Готовы?
Вздёрнем короля!
- Тянем!
- Вали его!
- Тянем!
- Валите его, Могавки!
Долой короля!
Давайте свалим этого ублюдка!
- Помоги мне залезть! Ну помоги же!
- Да держу я. Держу.
Сильнее! Сильнее!
- Тянем!
- Пошло!
Тянем! Тянем! Тянем!
Революция!
Это слово звучало везде.
- Рвите его на куски!
- Ублюдок!
К реке!
К реке!
Давайте утопим его. Вперёд!
Утопим ублюдка!
Свержение короля...
...и шумный праздник знаменуют
день нашего прибытия в Нью-Йорк.
...а потом потуши огонь. Давай, сынок.
Мой мальчик спрашивает меня -
что это?
Я не знаю.
Эта большая шумная расправа
сделает нашу торговлю
пушниной и кожей трудным делом.
В этом я уверен.
Хоть нас только и двое - мою Кэйтлин и двоих
наших малышей забрала лихорадка в прошлой году -
глубоко внутри я всегда остаюсь со своей семьёй,
сколько бы миль мы не преодолели.
Нед сияет как новый пенни.
Прямо как его мать,
упокой Бог её прекрасную душу.
У него её глаза.
Такие же быстрые и зоркие.
Она бы рассказала ему больше, чем я.
Она смогла бы. О, моя Кэтти...
- Как вам это?
- Долой короля!
Ну же, дамы.
Не хотите поцеловать Георга-немца?
- Грязный ублюдок!
- Сбросьте его! Сбросьте!
Я не из Тори! Нет!
Нет, я не умею плавать!
- Нет - монархии!
- Долой Георга-немца!
Читайте декларацию!
Читайте слова Джефферсона!
Читайте декларацию Независимости.
Дэйзи, не порти нам такой чудесный день.
- Свобода или смерть!
- Вот.
Пойдёт на бумагу для завивки волос.
Прочь, отребье!
Присоединяйтесь к нашей автономии!
Мне сегодня
ещё головной боли не хватало.
Дэйзи МакКоннахэй,
не смей!
- Мама!
- Но, Дэйзи...
- Мама, я должна!
- Ты прям ссышь мелодраматизмом, Дэйзи!
Что это за слова, Бэтси? Дэйзи!
Читайте декларацию!
Нет - королю!
- Свобода или смерть! Нет - королю!
- Нет - королю!
- Свобода или смерть! Нет - королю!
- Свобода или смерть! Нет - королю!
Свобода или смерть!
Эй, Мисс Нью-Йорк,
ты пришла к нам присоединиться?
Свобода или смерть! Нет - королю!
- Свобода или смерть! Нет - королю!
- Свобода или смерть! Нет - королю!
Свобода или смерть! Нет - королю!
Скатертью дорога, немецкая свинья!
В жопу британцев!
Дай пройти.
Эй, ты! Эй, ты там!
Армии нужна твоя лодка,
чтобы выбить британцев из Бруклина.
Моя лодка?
Нет. Я не могу её отдать.
Гражданин, это твой долг.
Твоя обязанность - дать нам свою лодку.
- Давай, Нед. Пошли.
- Отдай её им!
- Ты же патриот! Отдай свою лодку!
- Забрать лодку.
- Забрать лодку!
- Забрать лодку!
- Забрать лодку! Забрать лодку!
- Забрать лодку!
Нет, валите отсюда! Валите с моей лодки!
- Нет! Нед!
- Забрать лодку!
Только через мой труп, ублюдки!
- Эй, это моё! Отстань!
- Отвали!
Убери от меня руки!
Отстаньте от моего сына!
- Отстаньте!
- Давайте, вышвырните их!
- Отстаньте от моего сына!
- Папа!
- Уберите его!
- Нед!
- Уберите от меня свои руки!
- Уберите их с лодки!
Скажем патриоту спасибо.
Капитан,
дай этому человеку долговую расписку.
Пошлите за водой!
Нед!
- Нед!
- Как твоё имя?
- Ты в порядке?
- Да.
Имя?
- Добб.
Том Добб.
Отлично.
Отнеси это на Уолл-Стрит. И, если
хочешь получить деньги за свою лодку, покажи...
Все наши деньги лежали в лодке.
А это ещё кто?
Что хорошего нас ждёт?
- Вы двое, охраняйте лодку.
- Есть, сэр.
Они освобождаются
от верноподданства Британской короне
и от исполнения всех распоряжений...
Ну и ради чего мы с Недом
путешествовали и торговали?
Как же подло и зло они поступили,
забрав мою лодку...
...вместе со всей кожей и пушниной.
Мы - независимый штат.
- Вступай или умри!
- Вступай или умри!
Ну-ка Нед, прочти мне это.
"Лодка и провиант, семьдесят долларов".
- Пошли.
- Вступай или умри!
- Вступай или умри!
- Пап, у нас нет денег?
- Нет.
- А где мы будем спать?
А он всё спрашивает,
что да как.
Они больше не хотят видеть короля так же,
как я больше не хочу ничего загадывать.
Вот, чему я научился.
Жди здесь.
Жди меня здесь.
Проходите. Не толпитесь.
Долой короля Георга!
Мы - независимый штат,
который освобождён от
верноподданства британской короне.
- Заткнитесь!
- Друзья-патриоты!
Денег нет! Всё ушло на войну!
Эти долговые расписки выданы
Казначейством Соединённых Штатов -
Боже, благослови наш Конгресс.
И за них вам заплатят золотом!
- Через две недели.
- Через две недели!
- Когда мы выиграем войну.
- Через две недели!
- Когда мы выиграем войну.
- Когда мы...
С чего это
Бог должен благословлять Конгресс?
Слова мало что значат для того,
кто не умеет
ни читать, ни писать на родном языке.
А я умею читать только свои чувства.
И что бы они не сказали -
король или Конгресс -
для меня всё одно.
Он...Он говорит, что расписки, которые у вас
в руках стоят больше, чем золото!
Они - будущее вашей страны!
Нашей страны.
Нашей страны!
Через две недели! А теперь уходите!
Пять шиллингов.
Повторяю - на барабане пять шиллингов.
Ну а ты что, молодой человек?
- Можно мне постучать?
- Что можно?
- Постучать на барабане.
- Он говорит: "Можно постучать в этот чёртов барабан?"
Конечно, можно.
Давай.
Вставай и получи свои пять шиллингов.
Так, кто ещё?
Откройте дверь.
- Не думаю, что женщины должны сражаться.
- А я буду.
Так, вставайте вот здесь.
Повернитесь налево.
- Нед, вот твой отец.
- Нед.
Что? Что ты здесь делаешь?
Что случилось?
Пять шиллингов.
Это тебе, пап.
И ещё сто пятьдесят акров земли,
когда закончится война.
- Что ты сделал за эти деньги, Нед?
- Я записался к ним.
- Нет, не записался. Пошли.
- Куда ты повёл этого мальчика?
Нет...Это мой сын.
Вот. Возращаю ваши пять шиллингов.
Это была ошибка. Пошли.
Куда это вы собрались, мистер?
Вернитесь-ка назад!
- Что это вы делаете?
- Я был в коммисариате.
- А потом узнал, что он записался к вам.
- Всё так.
- Но это ошибка. Он не записался.
- Это ошибка, капрал Смит?
Я помню этого мальчика.
- Покажите ему журнал.
- Вверху страницы.
Я знаю его имя. Я - его отец.
И я сказал вам - он не записался.
- Нет, записался.
- Он не спросил у меня разрешения.
Это не имеет значения.
Он получил пять шиллингов
и подписался своим именем.
- Вот здесь.
- Просто зачеркните его имя вот этим пером.
- Как будто ничего не было. Пошли.
- Взять этого человека!
- Держите его!
- Пустите!
Этот мальчик - рекрут!
Твой сын теперь солдат!
- Вы не можете просто забрать его.
- Все они - чьи-то сыновья, мистер.
И они готовы пролить свою кровь,
борясь с тиранией.
Спросите своего мальчишку,
чья эта война.
- Всё, хватит. Продолжаем!
- Нет!
- Давайте дальше.
- Нет! Это не его война!
- Рота, равняйсь!
- Шире шаг!
- Левой-правой, левой-правой.
- Вы не можете заставлять его силой!
Стойте-стойте. Стойте, сержант.
Вы же, должно быть, семейный человек.
У меня было трое детей, жена умерла.
Он - всё, что у меня есть в этой жизни.
- Вы не можете забрать его у меня.
- Сыновья идут на войну, потому что отцы не идут.
Если хотите снова увидеть вашего сына,
просто распишитесь в журнале.
Пап!
Держать его! Если ещё раз так сделаете,
я вас заколю. Желаете мне помочь?
Если хотите увидеть сына,
распишитесь в журнале.
Точно, распишись.
В моей семье четверо записались.
Распишитесь здесь.
Ты - ублюдок.
Держать его.
- На этой строке.
- Ты - ублюдок.
А вы следите за своим языком, мистер.
Хорошо.
Эй, мистер Добб.
Вот ваши пять шиллингов.
Теперь вы - член армии Соединённых Штатов.
Читайте слова Джефферсона!
Читайте слова Джефферсона!
- Читайте Декларацию Независимости!
- Один мушкет, два кремния.
- Одна пороховница.
- Да не переживай ты...
Один мушкет...
Вот. Пол кружки гороха.
- Два кремния, одна пороховница.
- Всё правильно, пол кружки.
Один кусок сушёной рыбы.
Хранить в сухом месте.
В сухом месте.
Боремся всю свою
жизнь, с самого рождения...
...и до тех пор, пока живы.
Боремся с природой, за еду и тепло.
Боремся со своими грехами,
чтобы оставаться достойными людьми.
А теперь надо ещё с кем-то бороться,
в этом проклятом бою,
и я даже не понимаю, за что.
Ох уж, Нед.
И всё из-за какого-то барабана.
Свобода в ваших мушкетах, парни!
- Мы вас любим!
- Я буду молиться за вас!
- Храни вас всех Бог!
- За свободу!
- Я люблю тебя!
- Свобода!
Я смотрю на лицо женщины,
чтобы напомнить себе.
Ищу в нём отражение моей Кэтти,
отнятой у нас.
Но никогда не нахожу.
Другие женщины...
...потеряны для меня.
Свобода или смерть!
До встречи!
Свобода или смерть!
Свобода или смерть!
- Свобода или смерть!
- Победа!
Удачи вам!
Свобода! К свободе!
Мы любим вас!
А теперь слушай меня внимательно.
Когда будем на месте,
если увидишь, что мне грозит опасность -
мы с тобой разделимся.
Ты отходи к офицерам, слышишь?
Они никогда не рискуют.
Держись поближе к офицерам,
и в первую очередь береги себя,
понял?
Эта та расписка, помнишь?
Её дали за лодку.
Сохрани её.
Засунь себе в ботинок.
Мужайтесь, парни.
Мы сражаемся за правду и правое дело.
И да пребудет с нами Господь.
Наша жизнь поворачивается
в очень странном направлении.
От плавания на собственной лодке,
чтобы торговать пушниной и кожей,
к плаванию на военной лодке, чтобы сражаться
за слово, которое зовётся "свободой",
которое мне незнакомо, которого
никогда в моей жизни не было,
и в необходимости которого я сомневаюсь.
Британцы наступают!
Уезжайте из Нью-Йорка!
Слова Вашингтона!
Читайте слова Вашингтона!
Британцы наступают!
Уезжайте из Нью-Йорка!
Слова Вашингтона!
Дэйзи! Дэйзи МакКоннахэй,
если ты пойдёшь туда, ты - дура!
Дэйзи, возьми меня с собой!
Мама сказала, нам нельзя выходить!
- Дэйзи?
- Мама...
Дэйзи, что это?
Что это на тебе?
Что всё это значит?
Сегодня ты не пойдёшь на улицу.
Ты не знаешь, что там происходит?
Я очень хорошо знаю,
что там происходит.
Там безумие, Дэйзи.
Безумие.
- Ты не понимаешь.
- Я запрещаю тебе выходить из дому.
Мама, прости...
Если тебя изнасилуют - так тебе и надо!
Не будь такой вульгарной, Бэтси.
Я помогу его держать.
Доктор Слоун?
Доктор Слоун?
Какого...Что вы здесь делаете,
Мисс МакКоннахэй?
Вам здесь не место.
Ступайте домой к вашей матушке и сёстрам.
- Я принесла еды...
- Что ж, оставьте её и идите домой.
Дайте мне что-нибудь вместо жгута!
А теперь, девушка, держите.
С Бруклинских высот можно увидеть
страшную силу Британской армии.
А того человека зовут Вашингтон.
И все мы под его началом
терпим боль поражения.
Оторванные руки и ноги
разбросаны по цветущим полям.
Мы с Недом даже не успели прицелиться,
как мимо нас засвистел залп
смертоносной картечи.
Снова та девушка?
У тебя есть еда?
- Её лицо возникло как странный знак.
- Да.
Зачем она пришла сюда?
Что ей от нас нужно?
Из-за неё я чувствую себя
не в своей тарелке.
Есть ли для этого причины?
- Вот.
- Спасибо.
Вы участвовали в битве?
Должно быть, это было ужасно.
Боже, ты ранен.
Стой, я...
...помогу тебе. Ляг на спину.
На что это похоже?
Можешь рассказать?
- Бой?
- Да.
Хочешь знать?
- Зачем тебе это знать?
- Пожалуйста...
Мы были там...
В болотах.
Под Бруклинскими высотами.
Это было на рассвете.
Мы ждали.
Началась пальба.
Люди рядом с нами стали падать
замертво...от огня артиллерии.
Ты видел британцев?
- Мы ещё ни одного не видели.
- Нет, они использовали картечь,
просто палили из пушек
картечью и ядрами.
Мясорубка.
Людей разрубало пополам.
Это была моя первая битва.
Ты такой храбрый.
Ложись, Нед.
Поспи немного.
Ты сражался за общее дело.
Я сражался только за то,
чтобы оставаться со своим сыном.
Она мало что знает обо мне.
Она кажется такой потерянной...
Эта ранящая грусть в её глазах
заставляет меня искать слова,
которые смогли бы её утешить.
- Встать! Быстро!
- Встать, я сказал!
Сколько раз повторять?
- Быстрее, парни!
- Не оборачивайтесь!
- Встать!
- Строиться!
- Марш на построение, бездельники!
- Вшивые выродки!
- На линию!
- Быстро встали!
Стройся!
Стройся! Быстро!
- Быстро на вторую линию!
- Вперёд! Вперёд!
- В шеренгу!
- Все на линию обороны!
Быть американцем в этом неравном бою -
всё равно что быть ягнёнком на убой.
Злая белка сражается со львом.
Бог на нашей стороне!
Пошли, сынок. Пошли.
- Держись рядом со мной.
Занять позиции!
Давай, парень!
Мы можем их победить!
- Господи помилуй.
- Цельтесь в офицеров!
Аминь.
Цельтесь в офицеров!
Мужайтесь, парни!
Это всего лишь чёртовы животные!
Мальчики для битья!
- Майор?
- Готово, милорд.
За короля и отечество!
Слышите меня?!
С вами Бог!
Мужайтесь!
Вы - британские солдаты и
лучший полк в мире!
Двигаться цепью, капитан.
Вперёд, марш!
Хорошая работа!
Держать дистанцию!
Приготовиться, парни!
Стрелять по команде!
Мне не раз приходилось держать
ружьё наготове - для защиты от опасности.
То были дикие звери,
когда была нужна пушнина для торговли.
Но я никогда не делал этого для
умерщвления человеческой души.
И если дойдёт до этого -
мне неизвестно, смогу ли я.
Целься!
По моей команде! Огонь!
Полк...
...стой!
На изготовку!
Цельсь!
Передняя шеренга - огонь!
Вторая шеренга - огонь!
Тыловая шеренга - огонь!
Назад, на вторую линию!
Вспомните, что вы - американцы!
Назад! Стойте и сражайтесь!
Бейтесь за свою землю!
К ноге!
В штыковую!
По центру! Шагом марш!
Держать дистанцию!
Отступаем, парни!
- Отступаем!
- Пошли. Пошли, Нед.
- Да здравствует Америка!
- Господи, это же просто бойня!
Назад!
Держать позиции!
Нед!
Взять его!
В атаку! В атаку!
Бегите! Спасайте жизни!
Назад, Нед. Назад.
Вперёд!
Пап!
- Пап!
- Ублюдок!
Нед!
- Прыгай!
- Вперёд!
Вперёд, парни! Захватим флаг!
Боже, храни короля Георга!
То, что я родился в другой стране,
был продан и отправлен сюда ещё ребёнком,
не делает меня настоящим американцем.
Я скорее вернусь в родные края,
чем позволю схватить себя в этой борьбе
за правое дело, которое не считаю своим.
Полк...
...перестроиться!
- Армия уходит на север.
- Подождите меня!
- Пусть уходит.
- Мы должны дать отпор британцам.
Я освобожу нас от этого самоубийства,
здесь и сейчас.
Мы идём домой.
Для нас всё кончено.
Эта война для нас закончилась.
Давай.
Подожди меня, Билли! Стой!
И что же мы будем делать?
Не знаю, сынок.
Вернёмся в Нью-Йорк.
Будем работать на канатной фабрике.
- Проваливайте!
- Выше головы, парни!
Валите домой!
Будьте на чеку!
Смотреть в оба!
Иди сюда, крысёныш!
Это - уже не тот Нью-Йорк,
который мы оставляли.
Теперь он полностью под контролем Англии,
со всеми этими солдатами и парадами.
Британская корона заполонила
собой каждую улицу и аллею.
А то, что называлось
Континентальной армией,
теперь сломлено как сухая ветка.
- Выше нос, парни - мы с вами!
- Да, Могавки с вами!
- Мы с вами!
- В следующий раз мы им покажем!
Назад.
На вот, попей.
Спасибо, лэди.
Ты тоже глотни, мой храбрец.
Это же барабанщик Мэрл.
Он нас не видит.
- Вот, выпей.
- Мэрл!
- Нед!
- Назад, в строй!
Ничего не поделаешь...
Давайте, живей, живей! Вперёд!
Капрал, построить их в шеренгу.
- Добро пожаловать в Нью-Йорк!
- Осторожно, Нед.
Декларация:
Несмотря на то, что Конгресс, которому
оппозиционно настроенные американцы
доверили руководство
своим сопротивлением с целью помешать
восстановлению конституционного
коллониального правительства,
- ...отвергал любые попытки примирения...
- Стоять. Стой там, парень.
- Мэрл, это я.
- Нед, лучше уходи.
Захлопни клюв, пацан.
Не разговаривать.
И где теперь твои
прославленные бунтовщики, Дэйзи?
- Сбежали как скунсы?
- Посмотрите на папу рядом с генералом!
...от оппозиционно настроенных американцев...
Бэтси, как думаешь, мы с ним увидимся?
И с ним, и со сливками британской армии,
моя дорогая.
Они будут исходить слюной у наших ног.
...установлению союза с каждой колонией
как частью британской империи.
Боже, как вы мне противны...
Король, будучи милостив,
разрешает губернаторам пересмотреть
королевские указы относительно колоний,
что следует расценивать как смягчение
неуместного сдерживания
свободы законодательства
в любой из его колоний.
Король готов внести ряд поправок в акты,
по которым у его субъектов
возникнут разногласия.
Так что всем жителям рекомендуется
всерьёз задуматься о своём
нынешнем положении,
о своих планах на будущее,
о возможном наказании,
и о том, как всё это согласуется с
их понятиями о чести и счастье.
Каждому необходимо решить,
принести ли свою жизнь в жертву
или вернуться к верноподданству королю,
согласно торжеству
справедливых принципов конституции.
Декларация выдана Нью-Йорку,
19 сентября 1776 года.
Ты убежал?
Мы все убежали. Вообще все.
Ты убежал?!
А там - или беги, или тебя схватят.
Так что я убежал.
Я то думала, вы способны отстоять
свою землю, мистер Добб.
Эта не моя война.
Не моя война.
Она пугает меня тем, с какой яростью верит
в какого-то своего сказочного солдатика.
Я хотел бы ответить так,
чтоб она заткнулась.
Но теперь...
Она лишила меня дара речи.
Будь поосторожней, ладно?
Да, пап.
- Смотри в оба, Нед. Не попадайся им на глаза.
- Хорошо, пап.
Привет, солдатик.
Просто иди вперёд.
Тех из нас, кто сражался, теперь
разыскивают как жалких преступников,
которые мечутся точно крысы во тьме,
спасая свои шкуры.
Изменики, предатели -
вот, как теперь нас называют.
И вот, как это высокопарное слово - свобода -
привело нас к кандалам и порабощению.
Ты только посмотри на это.
Давай, я покажу тебе в руке.
Нет, это красиво. Красиво.
А эти бигуди такие упругие.
Пьер, очень упругие бигуди.
Дэйзи.
Господи, мама,
да что здесь твориться?!
Дэйзи, даже не начинай.
У меня не нет ни времени,
ни терпения.
Вот, возьми.
Это - ты.
А теперь иди и приведи себя в порядок.
Сегодня - очень особенный случай.
Для твоих сестёр это шанс всей жизни.
Так что ничего не испорти.
- Так, дорогая, побольше пудры.
- Нет!
Успокойся, Эми.
Не капризничай.
- Больше пудры.
- Мама...
А чей это багаж?
Он принадлежит двум молодым офицерам.
Генерал попросил нас принять их на ночлег.
Лодд Хэмптон и Лорд Дарлинг.
Аристократия, Дэйзи.
И оба неженаты.
Лорд Хэмптон - племянник Паппи Хэсапа,
который, как я уже говорила,
очень близок к ложу королевы.
Да, держит горшок, наверное.
Больше я ничего не скажу, Дэйзи.
Мы знаем твои взгляды на эту тему,
но сегодня, пожалуйста, держи их при себе.
Так, вот твоё платье. Ступай, надень его
и попытайся, хотя бы раз,
вести себя
как респектабельный член нашей семьи.
Бэтси...
Да, и пока ты там,
убери из своей комнаты всю эту
дурацкую мятежно-патриотическую символику.
Как пожелаешь.
Вуаля, мадам.
Нам здесь всю ночь торчать...
Прошу прощения, можно вас прервать?
Дэйзи, что ты делаешь?
Бэтси, я уверена,
ты не против разделить его со своей Дэйзи.
Какие очаровательные девочки...
Ну что ты делаешь?
Может, и мне подаришь один?
И тебе один.
Сука!
Чёртова...сучья...янки!
Ваши дочери - шлюхи, мадам.
Все они -...
...шлюхи!
- Генри!
- Боже праведный...
Ублюдки! Я вам покажу!
Оставьте ночевать
английскую свинью в моей комнате!
Свиньи!
Убийцы!
Ненавижу вас!
Ненавижу...И маму...И папу...
Дэйзи.
На!
Что ж, надеюсь, ты гордишься собой.
Слышала, как он тебя назвал?
Сучья янки.
Шлюха.
Что бы ты не думала, Дэйзи,
мы всегда любили тебя.
У нас с отцом...
...были большие надежды на тебя...
И никогда прежде ты не давала
мне повода вот так позориться.
Это несправедливо...
Несправедливо! Несправедливо!
После случившегося...
Ты знаешь нашу позицию, Дэйзи.
Ты не можешь принадлежать этой семье
и сражаться на другой стороне.
Я это знаю.
Ты должна решить.
Я решила.
Построиться поротно!
ВЕСНА. Пять месяцев спустя.
- Мы достали порося!
- Верните этого поросёнка!
Вернитесь!
- Взять этого пацана!
- Ублюдок! Это же наш обед!
- Дайте ружьё - застрелить порося!
- Я взял гранату!
Я чувствую,
что Нед растёт без меня.
- Прыгай на повозку!
- Стой! Стой!
Теперь я вижу его всё реже.
И мне больно видеть,
как лучшие дни его юности
проходят в этой
проклятой бессмысленной борьбе.
Давай, валим отсюда!
Я - один.
И мне одиноко без него.
Я украл поросёнка.
- Хорошо, поедим.
- Он удрал. Я упустил его.
Упустил?
Дик украл для Могавков гранату,
так что теперь мы сможем проделать ход
в сержантскую столовку.
Ты не будешь ничего взрывать.
Ты - не Могавк.
Пап, теперь я - Могавк.
Они только что избрали меня в банду.
Ты о чём это?
Хочешь, чтоб тебя убили?
Нет, я не буду ничего взрывать.
Это Дик взорвёт гранату.
А потом мы залезем туда
и заберём всю жратву.
Какую жратву? Жратву?!
Какую ещё жратву?! Ты же ешь, Нед.
Я работаю, чтобы ты ел.
- Я не для себя. Это для Мэрла и остальных.
- Мне всё равно, для кого.
Ты - не Могавк
и не взрываешь гранат, понял?
- Ладно, я пойду.
- Нет, ты никуда не пойдёшь.
- Я иду, куда хочу.
- Нет, ты останешься здесь.
Нед, послушай.
Ты видел тела, что плавают в реке?
Видел?!
Что это за тела?
Это такие же мальчишки, как ты.
Вот, кто они.
Ты этого хочешь?
Сюда!
Отойти.
Вперёд.
Так-так.
Похоже у нас тут подходящий кандидат.
Да, ты.
Ты здоров?
Выглядишь здоровым. Здоров.
А как насчёт ног?
Капрал, он может шевелить ногами?
Попросите его пошевелить.
Давай, поднимай. Ноги поднимай.
На месте. Бег на месте.
Раз, раз, раз, раз.
- Раз, раз, раз, раз.
- Левой-правой, левой-правой, левой-правой.
Руки верх. Выше ноги.
- Раз, раз, раз, раз.
- Левой-правой, левой-правой, левой-правой.
Всё, довольно. Пойдёт.
Ты вместе с Кловски потащишь паренька.
Ты на что уставился, а?
Вот это, тупые янки,
и есть паренёк.
Это для офицеров.
Они решили устроить лисью охоту перед
тем, как отправиться на свою чёртову войну.
Но в этих местах лис больше не осталось.
Осмелюсь предположить,
что вы их всех съели.
Поэтому этим двоим
придётся спасать положение...
...с помощью этого идиотского чучела
нашего старого доброго Джорджи Вашингтона.
Но если вы думаете сбежать,
то забудьте об этом,
потому что, когда мы вас
догоним и поймаем - вас повесят.
Понятно?
Ладно, капрал, заберите их.
Есть. Плата - два медяка.
Один сейчас, второй - когда закончите,
если вас собаки не съедят.
Вперёд! Мне нужен кто-то другой
на этот насос. Живей!
Купи нам колбасы.
Нет! Не буду я покупать никакой колбасы.
Оставь медяк себе.
Ты распластался перед этими придурками,
как будто перед тобой сам Иисус.
- Это для твоей же безопасности.
- Для моей? Я могу постоять за себя.
- Это ты из тех, кто не высовывается.
- Ты не прав, Нед.
А я не прячусь.
Это ты бежишь и меня тащишь за собой.
Нед...Нед!
- Нед!
- Береги себя, пап.
Держись поближе к офицерам.
Так ты ничем не рискуешь.
Отойди от двери! Сюда!
Ты куда это собрался?
Куда собрался?
Ты что-то сказал?
- Нет...
- Сказал?
Что-то про офицера?
- Я могу взять с тебя штраф за это.
- Хватит!
- Давай его сюда! На улицу! Быстро!
Строиться! Живей!
Надо отвести эту парочку в поле.
Давайте, давайте. По-быстрей.
Это и есть те люди, старшина?
- Да, сэр.
- Ясно. Ну, дайте им пропахнуть.
Ты слышал, что сказал капитан.
Помажь их.
А теперь слушайте:
вам щедро заплатили за это,
а мы хотим хорошей охоты, так что
посмотрим, заслуживаете ли вы своих денег.
Ладно, старшина.
- Пускайте их к чёрту.
- Так точно, сэр.
Вот ваш пропуск. Перейдёте с ним через границу.
Вперёд, сынок.
Всё, побежали. Давайте, шустрей.
Дайте им хорошую фору, капитан.
Придерживайте их. Придерживайте.
Дайте им уйти.
Десять соверенов на то,
что здоровяк не дотянет до конца.
А вот за этим малым
нужен глаз да глаз.
Постыдились бы охотиться на людей...
- Хватит!
- Нет, уже недалеко. Недалеко.
Нет!
Слушай, там вода!
Нам надо добраться до воды!
- Это недалеко.
- Никакой воды!
Недалеко.
- Свобода...
- Идиот...Идиот...
Ты весь пропах.
- Мне всё равно.
- Они тебя догонят.
- Ты же насквозь пропах.
- Всё равно...
Они потеряли запах паренька?
Внизу никого.
Как странно и жестоко:
я охотился на животных, чтобы выжить,
а теперь вот животные охотятся на меня.
И всё ради дурацкой королевской охоты.
Во мне не осталось гордости - я ползаю,
чтобы выжить, ради моего Неда.
Разделяй и властвуй, да?
Что?
А теперь доберёмся до бегуна с лисой.
Давайте, ублюдки!
Отзовите псов!
Святые небеса, нет!
Не может быть!
Вы только гляньте,
это же старина Джорджи Вашингтон.
Похоже, бедолага растерял свои перья.
- Назад, назад.
- Мы обнаружили его слабое место, так ведь?
Думаю,
надо избавить его от мучений.
Вот так и кончается американская мечта,
не правда ли?
- Вперёд, "ату"!
- Чертовски весёлая поездка.
"Если я пойду и долиною смертной тени -
не убоюсь зла, потому что Ты со мной.
Твой жезл и Твой посох -
они успокаивают меня.
Ты приготовил предо мною трапезу
в виде врагов моих.
Умастил елеем голову мою,
чаша моя преисполнена.
Так, благость и милость Твоя да
сопровождают меня во все дни жизни моей.
И я пребуду в доме
Господнем многие дни."
Аминь...
- Они что, все ушли, Билл?
- Ну, они спят, Бен.
- Просто спят.
- Уложенные в кровать мотыгой...
И укрытые лопатой.
- Я что - следующий?
- Нет, у тебя удача барабанщика.
- Как и у тебя.
- Ага. Как и у него.
Нельзя сражаться
без мальчиков-барабанщиков, сынок.
Сейчас наберём новых.
Бен!
Неплохо.
Хорошо.
- Стой, Нед. Стой.
- Что?
Смотри.
А ты молодец, сынок.
Мы дадим тебе личный барабан.
Будешь мне перечить - я тебе глаз выколю.
Капрал!
Этого.
- Пойдём, парниша.
- Встать. Тебе просто повезло.
Вперёд!
Вперёд...
- Вперёд.
- Вперёд, миледи.
Слушай мою команду!
Полк!
- Прошу вас, пропустите меня.
- Тихо! Молчать!
- Умоляю вас!
- Мне плевать! Назад, живо!
- Пустите её!
- Заткнитесь!
- Эта курица - Тори.
- Том!
Вы не видели Тома Добба?
Здесь работает Том Добб?
Пять, пять. Я хочу услышать пять.
Кто ставит пять?
- Я ставлю.
Кто ещё?
Пять. Кто ставит пять?
Четыре, четыре. Мне нужно четыре.
- Вы ставите, леди? Четыре.
- Нет.
- Мисс Дэйзи!
- Что?!
- Вон там.
- Где?
- Там!
- Всё, отпускайте их.
- Ставьте. И другого тоже.
- Раз, два, три!
Том...
Том!
Твой сын...
Они забрали твоего сына.
Я видела,
как сегодня днём британцы увезли его.
Я отпустил его от себя слишком далеко...
Всё, что у меня было,
теперь далеко...
Они ушли на север.
На север...Мы его потеряли...
Том...
Я найду его, Кэтти. Клянусь.
Боже, дай мне силы.
Том, что ты делаешь?
Надо достать лодку.
Но у тебя нет оружия.
- Том...
- Спасибо, что пришла ко мне.
Мы могли бы...поговорить...
Храни Господь Тома и Неда.
Я найду тебя, Нед.
Где бы ты ни был,
с Божьей помощью, я найду.
Пост номер три,
смена с полуночи!
Старшина!
Его Светлости нужен мальчик...
...почистить туфли.
За мной.
Шевелись, шевелись.
Здравствуй, Бен.
О, новый мальчик...
Так...
Ты.
Подойди.
Сучонок!
Старшина!
Сэр?
Дочь пушкаря.
Есть.
Давай.
- Отпусти!
- Остальные пусть смотрят.
Мальчики!
Ну что, рыбка моя.
Видишь, чем всё обернулось?
Видишь, что ты наделал?
Ботинки сними.
Интересно,
к кому он на этот раз приставал?
- Господи, он же совсем ребёнок.
- Поднимай.
Держите ровно.
Отстаньте от него.
Взять его!
Прошу вас...
Бен, ляг в кровать!
- Хочешь виски, Билл?
- Три вальта.
Мушлюешь, Джесси?
Да ладно, проехали. Раздавай.
- Да чтоб меня, ты только глянь!
- Что у тебя?
Ты опять проиграл!
- Нед. Нед, это я.
- Пап...
Нед...
О, Нед...
Боже, что они с тобой сделали?
Теперь ты в безопасности, сынок.
Я о тебе позабочусь.
Сейчас обрежу. Освобожу тебя.
Возьмём с собой Мэрла, пап.
Он мне помог. Пожалуйста.
Возьмём Мэрла.
Идти можешь? Боже...
- Сейчас, Нед.
- Пап.
- Давай, я возьму тебя.
- Пожалуйста, возьмём Мэрла.
Он пытался помочь.
Пошлите.
Только не это. Где он?
Где знак, что открыл мне дорогу?
Да, корона. Вот.
- Они нас мучили, пап.
- Знаю, сынок. Знаю.
Я держу тебя.
Всё нормально.
Держу.
Бен!
Бен!
Бен!
Куда они делись, сын?
Ты это знаешь, Бен.
Так куда они делись?
- Их забрали, Билл.
- Кто забрал?
- Пришёл человек и забрал их.
- И ты не поднял тревогу?
Я не захотел...
Не захотел. Я думал,
ты его любишь больше, чем меня.
Бен, Бен. Ты всегда будешь дорог мне.
А теперь ступай.
- Пайк!
- Сэр!
Мой нож...
Получит тот,
кто приведёт назад моих мальчиков.
Теперь идите.
Сэр!
Нед...
Тебе нельзя спать, сынок.
Тебе нельзя спать...
Стой!
Туда. Иди туда.
Что нужно для спасения?
Как убраться отсюда?
В мирное время я хорошо это знал,
когда охотился,
но теперь, с этими остроконечными, каменистыми
холмами...Эта вражеская территория.
Том, сэр!
Американец.
Я ненавижу англичан.
И Ирокезов ненавижу.
Они убивают Гуронов.
Мой отец - француз.
А мама была из Гуронов.
Человек, убивший моего врага -
мой друг.
Я по-настоящему ощутил общность
с этими цветными людьми.
Они - коренные жители этой страны,
которые пытаются остаться на родной земле,
и остаться теми, кто они есть.
Эти мысли переносят меня в детство...
Меня, необразованного мальчишку, испуганные
родители отправили в этот новый край,
продав всего за несколько монет и бумагу,
обязующую работать за кров и еду,
пока я не достиг возраста, когда та же
бумага возвестила, что я больше ничем не связан.
И теперь я вспоминаю, как в те дни
чувствовал себя сродни чёрным рабам.
Хотя их родителям никто ничего не платил, и
не было бумаги, которая бы освобождала их.
И теперь эти события прошлого,
почти ушедшие из моей памяти,
снова нахлынули на меня...
Тебе нельзя спать, сынок.
- Тебе нельзя спать.
- Ты только держись.
Пап...
Я здесь, Нед.
Я держу тебя. Держу.
Мне приснился страшный сон...
- Как будто я тону, пап.
- Нет, нет. Ты не тонешь.
Нет, ты не тонешь. Ты здесь.
Держи меня за руку.
Держи меня за руку,
как будто это канат.
Я не дам тебе утонуть.
Не дам.
Ты слышишь меня, Нед?
- Да.
- Не спи. Не спи.
Я буду говорить с тобой.
Я расскажу тебе...
Расскажу о твоей маме.
Ты помнишь маму?
Да. Расскажи мне о ней.
Давай.
Просто расскажи, что помнишь.
Как она пахла.
- Да...
- Её тепло.
- Да...
- Как она меня качала.
Как же она тебя любила, Нед.
- Она и тебя любила, пап.
- О, да...
- Она умерла.
- Да.
Её забрала лихорадка, Нед.
Она всех забрала: мужчин, жен,
индейцев, тысячи людей.
И твою сестру, Нелл.
И Джеймса, твоего брата.
И малышку Энн. Ты помнишь Энн?
Да, пап...
Всё хорошо, Нед. Всё хорошо.
Держись. Держись, держись...
Вот так. Держись.
Папа!
Я с тобой. Я с тобой.
Я с тобой, сынок! С тобой!
Нед...
Нед...Нед...
Кусай её, Нед! Кусай!
Вот так...
Вот и всё, Нед.
Они закончили.
- Вот так...
- Пап...
- Да.
- Пап?
Да. Что?
- Ты спас меня?
- Да.
Да.
- Пап?
- Да.
- Я думал, что ты - трус.
- Правда, Нед? Ты так думал?
- Но ты - не трус.
- Нет.
Я был им, Нед. Я был им.
Из-за меня ты полез в ту столовую?
Из-за того, что я сделал?
- Пап...
- Так было нужно, Нед.
Просто так было нужно.
- Нужно для тебя.
- Пап...
Ты - мой сын.
Ты - всё, что у меня есть.
Пап..
- Я тону, пап....
- Нет.
- Пап?
- Нет...Нет. Нет!
Ты не тонешь!
Не оставляй меня! Не тони!
Нет, Нед! Чёрт возьми, нет!
Пап...Пап...
Ты чувствуешь, как я качаю тебя?
Я качаю тебя...
Я буду качать тебя как младенца.
- Нед...
- Пап...
Я буду качать тебя...
- Ну же, Нед.
- Мы плывём по реке?
Нет, сынок, нет...
- Я чувствую качку.
- Нет.
Я просто качаю тебя.
И буду продолжать качать.
Просто качать взад и вперёд,
как будто ты снова младенец.
Куда мы плывём, пап?
Мы плывём...
...куда-то...
...где ещё не были.
- А на что это похоже?
- Я не знаю...
Это ни на что не похоже.
- Пожалуйста, расскажи мне.
- Я расскажу тебе.
Расскажу.
Мы окажемся в месте,
где никто никому не преклоняется.
Где нет ни лордов, ни леди,
которые будто бы лучше тебя.
Где ты можешь говорить, что хочешь и сможешь
подняться настолько высоко, настолько сильно захочешь.
И там нет никого, кто
обращается с тобой как с грязной псиной.
Я оглядываюсь вокруг, Нед,
и вижу людей всех рас.
Мужчин, женщин.
И у них семьи, как у меня.
И мы стоим все вместе,
как братья и сёстры.
И мы создаём это место для себя.
Мы создадим место, где наши дети
смогут спокойно спать по ночам.
Мы уже там, пап?
Мы почти там, Нед.
Ты ступил на берег...
Я никогда не думал,
что во мне сидят такие слова.
А теперь, высказав их, я стал другим.
И в этой проклятой, неравной борьбе
появился новый смысл.
Теперь я вижу,
что нас разделяло в эти месяцы.
Глубоко внутри он знал,
что эта земля, где он родился - и есть дом.
Каффи, флаг.
- Стой!
- Где ваш знак?
- Вот.
- Порядок.
Спасибо.
Ладно, поехали. Вперёд!
Давай, вперёд.
- Пойду возьму чего-нибудь.
- Эй, меня подождите!
Зерно!
Еда!
Скорей, еда!
- Здесь еда!
- Здрастье вам!
Сержант.
У вас есть табак?
Да, есть немного.
- Толкайте.
- Я на вас надеялся.
Давайте, толкаем-толкаем.
Что вы ещё привезли?
Чарли, еду привезли!
- Давайте. Помогите разгрузить.
- У нас два поросёнка, три барашка...
-...три бочонка рыбы.
- Так.
Сыр, сколько смогли взять.
Там ещё кислые травы,
и ромашка с омелой для аптечки.
Выгружайте это добро.
Капитан Крэй,
здесь упряжка и повозка, сэр.
Я могу чем-то помочь?
Вы мне понадобитесь с вашими повозками.
У меня есть больные, которых надо
отвезти в госпиталь в Йэллоу Спрингс.
Воды! Воды!
Доктор, эта рана гноится.
- Сержант.
- Да, мэм.
- Эти люди умирают.
- Вот поэтому их и надо вывезти.
Там еда, только что привезли.
Генерал не хочет,
чтобы люди умирали в долине Фордж.
Грузите их, сержант.
Да, сэр.
Капрал, грузите лежачих вон туда.
- Перебинтуйте этого человека.
- Ты иди с ним.
- Надо подготовить его к транспортировке.
- Так точно.
Те, кто может передвигаться,
должны быть в этой повозке, готовые к отправке.
Я тебя знаю. Мисс Нью-Йорк!
Ты ещё не хотела идти на войну.
- А теперь вот пошла.
- И правильно сделала.
А я тебя помню.
- У тебя ещё дружок был.
- Билла убили в Трентоне.
Позовите медсестру, ради бога.
Это его сын?
Да. А теперь вот ношу Джека.
Дэйзи?
Дэйзи?
Это я - Нед.
Нед. О, Нед!
Боже, ты живой!
Как ты вырос! Ты только посмотри!
Боже мой!
- Ты только посмотри! У тебя ружьё.
- Да.
Мы теперь разведчики.
Разведчики?
- А где твой отец, Нед?
- Там, в хижине.
Раз, два, раз, два, раз, два...
Пап, смотри, кто здесь.
Что мне ей сказать?
Эту женщину я помню ещё девочкой-фантазёркой,
играющей в солдатиков.
И после всех ужасов войны, она снова появилась
передо мной, нежная и улыбающаяся,
словно ангел-хранитель.
Боже, я молилась за тебя, Том...
Как же я молилась...
Ты такая худая.
Солдатская жизнь.
Пошли. Какая ты холодная.
Есть особо нечего.
Есть тыквенный суп.
Его немного, но зато он горячий.
Вот.
У меня есть соль.
- У тебя есть соль?
- Да.
Вот.
Как хорошо.
Садись, сюда.
У тебя, наверное, ноги ледяные.
Святые небеса,
как светится огонь в её усталых глазах...
- Давай.
- Ты теперь индеец.
- Эта Нью-Йоркская Жанна Д'Арк из богатой семьи...
- Я - разведчик.
...променяла весь свой комфорт на это
грязное месиво, чтобы снабжать нас
снова и снова,
пламенно веря в свою мечту о свободе.
Вот так.
Боже, я думала,
что никогда уже тебя не увижу.
Расскажи, что с тобой случилось?
Мы с Каффи покинули Нью-Йорк
и бежали в Филадельфию.
Там были партизаны,
и мы к ним присоединились.
Тайно перевозили еду, обувь,
мушкеты, кремень.
И я научилась управлять лодкой.
- Научилась?
- Да, на Чесапике.
Я смотрю, на тебе капитанский мундир.
Это капитана Стэнхоупа.
Он дал его мне.
Посмотри на мои руки.
- Видишь, как огрубели?
- О, да.
- Такие мозоли.
- Это от канатов.
Когда ходила под парусом.
Да.
- Прямо как у меня.
- Да.
Где мне найти слова?
И храбрость, что сказать ей?
Теперь я могу плавать
с тобой где угодно, Том.
Можешь, Дэйзи?
Да, могу.
Там есть ещё, если хотите.
Пап, повозки отправляются!
В госпитале Йэллоу Спрингс ты поправишься.
Я буду ждать твоего возвращения.
- Увидимся, когда вернёшься.
- Ваша повозка готова?
- Увидимся, Том.
- Надеюсь.
Каффи, это - Том.
Том, это - Каффи.
- Приятно познакомиться.
- Мистер Том.
- Подожди, у меня есть кое-что для тебя.
- Отправляйте эту повозку!
Я - Бэлла.
- Мой отец - Израэль Дэвис, пушкарь.
- Давайте, вперёд!
- Ещё минуту!
- Я остаюсь здесь, с ним.
Приятно познакомиться. Я - Нед.
- Рада знакомству, Нед.
- Это согреет тебя.
- О, спасибо, Том.
- Всё, поехали. Вперёд, вперёд!
- Выезжайте.
- Нед...Прибери мои вещи.
Да, сейчас, пап. Пошли.
- Ты хромаешь.
- А, это ничего.
- Тебя ранили?
- Я попал в плен, но мой отец спас меня.
Ты вернёшься в Филадельфию,
после того, как отвезёшь их в госпиталь?
Не знаю.
Я поеду, куда скажут.
А где будешь ты?
- Не знаю. Я...
- Я люблю тебя, Даниэль.
Я буду заниматься разведкой всю зиму.
А потом - не знаю.
Индейцы хотят вернуться к своим семьям.
А я - не знаю.
Пока, я буду скучать.
Ты уже дала клички своим лошадям, Дэйзи?
Да, этот - Быстрый, а этот - Ещё Быстрее.
Я не могу дать ей уехать,
так и не сказав или ничего не спросив.
Боже, дай мне слова,
чтобы открыть ей своё сердце.
Быстрее, пока она снова не уехала.
Тебе нельзя с нами!
- А как же моряк, о котором она говорила?
- Дэйзи!
- Этот капитан Стэнхоуп?
- Парень, который дал тебе мундир!
Капитан!
Это он научил тебя плавать на лодке?
- Да, он.
- Он - хороший моряк?
Да, хороший!
Он сейчас в Филадельфии?
- Нет!
- Разведчик, дальше не заходи!
- Ты собираешься выйти за него?
- Нет!
Только за тебя, Том Добб!
Только за тебя!
В атаку!
Разворачивайте повозку!
- Держись, Каффи!
- Быстрее, они нас догоняют!
- Они уже близко! Быстрее!
- Нет! Вперёд!
Быстрее!
Вперёд!
Вперёд!
Дэйзи МакКоннахэй!
Предательская сука!
Вперёд!
Здорово вы её, милорд!
Эту изменицу!
Свежие новости!
- Приходят новости о скорой победе...
- Французы присоединились к нашему делу!
Но мысли о Дэйзи затмевают радость,
которую я мог бы испытывать.
Великодушная Дэйзи...
Самая стойкая, самая добрая и самая храбрая.
ФИЛАДЕЛЬФИЯ
Только о ней мои мысли.
Жива ли она? Её ранили?
Или убили?
Как бы я хотел,
чтобы она снова предстала передо мной.
Я желаю этого всем сердцем.
Он говорит, там всех записывают.
И погибших, и пропавших без вести.
Ты могла представить,
что мы будем это делать?
- Нет...
- Всего три дня были женаты.
Поверить не могу.
- Дайте ему место.
- Пойду распишусь за письмо.
Пап, я тебя там подожду, ладно?
Думаю, нам придётся
много над этим работать.
Я нашла. Это всё, спасибо.
Джон Джеффрис,
из третьего артеллерийского.
Я ищу человека, которого ранили или убили в долине
Фордж - я точно не знаю.
Она должна была приехать сюда, так что
я подумал, у вас может быть запись о ней.
- Имя - Дэйзи МакКоннахэй.
- Так, вот журнал.
Эта отметка означает,
что человек мёртв.
Я не умею читать. Я не умею читать...
- Ещё раз, как её зовут?
- Дэйзи. МакКоннахэй.
Здравствуйте.
Что скажете?
- О чём?
- Да о британцах.
Это они устроили
здесь страшный беспорядок.
Конгресс не сможет провести заседание,
пока я не поставлю всё, как было.
Конгресс? Я слышал,
они постоянно грызутся между собой.
Нам остаётся только молиться...
Не думаю, что...
- Нет записи?
- Нет.
Это сделал мистер Риттенхауз.
Это - Земля, а это - Луна.
- Далеко от нас?
- Двести тысяч миль.
А кажется, что недалеко.
- А откуда ты знаешь?
- Я учился в Гарварде.
Видишь?
Видишь, как вращаются планеты?
Каждая совершает свою
революцию по отношению к Солнцу.
Мистер Джефферсон говорит,
что в этом и есть идея Америки.
В революции.
В новом витке.
- Есть что-нибудь?
- Она не записана.
Да здравствует Вашингтон!
Да здравствует Вашингтон!
Да здравствует Вашингтон!
Говорят, мы двинем на север -
погоним британцев к морю.
Война кончится через две недели.
Да я уже сыт по горло этой войной.
А я уже как месяц не был сыт.
Шагом марш!
- Пока!
- Первая рота!
- Шагом марш!
- До свидания! До свидания, милый!
Пока!
- Я люблю тебя!
- Я буду ждать!
Так же, как и всё в этом мире,
как и сам мир делает полный оборот,
так и Нед теперь, как я когда-то,
венчается с девушкой,
и она становится его женой.
- Благослови тебя Бог, Нед.
- Её зовут Белла.
Нед смотрит на неё
и глубоко внутри точно знает,
- что она и есть та единственная...
- Возвращайся к себе, Израэль Дэвис.
Как и всё на войне,
это знание приходит внезапно.
- Спасибо, сэр.
- Храни вас всех Бог.
- Хочешь чего-нибудь?
- Я люблю тебя, Нед.
И да помогут ему Небеса уцелеть
в эти последние дни войны,
чтобы он смог создать свою
семью на земле Свободы.
Чтобы и у него началась зрелая жизнь, как у
меня когда-то, со всеми своими радостями и горестями,
заботами и чудесами...
Обещанная скорая победа
и последние дни войны
растянулись на долгих три года,
пока мы не дошли до Йорктауна, с ружьями,
которые по-прежнему дымились от стрельбы.
Какой предсказатель или пророк
мог бы сказать или заставить поверить,
что разбитая и разбросанная Континентальная
армия, в которой мы служили пять долгих лет,
сможет сегодня, в лице наших генералов,
провозгласить грядущую победу?
Прогоним отсюда британских ублюдков!
Огонь!
Носилки!
Огонь!
Вставай!
Два ярда вправо, пап.
Два ярда вправо.
Увидел его?
Взял.
- Куда будешь стрелять?
- В плечо.
Держитесь, парни!
Хороший выстрел.
Не видно из-за дыма.
Быстрее, у кого есть кремень?
Пап!
Пап, это он!
- Посмотри туда, на крайний пост.
- Прикончим этих британских ублюдков!
Это тот английский ублюдок.
О, да...
Я вижу его, Нед.
Вижу...
Наводите ровнее, парни. Ровнее.
Что он делает?
Спускается к побережью.
Уходит из-под обстрела.
Шеренга, вперёд!
Дорогу!
Тащите!
Тащите! Тащите!
Третья батарея!
Пригните головы!
Огонь!
- Нед! Нед, ты в порядке?
- Я скоро вернусь!
Огонь!
Чисто, пап.
Все лежат.
Он покоит меня на злачных пажитях...
Не оставляй меня, сын.
- Он водит меня к водам тихим...
- Я умираю...
Он подкрепляет душу мою...
Ты не умрёшь, сын.
Не оставляй меня.
У тебя удача барабанщика.
Не оставляй меня.
Мужайся, сын. Мужайся.
Он водит меня к водам тихим.
Он подкрепляет душу мою.
Он направляет меня на стези правды...
...ради имени Своего.
Если я пойду и долиною смертной тени,
не убоюсь зла,
потому что Ты со мной.
Твой жезл и Твой посох -
они успокаивают меня.
Я добью его, пап.
Давай, Нед.
Не оставляй меня, сын.
Не оставляй.
Нет.
Я не сделаю этого.
Какое облегчение узнать,
что он не может убить безоружного,
молющегося врага, стоя перед ним лицом к лицу.
Потому что этот долгий путь от мальчика
к мужчине, усеянный ненавистью и убийствами,
многих превратил
в диких и беспощадных воинов.
Но все мы, правые или неправые,
состоим из плоти и крови,
и у каждого свой разум и душа,
свои надежды и мечты...
Мы лучше пойдём домой.
Давай...
Давай...
Давай, парень.
Вставай, сын.
Давай. Вставай, вставай.
Мальчик-барабанщик на войну ушёл,
Ищи его в пасти у смерти.
Во имя свободы шагал он вперёд,
Позади оставляя других храбрецов...
Флаги двух видов.
Белые означают капитуляцию,
а другой, звёздно-полосатый,
олицетворяет новорождённую,
независимую страну.
От этого моё сердце
начинает биться сильнее.
Потому что борьба закончилась.
Жестокость и горесть - всё закончилось.
Странно подумать,
но трава под ногами
кажется уже другой.
Я смотрю на небо...
...и вижу дым войны,
который ветер уносит прочь.
И теперь все, кто пережил это, стоят
и всматриваются в новый горизонт.
И я вместе с ними...
- Ваши две десятки.
- Двадцать долларов? Это всё?
Всё верно. Следующий.
Давайте, поживее, мистер.
Не задерживайте.
"Лодка и провиант.
Тысяча семьсот семьдесят шестой год."
А вы её долго хранили, да?
Ладно.
Десять, двадцать, тридцать, сорок.
Всё. Давайте, следующий.
Как это?
Стойте, стойте. А где остальное?
- Что остальное, мистер?
- Здесь семьдесят долларов.
Они обесценились. Столько теперь
стоят старые континентальные доллары.
Вы их берёте или что?
Отходите, не задерживаете очередь.
- Не толкайте меня.
- Я вас не толкаю. Я очень занят.
- А что стало со ста пятьюдесятью акрами?
- Что вы всё ноете?
Я не ною. Я задаю вопрос.
Что стало со ста пятьюдесятью акрами,
которые мне обещали?
Слушайте, у вас две руки,
две ноги и оба глаза, не так ли?
Так что, уходите!
Я очень занят!
- Сейчас же!
- Я сказал, руки убери.
- Вы задерживаете очередь.
- Я задаю вопрос.
- Вы задерживаете очередь!
- Я задаю тебе вопрос!
Что стало со ста пятьдесятью акрами земли,
которые мне обещали?
Конресс продал землю спекулянтам,
чтобы оплатить военные долги, понятно?!
- А теперь уходите!
- Я - этот чёртов военный долг. - Вы? - Да.
Вот эта бумажка и есть военный долг.
Мы - эти проклятые военные долги.
- Да, да...
- Ну так идите в Конгресс!
Не надо мне об этом говорить!
Идите в Конгресс и им скажите!
- Следующий!
- Я говорю с тобой, потому что здесь стоишь ты.
А я не собираюсь с вами разговаривать!
Следующий!
Где этот Конгресс,
о котором ты говоришь?
- Конгресс скоро будет. - Где?
Идите и говорите с ними. - Где?
- Где он будет?
- Мне не докладывают.
- Когда?
- Скоро, будь ты проклят.
- Я же сказал - скоро.
- Будь проклят ты.
Всё, уходите.
Мы все сражались за что-то.
И мы победили.
Думаете, я не сражался?
Ты отбираешь у нас эту победу,
и мы снова будем сражаться за неё.
Ничего я у вас не отбираю!
В Конгрессе будете ртом щёлкать!
- Получил деньги?
- Сорок долларов. Это всё.
- Всё?
- Всё, что они теперь стоят.
- А сто пятьдесят акров?
- Ушли...к спекулянтам.
Что, все?
А что же остаётся нам?
Отправляйся в земли Могавков, по Гудзону.
Затем двигайся на север так далеко,
как Белла сможет.
Тонти говорит,
и на западе можно получить землю.
Обустройся так, как ты мечтал, сынок.
Так это значит, ты не поедешь?
Не могу, Нед.
Я вынужден остаться.
Мне здесь лучше.
Это место по мне.
Здесь я смогу научиться читать.
Вот, чего я хочу, Нед.
Вот, чего хочу.
Я буду скучать по тебе, пап.
Я буду сильно скучать по тебе...
Вот, возьми это.
- Мне ничего не надо.
- Нет, надо.
Белле понадобиться больше,
чем одному тощему мальцу.
Берегите себя.
Храни тебя Бог.
- Не забудь ни одной хорошей мелодии.
- Не забуду, Том.
Прощай, Том.
Назови своих детей в честь
старых друзей, Нед.
Ты будешь ими гордиться, пап.
- Расскажи им обо мне.
- Расскажу.
О том, как мы сражались.
Я расскажу, пап.
Расскажи им,
в какие дали мы заходили.
Моя потерянная семья возвращается ко мне
в лице тех, кого я вижу перед собой.
Я вижу Кэйтлин в этих счастливых молодых людях,
освободившихся от всего, что они пережили.
И ещё я вижу в этих сияющих лицах...
...светлые глаза нежной
и благородной Дэйзи МакКоннахэй.
Все эти люди,
изгнанные или бежавшие из разных стран...
...за своё стремление к уважению и свободе слова,
теперь делят общий дом,
где все как один,
обладают голосом, который будет услышан.
И нет больше деления
на низкое и высокое происхождение.
И у всех теперь равные шансы и возможности.
И дети их детей тоже узнают это слово:
революция.
И то, что оно означает...
И они никогда не разочаруются в готовности
своих родителей защищать его...