У подножия вулкана (1984 год). Фразы и цитаты из фильма

Under the Volcano (1984)

Все фразы и цитаты

 У ПОДНОЖИЯ ВУЛКАНА
по роману Малкольма Лаури
Куэрнавака, Мексика
1 ноября 1938 года
День поминовения усопших
Уходи, псина.
Убирайся!
Добрый день!
Почему ты меня боишься?
Я люблю тебя. Я люблю тебя.
Ты вернула меня к жизни.
Ты меня не знаешь?...
Добрый вечер, доктор!
- А, добрый вечер, сеньор Джеффри.
- Добрый вечер.
В самое время.
Пунктуально.
Англичанин всегда точен.
Вы направляетесь в Красный Крест,
полагаю.
Хорошо.
Очень хорошо.
Но нет, что-то не так.
Я понял, сеньор!
Вы без носков.
Действительно! Без носков.
К такому прекрасному костюму
должны быть носки.
- Хотите, я принесу вам?
- Нет, спасибо. Это не обязательно.
Кстати, сеньор Бустаманте,
вы не находили какие-нибудь письма...
cartas... какие-нибудь письма,
адресованные мне?
Нет. Нет, сеньор.
Я не находил никаких писем к вам.
Что за письма вы потеряли?
От моей жены.
От Ивонны.
Тогда у вас есть вести от нее.
Что она говорит?
Она вернется в Мексику?
Нет. Я так не думаю.
Мне грустно видеть вас в разлуке.
Я всегда искренне восхищался
сеньорой Ивонной.
Я думаю, она вернется.
Она вам пишет,
значит, она вернется.
Еще я получил письмо
от ее адвоката.
Кажется, мы теперь разведены.
О, друг мой...
- Это правда?
- Да.
Это правда.
Позволь мне уйти!
- Я обещаю вернуться.
- Ты лжешь.
- Нет!
- Ты не вернешься.
- Ты ненавидишь меня.
- Нет.
- Ты презираешь меня.
- Нет.
Лжец! Лицемер!
"Las Manos de Orlac".
"Руки Орлака", да?
Отличная история.
Человек - пианист,
но потерял руки под поездом.
Ему дали другие,
но это руки убийцы.
О, эти руки убивают людей.
Но его сердце не убивает,
и ему очень, очень жаль.
Не за все можно извиниться.
Судьба всего мира изменилась,
мне кажется.
Только в Мексике смерть -
повод для смеха.
В День поминовения усопших,
когда их души возвращаются к нам,
путь с небес нужно сделать...
нужно сделать безопасным,
а не скользким от слез.
Прости, старушка.
Тебя не пустят на этот праздник.
У твоего платья слишком глубокий вырез.
- Добрый вечер, сэр.
- Как поживаете?
- Как поживаете?
- С доктором вы знакомы.
Немного бренди.
Немного анисовки.
Немного текилы.
Немного виски.
Немного мескаля.
О нет, нет. Не надо мескаля.
Не прикасайтесь к мескалю.
Лучше я умру от жажды,
чем притронусь к мескалю.
Это глупо.
Мескаль - просто текила для бедных.
Мескаль для проклятых.
О боже милостивый.
Накатываются
последние отголоски дипломатии.
- Добрый вечер, сеньор Фирмин.
- Добрый вечер.
Я хотел бы представить вам
герра Краусберга,
немецкого атташе.
Герр Краусберг.
Мистер Фирмин.
Бывший британский консул
в Куэрнаваке.
Я так рад познакомиться
с вами, мистер Фирмин.
- Я тоже, конечно.
- Коктейль с шампанским.
Надеюсь, ваше следующее... место работы
будет так же прекрасно, как Куэрнавака.
Следующего не будет,
я ушел в отставку.
О, действительно?
"Обломана жестоко эта ветвь, которая
расти могла б так пышно", что-то вроде.
Я собираюсь остаться в Мексике.
О, как мне повезло.
Надеюсь, между нами
завяжется дружба,
такая же близкая, такая же сердечная,
как дружба между двумя нашими нациями.
В самом деле, герр Краусберг, вы можете
оказать мне большую услугу.
С удовольствием помогу вам
всем, чем смогу.
Собственно, это моему брату,
единокровному брату.
- Вы понимаете "единокровный"?
- Угу.
Отец женился второй раз
на красавице-американке с юга.
Хью. Он репортер.
Вроде внештатного сотрудника.
Он сейчас гоняется
за какими-то слухами.
- Возможно, вы проясните этот вопрос.
- С радостью, если смогу.
Германия финансирует нацистское движение
здесь, в Мексике?
Конечно, нет.
Ваш брат, мистер Фирмин...
Единокровный, единокровный.
Единокровный, простите.
Ваш единокровный брат,
очевидно, страдает
избытком воображения.
Они называются синархисты,
если я не ошибаюсь.
Чушь.
Это просто слухи, как вы назвали.
Как бы там ни было,
мы теперь союзники, верно?
С момента замечательного соглашения
между вашим премьер-министром
и нашим фюрером.
Так мы выпьем вместе?
За... За взаимопонимание
между нашими нациями.
Этот союз, я убежден...
гарантирует нам мир
на много, много лет.
Ваше здоровье, герр Фирмин.
Да, точно.
Мюнхенское соглашение и все такое.
"Мир в наше время".
Но не будем слишком опрометчивы.
Лучше подстраховаться, верно?
К примеру, мексиканская
железная дорога так и делает.
Для них не может быть
неприятных сюрпризов.
Взгляните на их свежее расписание,
на примечания.
Трупы должны перевозиться экспрессами.
Каждый из этих экспресс-трупов
должен сопровождать
пассажир первого класса.
Теперь предположим,
переговоры проваливаются,
и вот он, чертов Армагеддон.
Только представьте.
Железная дорога
сделает состояние!
- Вы правы, вы правы.
- Только представьте!
Все эти чертовы трупы,
и каждый с билетом первого класса.
Конечно.
Одного Дня поминовения усопших
не хватит!
Месяц. Декада.
Эра усопших, вот это я понимаю!
Весь мир научится смеяться
при виде зловонных трупов.
О, ха-ха.
Чертово ха-ха-ха!
О Боже милостивый.
Билеты на экспрессы будут
забронированы на годы вперед.
Трупы рука об руку с проклятыми
обладателями билетов первого класса
выстроятся очередями на мили
в ожидании поезда.
Ага. Да...
Дамы и господа из Красного Креста,
у вас будет
чертова уйма работы.
- Устраивать хранилища для...
- Друг мой... Сеньор...
Хранилища для изобильного урожая
кадавров.
- Сеньор Джеффри...
- Строить специальные склады.
О, укладывать их слоями.
Или спрессовывать их,
спрессовывать их стоймя.
Нет, еще лучше -
резать их на куски.
Разрубать их
и завязывать в мешки.
- И рисовать на них красный крест.
- Идемте, сеньор.
Идемте, друг мой.
Выбросьте эти мысли.
Это печально - проводить свою жизнь
в сплошной трагедии.
Ах, она не во времени, конечно,
а в сердце.
Никто не может жить без любви.
Никто не может жить без любви.
Я проснулся однажды утром,
она ушла.
Ничего.
Только проклятая записка.
Она нужна мне.
Идемте.
Я знаю, что вам нужно сделать.
Идемте со мной.
Это недалеко. Идемте.
Это Дева Мария Одиночество.
Святая покровительница
тех, у которых никого нет,
и тех, кто заблудился,
и моряков в море.
Вы должны ее попросить...
вернуть вашу супругу.
Попросите ее.
Я не могу.
Это как попросить фею-крестную
о трех желаниях.
Ты должна простить
моего товарища.
Он слишком пьян,
чтобы молиться.
Никто не может жить
без любви, матушка.
А он...
Он... Он лишился своей супруги.
И просит твоей помощи.
Пожалуйста.
Помолитесь Деве.
Я умираю без тебя.
Вернись ко мне, Ивонна.
Ты слушаешь, Фернандо?
Если это совершенно необходимо.
Обрати пристальное внимание.
Это урок. Притча.
Я расскажу тебе об ответственности,
Фернандо.
Если это совершенно необходимо.
Это судно...
было идеальной обманкой,
а я был на нем офицером.
Это судно -
пароход "Самаритянин",
так оно называлось,
выглядело со стороны как
безобидная старая толстушка,
перегруженная,
тяжело державшаяся на волнах.
Ты меня слушаешь, Фернандо?
Мальчики!
...топил всех немцев,
попадавшихся нам на пути!
Это был 1917-ый, весна.
Мы увидели перископ,
смотревший на нас.
Ты меня слушаешь, Фернандо?
Они приготовились
подняться к нам на борт.
И тут - большой сюрприз.
Ты слушаешь, Фернандо?
Мы сбросили нашу маскировку.
Хищник внезапно
превратился в жертву.
Я получил орден за эту лодку.
Но сперва мне пришлось предстать
перед военным трибуналом.
Загадка исчезновения
немецких офицеров.
Понимаешь...
останки семи...
человек...
были обнаружены в топке.
Довольно страшно, да?
Такого не должно быть, Фернандо.
Люди не должны
бросать других людей в топку.
Ивонна.
Я вернулась.
- Это правда ты?
- Конечно, я.
Не может быть.
Я писала, что приеду.
Ты не получал мои письма?
Я даже не была уверена,
что ты еще здесь.
Мне пришлось позвонить в МИД.
Я всегда более-менее здесь.
Я уезжал однажды,
как раз на прошлой неделе.
На бой быков в Томалин.
Оказался в "Маячке".
Только чтобы выпить, имей в виду.
Как ты здесь очутилась?
Я приплыла на корабле
из Нью-Йорка.
- В Веракрусе успела на самолет.
- Понятно.
Должно быть, ты вымоталась.
Не особенно. Я...
проспала на корабле
миллион часов.
Хуже всего была
поездка с аэродрома.
На автобусе.
Это тряска
делает жизнь невыносимой.
Но она утихает, если
воздействовать на нее правильно...
необходимыми глотками,
в терапевтических целях.
Выпей со мной.
Нет, пей один.
Я составлю компанию.
- Улица Никарагуа, 52.
- Да, сеньора.
Как же, если ты не пьешь, как я,
ты можешь надеяться оценить красоту
старой индианки,
играющей в домино с курицей?
Должно быть,
все такси исчезли.
- Пройдемся?
- Почему? Что с машиной?
Ты же не разбил ее опять, нет?
Ну, откровенно говоря,
я ее потерял.
Ты ее потерял?
Слушай, не будем об этом.
Ты, должно быть, ужасно устала, Ивонна.
Давай не пойдем.
Сядем и подождем такси.
Нет, вовсе нет.
Я подумала, это ты устал.
О, нет, нет.
Все прекрасно.
С удовольствием разомну
свои старые ноги.
Тебе уже сказали в МИДе,
что я ушел в отставку?
Что случилось?
Просто надоело.
Джеффри, почему
ты не отвечал на мои письма?
Дрожь, понимаешь.
Некоторые затруднения с пером.
Ты мог нанять его.
Дорогая Ивонна...
Я выбираю самый простой,
единственный выход.
Точка с запятой.
Прощай. Точка.
Новый абзац.
Новая глава.
Новый мир.
Как мило расцветают могилы
Ароматными цветами.
Только раз в году
мертвые оживают на день.
Ты помнишь эту песню Штрауса,
Джеффри,
с названием
"День всех усопших"?
Вернись ко мне, любовь моя,
чтобы мне обнять тебя,
Как однажды в мае,
Как однажды в мае.
Чем ты занималась в последний год
помимо развода?
В основном была в Нью-Йорке.
Получила роль в возобновленной
"Соломенной шляпке".
Помнишь, это пьеса, в которой я играла,
когда мы познакомились?
Тогда я была инженю.
Боюсь, это время ушло.
Теперь у меня характерные роли.
Мы закрыли спектакль на прошлой неделе.
Понимаю.
Посмотри, у него закрыты глаза.
Лошадь знает дорогу домой.
- Спасибо!
- Спасибо, спасибо.
О, привет, привет!
Ты посмотри, кто пришел!
Мой маленький Эдипусс.
Привет!
О, вот ты какой.
- Думаешь, он меня забыл?
- Нет, он тебя не забыл.
Я никогда не верила, что кошки
привязываются не к людям, а к месту.
Я скучала по тебе, Эдипусс.
Он тоже по тебе скучал.
Сеньора, какая радость!
Здравствуйте.
- Здравствуй, Консепта.
- Как я по вам скучала!
О, я тоже по тебе скучала,
Консепта.
Что случилось с моим
чудесным садом, с моими камелиями?
Боюсь, он немного одичал.
Но послушай,
просто предположим ради примера,
что ты...
покинула осажденный город,
и, так или иначе,
в скором времени ты возвращаешься.
Ты же не можешь ожидать
что те же самые зеленые красоты
точно так же...
скажут:
"Добро пожаловать, дружище"?
Ты вернулась
или просто приехала в гости?
Я здесь, верно?
Хью, выходи!
Ты ни за что не догадаешься,
кто к нам заглянул.
- Хью здесь?
- О, я тебе не говорил?
Он вернулся
некоторое время назад.
Приехал прямо
с испанской гражданской войны.
Они играл для меня
роль Флоренс Найтингейл.
Хью!
Где ты?
Он был весьма разочарован,
когда вернулся и...
обнаружил, что ты улетела из клетки.
По-моему, он скучал по тебе
так же сильно, как я.
Хью! Где ты?
Где может быть этот молокосос?
Хью! Эмиссар зовет.
Консул Гавани Рогоносцев.
Выходи и поцелуй его жену
с возвращением.
О, я забыл. Он в Мехико.
Он вернется сегодня.
Он учуял запах
какого-то слуха, и он...
и погнался за ним,
как гончая за зайцем.
Джеффри. Просто скажи мне.
Я могу уехать.
Это
домашнее средство Хью
от алкоголизма.
Стрихнин.
Он подкупил Консепту,
чтобы та травила меня.
- Яд!
- Сеньора, это неправда.
- Это ужасно.
- Да.
А ты не хочешь виски?
Я же еще не завтракала.
Джеффри?
- Джеффри. Выпей.
- Что?
Ради Бога, пей.
Я не жду чуда.
Нет, нет, нет, нет.
Я буду придерживаться старого...
лекарства, благодарю.
- Ты действительно ушел в отставку?
- Именно!
С дипломатией я покончил.
Что ж, тогда тебя здесь
больше ничто не держит.
Магия.
"Тот, на чье сердце
легла пыль Мексики,
не найдет покоя
ни в какой другой стране".
Но, по правде,
тебя тут ничто не держит.
Нет ничего правдивее,
чем магия.
Хорошо, Джеффри, мы это обсудим,
когда ты отдохнешь.
Ты хочешь сказать,
когда я протрезвею.
Несомненно, ты уже знаешь, что я
не могу напиться, сколько бы ни выпил,
и что я бываю пьян в общепринятом,
бессвязно-шатающемся смысле
только когда я не пил.
Уверен, ты понимаешь,
на какой тонкой грани
я должен балансировать между...
дрожью недостаточности
и пропастью излишества.
- Я это понимаю.
- Да. Точно. Прекрасно.
Что ж, я хотела бы принять ванну.
Пей.
А!
Консепта!
- Сеньор.
- Текилу, пожалуйста.
- Ничего нет.
- Ничего?
Ничего.
- А, доброе утро, Квинси.
- Что в нем доброго?
Я как раз инспектировал
свои райские кущи.
Почти ждал, что увижу Адама,
выезжающего верхом на тигре.
- На чем?
- На тигре.
Представляю себе.
И тигров, и розовых слонов тоже.
- Насчет вашего кота, Фирмин.
- Я много размышлял об Эдеме.
Чтобы найти путь назад
к нашим истокам.
Возможно, я пойду
и поселюсь среди индейцев,
как Уильям Блэкстоун,
освободившись от бесполезных атрибутов.
Естественный человек -
вещь в себе.
Вы слыхали о Блэкстоуне?
Мы с женой не спали полночи
из-за его отвратительных воплей.
Или вы их не слышали?
Блэкстоун - личность,
которой я всегда восхищался.
Он мирно жил среди индейцев в...
где-то там, где теперь Массачусетс.
Но пуритане его отыскали
и пытались уговорить его
вернуться к приличной жизни.
Если вы ничего не сделаете
со своим котом, я сделаю!
Но Блэкстоуну не нравились пуритане.
О нет. Нет, не нравились.
В нем не было ничего от них.
Так что он ушел дальше в глушь,
и о нем больше ничего не слышали.
Я удавлю этого чертова кота
голыми руками.
Не беспокойтесь, Квинси.
Эдипусс орал только из-за Ивонны.
А она вернулась.
- Тук-тук.
- Кто там?
- Кот.
- Что за кот?
Кот-астрофа.
Какая кот-астрофа?
Кот-астро-физическая?...
- Не перекусишь?
- Я уже поел.
- Ты выглядишь уставшим.
- Нет, все отлично.
Ты всегда так делала -
всегда аккуратно укладывала
свой ломтик лимона.
Так тщательно.
Ты помнишь названия месяцев,
месяцев майя?
- Поп.
- Угу. Во.
- Соц.
- Сек. Шуль.
Йакшин.
Мак.
Есть с названием "мак"?
Есть яш и сак.
"В ответ на ваше письмо
от первого сака"...
Моим любимым
всегда был вайеб.
Бедный маленький месяц,
в котором всего пять дней.
Я хотел, чтобы ты вернулась,
так сильно.
Я все сделаю.
Я перестану пить.
Я все сделаю для тебя.
Теперь "мы".
Теперь снова "мы".
О, Джеффри!
Прости.
Боюсь, это ни к чему.
Останься!
Ты где, старина?
Привет, Хью.
Ивонна.
Что ж, это совершенно...
нечто!
Джеффри говорил мне,
что ты здесь.
Говорил?
Говорил.
Ты выглядишь чертовски хорошо.
Ты тоже.
Что за наряд!
- Как у Ринго Кида.
- И чуть-чуть Сэвил Роу.
- Я думала, ты был в Испании.
- Был.
- Что случилось?
- Что?
Почему ты уехал?
Ведь война еще не кончилась, да?
Потому...
Я был как бы ранен.
Хью!
Мы ехали наблюдать
битву за Мадрид.
Я выпал из санитарной машины.
Семь ящиков пива и шесть журналистов
свалились на меня сверху.
А, все равно к тому времени
это было проигранное дело.
У Франко были все солдаты,
и танки, и самолеты...
А у республиканцев -
только хорошие песни.
У нас только одно желание,
Румбала, румбала, румбала...
- Когда ты приехала?
- Этим утром.
Так где же он,
наш монарх?
Он ушел.
За бутылкой, наверное.
Ты просто...
появилась?
- Что?
- Без предупреждения.
Нет, я написала.
И все-таки я...
Думаю, я...
его удивила.
Как он отреагировал?
Был рад меня видеть, кажется.
Конечно же, он был рад.
- Как он, по-твоему?
- Ты имеешь в виду его пьянство?
Ну да, его пьянство.
Я почти никогда не могу определить,
что он пьян.
У него конституция быка,
ты же знаешь.
Он сдал, мне показалось.
Что ж, теперь ты вернулась
вот так...
Может, он перестанет.
Да...
Послушайте,
все в порядке?
Слушайте.
Я говорю, что стряслось?
Ничего. Полный порядок.
Порядок?
Но вы лежите посреди улицы.
Все равно порядок.
Большое вам спасибо.
Друг мой, вы лежали прямо здесь,
я мог вас переехать.
- Вы уверены, что ничего не случилось?
- Нет.
Что?
Вы уверены, что все нормально?
- Я не мог встречать вас раньше?
- Оксфорд?
- Нет, Кембридж.
- Но на вас оксфордский галстук.
О, галстук. Это моего кузена.
Мы направляемся в Гватемалу.
Мы совершаем небольшое турне
по храмам, видите ли.
- Роскошная страна, верно?
- Роскошная!
Слушайте, вы уверены,
что ничего себе не сломали?
Нет, ничего не сломал.
О, друг мой, друг мой!
Сюда.
Послушайте.
Мы остановились в "Белья Виста".
Почему бы нам не вернуться в отель?
Вы могли бы прилечь ненадолго.
- Нет, все прекрасно, спасибо.
- Нет?...
Хорошо, у меня в машине всегда есть
кое-что на всякий случай.
Ирландское.
Ирландское "Берк".
Миллион благодарностей.
Нет-нет, продолжайте, дружище,
продолжайте.
Чрезвычайно мило с вашей стороны,
старина.
Я знаю, где я вас видел.
Вы тот парень, который
произнес речь прошлым вечером.
- Верно, старина?
- Абсолютно верно.
Я не все понял,
но вы звучали весьма недурно.
Знаете, если вы абсолютно уверены,
что чувствуете себя хорошо,
я предпочел бы убраться.
- Превосходно!
- Не валяйтесь больше на дороге, ладно?
Вас могут задавить или засадить.
- Просто жуткая дорога, верно?
- Жуткая! Жуткая!
Да, да. Погода роскошная.
Будьте здоровы!
Дайте мне знать, если вдруг
попадете в переплет.
- Ату!
- Ату!
Эй, Хью!
Старая змея подколодная.
Привет, Джефф, старина.
Что за сюрприз, да,
это появление Ивонны?
Надо отпраздновать.
О боже, я забыл.
В доме нет ни капли.
Что же я за хозяин?
Я выскочил за шампанским
и наткнулся
на старого приятеля по колледжу.
Сентиментальный тип.
Садитесь оба.
Ты рассказала Хью
о своем возвращении на сцену?
Она вернулась.
Грандиозный успех!
Хью прекрасно выглядит, да?
Мексика ему на пользу.
Загорел как шоколадка.
Да, он превосходно
обо мне заботится.
И, я полагаю,
результаты проявляются.
Я чувствую себя сильным как бык.
Сильным как бык.
Все благодаря чудесному средству Хью.
Или спасет, или убьет.
О, мы можем выпить стрихнина.
Извините меня, ладно?
Я...
Поразвлекайтесь сами
пару минут.
Я...
приведу себя в порядок.
Ивонна, прости,
что я это спрашиваю, но ты...
действительно
вернулась к нему?
Или как?
То есть, я хотел бы...
точно представлять ситуацию.
- Я тоже.
- Ты не знаешь?
Да.
Я вернулась к нему.
Устраивает?
Устраивает?
- Вот и мы, старина.
- О, Джеффри.
Опля.
Вот так...
Меня все время шатает.
- Интересно, на что это похоже.
- Джеффри!
Неплохо. Неплохо.
Градусов маловато.
Напоминает перно.
Тем не менее, придержит
скачущих тараканов по углам.
В душ.
Нет горячей воды!
Тараканчик на стене,
никого с тобою нет?
Позволь мне.
- Тебе лучше?
- Новый человек. Возрожденный.
Никакого прошлого,
только будущее.
Теперь не шевелись.
Эй! Нет, слушайте!
Нам надо поехать на праздник!
- Что, сейчас?
- Да, завтра он уже кончится.
То есть, надо,
если только ты не совсем измотана.
Нет, все отлично.
Теперь не шевелись.
Я перехожу к шее.
"Не осторожничай",
как говорят мексиканцы.
Я сейчас вернусь.
Хорошо...
Она выглядит прекрасно.
- Разве не так?
- Да. Прекрасно.
Прекрасно выглядит...
Я думаю...
Я думаю,
что буду пить только пиво
сегодня, на нашей прогулке.
- Подбородок.
- Подбородок...
Ничего, кроме...
пива.
Пиво, чтобы придти в себя.
Понимаешь?
А потом...
Потом вернуться к стрихнину.
Стрихнин. Кто знает?
Кто знает?
Я на самом деле могу...
разделаться с этим навсегда.
- Ну, ты должен попытаться.
- Да.
- Да, да, да, да, да.
- Нормально?
Да, да, да.
Слушай, Джефф, может, мне...
Может, мне уехать?
- Уехать?
- Да.
Не откладывая,
чтобы не болтаться тут.
Зачем?
Ну, я думал,
может, так было бы проще.
Что... что про... проще?
Для вас двоих.
Давай.
- Для нас двоих?
- Да.
Я хочу сказать, теперь Ивонна вернулась,
ты будешь под хорошим присмотром.
- Чего ты боишься?
- Ничего.
Штучек Ивонны
или своих низменных инстинктов?
Ради бога,
мне уехать или нет?
Разве не выглядело бы странновато,
если бы ты так сорвался?
Останься, Хью.
Конечно.
Ты должен остаться.
Готова.
Ты выглядишь очень...
очень.
Спасибо.
Дай-ка.
"No se puede vivir sin amar".
Что?
"Никто не может жить без любви".
Это в самом деле необычайно
приятный день для прогулки.
Мы могли бы... продолжить в Томалине
после праздника.
Машины нет.
Где твоя тяга к приключениям?
Мы можем сесть на автобус.
Приедем как раз к корриде.
"Оле!" и все такое.
- У нас получится?
- "Получится?"
"Получится?"
Что за вопрос.
О, они выглядят так безмятежно.
Наши вездесущие ангелы-хранители.
Попокатепетль
и его спящая дама.
- Нам надо нанести им визит.
- Вот это сила!
После быков
мы по-подскочим к старому Попо
и заглянем в горячее сердце вулкана.
Не все сразу, старина.
Доктор! Вихиль!
- Добрый день.
- Добрый день.
Я рад, что после прошлой ночи
вы среди живых.
- Добрый день, доктор.
- Добрый день.
Здравствуйте, доктор.
Приятно снова с вами встретиться.
- Давно вы здесь?
- Я приехала сегодня утром.
Чудесно.
Действительно, это чудо.
Вечером мы молились
Деве тех, у кого никого нет.
Консул и я,
мы молились о вашем возвращении...
и вот вы здесь.
Ну не чудесно ли?
Джеффри?
Ты молился?
Я должен отметить, друг мой, Ивонна
покинула Нью-Йорк больше недели назад.
Похоже, ваше чудо
произошло постфактум.
Ах, но Дева, она знала,
о чем вы хотели молиться,
еще до того, как вы помолились.
Это еще большее чудо.
У хорошего врача логика и вера
возлежат рядом, как лев и агнец.
Доктор, что бы вы прописали
в хроническом случае
неконтролируемого, всеобъемлющего
и неминуемого delirium tremens?
Лучше всего принять алкоголь,
в умеренном количестве.
- Именно. Вы это слышали, вы двое?
- Я слышал "умеренном".
Доктор, вы не присоединитесь ко мне
в небольшой умеренности?
Не могу.
Я должен наблюдать роды.
Значит, я оставляю семью
в сборе.
Сеньора Фирмин,
вы действительно чудо.
Спасибо, доктор.
Приятного дня.
Это прекрасный день.
Должна быть гроза.
- До свидания.
- До свидания.
- Ты это делал?
- Что?
Ходил в храм.
Не уверен, что смогу
ответить тебе честно.
События прошлого вечера
несколько туманны.
"Плинген, планген, ауф гефанген...
свинген, сванген у меня.
Свутл, путл,
вон из Бутл.
Немезида: прибыл я!"
Я дошел до неба!
Так можно поговорить
со Смертью.
Предложить ей выпить и потанцевать!
Вы двое будете говорить со мной,
когда я уйду?
Предложите мне хлеб
и сахарные черепа,
чтобы поддержать меня
в путешествии в мир иной?
О, обязательно, старина.
Один раз в году.
Напиши что-нибудь
о Дне поминовения усопших.
- О нем уже написали.
- О!
Придай...
придай ему марксистскую трактовку.
Собственно говоря, я готов решиться
обменять старую пишущую машинку
на мушкет.
Я могу...
Я могу вернуться в Англию,
завербоваться в Воздушные силы.
Следующая война
будет сражением в воздухе.
Следующая война?
Точно такая же, как прежняя.
О, нет-нет, Джефф.
На этот раз она будет не за территории
или владения, а за наши души.
Наши души?
А, хорошо.
Так они у нас еще есть, да?
Я думал...
Но нет, я не должен
судить других по себе.
У тебя есть душа, Джефф.
Замечательная душа.
Должно быть, я ее потерял.
Возможно, ты поможешь мне найти ее,
дорогая моя.
- Ну как, мы отважимся прокатиться?
- На дьявольской машине?
Я - нет, а вы двое идите.
Я вас догоню.
- Может, нам вернуться?
- Нет-нет. Давайте, развлекайтесь.
Я подкреплюсь после автобусной поездки.
Надо похмелиться, понимаете.
Вперед!
А я... я догоню.
Похоже, ты приехала
как раз вовремя.
Надо было приехать раньше.
Почему не приехала?
Я не была уверена, что он хочет.
Он совсем не отвечал на мои письма.
Думаю, он их даже не читал.
- Что?
- Твои письма.
Он носит их с собой,
спрятав в рубашке,
но, мне кажется,
он их даже не открывал.
Никак не могу их найти.
Подумайте, куда вы могли ходить.
Представьте себе таверны,
куда вы ходите все время.
- Думайте.
- К Бустаманте.
Да, "Солнце ночи".
Там их нет.
"Попо"? Нет.
"Узел"? Нет...
"Все довольны, и я тоже"?
Нет...
- "Маячок"!
- Нет!
Сеньор консул,
вы никогда там не бывали.
- Был однажды.
- О, вы надо мной смеетесь.
Джентльмен никогда не пойдет
в "Маячок".
Там ужасно.
Там очень плохо.
У мужчин синеют яички...
а потом они заболевают,
а потом они сходят с ума и умирают.
Ха! Если кто-то приличный был там,
я разобью стакан здесь.
Поверьте мне, донья Грегорио,
я непорочен,
как священник в новой сутане.
Не надо бить мой стакан.
Просто наполните его
и ваш собственный, донья Грегорио.
Да, сеньор консул.
А потом я начал задумываться.
Если человек переносит спиртное
так же хорошо, как Джефф,
почему бы ему не пить?
Почему-то, Хью,
это не слишком утешает.
Просто я не представляю,
как ему помочь.
Может, нам надо уехать отсюда,
подальше от Куэрнаваки.
- Найти где-нибудь ферму.
- Ферму?
Настоящую ферму, с красным амбаром
и силосом, свиньями и курами...
Что, без цесарок?
Без павлинов?
- Что, это настолько невероятно?
- Может, и нет.
У нас есть деньги.
Достаточно.
Прошу прощения.
Я просто представил Джеффа
посреди люцерны,
в комбинезоне и соломенной шляпе,
трезвого и с мотыгой.
Ну, ему необязательно
быть таким уж трезвым.
Что, если он ненавидит фермы?
Может, от одного вида коровы
ему становится дурно.
Да, может, это смешно, но...
все-таки это лучше,
чем сидеть тут сложа руки.
Нет.
Спасибо, нет.
Нет!
- Нет, спасибо.
- Дайте мне пройти.
- Нет, спасибо.
- Нет, спасибо.
За вашу любовь.
Надеюсь, она скоро к вам вернется.
В действительности,
она вернулась.
Так и есть. Может быть,
однажды она вернется к вам.
Она вернулась.
Сегодня утром, на автобусе.
Сеньор консул,
если бы у вас была супруга,
вы бы забыли обо всем
от этой любви.
Потому что это прекрасно -
любить,
но ваша голова занята
единственной вещью.
Следовательно, вы никогда
не потеряете голову.
Я надеюсь, ваша жена
вернется скоро.
Она здесь, прямо сейчас.
Где-то там...
Вы всегда можете так думать.
Да, сеньор консул,
не желаете еще?
- Нет, бутылку "Habanero", пожалуйста.
- Да.
Почему же нет, сеньор консул.
Уже несу.
Ах, знаете, сеньор консул,
я думаю, вы увидите свою супругу
очень скоро!
Представляю вас вместе...
улыбающимися
в прекрасном месте.
В месте, созданном
для улыбок.
Спасибо, сеньор консул.
- До свидания.
- До свидания, донья Грегорио.
Одно...
Поехали...
Объезди их, ковбой!
Давай, красавица!
Вот это жизнь!
Я пинал небо!
О! Спасибо!
Спасибо! Спасибо!
Спасибо! Спасибо!
Спасибо, спасибо,
спасибо, спасибо.
Спасибо, спасибо,
спасибо, спасибо...
- Давай забудем о празднике, Джефф.
- Конечно, нет!
Вперед, к арене!
Мы едем как по Луне.
Я думал, разведенные
не носят обручальные кольца.
- Не носят.
- Зачем тогда?...
Я не смогла его снять.
Это чертов синархист.
Посмотрите на значок на его лацкане.
Это те, о которых я писал.
Они получают деньги от нацистов.
Остановите! Остановите автобус!
Стой!
- Запрещено.
- Какого черта!
Боже милостивый.
Джеффри, это флейтист.
- Доктор в Томалине?
- Да!
- Давай, Джефф, отнесем его в автобус.
- Стойте. Нельзя. Не трогайте.
Нет, сеньор. Мы пойдем в тюрьму.
Не в мой грузовик.
Таков закон.
Вы будете соучастником.
Оставь, Хью.
Вон едут местные власти.
Должны же мы ему помочь.
Слишком поздно.
Что вы делаете?
- Вы убийца?
- Нет. Конечно, нет.
- Вы знаете, кто убийца?
- Нет!
Он мертв, Хью. Пойдем.
Уезжайте!
Он упал с лошади.
Он ехал с рынка.
Много денег.
Они могли тебя застрелить.
Оле!
Оле!
Спасибо.
Добрый день.
Возможно, вы пожелаете начать
с "хин фиш".
- "Хин фиш"?
- Прекрасный "хин фиш".
Джин физз.
Текилу, пожалуйста.
Да, "хин фиш".
"Хин фиш" для дамы.
- Двойную текилу, пожалуйста.
- И две двойные текилы.
Вы любите яйца, сеньора?
Рубленые яйца? Разведенные яйца?
Пустые яйца на тостах?
Нет, "пустых яиц" мне не надо.
Что это?
"Духовные цыплята дома"?
- Фирменные цыплята.
- А!
- Может, попробуем духовных цыплят?
- О, звучит божественно.
Цыплят для всех, пожалуйста.
О'кей, благодарю.
А, коктейли прибыли.
Спасибо.
- Оле!
- Да.
Больше спасибо, сеньор.
Спасибо, сеньор.
Большое спасибо.
Разрешите?
- Да, сеньор.
- Спасибо.
Мадрид, ты дивный город.
Мадрид, ты дивный город.
Мадрид, ты дивный город.
Матушка моя.
Мы хотели взять тебя.
Они хотели
Взять тебя.
Но твои храбрые дети
Но твои храбрые дети
Но твои храбрые дети
Матушка моя,
Тебя не подвели.
Тебя
Не подвели.
И за твои рыданья
И за твои рыданья
И за твои рыданья
Матушка моя,
Мы отомстим им.
Мы
Отомстим им.
- Благодарю вас, сеньор.
- Хорошо. Очень хорошо.
Спасибо, сеньор.
У меня был друг-англичанин,
воевавший в Испании.
Он был там с самого начала.
Во время битвы за Мадрид
он укрывался с пулеметом
в библиотеке университета,
читая Карлайла между атаками.
Он был коммунистом.
Скорее всего, лучший человек,
какого я знал.
Он любил розовое анжуйское
и пса по имени Харпо.
Нельзя предположить, что у коммуниста
будет собака по имени Харпо.
Или можно?
Его уже два раза
объявляли погибшим,
и оба раза он снова
объявлялся на фронте.
Поэтому, когда он оказался в списках
погибших в третий раз,
никто не обратил внимания,
ожидая, что он
опять появится однажды,
крепкий как всегда.
Он не появился.
Сервантес!
Еще одну текилу, пожалуйста!
Бутылку!
Когда я думаю о людях,
которых знал там,
тех, кто остался и погиб...
Господи,
я чувствую себя дезертиром.
Мне не надо было уезжать.
Ты сам говорил,
это проигранное дело.
Моя совесть говорит,
что это не оправдание.
Что ты знаешь о совести
и о чувстве вины?
Помни, ты разговариваешь
со штурманом
парохода "Самаритянин",
чьи руки, эти самые руки,
los manos Фирмина,
бросили семерых немецких офицеров
в его горящую топку...
Ты этого не делал.
...одного за другим,
лягающихся и визжащих.
Сказка становится все сказочнее
с каждым твоим рассказом.
Джеффри, ты прекрасно знаешь,
что ты этого не делал.
Британский военный флот
не награждает орденами убийц.
Ладно, я мог это сделать.
Я был ответственным офицером.
Не за все можно извиниться.
Прошлое заканчивается быстрей,
чем мы думаем.
"Фирмин невиновен.
На его плечах вина всего мира".
И ваша вина тоже, так ведь?
Он призвал
сердце, полное праха,
то, что имел.
Сервантес! Текилу!
Оле!
Он и правда весьма хорош.
Да, отлично!
Оле!
Оле!
Оле! Оле!
Он всегда мечтал и об этом -
быть матадором.
Репетировал "веронику"
перед зеркалом.
Оле!
Оле!
Оле!
Оле!
Оле!
Браво, Хью!
Тореадор! Тореадор!
Тореадор! Тореадор!
Тореадор! Тореадор!
Тореадор! Тореадор!
Тореадор! Тореадор!
Тореадор! Тореадор! Тореадор!
- Джеффри, послушай. Посмотри на меня.
- Что?
- Нас здесь больше ничто не держит.
- Нет, нас ничто здесь не держит.
- Давай уедем вместе.
- Нет.
Еще не слишком поздно.
- Мы можем... можем начать заново.
- Начать заново?
Да, в другом месте.
На новом месте шансов больше.
Почему нет?
Почему нет, господи боже? Поехали!
О, я тебя люблю.
Я хочу вернуть наш брак.
Как и я. Как и я.
- Я, наверное, опустился.
- Неважно.
Мы можем поехать на север,
в Мэн или в Канаду.
- Да! Да, куда угодно!
- Найдем хижину у моря.
Скалы, о которые бьются волны.
Маленький причал в бухте.
- Можем, конечно. Можем жить малым.
- Да, мы можем.
Доставать свою собственную воду,
рубить свой лес.
- И потом, я еще силен как бык.
- Да.
- В чем дело?
- Мы уезжаем.
Направляемся на север, где бывает снег,
и есть времена года.
Ферма с красным амбаром?
Нет, нет.
Сбежать в глушь,
как старина Уильям Блэкстоун.
Познакомиться с охотниками
и рыбаками,
последними свободными людьми
на Земле.
Ничего, кроме высоких сосен.
Ни телефонов, ни электричества.
Просто жизнь.
Безмятежное уединение.
Именно.
Устроиться между лесом и морем,
где время ничто не меняет.
Ивонна займется керамикой.
Я буду писать мемуары.
Ездить дальше на север
каждую зиму.
Отправиться к полюсу.
Носить медвежьи шкуры,
жевать тюленью ворвань.
Построить иглу.
Жить среди эскимосов.
Когда... когда братец Хью
приедет с визитом,
сразу после своих подвигов
в Испании или где еще,
я проявлю присущее эскимосам радушие
и предложу, чтобы моя жена
улеглась с ним
на время холодной полярной ночи.
Джефф, что на тебя нашло?
Боюсь, это трезвость.
Слишком много умеренности.
Мне нужно пить без оглядки.
Восстановить свой баланс.
Как, должно быть, они
прекрасно провели время,
хлопая в ладоши,
забавляясь сиськами и титьками,
пока я сражался
с крысами и тараканами.
Она сказала
"Еще не слишком поздно".
Почему не слишком поздно?
Почему? Я так говорил? Нет.
Нет, я думал, что поздно, -
это подтверждено официально.
Это только она настаивает,
что не слишком поздно,
потому что не может снять
проклятое кольцо.
Джеффри.
Джеффри, я приехала...
приползла обратно.
Что еще я могу сделать?
Позволь мне быть твоей женой.
Когда это она была для меня женой?
Где дети,
которые могли бы у меня быть,
утонувшие в грохоте
тысячи спринцовок?
Хью, на пороге рая,
раздувающие жабры как треска,
жилистые как скаковые лошади,
"резвей козлов,
блудливей обезьян,
шальней волков в охоте"...
пусть барахтаются в своем блаженстве
с моего благословения.
Ад...
я предпочитаю его.
Я выбираю ад.
Ад -
моя среда обитания.
Пусть идет, Ивонна.
Ничего не сделаешь,
раз ему это нравится.
С ним что-нибудь случится.
Он напьется, протрезвеет
и притащится домой утром.
- Хью, мы были неправы, не Джеффри.
- И мы никогда это не исправим.
Он нам не позволит.
Ему не нужна твоя помощь.
Мне нужна его.
Эй! Автобус!
Джеффри!
"Маячок"
Мескаль.
На тебя слетится куча клиентов,
милашка.
Но губы тоже накрась.
Мескаль, пожалуйста.
А, англичан.
Я знать, кто вы. Да!
Мой англичан!
Друг мой!
Мой друг, давно, давно!
О, приятно вас видеть.
Вы быть очень пьяный. Все время!
Я куплю вам выпить.
Чего вы хотите?
Я заплатить за вас и за себя.
Еще мескаля, пожалуйста.
Анисовку для меня.
Вы покупать, потом я купить, потом вы.
Чего вы хотите, мой англичан?
Дать вам самую красивую девушку?
- Нет, спасибо.
- Вы всегда "нет, спасибо".
Нехорошо "нет, спасибо".
Я дать вам самую красивую девушку,
а вы говорить "нет, спасибо"?
Нет, так нельзя.
Везде.
Хотите, эээ... маленькую девушку?
Петра!
Я дать вам маленькую девушку.
Хотите большую девушку?
София!
Я дать вам Софию, большую девушку.
Можете ее получить.
Хотите мальчика?
Я гарантирую, все чистые.
Чего вы хотите?
Я сделать скидку для друга!
- Ну так как?
- "Как" насчет чего?
- Насчет дел.
- Каких дел?
Дел!
Бог, перепихон, бабки, траханье в жопу.
Это все описано в Ветхой и Новой
заповеди, их написал Моцарт.
Чего нет в одной, то есть в другой.
Можно сжечь все книжки, кроме этих.
Я прав или нет?
Вы абсолютно правы,
друг мой.
Этот человек сволочь американ.
Не хорошо для меня или для тебя.
Я не любить американов.
Не друзья для никого.
Это сволочь.
Иди отсюда!
Браво, хозяин!
"Любовь из любовей"
таверна
Эй, у меня есть кое-что для вас,
сеньор.
О, моя жена подбирала яйца
для несушек.
Она берет ребенка,
кладет его в выгуле...
а этот петух выходит
и выклевывает ребенку глаз.
Она хотела убить его.
Я сказал:
"Нет, нельзя убивать этого петуха".
Это зверь!
Очень сильный петух.
Знаете, что он сделал?
Он выиграл семь боев подряд.
Можете представить?
Семь боев подряд.
Это чудо или нет?
А, вот, сеньор.
Взгляните. Узнаете?
Подожди, человек.
Я прислать тебе шлюху из шлюх.
Красивая девушка
для мой друг англичан.
Привет, тетя!
Где ваша сеньора?
Он тоже пьяница.
Мое сердце превратилось в пепел,
а горло стискивают рыдания.
Джеффри,
почему ты мне не отвечаешь?
Если ты больше не любишь меня
и не хочешь, чтобы я вернулась,
почему ты не напишешь
и не скажешь мне это?
Твое молчание,
вот что пугает меня.
Что случилось с нашей смелостью?
Разве это не наш долг
перед самими собой
и перед тем, что мы создали, -
попробовать еще раз?
Мне жаль.
Мне так жаль.
Недостаточно.
Никогда не будет достаточно.
Это невозможно.
Не... в этом мире.
Все в порядке.
- Да?
- Нет.
Девушки!
Желаете Марию?
Я ищу высокого мужчину.
Англичанин. Белый костюм.
Он был здесь?
- Я не говорю по-английски, сеньор.
- Вы ищете пьяного англичанина?
- Да, да!
- Нет да.
- Что?
- Нет да.
- Идем, Ивонна.
- Нет!
Хорошо.
Подожди здесь.
Англичанин?...
О, Джеффри, Джеффри, Джеффри!
О, Джеффри!
Джеффри!
Вы платите.
- Я заплатил девушке.
- Вы платите мне тоже.
- Платите еще.
- Нет.
О'кей, мой англичан.
Не волноваться за себя.
Мария, она очень чистая.
Если вам будет надо доктор, я
посылать своих друзей к этому человеку.
Хороший человек доктор. Вот.
Берите. Посмотрите.
др. Хорхе Гузман
половые заболевания
гонорея, сифилис, etc.
для мужчин и женщин
- А, мой друг.
- Мескаль.
Мой друг, мой друг, давно.
Конечно, конечно.
Это Моцарт написал Библию.
Этот человек ничто для тебя.
О, этот человек - сукин сын.
Ты англичан. Я плевать
сукин сын американ.
Они не хорошо для тебя и для меня.
Мой мексикана...
мой мексикана друг, давно, да?
Надо серьезно учиться, чтобы понять,
что Моцарт написал Ветхую заповедь.
Вот моя религия,
выраженная в нескольких словах.
Моцарт был адвокатом.
Не забывай об этом, и все будет хорошо.
О, американ - не хорошо.
Я не любить американов.
Так получилось,
что я американец,
и меня начинают чрезвычайно раздражать
твои оскорбления.
Что это вы делаете?
Что вы делать?
Ничего.
Я слышал, что Земля вертится,
так что я собирался
подождать здесь,
пока мой дом не подойдет.
А теперь я собираюсь войти внутрь
и закрыть дверь.
Вы хотеть украсть моя лошадь, а?
Нет.
Нет, друг мой.
Я просто смотрел.
Прошу?
- Вы уже заплатили за выпивку?
- Нет. Еще нет.
И вы недостаточно
заплатили за девушку.
Они говорят, тут проблема,
что вы не платить.
Вы не платить за выпивку.
Вы не иметь деньги, а?
Да, спасибо.
- У меня есть деньги.
- Нет.
Вы не иметь деньги,
и вы теперь украсть моя лошадь, а?
Конечно же, нет.
Нет, я просто любовался на нее.
Смотрел на вашу лошадь.
Любовался!
Для чего вы смотреть на моя лошадь?
А? Для чего?
Я думаю, чтобы украсть.
Сбежать, чтобы не платить деньги.
Нет, я уже заплатил девушке.
Я заплатил вашему другу.
Вы не платить достаточно!
Я думаю, вы платить еще.
Конечно. Конечно.
Как тебя зовут?
Этот человек -
начальник над муниципалитетом.
Он хочет знать твоя фамилия.
Да, да, да...
Мы хотим знать твоя фамилия.
- Троцкий.
- Аль Капоне.
Меня зовут Блэкстоун.
Уильям Блэкстоун.
Ты мерзкий еврей.
Нет, нет, нет.
Блэкстоун.
Евреи очень редко...
очень... пьяные-пьяные?
Так что...
Ты откуда?
Из России, да?
Что тут делать?
Я...
я...
переселенец.
Этот человек -
начальник над садами.
Начальник садовников.
Я тоже начальник.
Начальник
над скотопригонным двором.
А ты...
ты начальник над пьяницами!
Для чего ты носить темные очки?
Для чего ты менять внешность?
Он, наверное... может, шпион!
А мы стрелять шпионов в Мексика, а?
Ты русский шпион?
Не понимаю.
Уильям Блэкстоун, переселенец.
Еще мескаля, пожалуйста.
Уходи. Уходи
Убегай быстро.
Эти люди - не друзья Мексике.
Они плохие.
Убегай.
Уходи.
Спасибо, сеньора.
Как дела?
Где твой паспорт, а?
Для чего ты лжешь?
Твоя фамилия не есть Блэк.
Сволочь...
Ты большевистский хрен?
Еврей-антихрист?
Как тебя звать, псих?
Блэкстоун.
Тут сказано,
твоя фамилия Фирмин.
Мне плевать,
что где сказано.
Меня зовут Блэкстоун.
Где твои документы?
Почему у тебя нет документов, а?
Отдайте мне письма.
Вы, бубон гондоны!
Вы, гондон гондоны!
Вы убили того индейца.
Пытались изобразить,
что это был несчастный случай.
Вы украли его деньги.
Вы украли его лошадь!
Отдавайте мне...
мои письма!
Какие письма, сволочь?
Твоя фамилия Блэк,
и у тебя нет писем!
Отдайте мне мои письма.
Я из тебя все кишки выпущу,
ты, полоумный еврей!
Вы свиньи.
Вы убийцы!
Отдавайте мне мои письма!
Подонки!
Только бедняки, люди,
о которых вы вытираете ноги,
старики, носящие своих отцов,
философы, плачущие в пыли,
будут спасены!
Нищие и проклятые!
Я из тебя все кишки выпущу,
ты, полоумный еврей!
Перестаньте бродить во сне!
Перестаньте спать с моей женой!
Джеффри!
Какой...
пошлый способ умереть.
 

////////////////////////////