Человек посередине (1964 год). Фразы и цитаты из фильма

Man in the Middle (1964)

Все фразы и цитаты

КЭМП БАХРИ
ОТДАЛЕННАЯ БАЗА СНАБЖЕНИЯ
ОБЪЕДИНЕННОЕ
АМЕРИКАНО-БРИТАНСКОЕ КОМАНДОВАНИЕ
ИНДИЯ, 1944
Держи чашку чая.
Спасибо, дружище.
"Противник организовал опорные пункты..."
Давай. Давай.
Восемь. Давай восемь. Давай, восьмерочка.
Шесть.
"Сегодня на протяжении двух
часов союзные самолеты..."
"...Так что не унывайте, парни.
Возможно вы увидите очертания
Нью-Йорка раньше, чем думаете.
На этом всё. Мы вернемся
в эфир рано утром".
ЧЕЛОВЕК ПОСЕРЕДИНЕ
Подполковник Адамс?
Добро пожаловать в Индию, сэр.
Капитан Гантер, отдел
по связям с общественностью.
Капитан.
Генерал Кемптон попросил
встретить вас. Как поездка?
Неплохо, пока меня
не засунули в этот ящик в Коломбо.
Здесь немного спокойнее,
чем в Нормандии, сэр.
- Ваш багаж, сэр?
- Я позабочусь о всех формальностях.
Генерал Кемптон хотел бы встретиться
с вами как можно быстрее.
Это капрал Бакстер.
Он будет вашим водителем.
Капрал.
У вас всех так принимают?
Стараемся угодить, подполковник.
Стараемся угодить.
Капитан.
Сколько за это?
В последний раз говорю,
бритт, если хочешь
настоящего антиквариата,
покупай свой антиквариат.
Не учи меня жизни, янки.
Я купил эту штуку,
я собираюсь заплатить за нее.
Тебе придется многому научиться, бриташка.
Прекратить! Отставить!
У нас тут собственная война, сэр.
Хватит, парни! Прекратить!
Сержант!
Убрать этих клоунов отсюда. Живо!
Есть, сэр.
Ладно, поехали.
Подполковник Адамс?
Генерал скоро вас примет.
Хорошо.
Как дела в Европе?
Ну, с моей точки наблюдения -
госпиталь Короля Георга Пятого, Лутон,
Бедфордшир, Англия -
отлично.
Я уже известил генерала Каннингэма
о причинах месячной отсрочки.
Я осведомлен об этом, сэр.
Можете передать генералу мое обещание,
что мы распутаем это дело на неделе.
Военный трибунал состоится в понедельник.
Уинстон, без сомнения, будет повешен.
Джентльмены.
Барни! Барни, старина!
Господи, где тот тощий
младший лейтенант,
которого я оставил в Форте Брэгг?
Что это?
Это то, что делает с вами
восемь месяцев госпиталя.
Как нога? Да, Джонни, мне нужны те цифры.
- Заходи.
- Сэр. Сэр?
Это срочно, майор? Поговорим когда я
закончу с подполковником Адамсом. Окей?
Садись, Барни. Что слышно о твоем отце?
- Все еще работает в поте лица, сэр.
- Не сомневаюсь.
Генерал Адамс. Не могу
представить его на пенсии.
Да.
Вы не так меня поняли, полковник.
Я не предлагал пополнение, а приказывал.
Знаешь, Барни, я надеялся,
что к этому времени ты будешь полковником.
Я тоже, сэр. Наверно надо было
ползать в ногах, а не в окопах.
Садись, Барни. У меня есть задание
для тебя как раз по твоей части.
Мы хотим извлечь пользу из твоего
юридического образования.
Юридического образования?
Я не брал в руки законов со времен
военно-юридической службы.
- Это было 14... 15 лет назад.
- Перестань.
Ты был одним из лучших
по юриспруденции в Вест-Поинте.
На следующей неделе у нас важный
трибунал. Мне нужна твоя помощь.
Ну...
- Это срочно, Джонни?
- Да, сэр.
Сразу выложу тебе факты.
Есть база снабжения Бахри
в милях 50 отсюда.
Месяц назад старший сержант
британской армии Альфред Куин
был убит младшим лейтенантом
американской армии Чарльзом Уинстоном.
Это я оставлю для совещания, Джонни.
Куин был безоружен.
Уинстон застрелил его в упор.
На глазах у 11 свидетелей.
Он сознался.
Спасибо, Джонни.
Это все факты.
Я готов к любому поручению, генерал.
Объясню, почему это дело
настолько важно, Барни.
Мы делим ответственность
за этот театр с британцами.
Не секрет, что это сотрудничество
не проходит в атмосфере братской любви.
- Я уже заметил.
- 11 свидетелей, Барни.
Мы не смогли замять дело. Удар
по боевому духу был сокрушительным.
Я запретил увольнительные,
установил комендантский час.
Но целую армию запереть невозможно.
Каждый выход в город заканчивается
уличной дракой.
Барни, этот театр - плацдарм для
широкомасштабного наступления.
Я и сам еще не знаю,
когда именно оно начнется.
Но когда оно начнется, я хочу чтобы
мы дрались с врагом, а не друг с другом.
Поэтому во благо театра,
коалиции и всей войны,
лейтенанта Уинстона надо судить,
признать виновным и повесить.
Я с вами, генерал. Я с радостью
возглавлю обвинение.
Ты мне нужен не для обвинения,
а для защиты.
Но если он и так виновен...
Совещание начштабов через пять минут, сэр.
Уже иду, Джонни.
Он виновен, и армии нужен
обвинительный приговор,
но он должен быть без слабых мест.
Мне нужна качественная, умная
и внушающая доверие защита.
Думаю, это не сложно, сэр. Разве в
военно-юридической службе нет никого?
Мне не нужны эти гражданские
юристы-приспособленцы.
Я военный. Мне нужен военный человек.
Это важный трибунал.
Мне нужно качественное обвинение
и защита. Мне нужен ты, Барни.
- Ты со мной?
- Когда начинать, сэр?
В два у тебя встреча с начальником
военно-юридической службы.
А у меня встреча прямо сейчас.
Рад был тебя увидеть, Барни. Будешь
писать отцу - передавай привет.
Сэр...
Не сейчас, майор.
Я ушел пять минут назад.
Подполковник Адамс.
Рад с вами познакомиться.
- Полковник Томпсон.
- Присаживайтесь.
У вас отличные рекомендации.
Я видел ваше личное дело.
Сразу захотелось затребовать
вас в свою службу.
После суда вы можете изменить
свое мнение, полковник.
У нас здесь весьма
неплохой персонал.
Судебный офицер - майор Фрэд
Смит. Хороший парень.
11 лет в "Уиллистен, Гуди и Ханейсит".
- Знаете эту фирму?
- Нет, но я видел фильм.
Полковник, я никогда не практиковал
гражданские законы. Как и военные.
Зато у вас орденские планки. Идет война.
"Уиллистен, Гуди и Ханейсит" это ерунда.
А вот "Пурпурное сердце" и
"Серебряная звезда" - не ерунда.
Вы могли бы пригодиться мне
в качестве судебного офицера.
Насколько я понял, кто будет обвинять,
а кто защищать - не так важно.
В плане обвинительного
приговора - вы правы.
Слишком много пересудов о том, что Уинстона
повесят потому, что британцы хотят этого.
Конечно, они хотят. Они имеют на это право.
Конечно, это важно.
Единство театра - это важно.
Но важнее всего тот факт,
что этот человек - убийца,
и он умрет потому,
что убийство непростительно.
Верно?
- Ну, я ведь адвокат защиты.
- В самом деле, сэр.
И я рассчитываю, что вы
хорошенько изучите дело.
Ваш клиент ждет вас. Познакомьтесь с ним.
Помните, что я всегда в вашем распоряжении.
Можете смело использовать наш
отдел по вашему усмотрению.
Помните, Барни, мы расхлебываем
это уже несколько недель.
Сейчас мы хотим только покончить
с этим и начать с чистого листа,
чтобы мир мог посмотреть
на это дело и сказать:
"Вот что такое надлежащая
законная процедура".
Вы играете в гольф? У британцев
неплохой гольф-клуб.
Моя фамилия Адамс.
Меня назначили вашим защитником.
Встать, Уинстон.
Послушайте, я здесь чтобы помочь вам.
Надо же!
Серебряная звезда.
Пурпурное сердце.
Важная шишка.
За мою защиту вы не получите
медалей, подполковник.
Медали или нет, но вы согласились
иметь меня в качестве защитника.
Я бы согласился и на гориллу,
подполковник.
Слушайте, Уинстон, у меня четыре
дня для подготовки к суду.
Мне нужно еще встретиться с кучей
людей и прочитать кипы бумаг.
Поэтому когда я вхожу сюда -
вы выключаете свой сарказм.
Когда я задаю вопрос -
вы отвечаете. Ясно?
Вы действительно хотите
помочь мне?
Я здесь именно для этого.
Каждое утро, когда мне приносят завтрак,
я прошу у них ржаной хлеб.
А они приносят мне пшеничный.
Вы можете что-нибудь
поделать с этим, подполковник?
Вы отличный комик, Уинстон.
К сожалению, у меня нет чувства юмора.
ОФИЦЕРСКИЙ КЛУБ
Рад вас видеть, подполковник.
Как вам квартира?
Отлично. Спасибо.
Места для работы достаточно?
Я могу организовать вам кабинет.
Нет, сойдет. Спасибо.
Кейт Даврэ.
Наполовину француженка,
наполовину китаянка, не замужем.
Что еще интересует?
- Барни Адамс?
- Да.
Фрэд Смит. Противоположный угол.
- Прошу прощения.
- Как это?
Мы встречаемся в понедельник.
Я обвинитель.
Слышал, вы намереваетесь
серьезно взяться за дело.
Надеюсь.
Вы уже виделись со своим клиентом?
И кто допустил его в армию?
Моряки?
Неплохо! Ладно, встретимся в окопах.
- Прошу прощения.
- Вы хоть смотрите, куда идете?
Кажется, нас не представили.
- Давайте пропустим формальности.
- И я очень рад встрече.
Хотя не помешает убедиться,
что наш уважаемый союзник
оставил свой револьвер дома.
Почему бы вам не пойти в койку?
Прошу прощения, подполковник.
Я позабочусь о нем.
Идем, дурак ты эдакий.
- Пятно останется?
- Нет, все в порядке.
- Не беспокойтесь. Вы простите меня?
- Конечно.
Она из Марселя, можете легко
заинтересовать ее новостями из Европы.
Я подумаю.
В баре можно найти
настоящую выпивку.
Капитан, это лучшее предложение из
тех, что я услышал здесь. Идемте.
Да?
Доброе утро, сэр! Лейтенант Харви
Бендер. Это лейтенант Оскар Морс.
Ваши помощники, сэр. Для нас честь
быть назначенными на это дело.
Я взял на себя смелость
заказать вам завтрак, сэр.
Надеюсь, мы не слишком рано.
Вы кажется хотели начать пораньше.
И вам доброе утро.
Мы оба знакомы с процедурой военного
трибунала. Мы были юристами в Нью-Йорке.
Я работал в "Дженерал Меркантайл",
Оскар в "Пич, Спенс и Ричмонд".
Как насчет "Уиллистен, Гуди и Ханейсит"?
Мы уже готовы приступить.
Назначайте часы - и мы будем работать.
Помнишь дело
"Армия против капрала Фредерика"?
Мы работали над ним 48 часов подряд.
Вряд ли этом будет необходимость.
Мы подумывали попросить
отложить рассмотрение дела.
Мне дали понять, что армия не желает
более тянуть. У нас три дня.
Вы же знаете, что это дело
вызвало серьезное брожение.
- Но это неразумно.
- Это военная необходимость.
У нас тут список офицеров,
назначенных судьями, сэр.
Мы подумали, будет полезно
пройтись по нему.
Суд из 10 офицеров,
председатель еще не назначен.
Военный юрист полковник Мэйберт.
Полковник Мэйберт чтит закон.
На него можно положиться.
Полковник Келли. Кадровый
военный. Разумный человек.
- Полковник Харди.
- Судья Харди.
- Что он сказал?
- Он похож на персонажа сериала.
Он был судьей в Элизабэт, Нью-Джерси.
Сэр, эту беседу можно
считать конфиденциальной?
- Мы можем говорить откровенно?
- Конечно. Валяйте.
Полковник Бернсайд. Южанин.
Прекрасные манеры. Сговорчив.
Только... не слишком сообразителен.
Ты согласен, Оскар?
- Птичьи мозги.
- Подходящее определение, сэр.
Он будет соглашаться с вами,
с обвинением,
но, в конце концов, примет
сторону председателя.
Думаю, достаточно, джентльмены.
Мы... обсудим все это прямо перед судом.
Просто мы пытаемся объяснить,
кто за нас, а кто против.
Что насчет отвода судей?
У нас есть список запасных.
Хотите пройтись?
Я не собираюсь пользоваться правом отвода.
Боюсь, я не понял вас, подполковник.
Я не собираюсь менять состав суда.
Чтобы отвести офицера,
нужно привести причину. Так?
Да, сэр.
Вы гражданские юристы.
Потом вы вернетесь в свои фирмы.
А я зарабатываю на хлеб
в армии, джентльмены.
Хотите чтобы я дал отвод старшему
офицеру по причине его птичьих мозгов?
Вы уже говорили с Уинстоном?
Нет, сэр.
С ним трудно общаться.
Комиссия по освидетельствованию признала
его вменяемым и готовым предстать перед судом.
Пожалуй, похромаю-ка я в госпиталь.
Поговорю с кем-нибудь из тех докторов,
может пойму как достучаться до него.
Вы должны учесть, подполковник,
что у меня 1200 пациентов.
Не только болезни - холера,
малярия, дизентерия.
Я основной эвакогоспиталь
бирманского театра -
ранения, инфекции, боевое истощение.
Каждый день новые самолеты.
Сотни новых больных.
Я понимаю. Просто пытаюсь получить
общее представление об этом человеке.
Что-то, что поможет мне
достучаться до него.
Нам было некогда стучаться к нему.
Нашей задачей было выяснить, способен
ли он отличать хорошее от плохого.
- Спасибо, сэр.
- Всё, что вы вспомните, полковник.
В конце концов, вы возглавляли комиссию.
Он был груб. Вел себя не как офицер.
Не шел на контакт.
Вы должны понять, подполковник,
что эти комиссии...
не скажу, что они здесь обычное дело,
но они не редкость на этом театре.
Тут каждый день у кого-то едет крыша.
Вы спрашивали насчет впечатления.
У меня было единственное впечатление -
что причин отправлять сюда
Уинстона не было.
- Доброе утро.
- Доброе утро, сэр.
Думаю, кто-то просто перестраховался.
Не хочу отрывать вас.
Вы помните, кто порекомендовал
освидетельствовать лейтенанта Уинстона?
Опять же, сложно сказать. Мои психиатры
каждый день подкидывают мне людей.
Они в каждом случае боевого истощения
пытаются отыскать шизофрению.
- Да, сестра?
- От доктора Кауфмана.
Здравствуйте.
Спасибо, сестра.
Я могу проверить свои записи.
В этом вряд ли будет
необходимость, полковник.
Я сегодня снова собираюсь
к Уинстону. Посмотрим что выйдет.
Не завидую я работе, которая вам предстоит.
- Меня назначили, сэр.
- Прошу прощения за занятость.
- У вас есть еще вопросы?
- Не думаю.
- Простите, что отвлек.
- Боюсь, я не сильно вам помог.
Если понадобится помощь,
звоните. Я найду время для вас.
Спасибо, сэр.
Подполковник Адамс.
Я тоже знаю ваше имя. Кейт Даврэ.
Знал бы что вы сестра,
прикинулся бы больным.
- Вы защищаете Уинстона?
- Да.
Полковник Бертон прекрасно
знает, кто осматривал Уинстона.
Это был доктор Кауфман, главный психиатр.
Я была там. Я работаю с ним.
Тогда сразу к делу - он отпустит
вас сегодня вечером?
Майор Кауфман счел
Уинстона невменяемым.
Не обращайте внимания
на полковника Бертона.
У него нет такой квалификации,
как у доктора Кауфмана.
Он старший офицер. Это дает
ему определенную квалификацию.
Мне не нравится, когда помыкают
такими людьми, как Лео Кауфман.
Как я понял, у майора возник конфликт
с полковником, и полковник победил.
Полковники обычно и побеждают.
Так как насчет ужина?
Нет, спасибо. Я занята.
Полегче, солдат. Первые 10 миль
самые трудные.
Мы будем здесь, подполковник.
Спасибо, сержант.
Проходите. Подполковник Адамс?
Присаживайтесь, пожалуйста.
Простите за вчерашнюю грубость.
Это место на меня так действует.
Ничего.
Как я сказал, я здесь
чтобы помочь вам.
Вы не можете мне помочь.
Я могу защищать вас в суде. Вы
имеете право на справедливый суд.
Я убил человека. Говорят,
от этого не защититься.
Почему вы сделали это?
- Вы не поверите мне.
- Рискните.
Подполковник, вы знаете,
за что эта война?
У меня есть пара теорий, да.
Они ошибочны, поверьте.
Эта война - ничто.
Что произойдет после войны -
вот что важно.
Это начнется здесь, в Азии.
Восток против Запада.
Черные против белых.
Давайте на время отложим в сторону
разговоры о политике и вернемся к делу.
Хорошо.
Сержант Куин был не на нашей стороне.
Он был за них.
Он оказывал дурное влияние.
Он распространял крамолу. Он был
абсолютно порочным человеком.
Он сидел и разглагольствовал о демократии.
Потом уходил.
- Куда он шел?
- В горы.
В одну из туземных деревень.
У него там была женщина.
Черная женщина. Я видел его.
А потом он возвращался и говорил
о том "прекрасном новом мире",
который он и его черные
братья создадут после войны.
Знаете, подполковник, я могу
долго говорить об этом.
Уинстон, по опыту я знаю, что
человек редко убивает за идеалы.
У вас не было личных причин убить Куина?
Вы не слышала ни слова
из сказанного мной?
Я просто пытаюсь понять вас.
Меня тошнит от таких как вы.
Вы так заняты разыгрыванием из
себя героев, выигрыванием войн
и добыванием повышения, что дальше
собственного носа не видите!
Меня тошнит от вас!
Больше ничего не хотите
сказать мне, лейтенант?
Уинстон.
Сержант!
Если понадоблюсь - пошлите за мной.
Отвезите меня в госпиталь.
- Опять?
- Да, опять.
Сестра, не подскажете как мне
найти кабинет доктора Кауфмана?
- Крайний барак слева, подполковник.
- Спасибо.
- Майор Кауфман?
- Подполковник.
Меня зовут Барни Адамс.
Можно задать вам пару вопросов?
Сразу замечу, что сестра Даврэ не имела
полномочий называть вам мое имя.
Никаких полномочий.
Мне не нужны полномочия, майор.
У меня есть собственные.
Хорошо. Чем могу быть вам полезен?
Вы осматривали Уинстона, так?
Прежде всего, почему
он был доставлен сюда?
Формальность. Он хладнокровно и,
видимо, беспричинно убил человека.
Очевидно, его нужно
было обследовать.
К какому заключению вы пришли?
Это конфиденциальная информация.
Майор...
я - защитник в судебном деле
по убийству.
Да - вы не обязаны
говорить со мной сейчас.
Но я могу приказать вам
явиться ко мне и рассказать всё.
Так почему бы не поговорить
как разумные люди?
Тут не о чем говорить.
Я написал рапорт о состоянии Уинстона,
который мой командир признал неприемлемым.
Я знаю, что вы написали рапорт.
Я хочу знать, что было в этом рапорте.
Подполковник, для старшего офицера вы кажется
слишком мало знаете об армейских порядках.
Я написал рапорт по Уинстону,
который был отклонен.
Мне приказали выписать Уинстона
из госпиталя, я отказался.
С этого момента, я за него не отвечал.
И сейчас не отвечаю.
Лучше поговорите с моим командиром.
Я поговорю с ним в свое время.
А сейчас мне нужен этот рапорт.
Я не могу дать вам его.
Майор, у меня для вас новости.
Вы можете дать мне всё, что я пожелаю.
Ладно. Мне приказали
не давать его вам.
Вы хотите сказать, что полковник Бертон
запретил вам давать мне этот рапорт?
Скажем так - он советовал
не делать этого.
Скажем так - я требую его. Я могу запросить
любой документ на этом театре!
Зачем? Чем он поможет? Вы не можете
спасти Уинстона. И я не могу.
Вы знаете, что его повесят.
Так оставьте меня и уходите!
Майор, я приказываю вам отдать мне рапорт.
Подполковник Адамс.
Оставьте нас, сестра.
Подполковник Адамс, если вы
допрашиваете моих подчиненных,
могли бы сначала заглянуть
ко мне для соблюдения этикета.
Это пока мой кабинет, полковник.
Это пока мой госпиталь, майор.
Если хотите допрашивать
майора Кауфмана,
попрошу делать это в
его личное время.
Полковник Бертон,
я назначен защитником в суде,
решающем жизнь человека.
Я не знаю, какие у вас полномочия на
этом театре, но, поверьте, мои выше.
Нет никого, с кем мне было бы
запрещено общаться,
вплоть до самого генерала Кемптона.
Это касается майора Кауфмана и,
кстати, вас тоже.
Майор, приказываю явиться
в офицерский клуб к 18:00.
И захватите с собой рапорт
по лейтенанту Уинстону.
Подполковник Адамс?
Приглашение на ужин еще в силе?
Конечно. Пробовали китайскую кухню?
Достаточно и индийской.
Знаете ресторан "Акбар"?
Уточню в "Американ Экспресс".
- Около девяти?
- Хорошо.
- Добрый вечер, сэр.
- Добрый вечер.
У меня список свидетелей обвинения.
Не думаю, что кто-то
из них будет нам полезен.
Посмотрим позже.
Мы вам еще нужны сегодня, сэр?
Да, возможно. Через несколько минут
у меня встреча с майором Кауфманом.
Майор Кауфман, сэр?
Собираетесь взять у него показания?
Если у него есть что сказать - да.
- Так что будьте рядом.
- Есть, сэр!
Это должно сдвинуть дело.
Я слышал, шурин одобрил ваше
назначение защитником.
- Какой шурин?
- Конгрессмен. Шурин Уинстона.
Конгрессмен отклонял всех предыдущих.
Вот почему дело откладывалось.
Видимо, он считает вас
идеальной кандидатурой.
Вольно.
Совещаетесь, джентльмены?
Одобряю - работа днем и ночью.
Я говорил со Смитом.
Он сказал, вы будете
достойным соперником.
Надеюсь.
Надейтесь. Потому что судьей
в процессе будет тот еще буквоед.
А кто судья, сэр?
Я, мой мальчик.
Увидимся за ужином, Барни.
Простите, сэр. Вас ждет офицер.
Ждите здесь.
Кауфман?
Дело сдвинулось, Харви.
Добрый вечер, подполковник.
Выпьете?
Нет, спасибо.
Я ищу майора Кауфмана.
Вряд ли вы найдете
его здесь, сэр.
В малярийном госпитале в Сикри
срочно понадобился доктор.
Он присылал свои извинения.
Что значит "присылал извинения", капитан?
Я приказал ему явиться.
Это был срочный перевод, сэр.
Он уехал днем.
Что он там будет делать?
Подвергать психоанализу москитов?
Как я понял, там нехватка персонала.
Кто отправил его? Бертон?
Полковник Бертон? Это этот...
Подполковник... Приказ поступил
от самого генерала Кемптона.
Неужели?
Подполковник Адамс ждет, сэр.
Подполковник Адамс? Впускайте! Впускайте!
Это ты, Барни?
Генерал, вы хотите, чтобы я защищал
Уинстона или просто развлекал суд?
Дай мне минуту.
Вы уже дали мне винтовку,
заряженную холостыми.
Обязательно было еще
и затвор забирать?
Я не понимаю, Барни.
Не хочу быть грубым, генерал,
но вы только что лишили меня
моего единственного свидетеля.
Вот невезуха, а? Передай полотенце?
Проклятье, генерал, у меня два дня
на подготовку к делу.
Барни, да даже если бы год,
ты все равно защищаешь
признавшегося убийцу.
Это формальность. Ты сам знаешь это.
Где халат?
Генерал, почему Кауфмана перевели?
Барни, ты же не думаешь, что каждый
раз как я перевожу офицера,
я проверяю, не является ли он
важным свидетелем в трибунале?
Не заговаривайте мне зубы, генерал.
Почему вы перевели Кауфмана?
Военная необходимость, Барни.
Ладно, вы сделали свой ход.
Теперь мой ход. Попрошу
отстранить меня от дела.
Найдите генерала Каннингэма.
Он возможно еще в штабе.
Ладно, Барни. Выложу тебе свои карты.
Уверен, ты уже...
слышал насчет шурина Уинстона.
Конгрессмен? О нем я тоже хотел...
Я хотел рассказать о нем,
но в спешке не успел.
Этот малый - просто филиал Вашингтона.
У меня толстенная папка телеграмм от него.
"Кто защищает Уинстона?", "Какая у него
квалификация?", "Протест", "Протест".
А еще и британцы наседают, жаждут крови.
Телеграммы из Пентагона.
По какому праву я отложил трибунал?
Я не герой, Барни.
В этом деле за моей спиной армия,
но они исчерпали лимит
проволочек и сглаживаний.
Так что если ты волнуешься,
Барни, ничем не могу помочь.
Отсрочек больше не будет.
Генерал, вы не подумали, что Уинстон
может быть невменяемым?
Что за вопрос? Очевидно же,
что он ненормален.
Нормальные люди не стреляют в других.
Если это твоя линия
защиты, забудь о ней.
- А как мне еще защищать его?
- Это твоя работа.
Но у нас есть заключение
комиссии, что Уинстон способен
отличать хорошее от плохого, и
у тебя ноль шансов доказать обратное.
Поэтому очень прошу
тебя - выбери такую защиту,
которую не разобьют через 2,5 минуты.
- Думаешь, я подстроил приговор суда?
- Нет, сэр.
- Думаешь, я подстроил решение комиссии?
- Нет, сэр.
Барни, мы не чужие люди. Ты сын
одного из моих лучший друзей.
У нас есть кое-что общее. Мы военные.
Ты должен понимать.
Когда я говорю, что нечто
стоит своей цены,
лишь бы укрепляло единство,
ты должен знать о чем я.
Я знаю, генерал.
Но я не уверен, что повешение
больного укрепит единство.
Если смерть Уинстона хоть
на секунду сократит войну,
это станет единственным позитивным
фактом его биографии.
Черт возьми, Барни, чего ты петушишься?
Я не прошу тебя судить Уинстона.
Я прошу тебя справиться с кризисом.
Мне предстоит еще тысяча
подобных проблем.
Я просто прошу тебя избавить
меня от одной из них.
Мне все равно это не нравится.
Я и не прошу этого, подполковник.
Я прошу защищать Уинстона,
и браться уже за дело.
Делайте вашу работу, подполковник.
И делайте ее по армейским порядкам.
Да? Привет, Питер.
Да, да, да. Полностью с тобой согласен.
Отлично. Хорошо.
Четверг? В какое время.
Да. Уверен, я смогу выбраться.
- Подполковник Адамс?
- Сюда, мадам.
Как поживаете?
- Не очень.
- Вы не одиноки.
- Что будете?
- Мартини, пожалуйста.
- И еще один скотч.
- Да, сэр.
Вы знаете, что они сделали
с Леоном Кауфманом?
Я знаю, что его перевели. Что еще
они сделали? Забрали у него стетоскоп?
И вы позволите, чтобы
это сошло им с рук?
Я пытался позвонить в Белый дом,
но было занято.
Вы тоже разозлены переводом
доктора Кауфмана.
Зачем же вы отшучиваетесь?
Я умею расслабляться.
Вы не расслабляетесь.
Вы просто прячете эмоции.
Так, горячая курица по-делийски,
холодная курица по-делийски,
курица тандури...
Вы сильно хотите помочь Уинстону?
Вы сильно любите курицу? Здесь
либо она, либо ягненок по-мадрасски.
Вы знаете, что доктор Кауфман
перед отъездом уничтожил рапорт?
Это меня не удивляет. Как
насчет вина? Любите вино?
Вот его копия.
Я взяла ее из его личного дела.
Тогда вы идиотка.
Вы клептоманка какая-то?
Верните это откуда взяли.
Вы не прочтете это?
Это копия через копирку.
Не подписана, не законна и украдена.
Будет забавно предъявить это перед судом.
Почему? Это повредит вашей карьере?
Послушайте, дорогуша.
У меня есть собственная совесть.
Мне не нужна еще и ваша.
Хотите бросить вызов большому и
злому армейскому дракону - ради бога.
Но позвольте мне делать
мою работу по-моему.
Это был длинный и тяжелый день.
Если хотите есть, давайте есть.
Если хотите спорить о принципах,
политике госпиталя, правосудии -
выход вон там.
Курицу по-делийски на одного.
Горячую.
Вот и вы, сэр. Пришло
сообщение от капитана Гантера.
Он забыл сообщить вам о встрече
с прессой в воскресенье в 12:00.
Кстати, подполковник,
как прошло с Кауфманом?
Лейтенант.
Это жилая комната,
а не пристройка к столовой.
В будущем, если захотите есть и пить,
делайте это в соответствующее время.
- Есть, сэр.
- Как добраться до Бахри?
- Бахри, сэр?
- Вы слышали меня.
Поездом.
Завтра поедем туда.
Организуйте всё, лейтенант.
Зачем нам туда?
Сколько у нас свидетелей в Бахри?
Одиннадцать, сэр. Но это свидетели
обвинения. Они все видели убийство.
- Думаю, это будет потерей времени.
- Я не приказывал думать, лейтенант.
11 свидетелей. Это 11 разных историй.
Показания каждого должны быть
сверены с показаниями других.
Я хочу выявить каждое несоответствие.
И это нужно сделать за один день.
Как скажете, подполковник.
Но это будет чисто для проформы.
Хорошо, сделаем это для проформы!
- На чьей он стороне?
- Армии.
Боже, прям допрос третьей степени.
Еще раз увижу этих парней -
потребую адвоката.
Джентльмены, за работу. Это не день
рождения Короля и не Четвертое июля.
- В какой руке он держал оружие?
- В правой. Нет, в левой.
Вы не помните в какой
руке он держал оружие?
Да какая разница?
Он все равно застрелил его.
Он прав.
Так. Посмотрите на эту схему.
Где находилась ваша койка?
Вот здесь.
Если ваша койка была здесь...
Сержант Джонсон!
Где вы по-вашему находитесь? На Уэмбли?
Кому тут нужен был медицинский осмотр?
- Где сержант Джонсон?
- Он там, на допросе.
На каком еще допросе?
Это вы ответственны за это столпотворение?
- Я, майор.
- Могли бы и предупредить.
До вечера я должен посетить
три дыры, подобные этой,
и между каждой добрых 50 миль.
Простите, сэр.
Мы обходим это правило.
Все равно они все симулянты.
- Джон Кенсингтон, кстати.
- Барни Адамс.
Раз уж приехали, давайте пропустим
по стаканчику. Сюда.
Не пугайтесь. Это джин.
Приходится хитрить,
чтобы обмануть этих воришек.
Простите, что так налетел на вас там.
Я не возражаю, что вы
тратите свое время,
но мне не нравится,
когда люди тратят мое.
- Воды?
- Нет, буду чистый.
Почему вы думаете,
что я теряю свое время?
Это же просто фарс, не так ли?
Давно вы здесь?
Вы хорошо знаете Уинстона?
Так же, как и остальных.
Я в штабе снабжения.
Это только одна из
полдюжины баз в моем приходе.
Но изредка я разговаривал с ним.
Признаюсь, я выработал привычку
быстренько проскальзывать за бараки,
когда видел его приближение.
Человек явно не в себе.
Что вы имеете в виду?
Он же ненормальный.
Вы это знаете.
Я пока не знаю насчет убийцы, но
никто не называл его сумасшедшим.
Слушайте, майор, я не врач.
Я даже не юрист. Я просто солдат.
Я знаю только то, что Уинстон
признался в убийстве.
И вы защищаете его, голубчик.
Почему бы и нет? Вы ведь
делаете это чисто для проформы.
- Минутку...
- Да бросьте.
Я знаю что к чему.
Вы можете приводить в защиту
Уинстона что угодно, кроме безумия,
потому что если он безумен,
он не виновен, так?
Но он должен быть признан виновным,
потому что должен быть повешен.
А он должен быть повешен...
хотя бы ради спасения лица
американского командования.
Он должен быть повешен,
потому что он убийца.
Все равно он безумен.
Он параноик. Неизлечимый психопат.
Вы обладаете нужной квалификацией
для таких заявлений?
Я психиатр.
Так что вы делаете на этом складе?
То же можно спросить и у вас.
Мне как-то пришлось выразить мнение,
что один офицер медслужбы
слишком болен для исполнения
своих обязанностей.
В тот период офицер медслужбы
им был нужнее, чем психиатр.
И вот я инспектирую низшее звено.
Должен отметить, с подачи
американского командования.
Я так понимаю, вы не любите
американцев.
Они мне безразличны.
Похоже, у вас есть ответы
на все вопросы, майор.
Если вы уверены в
безумии Уинстона,
почему вы не пришли и
не заявили об этом?
С какой это стати?
Когда я отправил его в госпиталь, мне
ясно дали понять, что это не мое дело.
Мне особо приказали не совать
нос в него. Что я и делаю.
Если хотите доказать его безумие,
там есть человек,
который легко это сделает. Кауфман.
Встретьтесь с Кауфманом.
Когда вы в последний раз видели Уинстона?
В ночь пресловутого убийства.
Меня вызвали, чтобы
попытаться помочь бедняге Куину.
Уинстона отправили в свой барак,
его сторожили четыре солдата.
Вы говорили с ним?
Да, говорил. Но это было нелегко.
Он просто сидел, уставившись перед собой.
Но через некоторое время он разговорился.
- О чем?
- Свой обычный вздор.
О кишащих миллионах,
замышляющих уничтожение мира.
И в таком духе.
- Он говорил о Куине?
- Нет, он как-будто и забыл о Куине.
Могу вам сказать, почему он
убил его, если хотите.
- Майор Кенсингтон.
- Да, капрал?
- Мне нужна медицинская помощь, сэр.
- Зайдите внутрь.
Понимаете, здесь, в Бахри,
нет британских офицеров.
Как у старшего британского унтера,
у Куина были примерно
такие же обязанности, как и у
американского офицера Уинстона.
Это всегда злило Уинстона.
Он расценивал это как
часть тайного заговора
с целью не давать ему
более ответственную работу.
Чистая правда, кстати.
- Он был абсолютно некомпетентным.
- Все равно это не повод убивать.
Повод - если ты психопат.
Колено, сэр.
Держите в чистоте. Посмотрю в четверг.
Закройте дверь и отдайте ключ сержанту.
Выше нос, голубчик.
Начальство на вашей стороне.
Моя стирка готова?
Вы знаете, который сейчас час?
- Еще один длинный, трудный день?
- Ага.
- Откуда вы узнали, где меня найти?
- У меня связи в ФБР.
- Я слышала, вы ездили в Бахри.
- Да.
Познакомился там с майором Кенсингтоном.
Я знала его когда-то. Прекрасный человек.
У вас какая-то слабость к психиатрам, да?
Он и очень честный человек. Если он
сказал что-то - можете ему верить.
Мда.
Простите. Вы не хотите говорить об этом.
Приготовить вам что-нибудь?
Неужели девушки до сих пор готовят?
Совсем выпал из жизни.
- Вы не женаты?
- Нет.
Почему?
Не понимайте слишком буквально.
Я был женат.
Она устала таскаться за мной
с базы на базу.
Через какое-то время она
уже забыла за кем таскается.
- А потом?
- Что значит "а потом?
Половина мира - женщины.
Вас никто не любил?
Некоторые любили, некоторые нет.
Это приносит счастье?
Счастье не входит в число приоритетов
для военного, дорогая.
Хватаешь его где придется.
Даже место не имеет значения, потому
что завтра ты будешь в другом.
Как Кауфман?
Вы не сдаетесь, да?
Нет.
Проблема с делом Уинстона в
том, Кейт, что все правы.
Некоторые считают, что он
безумен и его нельзя вешать,
а некоторым глубоко до
лампочки безумен он или нет.
Они считают, что на кону более важные,
чем Уинстон, вещи - победа в войне.
Им можно и пожертвовать,
как и любым из нас.
А во что вы верите, Барни?
Не знаю, дорогая.
Просто не знаю.
Посмотрите на меня, Барни.
Посмотрите на меня!
Я наполовину француженка,
наполовину китаянка.
Представляете как я презираю
Уинстонов этого мира?
Но я не могла бы быть его палачом.
Жасмин. Появляется только ночью.
Да. Как и я.
Уже очень поздно.
С другой стороны, вы предложили мне поесть.
- Хорошо.
- С другой стороны, я не голоден.
Если вы хотите положить
свою совесть на мою подушку...
я не против.
Джентльмены, этот брифинг
был созван по вашей просьбе,
потому что дело Уинстона вызвало
широкий резонанс в наших странах.
Вы знаете правила.
Это сугубо неофициальная встреча
для посвящения вас в общий курс дела.
Никаких прямых цитат.
Можете задавать вопросы кому угодно,
но если ответ "без комментариев",
то никаких возражений.
Воскресенье, бар открыт. У нас
у всех много работы, так что начнем.
Полковник Томпсон,
подполковник Адамс вызван
сюда специально под это дело?
Нет.
По счастливому стечению обстоятельств,
в этот сложный момент
в наших рядах оказался отважный солдат
с блестящим юридическим прошлым.
Подполковник Адамс, каковы по-вашему
шансы сохранить жизнь Уинстона?
Понятия не имею.
Я назначен защищать Уинстона, и сделаю
для этого всё, что в моих силах.
Алек, какие политические
вопросы вовлечены в дело?
Без комментариев. Это военный
трибунал, и никакой политики тут нет.
Брось, Алек.
Прояви немного гибкости.
Это очевидно. Дело стало громким,
потому что американский офицер
убил британского унтера.
Здесь есть политический подтекст.
Без комментариев.
И можете меня процитировать.
Да, сэр. Давайте.
По поводу политических последствий.
Я думаю, это очень обширная
тема для обсуждения,
и не только самого убийцы, но...
Сэр, это не место для дискуссий.
Если у вас есть вопрос, задайте его.
Я просто пытался объяснить, сэр, что
мои читатели задали бы такой вопрос:
возможно ли правосудие,
независимое от власти?
Кому адресован ваш вопрос?
Думаю, джентльмену от защиты.
Правосудие - вещь самодостаточная.
Оно существует независимо
от власти и независимо от силы.
Целесообразности не место
в правосудии.
Спасибо, сэр.
Еще вопросы? Нет? Хорошо.
Заседание суда завтра в 9 утра.
Комната для прессы - 307.
Лейтенант Сэбинсон позаботится о вас.
Кстати, как ваш клиент?
Как-раз направляюсь к нему.
Хорошенько отдохните.
Увидимся завтра в суде.
Есть, сэр.
Отличная фраза.
"Целесообразности не место
в правосудии". Хорошая цитата.
Готово, подполковник. Полное изложение
дела и письменные показания.
Хорошо.
Мой совет вам, джентльмены.
Выметайтесь отсюда, найдите
уютное местечко и надеритесь.
Джексон там? Мне еще не принесли обед.
Сержант Джексон? Вам принесут обед.
Уинстон, я буду в суде
заявлять о вашей невиновности.
Единственный довод, который
я могу предъявить,
это ваша невменяемость
в момент убийства.
Я был вменяем.
Некоторые люди утверждают, что нет.
Какие люди? С кем вы говорили?
Уинстон, я ваш адвокат.
Вам придется довериться мне.
Хорошо. Я верю вам.
Хотите, я скажу почему
стрелял в сержанта Куина?
Да.
- Вы поверите мне?
- Я поверю вам.
Я наблюдал за ним.
Это был не внезапный порыв.
Я наблюдал за ним месяцами.
Следил за ним. Он не знал.
Я ходил за ним на эту гору,
и видел его с этими черными ведьмами.
Он осквернял нашу расу, подполковник.
Он осквернял белую расу.
Он не подходил для жизни
в мире белого человека.
Потом он возвращался,
и начинал важничать и раздавать
приказы, отменяющие мои!
Я был единственным офицером там.
Мне пришлось убить его!
Вы это и на суде расскажете, Уинстон?
У меня была книжка, и каждый его
поступок я записывал в эту книжку.
В книге было всё!
15 июня: Явился на построение
в гражданской обуви.
14 июня: Пошел на гору.
15 июня: Свистел.
И он украл ее! Украл мою книгу!
Это мог быть только он!
Вы скажете это на суде?
Кто вы такой, мистер? Какой-то
вшивый любитель черномазых?
Я ваш защитник, Уинстон.
Вы сказали, что доверяете мне.
Я никому не доверяю!
Вы как этот доктор Пресмы-Кауфман.
Только и знаете лицемерить!
"Вы должны верить мне.
Позвольте мне помочь вам".
Америкэн-бой. Голубоглазый герой.
Вы говорили с Кауфманом, не так ли?
Чем вы там занимались?
Шушукались с любителями черномазых?
- Хватит, Уинстон. Сядьте.
- Не сяду!
Ниггер! Ниггер!
Ты, вонючий черномазый!
Выведи отсюда своего брата.
- И часто он так?
- Частенько.
- И вам это не надоело?
- Не. Бедняга помешан.
Ну что, лейтенант? На прогулку?
Хватит. Бегите отсюда, ребятишки. Бегите.
Готов поставить десятку,
что он получит
полковника через неделю
после повешения Уинстона.
- Ты серьезно так думаешь?
- Конечно. Это легкие деньги.
Вы видели лейтенантов Морса или Бендера?
- Они отправились в клуб "Оазис", сэр.
- Спасибо.
Ему видимо нравится стоять
на задних лапках.
- Может ты и прав.
- Я знаю, что прав. Было у меня...
- Повторите?
- Постойте. Подождите.
К черту. Он знает, о чем я.
Просто я говорю, что вы
занимаете гнилое место.
В данный момент, приятель, ты тоже.
Можно войти?
Захотелось еще немного счастья?
Кажется, утром я оставил здесь рапорт.
Входи.
Далеко до госпиталя Сикри?
Около сотни миль.
Меня ждет долгая поездка.
- Хочешь поехать к доктору Кауфману?
- Да.
Ты уверен, что он согласится помочь?
Я знаю людей.
Почему сейчас, Барни?
Почему ты внезапно решил
защищать Уинстона?
Я защищаю не Уинстона, Кейт.
Я защищаю себя.
Полагаю, ты считаешь,
что слишком поздно для этого?
Ты служил в армии 18 лет.
Ты занимался делом Уинстона 4 дня.
Ты неплохо справлялся.
Можете завернуть в это сувениры.
Подготовьте мне новое изложение.
Будем ссылаться на невменяемость.
Есть, сэр.
Бендер, отправляйтесь в картотеку.
Вломитесь, если потребуется.
Принесите мне все, что найдете
по полковнику Бертону
и другим офицерам комиссии
по освидетельствованию.
Бертон никогда не признает невменяемость.
Кауфман признает.
- Он далеко.
- Я знаю.
- Хотите, чтобы мы связались с ним?
- Нет, спасибо.
Упомянете имя Кауфмана по телефону,
и утром он будет на Филиппинах.
Он нужен мне в суде, потому что
без него у нас нет и шанса.
Дайте мне новое изложение,
я дам вам свидетеля.
- Чем могу помочь, сэр?
- Где офицерские квартиры?
Блок 34. Прямо, направо, потом налево.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Спасибо.
- Майор. Кауфман.
- Что такое?
Вы что делаете здесь?
Тихо там!
Я хочу, чтобы утром вы явились в суд
и свидетельствовали в пользу Уинстона.
Вы проделали такой путь,
чтобы задать глупый вопрос.
Потише там, а?!
Я не прошу, майор. Я приказываю.
Вы можете приказать мне явиться, но
вы не можете приказывать что говорить.
Вы готовы увидеть его повешенным?
Да черт возьми! Заткнитесь!
Сынок, если только ты не
поразишь меня своим званием -
а я подполковник - то просто
натяни подушку на голову.
- Вы готовы увидеть его повешенным?
- Слушайте, я сделал всё, что мог.
Когда Бертон попросил признать
Уинстона вменяемым, я отказался.
Я мог бы и не отказываться.
Просто не смог подписать эту бумагу.
И что случилось? Я старший психиатр.
Сегодня я раздавал таблетки
активированного угля посреди джунглей.
А теперь вы просите меня
пойти еще дальше. Зачем?
Потому что вы доктор.
Только вы можете спасти его.
Послушайте.
На днях Уинстон спросил,
знаю ли я, за что идет эта война.
Уверен, он и вам задавал этот вопрос.
Так вот, сейчас...
это война за человека по имени Уинстон.
Легко бороться за невиновного.
Но когда вы боретесь за больного,
за извращенного, за запутавшегося...
это и есть правосудие.
Громкие слова, я понимаю. Так и есть.
Громче моей карьеры.
Громче вашей.
- К какому часу я нужен?
- 11:00.
У меня обход в 7.
Успеете, майор.
Хорошо. Я буду там.
Спасибо, доктор.
Итак, согласно этой схеме -
приложение "Б", сэр, -
ваша койка, капрал
Циммерман, была напротив
и слева от загородки
старшего сержанта Куинна.
Да, сэр.
И если бы Куин попытался как-то
защититься, вы бы это увидели.
- Да, сэр.
- И он попытался защитить себя?
Нет, сэр. У него и шанса не было.
- Он потянулся за своим пистолетом?
- Нет, он не успел бы.
И вы были свидетелем этого
хладнокровного убийства.
Да, сэр.
Больше вопросов не имею.
Свидетель в вашем распоряжении,
подполковник Адамс.
У меня нет вопросов, сэр.
Подполковник Адамс, так как суд
отказал вам во вступительной речи,
мне было бы некорректно
вынуждать вас встать на линию защиту.
Но перед судом уже предстали четыре
свидетеля, и еще ни один не был
подвергнут перекрестному
допросу со стороны защиты.
Если это поможет суду, сэр, то защита
готова признать, что лейтенант Уинстон
застрелил старшего сержанта
Куина описанным выше способом.
Я считаю, что нужды в дальнейших
свидетельских показаниях нет.
Это будет решать суд, подполковник Адамс!
Я требую, чтобы вы убедили меня,
что лейтенант Уинстон
обеспечен активной
и бдительной защитой.
При всем уважении к суду, сэр,
я настаиваю на праве
осуществлять защиту так,
как выгодно для обвиняемого.
Прямо сейчас я могу лишь
заявить, что в момент убийства,
лейтенант Уинстон мог
не отличать хорошее от плохого.
Капрал Циммерман.
Вы показали, что знали лейтенанта
Уинстона четыре месяца.
Да, сэр.
За это время вы не
заметили каких-нибудь
странностей в его поведении?
Нет, сэр.
Ничего, что позволило бы вам
хоть на секунду заподозрить,
что лейтенант Уинстон не является
адекватным, рассудительным офицером?
Нет, сэр.
Вы уверены, что у вас нет вопросов
к свидетелю, подполковник Адамс?
Капрал Циммерман, чем вы
занимались на гражданке?
Да переезжал с места на место.
Знаете, был такой боулинг...
То есть, вы никогда
не практиковали психиатрию?
- Нет. Нет, сэр.
- Спасибо. Это все.
Сэр, я хотел бы обратить ваше
внимание на параграф 3...
- Вас вызывают, сэр.
- Прошу прощения.
Да? Да, Джонни.
Не задает вопросов? И куда
же подевалась его защита?
Сколько осталось свидетелей обвинения?
Будь на связи.
Ладно. Простите, майор.
Продолжайте.
Вы заявили , что когда узнали из штаба
об убийстве, вы позвонили
майору Кауфману и спросили, почему он
госпитализировал лейтенанта Уинстона.
Да, позвонил. Он сказал, что тот болен.
Что у него состояние
спутанного сознания и депрессия.
- Затем вы лично обследовали Уинстона?
- Да, обследовал.
Каковы были результаты
вашего обследования?
Он страдал от общего переутомления.
Его также беспокоили желудок
и микоз стопы.
Не считая этого, его здоровье
было в норме.
Вы нашли симптомы душевного
расстройства лейтенанта Уинстона?
Не нашел.
Установив физическое и душевное
здоровье Уинстона, что вы сделали?
Так как штаб-квартира
ТВД сообщила мне,
что он должен как можно быстрее
предстать перед судом,
я предложил майору Кауфману
немедленно выписать его
из госпиталя и перевести
в военную тюрьму.
- И он был выписан, полковник Бертон?
- Не был.
Майор Кауфман отказался
подписать выписку.
- Что вы сделали потом?
- Доложил об этом в штаб.
Генерал Кемптон дал мне указание
созвать комиссию и
освидетельствовать Уинстона.
Каковы же были выводы комиссии?
Комиссия нашла лейтенанта
Уинстона вменяемым
и способным предстать
перед судом.
С позволения суда,
Армия готова опереться на
собранные доказательства.
Думаю, нам удалось доказать,
что убийство
старшего сержанта службы тылового
обеспечения британских ВС Куина,
произошедшее ночью 16-го августа
на складе Армии США в Бахри,
было предумышленно
совершено подсудимым,
лейтенантом Чарльзом Уинстоном,
находившемся в ясном уме
и полностью отвечавшем
за свои действия.
Можете приглашать ваших
свидетелей, подполковник Адамс.
Подполковник Адамс!
Суд, без сомнения, огорчен известием
о гибели майора Кауфмана.
Тем не менее, нашей главной
и единственной задачей
является отправление
правосудия в данном деле.
Суд объявляет перерыв на полчаса.
Если бы мы вызвали Кауфмана повесткой
три дня назад, его бы не перевели.
Какой толк в этих "если"?
Мы не вызвали, его перевели.
- Если бы мы...
- Морс, Бендер, помолчите.
Джентльмены, в военном
трибунале я вел только одно дело,
когда 16 лет назад добился
оправдания для одного мастер-сержанта,
обвиненного в хищении "найденного"
им 10-тонного грузовика.
Так что фактически я не проиграл
еще ни одного дела.
Ничего, прорвемся.
К черту Томпсона и остальных.
Да, сэр.
Лейтенант.
Я хочу вызвать вас
в качестве свидетеля.
Зачем?
Чтобы вы и суду рассказали,
почему убили Куина.
Я уже признался в убийстве.
Мне больше нечего сказать.
Я хочу вызвать вас.
Суд идет.
Я не буду свидетельствовать. Я не
обязан, и вы не можете заставить меня.
Я знаю свои права, подполковник.
Вы считаете меня каким-то психом?
Суд возобновляет работу.
Это была шутка, подполковник.
Все стороны суда на своих местах.
Подполковник Адамс?
Попробуйте рапорт.
Сэр.
Свидетельские показания майора
Кауфмана более недоступны для нас.
Это его рапорт, касающийся
лейтенанта Уинстона.
С вашего позволения, я бы хотел
занести его в протокол.
Позволите взглянуть?
Это копия, подполковник Адамс.
У вас есть оригинал?
Оригинал был уничтожен.
Это не подписанная и не заверенная копия.
Как военный юрист, я постановляю, что
этот документ не может быть признан
точной копией рапорта майора Кауфмана
без доказательств его авторства.
Вы готовы предоставить
эти доказательства?
Я готов попытаться, сэр.
Вызовите полковника Бертона.
Даже если они не примут
рапорт как доказательство,
можно занести его в протокол.
Я мог бы и комикс занести
в протокол, если бы захотел.
Но мне нужно признание этого рапорта
доказательством от
квалифицированного психиатра.
Полковник Бертон.
Полковник Адамс, напоминаю вам,
что вы все еще под присягой.
Подполковник Адамс, можете
начинать перекрестный допрос.
Спасибо, сэр.
Полковник Бертон, кто входил
в комиссию по освидетельствованию?
Полковник Хейл, майор Франк и я.
- Полковник Хейл ведь хирург?
- Он хирург.
- А майор Франк дантист.
- Да.
А вы, сэр...
до поступления на военную
службу были врачом в компании
"Грузовые перевозки Хемилтона" в Детройте.
- Да.
- Вы психиатр, сэр?
- Официально - нет.
- А неофициально?
- Я читал книги по этой тематике.
- Какие книги?
Повторяю, сэр. Какие книги?
Не могу вспомнить названия.
А в вашем госпитале имеется
отделение психиатрии?
У нас есть палата нейропсихопатии.
Другими словами, у вас есть
психиатрическое отделение.
- Полагаю, да.
- Вы полагаете.
И сколько психиатров состоит
в штате этого отделения?
- Трое, кажется.
- Вам кажется, трое?
И ни один из них не был достаточно
компетентен для участии в комиссии?
Именно так.
А когда один из них - майор Кауфман -
представил вам рапорт
о состоянии лейтенанта Уинстона,
вы отвергли этот рапорт?
Да. Как я уже говорил,
рапорт был недостаточно
компетентным и
научно-обоснованным.
- Вы внимательно прочитали его?
- Да, внимательно.
И эти... хирург с дантистом
тоже прочли этот рапорт?
- Не знаю.
- А я утверждаю, что знаете, сэр.
Вы давали им этот рапорт?
Видимо нет, раз я отклонил его.
Таким образом, полковник Бертон, вы
один читали рапорт майора Кауфмана.
- Полагаю, так.
- Спасибо, сэр.
С позволения суда, я бы
хотел зафиксировать...
Подполковник Адамс,
военный юрист уже постановил, что
этот документ не может быть принят.
Думаю, подполковник
Адамс хочет, чтобы
полковник Бертон
идентифицировал этот рапорт.
- Это так, подполковник?
- С разрешения суда.
Майор Смит, желаете изучить это?
- Не сейчас.
- Хорошо.
Этот документ
признается доказательством
как анонимный рапорт
не установленного происхождения.
Защита может идентифицировать
его как работу конкретного человека.
Спасибо.
Полковник Бертон, прочтите это, пожалуйста.
- Прочитали?
- Да.
За 45 секунд.
Столько времени вы обычно уделяете
представленным вам рапортам?
Итак, полковник, скажите суду,
это копия того рапорта, который
представил вам майор Леон Кауфман?
- Не знаю.
- Не знаете?
Вы поклялись суду, что
внимательно прочли
рапорт майора Кауфмана
и отклонили его.
Мне напомнить вам,
что вы под присягой?
При всем уважении к суду, полковник
Бертон не является обвиняемым.
Я протестую против этой линии допроса.
Подполковник Адамс,
задавайте вопросы по существу.
Я спрашиваю еще раз.
Это копия того рапорта, который
представил вам майор Кауфман?
Нет.
Ничего похожего на работу
майора Кауфмана?
Это невозможно определить.
У него была привычка делать
несколько черновиков своих рапортов.
Это может быть ранним наброском.
Вернемся к вашей работе в
"Грузовой компании Хемилтона".
Вы сами уволились или были уволены?
Я уволился.
Разве вы не были уволены
когда поставили
острое несварение вместо инфаркта?
- Протестую!
- Нет, конечно.
Хорошо. Оставим пока в стороне
вашу гражданскую карьеру.
Я еще раз спрошу у вас
насчет этого рапорта,
и еще раз напомню о данной вами присяге!
Протестую!
Ваши постоянные
напоминания полковнику
Бертону о присяге
являются оскорбительными.
Вы допрашиваете не преступника,
а офицера и джентльмена,
который принял на себя роль свидетеля.
- У вас есть еще вопросы к свидетелю?
- Да, сэр, есть.
В таком случае, я объявляю перерыв на обед.
Суд удаляется на перерыв до 14:15.
Все участники процесса должны
явиться к указанному времени.
Его спас только гонг.
Есть минута, сэр?
Конечно.
Входи, Барни. Куришь?
Спасибо.
Как здорово немного посидеть
в комнате без телефона.
Я совершил ошибку, Барни, да?
Все мы совершаем ошибки, генерал.
Что ты делаешь с Бертоном?
Пытаешься уничтожить его?
- Да.
- Зачем, ради всего святого?
Потому что он лжец, жулик и трус.
Потому что он покрыл себя
грязью, и она все пачкает.
Он делает свою работу.
От него требуется помогать фронту
путем эффективного и гладкого
управления базовым госпиталем.
И он справляется. Ладно, Бертон
может сам о себе позаботиться.
Я о тебе думаю, Барни.
- Ты пытаешься загубить свою карьеру?
- Нет, сэр.
Тогда что ты делаешь?
Что ты пытаешься доказать?
Я пытаюсь доказать,
что система работает, генерал.
Вы просили показательный суд.
Я это и делаю.
Нет никого превыше закона.
Но и ниже закона никого нет.
Именно это я и доказываю.
Что ж, Барни, иди и доказывай.
Лично я не занимаюсь
судьбами отдельных людей.
Не могу позволить себе такую
роскошь. Надо войну выигрывать.
Я все еще убежден, что победу
не купишь, подтасовав суд.
Не знаю, купишь или нет,
но это теперь твоя забота.
У меня уже новый кризис.
Знаешь, Барни.
Я надеялся вскорости сообщить тебе
о присвоении звания полковника.
Звучит как взятка?
Это не должна была быть взятка.
Передавай привет старику.
Передам.
Если подаете гугли,
большой отскок неизбежен.
207 на...
Неважно.
Доброе утро.
Вы только что встали или
вам таки удалось доползти до суда?
- Мы оттуда.
- Пиво, полагаю. Два пива, пожалуйста.
Ну что, вы опустили занавес над
этой высокой драмой в зале суда?
- Перерыв.
- Какова же ваша блестящая защита?
Самооборона, провокация или
он не знал, что пистолет заряжен?
Если хотите знать, блестящая защита
заключается в невменяемости.
А теперь простите нас.
Почему английские офицеры ходят
в наши бары? Мы в ваши не ходим.
Я пытался, голубчик. Пиво слишком теплое.
Скажите, вам удалось затащить Кауфмана
на свидетельскую трибуну?
Кауфман мертв.
Разбился в машине по пути сюда.
Боже мой. Простите.
Так что у нас и без ваших комментариев
был достаточно тяжелый день, сэр.
Блестящий доктор.
Слышал, вы превращаете
это в полный абсурд.
Большой, холодный стакан воды.
Да, сэр.
Встать, суд идет.
Суд возобновляет работу.
Все стороны суда на своих местах.
Напоминаю свидетелю,
что он все еще под присягой.
Подполковник Адамс.
У меня больше нет вопросов
к свидетелю, сэр.
- Майор Смит?
- Вопросов нет, сэр.
Свидетель может быть свободен.
Если защита закончила,
есть ли у обвинения еще...
Защита не закончила, сэр.
У нас есть еще один свидетель.
Хорошо.
Вы клянетесь, что данные
вами в данном суде показания
будут правдой, только правдой
и ничем иным, кроме правды?
Клянусь.
Назовите ваше имя, звание,
воинскую часть и место службы.
Джон Джеральд Кенсингтон, майор,
медицинская служба Британской армии.
Я офицер медицинской службы района Бахри.
Садитесь.
Майор Кенсингтон, какова ваша
медицинская квалификация?
Я доктор медицины Лондонского университета.
У меня диплом медицинской психологии.
Я член Королевского колледжа врачей.
Читал лекции по психопатологиии
в Гайс-госпитале.
Почетный член Лондонского университета
по медицинской психологии.
Я автор главы о
психосоматических заболеваниях
в "Судебной медицине" Тэйлора.
Спасибо, сэр.
Это рапорт, составленный
практикующим врачом
после обследования
лейтенанта Уинстона.
- Прочтите его, пожалуйста.
- Протестую!
Защита представила
не заверенный документ.
Нет никаких
доказательств, что это
рапорт о состоянии
лейтенанта Уинстона.
Рапорт был напечатан
на бланке госпиталя.
Озаглавлен "Лейтенант Чарльз
Уинстон". Содержит его личный номер.
Называется "История и прогноз".
Что еще нужно обвинителю?
Военный юрист уже постановил, что это
анонимный и неустановленный документ.
Полагаю, защита выбрала очень
нестандартную линию, мягко говоря.
Если это удовлетворит суд, я могу
признать, что это анонимный рапорт,
написанный об анонимном пациенте.
И даже, если суду будет угодно,
о несуществующем пациенте.
Это законно. Протест отклонен.
Спасибо, сэр.
Майор Кенсингтон, вы прочитали рапорт?
Да.
Что-нибудь в этом рапорте, майор,
противоречит вашему
диагнозу лейтенанта Уинстона?
Он почти слово в слово повторяет
то, что написал бы я сам.
Лейтенант Уинстон был единственным
военнослужащим офицерского состава
в Бахри. У него были власть
и авторитет.
Но сержант Куин подорвал этот авторитет.
Он подначивал лейтенанта Уинстона.
Он смеялся над ним и передразнивал его,
и начался процесс разложения.
У него было несчастное, одинокое детство.
Он женился на женщине, которую боялся.
Трое его сыновей, по всей видимости,
относились к нему с презрением,
и он пошел в армию лишь
в жалкой попытке впечатлить их.
После Перл-Харбора он начал воображать
себе победу в этой войне в одиночку.
Именно тогда он начал вырождаться
из неврастеника в параноика.
Убийство сержанта Куина было
последней, отчаянной попыткой
лейтенанта Уинстона
спасти себя проявлением власти.
Но в тот момент он был уже невменяем.
Он был невменяем тогда,
он невменяем и сейчас.
Я вменяем! Я тут единственный вменяемый!
Я вменяем, мерзкий английский
шарлатан! Скажи им, что я вменяем!
А ты, герой-юристишка!
На чьей ты стороне?
Плевать мне на всех вас!
Думаете, ВЫ вменяемы?
- А, Винович? Я все знаю о тебе!
- Капрал!
Расскажи им, за кого вышла
твоя сестра! За филиппинца!
Встань и расскажи! Расскажи!
А ты... ты получишь свое! Получишь!
Я доложу, как ты руководишь этим театром!
Я собираюсь пробиться в Конгресс
Соединенных штатов Америки!
Я расскажу им всё! Я видел,
как он ходил на ту гору!
Я видел его и записывал все в свою книгу!
Все! Все это было в моей черной книге!
Суд удаляется на перерыв.
Интересный был денек, в общем и целом.
Думаю, мне было бы разумнее
сейчас смыться в горы. А вам?
В общем и целом... спасибо.
Мне-то все равно.
Мечтать о Харли-Стрит я могу с
одинаковым успехом и здесь, и в Бахри.
А вот с вами другая история,
не так ли?
Вы не просто боевой офицер.
Нет. Война или мир,
победа или поражение...
Это и есть моя жизнь.
Удачи.
Уже спускаюсь, Бакстер.
Я буду скучать по жасмину.
Перестань. Скажи мне "прощай".
Барни?
Это того стоило?
Да, Кейт, стоило.
Если не можешь победить врага,
не обязательно присоединяться к нему.
Они разберутся.
 

////////////////////////////