«Тихо́ня» — советский художественный телефильм 1973 года режиссёра
Михаила Израилева. Главного героя фильма, жителя небольшого молдавского
городка Василия Чебана (Альберт Филозов) все обвиняют в том, что он
соблазнил, находясь на отдыхе в Ялте, несчастную девушку Надю (Евгения
Ветлова), и она родила в результате ребёнка. На самом деле Василий не
является отцом ребёнка, но он решает помогать Наде в жизни. От своей
матери он всё скрывает. Однако мама Василия, случайно обнаружив
переписку Нади и Василия, приглашает Надежду приехать к ней.
Все фразы и цитаты
ТИХОНЯ
-Надюша, я тебя еще раз спрашиваю:
ты хорошо все обдумала?
-Я же его люблю, Варенька.
Можешь ты это понять? -Стараюсь.
Только смотри не опоздай
на работу.
-Я провожу его только до Одессы
и сразу обратно.
В воскресенье вечером буду дома.
А осенью он приедет за мной.
У них в Молдавии в это время
пора свадеб.
(гудок парохода)
Я побегу, он меня уже ждет.
-Ты не пожалеешь, Надя?
-Если бы ты знала его, как я,
ты бы так не говорила.
Не беспокойся, Варюша.
(музыка)
-Салют! Варя, слушай, я спросить
хотел: ты Наденьку не видела?
-Ах, Наденьку! Она вас
ждала-ждала, а вы не приходили.
-Я только что вернулся
из плавания.
Мы ходили почти что вокруг света.
-Ну вот, пока вы ходили, ваша
Наденька - фьють -
и улетела ваша Наденька.
(музыка)
(звонит будильник)
(диктор по радио) -Ходьбу на месте
закончили. А сейчас потягивание.
Встаньте, прогнитесь, руки
в стороны, вверх...
Раз, два, три, четыре.
Раз, два, три.
Закончили. Упражнение
"приседания".
-Салют, мама!
(диктор по радио)
-Поглубже присядьте. Руки вперед.
Продолжаем. Раз, два, три,
четыре.
Раз, два, три, четыре. Закончили.
В заключение - бег на месте.
-Нет, если бы кто-нибудь знал,
как я мучилась эту ночь.
-Сейчас, мама, я приготовлю
завтрак.
-Ах, Васенька, я не могу думать
о еде.
(диктор по радио)
-Упражнение закончили.
Желаю вам здоровья и успехов.
Переходите к водным процедурам.
-И, пожалуйста, не пересоли
яичницу, как в прошлый раз.
(свиток чайника)
(диктор) -Говорит Кишинев.
Продолжаем наши передачи.
Слушайте танцевальную музыку.
(музыка)
-Раз, два, три...
Вообще нет ничего хуже привычки
читать во время еды.
-Сколько я себя помню,
каждое утро вы мне говорите одно
и то же.
-Нет, ты можешь совершенно
не считаться со мной, пожалуйста.
Но подумай о собственном
здоровье.
-Мамочка, не сердитесь,
вы совершенно правы.
-У тебя все привычки холостяка.
-Это естественно. Я и есть
холостяк.
-Знаешь, мне не нравится твой тон
сегодня.
Может, ты хочешь сказать, что я
в этом виновата?
(герой насвистывает)
-Перестань свистеть!
Иногда мне кажется, может,
действительно я виновата в том,
что ты до сих пор не устроил
свою жизнь.
А ведь мне нравилась одна.
Помнишь, еще в Кишиневе?
Как ее звали? Наташа, кажется.
-Люся. -Да.
Я тогда с ней побеседовала,
а она почему-то после этого
перестала приходить.
А все-таки если бы я тебя иногда
не предупреждала,
при твоей наивности и незнании
жизни...
Ведь женщины, они...
Сколько раз я тебе говорила!
Чуть-чуть набок, вот так.
Когда твой отец ухаживал за мной,
он уже был военным.
Я никогда не видела его
в штатском.
-Мамочка!
Вы не забудете принять капли?
-Чао-чао!
(музыка)
-Здравствуйте, Галина Сергеевна.
-Здравствуйте. Рада вас видеть.
Мы, кажется, опаздываем?
-Да нет, у нас еще 19 с половиной
минут.
-Нехорошо обманывать женщину,
Василий Васильевич.
Я вас вчера ждала-ждала в Доме
культуры, а вы так и не пришли.
А потом вернулась домой и безумно
жалела себя,
какая я бедная и несчастная.
-Зачем же так думать? Ведь вы
всем нравитесь.
-Да? Может, и вам?
-У вас сегодня веселое
настроение.
-Извините, товарищи инженеры,
помешаю вашей беседе.
-А, Федя, здравствуйте.
Вы не знакомы?
Знакомьтесь: это Федя Росс.
Он учится заочно.
Я посмотрела ваши задания.
Если вам потребуется
консультация, приходите,
я вам помогу.
-Верное слово?
-Да, конечно, приходите.
Вы так и не ответили,
Василий Васильевич.
Почему вы вчера не пришли
в Дом культуры? -Нельзя было.
Мама опять плохо себя
почувствовала. -Правда? -Угу.
Пока я учился, ее сил хватало
на все,
ведь отца я даже не помню.
А как только я, как говорится,
встал на ноги,
тут на нее свалились чуть ли
не все болезни на свете.
Доктора сказали, что лучше жить
где-нибудь в тихом месте.
-Ну да...
-И мне здесь нравится. Тихо...
-И потому за вами закрепилась
репутация тихони?
-С чего это вы решили меня
тихоней называть?
-Это не я решила. Все считают,
что вы и мухи не обидите.
-Ну почему же?
-И не курите...
-Мух надо уничтожать.
-И не пьете.
Не слишком ли много достоинств
для одного мужчины?
-А как же говорят: "В тихом
омуте..."
-Это не про вас говорят.
Нет.
-Ну вот, мы и пришли, секунда
в секунду.
-Вы всегда так точны, что с вами
при всем желании не опоздаешь.
(музыка)
-Так.
-А вот еще одно письмо, из Ялты.
-А мы в Ялту вино не отгружаем.
"Уважаемые товарищи..."
Что за черт! Вот не было печали!
И это Василий Васильевич?
Никогда бы не подумал.
Передайте это письмо сейчас же
Петру Петровичу.
По-моему, письмо адресовано
не вам. -Угу. -Угу.
-Письмецо Василию Васильевичу
заказное, штамп ялтинский.
-Из Ялты?
-Да.
Почерк, по-моему, женский.
Распишитесь, пожалуйста.
-Где расписаться? -Вот здесь.
-Благодарю вас.
-Не представляю себе, от кого.
-А вы распечатайте, прочтите
и войдете в курс.
-Благодарю вас, я чужих писем
не читаю.
(звонит телефон)
-Главный бухгалтер слушает.
А, Петр Петрович, доброго
здоровья. Зайти к вам?
Зайду, да, обязательно, сейчас.
С кем?
Василий Васильевич, нас зачем-то
вызывают в рабочком. Пойдемте.
-Иду.
-Читайте.
-"Уважаемые товарищи!
Мы, группа сотрудников районного
отделения связи,
клеймим позором человека,
обманувшего любовь девушки
и бросившего ее
с ребенком на руках.
Ваш сотрудник
Василий Васильевич Чебан,
будучи почти три года назад
в Ялте на отдыхе,
обещал жениться на нашей подруге
и сотруднице
Надежде Михайловне Крыловой.
А затем скрылся, махнув рукой
на все последствия". -Я?!
Позвольте!..
-"К сожалению, не сразу..."
Что-то я очень плохо разбираю
почерк. -Ладно, давайте-ка я.
"К сожалению, не сразу,
но все-таки нам удалось разыскать
гражданина Чебана.
Теперь мы призываем вас
присоединиться
к нашему голосу возмущения,
чтобы таким, как Чебан
не позволено было оскорблять
доверчивость честных людей.
Крючкова Варя".
-Я ничего не понимаю.
-А что ж тут понимать?
Они, так сказать, вещественное
доказательство приложили.
Посмотри-ка. Похож?
Тут он еще совсем кроха.
Что скажешь, Осип Ильич?
-Похож.
-Похож.
-Извините. Василий Васильевич!
Василий Васильевич, на минуточку.
Ваша мама пришла.
-Можно выйти?
Что?
-Что с тобой?
Как ты плохо выглядишь, Васенька!
-Зачем вы пришли? -Тебе письмо.
Я подумала, может быть, срочное,
из Ялты.
Я, конечно, не знаю от кого.
Прихожу, говорят, тебя зачем-то
вызывали.
У меня даже сердце закололо.
-Мама, ради бога, вы только
не волнуйтесь, идите домой.
Идите, мама.
-Да, не хотелось бы в подобных
делах разбираться.
-История, конечно, неприятная.
Но я уверен, что Василий
Васильевич
сделает правильный вывод.
-Какой вывод? -Ты что, отрицаешь,
что ли? Как понять?
Ты меня извини,
Василий Васильевич,
но документ этот я проработал
основательно,
так что с бухты-барахты
не стал бы тебя вызывать.
Желаешь, пройдемся вместе.
Вот тут написано: "Чебан".
Что скажешь?
Василий Васильевич у них.
А у тебя? -Угу.
-По профессии бухгалтер. А ты?
-Бухгалтер.
-Теперь ниже.
В Ялте отдыхал? Отрицать
не станешь.
В августе это было.
Дата сходится - я справку навел.
Ну, смотри.
Но только на письмо это
нам отвечать придется,
поскольку оно коллективу
адресовано.
-Так когда они приезжают?
-Они будут 11, 12 или...
-Значит, как договорились?
Я зайду, а ты меня подождешь.
-Ой, опаздываю!
-Да я говорил ей об этом.
(внутренний голос героя)
-Я прошу вас выслушать меня
и ни в коем случае не перебивать.
Утром я смолчал, потому что был
задет легкостью,
с которой все поверили.
А вы встаньте на мое место.
Вы бы тоже растерялись.
А теперь я прошу, нет,
я требую расследования.
"Требую расследования!"
Вы не учли такого обстоятельства,
что фамилия Чебан не так уж редко
встречается в Молдавии?
Категорически прошу вас
оградить меня...
Нет, категорически требую
оградить меня от... Да!
Оградить меня от всего этого!
-Хорошо, что вы не ушли,
Галина Сергеевна.
Вот, вам просили передать.
-Спасибо, Зиночка.
-Василий Васильевич!
Василий Васильевич, рада,
что вижу вас. -Здравствуйте.
-Здравствуйте. Я хочу извиниться
перед вами.
Видите ли, мне сказали...
Представьте, я сначала поверила
и только потом сообразила,
что что-то здесь не так.
-Что именно?
-Милый, вы же тихоня...
И все знают, что вы способны
обнять девушку,
только если она сама этого очень
потребует.
-Так что же, я, по-вашему...
-Но ведь я все-таки немножко
знаю вас.
-Ах, вы так обо мне думаете?
А если вы ошибаетесь?
Внешность обманчива.
(смеется)
Значит, ялтинского документа
вам недостаточно.
Голубушка, не могу же я вам
рассказывать
обо всех моих приключениях.
-Василий Васильевич, ну знаете...
-Василий Васильевич, ты не меня
поджидаешь?
-Да!.. то есть нет, нет.
-А-а...
(музыка)
-"Поверьте, я бы никогда вам
не написала.
Но вот против моего желания
подруги нашли ваш адрес
и послали какое-то письмо.
Мне это очень неприятно.
И я решила написать вам, чтобы
вам не показалось,
что я чего-то жду от вас.
Ничего мне не нужно.
(музыка)
-Хм...
(звонит телефон)
-Слушаю.
Ялта?!
А-а, Реча вызывает,
очень хорошо.
-Какая жестокость - лишать меня
отдыха.
-Они интересуются, приеду я
завтра. Да, жду.
Мама, идите к себе, постарайтесь
уснуть.
-Нет, теперь уже все равно.
-Да, Чебан Василий Васильевич.
Чем могу служить?
-Вы меня не знаете, но имейте
в виду, я вас хорошо знаю!
Я Варя, подруга Нади.
Это я вас нашла.
Вам долго удавалось скрываться,
но теперь мы знаем, где вы.
-Да, я завтра выезжаю на ревизию!
-Какая ревизия? Не притворяйтесь!
-Из-за отсутствия отчетности
по фонду заработной платы.
-Зарплата? Как вам не стыдно!
Она, понятно, у Нади небольшая,
но Надя никогда не жалуется.
А мы знаем, как ей тяжело.
Неужели у вас нет сердца?
-Что-что?
-Сердце, я говорю, есть у вас?
Девочки, что же это
за человек такой?!
-Чем же я могу помочь? Алло!
Отвечайте, чем я могу помочь?
-Ну что, какие-нибудь
неприятности, Васенька? -Нет.
-Ты мне еще не рассказал,
что это за письмо из Ялты,
которое ты получил сегодня.
-Так, от одного приятеля.
Мама, в командировку завтра еду,
в Речу.
А вы идите, ложитесь спать.
Что же делать?
-Раз, два, три, четыре, пять,
шесть, семь...
(музыка)
(детские голоса)
(внутренний голос героя)
-Чем же я могу помочь?
Чем я могу помочь?
-Скажите, пожалуйста,
где тут почта?
-А... Почта там, за углом.
-Спасибо.
(внутренний голос героя)
-Если только...
Пока все не выяснится...
(щелканье вычислительной машины)
-Ну! Что у вас там, Реча?
-Вот.
(напевает)
-Реча, Реча. В каждом квартале
мне с вами морока.
-Какая же морока, Осип Ильич?
При всем уважении план мы даем.
Верно я говорю? -Верно, верно,
план вы даете, все дают план.
Но все же Василию Васильевичу
придется к вам поехать.
-Хорошо... (заикается:) Ч-чебану?
Помилуйте, Осип Ильич,
зачем же его?
Будем говорить откровенно. Разве
Василий Васильевич (заикается)
сп-пособен, как вы, за сухой
цифрой увидеть ж-живое дело?
Не-а, буквоед.
С таким ревизором разве найдешь
общий язык?
Вот у вас, все это знают -
к-кругозор.
(посмеивается) -У всех кругозор.
-Да, у всех, но у вас ш-шире.
-Что шире?
-Этот... к-кругозор.
-Именно потому, что у меня шире,
Чебан к вам и поедет.
-Давай сюда.
-Хорошо. -Нет, вы.
-Спасибо.
-Ну вот, повезло.
-Здрасте, товарищ водитель.
-Здравствуйте!
-Василий Васильевич, вы человек
принципиальный. Уважаю.
Но ведь жизнь есть жизнь. Вам
не повезло в Сочи или в Ялте.
Но ведь на это можно взглянуть
по-разному. Правильно я говорю?
Позволю себе дать совет:
только денег не посылайте.
Поверьте личному опыту.
Пошлете раз - петля.
-Василий Васильевич, разрешите
портфельчик.
-Что вы, товарищ Капацына, зачем?
Он нетяжелый.
-Как же можно! Вы все-таки гость.
-Ну что вы.
-Эх, Василий Васильевич, лично я
больше всего ценю дружбу.
Вот ревизовали, а ко мне так
и не зашли,
не посидели по-человечески.
Как же это понимать?
Кто я в ваших глазах? Преступник?
-Да-да. -А?
-Что вы! Как можно. -Большое
спасибо. Счастливого пути!
-Всего хорошего... -Значит,
нарушений никаких не обнаружено.
-А нарушения я все-таки отмечу
в своих выводах.
(стрекот цикад)
(мяуканье кошек)
Петля?
(крик ночной птицы)
(звонок)
Добрый вечер!
-Добрый вечер.
-Извините, что так поздно.
Мне всегда казалось, мы можем
быть друзьями.
-В чем, собственно, дело?
-Я вам сейчас все объясню.
-Я знаю, что вы послали деньги.
В таком "крупном" центре,
как наш, секретов не бывает.
-Вы считаете, не надо было?
-Отчего же. Все это одобрили.
-Нет, я вам все-таки хочу
объяснить...
-Не надо ничего объяснять,
Василий Васильевич.
Как это началось, меня
не интересует.
Знаете, я не гожусь к роли
исповедника, право.
-Спокойной ночи.
-Спокойной ночи.
(фортепианная музыка)
(поет) -Ах, где возьму я эту
песню и о любви, и о судьбе,
И чтоб никто не догадался,
Что эта песня о тебе.
И чтоб никто не догадался...
(свистит чайник)
Да перестань свистеть!
(поет) Что эта песня о тебе,
Что эта пе...
Ты что, убить меня хочешь?
Перестань свистеть!
(женский голос) -Деньги ваши
пришли для меня неожиданно.
Не хочу скрывать,
они оказались кстати.
Посылаю фотографию мальчика.
Думаю, ничего другого вы ожидать
от меня не можете.
-Говорит Чебан
Василий Васильевич.
Извините за позднее время.
Я вызвал вас к телефону,
Надежда Михайловна, чтобы раз
и навсегда внести ясность.
Мой долг объясниться с вами,
даже просить у вас прощения.
-Зачем? Мы взрослые люди. У меня
к себе больший счет, чем к вам.
-Ах нет, очевидно, вы меня
не понимаете.
-Очень плохо слышно.
У вас как-то переменился голос.
Или это телефон?
-Нет, дело не в телефоне.
Видите ли, дело в том, что,
с одной стороны, я Чебан Василий
Васильевич. В то же время...
Понимаете, то, что я послал вам
небольшой перевод...
-В чем дело? Зачем вы меня
вызывали?
-Иногда в жизни так складываются
обстоятельства, что...
-Алло! Я вас слушаю. Что вы мне
хотели сказать?
Я писала, что ничего
не просила и не прошу.
Что же вам еще от меня нужно?
Алло!
Алло! Алло!
(топот шагов)
-Да, я как увидел, что из Ялты,
ну, думаю, все,
опять по этому делу пишут.
И ведь верно пишут.
Я так думаю: каждый устраивает
свою жизнь, как хочет.
Ты ведь не станешь отрицать:
по совести они правы.
Вот смотри, как они ударяют:
"Ваш сотрудник товарищ Чебан,
надо полагать, поддает...
поддается влиянию общественности.
Пример этого - аккуратная высылка
денег.
Но разве могут денежные
переводы..."
Слышишь, как формулируют!
"...заменить ребенку отца?"
Вот как они ставят вопрос.
А парень-то ничего? А?
Покажи, покажи.
Орел! Яшин! Лев Иванович Яшин!
Как звать-то?
-Васей... Как и меня.
-Эх, Василий Васильевич, глупый
ты человек. Извини, конечно.
Знаешь, у меня одни девочки.
У меня ведь их четверо.
А был бы сын...
Подрос бы такой, и мы с ним
на пару на охоту или на стадион.
Орел!
Эх! Подвезло тебе.
(музыка)
-Сколько лет вашей девочке?
-Девочке?
У меня нет девочки.
-Так мальчики-то в куклы
не играют.
-А я не играл, я просто
посмотрел.
-Вот для мальчиков, выбирайте.
Вот, видите?
-Ага.
-Примерьте, примерьте.
-Спасибо большое.
-И вот это тоже хорошенькое.
-Спасибо.
(напевает про себя)
Федя...
Когда вы еще учились
и вам была нужна консультация,
все было понятно.
А теперь-то что?
-Я чувствую, что вы для меня...
-Да что вы чувствуете?
Вы все время ходите за мной.
Куда я, туда и вы.
Тут как тут.
Нельзя же лишать человека
свободы, правда?
-Просто я...
Мне галстук нужен.
Этот ничего?
-Ничего.
Очень хороший,
если вы собрались на похороны.
Я чувствую, вам без моей
консультации никак не обойтись.
Вот, примерьте этот.
Да вы что, и с галстуком
не умеете обращаться?
Ох, Федя, Федя!
И что мне с вами делать,
просто ума не приложу! (смеется)
(звук клаксона)
-Что это ты накупил,
Василий Васильевич?
-Да так, по хозяйству.
-Ну, хорошо, пойдемте, хорошо.
-Я убедилась,
что у меня нет сына.
Я сходила с ума от головной боли,
я искала пирамидон.
И я открыла стол и увидела...
И я увидела фотографию
мальчика,
для которого ты не захотел
стать отцом.
Я прочла письмо этой несчастной,
которую ты обманул.
Игрушечками хочешь отделаться?
Я надеялась, что воспитала
порядочного человека!
Какое счастье, что твой отец
не видел этого позора!
Дай нам пройти!
(шум мотора катера)
-Эй, Василий Васильевич!
Василий Васильевич!
-Галина Сергеевна!
-Я и не подозревала, что вы так
хорошо управляете лодкой.
Влезайте скорей.
-Я как раз думал о вас.
И в это время ваш голос...
-Весьма лестно.
Зачем надо было ради этого
прыгать в воду, я не понимаю.
Теперь вы простудитесь,
понимаете?
Вам нужно срочно переодеться.
-Ничего.
-Скорее к берегу.
-Мне не холодно.
Спасибо.
У меня неприятности.
И я как раз думал,
если встречу вас, все расскажу.
Мне необходимо с вами поделиться.
-Федя, покатайтесь пока.
-Ладно, покатаюсь.
-Я тогда в коридоре совсем как
мальчишка наговорил на себя.
Изобразил перед вами Дон Жуана.
Просто я очень самолюбивый.
А ведь я не знаю даже, как
выглядит Надежда Михайловна.
Должно быть, в Ялте в одно время
со мной отдыхал
другой Чебан Василий Васильевич
и тоже, к несчастью, бухгалтер.
А может, кто-нибудь нарочно
назвался моим именем.
Я не знаю.
-Но ведь вы получаете письма
и деньги посылаете.
-Угу. Как-то так получилось.
Сначала просто не мог
не посочувствовать,
а потом, удивительно даже,
самому уже стало не все равно.
Беспокоишься за мальчика,
думаешь, как он там.
Ну и о ней невольно думаешь,
ведь одна с ребенком.
И знаете, очень гордая.
-Я не понимаю.
Так что же вы...
Это вовсе не ваш ребенок?
-Угу. Маме я... ну не могу
об этом сказать.
Она нашла и письма, и фото,
и про переводы узнала.
В общем...
(смеется)-И вы эту женщину
в глаза не видели?
-Нет.
-Ну вы действительно тихоня!
(смеется)
-Хм!
-В конце концов, я им не чужая.
Пластинка?
Хм!
(поет ребенок)
-Я люблю тебя, жизнь,
Что само по себе и не ново.
Я люблю тебя, жизнь,
Я люблю тебя снова и снова.
Вот уж окна зажглись,
Я шагаю с работы устало,
Я люблю тебя, жизнь...
(стук двери, шаги)
-Это ты, Васенька?
-Да, да.
-Поди сюда.
-Опять Варя.
-Да поди же!
Послушай нашего мальчика.
-Какого мальчика?
-Василечка.
Это одно очарование.
И, должно быть, умница.
Послушай.
(поет ребенок) -В звоне
каждого дня как я счастлив,
что нет мне покоя!
Есть любовь у меня...
-Я ведь хорошо тебя помню
маленьким.
Поверь мне, очень много общего
между вами.
-Это вам показалось.
-Ой, какой ты смешной, Васенька.
Мне-то уж виднее, я хорошо
разглядела снимок Василечка.
Носик - точно, как у тебя.
И глазки.
-Носик! Чепуха какая!
С чего это
он будет на меня похож?
-Вполне естественное сходство
между сыном и отцом.
-Да, конечно.
-Знаешь, судя по письмам,
которые я прочитала...
Васенька, вот,
что я тебе скажу:
эта женщина, я уверена,
что интуиция меня не обманывает,
такая скромная, чистая и,
подумай, такая хорошая мать.
Ну что, ты не находишь?
-Мне трудно об этом судить.
-Ну, подумай, подумай,
как все было бы чудесно.
Василек, ведь он же внук мой.
Я бы с ним возилась,
как с тобой когда-то.
-Замолчите сейчас же.
Я уже не ребенок.
У меня есть личная жизнь.
Не касайтесь ее,
иначе я уйду от вас.
(стук в дверь)
-Да, да, войдите.
-Не помешаю?
-Эдик.
-Здравствуй, Надя.
-Тихо.
Проходи сюда, иди.
Наконец-то появился.
Сколько тебя не было?
-Почти полгода ходили.
Сдали груз в Сингапуре, Сиднее,
потом пошли в Нагасаки,
а там радиограмма: идти в Фриско.
Зафрахтовали нас.
А что с Васильком?
-Говорят, коклюш.
-А-а.
-Чай будешь пить?
-Нет, спасибо.
Надя, я хочу поговорить с тобой.
Нам очень надо поговорить.
-Опять о том же?
-Ну, конечно, об этом.
Ты же знаешь, если столько лет...
Это что-нибудь значит.
-Ой, какой у тебя галстук.
-Надя, ведь я серьезно.
-Не надо, Эдик.
-Послушай, Надюша.
Я ведь сто раз обдумал,
и не за себя только.
Я знаю, ты ко мне хорошо
относишься, правда ведь?
Да и Васильку,
ему же будет лучше.
Я знаю, тебе ведь трудно живется.
-Вот этого ты бы лучше
не говорил, Эдик.
Я живу нормально,
и жалеть меня незачем.
-Ну, прости.
Я все время думаю, чего же еще
не хватает, чтобы ты согласилась.
-Да самой малости, Эдик.
Любви.
Должна быть любовь.
Не сердись.
(музыка)
-Нету, Василий Васильевич.
(звонок) -Вам телеграмма,
Василий Васильевич.
-Спасибо.
Телеграмма!
-Ну, что? Говори сразу!
Плохо или хорошо?
-Мальчик болел,
теперь выздоровел.
-Нет, так больше
не может продолжаться.
Я должна вмешаться!
(голос за кадром)
Дорогая Надежда Михайловна.
Мы с вами никогда не встречались,
но ведь мы не чужие.
Я - мать Василия Васильевича,
и Василек - мой внучек.
Может быть, хотя бы в отпуск
на несколько дней
вы с Васильком приедете
к бабушке?
Не для себя,
не для Василия Васильевича,
а для нашего мальчика и отчасти
для меня вы должны это сделать.
Конечно, вам нелегко решиться,
и все-таки я буду ждать вас.
Приезжайте, я верю, вы
не откажете мне в этой просьбе.
(шум летящего самолета)
-Давай, давай, ниже, так!
Еще, еще! Правее, правее!
Так, давай, давай, еще, еще!
Вы куда?
Придавит - потом отвечай!
Как вы сюда попали?
-Здравствуйте,
я бухгалтер-ревизор
из дирекции объединения.
-Ах, ревизор!
Так вы по нашему письму?
Давайте подъедем, тут не далеко.
Опускай!
-Василий, доешь свое печенье.
-Не хочу.
-Что тебе мама сказала?
-У вас свободно?
Разрешите присесть,
Василий Васильевич?
Какой же вывод, скажите мне?
Какой вы вывод делаете?
Два дня документацию шуровали,
ночь не спали.
Думаете, не знаю?
Мне все известно.
-Василий, не держи за щекой, ешь.
-А я и не держу.
-Ну я же вижу.
-Спасибо.
-Пожалуйста.
-У народа что-то вынюхивали.
Так ведь не зря же?
Вы мне скажите,
какой вы вывод делаете?
-Теперь уже следственные органы
сделают вывод.
-Вась, ты сколько получаешь?
Да я и сам знаю, сколько.
Теперь клади:
мамаша на иждивении - раз,
ничто человеческое тебе
не чуждо - два,
на пацана посылаешь - три.
Расходы!
Вась, сделай формулировочку
в акте.
А я тебе как другу,
наличными из рук в руки.
-Извините.
Первый раз в жизни такое.
-Ну что вы, успокойтесь.
(детский смех)
-Можно я вам помогу?
(музыка)
-Ну, вставай, Василек, приехали.
Пойдем, поищем бабушку.
Наверное, бабушка уже ждет нас.
Скажите, дом 17 по Комсомольской
далеко отсюда?
-Нет.
Да, недалеко, да.
-Дядя, вы здесь живете?
-А?
Нет.
Да, в этом городе.
-А какие игрушки у вас есть?
А у меня, знаете, что есть?
Игра такая: вверх-вниз,
вверх-вниз.
А еще такая лягушка у меня есть.
Тетя Раечка
в детском саду подарила.
За веревочку дергаешь,
и она, знаете, как прыгает?
Один раз она маме
на прическу как прыгнула!
А еще знаете...
-А!
-Извините,
я должен бежать - дела.
Вот звонок.
-Спасибо, до свидания.
(звонок)
-Василек!
-А мне тетя Раечка велела
ноги вытирать.
-О, Василий Васильевич,
вам звонили.
-Кто?
-Ну, конечно, ваша мама.
-Осип Ильич,
как только он появится,
я прошу вас, отпустите его домой.
(детский и взрослый смех)
-А, Василий Васильевич, о вас
беспокоилась Раиса Петровна.
Позвоните ей.
-Угу.
-Раиса Петровна, не волнуйтесь,
он уже здесь, я ему все передал.
(музыка)
-Мама, это я.
Подождите,
только не перебивайте меня.
Надежда Михайловна ни в коем
случае не должна меня видеть.
Это главное.
Нет, я очень рад, что она
приехала, я просто счастлив.
Но я думаю, что если она...
Впрочем,
я потом вам когда-нибудь объясню.
Где я? У се...
В командировке, да, я уехал.
Нет, меня нет здесь.
-Я ничего не поняла, Васенька.
Хорошо, хорошо, хорошо.
(беспорядочные звуки пианино)
-Василек , перестань.
-Мы тебя с ужином подождем.
Конечно, Васенька.
Наденька,
я убегу на несколько минуточек.
Располагайтесь, располагайтесь.
Будьте как дома.
Василечек!
-Оп, оп, опа!
Спасибо, друг.
А, это вы.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Василий Васильевич!
-Здравствуйте.
-А что это у вас?
-Да так, пустяки.
Новую мебель купили?
-Да, я ведь переезжаю в Липканы
главным технологом.
-Это хорошо.
Как? Вы уезжаете?
-Да.
-Ну, желаю вам всего самого
лучшего на новом месте.
-Спасибо.
И вам тоже.
Во всем.
-Васенька, подожди!
Вася! Васенька, куда ты?!
Этого я от него не ожидала.
Он трус!
-Мама, кто это, кто?
-Это Чехов.
-Да? Чехов?
А это кто?
-Наверное, Маяковский.
-Маяковский.
Мама, а это кто?
-Разве ты не узнаешь этого дядю?
-Нет.
-Мы же с ним ехали в автобусе.
-Не ехали! Не ехали! Не ехали!
(про себя) -Боже мой! Что это?
Куда я приехала?
(музыка)
Чебан В.В.
Чужие люди. Совсем чужие.
-А к кому это лошадка прискакала?
Вот как скачет, вот как скачет!
Вот как скачет.
-Скажите, автобус на Кишинев
давно ушел?
-Опоздали вы, недавно последний
автобус уехал.
Но утречком будет,
обязательно будет.
-Утречком!
Что же мне делать?
До утра ждать?
-А если спешите,
то на шоссейку подайтесь.
Так кто-то подхватит,
непременно подхватит.
Люди у нас добрые.
Тут недалеко.
Пройдите прямо, а затем налево.
-Спасибо, пойдем.
(шум мотора машины)
-Куда вы?
(музыка)
Сейчас опять польет.
-Женщина с ребенком,
оскорбленная!
Она уходит!
Куда она могла пойти?
И где он? Куда вы его отправили,
Осип Ильич?!
-Раиса Петровна, Раиса Петровна,
послушайте, послушайте!
Вам нельзя так волноваться!
Ну поверьте моему жизненному
опыту.
Так или иначе, все устроится!
Устроится!
А пока что примите какое-нибудь
успокоительное лекарство.
Лекарство...
-Капли.
-Капли.
Это поможет?
-Какие капли?
Перестаньте!
Принимайте сами!
Они идут, они идут.
-Бабушка!
-Василечек!
У ребенка промокли ноги!
-Промокли ноги!
-Они сразу уснули.
Она прелестна, Вася.
И если я как-то стала понимать
то, что произошло в Ялте...
Это безумное увлечение...
-О чем вы, мама?
-Ну перестань.
Я говорю о вашем романе.
То все дальнейшее твое поведение
- загадка для меня.
-Вы же знаете,
не без странностей.
-Ну, знаешь, пора бы уже тебе
от них избавиться.
Ведь ты - отец.
Что касается меня, то Василька
от себя я никуда не отпущу.
-Еще ничего ведь не известно.
А что еще скажет
Надежда Михайловна?
(музыка)