Хроники Анны Магдалены Бах (1968 год). Фразы и цитаты из фильма

Chronik der Anna Magdalena Bach (1968)

Все фразы и цитаты

Он был капельмейстером,
главным исполнителем камерной
музыки при дворе Анхальт-Кетена.
Мой отец был трубачом
при вейсенфельском дворе,
а брат - при анхальт-цербском,
где я иногда пела.
Вскоре меня в качестве певицы
тоже пригласили в Анхальт-Кетен.
Его жена умерла годом раньше,
от их женитьбы остались
три сына и дочь.
Для Фридемана, одного из сыновей,
он начал создавать нотную тетрадь,
из которой в дальнейшем
получились две работы
для развития музыкальных
навыков с самой юности.
Вскоре он создал нотную
тетрадь и для меня.
У него был герцог, и оба они
любили и знали музыку,
он собирался провести так
всю жизнь до последнего дня.
Но Его Светлость должен был
жениться на избраннице из Бернбурга,
и казалось, что его музыкальная
склонность начала блекнуть,
тем более, что жена его
оказалась немузыкальной.
Тогда Господь пожелал, чтобы его
призвали в Лейпциг
в качестве музыкального директора
и преподавателя в церкви Святого Фомы,
хотя это и не казалось
особенно подходящим
после должности капельмейстера.
По этой причине его нерешительность
растянулась на четверть года.
С самой юности он был движим
сильным желанием
услышать как можно больше
хороших органистов, так что
из Люнебурга, где он учился в школе,
он часто отправлялся пешком в Гамбург.
Еще не достигнув 18 лет,
он был приглашен органистом
в Новую Церковь Арнштадта.
Оттуда он однажды, также пешком,
отлучился в Любек,
чтобы услышать игру знаменитого
органиста Дитриха Букстехуде.
После его пригласили играть на
органе в Мюльхаузен;
затем - органистом при дворе Веймара,
где удовольствие, которое герцог
получал от его игры, побудило
его сделать все возможное в
искусстве исполнения органной музыки.
Также он досконально изучил
устройство органа и
однажды был приглашен в
Лейпцигский Университет,
чтобы проверить новый орган
церкви Святого Павла.
Но будучи кантором, он не
мог выполнять обязанности органиста.
Он являлся старшим преподавателем
в школе Святого Фомы после
ректора и проректора.
Так как ученики школы пели
в четырех церквях города,

он прикладывал все возможные
усилия, чтобы мальчики,
способные петь, были этому
прекрасно обучены.
В Новую Церковь и церковь
Святого Петра приходили
ученики, умеющие петь только
хоралы и мотеты;
в две же главные церкви,
Святого Фомы и Святого Николы, -
те, что были подкованы и в
других видах музыки.
Он заведовал органистами,
исполнителями на духовых
и скрипачами,
работавшими с мальчиками,
и должен был исполнять с ними
концертную музыку
для богослужений каждое воскресенье,
кроме трех последних воскресений
поста и Великого Поста.
Рождество, Пасха и Троица
праздновались три дня,
и музыка, звучавшая на утреннем
богослужении в одной церкви,
в другой исполнялась на вечерне.
То же самое происходило на
Новый Год, Богоявление, Вознесение,
Михайлов день, день реформации,
праздники, связанные Богоматерью,
обновления городского совета.
Кроме этого - исполнение "Страстей
по Иоанну" в страстную пятницу,
иногда - Kyrie, Gloria (части
мессы си минор) и Sanctus,
и католические гимны на Рождество.
Смерть вскоре унесла нашего
первенца, Христиану Софию Генриетту,
и Христиана Готтлиба,
нашего второго сына.
У меня была новая нотная тетрадь,
которую Себастьян начал писать
для меня, начав с двух сюит.
В следующем году,
на Михайлов день,
у него уже была такая сюита,
выгравированная на меди
в качестве первой партиты
для практики игры на органе.
Это первое произведение,
которое было напечатано.
Он ежегодно публиковал по
партите, вплоть до пятой,
которую он объединил с шестой
в Opus I.
Вскоре студенты предложили
ему сочинить музыку для
для университетских празднеств.
Парой лет позже он стал
руководителем Музыкальной Коллегии -
светского ансамбля, основанного
в Лейпциге герром Телеманом.
Но когда учащийся фон Кирхбах
предложил ему вместе сочинить
музыку к похоронам королевы,
управитель богослужением
в университетской церкви
заявил свой протест университету,
и им ничего не оставалось,
кроме как позволить Себастьяну
создавать музыку "одному, как обычно".
Годом позже в Кетене умер герцог,
и я помогала с реквиемом,
сочиненным и представленным
действующим капельмейстером.
Три недели спустя Себастьян
представил в Лейпциге
"Страсти по Матфею".
Это произошло на страстной пятнице
во время вечерни в церкви Св. Фомы.
- Этот преподаватель
не только ничего не делает,
но даже не соизволит объясниться.
Он не проводит уроков пения,
существуют и другие претензии.
Необходимы изменения, иначе все
может принять нежелательный оборот.
- Совершенно согласен с вами.
"Хорошо известно, что мои
предшественники Шелл и Кунау
пользовались помощью студентов,
когда хотели создать полнозвучную,
многоголосную музыку.
Некоторые певцы - например, басы
и тенора, даже альты
очень хороши в качестве
исполнителей - особенно, два скрипача,
которые были отмечены специальными
стипендиями благороднейшего Совета,
они оживили мелодию, придали
могущество церковной музыке.
Начиная с нынешних дней, состояние
музыкального искусства сильно
отличается от того, что было прежде.
вкус удивления достойно изменился,
поскольку и музыка в своем прежнем,
виде для нашего слуха более не звучит
и тем самым нуждается в значительной
помощи, дабы возможно подобрать
и назначить таких исполнителей,
которые бы удовлетворяли теперешнему
музыкальному вкусу и справлялись бы
с новыми видами музыки,
чем удовлетворяли бы
композитора и его работы.
К тому же доходы до сих пор,
скорее, возрастали нежели падали.
В любом случае, замечательно,
что можно ожидать
от немецких музыкантов
способности исполнять
любые виды музыки
из Италии, Франции,
Англии или Польши
так виртуозно, словно те,
для кого музыка была написана,
как те, что знают ее наизусть
и, кроме того, получают неплохую
награду за их труды.
Награда не единственное соображение,
но при ее наличии они
перестают беспокоиться,
а ведь многие люди, волнующиеся
о куске хлеба,
не могут думать о совершенствовании.
Один из них съездил в Дрезден
и посмотрел, как Его Величество
награждает своих музыкантов.
Все беспокойство о средствах
сразу же исчезло.
Огорчения не осталось и следа.
У каждого есть лишь один инструмент,
которым он может овладеть.
И игра должна быть превосходна".
Затем он написал другу,
который тем временем стал представителем
Российской Империи в Данциге:
"Итак, по Божьей воле,
я все еще живу здесь.
"Но, во-первых, эта служба
далеко не такая значительная,
"какой была мне описана;
во-вторых, возникло множество
непредвиденный трат;
в третьих, это очень дорогое место;
и, в-четвертых, власти очень странно
и недостаточно серьезно относятся к музыке.
Так как мне приходится жить
среди зависти и преследований,
я, с Божьей помощью, собираюсь
попытать счастья где-нибудь еще.
Не могли бы Ваша Честь найти
подходящее место для старого
и преданного слуги?
Я смиренно умоляю дать
любезные рекомендации для меня.
Я не разочарую вас,
полностью посвятив себя работе.
В настоящий момент мой доход
составляет около 700 талеров,
и если усопших больше, чем обычно,
то доход пропорционально возрастает;
ну а если погода отличная, он падает,
в прошлом году мне выплатили
немногим более 100 талеров.
В Тюрингии мне хватало
и четырехсот,
но здесь это невозможно
из-за очень высокой цены жилья"
У него было много друзей в Дрездене,
и они часто ездили туда
вместе с Фридеманном.
Фридеманна вскоре пригласили
органистом в церковь Св. Софии,
где его отец прежде давал
органный концерт.
Себастьяна пригласили
проверить и опробовать
новый орган в Касселе и
он взял меня с собой.
Мы только что потеряли 1,5-летнюю
Кристину Доротею,
вскоре смерть унесла четырехлетнюю
Реджину Иоганну и маленького
Иоганна Августа Абрахама
через два дня после рождения.
В Дрездене умер курфюрст,
и Себастьян посвятил новому
Высокую Мессу, состоящую из
Kyrie ("Господи") и Gloria("Слава").
"В течение нескольких лет и
по эти дни я являюсь
"музыкальным директором для
обеих главных церквей Лейпцига,
но постоянно страдаю от
различных нарушений, равно как
и от уменьшения зарплаты.
Все эти неприятности мгновенно
исчезли бы, если бы Ваше Высочество
были так добры, что дали бы мне
возглавить капеллу Его Высочества
и закрепили назначение
соответствующим указом.
Такое любезное назначение
вызвало бы мое высочайшее почтение.
Я к услугам Вашего Высочества
и готов показать усердие в сочинении
как церковной, так и оркестровой музыки,
употребляя на это все свои умения."
И в следующие месяцы
он сыграл множество
"Dramata per musica" и кантат
во славу этого знатного дома.
И когда курфюрст с женой
благословили Лейпциг
своим присутствием
в годовщину избрания Его Величества
Королем Польши и Великим Герцогом Литвы,
студенты продемонстрировали верность
с помощью музыкального вечера.
На Рождество того же года
он создал ораторию в шести частях
и еще одну ораторию на Вознесение.
- Ректор приказал первому префекту Киттлеру
*префект - лучший ученик, дирижер хоров
перейти в управление вторым хором
и оставить меня обучать этого Краузе,
которого он хочет мне навязать
в качестве старшего ученика.
Это в высшей степени несправедливо.
Я не могу позволить этому случиться,
поскольку музыкальные отрывки,
исполняемые первым хором (по
большей части, моего сочинения),
несравнимо труднее и композиционно
сложнее тех, что представляет
второй хор.
Я прошу вашей защиты и помощи.
- Уйдите!
- Я действую по поручению
герра суперинтенданта.
- Я навел справки у супериндентанта.
Он не давал вам никаких инструкций;
Я рассказал ему обо всем.
Он согласился с тем, что
я приказал. Кантору следует
подчиняться решениям ректора,
поэтому все останется,
как было назначено.
- Меня все это не волнует.
Затем ректор дал знать ученикам,
что под угрозой порицания и отчисления
никто не должен петь или дирижировать
исполнением мотета вместо Краузе.
Так что на утренней проповеди
к великому разочарованию Себастьяна
никто (из-за страха) не стал петь,
не говоря уже о дирижировании мотетом.
На той неделе Себастьян
находился под контролем школы.
- Киттлер, почему вы этим
утром не с первым хором?
- Герр ректор сказал...
- Вон!
Он тщетно искал помощи Совета.
Он не мог избавиться от Краузе.
Но в том году король наконец присвоил
ему титул придворного композитора.
Тремя днями спустя он дал
великолепный концерт
на новом органе в церкви
Богоматери в Дрездене
в присутствии многих членов
придворной капеллы,
художников и других придворных,
которые с восхищением слушали его.
После того, как Краузе окончил обучение,
он тщетно написал королю,
умоляя того указать городскому совету
защитить кантора в его праве
выбирать хоровых префектов
консисторию всемилостивейше приказать,
чтобы ректор попросил прощение
за нанесенное оскорбление,
суперинтенданту же приказал при всех
загладить дело так, чтобы
ученики оказывали должное уважение
и послушание.
Канцелярия курфюрста рассматривает
жалобу и делает надлежащее
распоряжение потребовать от
суперинтенданта и Совета необходимых
действий в течение двух недель.
- Это также называется
"непрерывный бас",
или, обращаясь к итальянскому,
basso continuo,
поскольку линия баса продолжается
в то время, как другие голоса
делают паузы;
хотя в наши дни бас также
слишком часто делает паузы,
особенно в произведениях,
исполняемых артистически.
Для большей ясности:
главная басовая линия - это основа,
играемая обеими руками.
Левая рука исполняет ноты,
нисходящие вниз...
а правая выстраивает благозвучные
и диссонирующие сочетания от них.
Обе эти линии сливаются в
благозвучную гармонию
во славу Господа и
удовольствие для души.
Как и любая музыка, окончание (и
завершение басовой линии)
должно восславлять Господа
и возрождение души.
Если же этого не происходит, то
получившаяся музыка - просто
дьявольское бульканье.
Все его ученики могли впоследствии
с пользой служить Господу и отечеству.
Так что он искал возможности
повысить благосостояние своих детей.
Фридемана из Дрездена
пригласили в Галле
на должность музыкального директора
и органиста, за ним закрепился пост отца.
Эмануэль же некоторое время учился
и жил во Франкфурте-на-Одере,
а вскоре встал музыкантом и
аккомпаниатором короля Пруссии.
Бертхардт, которому не исполнилось
еще и двадцати лет,
был допущен к испытаниям на должность
органиста в Мюльхаузене.
но Берхардт покинул город, не
пробыв в нем и двух лет,
так что его отцу пришлось
не только давать объяснения
его отсутствию на месте,
но и раздать несколько дукатов
за долги сына.
После этого Себастьян помог
ему устроиться в Зангерхаузен
в надежде на то, что более
спокойный ритм жизни и
внимательный патрон направят
заблудшего сына по верному пути.
Однако вскоре ему пришлось
с прискорбием узнать, что
Бернард снова покинул
место и пропал на долгое время,
ничего не давая о себе знать.
Так как ни замечания, ни заботы
не могли ничем помочь,
Себастьян решил терпеливо
нести свой крест,
оставив сына на милость божью
и не сомневаясь, что бог
услышит его горестные молитвы
и направит сына на
правильную стезю.
Но Бернард внезапно умер в Иене,
где был зачислен на
юридический факультет
и проживал вместе с Иоганном
Николасом Бахом, старейшим из
всех живущих Бахов.
В том же году Себастьян опубликовал
третью часть своей клавирной практики,
состоящей из разнообразных
прелюдий для органа.
Вторую часть, включающую в себя
Итальянский концерт и французскую
увертюру, он опубликовал
четырьмя годами ранее.
В те времена в доме появился
кузен, Иоганн Элиас Бах.
Он был зачислен на теологическое
отделение университета
и получал поддержку от Себастьяна
в своем музыкальном развитии.
Себастьян препоручил ему (с
соответствующими инструкциями)
заботу о моих трех сыновьях...
Также кузену было доверено
подготовить их к причастию.
Он написал своей сестре и матери,
чтобы они прислали мне несколько
саженцев желтых гвоздик,
ведь знал, что я - большая
любительница садоводства.
Когда Себастьян однажды
написал мне о том, что
видел у дома кантора в Халле
канарейку, великолепно обученную
пению, наш кузен написал
кантору, чтобы тот позволил мне
приобрести певицу за небольшую плату.
В то время я внезапно тяжело заболела,
пока Себастьян был в Берлине,
и существовала возможность перехода
болезни в опасную стадию.
Поэтому наш кузен был вынужден
написать Себастьяну и прервать
его дела просьбой
ускорить свое путешествие.
его дела просьбой
ускорить свое путешествие.
После его возвращения были
выгравированы оттиски
третьей части "Упражнений для
клавира" - ария с тридцатью вариациями,
сочиненными им на сарабанду
из моей нотной тетради.
Кейзерлингк, посол его
Русского Императорского Величества
при дворе Дрездена, был весьма
впечатлен игрой Себастьяна,
так что попросил его написать
несколько клавирных пьес для
своего домашнего музыканта, игравшего
послу во время бессонных ночей.
Когда же Себастьян сочинил
эти вариации,
*Гольдберговские вариации
посол наградил его золотым кубком,
наполненном ста золотыми луидорами.
Вице-ректор покончил жизнь самоубийством.
Он повесился около домика пастора,
недалеко от сада Вагнера,
и пришел таким образом к
устрашающему концу.
В последние годы он исполнял
некоторые из ранних сочинений.
У Эмануэля уже был наследник,
родившийся во время прусского вторжения.
Себастьян вместе с Фридеманом
отправился в Берлин;
король Пруссии Фридрих II
несколько раз спрашивал, не
собирается ли Себастьян посетить
их места, и он уехал в Потсдам.
Его Величество напел ему
тему для фуги, которую он тут же,
к удовольствию Его Величества,
моментально развил.
На следующий день Себастьян показал
свое искусство игры в Церкви Св. Духа.
Вечером же Его Величество пожелал
услышать фугу на шесть голосов,
которую он тут же сочинил,
к удивлению короля и
присутствующих музыкантов.
Эмануэль показал ему новый
оперный театр в Берлине
и его огромный концертный холл.
Он нашел, что архитектор с большим
мастерством проделал изящный ход.
Если кто-то в одном углу здания
произносил шепотом несколько слов,
повернувшись к стене,
то в другом углу эти слова
прекрасно были слышны.
Но в других местах зала нельзя
было расслышать ни звука.
Будучи в Потсдаме, он заметил,
что несмотря на представленный
труд, его игра не удовлетворяла
заданным Его Величеством условиям.
Он решил взять тему, данную
ему королем и более полно
ее обработать, чтобы сделать
известной всему миру.
После своего возвращения он написал
трех- и шести-частные каноны
и трио для чембало, скрипки и флейты
с некоторыми другими отрывками
королевской темы,
отправил ноты граверу
и посвятил их королю как
"Музыкальное приношение".
На свое вступление в Общество
Музыкальных наук Лейпцига
он написал несколько вариаций
на рождественскую песнь, которые
также были выгравированы и изданы.
- Папа! Папа! Прибыл бочонок
молодого вина из Швайнфурта,
подарок от кузена Элиаса!
Расстояние между городами, в которых
мы находились, не позволяло навещать
друг друга, иначе Себастьян
пригласил бы нашего кузена из Швайнфурта
на свадьбу нашей дочери Лизхен
с новым органистом Наумбурга,
герром Альтниколем.
Так как неудобное время года не
позволяло нашему кузену присутствовать,
Себастьян попросил его
присматривать за детьми.
Трое наших самых младших детей
все еще находились дома...
То же касается и незамужней
дочери Себастьяна
и нашего старшего сына, Готфрида
Генриха, чей гений не раскрылся.
Наш восемнадцатилетний сын,
Иоганн Кристоф Фридрих,
поступил в Шаумбург-Липпскую
капеллу в Букебурге за несколько
недель до смерти Себастьяна.
Для мессы, посвященной королю Августу,
Себастьян сочинил замечательное Credo.
* Credo - "Верую"
Он добавил в нее написанный
ранее Sanctus ("Свят")
...и дополнительно написал
Оsanna, Benedictus, Agnus Dei,
и Dona nobis pacem.("Дай нам мир")
Он начал новую сборку
великолепных хоралов для органа
и продолжал работать над
"Искусством фуги",
показывающей, чего можно
достичь в этой области.
Но он смог только подготовить
одну часть - концовка великой
фуги была прервана настигшей
болезнью глаз.
Он хотел избавиться от болезни
с помощью операции,
но операции повторялись -
и терпели неудачу,
поэтому в течение четырех
месяцев он был слеп.
Будучи слепым, он диктовал
мелодию органного хорала
"Когда мы в великой нужде".
Она была записана под заголовком
"Вот предстаю перед Твоим троном",
который исполнялся
на ту же мелодию.
Внезапно на короткое время
его глазам стало лучше, -
настолько, что в течение дня
он снова мог видеть
и выдерживать свет.
Но всего через несколько часов
у него случился апоплексический
удар, сопровождавшийся лихорадкой,
и, несмотря на все возможные
старания двух лучших докторов,
одним вечером он отошел,
спокойно и благословенно.
 

////////////////////////////