Наградить (посмертно) (1986 год). Фразы и цитаты из фильма

«Наградить (посмертно)» — советский героико-приключенческий художественный фильм 1986 года режиссёра Бориса Григорьева. 1945 год, только что закончилась Великая Отечественная война. Советский разведчик Юрий Соснин (Александр Тимошкин) считается погибшим и награждён посмертно, но на самом деле он потерял память и оказался в госпитале без документов, не помня, кто он и откуда. После выписки из госпиталя он устраивается работать водителем. Узнав, что Соснин ничего не помнит, воровка Лёлька (Марина Яковлева) придумывает ему вымышленную воровскую биографию, и, выдав себя за его сестру, втягивает в банду, но друг детства Юрия, Андрей Калашников (Евгений Леонов-Гладышев), с которым они вместе воевали на фронте, случайно увидев водителя бандитов, узнаёт его. Вместе с полковником Архиповым (Михаил Жигалов) и профессором Добровольским (Юрий Катин-Ярцев) Калашников придумывает, как вернуть Соснину память.

Все фразы и цитаты

-У нас вот тоже в полку...
Убитых мы хоронили.
Уже за лопаты взялись,
закапывать их стали.
А я гляжу,
у дружка моего щека вот...
Живой!
-О Господи!
-Достали его из могилы и в ППМ -
пункт первой медицинской помощи.
Оттуда - в госпиталь.
И тоже, как у тебя, память отшибло.
Ни отца не помнил, ни матери,
ни дома родного.
Не знаю, где он теперь.
Не знаю...
-Господи, горе-то какое!
На-ка поешь, бери.
-Спасибо.
-Ешь, ешь. Как звать-то тебя?
-А я не помню.
В госпитале назвали Денисом.
Профессор делал запрос,
где меня ранило, как звать,
все без толку.
-Как же ты теперь без памяти?
Без роду, без племени?
Жить-то как будешь?
Работать ведь надо.
-Я и еду работать
В Холмск на автобазу.
Машину-то я вспомнил,
права дадут - шоферить буду.
А пока грузчиком...
-Война... язви ее!
-Володька! Ты смотри!
Живой! Ольга! Поди сюда.
Живой!
-Володенька! Господи!
Да неужто ты?
Братик мой!
-Да ты чего?
-Братик мой!
-Да пусти ты!
-Родненький! О Господи
Вовка, да ты что,
не узнаешь меня?
Это же я, сестра твоя.
(гудок парохода)
-Эх, шкура - на огород, душа -
на полянку. Дай тебе Бог здоровья.
-Как же тебя, Володенька,
на фронт-то замели?
-А я не помню, Оля.
А что у тебя с рукой?
-Да...
Неужто не помнишь?
Ты же колол.
-Ладно прошлое ворошить.
Что было - быльем поросло.
Главное, машину не забыл.
Теперь рванем.
Для тебя чистое дело - угнать
пару машин - раз плюнуть. А?
-Что?
-Какие машины?
-Как какие? Ты же вор.
-Это что же получается, мы
срок тянули, про тебя ни гу-гу.
Ты на воле гулял, а теперь...
завязать решил?
Заткни пасть, Щербатый.
Не слушай его.
-А, заодно, значит. Спелись.
Зря я вас тогда вытаскивал,
кормил, поил.
Людей из вас делал.
Так-то ты, Володенька,
за добро платишь!
-О чем он, Оля?
-Он правду говорит.
Если бы не он, не жить бы
нам с тобой на этом свете.
-Ну-ка, сходи за пивом.
-Так ведь есть же.
-Иди за пивом.
Ты наш, Володенька,
весь, с потрохами.
И нет у тебя другой дороги.
И был вором, и будешь им.
Ты что, забыл?
Так вспомни: вход в закон -
рубль, выход - два.
-Володька, ты что, дурак! Не надо!
Все, успокойся. Все.
-Был психом, психом и остался.
-Узнаешь? Для тебя мастырил,
а отдать не успел.
Разошлись наши дорожки.
-Сколько же времени прошло, Володька?
Как склад продуктовый брали
на улице Гоголя не помнишь?
Лелька тогда на стреме стояла,
а ты нас с машиной поджидал.
Что ж ты тогда ночью слинял
от нас, Володька?
-Что пристал? Не помнит он.
-Слинял ты тогда,
Володя, слинял.
А нас на том самом продскладе
вязанули и - по червонцу.
А потом срок фронтом заменили,
чтобы кровью позор свой искупить.
-Вы воевали?
-Ага, как звери, только с рейхстагу.
Крепко тебя, видать, Володя,
долбануло-то, а.
И забыл ты, Володя,
кто такой вор в законе.
Забыл ты, что этот
вор не воюет, а ворует,
что этот вор, Володя,
не работает никогда.
Пусть другие на нас вкалывают.
А мы - хозяева жизни, запомни это,
Володя, мы, воры!
-Баклажку.
С возвращением, Володька.
За твой фарт.
-Удачи тебе. Выпей, Володенька.
Нельзя нам теперь терять друг друга.
Ты что делаешь? Ты хочешь,
чтоб он меня пришил?
У него не заржавеет.
(песня из репродуктора) -Сколько
капель в море, сколько в небе зв?зд,
Столько над земл?ю
песен пронеслось...
-Прошу, Зиночка!
-Кому точить ножи, ножницы,
бритвы править!
Точить ножи, ножницы,
бритвы править!
-Барсик, куси ее, куси.
-Дядя Кирилл, а два профиля
вы можете вырезать?
-А ну, кыш! Иди гуляй!
Режь! Два раза режь.
(песня из репродуктора)
-Крепко поцелую милую свою,
Сына-шалуна рукой
солдатской обниму,
Посажу его на плечи
И в минуты нежной встречи
Песенку любимую спою.
Кто услышит эту песню,
Тот забудет грусть и страх,
С ней взовь?тся в поднебесье,
С ней пробь?тся и в горах...
(тревожная музыка)
(ревет мотор)
(таинственная музыка)
-Так. Кажется, все.
Вы были последним
-Распишитесь.
-Трр! Би-бип!
-Ну все, приехали, денежки несут.
Станция Березай.
-Папа, а мне нельзя с тобой?
-Нельзя доченька, иди к маме
Би-бип!
(тревожная музыка)
(нарастающая тревожная музыка)
-Пылищу развел!
Что тут?
-Летуны утверждают, что
это их драндулет.
Номера, конечно, поддельные.
На задне борту вмятины.
Возможно, след от пули постового.
Но главное вот - гильзы.
Стреляли из шмайссеров, такие же
найдены на месте преступления.
А угон видел один старик, художник.
Вы его знаете: он профили
режет у кинотеатра.
-Допросили?
-Туда поехал Андрей Калашников.
-Один? -А что?
-То, что молодой, опыта мало.
-Ничего пусть привыкает.
-Я был в банке, там выдача денег
откладывалась три раза.
Еще позавчера сейфы были пустые.
Ты знал об этом?
И я не знал, а бандиты знали.
-Не могу я воровать, не могу! Пойми!
Я тебя прошу, уговори Щербатого,
пусть найдет себе другого,
а мы уедем куда-нибудь, Оля.
-Уедем..
Вот только расплатимся
со Щербатым и уедем. Ну...
Иначе нельзя, он нам как отец.
Ты не помнишь, как было,
а страшно было.
Ты из колонии, я девчонка сопливая,
Щербатый нас полуживых подобрал.
Неужто неблагодарными скотинами будем
Чего ты боишься? Всю жизнь воровал.
Что с тобой?
Все же обошлось.
А завтра пойдешь на свою автобазу,
получишь права, устроишься.
А надо будет - мы тебя найдем.
-Оля,
зачем вам машины?
-Ну, как зачем?
Кусать-то что-то надо, продаем.
-"Виллис" - военная машина.
Кто ее купит?
-Делай свое дело,
об остальном не беспокойся.
-Сначала я увидел красивую даму.
Она вышла из машины
с двумя летчиками и - в кино.
Давайте-ка, ребятки,
зеркало, ты - стул.
-Рады стараться, Кирилл Сергеевич!
Не посрамим чести.
-Куда нести-то?
-Потом в машину сел молодой человек.
Не буду лгать, я ничего не заподозрил
Я художник, я смотрел на его лицо.
Вы знаете, сейчас, после Победы,
я вижу много счастливых лиц,
а его лицо мучилось.
Понимаете, что я хочу сказать?
Оно было какое-то...
-А вы можете нарисовать это лицо?
-Попробую.
-Вы помните марку автомашины?
-Да, это был "Виллис".
-"Виллис"...
-Эй! Слезайте с мотоцикла. Живо!
Не игрушка.
-Вот он.
Я хотел подойти к нему, но он
как-то так погладил машину и укатил.
Потом вышли летчики - шум, гам.
-Вы сказал, что сделал?
-А, да, погладил машину
у руля и укатил.
-Вы подождите меня, я покажу
вам одну фотографию.
-Так, серьезная у тебя,
Андрей, версия.
Вместе росли, воевали вместе,
даже на мину напоролись.
-Да, все вместе.
-И что же получается
Разведчик и бандит-убийца,
как это в голове уложить?
Чушь какая-то!
-Чушь...
-Может, этот угонщик просто похож
на твоего друга? Бывает ведь. Хотя...
если старик признал - у этого
старика глаз, как у ястреба.
-В нашей школе в Крутом Яру
Юра среди погибших.
Фотография и надпись: "Соснин Юрий
Кузьмич, 1925 г.р.,
пал смертью храбрых
24 декабря 1944 года".
И указ наградить орденом
Отечественно войны посмертно.
-Что же он из мертвых, что ли,
восстал?
Птица феникс, понимаешь.
--Я его мертвым не видел. Не видел...
Ребусы какие-то. Ладно.
Допустим, он выкарабкался, тоже
остался жив,
но в часть он не вернулся.
Был ранен? Контужен?
Двигай в лабораторию, пусть выкадруют
и размножат фотографию Соснина.
Будем объявлять в розыск.
-Есть!
-Хотя погоди. Никогда не видал
человека с 16 судимостями?
-Нет, вообще-то.
-Это надо видеть.
Я уже месяц с ним вожусь.
Вот он. Давай заходи.
Видал?
(короткий свист)
-Ай, обрыдло все.
Кости заржавели.
На кой они мне, тыщи-то, а? Ой...
Господи, сижу, как крот!
Ни в ресторан, чтоб по-человечьи,
ни в бильярдную...
-Бильярд - глупая игра.
В шашки играй.
-Да я волей дышать хочу.
Ну зачем я из лагеря рвал, а?
Чего я в тайге загибался?
-По миллиону возьмем и разбежимся,
тогда хоть на ушах ходи.
А пока без звону.
-Ну-ну, Робинзон. Что ты?
Кошка, что ли?
Нету кошки.
Ах, вот тоже судьба:
три года оккупации,
жил у какого-то эсэсовца,
наслушался всякой-всячины,
теперь плохо по ночам спит.
Нервы ни к черту.
Прочли?
-Прочел.
-Плохое письмо, раздерганное нервное.
Я уж хотел ехать к нему, на автобазу.
но госпиталь же не бросишь.
А тут фотографию принесли
для опознания.
Не знаю, что думать. Не знаю.
-Сестры у него не было.
-Он же пишет, что встретил ее.
-Если это, конечно, Юрка Соснин.
А почерк его. Видите?
-Способность писать, читать,
кое-каки механические навыки
к нему вернулись,
скажу даже больше...
Ну, Робинзон, идем-ка в клетку.
(попугай) -Ахтунг!
Больше скажу, Юра видел во сне
какую-то колокольню.
Качели из тьмы в свет,
из света во тьму,
девушку в белом берете.
-Качели?
Вы знаете, у них в доме
на притолоке были крючья,
Юрка к ним привязывал веревки
и раскачивался, как на качелях,
из комнаты в сени, из сеней в комнату
-А у него была до войны девушка?
-Была, Ира Алексеева
из лесного техникума.
-Она носила белый берет?
-Носила.
-Вот видите?
-Но ведь сестры-то у него не было!
-Это он. -Вы уверены? -Он!
Или меня пора сдавать на мыло.
-Ты что скажешь?
-Это Соснин, Юрка.
-Так... Спасибо, Кирилл Сергеевич.
-Я пошел. -Да. -До свидания.
-Ну что ж, надо брать.
Это он прошлое свое забыл,
а как угнал машину, где к нему сели
бандиты,
куда он их отвез после
ограбления, всё помнит.
-Его возьмем, они лягут на дно и...
-Тогда ищи-свищи.
-Товарищ полковник.
Можно я подойду к нему?
-Иди.
(музыка)
-Огонька не найдётся?
Спасибо.
Закуришь?
-Нет.
-Я многословно извиняюсь...
-Ничего, ничего.
-Дела, дела...
-Иван Сергеевич!
-Да?
-Вы в Крутой Яр грузы возите?
-Нет.
-Но мимо по трассе ездите?
-Редко, но...
-У меня будет к вам просьба.
Надо срочно, сегодня,
да прямо сейчас
принять на работу вот
этого молодой человека,
а завтра командировать в Крутой Яр.
С напарником.
-Хорошо.
-Ты говорил, эта девушка,
Ира Алексеева,
она до сих пор живет в Крутом Яру?
-Да.
-Вытаскивать надо парня.
Может быть, прав доктор:
клин клином вышибают.
Поедешь в Крутой Яр поездом.
(лирическая музыка)
(напряженная музыка)
(вдохновенная музыка)
(чирикают воробьи, журчит вода)
(лирическая музыка)
-Цыц!
(скулит собака)
Чего тебе?
(проникновенная музыка)
(плач ребенка)
Юмора не понял.
Чего тебе надо?
-Да нет, я...
-Ну и вали отсюда.
-Да я...
-Ты чего, дурак, что ли?
Ну, вали!
-Ладно...
Пойду оформлять документы.
А ты ешь, ешь.
-Бог в помощь!
-Чего, опять спичек нет?
-Опять.
-За этим и приехал?
-Ну и жара сегодня, спасу нет.
-Чего уставился?
-Давно тебя не видел, Юра Соснин.
Пойдем, я очень тебя прошу.
Очень.
Ира!
(выразительная музыка)
-Юрка!
(лирическая музыка)
Боже мой! Боже мой!
-Вы кто? Кто вы такая?
-Ты что?
Юра... -Чудно. -Юрка!
Юрка!
-Чудно... Куда ты меня привел?
-Сволочь.
Ты что делаешь? Я же все видел!
Ты же узнал ее! Ты!.. Сволочь ты!
Я все объясню тебе потом, Ириша.
Прости, что я не предупредил тебя.
-Уйди!
-Я не мог. Оставь нас, ладно.
-Уйди!
-Юрка болен, его контузило.
-Пусти меня!
-Я прошу тебя, Ира, не надо.
-Пусти! Юра!
-Пойдем. Он был рад.
(эмоциональная музыка)
(спокойная музыка)
-Лучше бы я сдох.
-Лучше.
-А где мама?
Я сегодня был возле нашего дома.
Верный узнал меня.
Скулил. А в доме кто-то чужой.
Слышишь? Где мама?
Я жду, Андрей.
Она же была такая молодая.
-А про отца ты помнишь?
Он писал. Он погиб.
Как ты меня нашел?
-Я работаю в милиции.
-Значит, ты все знаешь про меня.
(лирическая музыка)
-Не надо, не ходи.
-Уйди. -Не ходи!
-Уйди!
Я его никому не отдам!
-Черт! Извините.
-Да ничего.
Он этого удара стоит.
Он и большего стоит.
Это Иван Барабанов, по кличке Скула.
Недавно бежал из лагеря, убил шофера.
Поменялся с ним одеждой.
Инсценировал аварию.
Труп в рабочей спецовке сильно
обгорел, пока разбирались, что к чему
Скула ушел.
-Да здесь он, здесь!
-Я так и думал.
-С орденом Красной Звезды гад ходит.
-Ну, говори, говори, Юра,
не замыкайся.
-Не перегружай ты себя!
-Но если Скула шофер, то почему
он сам машины не угоняет?
-Зачем ему лишний риск?
Гореть на мелочевке -
это не для него
Они тебя нашли, сестру
тебе подсунули.
Воруй, а попадешься - ну и хрен
с тобой. Что ты о них знаешь?
Ничего. Ты для них пешка, нуль.
-Я им глотки перегрызу.
-Вот этого не надо, тут
о другом надо подумать.
Я не буду ничего от тебя скрывать,
пожалуй, единственный верный
выход на банду Щербатого
у нас через тебя.
Но это дело опасное, и я...
Они ведь опять тебе прикажут:
воруй, и если ты...
-Я здоров.
-Если ты в этот момент
свои нервишки...
-В порядке у меня нервы.
-Да уж...
-Я же разведчиком был.
-Вот на это я и надеюсь.
(звонит телефон)
-Слушаю вас. Овощная база?
Нет, к сожалению, нет ни копейки.
Можете жаловаться хоть самому
наркому финансов товарищу Звереву. Да.
-Если мы рассуждаем правильно,
если кассир Обнорский, он же Елдышев,
он же Гагин, он же Жбанюк,
по кличке Бриллиант,
связан со Скулой,
а в 39-м году он был с ним
связан, они вместе шли
по делу об ограблении сберкассы
в Курске,
если они и теперь орудуют вместе,
то цепочка должна замкнуться.
И завтра Соснину прикажут угнать
машину.
-Контакты будем фиксировать?
-Бриллианту незачем выходить
на контакт. Достаточно звонка,
записки в условленном месте,
а вот Соснин...
Если они заметят наблюдение,
то парень пропал.
Единственный верный путь -
взять банду в момент ограбления.
(бьют часы, звонит телефон)
-Да? -Архипов. -А, Виктор Иванович!
-Все в силе? -Да, да.
-А что смолкли?
-Почему молчу?
Пот вытираю. -Боязно?
-А вы как думали?
Я ведь не Борис Бабочкин,
театральной науки не проходил.
-Ладно. Уговор не забыли?
-Задание помню.
Послезавтра, почтовый вагон.
Прибывает в 14:03 местного времени.
Нам везут 20 миллионов.
-Пока 20, это очень важно.
Нюанс понял. Пока 20 миллионов.
Конечно, для нашего банка
эти деньги кошкины слезы,
но все-таки. -И, конечно, ни одна
душа... -Нет, нет, не беспокойтесь.
Об этих деньгах будет знать
только кассир Обнорский.
Только он. -Ну, с Богом.
-Тьфу, тьфу, тьфу! К черту!
-Да что ты! Больших детей не бывает.
Это они для чужих большие,
а для матери всегда маленькие.
Уже пятый год.
Плохо "р" выговаривает, просто беда.
(стук костяшек на счетах)
-Ну, что скажешь, Алексей Павлович?
-Хорошее место.
-Хорошее: есть где укрыться,
блокировать легко.
И снайперам удобно: хоть
с крыши бей, хоть из окон.
-Мотай на ус.
Займешься снайперами.
-Слушаюсь.
-А главное, это единственный путь
и для нашей машины...
-Для банковской.
-Да, для банковской и для бандитской.
Мы будем вести сюда Щербатого,
как на веревочке, от самого вокзала.
Здесь и возьмем.
-Да, здесь.
-Убьют Юрку!
-Ты... не каркай!
-Пригонит машину, и убьют его.
20 миллионов им хватит,
а свидетели ни к чему.
-Ты вот что, приготовь
для угона "Опелек".
Или вон, БМВ вроде нашего,
чтобы туда не 20 миллионов,
от силы 3 влезло.
Тогда Юрка им еще понадобится.
(шум улицы, голоса)
-Итальянский художник Мурильо,
очень хорошие репродукции.
-Кому абажур? Продам абажур!
-Володенька!
Здравствуй!
-Ну, ладно.
-Не бойся, я одна.
-Как долго...
-Я тоже соскучилась.
-А я вот стою, думаю,
может, сняться?
-Потом Володенька,
потом снимешься.
Я его чуть не убила. -Кого?
-Щербатого!
Пасть разинул: "Денег нет!"
Я ему говорю: "Сам рой землю,
что ты к малому лезешь?"
Устала я, Володенька.
Погоди-ка, погоди. А ну-ка...
Ты же седой, Володенька.
Родненький ты мой!
Бедненький мой братик!
(плачет)
-Ты знаешь, Оля, а я вспомнил...
кажется...
-Что вспомнил?
-Как я тебе наколку делал.
-Возвращается, значит,
память. Хорошо
(милицейский свисток)
Всё, хватит нам мучиться!
Мы уедем в Великие Луки.
У меня там товарка живет.
Завтра только угонишь машину,
и все. К 12 часам.
Ну там автобус или "Додж" 3/4,
побольше машину, повместительнее,
и на то же место. Как ехать,
ты помнишь. -Я завтра не могу.
-Плюнь. -Но я работаю, Оля.
-Плюнь! Мы же уедем завтра в Великие Луки.
Я и Щербатому ничего не скажу,
пусть скулит.
-Двадцать миллионов на семерых...
Лелька, у тебя мозги молодые,
сколько же это будет? А?
-Тебе хватит
Все равно же пропивать.
Расставляй!
-А если не хватит?
Ну, давай рассудим.
Кто Бриллианта за хобот взял? Я.
А кто за рулем сидит? Опять я.
Кто следы заметает? Я дело дал, я.
Вы только на подхвате.
А доля одинаковая?
Лапу бы без меня сосали!
Если бы не я! Что?
Или коронками золотыми
в подворотнях торговали.
Небось навыдерали,
когда в карателях!..
(зловещая музыка)
-Дело говоришь. Потолкуем?
(выстрел, крик)
-Царство ему небесное?
-Кто же теперь за баранку сядет?
-Володька. Кто же еще?
-А правда, мы зря ваньку валяли,
что ли? Пускай поработает.
-А после дела ты его куда?
-В колодец
И разбежимся. С такого
куша и завязать не грех.
-Стой! Стой!
Володенька! Здравствуй!
-Что случилось?
-Масть переменилась. Поехали.
-Какая масть?
-Узнаешь, Володенька, все узнаешь.
Рули. Я скажу, где свернуть.
(напевает)
-Ты что пригнал? Тебя же
просили автобус или "Додж".
-Не было автобуса
"Опель" тоже с руками оторвут.
-Оторвут...
-Ладно, я пошел.
Оля! -Подожди. -Там пудреница
на полке, Капыто, захвати!
Не бойся, не бойся, это так,
на всякий пожарный. Время-то тревожное.
-А мне все равно,
я свое дело сделал.
А знаешь, Оля, я все-таки
сфотографировался.
Витязем в тигровой шкуре.
-Ну, подаришь фотку.
-Поедешь с нами на дело.
Хватит ходит обдергаем.
По лимону на рыло. Годится?
Вам с Ольгой - два.
-А какие лимоны?
-Лимоны - это, по-моему, миллионы.
Два часа работы - два миллиона.
Только и всего.
-Такое раз в жизни бывает,
Володенька
-Но я не могу на дело.
Я же не помню, как это.
Без меня что, нельзя?
Без меня сорвется все?
-Сорвется.
-Может, рискнуть, Оль, а?
Два миллиона, Оль, а что?
(гудок поезда)
-Я договорился с комендантом.
Тащите деньги в его комнату,
на третий этаж.
Минут через 40 мы вернемся
на автобусе и заберем остальное.
-Нельзя, гражданин, в обход попрошу!
Вон там пройдите.
-Берите билеты!
Кто вошел - берите билеты!
Следующая остановка
"Стекольный завод".
-Поосторожней, девушка.
-Извините.
-Вы, вы не отворачивайтесь!
(звенит трамвай)
-Точить ножи, ножницы, бритвы править
-Иди домой, дед. Иди, голубь.
-Приготовиться.
-Ну что, Леля, все в цвет?
-Да нет. Гони за голубой эмкой.
-А сколько в нее загрузили?
-Мешков пять. Остальные другим рейсом.
-Твари!
Погоди, погоди.
Давай обгоняй!
-Узко тут.
Попробую.
-Жми в объезд, дворами.
-Стой, Петрович.
Володя, звони Архипову.
-Давай в эти ворота, мимо церкви.
-Архипов!
-Да. Да. Понял.
В машине Соснин, он сел за руль.
Значит, так, по водителю не стрелять.
Когда они кинутся за деньгами,
отсекайте их огнем.
Перекрывайте улицы и мост.
Да, все по плану.
(солдаты поют хором)
-Притормози.
-О! С легким паром. -Заткнись.
-Нашли время мыться.
-До моста еще далеко?
-Нет, Володенька.
-У моста перехватим.
(стук)
-Минуточку.
А-а! Сейчас.
Товарищи, товарищи, деньги
будут после обеда.
Вы из какой организации?
-Не будем нервничать.
(стремительная музыка)
-Жми, Володька, жми! Два лимона твои!
Вон они!
-Заглохли, что ли? Сейчас заведем.
(визг тормозов)
-Не стрелять!
-Володенька!
-Юрка!
(лирическая музыка)
 

////////////////////////////