Что у Сеньки было (1984 год). Фразы и цитаты из фильма

«Что у Сеньки было» — художественный фильм режиссёра Радомира Василевского. Снят по сценарию Радия Погодина на Одесской киностудии в 1984 году.

Все фразы и цитаты

Это Сенька.
Проверяет Сенька каждое утро, он ли
это. Ночью ведь всякое может случиться.
Вот скажем, открывает Сенька утром
рот, а во рту сто зубов.
Или, скажем, мускулы.
Мускулы тоже надо проверить.
Говорят, сила не только от каши
прибывает, но ещё и от крепкого сна.
Но не только крепкие
мускулы были у Сеньки.
И загорелый живот, и нос
в веснушках был у него.
Отец, и была у него мать.
И был он сам, Сенька.
Личность ещё не определившаяся.
Хочется иногда Сеньке хотя бы денёк
то муравьём побыть, то ласточкой.
Жили у Сеньки драчливый индюк
Кеша, бесстрашный петух Петя.
Справедливый пёс Паша и
шкодливый поросёнок Васька,
и добрая кошка Тоня с котятами.
Были у Сеньки корова с телятами,
Коза с козлёнком, и папин мотоцикл "ИЖ
Юпитер", сильный как двадцать пять лошадей.
Может быть и ветер и
облака тоже были Сенькины.
Сенька! Сень!
- Это ты все шнурки завязал?
- Может и я.
- А мамка где?
- Мамку я ночью в больницу отвёз.
- Ты спал как сурок, брат у тебя будет.
- Ещё когда будет.
Сейчас и будет,
его мамке в больнице дадут.
Кто же ей даст, если она больная?
- Не знаешь, так и не говори.
- А тогда как же?
Я вот у дед Савелия спрошу,
он старый он всё знает.
- А потом мне расскажешь.
- Ладно.
Так, значит, поешь, посуду
вымой, молоко разлей по крынкам.
Я приеду, суп варить будем.
- Из концентрата?
- Из концентрата.
И кильку откроем с картошкой.
- В томате?
- В томате.
Были у Сеньки соседи.
Нарядная девчонка Маруська.
- Бабушка, дай скакалку.
Красивая тётя Люба,
медицинская сестра, почти доктор.
- Здрасте.
- Здравствуй, Машенька.
- Вы куда такая красивая?
- На роботу, а ты куда такая нарядная?
- По деревне гулять.
- Понятно.
Вообще-то Маруську звали Маргаритой.
Но каждое лето, когда она
приезжала к бабушке в деревню,
она становилась Маруськой.
- Сенька!
Идите вон!
- Здравствуй.
- Здравствуй.
- Ты куда такая с бантом?
- Погулять вышла.
- Ага, и я пойду. Мне к деду Савелию надо.
- Пойдём.
Ты не знаешь, ребята малые
слепыми родятся или глядят?
Глядят, только у них мир
в глазах перевёрнутый.
Это ничего.
Котята у кошки те и вовсе
слепыми родятся.
Я думаю, чтобы не уползли до поры.
А то уползут и заплутают.
Они ведь глупые ещё.
По-человечьему не знают, чтобы спросить.
Им там холодно, шишкам.
Пусть привыкают,
везде кто-нибудь жить должен.
В лесу - лесуны, в песке - пескуны.
В облаках - облакастики.
А на солнце красные люди
живут с пепельными волосами.
- На солнце любые люди сгорят.
- А не сгорят.
Если не сгорят то ослепнут,
солнце тебе не луна.
А на луне серебряная принцесса
живёт, красавица.
Нет там принцессы, там никого нет,
по телевизору говорили. Пойдём.
Не пойду, я буду тут, крапиву смотреть,
в крапиве крапивные люди живут.
Ну и смотри.
- А ты чего тут сидишь?
- Я с крапивной принцессой разговариваю.
- Ну и как она поживает?
- Хорошо, деток своих воспитывает.
Ну и отлично.
- Сенька, ты то чем занимаешься?
- Как всегда, глупостями.
Ты зачем туда лезешь, а?
На деревню нашу посмотреть и
послушать о чём провода говорят.
- Знаешь о чём провода гудят?
- О любви.
О любви без проводов разговаривают.
- Папка мамку ночью в больницу отвёз.
- Я звонила, она хорошо себя чувствует.
Всё говорила - будет брат, будет брат.
А теперь, кто же ей больной брата даст?
Но она же выздоровеет.
ЯЧ вот ей лекарства передам.
- Спасибо! Я тебе за это знаешь что?
- Что?
В магазин пойду и скажу, что
ты у нас самая красивая.
А тебе Нюрка-продавщица конфету
даст, ты и про неё так скажешь.
- Нет.
- Нет?
Это когда я был маленький, я так
говорил, а теперь я же вижу.
Что ты видишь? Пошла я.
А полезли на развалку,
там гильзу можно найти.
Я боюсь.
Полезли, там дикие котята живут.
Чего тут бояться?
Холодно.
- Сидит.
- Кто сидит?
Колдунья.
Никакая не колдунья, а бабка Вера.
Колдунья, она как посмотрит в глаза,
так и умрёшь, или заикой станешь.
- Та не ври, она мне смотрела.
- Ну и что, ну и сам не ври.
Смотрела. Сначала я заплакал,
а она мне яблоко дала.
Красное.
- Вот, вот, вот!
- Я и перестал плакать.
Теперь ты заколдованный
и я с тобой не вожусь!
Ну и беги, а мне в окно надо.
Я в окно быстрее спрыгну.
- Сенька. - Апчхи.
Висишь?
Это всё от спешу от твоего. Торопишься всё.
Сам же повис, всегда лезешь куда не
надо, вот и повис.
Я сейчас бабушку Веру позову,
колдунью, пусть тебя снимет, пусть.
Я тебя дожидаться не стану,
я одна на речку пойду.
- А на речке кувшинки расцвели, вот.
- Маруська!
Когда гвоздь обломится,
я на землю упаду, догоню и надаю.
А, ну и что?
Ломайся, ломайся же.
Вот он, вот он, вот он.
Полюбуйся, вот он, видишь.
Во даёт!
- Висит.
- Десантник?
Парашютист? На верх лазил?
А нельзя!
Да чего ты разговорился?
Снимай его скорее.
Сейчас.
Сейчас, сейчас.
Я говорю нельзя, развалина старая,
стропила сгнившие, зашибёт.
Сила.
Из них лётчики получились бы,
не то что из этого Стёпки со столба.
- А, здрасте, молочка хотите?
- Здрасте.
- Хотим, только без пенки.
- Без пенки, без пенки, только со сливками.
- Без пенки, на пей.
- А мне?
- И тебе.
- Спасибо.
- Тёть Надь.
- А?
- А где они были, когда их ещё не было?
- Кто?
Ну Женя, Гена и Егор.
Ааааа.
В капусте, я их в капусте нашла.
Иду с роботы, зашла в огород,
гляжу, а они все там трое сидят.
И молчат. Они у меня до сих пор молчаливые.
У меня тоже брат будет,
только вот мамка не ко времени заболела.
Там в глубине водяной царь
живёт и его дочки, красавицы.
Да нет в воде дочек, в воде рыбы какие
хочешь, и козявки, и жуки плавают.
Телевизор смотришь, а не знаешь.
В телевизоре нет принцесс, а в воде есть.
И Водяной есть, он весь зелёный как лягушка.
Нету в воде Водяного,
и вообще никого нету, одна вода.
Ты нарочно так говоришь,
потому что не знаешь.
- У тебя бабушка есть?
- Есть.
Вот, а бабушка-то
побольше телевизора знает.
Есть дочки русалки и русалочья
принцесса вся в жемчугах.
Да ну тебя. И чем же они там
под водой дышать-то будут?
Будут.
- Ну чем?
- Будут.
А, иди-иди, любуйся на своих козявочек,
жучков и паучков. Любуйся, любуйся.
Ну откуда у нас принцессы?
Нету принцесс! Маруська, ты где?
- Маруська!
- Аааааа!
Маруська! Выныривай, тебе говорят!
Маруська!
Маруська!
Ну что ты, маленькая, ну что ты!
Ладно, будет тебе реветь.
Ну чего ты ревёшь как укушенная?
- Это всё твои принцессы, красавицы.
- Да, красавицы!
Ладно, пусть, только не реви.
Видишь, народ собирается.
Увидят что тонули, бабушке расскажут.
Мы сейчас к деду Савелию
пойдём, у него и обсохнем.
Не маши.
Не маши, покусают.
Я уже не машу.
Ой.
- Иди тихо.
- Я иду, иду.
- Дед! Дед!
- Ух, какая шляпа.
- И не покусают.
- Ладно, сейчас сами высушим.
На этом будем гладить,
дед наверное на этом гладит.
Вот.
Чур, я первая сушиться.
- Ты чего?
- Рваное.
Твои принцессы порвали,
пока ты в воде бултыхалась.
- Значит они есть, есть, если разорвали.
- Нет, и не было.
- А на машинке шить умеешь?
- У меня ноги крутить не достают.
- Крутить буду я.
- Ладно.
Нет, не надо.
- Крутить?
- Крути.
Крути, крути.
- Кто ж это вам разрешил, а?
- У нас порвалось.
Я спрашиваю, кто разрешил
утюг электрический трогать?
Кто Вам разрешил близко к
электричеству подходить?
- Мы не близко, мы на вытянутую руку.
- Не близко.
О, и на подарок мой уселись, а.
- Какой подарок?
- Это же мне колхоз подарил.
До войны ещё.
На какой, вот на какой.
Пружина.
- Ну ладно, чё Вы нашили-то здесь?
- Вот.
Ууу, это здорово, а ну-ка примерь.
- Оно мокрое.
- А ты примерь.
Ну как? О.
Ну вот, завелась.
Дед, а дай Маруське медку
полизать, а то ведь не перестанет.
Полижите. Где блюдце-то у нас?
Чур, я первая лизать.
Ну-ка, ооо.
Так, ооо, вот.
"В неком царстве-государстве,
Всё равно каком.
Выделялись гренадеры
Писаной красы.
По-модному на шомполе
Закручены усы.
И стояли барышни у обочин.
Им солдаты нравились
Очень-очень.
И в каком столетии не живи.
Никуда не денешься от любви."
- А Вы никак купались, а, Маруся?
- Тонули.
- Аааааа.
- Нас бабка Вера, колдунья спасла.
Какая же она колдунья?
- Просто старая очень.
- А почему она всё молчит?
Наговорилась небось за век-то за свой.
Дедушка Савелий, а почему когда в
воду смотришь там принцессы есть?
А когда в воду шлёпнишься, их не одной?
Пугливые верно.
Они какие принцессы, водяные, а?
Угу.
Ну, значит, рыбьего племени.
Значит, чуть что - сразу в разные стороны.
Ууу, и мой мёд слизала.
- Дед, это тоже подсуши.
- Будет сделано.
Дед, а ещё мой папка велел узнать
у тебя, откуда дети берутся.
- Папка велел?
- Ага.
Мамка в больнице, узнать не у кого.
А тётя Настя говорит, что она
своих троих в капусте нашла.
В капусте говоришь.
Правильно,
детей чаще всего в капусте находят.
А то бывает аист приносит.
- Аисты, чего там без дела стоите?
- О, не здюжала модель, поломалась, да?
- Не здюжала.
А ты, Сенька, говорить
хорошо, возьми сам полетай.
Пожалуйста.
- Ты чего? Что с тобой?
- Он всегда делает что не надо.
- Теперь мне платье забрызгал.
- Ничего, отстирается.
Хозяин дома?
Сенька! Сенька!
- Как ты тут?
- Нормально, вот стираю.
Молодец, мама просила за тобой присмотреть.
Подай мне штаны из комнаты.
- Идём ко мне, покормлю.
- Не, мы с папой ужин готовить будем.
Суп из концентрата, и консервы откроем.
Кильку в томате.
- С варёной картошкой.
- Какие трудности испытываешь?
А, никаких, только с поросёнком Васькой.
Без гуляний ему нельзя,
и гулять выпустишь, всюду лезет.
Всюду лезет?
Чудо моё. Ой, смотри.
Кыш, нахалка! Кыш!
- Смотрите, дождь.
- Ой, караул.
Ой Сенька, ой!
Курицу, курицу, давай бросай
её, окна позакрывай.
- Ну и льёт! Ты что, тоже вымок?
- Нет.
Я купался.
Худо тому, у кого сейчас
крыша над головой не нашлась.
А что ты такой задумчивый,
голодный небось?
Нет.
- Я молока попил.
- Ну молодец.
Вот картошку чищу.
Сейчас ужин готовить будем.
Сень, где полотенце?
А, нашёл.
Пап, а как же они там сидят, если дождь?
- Кто?
- Да братья.
И тётка Настя, и дед Савелий одинаково
говорят, что они в капусте сидят.
Да? Может они внутри.
В кочанах.
Нее, нам такого маленького не
надо, нам побольше.
- Во! И кулаки во!
- Ну, куда нам такой?
Как куда? Да огород вскопать,
скотину накормить-напоить.
В магазин сбегать, такой мешок
картошки сможет за раз привезти.
И один за раз съесть.
Ну выбирай, какой суп варить
будем, быстрее. Этот или этот?
- Вот этот.
- Ладно.
О, молодец, много картошки начистил.
- Надо бы к маме съездить.
- Надо.
Узнать как что,
а может ты побудешь здесь один?
Денёк, а я с Маруськиной
бабушкой договорюсь, она поможет.
Заодно бы я в райцентре кое
какие колхозные дела бы сделал.
Молоко куда девать?
Как? На сливки, а снятое - поросёнку.
Поезжай, мамке повеселее будет.
Быстрее поправится.
Ну и тебе кое что купить
надо, ты ж у нас вырос.
Ну и брату, пелёнки-распашонки.
А когда же он будет этот брат?
По плану, у нас в колхозе всё по плану.
- Без плана нельзя.
- Ну вот видишь, сам знаешь, а спрашиваешь.
- Кто дома?
- Я.
- Ну, как тут у вас?
- Порядок.
Мы с папой всё успели, даже
оладьи, вот, садитесь попробуйте.
Спасибо.
Ааааа!
Васька, ты куда! Назад!
Вчера мы с папкой весь вечер снасть
делали, чтобы Васька не убегал.
Теперь он от меня ни-ни!
А ну стой!
Ну ясно кто тут вчера погром устроил.
И папка твой как дитя малое.
- Носится на мотоцикле. Куда спешит?
- Куда спешит?
Он не спешит, он бешеную езду любит.
Ну ладно, я побежала,
а то у меня ещё дел по горло.
- Только Вы...
- На речку ни-ни.
Правильно, ни-ни.
- Привет дрессировщикам.
- Привет.
Сенька, ты своего брата
сразу к дисциплине приучай.
Так его ещё нет.
Будет, только не давай ему распускаться.
Если позволишь - всё,
конченый ты человек, Сенька.
Пал Иванович! Подождите, Пал Иванович!
Пал Иванович!
Нет, это инженер, машины налаживает.
- Нет у тёти Любы машины.
- Да не её, а колхозную.
А чё её налаживать?
Её кто хочешь может наладить.
Хоть твой папа,
хоть мой брат Ванюшка.
И не такую машину, не
"жигули", а которая думает.
- Думает?
- Пойдём покажу.
Покажи.
А зачем эта машина?
С каждого поля к ней сигнал
идёт когда что делать надо.
И про воду, и про химию, когда косить.
Кто это тут такой умный?
- Ааааа.
- Мы.
Ишь ты, не долго тебе уже
осталось ходить куда захочется.
Это почему?
Почему? Потому что ты старший
брат. Понял?
Старший.
Так и вас прибывает на мою голову.
Ясли новые - строй, школу - расширяй.
Стадион подавай.
- Степан Иванович!
- Иду, иду! Демография.
- Поняла? Старший.
- Ну и что?
- Извините, какой ставить будем?
- Красный.
- Зелёный.
- Красный.
- И вы тут?
- Тут, а что?
Так может твоего брата
уже давно привезли.
Он там, понимаешь, твоими
игрушками распоряжается.
- Рвёт, ломает, ему ведь не жалко.
- Он что, без понятия?
Откуда же у него это понятие?
- Так какой ставить, Любовь Алексеевна?
- Какой Машенька выбрала.
Сенька, Ваську забыл! Сенька!
Эти мне самому нужны,
он ведь в технике ещё не понимает.
А эти пусть берёт.
Сенька!
Сень, ты что спрятался? Сень!
Ты чего тут торчишь?
Братья в капусте бывают, а тут нету.
Ну глупый. Ну разве дети
могут в капусте рождаться?
А кто говорит, что везде принцессы сидят?
И крапивная, и луковая.
Сидят.
Выходит, твоим принцессам
можно, а моему брату нельзя?
Принцессы одно, они как цветочки.
- Сенька, ты куда?
- В колхозное поле, там кочаны толще.
Сенька говорит, что дети
в капусте рождаются.
Это раньше дети в капусте сидели.
А сейчас?
А сейчас в специальных сеточках,
или, ещё как грибочки в лесу.
Ты Маруська, ты больше со мной не ходи.
А я зимний.
Бабушка говорит я в печке сидел.
Она в тот день рано встала,
сунулась в печку с растопкой.
А там я сижу, она говорит,
румяный как пирожок.
Эй, ты что делаешь, а?
Ты что делаешь, а ну-ка давай.
Брысь отсюда! Что ли для тебя оставили?
Сенька!
А ну-ка иди сюда, забирай своего
красавца или я его в милицию сдам.
Что это он у тебя,
понимаешь, один разгуливает?
Не заблудится.
- Ну ладно, ты чего такой?
- Ничего.
Сенька, ты думаешь зачем
я в связисты пошёл?
Если я шофёр третьего класса.
Да потому что я высоту люблю, мне вот
со столба вся деревня как на ладони.
Я Вас всех прекрасно вижу, ты думаешь я
не видел как Вы с Маруськой тонули? Видел.
А кто её потом спасал?
А теперь ты с Маруськой не дружишь, позор.
Вон она стоит, одна-одинёшенька, грустная.
Ну ладно, я пошёл, пока.
И чего ты вьёшься, сказала бы просто:
"Сенечка, извини меня
пожалуйста, я больше не буду."
Ещё чего! Ты бы лучше домой
шёл, чем тут разговаривать.
Там твоя мама приехала и на
руках у неё кто-то пищит.
Брат!
- Не знаю, издали не видно.
- Должно брат!
Сенька, ну иди ко мне.
Где взяли?
В капусте.
Ни на огороде,
ни в колхозном поле его не было.
Я все кочаны ощупал.
- В другой колхоз за ним ездили?
- Ага.
Специально крюк дали,
не могли прямо домой идти.
Не могли.
Это что ещё такое?
Ой, горе луковое, вы б ещё корову в дом
привели, в самый раз к новорожденному.
Оленька. Не брат это, а сестра.
И взяла я её в больнице,
а не в капусте,
это папа её в капусте нашёл.
Закрутил мальчишке
голову с этой капустой.
Меня аист принёс.
Красавица. Аист?
Иди, пусть поспит в тишине.
Ты чего надулся
как мышь на крупу.
Говорили брат будет, брат.
А это на самом деле сестра.
Тут уж ничего не поделаешь.
А кто теперь корову будет доить?
Мама, или опять мы?
- Пока нам придётся.
- Так я и знал.
Мы там тебе рубашку и ботинки новые
купили, сходи примерь.
Ну тогда давай в магазин
сгоняем, конфет тебе купим.
- Шоколадных?
- Каких хочешь.
Шоколадных.
- Здрасте.
- Боже, какие люди!
- Поздравляю.
- А назвали-то как? Или ещё не придумали?
- Оленькой.
- О, хорошее имя.
- Ольга Ивановна.
- Очень красивое имя.
- Вот, будет от меня подарок.
- Спасибо.
- Ползунки есть фланельные, распашонки.
- Беру.
- Нюра, Нюра, за ползунки плачу я.
- Так.
- А распашонки от меня.
- Нюра, где тут у Вас куклы?
Ну-ка давай самую красивую.
Нюра, Нюра, прихвати рубашечку слева.
Ну что Вы, спасибо.
На что ей?
Она ещё видит всё перевёрнутое
и спасибо сказать не может.
Девочка в дом, тепло в дом.
Нам и без неё тепло было, не простужались.
Нюра, ты ему погремушку дай, и то ещё рано.
Конфеты обещал, а сам забыл.
- Нюра взвесь мне шоколадных конфет.
- Сейчас, всё будет.
Понимаешь, Сенька очень
шоколадных конфет хочет.
- На.
- Спасибо.
Сенька! Сенька!
Сенька, вот они шоколадные конфеты.
Ну что, помощник, выспался?
- Не выспался.
- Доброе утро.
Большущий ты мой. А ну-ка, подержи.
- Оленька? Иду, моя маленькая.
- Оленька, Оленька...
Только и умеет писать.
- Сладкая моя, ей, ей.
- Это мы бухнем.
Веник вот здесь поставим.
Видишь какой у тебя старший брат.
Пыль подотру, мы с папкой чисто
жили, у нас был порядок.
Расти скорее, тоже такая будешь.
Мама, смотри-ка, кот Матроскин, мама!
Тссссс!
Маруська, слышь, Маруська.
Ой не могу.
Похожа я на принцессу?
- Нет.
- А на невесту?
- Неа.
- А на кого?
- Только на мяучало.
- Ааа.
Сам ты чучело-мяучало.
Маруська, не нужен я ей.
Не любит она меня.
- Кто?
- Мамка.
Она теперь эту нахалку любит.
Мультики смотреть из-за неё не
даёт, и весь двор от неё в пелёнках.
Да, плохо когда не любят.
А чё это вы всё любит - не
любит, любит - не любит.
- Ты хочешь чтоб тебя мама любила, да?
- Да.
- А ты её любишь?
- Люблю.
- Да? А это надо доказать.
- Доказать?
Да, доказать.
Или, скажем, заслужить.
Заслужить. Вот видишь,
Маша правильно говорит, заслужить.
- Сенька, домой.
- Наташа!
А ты куда от дочки то?
Пока спит, в правление схожу.
Вкусно.
Тише ты, не чмокай.
Олька знаешь какая чуткая, проснётся.
А это не я, это тесто.
Видишь? Сейчас убежит.
Мы сейчас мамке докажем.
- Сами пирог сделаем.
- Давай.
Пусть мамка меня любит,
а сестру эту любить не за что.
Мы сейчас такой пирог сделаем, такой.
- Какой?
- Ватрушку.
Мамка ватрушку любит.
Для ватрушки творог нужен.
Творог? Сейчас принесу.
Неси.
Ой.
Мамка творог со сметаной любит.
Ну какой ты бестолковый!
Ладно, соберу, у нас пол чистый.
Давай уж я соберу, а ты тесто меси.
Как я с тобой устала.
Ты, Маруська, начинкой пока займись.
Ладно.
Только сахару в неё не жалей.
- Давай сметану.
- Мамка начинку сладкую любит.
На, попробуй.
Говорю тебе, сахара не жалей.
- Ну что?
- Я ей соску обратно дал.
- А она всё равно ревёт.
- Ой.
- А давай ей соску в мёд обмакнём.
- Давай.
Будет как жвачка, а жвачку все любят.
Ну нахалка, ну принцесса.
- И с мёдом ей не подходит.
- Может она мокрая?
- Сухая.
- Чего ж тогда орёт?
- Не знаю.
- Может характер показывает?
У тю-тю-тю.
Чего ты разтютюкалась,
лучше спой ей что нибудь.
- Может она песни любит.
- Давай.
"И стояли барышни у обочин,
им солдаты нравились очень очень.
И в каком столетии не живи.
Никуда не денешься от любви.
И в каком столетии не живи.
Никуда не денешься от любви."
Тру-ту-ту-ту-тру-ту-ту.
Ляляляляля ляляля.
Надо же, песни любит.
Сейчас я ей устрою музыку!
Перерыв.
Ладно, сами споём.
- Давай тесто раскатывать.
- Давай.
Дай-ка мне.
Теперь я.
Вот упрямое.
- Держи его, растягивай.
- Держу, держу.
Сейчас я его.
Здорово, молодец.
Давай начинку.
- Ты не мажь, ты всё вываливай.
- Хорошо.
Мам!!!
Иду, Оленька.
Иду, иду, иду.
Что?
Сейчас нам наверное попадёт.
За что?
Ну то, что Вы её в тесте вымазали,
это понятно. Почему она липкая?
Мы ей мёд давали, а что?
- В мёде все витамины.
- А это что такое?
- Ватрушку делаем.
- Ватрушку, марш к зеркалу.
Мы не какие-нибудь, мы и больше можем.
Что, хороши?
Так вот.
Пока не отмоетесь и не отстираетесь,
на глаза ко мне не попадайтесь.
Ай!
- Да, да.
- Можно? Ой.
Простите, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Простите, я сейчас.
- Что вы, что вы, не надо.
- Как у вас тут чисто.
Как прохладно, а на улице, знаете, просто...
Погодите, погодите, а это кто?
Сенька и Машенька?
- Ага.
- Ну, метаморфоза.
Вы просто талант, Любовь Алексеевна.
- Спасибо.
- Спасибо.
- Проходите, садитесь.
- Спасибо.
Да, посмотришь на таких ребятишек...
И никуда не захочется.
- А вы детей любите?
- Обожаю! Я знаете, дочку хотел бы.
- Маленькую дочурку.
- И я о дочке мечтаю.
- Правда?
- Правда о дочке?
- А наша тётя Люба красивая.
- Она очаровательная.
Ооо, ну ты даёшь.
Красивый, красивый, давай помогай.
Держи.
Лучше б борщом занялся, чем пирогом
то. Борщ понятнее.
Мама говорит, не любишь ты
её, всё озорничаешь.
Это она меня не любит.
Ну ты на маму то не сердись,
ей сейчас с Оленькой тяжело.
Да, да, смотри кого привёл.
Час от часу не легче. Зачем тебе
понадобилось? Это что б дураки завивались?
Это тётя Люба завила.
Тёть Люба? Вот артист. Вот пусть она
своих заводит, а потом завивает.
Смешной какой.
А ну-ка погоди.
Только и знает теперь толкать.
Почему так? У одних по двое ребят.
У других ни одного.
- Ну чего тебе?
- Сейчас что-то покажу.
- Видишь, что у бабушки выросло.
- Ого! Бомба.
- Наверное в нём арбузная принцесса живёт.
- Неа, это на мой день рождения.
Когда оно исполниться,
я его съем со своим лучшим другом.
- И с кем это ты его есть будешь?
- Известно, с тобой.
- Наверное сладкий.
- Ага, сладкий.
Если я твой лучший друг,
ты мне должна помочь в одном важном деле.
- Каком?
- Только для этого нужно поклясться.
- На крови.
- Это как?
Вот булавка,
я палец уколю и ты палец уколешь.
Потом палец о палец потрём,
чтобы кровь смешалась.
Если тесто месить, я не буду!
Я изюма на год объелась.
Нет, дело важное,
от него всем хорошо будет.
И маме, и папе.
И тёте Любе, и этому инженеру,
Павлу Ивановичу. Ну, согласна?
- Давай палец.
- А если тупая?
Ну, видела? Давай палец.
Не бойся.
- А целоваться?
- Целоваться не будем.
- Почему?
- Это мужская клятва.
Ах, тогда говори.
Сенька, домой!
Я пойду в правление в
бухгалтерию, а ты пока тут поиграй.
Если Оленька заплачет,
посмотри, может быть надо что.
Если она мокрая,
пелёнку сухую ей постелешь.
- Она скорее всего просто соску захочет.
- Я ей песню спою.
- А она что песни любит?
- Любит.
Ясно.
Руки покажи. Покажи руки.
Грязные какие, мой.
Пусти-ка.
- Хорошенькая какая.
- Моя мамка плохую не выберет.
Ишь, узнаёт.
- Теперь ты пусти-ка, теперь я её заверну.
- Теперь кто угодно завернёт.
Кто угодно не красиво
завернёт. Подай-ка мне ленту.
- Пошла, пошла, не валяйся тут на дороге.
- Ты суеверный что ли, Сенька?
Ах ты! Ах ты!
Маруська, замри! Там этот Стёпка на столбе.
Ааа.
А ты слезай!
Чего к нашему столбу привязался?
Работа у меня такая,
вот телефон вам провожу.
Обед уже.
Придёшь в столовку, а там и сесть негде.
Уже десять минут как все
обедают. Надо же, заработался.
Тихо, помолчи.
Сенька.
Сенька, ты где?
Фух, ушёл наконец.
- Ишь как дышит.
Жаль, что она не принцесса.
А ты откуда знаешь, может принцесса и есть.
Ладно, я пошёл, а ты, Маруська, мошкару
отгоняй, букашек не допускай.
Как тётка Люба появиться - сразу прячься.
Только быстрее.
- Тёть Люб! Тёть Люба!
- Чего?
Ты пойди-ка на свой огород,
посмотри что там у тебя.
- А что?
- Только ты сейчас же иди, бегом!
Сенька! Сенька!
Что теперь будет?
- Где она?
- Сенька!
- Куда ты её дел? Ну, говори, где она?!
- Не нужна она нам.
Куда ты её дел, Сенечка?
Она же сестрёнка твоя, родная кровь.
- Как это так не нужна?
- Ты мне скажи, с ней ничего не случилось?
Ничего не случилось, лежит
себе, новую мамку дожидается.
Где лежит?
Ну, говори где лежит!
Говори же, Сенька, говори,
тебе же лучше будет.
Говори скорей.
А зачем тебе двое ребят?
Когда у других ни одного нет.
Ты меня люби,
а сестру эту пускай тётка Люба любит.
Ты её по ошибке нашла,
а теперь будет не по ошибке.
Тётка Люба всегда мечтала.
- Ты её тётке Любе домой отнёс?
- Не скажу.
Ну-ка пусти!
Беги, беги,
всё равно тётка Люба её уже нашла.
Понял! Она теперь тётки Любина Олька.
Тётки Любина!
Всё пропало, всё, всё пропало.
Говорила, колдунья она.
Кому она твою Ольку отдаст, того и будет.
Заходите, заходите в дом.
Да надавать ему надо по одному
месту, вот и всё.
Маленькая, малышка.
Надо мне уходить,
теперь я для них совсем лишний.
Это она мне в дорогу оставила.
- Дед, а дай мне хлеба в дорогу.
- Возьми.
А чё собрался куда что ли?
Я в громадный город,
где самолёты строят, там буду жить.
Ну что ж, у нас у людей доля такая - ходить.
- А Маруська как, с тобой или?..
- Нет!
- А то ей тоже хлеба надо.
- Нет, Маруська потом ко мне приедет.
Аааааа.
Дед, а я никогда не вернусь, прощай.
Так человек никогда на прежнее
место не возвращается.
Воротился человек, глядь,
а это уже совсем не тот человек.
А если человек таким же вернулся, к тому
времени уж место давно переменилось.
Этого Сенька многие не понимают.
Всё рвутся куда то, потом назад рвутся.
- Ты это понимаешь?
- Понимаю.
Ну что ж, тогда ступай.
- Прощай.
- Угу.
- Прощай. Прощай, говорю.
- Прощай.
Прощай.
Ой, ой, задохнёшься.
Глупый ты глупый. Умный бы
был, в стадо пошёл.
В стаде и побегать и попрыгать
можно, и вообще расти быстрее.
- Здорово, мужик.
- Здрасте, председатель.
- Куда путь держишь?
- А Вы куда?
Я в поля, сынок, посмотреть что где поспело.
Где убирать пора,
где погодить ещё недельку.
А что же Вы не на своей новой
машине, "Волге"?
Ооо, на "Волге" я езжу к высокому начальству.
А в поля лучше на лошади,
с лошади земля понятнее.
Знаешь, поле, лошадь,
и я среди них вроде не особенно лишний.
- Стоять, стоять, Сластёна. А ты куда же?
- Я в громадный город, где самолёты строят.
Вон оно что, это тоже дело.
- А дорогу знаешь?
- Найду.
А ты, чтобы не плутать,
выйди вот на этот холм.
С него всё вокруг хорошо видно,
вот ты с него и прицелься.
- Ладно.
- Этот холм особенный.
На нём наши предки дозором стояли.
- А кто они, предки?
- Ну как тебе объяснить.
Древние воины-пахари.
Они эту землю первыми распахали
и от врагов защищали.
Вот здесь, на этом холме, была их крепость.
Предки наши, наш корень.
А мы с тобой для них пра-пра-пра-правнуки.
И ты, и я, мы для них с тобой
одно - потомки. Понял?
Как это одно? Вы вон какой
большой, а я ещё не очень.
Это ничего, вырастешь. Будь здоров, мужик.
- Счастливого пути.
- До свидания.
Эй! Траву косить пора!
А, не мои теперь это заботы.
Пусть сами тут без меня разбираются.
Ух ты!
Ооо, деревня моя!
Худо им без меня.
Сенька! Сенька!
Ушёл? А арбуз, арбуз с кем я буду есть?
При чём тут арбуз, ты только посмотри.
Не знали ещё Сенька и
Маруська, но уже чувствовали.
Что где бы они ни были, возле дальнего
синего моря, хоть на другой стороне земли,
будут они видеть во сне
этот холм и всё что вокруг.
И всю землю, которую в
малолетстве и навсегда осознали,
как свою родину.
 

////////////////////////////