По мотивам повести Е.Воеводина “Татьянин день”. От причала по каналу
Грибоедова отправляется экскурсионный катер. Экскурсию ведет молодая
женщина. Какой-то военный, по его словам, шесть раз прослушавший лекцию,
говорит ей, что все это скучно и не ее это дело. Он зовет ее уехать с
ним. Они разговорились. Он - капитан пограничных войск. Граница - его
призвание. У нее, напротив, жизнь не сложилась. Подумав, она дает
согласие. И вот уже на заставе она обживает их скромное жилье. Муж полон
оптимизма. Однако вскоре Татьяна замечает, что он зачастую жесток, даже
груб с подчиненными. Между ним и его помощником, старшим лейтенантом,
возникает спор: Егоров хочет строже, старлей - мягче. Капитан настаивает
на жестком руководстве: он хочет расшевелить пограничников. Дома,
поджидая мужа, Татьяна сталкивается с солдатами, которые жалуются ей,
что Егоров - двужильный, не дает передыху. Жалуется и жена старлея: она
очень редко видит мужа, он весь почернел, осунулся. Татьяна отдает
солдатам книги, которые они с мужем привезли с собой. Она узнает, что у
одного из солдат заболела мать, но он отказался отпрашиваться у
капитана. Татьяна дозванивается до его семьи и узнает, что его маме
сделана операция. Солдат благодарит Егорова и тот понимает, что жена
самовольничает. Он выговаривает жене. Он считает, что ее удел - семья.
Татьяна обижена; она-то думала, что способна на большее. Егоров
устраивает заставе проверку. Одному из солдат он дает задание - оставить
на границе ложные следы. Дежурные при обходе проглядели эти следы.
Егоров поднимает заставу по тревоге. Он объявляет, что виновные будут
наказаны. Старлей понимает, что, по сути, Егоров был прав. У капитана с
женой происходит серьезный разговор. Она предлагает мужу на некоторое
время расстаться и уезжает в Ленинград. Вскоре на границе замечен
настоящий нарушитель. Во время его задержания Егоров ранен в руку.
Выздоровев, он тут же выезжает в Ленинград за женой, где Татьяна, как и
прежде, ведет экскурсию по каналам Ленинграда.
Все фразы и цитаты
Внимание! Командую всем!
На шестой пограничной заставе обнаружены
следы, идущие в сторону нашего тыла.
Застава поднята по команде "В ружьё".
Выслана тревожная группа во главе
со старшим лейтенантом Максимовым.
Вертолёту присмотреть
участки у соседней заставы.
ТРЕВОГА
Налево здесь роща чужая
видна, родная - направо,
несёт свою службу, не ведая
сна, застава, застава.
Болота да камни куда не взгляни,
пусть трудно немного,
но здесь даже в самые тихие дни тревог
тревога, тревога, тревога, тревога.
На миг передышка и снова
в наряд, ученья без счёта.
Такая у нас, понимаешь,
солдат, работа, работа.
То низко над озером стелется
дым, то вспыхнет зарница.
Тебя прикрываем мы сердцем своим грани
граница, граница, граница, граница.
...Построено семь одинаковых мостов.
Один из которых Чернышёв
мост, ныне мост Ломоносова,
сохранился почти в
первоначальном виде до наших дней.
Необычный силуэт этого моста
удачно вписывается в панораму реки,
придавая окрестному архитектурному
пейзажу романтическую окраску.
Вы уже видите, что каналы и реки
придают городу неповторимое своеобразие
Это учитывал еще Пётр 1, любивший
называть своё детище Северной Венецией
Ленинград расположен на
42 островах Невской дельты.
Самые большие из них
Васильевский и Петроградский.
Одновременно со строительством
набережных рек и
каналов сооружали мосты.
Первый мост в городе был деревянный.
Он был перекинут через
Кронверкский проток.
С первых лет жизни
города началось интенсивное
строительство каналов и расчистка рек.
Они использовались как внутригородские
транспортные коммуникации,
иногда более удобны, чем улицы.
Длина реки Невы - 74 километра.
В черте города она протекает
на расстоянии 30 километров.
Ширина реки Невы в среднем 600 метров.
Итак, наш маршрут
прошёл по реке Фонтанке.
Затем мы вышли в прямой, как
стрела, Крюков канал, из него в Мойку.
И вот опять в Фонтанку.
Наша экскурсия
закончилась через 2,5 часа.
И опять мы на пристани у Аничкова мост
Всего доброго.
Участки канала находится вот
здесь у Львиного мостика.
Мосты, возведённые на реке Мойке,
интересны и в конструктивном отношении
Эти мосты собирались из крупных блоков
Самый длинный мост в Ленинграде -
мост Александра Невского.
Его длина около одного километра.
Самый широкий - Синий.
На реке Мойке, 99 метров 95 сантиметро
Путеводитель по
Ленинграду наизусть выучили?
Нет, просто Вас сегодня
шестой раз слушаю.
Так интересно?
Ничего интересного.
- Надоело Вам всё это до чертиков.
- Потрясающе.
- Не Ваше это дело.
- Как не моё?
А какое же моё?
Вам нужно ехать со мной.
Куда?
На погранзаставу.
Зачем?
Какое там для меня есть дело?
Там есть я.
Ну ещё что-нибудь расскажите.
Ну а что ещё рассказать?
Ну, лет мне 37.
Должность - начальник заставы.
Вот сегодня назначение получил.
- Вот. В званиях разбираетесь?
- Немного.
- Кажется, капитан.
- Ну, капитан пограничных войск.
- О, это существенно.
- Для меня, да.
Нет, Вы не подумайте, что
я там рисуюсь или что ли,
хвастаюсь.
Просто граница - это...
Не каждый её выдержит.
Ну, словами это не объяснить.
- Завидую.
- Чему?
Если романтике, так
это больше в книжках.
А у нас, как в газетах пишут,
служба, непривычный быт.
- Трудно живём.
- Ну и что у Вас другого выхода не был
- Был.
- Ну?
- Не могу я без границы.
- Ну вот как у Вас всё определённо.
А у меня нет.
Не получилось что-то.
Только не вздумайте меня жалеть.
Не говорите, что Вы
будете мне писать, будете
встречать.
Не надо.
У меня уже всё это было.
Было.
Вот здесь мы и будем жить.
Здесь.
Сообразим что-нибудь.
Стол есть.
О, два стула есть.
Вот.
Диван.
Типа тахта.
Так.
Ничего.
Не это главное.
А что главное?
Хмм.
Будильник.
Да.
- Старший лейтенант Максимов.
- Капитан Егоров.
- Как добрались, капитан?
- Нормально.
Простите, не мог Вас встретить. Служба
Понимаю лейтенант.
- Знакомьтесь, моя жена.
- Татьяна Андреевна.
Егорова.
- Сергей Петрович.
- Илья Василич.
Жена давно Вас ждёт.
На стол накрыла. Прошу.
Заскучали мои гости.
- Кому чёрный? Кому с молоком?
- Мне с молоком, если можно.
- Пожалуйста.
- Галя, сделай потише.
Может быть, кому-нибудь интересно.
- Пожалуй, нет.
- Правильно.
- Приглуши, приглуши.
- Слушаюсь, товарищ старший лейтенант.
- А Вам, товарищ капитан?
- Илья Василич.
Мне молока, если есть.
Угу.
У нас всё есть.
- Пожалуйста.
- Спасибо.
Я вижу
тылы у тебя надёжные, старший лейтенант.
Спасибо.
Прошли те времена, когда офицерские жёны
с заставы на заставу с
чемоданчиком скитались.
Правда?
Мы на свою первую заставу
тоже с чемоданчиком приехали.
Но сейчас всё есть.
Это дело наживное, не
беспокойтесь, Татьяна Андреевна.
- Всему своё время.
- Спасибо.
А Вы грибы собирать любите?
Здесь их пропасть.
Правда, комаров тоже. Не видно?
- Нет.
- Слава Богу.
Квартира старшего лейтенанта Максимова
Да, а кто на коммутаторе? Гусев?
Лейтенанты. Сейчас.
Алё.
Да, я.
Так.
Угу.
Понял.
Доложите начальнику
заставы капитану Егорову.
Да-да, прибыл.
Передаю трубку.
Я слушаю.
Ясно.
Сейчас буду.
Ну, лейтенант,
пошла служба.
Спят усталые игрушки, мишки спят.
Одеяла и подушки ждут ребят.
Что-нибудь случилось?
У нас каждый день что-нибудь случается
Выдра проползёт - тревога,
медведь пройдёт - тоже тревога.
Наверное, лоси системы нарушили.
А что такое системы?
Нам знать это не положено.
Наше дело - ждать.
Меня учили по-другому.
Если хоть на минуту расслабишься, беда
Граница не прощает.
Идёмте, лейтенант.
Привыкли к тому, что нет
нарушений и успокоились.
- Не согласны?
- Что успокоились, возможно.
Но служба идёт, Илья Василич,
без ЧП и без нарушений.
А какими они уйдут от
нас, Вы задумывались?
Ведь если мы их здесь не воспитаем,
они и на гражданке такими будут.
- Так или не так?
- Так, Илья Василич.
Только ответственность -
это прежде всего дисциплина.
А гонять из-под палки,
извините, не метод.
Командир не может быть
добреньким, Сергей Петрович!
Не имеет права!
Загубит дело!
Поблажек не ждите!
За мной!
Вперёд!
Быстрее!
Плохо, лейтенант! Пыхтят как паровозы.
Разве это выучка?
Не всё сразу, капитан,
они же первогодки.
Они солдаты, пограничники!
Быстрее!
Круто берёте, Илья Василич.
Люди на пределе.
Если это их предел, на
границе им делать нечего.
Изволь мне продемонстрировать самую
совершенную солдатскую выучку.
И требовать с солдат я буду
по самой высокой мерке.
Без всяких скидок на сроки службы.
Можно требовать с этих ребят
жёстко, но не жестоко, Илья Василич.
Прикажете выносить
благодарности за выполнение
хозяйственных работ, как это
делал мой предшественник?
Так прикажете поступать?
Но это ведь крайность, Илья
Василич, а я говорю о другом.
Мы говорим об одном.
Но по-разному.
И служить нам вместе будет трудно.
Илья!
Ужин готов. Иди умывайся.
301. Ваши приказания выполнены.
301. На участке пограничной
заставы происшествий не случилось.
В машину.
Что случилось?
С Вашим ничего, он у Вас
двужильный, люди с ног валятся, а он...
Скоро за воротами меня встречать будеш
- Не маленький, дорогу домой знаю.
- Думала, забыл, сутками пропадаешь.
Значит, надо.
- Обедала?
- Нет, тебя жду.
Иди обедай, у нас лейтенантом ещё дела
Татьяна Андреевна, передайте
Гале, что я скоро вернусь.
Хорошо.
Можно?
Конечно.
Я думала, это Серёжка пришёл.
Серёжа просил передать, что задержится
Сам задержится или его задержат?
Не понимаю, ты о чём?
Да всё о том же.
Сколько лет служим,
никогда такого не было.
Вашему мужу, видно,
власть в голову стукнула
так, что он людей за людей не считает.
Галя, нельзя же так,
надо во всём разобраться.
А Вы жена, Вы и разбирайтесь!
Чего же это я так?
Вы-то тут ни при чём.
Надоело всё страшно.
Всё ждёшь, ждёшь.
У меня же
праздника 100 лет не было.
Это я понимаю. А вот как готовить?
- Вот вопрос.
- Опять ты за своё.
Ты лучше посоветуй, как мне их
безмятежные души встряхнуть.
Эта граница.
Да, заповедник, но не в том
смысле, в каком думает Аверин.
Граница наша заповедная -
страна, если хочешь.
Вот за что у меня тревога.
Ты думаешь, у меня
за душой, кроме Устава
и порядка несения службы ничего нет?
Направо, налево, бегом марш.
У меня всяких человеческих
слабостей, как говорят, хватает.
Говорят, слабость - есть
продолжение наших достоинств.
Если требовательность есть Ваше
достоинство, то в чём же слабость?
- В нетерпимости?
- В нетерпимости.
К слабости.
По бронетранспортёру гранатами огонь!
Пригнулись! Пригнулись!
По корме огонь!
Вот ненамного они нас
младше, а видели они больше.
- Так, лейтенант?
- Пожалуй.
И взгляды у них шире.
И запросы больше.
А вот нервная система пожиже.
Может, оттого и пожиже, что...
Ты погоди, погоди, погоди,
не вскидывайся, лейтенант.
Я не в плохом смысле.
Ну тоньше, может быть,
сложнее в какой-то степени.
Комплексует по любому поводу.
Трудновато из них
настоящих солдат сделать.
Нелегко.
Есть, конечно, у некоторых
затянувшаяся инфантильность,
представлять службу как
некую игру в солдатики.
Но спокойны, не только они.
Вон сколько лет войны,
нет, сколько лет мир.
Привыкли люди к миру, к тишине.
Но если что выстоят.
- И под пули пойдут, как говорят.
- Под пули тоже надо идти умеючи.
А так за здоров живёшь голову класть.
Надо, чтобы не их, а они.
А это тоже уметь надо.
Огонь!
На другой день выхожу
после занятий стоит, ждёт.
Ну и пошло-поехало.
На третьем курсе поженились.
Хлебнули будь здоров.
Хорошего и плохого.
Я это всё к чему?
Ну, сейчас вроде и служба
стала у него налаживаться.
Жить стали по-человечески.
Заставу вроде должен был получить.
Ну застава и ладно.
Заставы не дослужился ещё.
Ну вот с Вашим-то как ему служить?
Гоняет он их больно.
Ведь Серёга ни спит,
ни ест, чёрный весь.
Ну что, война на дворе что ли?
Жить-то когда?
Нелегко быть офицерской женой,
Татьяна Андреевна. Ох, нелегко.
Здравствуйте, Татьяна Андреевна.
- Ребята сюда!
- Кто это там?
- Здравствуйте, Татьяна Андреевна.
- Здравствуйте, ребята. Здравствуйте.
- Прошу в наш Дворец культуры.
- Ну и что у вас в афише?
- О, демонстрация кинофильма.
- Какого?
О, как всегда, старого.
Влюблённый, но бдительный старшина
разоблачает матерого диверсанта.
Захватывающее зрелище,
плёнка не выдерживает и рвётся.
- И всё-таки смотреть будете.
- А как же?
- Надо же как-то расслабиться.
- Да.
Книги все читаны перечитаны,
новых пока не привозят.
- Ребята!
- Да.
Есть идея.
Пойдёмте со мной и возьмите
ещё четыре человека.
Гусев, Семёнов, Кондыба,
Тройченко, за мной!
А чьи это книги-то?
- Книги-то?
- Да.
Капитана Егорова.
Да что вы, ребята, это
же он распорядился.
- Кто?
- Капитан.
Это что здесь происходит?
Разрешите доложить, товарищ
капитан, Ваше приказание выполнено.
Ну ты же сам велел их в
Ленинскую комнату отнести.
А, да, да, да.
Разрешите идти, товарищ капитан.
Идите.
- Спасибо, товарищ капитан.
- Угу.
Так-так, ну а теперь признавайся,
для чего весь этот цирк?
Ну, полки для книг ты
мне до сих пор не сделал.
Ааа.
Вот я и подумала, зачем
им здесь зря пылиться.
Угу.
А если что нужно, они
за стеной будут лежать.
Так, а почему моим именем действовала?
- Так.
- Хитришь, мать.
Авторитет мне зарабатываешь?
- Думаешь дешёвый?
- Думаю, да.
А я ещё ребятам про
Ленинград обещала рассказать.
Ммм.
Скажи, пожалуйста,
офицер - это профессия?
Угу, военная профессия.
- И владеет ею человек.
- Ну а кто же ещё?
Вот и будь, пожалуйста, человеком.
У Емельянова мать в больнице лежит.
Места себе парень не находит.
А отпроситься у тебя в райцентр,
чтобы позвонить, не захотел.
- И правильно сделал, что не захотел.
- Почему?
А было бы что-нибудь серьёзное,
прислали б телеграмму на часть.
Ой, какой ты!
Не любят тебя, ребята.
А я не девушка, чтобы меня любить.
Мне подчиняться должны.
А любить меня лучше будешь ты.
Ну хорошо, ну не любить.
Но видеть в тебе человека,
с которым можно поделиться
самым сокровенным,
горем, радостью, они должны.
Я не батюшка, а они не на исповеди.
- Служить они должны.
- Ой.
Служить можно по-разному.
Можно с радостью.
Ты не нуждаешься ни в поддержке,
ни в снисхождении, ни в жалости.
Но, может быть,
всё это необходимо твоим ребятам.
Я хочу сделать из них сильных людей.
А жалость и
снисходительность для слабых.
И потом, пойми, на заставе всё на виду
И люди, и отношения.
Заведутся любимчики, всё, службе каюк.
Так, значит, для тебя все одинаковы.
По порядку номеров рассчитайсь!
Никого вниманием не
обидишь, любимчиков нет.
Есть.
Ты.
Ну что ты?
С ума сошёл.
А вдруг кто-нибудь войдёт?
- Кто?
- А кто-нибудь.
Ну, отстать! Ну, отстань! Отстань!
- Ну.
- Спокойно! Спокойно!
- Молодец! Молодец!
- Обыскать!
Руки!
- Татьяна Андреевна, здравствуйте.
- Здравствуйте, ребята.
- О, здравствуйте.
- Здравствуйте.
Здравствуйте, Татьяна Андреевна.
Я Емельянова ищу. Его здесь нет?
Спокойно.
Абсолютный чемпион в
упражнениях на бревне.
По случаю травмы ноги
прикомандирован на кухню.
А, спасибо.
- А Вы не в город?
- Да. Что-нибудь надо?
- А сигарет, если можно.
- Угу.
Руки за голову.
Татьяна Андреевна, а Вы не забыли,
нам про Ленинград обещали рассказать?
- Помню, ребята. Помню.
- Вперёд!
- Здравствуйте, Емельянов.
- Здрасте, Татьяна Андреевна.
- Давайте Ваш телефон.
- Какой телефон?
Ваш-Ваш. Приказано дозвониться
и выяснить, что с Вашей мамой.
Кем приказано?
А кто у нас на заставе
приказывает? Капитан Егоров.
И Вы специально из-за это в город едете?
Ну, в общем-то, да.
Ну, раз еду что-нибудь
для дома посмотрю.
Хм, спасибо.
- Не за что.
- 2-13-77-80.
2-13-77-80.
- Ну я побежала.
- До свидания.
Татьяна Андреевна, минуточку!
Старший лейтенант
просил напомнить насчёт
коробок с плёнкой, что
в штабе отряда взяли.
- Я помню.
- Ага.
- Счастливого пути.
- До свидания.
Давайте-давайте, ребята,
чтобы ни одного камешка не торчало.
Ну что смотришь, лейтенант,
считаешь не солидно
начальнику заставы и его
заместителю носилки таскать?
А что?
Личный пример можно сказать,
да и для здоровья полезно.
Ну раз полезно тогда передохнём.
А вроде ничего ребята.
Нормальные.
Сколько земли перепахиваем впустую.
А, лейтенант?
Вы это о чём?
Да вот пашем,
бараним, а хлебушек-то не сеем.
А ведь ни колосочка здесь не взойдёт.
А если б всё это взять и засеять,
какое хлебное поле бы получилось.
Представляешь, лейтенант?
Наглядно мыслите.
Метафорично, можно сказать.
- В каком смысле?
- В самом прямом.
Ведь говорим же мы,
поле брани.
А почему нельзя
поле мира?
Или поле спокойствия?
Хм.
Моря и вулканы на Луне возвеличиваем,
а на родной земле высокого слога боимся
На то она и земля.
Ей не слова,
дела нужны.
Не мы к ним, а они к нам лезут
в поле спокойствия.
Пока не получается.
Молодец, лейтенант.
Здорово придумал.
- Вроде зацепило.
- Товарищ капитан, разрешите пройти.
Проходите.
Такое да не зацепит.
Товарищ капитан, разрешите
обратиться. Рядовой Емельянов.
Слушаю Вас.
Дозвонилась Татьяна Андреевна.
Сделали матери операцию.
Всё в порядке.
Так.
А дальше что?
А что дальше? Спасибо Вам.
Спасибо большое.
Не за что.
- У Вас всё?
- Всё. Разрешите идти.
- Можете быть свободным.
- Есть.
Такие вот дела.
Нормально.
Считаешь нормально?
Никуда я ей звонить не велел!
Самодеятельностью занимается
моя Татьяна Андреевна.
Создаёт здоровый психологический климат
Многовато что-то психологии.
Мне и тебя одного хватает.
А если бы Галя в твои дела?
- Ну, Галя...
- Что бы ты сказал, интересно?
Ой.
Венгерский было бы, конечно, солиднее.
Боже мой! Ну ничего, на
первое время сгодится.
Всё лучше, чем в чемоданах. Красный.
- Не машина?
- Да нет, дизель проверяют.
Ой, какая прелесть!
А в мебельный ничего
новенького не завезли?
Не присматривалась, торопилась очень.
По-моему, стенка была.
- Югославская?
- Да, кажется.
Ой, какое чудо!
- И ты что, не взяла?
- А зачем?
- Ммм.
- Да у меня денег бы не хватило.
Да ты б выписала, а
потом позже завела бы.
- Такую вещь пропустить.
- Да у нас и положить в неё нечего.
- Для интерьера.
- Ну разве что.
Не машина?
Да нет, дизеля стучат.
- Что они так долго?
- Да им суток не хватает.
А ты всё сиди, жди.
Хотя у меня специальность была.
Всё бросила.
Вот сижу у плиты и колдую,
всё жду, придёт, не придёт.
А он придёт, ему
разговаривать со мной не о чем.
Да, нет, спасибо, сыт - вот
и все наши разговоры.
Работать бы пошла. Да где здесь?
Какая здесь работа-то?
- Ой, Галя, я же...
- Сейчас повешу.
И его как одного оставишь?
Вот и щебечу как птичка, летаю.
Ты меня не слушай.
Это я так под настроение.
А вообще, если серьёзно,
вровень с ними надо.
Вот он очередное звание получил.
И ты благодарность по службе.
Да.
Он начальник и ты начальник.
А у плиты колдовать так это
себя потеряешь! Вровень надо!
Ну вот.
Теперь машина.
- Давай.
- Пошла обед разогревать.
- Ой, Галя, грибы!
- Это тебе.
Спасибо.
Постели, пожалуйста, скатерть.
Ты ничего не заметил?
А что я должен заметить?
Символ семейного уюта?
Это не символ.
Это шкаф.
Ну, шкаф.
За ним и в город ездила?
Но портятся же вещи в чемоданах.
Ешь.
Я ем, ем.
Ты что, смеёшься?
Не умеешь ты хитрить.
Емельянову домой звонила?
- Звонила.
- Угу.
И опять на моё приказание ссылалась?
Да.
Не надоело из меня Христосика делать?
Хочешь, чтобы добреньким меня считали?
А разве плохо быть добрым?
Добрым вообще или в
данном конкретном случае?
Не понимаю.
Разве это зависит от обстоятельств?
Иногда зависит.
Ты думаешь, я излишне
требователен к людям,
даже жесток в этой
своей требовательности?
Но пойми, быть другим я сейчас не могу
не имею права для пользы дела.
И тебе объяснить всего не могу.
Но жестокости во благо быть не может.
На благо может быть только добро.
А так себя делить, как ты делишь,
здесь добрый, там нет, я бы не смогла.
А я могу.
Дом - это одно, служба - другое.
А тебе не кажется, что
ты обманываешь себя?
Боишься поступиться
собственным самолюбием.
Нет,
не кажется.
И неизвестно, у кого больше
самолюбия у меня или у тебя.
И давай, давай не будем
осложнять отношений.
Ну, сделаем, как говорят, шаг навстречу
Давай.
Но я тебя очень прошу,
никогда не касайся моих служебных дел.
Твоя забота - вот.
Ну что ты молчишь?
Шаг навстречу
не делают для того,
чтобы больнее ударить.
Есть ещё приёмчик, товарищ капитан. Ох
- Всё ещё впереди, Аверин.
- Ну да.
Братцы, глядите-ка, веники идут.
- Где?
- Ну, ребята.
Там веники не нужны.
Венички пришли!
Коль, дай закурить что-нибудь.
- Держи.
- Спасибо.
Подожди, а что это за баня
без веников. Баловство одно!
- Ты что, сауны не знаешь?
- Сауны не знаешь, что ли?
- Гусев, к начальнику заставы быстро!
- Что такое?
- Ну-ка держи.
- Да ну, Гусь, ты...
- Это маскировочка.
- Вот, Гусь. Да.
Смотрите, Гусев,
машина Вас довозит до развилки,
высаживает и едет дальше.
От развилки Вы отправляетесь вот сюда,
на правый фланг участка.
Идёте скрытно.
Ваша задача - подойти
вплотную к системе.
Мне нужны следы на
контрольно-следовой полосе.
Желательно хитрые.
И немедленно обратно.
Направление движения
будете выбирать сами.
- Задание понятно?
- Так точно, товарищ капитан.
Повторите.
Скрытно подойти к границе, оставить
следы на КСП и вернуться на заставу.
Так, как будете возвращаться, покажите
Попетляю между валунов.
На случай преследования.
Потом на болото.
- Угу.
- По нему, чтобы не наследить.
Вот к этому лесочку.
- Оттуда прямиком на заставу.
- Отлично.
Но учтите, Гусев,
Вы едете в город за продуктами.
Слушай, а чего это
баня в неурочное время?
Кто его знает.
Ай, а ладно, приказали, давай париться
Поддай ещё!
Ой, горячо! Горячо!
Что на участке?
- Всё в порядке, товарищ капитан.
- Угу.
Илья Василич, план
политвоспитательной работы посмотрите?
Потом, лейтенант, потом.
Что-нибудь случилось?
Возможно.
А поконкретнее узнать нельзя?
Узнаете.
Я задумал...
Да-да.
- Разрешите войти.
- Да.
Докладывайте.
Товарищ капитан, Ваше задание выполнено
- Можете отдыхать.
- Есть.
Илья Василич.
Нарушение!
- Ну тревоги же не было!
- В том-то и дело!
- Что на участке?
- Всё нормально, товарищ капитан.
Нормально?
В ружьё!
- А теперь видите?
- Так точно, товарищ капитан, видим.
Не было следов, товарищ капитан.
Два раза здесь проходили.
Ну как это не было, Трощенко?
Не было следов и всё.
Потушите фары!
- Покажите, как шли.
- Есть.
Так, значит светили
только вперёд по движению.
Так точно, товарищ капитан.
Смотрите.
Вас учили, как обращаться
со следовым фонарём?
Так точно. Учили, товарищ капитан.
- Откуда шёл нарушитель?
- С той стороны.
А вы проглядели!
Какие следы? Кто знает?
Разрешите, товарищ капитан.
Давайте, Аверин.
Ну-ка дай.
Следы хитрые.
Задним ходом шёл.
Туфта всё это, товарищ капитан.
- Что значит туфта?
- Ну, липа.
- Не понимаю Вас, рядовой Аверин.
- Ложный след, товарищ капитан.
О, другой разговор.
И чтобы других определений я не слышал
- Ясно?
- Есть.
На заставу.
Ну, спасибо.
Отличились.
За небрежное несение службы
пограничный наряд в
составе старшего наряда.
- Рядового Пастухова.
- Я.
- Рядового Трощенко.
- Я.
Будут наказаны, согласно Уставу.
Тыловые наряды, пропустившие нарушител
также будут наказаны по всей строгости.
Нарушение было условно.
Но мог пройти и настоящий нарушитель.
Получен приказ на усиленную
охрану нашего участка.
Что это такое, вам ясно.
Вольно!
Разойдись!
Гляди-ка, Гусь.
Мы по болотам всю ночь
бегаем, а он подушку давит.
Погоди, погоди.
А ведь это он подстроил.
Чего подстроил?
Ну липу на контрольно-следовой.
- Так он же за продуктами в город езди
- А где же продукты?
Машина ещё из города не
вернулась, а он тут как тут.
- Чистенький, в баньку успел сходить.
- Конечно.
Ну-ка, Гусь, вставай!
Вставай-вставай!
- Разговор есть.
- Какой ещ1 разговор?
На границе ты наследил?
Откуда это известно?
Ты не веляй! Не веляй, Гусь!
- Говори, да или нет.
- Да вы что, я ж приказание исполнял.
За то, что Вы меня не
предупредили о тревоге,
обидно, но понять могу.
Однако в том, что сейчас
произошло Ваша вина.
С Вашими действиями
принципиально не согласен!
Обязан доложить начальнику политотдела
Ваше право.
Авторитет себе зарабатываете?
Жаль, что Вы меня не поняли.
Доброе утро, товарищи. В эфире
первая программа Всесоюзного радио.
Московское время 6 часов 4 минуты.
- Ты что, Танюша?
- Ой.
Как долго ты не шёл.
Ты что, ещё не ложился?
Выходит, нет.
Смотри, на кого ты стал похож.
Ел хоть что-нибудь?
Ел.
Почернел весь.
Что ж ты там писал?
Докладную.
Жаловался на сво?
непосредственное начальство.
Ты что, серьёзно?
Вполне.
Ты понимаешь,
не прав он.
А ты прав?
Я прав.
Штаб отряда.
Товарищ полковник?
Докладывает капитан Егоров.
У меня ЧП.
Я понимаю, что не вовремя.
Суть дела?
А разве мой заместитель не докладывал?
Нет, не поручал, но думал, что доложит
Да, существуют разногласия.
Достаточно серьёзные.
Хорошо, товарищ полковник.
Жду.
Что-нибудь произошло, Илья?
Ровным счётом ничего.
Ну я же по тебе вижу и слышала
твой разговор с полковником.
- Напрасно.
- Ну не затыкать же мне уши.
Ну, могла сделать вид, что не слышала.
Зачем?
А затем, что у нас уже
был разговор на эту тему.
Не должны тебе касаться
мои служебные дела!
А что меня должно касаться?
Чтобы ты спал, ел, отдыхал от
своих служебных дел и всё?
Вполне достаточно.
- Или тебе этого мало?
- Мало, Илья.
Я же человек, я не вещь!
И я думаю, что близкий тебе человек.
- А вещью я быть не умею, не хочу.
- Только не надо преувеличивать.
Все не так страшно,
как тебе представляется.
Нет, Илья, страшно.
Страшно, потому что я
всё время об этом думаю!
Не ошиблась ли я в тебе,
в себе, в нас вместе?
Нужна ли я тебе так,
как мне это казалось?
Ты мне нужна.
Здесь!
Но как только ты уходишь отсюда,
я для тебя не существую!
И как бы не было тебе больно в эту
свою жизнь ты меня не пускаешь.
А тебе, Илья, сейчас
плохо, я это чувствую.
Это мои дела. И в них я разберусь сам.
Ну вот.
Ты хочешь, чтобы я притворялась,
что большего мне не надо.
Прости, но я не могу притворяться.
Я не заставляю тебя притворяться.
По-моему, всё не так.
Или я чего-то не понимаю.
Тогда нам нужно обоим
в этом разобраться.
Ну, хорошо.
Давай разбираться.
Только для этого нам надо сначала
разъехаться.
Тебе решать.
Да.
Решать мне.
Слушаю.
Хорошо.
Сейчас буду.
- Значит, ложное нарушение было здесь.
- Да, товарищ полковник.
Я считал правый фланг наиболее
вероятным направлением для нарушителя.
Сейчас думаете иначе.
Если нам правый фланг
кажется наиболее уязвимым,
то те, кто готовит переброску,
наверняка догадываются об этом.
- Ну.
- И могут преподнести нам сюрприз.
Переправить нарушителя
в самом спокойном месте.
Где, например?
Хотя бы здесь.
- Через озеро.
- Да.
Вопрос только как.
Ну на это они мастера, придумают.
Как будете действовать в этом случае?
- Разрешите, товарищ полковник.
- Пожалуйста, пожалуйста.
Слушаю.
Думаю, через час.
Наверное, удобно. Я спрошу.
Хорошо, сообщу.
Жена.
Просила узнать, удобно ли
попроситься к Вам в машину.
Ну а чего ж неудобно?
Наоборот, мне очень
приятно будет услужить даме.
В город?
Да.
Уезжает?
Надолго?
Как придётся?
Так, это что, серьёзное решение?
Пока ещё не знаю.
Хм.
Плохая, выходит, жена досталась.
Нет.
Хорошая.
Ну, хорошая жена от
пограничника не уйдёт.
Или ты плохой?
Всё может быть.
Ну зачем так уж серьёзно?
Насчёт этого вашего ЧП.
Вы, старший лейтенант,
ничего не хотите мне доложить?
Докладывать нечего, товарищ полковник.
А вот капитан мне по телефону
сказал, что у Вас расхождения.
Во взглядах на службу.
Мы с капитаном Егоровым во
взглядах на службу не расходимся.
А в происшедшем,
я думаю,
мы разберёмся.
Так, капитан?
Так точно.
Ну что ж, вопросов больше нет.
- Вызывайте машину.
- Есть.
Московское время 23 часа 5 минут.
Да-да.
- Вам что, Аверин?
- Вы не пришли ужинать и не обедали.
- Вот принёс.
- Ммм, спасибо.
Поставь на кухне.
Вы только поешьте, а то остынет.
Внимание! Командую всем!
На шестой пограничной заставе обнаруже
следы, идущие в сторону нашего тыла.
Выслана тревожная группа во главе
со старшим лейтенантом Максимовым.
Вертолёту просмотреть
участки двух соседних застав.
Команды получите дополнительно.
Перейти на усиленную охрану
государственной границы.
Ласточка-3. Ласточка-3.
Я Ромашка. Тыл закрыт. Тыл закрыт.
Вперёд!
Я Ласточка-3, отжимай от границы.
Вперёд!
Не стрелять! Обходи справа!
Ромашка, Ромашка!
Я Ласточка-3, вижу. Обходите слева.
Понял!
Не стрелять!
Вперёд!
Зачем же вперёд сунулись?
Думаете, без Вас бы не взяли?
Они же все в затылок Вам
дышали, ни один не отстал.
Выходит, не зря учили.
Выходит, не зря.
Товарищ капитан, нарушитель
доставлен на заставу.
Всё в порядке.
Ммм, доставлен, говорите?
Ну что же,
молодцы.
На миг передышка и снова
в наряд, ученья без счёта.
Такая у нас, понимаешь,
солдат, работа, работа.
То низко над озером стелется
дым, то вспыхнет зарница.
Тебя прикрываем мы сердцем своим грани
граница, граница, граница, граница.
Татьяне Андреевне надо бы написать.
Ммм, нет.
Почему?
Писать не люблю.
Человека потеряете.
Главное успеть
сделать шаг навстречу.
Главное успеть.
Ты и я.
Я и ты.
Ты и я, я и ты.
Пусть кажется сперва, что это мало,
но только с этих строк все
песни на земле берут начало.
Ты и я, я и ты.
Уже до двух считать мы научились.
Отныне и навек два этих
слова как бы обручились.
Бегут от нас года, уходят
вёсны и уходят зимы,
но только навсегда с
тобою мы неразлучимы.
Ты и я, я и ты.
И если очень строго разобраться,
то наш простой напев на
свете будет вечно повторяться.
Ты и я, я и ты.
Прислушайся хотя бы на мгновение,
и вдруг сама поймёшь, что
значат эти два местоимения.
Бегут от нас года, уходят
вёсны и уходят зимы,
но только навсегда с
тобою мы неразлучимы.
Бегут от нас года, уходят
вёсны и уходят зимы,
но только навсегда с
тобою мы неразлучимы.
Ты и я, я и ты. Ты и я, я и ты. Ты и я.