меня и Тедди.
- Очень мило с вашей стороны.
Судья, вы пробуждаете во мне женщину.
Настолько вы великолепны.
- Эй, хорошо выглядишь.
- Тони, почему бы тебе не проводить судью
в раздевалку.
Я прихвачу это для вас. Хорошо?
- Спасибо.
- Походила по магазину?
- Ага
- Прикупила что-нибудь прозрачное?
- Я думала мы позавтракаем вместе.
- Люблю тебя, крошка.
Позавтракай с судьей.
Он поможет подобрать наряды
для ночного клуба.
- Хорошо, это важное дело.
А что с обедом?
- Я не могу. У Мо Томпсона мальчишник.
Председатель городского совета...
Ну, ты понимаешь.
- Надеюсь, там не будет женщин.
- Эй.
Завтра ночью, ты и я, только мы вдвоем.
В ресторане "Каприз"...
- Обещаешь? С цветами? И музыкантами?
- Обещаю. Еще и со скатертями.
- Барри.
- С музыкой. Что, Винс?
- Кое-кто ищет тебя. Отгадай кто.
Давай же, угадывай.
- Кто это, Винс?
У меня нет идей...
твой кузен Эл?
- Нет. Ну и шутник!
Джэфф, скажи что-нибудь.
- Что, это поможет ускорить время?
- Переключись на другого абонента.
- Ты уже история. Пт!
Вы в эфире «Городской Беседы».
- Ты - Джэфф Фишер!
В моем магазине? Не могу в это поверить!
Я слушаю твою передачу постоянно.
Ты великий человек. Ты выглядишь иначе,
чем я думал.
Ты думал, что во мне два метра роста
и что я ношу шпоры?
- Да.
Это моя жена, Эллен.
- Приятно с вами познакомиться.
- Да, на ваше шоу звонят
самые сумасшедшие люди.
Иногда я и сам
подумываю позвонить.
Но вы слишком скромный, так?
Правильно я говорю?
- Разве я не слушаю его все время?
- Он считает вас Богом.
- Спасибо вам, сэр.
- Нам бы хотелось получить ваше фото.
Мы бы повесили его здесь.
- Я пришлю вам одно.
А у вас хороший голос.
- Голос?
- Вы когда-нибудь выступали по радио?
- Да, но совсем немного.
- Всего лишь несколько секунд?
Я убегаю. Послушайте, Винс,
пришлите пиджак ко мне домой.
А...м-м-м... Как вас зовут?
- Барри. Барри Голден. Да.
- Когда будешь по-соседству,
загляни ко мне на студию.
Выразишь свою любовь к шоу,
скажешь пару слов.
- Да, конечно.
- Продашь немного костюмов,
подключишь воображение...
Моя секретарша пришлет фото.
И не забудьте про рукава.
Был рад знакомству!
Пока-пока!
- Пока!
- ...Сегодняшняя тема –
любовные фантазии.
С кем бы вы хотели завести
любовную интрижку?
И с нами наш друг Барри.
Как тебя представить на этой неделе?
- Барри Чамплейн, мужик.
- С нами мужик Барри Чамплейн,
и он отвечает "со своей женой".
Ага.
Но это должен быть известный человек,
а твоя жена, при всех достоинствах,
все же не из этого числа.
Давай же. Твоя жена
нас не слушает, понимаешь?
С кем бы ты хотел
познакомиться поближе?
- Пожалуй, Мэри Осмонд. Она
очень сексуальная.
- Итак, один голос за Мэри Осмонд.
- В черной коже, да...
- Студийная рыбка стыдливо краснеет.
- Она воплощение секса, мужик.
И разве она не мормонка?..
Мормоны верят в полигамию.
Мэри, я женюсь на тебе прямо сейчас!
Приходи на студию.
Я хочу тебя, Мэри.
- Окей! А у нас есть звонок.
Да, вы в эфире «Городской Беседы».
- Да, знаете, что я думаю?
Вы парочка либеральных лесбиянок.
Это то, что я думаю. Вы педики?
Я угадал?
- Знаешь что,
мой друг, ты уже история.
- Подожди.
Абонент на линии.
Это правда, сэр, угадали,
Джэфф Фишер и я - любовники.
Мы встречаемся уже 15 лет. Фактически,
мы и сейчас держимся за ручки.
- Может, вы и нигеров любите?
- Да, а вы к какой расе принадлежите, сэр?
- Я белый, и горжусь этим.
- Как один белый человек другому,
ответьте мне на вопрос.
Знаете ли вы, сколько белые американцы
тратят ежегодно на лосьон для загара?
165 миллионов долларов!
Эту кучу денег они тратят на то,
чтобы стать чуточку потемнее.
А знаете, почему они хотят стать потемнее?
Джэфф, ты знаешь?
- Давай примем другой звонок.
- Но это интересный вопрос!
Они хотят потемнеть,
потому что втайне мечтают стать черными.
А знаете, почему они мечтают об этом?..
- Этот и другие вопросы...
- ...Потому что чувствуют
свою половую ущербность.
- Ах ты хуесос! Вот кто ты!
- Хорошо, хорошо.
- Ты выродок...
- Хей-хо! Это техасское родео, уж точно!
Мы отпускаем поводья...
и вернемся после рекламной паузы...
Когда я говорю "стоп",
ты перестаешь говорить.
Мы уже оговаривали это.
Ты забавный, ты нравишься слушателям,
но я не хочу лишиться лицензии
из-за этого дерьма.
А почему ты должен лишиться лицензии?
- Это называется "Стандартами и Практикой"
- Джэфф, седьмая линия.
- Спасибо! "Стандарты и Практика".
Ты когда-нибудь слышал об этом?
Да? Он забавный, да.
Да, правильно...
Да, конечно...
Продавец костюмов...
Завтра в 10:00?..
Я спрошу его. Подожди.
Ты сможешь завтра утром, в 10:00
встретиться с боссом?
- Зачем?..
- Что бы я сделал?..
Заказал бы плавательный бассейн
и сауну...
- Скучно. Ну же,
вы способны на лучшее...
Четвертая линия.
Нэнси, что бы ты сделала
за миллион долларов?
- Барри, я просто люблю ваше шоу.
- Пришли мне свои размеры и фотографию
в обнаженном виде, тогда и поговорим.
Первая линия, Фрэнк из Грейпвайна.
Да, Фрэнк?
- Я чикано…
- Хорошо тебе. А я - ервей.
- А теперь серьезно, чувак...
- Неправильная передача!
Послушай, Стью, я не думаю, что нам стоит
обсуждать это всю ночь напролет.
Давайте же, люди,
дайте мне отличный ответ!
Да! Или я вас накажу.
Ладно, продолжаем...
- Иди сюда, поговори с Барри.
Идем же.
- Первая линия, в эфире.
- Скажи что-нибудь.
Готова? Скажи что-нибудь.
Все равно что.
- Ух, да, это Черил Энн.
- Чтобы ты сделала с миллионом баксом,
Черил Энн?
- Если бы у меня был миллион,
я бы смогла купить
собственную радиостанцию...
И вести собственную передачу,
лишь бы не слышать больше
твой голос.
- Если ты так ненавидишь мой голос,
почему не выберешь другую станцию?
- Я не могу.
- Почему?
- Я в тюрьме, и надзиратель
сам выбирает, что нам слушать.
- Молодец.
- Ты лжешь, Черил Энн! Ты просто
влюблена в мой голос.
- Я ненавижу твой голос.
- Ты любишь его!
Это ситуация любви-ненависти.
Ты уже не можешь без моего голоса.
Давай. Признай это!
- Он у тебя дурацкий!
- Если ты не любишь мой голос,
просто положи трубку. Давай же.
Повесь трубку.
Ты любишь меня. Ну же.
Повесь. Повесь трубку!
- Я ненавижу тебя, Барри Чамплейн!
- Прекрасно. Я люблю тебя.
- Не так уж и хорошо. Народ,
однажды вы доведете меня!
За это ты должна быть наказана.
Это «Bee Gees». И я ставлю эту группу
специально для тебя, Черил Энн.
Песня "Saturday Night Fever"
прозвучит десять раз подряд.
- Лучший звонок за последние
несколько недель, клянусь.
- Это было великолепно, дорогая.
Мы дадим Чэрил Энн возможность
позвонить еще попозже.
- Они съели это, Барри.
Ты видел сегодняшнюю газету?
- Про то, что мне нужен телохранитель?
Слава растет.
- Ты действительно хочешь,
чтобы я прокрутил песню десять
раз подряд?
- Нет, хватит трех.
Я вернусь через минуту.
- Три раза?
Прекрасное шоу. Как же я это люблю!
- Сюда?
Ох.
- Это было великолепно.
- Поцелуй или звонок?
- Дэн сообщил мне хорошую новость.
У меня будет постоянное время в 10:00.
Он наймет продюсера
для моего собственного шоу.
- Ох, Барри, это же чудесно.
- Да... Хочешь заниматься этим?
- Что?
- Ты лучшая кандидатура на эту работу.
Ты умная, трудолюбивая,
И делаешь все, о чем я тебя прошу.
- Ну, Барри... думаю, любой
справится лучше меня.
Вряд ли это хорошая идея.
- Это замечательная идея!
Ну же.
Соглашайся.
- Нет, я так не думаю.
- Сделай это! Ну же! Ты нужна мне.
- Барри, если я буду работать с тобой,
веселье закончится, понимаешь?
Появится напряженность.
Это даже может испортить наш брак.
- Да к черту брак! Ну же.
Это важно. Ты нужна мне.
Ты же хочешь, чтобы передача
стала лучше? Разве ты не на моей стороне?
- Ты, наверное, шутишь.
- Конечно не шучу.
- Ты так просто сказал:
"К черту наш брак".
- Да, я пошутил.
- Это становится скучным.
Я собираюсь выключить это.
Ладно?
- Я просто думаю...
Забудь.
- Я очень горжусь тобой.
Это волшебно для тебя.
Пойдем. Хорошо?
Хм?
Идем же. Хорошо?
- Барри?
- Малыш, я не хочу в ванну.
- Ага! В ванну!
- Я не хочу в ванну.
- Ох-хо!
Привет, Эллен!
- Привет, Стью.
У вас вечеринка?
- Ага, вечеринка в ванне.
- Ох, ну... а... Мама плохо себя чувствует,
так что я, пожалуй, пойду домой.
- Эллен, я думаю ты и твоя мать...
- Ну, что...
Что вы тут вдвоем делаете?
Слушай, я лучше уйду и вернусь позже.
- Барри, вернись.
Ты меня прервал!
- Эй, Тереза, иди сюда.
Иди к Стьюи,
и сделай для Стьюи
сэндвич из него и Мими.
- Тебе налить?
- Нет.
- Пробуждает воспоминания.
- Многое изменилось.
Я похорошел, я много зарабатываю...
И я - один из семи портретов здесь.
- ...с даллаской собственностью,
Мистером Популярность, Барри Чамплейном.
Я Сидни Гринберг, напоминаю,
что важно не то, сколько ты взял,
а то, сколько сможешь унести.
- Эй!
- Как в Чикаго? Ты прекрасно выглядишь.
- Великолепно. Ты тоже хорошо выглядишь.
- Эллен, что ты здесь делаешь?
- Я не могла пропустить
премьеру Барри.
- Но у нас всего лишь пара минут.
Не против, если я украду Барри?
Ты же знаешь, где здесь зеленая комната.
Выпей чашечку кофе. Мы словимся.
- Конечно. Пока.
- Добрый вечер, Барри.
- У меня все две минуты. В чем дело?
- Уложусь быстрее. Знаю,
что тебе доверили собственное шоу.
Барри, у нас появились
небольшие проблемы планирования...
касательно национального вещания.
Нам придется отложить,
по крайней мере на несколько недель.
- Привет, Стьюи!
- Эллен! Святые коровы!
Я знал, что ты приедешь.
Иисусе, дай мне на тебя посмотреть.
Ты пьешь молодящие пилюли
или что-то типа того?
Не хочешь отправиться со мной в кроватку?
- Ты наверное перевозбудился.
- О, да, я из кожи готов выпрыгнуть.
Ты дразнишь меня?
Я позвонил матери и сказал,
что мы начинаем вещать на всю страну.
А она говорит: "Стюарт, это же здорово!
А на какую страну?"
- Рада снова видеть тебя.
- А я рад видеть тебя.
- Привет, я Лора Николсон.
Мы общались по телефону.
- Привет!
Ох, рада с вами познакомиться.
Вы, наверное, помощница Барри.
- Нет, на самом деле я его продюсер.
Мы начинаем через несколько секунд.
- Извините.
- Начинаем!
- Из сердца штата Одинокой Звезды,
...время самого популярного
в Далласе радиошоу «Ночная Беседа»...
- с Барри Чамплейном.
Телефонные линии KGAB открыты
и ждут ваших звонков...
набирайте 555-TALK.
- Рада была познакомиться.
- Мне тоже приятно.
Разве это не захватывающе?
- Я только что узнал ужасные новости.
«Ночная Беседа» не станет сегодня
вещать на всю нацию...
из-за обычной корпоративной этики,
большого бизнеса, неэффективности,
разгильдяйства и бюрократии.
Меня только что проинформировали
насчет проблем в планировании.
Ничего личного, ничего логичного,
один только бизнес, как обычно.
Возможно, передача станет национальной
на следующей неделе,
или в следующем месяце.
Никто этого не знает.
Я сожалею.
Чувствую, мои слушатели,
я вас расстроил.
Но я уже долго в этом бизнесе, и знаю,
что иногда проигрывая битву...
ты все еще можешь выиграть войну.
«Ночная Беседа» продолжает прежний курс,
на постоянно растущие стандарты,
и я не позволю вам грустить
по пустякам.
Эта передача говорит о том,
о чем необходимо говорить.
Этим же мы займемся и сегодня ночью.
Сегодня, как и всегда.
Я хочу слышать вас. Я хочу,
чтобы вы поделились со мной
своими сокровенными мыслями.
Не скучайте. Набирайте номер
555-TALK.
- Мне жаль.
- Дверь открыта.
Пристрелите меня своим лучшим выстрелом...
«Ночная Беседа».
И с нами Джэрри из Роквелла.
Ты в эфире.
- Барри.
Вас когда-нибудь раздирали сомнения
по поводу правды о Холокосте?
- Я думаю, мы уже говорили об этом, сэр.
Когда выдвигаете обвинения против евреев,
когда задаетесь вопросами о Холокосте,
думаю, вы должны прислушиваться к фактам,
а такие факты имеются.
- Да, конечно. Мы любим сидеть здесь
и спорить с тобой.
- Ага. Но кто это «мы»? Я говорю с
этими «мы» или все же с «тобой»?
- Ну, Барри, нас объединяет наша вера...
точно также, как вера объединяет сионистов.
- Мы могли бы обсудить это.
Это было бы легко и просто
Для вас было бы гораздо проще
и полезнее связаться,
скажем, с музеем Холокоста в Вашингтоне.
- Ага.
- Они вышлют вам список имен
всех евреев...
которые погибли во Второй мировой войне.
У них есть вся информация. Я имею в виду,
допустим кто-то сделал ошибку...
Говорят, что погибли шесть миллионов?
А, может, пять миллионов или семь.
- А, может, всего два...
- А разве есть разница?
Разве не проблема, что погибли
два миллиона невинных людей?
И так ли важно, кем были эти невиновные
– евреями или нет?
- Я согласен.
Но сионисты используют эту тему
и возлагают вину на американский народ...
пытаясь заставить нас
расплачиваться долларами.
У нас есть данные,
что каждая израильская семья...
получает по 10 000 долларов
из наших налогов.
Но ты нигде не увидишь
такой нищеты, как в Израиле.
Предлагаю съездить туда.
- Нам, Барри, достаточно побывать
в Западной Вирджинии.
- А при чем тут Западная Вирджиния?..
- Или в Небраске, или в Айдахо,
где вы увидите, как фермер
глотает за фермером пыль.
Они теряю свои фермы, не имея возможности
получить нужные кредиты.
- Так...
- Если мы получим кредиты и гранты,
из тех денег, которые отправляем в Израиль,
мы перестанем терять наши фермы,
которые кормят всю страну.
- А что, если женщина придет с вами
на собеседование и получит работу,
на которую претендовали вы?
А что если чернокожие начнут
ухаживать за белыми женщинами
и жениться на них?
А что если гомосексуалисты
станут учить ваших детей?
И что делать, если ты боишься
выйти на улицу ночью?
А что если ты видишь, как яппи богатеют,
пока ты остаешься за чертой бедности?
И что если государство отправляет тебя
воевать во Вьетнам...
погибать в войне, выиграть которую
нет никаких шансов?
А что если ваша страна
ускользает, исчезает?
Я знаю эти аргументы, дружище.
Это величайший в истории принцип.
Слышал его и раньше.
Он гласит:
"Когда происходит что-то нехорошее,
вместо того, чтобы спуститься с небес
и сделать что-то с этим,
вместо того, чтобы изменить свою жизнь,
гораздо легче обвинить кого-то другого".
И этого не вычеркнешь.
- Блестящая речь, Барри!
- Ага.
- Но, сдается мне, ты хорошо
зарабатываешь на этой станции.
И поскольку таких единицы
в этих местах,
думаю, вам слишком трудно понять
проблемы народа.
- Вы не в комнате для самобичевания, сэр,
как и я.
- Тогда прочти книгу Уилльяма Пирса
«Дневники Тернера», Барри. Там все это есть.
- Угу...
- В ней рассказывается...
- Да, я знаком с этим романом
- произведением просвещенного человека.
- Дай мне закончить!..
- Барри, у меня красотка на пятой линии.
- В книге изложен план скорой революции.
- Ага.
- Смотри... Слово «Америка», Барри, означало
"небесное царство» в языке Средневековья.
- Да...
- Это настоящий новый
Иерусалим из Писания.
- Это говорит о том, что евреи -
самозванцы, которые захватили...
- Да-да-да. Для тех, кто не знает,
этот идиотизм предсказывается
в 1991 году.
- Все верно.
- Роман написан в виде дневников молодого,
белого, расистски-настроенного
инженера-электрика...
который вступает в подпольную...
военизированную организацию,
известную как "Порядок".
- Все правильно.
- Ох, я прав? Ну, великолепно!
Они организуют революцию против
Сионистского Оккупационного
Государства Америки.
И на протяжении пути, они
уничтожают все неблагородные расы...
евреев, черных,
гомосексуалистов, феминисток...
и других «вырожденцев».
Эта идиотская книга написана для людей
у которых жвачка вместо мозгов,
которые не смогли закончить...
даже четвертый класс школы,
потому что вместо учебы пересматривали «Каплю»
и другие дешевые ужастики.
- Полегче, Барри.
Ты накликаешь беду.
Ты тоже еврей.
Еврей, питающийся мусором,
контролирующий масс-медиа
этой страны.
И почему ты рассуждаешь о том,
чего не знаешь.
И грядет день для тебя, Барри,
и для тысячи других, таких же как ты...
которые спят с черными женщинами,
которые лгут нам...
Тебя вздернут с плакатом на груди...
На нем будет начертано:
"Я предал свою расу"...
- Ну, что можно ответить
параноидальному шизофренику...
который сам боиться быть вздернутым,
кроме того, что в день,
когда ему наденут петлю на шею,
я, возможно, стану защищать этого мудака,
который грозится сейчас вздернуть меня.
Радиобеседа. Свободный разговор
на самом деле свободен не для всех.
На самом деле нужно немного везения,
как в русской рулетке.
Это очень дорогой товар.
Когда нажимаешь на кнопку,
никогда не угадаешь, кого услышишь.
Да, ты в «Ночной Беседе».
- Я изменила имя...
и теперь не имею никаких проблем
с получением социального пособия.
В моем свидетельстве о рождении
стоит совершенно другое имя.
И я... Алло?
- Да, это очень интересно.
Что вы скажете о лесбиянках-священниках?
- О чем?
- А как насчет мастурбации?
У вас есть какое-то мнение об этом?
- Нет.
- А о законе в Аризоне,
где считается преступлением...
выходить на улицу
с эрегированным членом в штанах?
Что вы обо всем этом думаете?
- Ну, на самом деле я звоню не для этого.
Если они хотят делать это,
пускай делают...
- Да, что?
- Кент на третьей линии. Не думаю,
что ты сможешь принять этот звонок.
Пропусти его, Барри.
- Барри? Алло?
- Да, да. Это просто замечательно...
Скажи, пусть переключает на меня.
- Алло, Барри?.. Алло?..
- Ну, хорошо, хорошо.
Это хорошо для тебя.
Джи, просто сходи сегодня
в Мемори Лэйн.
А с нами снова Кент.
Да, Кент.
- Не хотел вас отвлекать.
- Да, но ты это сделал. Слушай, Кент,
Ты ошибка. Ты мистификация.
Ты звонишь с какой-то выдуманной историей
про то, как ты и твоя подружка...
наглотались наркоты
и она схлопотала передоз...
пока твои родители где-то в Акапулько...
- На Фиджи.
- Ах, Фиджи, точно. Важная деталь.
Ты просто жалкий, запутавшийся ребенок.
Ты не знаешь, что творишь.
- Я думаю, что она умерла!
- Что ты пытаешься мне сказать?
Это твоя подружка с передозом?
Теперь она мертва?
- Я не знаю, понял?
Я просто не могу ее разбудить!
- Да, это мы уже слышали.
- Из ее рта идет пена.
- Что?
- Пена идет изо рта.
- Отключи этого парня, немедленно.
- Это шоу Барри, босс.
- Мои родители на Фиджи, понял?
И дерьмо с моей девушкой...
- Да, какое?
- Она...
- Давай же, Кент. Выплевывай.
- Нет, ты отключишь меня!
- Я не собираюсь отключать тебя, Кент.
- Обещаешь?
- Обещаю, что не стану
отключать тебя, Кент.
- Я все это выдумал!
- Кент? Я наврал. Я отключаю тебя.
- Что?..
- Проваливай к черту отсюда.
- Нет, пожалуйста! Я не вру!
Я должен поговорить с тобой.
- Должен поговорить со мной?
О чем ты должен поговорить?
Твоя мать вскрыла вены?
Она истекает кровью?
А что с отцом? Засунул ствол в рот?
Вынес себе мозги?
Скажи мне, кто еще умер?
Давай же. Кто умер, Кент?
Кто умер? Кто умер?
Скажи мне, кто умер?
- Никто! Никто не умер, Барри.
Ну же. Посмотри.
Я просто хочу поговорить.
- Мы и так разговариваем.
У тебе есть две секунды. Говори.
- Окей, ты же знаешь,
я слушаю тебя все время.
- Ага.
- Я думаю про то,
о чем ты говоришь, Барри.
- Так...
- Ты говоришь такие крутые вещи.
- Угу.
- Ну, я просто не знаю,
что сказать, понимаешь.
Слушай, я хочу встретиться с тобой.
- Ты теперь издеваешься надо мной.
Хочешь встретиться со мной?
Ты можешь сделать это, когда пожелаешь.
Я прямо здесь, на станции.
- Ты здесь, на станции?
- Я не президент, видит Бог.
Я сижу здесь, на студии.
- И что, я могу просто прийти?
- Да, можешь, приходи.
- Сейчас? Прямо сейчас?
- Ты имеешь в виду, сию секунду?
- Да, именно.
Я уже иду.
- Но я в прямом эфире, Кент.
- Ну, пожалуйста!
- Конечно, Кент. Почему бы и нет?
Заходи.
- Что, правда?
- Мне нравится идея встретиться с тобой.
Только побыстрее.
- Отлично!
- Середина передачи.
Мы закончили первый час...
...волнующего и интеллектуального разговора
в передаче «Ночной Разговор».
Не уходите.
Сейчас у нас новости и погода.
А затем мы вернемся с еще одной
ночной беседой.
- Барри.
- Дэн.
Лора, позвони вниз и скажи охране,
чтобы пропустили парня.
Дэн, ты чего-то хотел?
Кофе? Чай? Инсулин?
Крэк?
У нас здесь все это есть.
- Барри, ты должен предупреждать меня,
когда приглашаешь кого-то в гости.
- Почему?
- Потому что я твой босс, Барри.
- Дэн, я делаю свою работу,
ты делай свою, хорошо?
- Он не придет на шоу! Вот так.
У нас и без этого слишком много суеты...
из-за того, что здесь происходит.
- А что сегодня особого произошло?
- Если они хоть на минуту решат,
что ты неадекватный, все кончится.
- Дэн, «Метро Вэйв» покупают мою передачу.
Хорошо?
Это мое шоу. И я приглашу на свое шоу,
кого захочу.
Если я захочу пригласить Чарли Мэнсона,
то получу и его.
Или Тэда Банди... или кого угодно...
Я заполучу Дэвида Берковитца,
Бернарда Гоетца, Джона Хинкли.
Мы вводим специальный контроль за оружием.
Что насчет этого?
Или как насчет почтальона из Оклахомы,
который убил 14 человек, Дэн?
Он убил своего босса. Мы пригласим его!
- Прекрати!.. Проваливай...
- Мы пригласим тебя как специального гостя.
- Убирайся...
- Мы получим этих парней!
У нас будет пугающее шоу.
- Это забавно, Барри...
почтальон, который убил своего босса.
Хочешь посмотреть,
что почтальон принес мне сегодня?
- Что?
- В радиусе 20 миль
соберется толпа психов...
говорящих, как сильно они хотят
"сжечь твою еврейскую задницу".
Подумай об этом, Барри.
Они уже тратят время на то,
чтобы сесть и написать письмо,
положить его в конверт,
облизать краешек, заклеить и
отправить на станцию.
И у меня коробка такого дерьма в кабинете.
Эти люди смертельно серьезны.
Все что я предлагаю,
это ненадолго залечь на дно.
- Я думаю, ты немного приподнялся
со своей глубины, Дэн.
- Думаю, пришло время...
- Заткнись и послушай меня две минуты!
У тебя нет здесь сейчас аудитории,
которая бы тебя поддержала.
Сегодня можешь делать все,
что захочешь, Барри. Развлекайся.
Срывай сделку.
Не скажу, что меня это не заботит,
ведь я долго над этим трудился.
Надрывал задницу ради этого.
- Но я живу тем, о чем говорю.
- Нет, Барри! Ты - гребаный продавец костюмов
с огромным ртом.
Назовем вещи своими именами.
Это - работа.
И больше ничего!
Ты можешь прийти сюда и
начать предсказывать Армагеддон,
если захочешь, Барри.
Но это все еще работа!
Работа, которую ты не знал как делать...
пока я не научил тебя!
Что по твоему ты здесь делаешь?
Изменяешь мир?
Это разговорное шоу, Барри,
а ты - ведущий разговорного шоу.
Алан заполняет время,
Джэрри делает домашние заготовки,
Шейла отвечает за погоду,
Сид - за финансовые сводки,
а ты отвечаешь на звонки.
Это твоя работа.
Да, ты очень хорошо с ней справляешься.
Ты - джокер в моей колоде,
И я счастлив твоему успеху.
Но ты работаешь на меня!
Я - твой босс!
Хочешь заполучить на шоу парня?
Получай!
Но ты пойми одно правило:
проебешь мою сделку -
...и снова отправишься
торговать двубортными пиджаками!
Я рад, что ты воспринимаешь это
так серьезно, Барри.
Но ты либо научишься останавливаться,
либо убьешь себя.
- Встреть парня.
- Парень – плохая идея, Барри.
- Ты на его стороне, так ведь?
- Нет, я хочу, чтобы ты подумал о шоу.
Ты можешь потерять все, над чем работал
и все, ради чего работала я.
- Приведи парня!
- ...это очень важный момент в его жизни.
...Да, он важен и для меня.
Он важен!
...Слушай, Лу, он – одержим,
как гребаное существо из корзины.
Лу... Хорошо, хорошо.
Забудь об этом... Забудь!
Я останусь посмотреть сегодняшнее шоу,
а завтра поеду домой, хорошо?..
Люблю тебя...
Да... Эй!
Это как навестить больного родственника.
Хорошо?..
Пока!..
- «Ночная Беседа». Мы вернулись.
Это дух Барри Чамплейна.
Джо, порази меня лучшим своим выстрелом.
- Да, Барри.
Я вожу такси уже около 11 лет.
Я встречал разных типов. Я знаю людей...
- Очень жаль тебя.
- Позволь мне сказать тебе кое-что,
приятель.
Этот парень, который только что звонил,
нуждается в хорошей порке.
- Думаешь, стоит это сделать, Джо?
- Таким парням нужна некоторая дисциплина.
- Дисциплина?
- У меня двое детей, Барри.
Когда они доставляют мне проблемы,
я просто расстегиваю свой ремень.
Они видят ремень -
и проблемы заканчиваются.
- Сколько лет твоим детям, Джо?
- Младшей - пять,
а мальчишке - три с половиной.
- Ты бьешь их ремнем?
- Ремнем, щеткой, газетой...
что под руку попадется.
Эй, они либо получат это от меня,
либо где-то еще.
- Джо, я думаю, тебе нужна
профессиональная помощь.
- То есть?
- Тебе нужно встретиться с Джэрри.
Он мог бы подержать твоих детей,...
пока ты лупишь их.
- Да что ты несешь?
- Ты бьешь своих детей щетками и ремнем.
Ты - психопат!
- Ты псих.
- Да? А ты, приятель, что ли педик?
- Услышать такой вопрос от дегенерата
вроде тебя, это комплимент.
- А что если я заявлюсь на студию
прямо сейчас...
и набью тебе твою пидарскую морду?
- А кто тебе поможет, твой брат?
- Не смей вякать о моем брате!
- Твой братец прогуливается
по бульвару Гарри Гейнца, ведь так?
Он же сутенер.
А твоя жена, она ведь шлюха, разве нет?
- Моя жена?
- Чем ты ее бьешь?
Бейсбольной битой?
- А?
- Что ж, я знаю, где ты живешь, партнер.
Так? И я знаю как ты выглядишь.
- Ага.
- Сладких снов, любимый.
- Не могу дождаться.
Винсент, ты в эфире «Ночной Беседы».
Расскажи что-нибудь интересное.
- Да? м-м-м...
- Да!
- Я слушаю тебя уже пять лет...
- Ага.
- Ага, и парни здесь в магазине
кладут на тебя все пять лет.
- Ага...
- Мы садимся кружком и смеемся над тобой...
- Ага...
- Потому что ты такой мудила и...
- Да, все правильно.
«Ночная Беседа». Агнеса, слушаю.
- Барри, могу я задать тебе вопрос?
- Шокируй меня.
Я бы не смогла шокировать тебя, дорогой.
«Я люблю Люси»...
Почему они больше не снимают этот сериал?
- Чего?..
- О чем вы хотели поговорить с Барри?..
Хотите кого-то изнасиловать?..
А почему бы тебе не пойти домой и
не принять холодный душ. Так будет лучше.
- Сериал про Люси такой древний, Агнес.
Люсилль Болл, наверное, уже лет 105.
А остальные актеры уже умерли.
- Нет. И она не такая старая.
Я видела ее по телевизору прошлой ночью,
Она выглядит лет на 35.
А тот Рикки Рикардо, парнишка,
который играл в бинго.
- Неужели бывают такие тупицы?!
Ты серьезно, Агнес? Ты вообще знаешь,
какой год на дворе?..
Да, Джон, ты в эфире «Ночной Беседы».
- Помнишь меня, Барри?
Я звонил и рассказывал,
что бывал на побережье Черепах.
Ну, я...
...с тех пор изнасиловал трех женщин.
Помнишь меня?
- Я не уверен. Напомни, Джон.
- Я собираюсь изнасиловать еще одну.
Увидел ее сегодня утром.
- Что ты делаешь со мной, Стью?
Ты убиваешь меня в прямом эфире.
- А можем мы расслабиться, пожалуйста?
- Те женщины, которых я изнасиловал,
не отказывали мне.
- Ну, скажи мне,
где ты сейчас находишься, Джон,
и я попытаюсь тебе помочь.
- Честное слово...
Я так устал от изнасилований...
Я...
Я так устал их насиловать!
Я... Я ненавижу их!.. Ненавижу!
- Джон.
Когда ты последний раз
изнасиловал женщину?
- В Гринвиле пару недель назад.
Она была...
Она была такой надменной...
Будто бы она была кем-то еще.
- Да, я... я понимаю, Джон.
Я сочувствую.
Мы все бываем злыми.
А где на самом деле
происходят изнасилования?
- Это было на заднем сидении ее машины.
Она наткнулась на чертика из табакерки
на парковочном месте.
Я выпрыгнул и сказал,
"А вот и я!"...
Это было, кажется, ночью.
Я не знаю.
- Сколько тебе лет, Джон?
- Мне 40.
Я был в заточении 12 лет...
- Сохранишь запись для меня?
- Я не получил никакого лечения.
Они ничего для меня не сделали!
Они не... Они не...
Они пальцем не пошевелили,
чтобы помочь мне!
Барри, я изнасилую кого-нибудь!
Я сделаю это.
- Но зачем?
- Сделаю!
Это непреодолимая тяга.
Это как... Это как пытаться
бросить курить.
Барри, я сам себе не помогу.
Я не смогу...
- Да, все в порядке. У тебя есть
эта непреодолимая тяга.
Джон, когда мы разговаривали
в прошлый раз,
ты сказал, что
бег трусцой помогает тебе.
- Пробежка по побережью Черепах...
Бег трусцой по побережью.
Побережье Черепах!
Я знаю имя каждой утки на
побережье Черепах!
- Джон, ты уже выбрал,
кого изнасилуешь в следующий раз?
- Я выбрал. Осталось выследить – и готово.
Я всегда хотел ее.
- А почему бы тебе не попытаться
понравиться ей?
- Угостить кусочком земляничного пирога?
Или кусочком тыквенного пирога?
Я имею в виду... я не знаю...
Она может быть черной или белой,
испанкой, японкой, симпатичной,
толстой, уродливой.
Я хочу изнасиловать их всех!
- Все в порядке, Джон, успокойся.
Я хочу помочь тебе. Я твой друг.
- Ты мой приятель, Барри?
- Да, я твой приятель, Джон.
- Сам я себе не смогу помочь.
Я все равно сделаю это.
- Ты можешь себе помочь.
Ты не сделаешь этого, Джон.
- Нет, сделаю.
- Нет, не сделаешь, Джон.
Теперь, послушай меня...
- Я иду делать это.
- Нет, нет, нет. Подумай,
о чем ты говорил, Джон...
Джон?..
- Он ушел.
- Еще одна потерянная душа
вышла в далласкую ночь.
Мы... Мы сообщили полиции об этом звонке.
Если кто-то знает хоть что-нибудь
про этого человека...
видел его на побережье Черепах или
кто-нибудь заметил его в телефонной будке,
пожалуйста, позвоните нам, на радио KGAB.
Позвоните нам по номеру 555-TALK...
Ух... давайте послушаем наших спонсоров...
«Пирожки матушки Роуч» и
«Уничтожители термитов».
- Слушайте внимательно.
Это звук спаривающихся тараканов,
усиленный в 500 раз.
- Они не могут отследить звонок.
- Конечно, а я не мог держать его
еще три часа.
- Знаешь, я однажды заказал
чашечку кофе в кафейне «Humphrey's».
И следующие три недели харкал кровью.
- Ты должен попробовать пить
без кофеина, Барри.
- Это великолепно!
- Ох, погоди. Не говори мне.
- Он выглядит безобидным.
Проходи, парень, садись.
Это твой стул.
Это твой микрофон.
Говори прямо в него.
Держи лицо сантиметров в шести от него.
Это твои наушники, чтобы ты мог слышать.
Это правила полета.
- Что?
- Правила полета.
Никаких фамилий, никаких торговых марок,
никаких телефонных номеров в эфире.
В остальном действуй и говори как обычно.
Это мистер Барри Чамплейн.
- Ты Барри?
- Ты получил его.
- Отлично!
- Что с ним?
- У него звездный шок.
- Эй, парень, скажи что-нибудь.
Мне нужен уровень.
- Раз, раз. Проверка.
Мы выходим на пять,
четыре, три, два, один.
- Стью.
Закуси ремешок, сука.
Мы начинаем.
- Мы вернулись. Я Барри Чамплейн.
Вы слушаете «Ночную Беседу».
Сегодня у нас особый гость.
Кент. Скажи всем «привет!», Кент.
- Все в поряде!
- Мои чувства обострены.
Мы подняли Кента на борт,
чтобы заглянуть в будущее Америки.
Кент – классика американской молодости...
Энергичной и изобретательной,
порочной и растерянной.
Ты согласен с таким описанием, Кент?
- Да, конечно.
- Как называется твоя стрижка?
- Не знаю. Рок-н-ролл!
- Ты ведь под кайфом, Кент?
- Под кайфом?
- Ты принимал наркотики,
или это твое обычное состояние?
Вытри слюни. Ты заляпаешь весь пульт.
- Не могу поверить, что я здесь, мужик.
Эй. Уау!
А че, эта штука действительно работает?
- Ты сидишь на радиостанции, Кент.
Ты сидишь перед включенным микрофоном.
Когда ты говоришь, тысячи людей
слышат твой голос.
Ты проникаешь в их сознание.
- Окей, окей. Нет, послушай...
Я хочу передать привет бас-гитаристу
группы «Diamond Dave and Billy»...
и еще всем малышкам на аллее Вью Молл.
- Мы здесь обсуждаем Америку, Кент.
У тебя есть мысли по этому поводу?
- Да...
- Ох, я извиняюсь...
Я нарушил ход твоих мыслей.
Пожалуйста, продолжай. Это так волнительно.
- Нет, я знаю.
Это не означает, что я не разбираюсь
в политике или типа того.
Знаешь, я имею в виду...
...Я как Брюс.
Он - политик.
- Брюс Спрингстин, да.
Очень глубокий, политический мыслитель.
А разве он не коммунист?
- Нет, он из Нью-Джерси.
Его бывшая миленькая.
- Угу... Какая бывшая?
- У Брюса...
- Жена Брюса Спрингстина. Да, а что с ней?
- Джулианна. Привет, Джулианна!
Она была моделью.
Знаешь что, Барри?
Все эти парни трахают моделей, Барри.
Я имею в виду, Мик и Джэрри,
Кит и Патти,
Принс и...
Принс.
Знаешь, Барри...
Модели вешаются только на парней,
которых они считают самыми крутыми.
Посмотри на себя, мужик. Ты большой парень,
известная звезда и все такое.
Я имею в виду, ты имеешь
симпатичную крошку прямо здесь...
Ту, которая работает на тебя, мужик.
Итак... Эй, если у тебя есть наличные
и ты крутой,
ты трахаешь моделей.
- То есть, тебя вряд ли можно назвать
борцом за права женщин, Кент, а?
- Да можно, Барри. Я имею в виду...
Все будут свободными, ты понимаешь.
Женщины, Южные Африканцы,
ну все те люди, ты знаешь.
Я смотрел передачу про все те штуки...
Про то, насколько революция важная вещь.
У нас будет много революций,
когда люди объединятся,
Солидаризируются и затем
и...
Ты знаешь, это как в песне группы «Megadeath»:
«Мир продается, но тот, кто покупает мир»
- Ах, ну же!..
- Эй, громче...
Ох, я смотрел другую передачу...
про то, что в будущем они сделают
двустороннюю телетрансляцию.
Люди смогут видеть друг друга.
И тогда они уже точно не смогут
остановить революцию.
- А кто хочет ее остановить, Кент?
- Большой Брат, правительство, корпорации.
Они – банда фашистов. Они хотят
контролировать мозги каждого.
Но, эй, свобода это важная вещь,
Как ты всегда говоришь, Барри.
Ты говоришь лучшие вещи, Барри.
Я постоянно слушаю тебя.
- Ты великий.
- Кент, ты идиот!
Я искренне надеюсь, что ты
не представляешь будущее этой страны,
потому что если ты – наше будущее,
то мы в печальном положении.
- Барри! Мужик! Ты такой забавный парень.
Вот почему я люблю слушать твою передачу.
Вот почему все парни слушают тебя, мужик.
И эти громилы поддержат тебя во всем,
ты же знаешь.
Все парни слушают тебя, Барри.
Ты – лучшее, что есть на радио!
- Кент, в этой передаче мы обсуждаем
множество важных вещей...
Печальных вещей, страшных,
трагических вещей.
Неужели они тебя совершенно не волнуют?
- Неа.
- Почему нет?
- Ну это же просто шоу.
- Это как один большой видеоклип,
только по радио, так, Кент?
- Точно!
Нет.
Ну же, Барри.
Это твоя передача.
- Да, это так, это так.
Это моя передача.
Давай вернемся к звонкам.
Ух, Джулия, ты в эфире «Ночной Беседы».
- Барри, привет! Ты знаешь, дорогой...
я думаю, те люди,
которые звонят тебе по ночам...
это кучка… даже не знаю кого.
Они сумасшедшие. И этот чокнутый парень,
которого ты пригласил… это ужасно.
Я слушаю твою передачу
пять лет подряд, Барри,
И я люблю тебя, твое шоу.
Я думаю, ужасно,
что все больше народу будет ее слушать.
Я просто надеюсь,
что у тебя найдется время
для старых друзей, Барри
- У меня всегда находится время
для друзей, Джулия.
- Ох, ты ужасен.
Твоя передача ужасная.
Я не знаю, что еще сказать.
- Ну, скажи что-нибудь, Джулия,
раз слушаешь меня все время.
Что тебе нравится в передаче?
- Ну, я не знаю...
Многое.
- Хорошо, что, например?
- Ну, я люблю тебя, Барри.
- Ух-ух, ты даешь. Хорошо,
а что во мне ты любишь?
- Ну, ты очень забавный.
- Угу.
- И я люблю то, как ты говоришь о том...
ну, о чем ты говоришь.
- Да, да, хорошо. Вернемся к шоу.
Оно должно служить для вас
какой-то целью.
- Ну, сейчас не могу сказать...
- Что сказать?
- Ну, я не знаю.
- Что ты имеешь в виду,
когда говоришь, что не знаешь?
Ты повторила это уже пять раз подряд.
Чего ты не знаешь?
Ты слушала эту передачу пять лет.
И не знаешь, зачем слушала меня?
- Ну, я просто говорю...
Я слышал, что ты говоришь.
Ты сказала, что не знаешь,
почему слушаешь эту передачу.
Тогда я скажу, почему.
Ты слушаешь потому, что чувствуешь себя
круче тех неудачников, которые звонят сюда!
- Барри!
- Не говори мне "Барри"!
У тебя между ушами опилки вместо мозгов.
Просто послушай себя!
Если б я говорил такие глупости, как ты,
то постеснялся бы открывать рот!
- Я кладу трубку!
- Хорошо, и больше не звони.
Нет ничего скучнее,
чем люди, которые тебя любят.
Да, вы в «Ночной Беседе».
Я хочу сказать тебе кое что, Барри.
- Удиви меня.
- Ты выглядишь таким же уродом, как звучишь?
- Уродливее.
- Да, думаю, это так и есть.
Но, как обычно, можно избежать
этого вопроса.
- Какого вопроса?
- Думаю, ты знаешь.
- Это животное, растение или минерал?
- Вопрос очевидный.
Почему такой умный парень, как ты...
тратит так много энергии,
чтобы причинять боль людям?
Хм?
Ты не любишь себя?
Думаю, ты очень одинок, Барри.
Мне жаль тебя, потому что ты
не знаешь, как любить.
- «Ночная Беседа». Ральф.
- Они всегда говорят это, не так ли?
"Почему ты такой злой"?
Ну, они не понимают меня и тебя, Барри.
Мы из тех людей,
которые слишком остро чувствуют.
- Мы, Ральф?..
- Да, мое имя Черил Энн.
Я подожду.
- Что ты делаешь, Эллен?
- Он так здесь одинок.
- Ну и что?
- Он сгорает, Дэн.
- Это шоу Барри, Эллен.
Позволь Барри делать его шоу...
- ...что люди делают с телевизором?
- Мы его смотрим. Вот что люди делают
с телевизором.
- Что они смотрят? Они смотрят людей,
убивающих людей, голодающих детей, наводнения.
И для чего?
Ни для чего!
Ради рекламы пива и прокладок,
MTV, яхты, океан,
Алмазы в ушах, скачки.
Думаю, это так.
Уверен, это так. Все, что я знаю,
я прочитал в газетах.
И это о многом говорит. Барри,
это говорит. Говорит, говорит, говорит...
говорит, говорит, говорит, говорит!
- Ральф, Ральф, Ральф!
Скажи мне что-нибудь.
Мне любопытно.
Как вы набираете номер телефона
в смирительной рубашке?
- Барри.
Я не знаю многого о Боге
И я никогда не был очень религиозным,
Но вы не можете избавиться от ощущения,
что что-то не так...
Будто никто не управляет поездом...
системой...
Потому что слишком много людей
стали совершенно больными.
И движение... это просто помехи.
И даже погода...
Она не так хороша, как раньше.
Барри, я просто не...
Я не понимаю этого, Барри...
Просто не понимаю.
- Ты не понимаешь, зануда?
Вот что ты получаешь!
Ты получаешь полтора доллара,
вот что. Сходи в аптеку,
купи упаковку бритвенных лезвий,
и вскрой свои ебаные вены, придурок!
- Вот и все, парень. Идем.
- Что?
- Уберите его отсюда, немедленно!
- Эй, Барри!
Пошел на хуй от меня,
ты ебаный сукин сын!
Спасибо, Даллас!
Спокойной ночи!
- С тобой все в порядке, Барри?
- Я в растерянности, Барри.
- Как говоришь тебя зовут?
- Черил Энн.
Хотела рассказать про бывшего мужа.
Он вернулся в город и... ну...
Я не видела его долгое время.
- Что тебя смущает, Черил Энн?
- Ну, сначала я должна сказать...
что оставила бывшего мужа
по очень веским причинам.
- Ты сделала это, но давай не будем
их перечислять, хорошо?
- Он далеко не совершенство.
Он курил, он пил,
он любил поспорить.
- Это просто мой портрет.
- Да.
Он немного похож на тебя.
- Да. Итак, нам пора двигаться дальше,
Черил Энн.
Ты хочешь добраться до точки?
- Я испытываю... ну... чувства к нему.
- Какого рода чувства?
- Хорошие чувства.
Хм...
...об этом тяжело говорить.
- Сексуальные чувства?
- Это непросто...
Я думаю, да, конечно, но...
Я все еще люблю его.
Это не то же самое,
что с моим нынешним мужем.
Между нами есть что-то...
и... я хочу его.
Я хочу почувствовать его внутри себя.
Я хочу ласкать его.
Я хочу быть с ним.
- Ты хочешь быть близка с ним?
- Да.
- Ты хочешь удержать его?
- О, да.
- Ты хочешь разделить с ним свои чувства?
- Да, Барри.
- Ты занимаешься любовью с мужем?
- Нет... Ну, я...
- Ты говоришь ему, что любишь.
Ты лжешь ему, когда говоришь, что любишь.
- Я люблю его.
Я люблю его как друга.
- Друга?
Так же, как любого из своих друзей?
- Не так, как моего бывшего мужа.
Там страсть для его души и...
Я... я думала, что хочу простой жизни,
Но я... я ошиблась.
Я хочу вернуть свою прежнюю жизнь.
- Звучит так, словно ты совершила ошибку.
Если уж застряла с первым парнем.
- Да, но что мне делать?
Я люблю тебя, Барри.
- Когда-нибудь слышали историю
про маленькую собачку с костью в зубах?
Она шла по мосту, посмотрела вниз...
и увидела свое отражение в воде.
Она подумала, что там другая собака.
И у той собаки в пасти тоже была кость.
Собака так захотела заполучить обе косточки,
Что залаяла на собаку в воде,
пытаясь напугать ее.
Кость выпала из ее рта.
Так она потеряла обе косточки.
- И какое отношение это имеет к тому,
о чем я сказала?
- Крошка, я не знаю, что сказать тебе.
Ты взбесила его!
Знаешь, такие женщины, как ты,
никогда не счастливы.
Что ты хочешь мне сказать?
Что оставишь своего мужа?
Вернешься к бывшему?
Твой бывший не хочет тебя.
Он может заполучить женщину в любом месте.
Ты ему не нужна.
Он не такой провинциальный зомби,
как твой нынешний муж. Он веселится.
Ты никогда не задумывалась об этом?
О том, что твой муж, возможно,
не хочет тебя?
- Он приходил ко мне.
Он сказал, что хочет меня.
- Ты опять врешь.
- Он сказал, что все еще любит меня.
- Ты врешь! Ты сексуально неудовлетворена.
Женщина, живущая в выдуманном мире!
Мне жаль тебя!
Так почему бы тебе не остаться
с Мистером Америка,
не пойти и не купить себе вибратор подешевле,
и не начать самой трахать себя.
Мы пожинаем то, что сеем.
Понимаешь меня, Черил Энн?
Наверное, она фригидная.
А у нас на связи Тереза.
- Грядет твой день, Барри.
И настанет расплата,
за каждый твой грех и за всю жизнь.
Те, кто отвернулся,
повернутся снова.
И меня не волнует,
что ты уже история, Барри.
Ты несешь ответственность,
и не будет заминок в суде над тобой.
Он будет краток,
и шея затрещит.
Плети взрежут голую спину до костей,
А твои дети будут оплакивать тебя...
Когда их будут убивать
на твоих глазах.
Ты...
Евреев развесят повыше на улицах.
Ты будешь похоронен в общей куче.
Ты сам выроешь себе могилу.
Я здесь, чтобы сказать тебе –
этот день грядет.
Да будет так!
- Веришь ты или нет,
ты чувствуешь это лучше меня.
Я хочу виселицы.
Я лицемер.
Я взываю к искренности,
а сам лгу.
Я осуждаю систему,
но одновременно лелею ее.
Я жажду денег, власти и славы.
Я жажду рейтингов и успеха.
Я не насылаю проклятий на тебя или мир.
Это правда.
Я мог бы сказать «извини», но не хочу.
Кто я?
Кажется, публика спрашивает:
"Кто ты такой, черт возьми?".
Почему ты набрасываешься, как стая волков,
Да потому что сам не могу взглянуть на то,
что творю.
Да, мир – ужасное место.
Да, рак и загрязнение убивают тебя.
Да, война грядет.
Да, мир катится в ад,
и ты в первых рядах.
Все зажмурилось, и тебе это
нравится, не так ли?
Ты очарован кровавыми подробностями.
Ты заворожен собственным страхом.
Ты наслаждаешься наводнениями
и автомобильными авариями,
непрекращающимися катастрофами.
Ты счастлив, когда другие испытывают боль.
И вот для чего я здесь, не так ли?
Я здесь для того,
чтобы взять тебя за руку и
провести сквозь темный лес...
вашей собственной ненависти,
гнева и унижений.
Я делаю государственно-важную работу.
Тебе так страшно.
Ты как маленький ребенок под покрывалом.
Ты боишься буки,
Но ты не можешь жить без него.
Твои страхи, твоя собственная жизнь
превращаются в развлечение.
В следующем месяце, миллионы людей станут
слушателями твоей передачи,
а тебе не о чем с ними говорить!
Замечательные технологии
в нашем распоряжении.
Но вместо того,
чтобы достичь невероятных высот,
мы проверяем, насколько низко можем упасть.
Насколько глубоко в бездну
сможем погрузиться.
О чем ты хочешь поговорит, хм?
О бейсбольном счете?
О домашних питомцах?
Об оргазмах?
Твой пафос...
Я ненавижу каждого из вас.
Ты ничто,
абсолютное ничто.
Ни мозгов, ни силы, ни будущего.
Ни надежды.
Ни Бога.
Единственное, во что вы верите, это я.
Что от вас останется,
если у вас не будет меня?
Я не боюсь, видишь?
Я прихожу каждую ночь, делаю свое дело,
говорю о том, во что верю!
Я говорю о том, кто вы такие.
Я должен. У меня нет выбора.
Ты меня пугаешь.
Я прихожу каждую ночь, довожу тебя до слез,
я оскорбляю тебя, я уничтожаю тебя,
а ты возвращаешься за новой порцией.
Что с тобой не так?
Почему ты продолжаешь звонить?
Я больше не хочу этого слышать.
Перестань говорить!
Убирайся!
Вы кучка трусливых,
бесхребетных, нетерпимых,
дрожащих, пьяных, бессонных,
параноидальных, отвратительных, извращенных,
любопытных, непристойных звонильщиков.
Вот кто вы такие.
Ну и черт с вами!
Мне не нужен ваши страх и тупизна.
Не дождетесь!
Не стану тратится на вас.
Бисер перед свиньями.
Если у кого-нибудь есть объяснение,
зачем я говорю про...
Фрэд, ты в эфире «Ночной Беседы».
- Да. Понимаешь, Барри,
я знаю, что тебя вводит в депрессию.
Столько людей не понимают,
что ты просто шутишь...
- Джэки, ты в эфире «Ночной Беседы».
- Алло. Я слушаю тебя годами,
И считаю тебя теплым, умным...
- Арнольд.
- То, что вы раньше говорили об одиночестве…
Я – инженер-электрик...
- Люси.
- Моя мать из Waco и она хочет знать,
ходил ли ты в высшую школу...
- Ларри.
- Почему люди не настаивают,
чтобы гомосексуалистов признали нормальными?
- Ральф!
- Я в доме...
Я в доме,
том самом, где должен быть ты, Барри.
Эй, я неподалеку.
Ты можешь зайти, если хочешь.
Мы люди одного сорта.
У меня есть пиво, суп.
Я здесь.
Заходи попозже.
Я жду...
- Барри, осталось 60 секунд
до конца передачи.
Это мертвый эфир, Барри...
мертвый эфир.
Думаю, мы сплетены накрепко.
Это Барри Чамплейн.
- Барри.
Это было великолепно.
Я думаю, все это очень хорошо.
Я иду к адвокатам, мы
начнем обсуждать сделку прямо сейчас.
Увидемся позже.
Я буду поблизости.
- Барри.
Это было великолепно.
Ты обыграл его, чемпион.
Поздравляю.
Увидимся завтра.
- Дэн.
Что если я не приду завтра?
- Ты придешь завтра, Барри.
Ты всегда приходишь.
- Она ушла, ух?
- Да. И я ее не виню.
- Ее лучшая фраза была: "Барри Чамплейн...
хорошее место для визитов...
Но жить здесь я не хочу".
Шоу выматывает, Стью.
- Дай мне паузу, сможешь?
Мы становимся национальными, мужик.
Кроме того, не столь это важно.
Просто еще одно шоу.
- Если это не так важно, зачем я делаю это?
- Не знаю, Барри.
Ты не можешь покорить высоту,
не взбираясь на гору.
Заешь, что я думаю?
Как этот парень сказал:
"Мужик, это твое шоу"
Куда направишься?
- Не знаю. Схожу к Эллен в отель,
попробую поговорить.
- Это хорошо. До завтра, Барри!
- До завтра, Стью!
- ...мне хочется прокомментировать то,
что я видела...
...на парковке, по пути сюда, на станцию.
... Там стоял мужчина...
- Ты идешь к своей машине?
- ...очевидно, страдающий
психическим расстройством.
Это заставило меня вспомнить о том,
что мы обсуждали недавно...
- Хочешь перехватить гамбургер?
Просто скажи.
- Я слишком стар для тебя, Лора.
Я имею в виду... ты не знаешь о Вьетнаме,
о «Беспечном ездоке», о «Beatles».
- Начни жить заново, дедуля.
- Я не могу.
Я внутри этих вещей.
Вот так.
Знаешь, чего я больше всего боюсь?
Стать скучным.
- Ты не скучный.
- Я боюсь, что однажды аудитория
встанет и уйдет.
- Я иногда путаюсь
в этих любовных материях.
Я не знаю, что люди имеют в виду,
когда говорят, что влюблены,
но...
Но я точно знаю, что не думаю,
будто ты такой плохой парень,
как сам о себе думаешь.
- Я как раз такой.
Дам гамбургерам шанс попозже.
- Простите, Барри...
Барри!.. Мистер Чамплейн.
Ненавижу себя за то, что отрываю вас.
Не могли бы дать мне автограф, пожалуйста?
Сегодняшнее шоу – это нечто.
- Конечно.
Как говоришь твое имя?
- Ты покойник, ебанько.
- Опускаешься до этих тем...
Начинаешь поучать людей...
Оскорбляешь их расу...
С тобой покончено, Чамплейн,
говорю тебе это прямо сейчас.
- Я слушала передачу в ту ночь,
когда его убили.
Это был тот обдолбанный парень,
он убил его.
Когда люди обкуриваются этим крэком,
они становятся берсерками, понимаешь?
Я надеюсь, они поймают того парня.
- Но они должны были слышать то шоу.
Он был в эфире.
Не думаю, что он ожидал
получить пулю или что-то вроде того,
но та передача была странной.
- Я имею в виду...
Я был на его последнем шоу...
Это было его последнее шоу.
И я почувствовал, будто вся моя жизнь
изменилась, понимаешь?
Меня как будто благословили.
Но, как я сказал Барри, понимаешь...
Я имею в виду, эй...
жизнь это вроде большой вечеринки,
устроенной Богом.
А я новый тамада, Барри...
- Как всегда говорил Барри,
"если тебе не нравится,
просто выключи".
Но они не должны были
выключать его самого.
- Думаю, тот молодой парень,
который пришел на шоу...
Думаю, он сделал это.
Я говорю, что чувствую по этому поводу.
Думаю, если ты что-то украл,
тебе отрубят руки.
Если ты изнасиловал кого-то,
тебе отсекут... сам знаешь что.
- Я никогда не звонила ему.
И сейчас очень сожалею.
Он никогда не бросал трубку,
когда говорил со мной.
- Я скучаю по нему. Знаешь, это как когда
у тебя перевязана рука...
отрублено что-то,
ты ведь скучаешь по этому?
Он был как палец на моей руке.
Я скучаю по нему.
- Он был как разогретый десерт
со свежими орешками.
Теперь, я знаю, что не стоило слушать его,
поскольку он всегда доводил меня...
до такой ярости, что хотелось схватить
и разбить радио.
- Однажды он объявил опрос о том,
как люди обрывают туалетную бумагу -
...сверху или снизу?
Люди отвечали в течение нескольких часов.
Некоторых он так злил,
что они бросали трубку.
- Я звонила почти каждую ночь.
Я любила Барри.
Хотя, всегда было много человек,
которым он отвечал.
Знаешь, он все время забывал,
что я жду на линии.
- Кажется, я читала, что у него
были какие-то проблемы с женой?..
- Да, он был бесчувственным и противным,
но это было сильное,
маскулинное присутствие на радио.
- Зачем кому-то делать такие вещи?
Ох, ну, существует еще одна яркая звезда
на небе божьем.
- Я думаю, вы не дадите группе нео-нацистов...
выйти в эфир, как это делал он.
В принципе, ничто не останавливало
Барри Чамплейна.
- Я была влюблена в его голос.
- Я была влюблена в его голос.
- Он и сам был влюблен в свой голос.
- Моей первой мыслью было,
что я не могу поверить,
что кто-то ненавидел его настолько сильно.
Нравится или нет...
пусть даже вызывает ненависть...
Но не убивать же за это!
Моей второй мыслью было...
что он всегда интересовался,
есть ли Бог.
Барри говорил, что ждет,
когда ему предоставят доказательства.
Теперь ты знаешь это точно, Барри.
Теперь ты знаешь.
- Теперь, мы знаем, что говорит закон,
что должно соответствовать закону...
Что каждый рот можно заткнуть...
Весь мир будет привлечен
к ответственности перед Богом.
- Мир сошел с ума, с ума!
Барри был груб, но вместе с тем
он был очень веселым парнем.
Он оскорбил мою мать,
когда я позвонил.
Но разве не для этого
мы имеем свободу слова?
- Я надеюсь, что Барри запомнят...
Они запомнят, что он говорил,
а не тот как он это говорил.
- Это было кармой.
Вы просто не осознаете,
что многое является плохой кармой...
и возвращается к тебе назад.
- Барри и я работали вместе
около семи лет.
Всякий раз, когда его оскорбляли в эфире,
он - настоящий мужик -
палкой отбивал обиду обратно.
Это было, как если бы у его члена
вдруг отросли крылья...
и ему захотелось бы проверять,
в состоянии ли еще он получать эрекцию.
У него был не слишком большой член,
но он любил совать его везде...
Затем они оскопили его.
И теперь он мертв.
Не знаю, поймешь ли ты аналогию,
но яснее выразиться я не могу.
 

////////////////////////////