Как можно дальше отсюда (2020 год). Фразы и цитаты из фильма

Jak najdalej stąd (2020)

Ола – бедовая семнадцатилетняя девчонка, совсем не подарок для родителей. Впрочем, у них и без того проблем немало: отец Олы вынужден уехать на заработки в Ирландию, где погибает на стройке. Мать не говорит по-английски, и юной Оле приходится отправиться в причудливое путешествие с целью доставить в Польшу отцовский прах.

Все фразы и цитаты

Хорошо. Едем прямо.
Переход.
Хорошо.
И какой это раз?
Явно ведь не первый, да?
Третий.
Ну…
Три ошибки как раз допускаются.
Нагнём полицейских, нагнём.
Нагнём полицейских, наг…
Извините.
Ну…
Ладно.
Возвращаемся на площадку.
Хорошо.
Нагнём полицейских, нагнём.
Нагнём полицейских, нагнём…
Чёрт.
Дерьмо!
Извините.
– Что это вообще такое?
– Ну, он выехал, я в него и врезалась.
– Тут сплошная перед перекрёстком!
– Извините!
Пересаживаемся, экзамен окончен.
Но он сам виноват!
Прошу выйти из машины!
Ты совсем что ли дура?
Эй! Совсем долбанулась?
Чёрт, не трогай!
Третий раз!
Третий, блин, раз!
Отстаньте от девушки!
– Она что, сумасшедшая?
– Проваливай!
Сейчас я тебе врежу.
– Это экзамен, всё записывается.
– Отлично. Будет доказательство в суде.
– Это ведь ты в меня въехал!
– Оставь девушку в покое!
Простите.
Вали отсюда!
А то полицию вызову.
Пошёл!
Простите.
В машину.
– То есть можно сдавать дальше?
– Ты совсем рехнулась?
В машину!
Сдавать будешь в другом воеводстве.
– Может, у тебя и дети есть?
– Да, двое.
[ОТЕЦ, ИРЛАНДИЯ]
– Рано завела?
– Ещё до причастия.
Я работаю водителем.
– На фурах езжу.
– Отлично.
– Госька!
– В Бразилию я бы поехала.
На фуре будет сложно.
Как всё прошло?
Хуже некуда.
КАК МОЖНО ДАЛЬШЕ ОТСЮДА
(Я НИКОГДА НЕ ПЛАЧУ)
Дерьмо…
Я же просила не ставить так мусор!
Почему ты не в школе?
Олька!
Возьми вот это.
Чёрт, братик!
Что это ты съел?
Говорила же – не ешь кебабов.
Обязательно нужно говорить глупости?
Ну, пока мы говорим, то не вдыхаем воздух
и не чувствуем, чем пахнет. Так?
Мне нужно 150 злотых.
– На что?
– На экзамен.
Я уже тебе давала.
А я не сдала.
Почему?
Потому что я дура.
Ладно, подними его.
Готово.
Так дашь или нет?
Откуда я их возьму?
Попроси папу.
Не хочу, чтобы он знал,
что я не сдала.
Может, тебе просто не дано
водить машину?
Спасибо за поддержку.
Ну, раз ты столько раз уже не сдала…
– А у тебя всё с первого раза выходит?
– Курс – полторы тысячи…
Четыре экзамена – 600.
Отойди-ка.
Ты вдруг научилась считать?
Справлялись ведь без машины
до сих пор.
Это же расходы, разве нет?
Не волнуйся, не твои деньги.
Нам машина не нужна!
Нам – нет. Эта машина
не для нас, а для меня.
Понимаешь? Подарок для меня.
Подарок!
Он обещал мне!
Прости, братик.
Ну ладно.
Может, тебе нравится сидеть
в четырёх стенах,
а мы с Павлом – путешественники.
Правда, брат?
– Да.
– Во-во. Дай пять.
Подвинься.
А отец нас возить не будет.
Не отец, а папа.
А не будет вас возить,
потому что он зарабатывает, чтобы тебе
было что есть и что курить. Понимаешь?
Ты должна ему сказать!
Скажу. Как только соблаговолит
приехать домой.
Привет.
Ну, привет.
Привет, Олечка!
Привет.
Привет, девочка.
Что такое?
Ты разве не должна быть в школе?
А ты?
Саша, блин! Уже 15 минут,
как всё должно быть сделано!
Лёлек!
Могу я сегодня поработать?
Ладно. Переодевайся,
поможешь этому лосю.
Олька!
Если придёт инспекция,
говори по-русски.
Это за сегодня.
Спасибо.
Ты не слишком маленькая,
чтобы курить?
А с какого возраста можно начинать?
На пачке пишут – с восемнадцати…
но вообще-то это в Евросоюзе придумали.
А как они считают, чёрт их знает.
У меня есть просьба.
– Саша, ты меня специально бесишь?
– Прости, шеф.
Подними.
Прошу прощения.
Ну?
Придержишь его для меня ненадолго?
На сколько?
Я не сдала.
А отец пришлёт бабло на машину,
когда я вышлю фотографию прав.
Такие условия.
А как он вообще?
Не знаю.
У нас так: я не знаю, как он живёт,
а он не знает, как я.
Справедливо.
Ты скажи ему, что если он захочет
вернуться, то… знаешь…
[МАМА]
– Ну, что там?
– Алло, Олька!
Когда ты придёшь?
Что случилось?
Звонили из Ирландии.
Отец?
Нет.
Номер, который вы набираете, временно
недоступен. Попробуйте позвонить позже.
Покажи-ка мне номер.
Слушаю.
Добрый день.
Это Оля Гудзик.
Кто-то звонил нам с этого номера.
Да.
Я звоню, чтобы передать, что…
Мне очень жаль, но…
произошёл несчастный случай.
Что?
Кшиштофа Гудзика…
ударило контейнером.
Так.
Я могу с ним поговорить?
Его телефон не отвечает.
Нет.
Вы не поняли.
Он не пережил.
Что не пережил?
Какого чёрта? Что он говорит?
Он ранен? Тяжело ранен?
Вы можете повторить?
Да.
Он мёртв.
Вы понимаете?
Кшиштоф Гудзик мёртв.
У МЕНЯ ЕСТЬ ДЛЯ ТЕБЯ КОЕ-ЧТО НА НОЧЬ
А У ТЕБЯ ДЛЯ МЕНЯ ЧТО-НИБУДЬ ЕСТЬ?
Следующий!
Мама!
Уже семь лет он не
регистрировался в бюро труда.
Потому что он работал там.
Легально.
Тогда нужно прислать нам
свидетельство о смерти,
и на его основе староста выдаст согласие
на приём тела на территорию округа.
Потом нужно будет договориться
с руководством конкретного кладбища,
вот и всё.
А это свидетельство о смерти…
Где его взять?
Ну, там, где он умер.
А…
его кто-нибудь пришлёт?
Тот, кто этим займётся.
И сколько это стоит?
Я напишу на тебя доверенность,
и ты справишься.
Но у меня же школа!
А я не говорю по-английски.
Мама!
Я не справлюсь. Мне нет восемнадцати.
Я даже на самолёте никогда не летала!
Я не буду нанимать чужого человека.
Нам не на что.
Его надо оттуда забрать.
Твой папа не будет лежать
неизвестно где.
Надо привезти его домой.
Я дам тебе на билет
из похоронных денег,
а там тебе выплатят
какую-нибудь страховку.
Или возьмёшь из того,
что он откладывал для тебя.
Сделаешь?
Ради меня.
Ты как, держишься?
Да.
– Оно и видно.
– Жесть.
Да, жесть.
Всех нас подставил.
– А меня особенно.
– Что?
Ну, отец. С этой машиной.
– Господи, прекрати. Он же умер.
– Вот именно.
И все мои деньги, блин,
пойдут на его похороны.
Ты нормальная вообще?
Это же был твой отец.
Заочный.
– Пополам?
– Да.
Тебе в аэропорту надо будет купить
целый вагон, потому что там дико дорого.
Я бросаю.
Бабок-то нет.
Смотри.
Вот блин!
А ничего такой!
Ну, не знаю.
Морда картошкой, по-моему.
Всё равно клёвый.
И что мне делать?
Ну, отправь ему что-нибудь.
– Что?
– Не знаю… Сиськи.
Давай, твои отправлю?
Ага, щас.
Один до аэропорта.
С этим я тебя не возьму.
– А сейчас?
– Проходи.
Но в туалет не остановлю.
Ты справишься.
Не плачь.
Я никогда не плачу.
Ты, блин, заходишь, или как?
Номер, который вы набираете, временно
недоступен. Попробуйте позвонить позже.
ВЫЙДЕШЬ ВО ДВОР?
ЖЖЁШЬ!
– Ты вообще откуда?
– Я из Ломжи.
– Где это, блин?
– Как ехать на Мазуры, будет слева.
Нет, не знаю.
– Из Ломжи?
– Из Ломжи.
– У меня тесть в Ломже.
– Как его звать?
Извините. "Мазурек", посредническое
агентство по найму – это здесь?
Извините.
Извините.
Эй, девка, ты куда?
Очередь же! Куда ты?
Сейчас перерыв.
Уже поздно, а у меня дело.
Как и у всех. Прошу выйти.
Сколько тебе лет?
Восемнадцать.
Скоро.
– Исполнится – приходи.
– Я не за работой, я насчёт отца.
Пусть сам придёт.
Он не может.
Почему?
Он умер.
Кшиштоф Гудзик, у вас работал.
Мы не принимаем на работу.
Смотрите на "Г".
Да, есть такой.
Кшиштоф Себастьян Гудзик?
Себастьян?
Я и не знала, что у него
второе имя – Себа.
В последний раз мы нашли ему
работу в фирме "Даблин Шиппинг".
Ага.
Там и произошёл несчастный случай.
Мы тут ни при чём.
Понимаю.
И чего ты хочешь?
Чтобы кто-нибудь помог мне
его найти и получить бумаги.
Так иди к нему на работу
или в больницу.
– Я не знаю, где это.
– Не знаешь, где отец работал?
Ладно, подожди.
– Извините…
– Перерыв!
– А эта пани?
– Пани уже уходит.
Надо подождать.
Жена.
Так вот рисует.
По памяти.
Идентификация, утилизация, легализация.
Чего?
Больница, морг, консульство.
В таком порядке.
А вот адрес, куда его забрали.
Карту хочешь? Четыре евро.
У меня есть.
Тогда добро пожаловать в Ирландию.
Вы продаёте билеты на автобус?
Можно в автобусе купить.
А сигареты?
Да, конечно. Какие?
Самые дешёвые.
Все стоят двенадцать евро.
– Сколько?
– Двенадцать евро.
Что? Полтос за пачку курева?
Что?
…перелом шейного позвонка с повреждениями
продолговатого мозга и спинного мозга.
Рентген грудной клетки показывает
многочисленные переломы рёбер,
которые проткнули лёгочную ткань.
Фрагменты кости перебили перикард
и миокард, что вызвало остановку сердца.
Вы его узнаёте?
– Нет.
– Нет?
Может, посмотрите получше?
Хоть что-то?
Может, опознаете его личные вещи.
Итак?
Что итак?
Это его?
Откуда я знаю?
Это вообще твой отец?
Ты о нём ничего не знаешь.
А вы знаете, что у вашего
отца в карманах?
Может, какие-то особые приметы?
Мне надо позвонить.
– Алло?
– Это я.
Всё хорошо?
Да.
Точнее… нет. Не очень хорошо.
Так себе.
Ты справишься.
Мама…
У отца… были какие-то
особые приметы?
У папы.
В смысле, какие-нибудь родинки?
Да.
Была родинка на ягодице.
– Серьёзно?
– Да, точно.
И как?
Была… родинка.
На попе.
Ты серьёзно?
Да.
Это он.
Ребята! Огоньку не найдётся?
Да.
– Твою мать!
– С ума сошла?
Эй, всё нормально?
Эй!
Попробуй эту. Вроде работает.
Может…
Не хочешь пива с нами попить?
Эй, заберите их у меня.
Да заберите же.
Только осторожно.
– Извини, это твоё.
– Спасибо.
Итак…
Что… что ты тут делаешь?
Я супермодель…
и у меня завтра фотосессия.
Да?
Неплохо.
Нет, я…
я приехала повидать отца.
То есть…
он живёт где-то тут?
Нет. Как раз…
уезжает.
Понимаю.
Допиваем?
Ты уверена?
Уверена, да.
Смотрите, она хочет танцевать.
Вот этот паб. Нереально крутой.
– Что?
– Паб.
Спасибо.
Брендон, хорош шататься!
Перестань!
Собираетесь его катить?
Беги, Форрест! Беги!!!
Есть кто-нибудь?
Джек, у тебя опять нет перчаток?
Спокойно, чувак!
Ладно, давайте втроём.
Что, втроём не справитесь?
Серьёзно? Нужен ещё и я?
Ты дурак или как?
Ладно, работаем.
На счёт три.
Раз, два, три… поехали.
Добрый день.
Чем могу помочь?
Мне нужно перевезти тело.
Куда?
– В Польшу.
– Польша! Пироги!
Проходите.
И где тело?
Вам понадобится разрешение
на транспортировку в страну назначения.
– Понятно.
– И…
Сколько весит тело?
А вы сколько весите?
Пусть будет восемьдесят килограмм.
Транспортировка в пределах Евросоюза.
Пойдёмте со мной.
Вот это мы используем
для транспортировки тела…
умершего.
Вам подходит?
Вы можете предоставить нам разбираться
со всеми формальностями,
связанными с транспортировкой
в аэропорт и с самим полётом.
Но транспортировкой из аэропорта
в стране назначения
вам придётся заняться самой.
И сколько это будет стоить?
Принимая во внимание все затраты…
Три тысячи евро.
– Сколько?
– Плюс оплата за перелёт…
и перевоз восьмидесятикилограммового
тела и гроба.
Получается ещё около пятисот евро.
Итого…
три с половиной тысячи евро.
А я слышала, у вас дешевле всех.
В таком виде – тысяча евро.
– Это я.
– Всё сделала?
Ты думаешь, это за пять минут решается?
Блин, это мне семнадцать лет или тебе?
Эй, повежливее.
Я отправила тебе электронной почтой
временное свидетельство о смерти.
Почему временное?
Не знаю. Может, ещё передумают.
Как это?
Ладно, извини.
Тебе нужно пойти с ним в управление
…и получить разрешение на погребение
на территории муниципалитета.
– Я слышу, ты там куришь?
– Нет.
Но я же слышу.
Как это?
Ты очень резко выдыхаешь.
Я запыхалась.
Не ври.
– К чёрту всё…
– Так-то.
Чтобы это было в последний раз.
Откуда знаешь, что я выбросила?
Просто знаю.
Ладно, позвони, как всё устроишь.
Эй! Чем могу помочь?
Мне нужно поговорить с начальством.
С каким начальством?
Чего ты хочешь?
По личному делу.
Слушай, я тут вкалываю, личные дела
меня не колышат. Вали отсюда.
Меня зовут Оля Гудзик.
Мой отец тут работал.
Заходи.
Это отчёт Комиссии по оценке
несчастных случаев.
И что это значит?
Ты не получишь денег.
Но…
мой отец работал тут легально.
Чаю хочешь?
Нет, не хочу я никакого чая.
Хочу страховку.
Хоть какую-нибудь.
Слушай, суть вот в чём.
У всех рабочих есть карточки, которые
они отмечают, когда входят и выходят.
Это стандарт Евросоюза.
Так что…
папа не отметил карточку?
Он отметил. На выходе.
А потом вышел в чужую смену.
Он отметил карточку другого
сотрудника, не на своей смене.
Оказывается, так делали все.
Но ведь это всё ещё его место
работы, разве нет?
Официально – он незаконно попал
на строительную площадку.
Он находился тут… нелегально.
Во время несчастного случая
он был здесь… нелегально.
Ты понимаешь?
Да.
Выходит…
официально мой отец ещё жив?
Официально – не знаю.
– Официально…
– Я это так не оставлю.
Не знаю, чего ты ещё
от меня хочешь.
Подожди минуту.
Я сейчас вернусь.
Какого чёрта?
Ты должен быть там!
– Тут уже закрывают.
– Ну, с нами-то не закроют?
Вот блин! Это кто там такой умный?
– И что ты теперь собираешься делать?
– Да есть кое-какие идеи.
ГУДЗИК КШИШТОФ
4591011
Пожалуйста, введите ПИН-код.
ПИН-код принят.
БАЛАНС СЧЁТА: 9.40 ЕВРО
Хорошо. На сколько?
На две ночи.
Может, и дольше.
Какую хочешь комнату? Двухместную?
Четырёхместную? Шести…
Самую дешёвую.
Самая дешёвая – общая
для мужчин и женщин…
Двадцать пять евро.
Что-то ещё?
А можно мне место рядом…
с розеткой?
Конечно.
– Адаптер?
– Да.
Десять евро.
Ничего он не откладывал.
На счету пусто.
Он меня обманывал.
Может, держал в квартире?
– Это где?
– Ну, в каком-то рабочем общежитии.
А адрес у тебя есть?
Откуда бы?
Оттуда, что ты его жена, например?
Извини.
Я как-нибудь разберусь.
Но лучше бы эти деньги там были.
Потому что иначе я привезу
пустую урну.
Что?
Его нужно кремировать.
В смысле?
Сжечь тело.
Так транспортировка дешевле.
Но так нельзя!
Мама! Иначе это будет
три тысячи евро.
Ты считать умеешь?
Это больше двенадцати тысяч злотых.
Но ксёндз его так не похоронит!
Я уже и соседей позвала.
Что скажут люди в костёле?
Да плевать и на ксёндза,
и на людей в костёле.
Знаю, ты привыкла, что я делаю всё, как ты
скажешь, но мне, блин, семнадцать лет!
– Понимаешь?
– Следи-ка за языком, ладно?
Так что дай мне разобраться
со всем этим дерьмом,
которое отец творил в течение
половины моей жизни.
Надо было мне ехать.
Пока.
"МАЗУРЕК"
АГЕНТСТВО ПО НАЙМУ
Привет!
Поможешь мне?
Иди отсюда.
Эй, погоди.
Что это вообще?
Мне нужна помощь.
Выйди из машины. Иначе я отвезу тебя
в полицию. Скажу, ты мне угрожала.
На стройке говорят, что страховка не положена.
В бумагах лажа. Я одна не справлюсь!
Вон из машины.
Быстро.
Ну ладно.
Что ты делаешь?
Я сейчас выскочу на улицу и буду
кричать, что ты ко мне приставал.
А камеру видишь?
Чёрт!
Ладно, закрой дверь.
Я спешу.
Может, ремень пристегнёшь?
– Глянешь?
– Мы не на "ты".
И часто ты так делаешь?
Что?
Что? Людей шантажируешь.
– Это был мой дебют.
– Угу.
– Могла нормально попросить.
– Я просила.
При просьбе важна не только её суть, но и тон.
А ты говоришь так, будто тебе все должны.
Извини.
Когда просишь прощения,
тон тоже важен.
Извини.
Так он был не в своей смене?
Да.
Тогда без шансов.
А… можно с этим что-то сделать?
Ты по-английски читать умеешь?
Тут ясно написано, что дело закрыто.
Но он умер не потому, что был не в своей
смене, а потому, что там небезопасно.
А доказательства у тебя есть?
– Я там была.
– И что с того?
У тебя должны быть какие-то фотографии,
не знаю, экспертные заключения. Что-то такое.
И даже если ты права, то судиться с ними нужно
не о возмещении ущерба за несчастный случай,
а по поводу условий работы.
Кроме того, тогда тебе не выдадут тело,
потому что коронер возобновит следствие.
У меня и так нет денег перевезти тело,
я же тебе говорила.
В таком случае, может,
всё-таки перейдёшь на "вы"?
– Папа!
– Адам!
Я что сказал? Не бегай!
– А что, он по-польски не понимает?
– Понимает.
Но жена хочет, чтобы первым
у него был английский.
Вот по-английски и говорим.
Как там в школе?
Хорошо?
А тебе не рано курить?
– А в каком возрасте можно начинать?
– Курить? Ни в каком.
От курения умирают быстрее.
Ну да. Мой старик вот
курил и гляди-ка…
Ты вообще нормальная?
Нет.
Из-за него.
Знаешь, я бы не хотел, чтобы мой
ребёнок… так обо мне говорил.
И я бы не хотела.
Ну ладно. Держись.
А… если будешь искать
какую-нибудь работу – звони.
Не буду.
Тогда не звони.
Эй! Кто там?
Не двигаться!
Ну и что мы будем делать?
Кшиштоф официально не работал.
Я тебе это уже говорил.
Дело было расследовано Комиссией по оценке
несчастных случаев и их экспертом.
Ты не можешь рассчитывать на деньги.
У них дорогие юристы.
Я бы с ними не стал связываться,
а я местный.
Так чего ты хочешь?
Я…
У меня не хватит… даже на похороны.
Сколько?
Три тысячи евро.
Ты ему пирамиду строишь,
что ли?
Возьми.
Я согласен, что это несправедливо.
Это из денег для взяток.
А это от меня.
Каким он был?
Не знаю…
Таким, как все.
Мало разговаривал, много работал.
Я бы сказал – он делал, что мог.
Делал, что мог?
И всё?
Я знал его только как работодатель
знает сотрудника.
То есть, по сути, вообще не знал.
Как и всех остальных.
Они все здесь только физически.
Сложно узнать человека, который мыслями
постоянно где-то в другом месте.
Может, спросишь у тех,
кто с ним жил?
Это где?
Чего тебе?
Привет. У тебя всё хорошо?
Что?
В школе тебя нет. Пришли какие-нибудь
фотки, а то я беспокоюсь.
Меня не было в школе, потому что
я, блин, в Ирландии.
– Чего?
– У меня отец умер.
Так что – сорри, мне сейчас
не до обнажённых фоток.
Разве что из крематория
могу прислать.
Да, и на будущее: если хочешь увидеть
мои сиськи, придётся подождать.
Добрый день.
Я…
Оля?
Оля? Дочь Кшися?
Собственной персоной.
Ты тут давай без английского, а то примут
тебя за какое-нибудь начальство.
– Привет.
– Привет.
– Молодой! Выключи!
– Не ори, я фильм смотрю!
В порно диалоги не важны.
– Дед.
– Оля.
– Збых.
– Оля.
– Привет.
– Оля.
Молодой.
Красивое имя.
Это у него артистический псевдоним.
Садись.
Цыплёнок, дай ей стул.
Как ты вообще?
Нормально.
Жуткое дело.
Просто кошмар.
Может… небольшие поминки?
Отец бы, наверное, порадовался.
Ладно, я тогда… принесу рюмки.
Ты похожа на отца.
Если лицом, то не уверена,
что это комплимент.
И глаза у тебя его.
Блин… Збых, я сегодня развяжу.
– Я же просил, чтобы ты не бухал!
– Прости.
С телом решила?
И в конторе?
Мы хотели помочь, но…
Комиссия не разрешила.
Жуткое дело.
Ну что?
Я одну. А то я обещал жене,
что не буду.
Я вообще не пью.
– Дед?
– Нет, я не могу.
А я хлопну, раз такая красивая девушка предлагает.
Только быстро, а то мне к четырём уже на работу.
Эй, Молодой, ты поаккуратнее.
Это же дочка Кшися.
Я Кшисю нравился.
Не уверена, что ты нравишься мне.
Ну ладно…
За Кшися.
Чтобы ему там было лучше,
чем нам здесь.
Смотри.
Каким кабанчиком был твой старик.
Ну что?
Ещё по одной?
После него осталось немного.
А где остальные вещи?
– Забрал.
– Куда?
Туда, куда переехал, блин!
– Это куда?
– Да не знаю я!
Только газеты мне оставил… и книжки.
Блин, читать их мне что ли?
Ты её знаешь?
Да…
Она работает у нас в парикмахерской.
Это где?
– Сарой зовут, что ли…
– Так где?
"Салон красоты для мужчин и женщин".
– Можно, я тут вздремну?
– Да.
А если замёрзнешь…
приглашаю к себе.
Я подумаю.
Каким он был?
Ну, мой старик.
Как тебе с ним жилось?
Привет. У тебя назначено?
Нет.
Тогда придётся подождать,
принцесса.
У меня мало времени.
Ну ладно.
Подойди сюда.
– Помой ей голову, а я подстригу, ладно?
– Хорошо.
Насколько коротко?
Очень коротко.
Холодновато для короткой причёски.
Ты откуда?
Отсюда.
Да, как же.
Из Румынии.
Из Румынии…
А я из Польши.
Пойдём помоем голову.
Знаешь кого-нибудь из Польши?
Нет.
Ложись.
Так, хорошо.
Я сам закончу, принцесса.
Я закончу.
Иди домой.
Всех клиентов разгонишь.
Извини за это.
Всё нормально?
– Да?
– Да.
Ты откуда?
– Что?
– Откуда ты?
Нет-нет, садись, садись.
Ты не хочешь, чтобы тебя подстригли?
Чёрт, куда с моим полотенцем?!
В чём дело?
Я тебе плохо голову помыла,
или что?
Я дочь Кшиштофа.
Что?
Он никогда не говорил,
что у него есть семья, да?
Говорил.
А вот о тебе он никогда
не говорил.
Ты кто?
Его девушка?
Его любовница?
Я его подруга.
Подруга?
Чего тебе от меня надо?
Я просто хотела знать.
Теперь знаешь.
– Я хочу поговорить.
– О чём?
Мне перед тобой извиниться что ли?
Я просто…
хотела что-нибудь узнать
о нём от тебя.
Я почти его не знала.
Как тебя зовут?
Что?
Я не знаю твоего имени.
Оля.
Ты на него не злишься?
Не больше, чем раньше.
А что…
ты переезжаешь?
Мне одной эту квартиру не потянуть.
Я могу посмотреть на его вещи?
Зачем?
Может…
могла бы что-нибудь себе оставить?
На память.
Конечно.
Осталось немного.
В основном всё уже упаковано.
– А это…
– Его?
Да.
Он любит рисовать.
Любил.
Он никогда не говорил.
Может, ты просто не спрашивала?
Выбрала что-нибудь?
Нет.
Этот рисунок я тебе не отдам.
Я не стала бы маму расстраивать.
У меня вопрос.
Да?
У него…
были какие-то деньги…
отложены?
Нет.
Он немного скопил,
но всё ушло на квартиру.
Он оплачивал большую часть счетов.
То есть…
ничего не осталось?
Нет.
Здесь ничего.
Возьми вот это.
Гляди-ка. Эти две клёвые.
Может, помочь?
Что такие несмелые?
Вы по-английски вообще говорите?
Подойдите, познакомимся.
Ты будешь тут жить?
– Да.
– И долго?
Год или два.
В зависимости от.
От чего?
От того, закончу ли я курсы.
Какие курсы?
Вождения?
Шестимесячные курсы макияжа.
Не хочу до конца жизни
подметать чужие волосы.
Ну да, особенно у этого извращенца.
Ну, уж как есть.
И сколько этот курс стоит?
А что, тебя интересует макияж?
Всё в порядке?
ОЛЕ НА МАШИНУ
Ну что, ты приняла решение?
Кремация.
Что ж, хорошо.
Прекрасный выбор.
Это…
дешевле.
Да и быстрее. Урну можно
взять в салон самолёта.
Правда?
Да. Только нужно её зарегистрировать
как специальный багаж.
Хорошо.
Весь процесс займёт около
четырёх часов,
так что у тебя есть время, чтобы пойти
в консульство… и всё уладить.
Итак…
ещё раз, как это пишется?
– Имя моего отца?
– Да.
К… Ш… И…
Может, будет быстрее,
если я сама напишу?
Спасибо.
Это тебе нужно взять с собой.
Слушай, я очень сочувствую
твоей утрате.
Ничего ты не сочувствуешь.
Прости?
Ты вовсе не сочувствуешь.
Такая у тебя работа.
Это правда. Но всегда грустно,
когда человек умирает.
Вроде был хорошим парнем.
Откуда ты это знаешь?
Что знаю?
Что он был хорошим парнем?
Я этого не знаю.
Так обычно говорится.
А что, не был?
– Мама?
– Алло?
Я всё уладила.
Как?
У него были деньги.
Где?
Нашла у него в вещах.
Сколько?
Он откладывал для меня.
Сколько?
Да всё здесь.
3500 евро минус то, что пойдёт
на кремацию и пошлины.
Вот видишь, я же говорила.
Знаю.
Но я думала, что он меня обманывал.
Отлично.
Хватит на памятник.
Что? Мама, но…
Сделаем мраморный.
Тёмный такой, папе бы понравился.
Мама, но это же для меня!
Под оградой будет смотреться
хорошо: деревья, тень…
Может, попрошу соседку, чтобы
сыграла что-нибудь на скрипке.
Мама, это же для меня!
Оставишь ты меня в покое,
наконец?
Жди здесь.
Что случилось?
Откуда это у тебя? Украла?
Отец оставил.
И сколько тут?
Больше двух тысяч.
То есть, теперь у тебя есть деньги
на транспортировку?
Нет, уже была кремация.
Я повезу урну.
Купишь мне её?
Что?
На день рождения.
Ты что, решила на остальное
купить себе машину?
Нет. Ты мне купишь и для меня сохранишь.
А когда я сдам на права, то вернусь за ней.
А в Польше купить не можешь?
С рулём с нормальной стороны?
Мама должна думать,
что отец мне её уже купил.
Иначе она мне не отдаст деньги.
Всё отберёт на похороны.
Отстань от меня.
Отец обещал мне машину.
Есть шанс, что он хоть раз
сдержит слово.
– Хоть раз.
– Ты не видишь, что это развалюха?
Зато на неё мне хватит.
Знаешь, что ты прекрасный
экземпляр поляка?
Что?
Знаешь, почему эти люди
здесь так гробятся? Знаешь?
Потому что где-то там
такие, как ты… ждут переводы.
И как-то, блин, привыкают к этому.
А потом забывают,
кто им переводит эти деньги.
И помнят только…
суммы и даты переводов.
Это деньги твоего отца.
На его похороны.
Но что-то мне от него
должно достаться?
А ему от тебя – нет?
Это твой папа.
– Папа!
– Уже иду!
Он бы этого хотел.
Откуда ты можешь знать,
чего бы он хотел?
Ты даже не знала, что у него
было второе имя – Себастьян.
Возвращайся домой.
Прости.
Не за что.
Возьми это.
Папа бы этого хотел.
Это твои деньги.
Закончи курсы.
Найди новую работу.
У меня есть работа.
Уже нет.
Сара, возвращайся к работе.
– Пойдём, пойдём, пойдём.
– Сара, скажи своей долбанутой подружке,
чтобы всё тут убрала!
Не работай на него больше.
Возьми. Это от моего папы.
Сара, твою мать, что это было?
Что это было?!
Заходи внутрь!
Быстрее!
Сара!
БРАЙАН МакЭЛРОЙ
РИТУАЛЬНЫЕ УСЛУГИ
И что…
это всё?
Это всё.
В таком случае…
до свидания?
Так обычно говорится?
Да?
НАВСЕГДА В НАШИХ СЕРДЦАХ
Принесла?
Это только для вас.
Спасибо.
А то мне теперь все будут
умерших в термосах приносить.
Чтобы это было в последний раз.
Спасибо.
Мне нужно сказать что-то особенное?
Что?
О твоём папе. На проповеди.
Нет.
Что он старался.
Сказать, что старался?
Делал, что мог.
Привет.
Эй, что такое? Открывай!
 

////////////////////////////