Тринадцать убийц (1963 год). Фразы и цитаты из фильма

Juusan-nin no shikaku (1963)

Все фразы и цитаты

Кинокомпания «Тоэй»
представляет
Т Р И Н А Д Ц А Т Ь У Б И Й Ц
Автор сценария
Канэо Икэгами
Оператор
Дзюбэй Судзуки
В ролях:
Тиэдзо Катаока — Синдзаэмон Симада
Котаро Сатоми — племянник Симады
Рёхэй Утида — Ханбэй Онигасира
Тэцуро Тамба — князь Дои
Сатоми Ока, Юрико Мисима,
Дзюнко Фудзи
Кандзюро Араси, Ко Нисимура,
Рюноскэ Цукигата
Режиссёр: Эйити Кудо
Это случилось ранним утром 5 сентября
первого года Кока (1844 год)
у парадных ворот усадьбы советника
по делам правосудия князя Дои.
Вассал могущественного
клана Акаси,
которым правил князь Нарицугу Мацудайра,
Дзюсё Мамия, совершил сэппуку.
Нарицугу Мацудайра, князь Акаси,
был младшим братом сёгуна Иэёси.
Этот отчаянный поступок
потряс чиновников сёгуната.
Ни для кого не секрет, что князем
Нарицугу правят низменные инстинкты.
Его не заботит честь семьи.
Он упрям, охоч до женщин
и склонен к бесчинствам.
В княжестве Акаси
не прекращаются восстания крестьян.
Я слышал, в прошлом году,
по дороге к сёгуну в Эдо,
он был замешан в скандальном
происшествии в замке клана Овари.
Чтобы избежать
подобных происшествий,
мы намеренно изменили
путь следования его процессии,
но, судя по всему, это привело
к обратному результату.
Я говорил с сёгуном.
Его высочество повелел уладить
это дело без лишнего шума.
Они рождены от разных матерей,
но господин весьма снисходителен
к своему младшему брату.
Не следовало назначать Нарицугу
приёмным сыном князя Акаси.
Всему виной это решение
советников сёгуна!
Дзюсё Мамия совершил харакири,
чтобы сёгунат принял
необходимые меры!
Я это понимаю.
Но решения Его Высочества —
высшая справедливость в стране.
И их не оспаривают!
Тело Дзюсё Мамии на время траура
оставили в усадьбе князя Дои.
Прошу прощения.
Пожаловал следователь Синдзаэмон
Симада. Вы хотели его видеть.
Итак, Синдза здесь…
Надеюсь, я не обеспокоил тебя
своим приглашением.
Никоим образом.
Я вдовец, дома меня
ничто не держит.
Ты, несомненно, уже слышал.
Мамия совершил сэппуку.
Взгляни на его предсмертное письмо.
Господин Дои…
Читать его теперь бессмысленно.
Насколько я знаю, по этому делу
решение сёгуната уже принято.
Но скажи,
что ты думаешь о князе Нарицугу?
Он недостоин великого имени Мацудайра.
Таково моё мнение.
Если ты это понимаешь,
я могу на тебя положиться.
Подбери подходящих людей
среди ближайших хатамото.
Выбери самых надёжных из них.
Господин Дои.
Ведь у человека одна жизнь.
Она бесценна и неповторима.
Князь Нарицугу тоже человек.
Почему бы сначала
не предложить ему
уйти в отставку по просьбе сёгуната?
Покойный Мамия просил именно об этом.
Но это невозможно.
Почему?
Его Высочество уже назначил
князя Нарицугу главным советником.
Приказ скоро вступит в силу.
Неужели он позволит ему…
заниматься государственными делами?
И именно поэтому…
мы должны найти способ
исправить эту несправедливость.
С этой целью, Синдза,
я пригласил сюда одного человека.
Согласен ли ты встретиться с ним?
Да.
Я вассал князя Овари, служу в его
усадьбе в Кисо. Меня зовут Юкиэ Макино.
Меня зовут Синдзаэмон Симада.
Я готов выслушать вас.
Да. Позвольте рассказать вам
всё по порядку.
В прошлом октябре, когда Нарицугу
Мацудайра, князь Акаси, направлялся
с визитом в Эдо, он остановился
на ночлег в нашей усадьбе в Кисо.
Чтобы оказать князю
всевозможные почести
и безупречное гостеприимство,
всё в усадьбе было приготовлено
жёнами и дочерьми
самураев клана Овари.
— Унэмэ!
— Да, отец?
Ты отнёс на место свиток,
что мы показывали князю?
Простите, забыл.
Сейчас.
Пусть Тисэ отнесёт.
Слушаюсь.
Тисэ!
Что вам угодно?
Тисэ была женой моего сына.
Они поженились два месяца назад.
Она была чудесная девушка.
Если бы я знал,
что мои слова накличут беду!
А ты кто такая?
Я из семьи Унэмэ Макино
усадьбы Овари.
Ты слишком прелестна
для такой глуши.
Что вы делаете?
Прошу вас, отпустите меня!
Отпустите меня!
Пустите!
Тисэ! Тисэ!
Держи его!
Не пускать!
Тисэ…
Что ты наделала, Тисэ?..
Что ты наделала?
Что ты наделала, Тисэ?
В ту же ночь Тисэ покончила с собой.
А наутро, не сказав ни слова,
князь Акаси покинул усадьбу.
Когда он прибыл в Эдо,
клан Овари пытался заявить протест,
но не получил ответа.
Что до меня,
то я потерял сына и невестку.
Жизнь потеряла всякий смысл.
Я хотел покончить со всем этим
и совершить харакири.
Но на долю моего господина,
князя Овари, выпал такой позор…
Я свидетель, а потому
не имею права умереть.
Я обязан продлить
своё горестное существование.
Можете смеяться над стариком.
Но я не заслуживал такого сына
и такой невестки, как они.
Что скажешь, Синдза?
Я сейчас словно бы слышу голос
покойного Дзюсё Мамии.
Даже для нас,
членов государственного совета,
есть поступки непозволительные.
Предать волю Его Высочества,
выразить несогласие с его решением —
для меня, его советника,
поступок непозволительный.
Но если не сделать этого,
страну ждёт хаос, а народ — беда.
Что скажешь, Синдза?
Я исполню долг самурая.
И ты готов умереть?
Я сделаю всё,
чтобы исполнить приказ.
Той же ночью, в 11 часов, тело Дзюсё
было возвращено в замок клана Акаси.
Господин! Господин Ханбэй!
Господин Ханбэй, не ходите туда!
Сколько раз я просил вас
оставить семью Дзюсё Мамии в покое!
И вы посмели арестовать его жену,
сына, невестку и даже внука!
Какая низость!
Но мы не могли не подчиниться
приказу господина!
Прочь с дороги!
Поколения ваших семей
служили клану Акаси!
Уверяете в своей верности,
а господину не повинуетесь?
Заботитесь о собственном благе
больше, чем о моём!
О, Ханбэй!
Слушаюсь.
Я только что получил вести.
Князь Дои отступился.
Это было временное умопомрачение,
и наказания не будет!
Вот бы посмотреть,
как кривился этот выскочка!
Прошу прощения, господин.
В чём дело, Ханбэй?
Князь Дои убедительно просит вас
позаботиться о семье Мамии
согласно распоряжению совета.
Я слышал.
Я понимаю ваш гнев,
но ведь дело благополучно уладили.
— Умоляю вас…
— Молчать!
Я не обязан слушать бредни
жалкого советника!
Господин!
Молчать!
Эти три дня измучили вас.
Почему бы вам
не пойти домой отдохнуть?
К сожалению, я не могу
себе этого позволить.
Я очень обеспокоен.
Но ведь дело уладили мирно,
наказания не будет.
Лучше бы назначили лёгкое наказание.
Клану всё это
обошлось слишком просто.
Но ведь…
нашему господину
была оказана особая милость.
Вот именно.
Князя Дои принудили оказать
эту «особую милость».
Князь Дои потерял лицо.
Ведь он советник по делам правосудия.
Что он предпримет в такой ситуации,
чтобы сохранить лицо?
Стойте! Не ходите туда!
Уберите руки!
Слишком поздно.
Вот как…
Поздно…
И ребёнка не пощадил…
Какая жестокость.
Слушайте все!
О происшедшем
не должен узнать никто.
Дом Мамии следует очистить,
вассалам велеть молчать!
— Ясно? Кто свободен?
— Я!
Немедленно собери людей,
ступай к усадьбе князя Дои,
заплати привратнику
и получи список всех,
кто посещал его за эти три дня!
— Я заждался! Что?
— Сделано!
Мы заплатили кому смогли
и раздобыли список посетителей.
Посмотрим.
Советник князь Симоса Тода…
Князь Синано Нагаи… Нет, не то…
Камэй Такэмото, управляющий…
Хёэмон Кагэ, гонец от семьи Сатакэ…
Тамээмон Сасаки, гонец
от господина Дайскэ Отомо...
Гэнма Хёдо, второй управляющий…
Помощник казначея Тодзюро Накано…
Управляющий Дзюродзаэмон Окада…
Макино, вассал клана Овари…
Макино из клана Овари…
Тот самый Юкиэ Макино
из усадьбы Овари?
И Макино встречался со следователем
Синдзаэмоном Симадой…
[Макино из клана Овари]
[Следователь Синдзаэмон Симада]
Следователь Синдзаэмон Симада?
Вы его знаете?
Да.
Он обучался наукам в школе Сёхэй
и искусству меча в школе Момонои,
стиль Кёсин Мэйти.
И, как я слышал, преуспел во всём.
В отличие от нас, он потомок древней
и уважаемой семьи из Микавы.
Неужели он так даровит?
Такому человеку можно доверить
самое важное государственное дело.
И если князь Дои выбрал его,
то нашему клану крайне не повезло.
Ты как всегда превосходен.
Как насчёт поединка?
Давно не упражнялись.
Возможно, стоит поберечь силы
перед важным делом?
Важное дело?
Все дела важны,
иначе их не стоит и делать.
Ты и сам это знаешь.
Если бы это было обычное дело,
я бы ничего не сказал.
Но увидел вас и понял:
вам поручено особое задание.
Неужели?
Видно, мне ещё многому
нужно учиться.
За те десять лет,
что я вступил на путь меча,
вы заплатили мне гораздо больше,
чем я, бедный ронин, заслужил.
И я принимал ваши благодеяния
без возражений, потому что знал:
придёт время вернуть долг, не щадя
своей жизни. Я ждал этого дня.
И теперь я смотрю на вас
и знаю: день пришёл.
Самурай это сердце и воля.
Оба в вашем распоряжении.
Если вы не позволите мне
сейчас применить их,
от этих десяти лет не останется
ничего, кроме сожалений.
Неужели ты так ценишь
мою скромную помощь?
Господин Синдзаэмон.
О, Куранага!
Если вы не исполните его просьбу,
самурайский дух Хираямы не успокоится.
Я выбрал пять человек
из моих подчинённых
и взял на себя смелость
привести их к вам.
Хотя Куранага всего лишь инспектор,
я передаю ему все мои дела.
Он непреклонен,
как и твой духовный наставник.
Я много слышал о вас.
Я Сахэйта Куранага.
Господин Синдзаэмон почтил меня
близкой дружбой.
Я почти член семьи.
Хираяма, пойдём с нами.
Я Гундзиро Мицухаси,
старший инспектор из Окобито.
Мои подчинённые, инспектора из Окати,
Москэ Отакэ и Ясокити Хиоки.
Инспектора из Окобито
Гэннай Хигути и Яхати Хории.
Я сам их выбрал.
Их гораздо меньше,
чем ожидалось.
В Окати 68 инспекторов,
в Окобито — 103.
Из этого числа мы выбрали
лишь нескольких самураев.
Скажите мне вот что.
Вы понимаете, что вручаете
мне свои жизни?
Мы это прекрасно понимаем.
Начальник объяснил нам,
что это секретное задание.
Хочу пояснить.
Личным приказом советника
князя Дои
нам приказано лишить жизни
князя Нарицугу из клана Акаси.
Объяснять причин я не буду.
Знайте только, что я распоряжусь
вашими жизнями, как сочту нужным.
Акаси — могущественный клан.
Не менее пяти тысяч самураев.
Более полутора тысяч служат в Эдо.
Господин Нарицугу отправится
из Эдо в свою вотчину 10-го числа.
Если он доберётся до Акаси,
всё пропало.
У нас мало времени и мало людей.
Нам придётся туго.
Считается, что жизнь самурая —
это бои на мечах.
Но время мирное, и никто
не бился настоящим мечом.
Ни мы, ни они.
Невозможно предположить,
что случится
в настоящей смертельной схватке.
Прошу извинить.
До свидания.
Арестуйте его.
Выясните, кто он и где живёт.
Вы кто такие?
Ты был в усадьбе Синдзаэмона Симады.
О чём был разговор?
Зачем вам это знать?
Вы самураи клана Акаси?
Раз знаешь, что мы из Акаси, значит,
вы что-то задумали против нас?
Говори!
Говори, если жизнь дорога!
— Убью!
— Хватит вопросов.
И ты из этих?
Назовись!
Ронин Кудзюро Хираяма.
Господин Кито?
Поостерегитесь впредь предпринимать
подобные вылазки.
Асакава.
Как здесь сегодня тихо.
Эта тишина — дурной знак.
Главный советник князь Дои затаился,
он ждёт чего-то
от Синдзаэмона Симады.
А Синдзаэмон замыслил что-то
и ждёт своего часа.
В чём дело?
Гэнсиро Дэгути и Какуму Сэнду нашли
мёртвыми у Этидзэнского рва!
— Что? Дэгути и Сэнду?
— Да!
Какое мастерство меча…
Одним ударом!
Теперь нет сомнений в том,
что задумал Синдза.
Теперь понимаете, Асакава?
Я дома!
Я пришла.
С возвращением.
Деньги кончились, гулять не на что.
И пить не на что.
Что вы там бормочете?
Хорошо, что господин Симада
вас не видит!
Что?
Ты встретила моего дядю?
Да, у Янагибаси.
А…
Хотя это странно.
Обычно в это время года
он очень занят.
Многие князья разъезжаются
по своим вотчинам.
Ну да ладно.
Мне то, нахлебнику, какое дело.
Не идти же к нему
без приглашения, верно?
Эй.
— Эй!
— Что?
Вот проказник!
Прошу вас.
Позвольте представить моего друга,
ронина из Бусю Кэйдзо Савару.
Ты говорил мне о нём,
а кто этот молодой человек?
Прошу прощения. Это мой
единственный ученик, Сёдзиро Огура.
Я не хотел втягивать его в это дело,
но ничего не вышло.
Твои родители живы?
Отец умер год назад,
а мать — когда мне было пять лет.
Я состою при кухне
и получаю пять рё.
Моей жизнью можно пожертвовать.
Пожалуйста, позвольте мне
пойти с учителем!
Что думаешь, Куранага?
При обычных обстоятельствах
не стоило бы его брать.
Но раз он всё знает и настаивает,
выбора у нас нет.
В таком случае мы воспользуемся
твоей помощью.
Это честь для меня!
Спасибо!
Я не пожалею жизни!
У Савары к вам необычная просьба.
Он присоединится, если получит двести рё.
Двести рё деньгами?
— Вы хотите сказать…
— Позвольте всё вам объяснить.
Моё сочувствие вашему делу
деньгами не измерить.
Однако я ронин, и с вами не связан.
Трудно ожидать,
что я буду работать бесплатно.
И на что вы предполагаете
потратить эти деньги?
Ну…
Сто двадцать рё — долги,
что за годы скопились,
да на гостинцы для моей родни.
Тридцать рё — на могилку жене,
которую в гроб загнал лишениями.
Двадцать рё — себе на могилку.
А на оставшиеся тридцать рё
буду жить в роскоши,
какой сроду не имел, до самой смерти.
Не ожидал, что вы оставите
себе так мало.
Тогда-то я и почувствую себя богачом,
если хоть раз в жизни
окружающих порадую.
Как интересно! Господин Синдза,
за такую душу двести рё не жалко.
Господин Савара.
Да.
Я принимаю предложение.
Прошло больше месяца.
Клан Акаси испросил позволения закончить
официальные дела и удалиться из Эдо.
23 октября
было объявлено,
что утром следующего дня
князь Нарицугу Мацудайра отбывает
из Эдо и возвращается в свою вотчину.
Господин Кито.
В чём дело?
Носильщики и слуги в панике.
Что происходит?
Нам предстоит не обычное
путешествие домой.
Все, кто замедлит наше движение,
останутся здесь.
Но ведь мы должны взять
определенное количество слуг.
Нам не нужен никто, кроме самураев.
Если Синдза задумал напасть по дороге,
он приведёт много людей.
И со слугами мы бы не отбились.
Но…
Мы отобьёмся. Мы пойдём на всё,
чтобы отразить удар.
Я так и знал,
что что-то случилось.
Это невыполнимая задача.
Невыполнимая?
Пусть и невыполнимая,
но так и подобает умереть самураю.
В битве против могущественного
клана Акаси.
Это вы так считаете.
Дядя наверняка думает иначе.
Он, думаю, беспокоится,
зная, в какой переплёт попал.
Но несмотря на это,
с улыбкой берётся за дело.
Взяться за невыполнимую задачу
и добиться успеха!
Это и есть его главный талант…
Но в этот раз, я думаю,
он потерпит неудачу.
Вы хотите сказать,
что не согласны нам помочь?
Я не отказываюсь помочь.
Однако…
извините, умирать ради этого
я не собираюсь.
Я настоящий блудный сын.
Я больше предан гейше, с которой живу,
чем своему званию самурая.
Не помню, когда я
упражнялся с мечом.
Зато упражняюсь вот с этим.
Я бы помог, но не с мечом в руках.
Вот с сямисэном — в любое время.
Таэ!
Проводи их!
Прошу прощения за наши
скромные услуги.
До свидания.
Дядюшка.
Добро пожаловать.
А ведь я говорил им,
что ничего не выйдет.
Уговаривали?
Да, немного.
Дядюшка.
У гейш можно узнать
много интересного.
Я недавно кое-что узнал.
И что же ты узнал?
Собака принадлежит хозяину,
а кошка — никогда.
Она просто сосуществует с ним.
Ты хочешь сказать, что лучше
быть кошкой гейши, чем псом самурая?
Не люблю кошек,
которые стараются мне угодить.
О, подай-ка мне инструмент.
Что?
А вы умеете играть?
Честно говоря, в твоём возрасте
я ненавидел тот факт,
что рождён самураем.
Я развлекался и увлекался музыкой.
Думал музыкой на жизнь зарабатывать,
но это оказалось не так просто.
И я понял, что легче умереть самураем,
чем научиться играть.
Разве это достойно,
жить ради удовольствий?
Легче умереть самураем,
чем научиться играть.
Я хочу…
хоть раз пожить в полную силу.
Я ухожу ненадолго.
Милый…
Вы меня разлюбили?
Когда…
вы вернётесь ко мне?
Через месяц, если обойдётся.
А если я задержусь...
Вернусь к празднику мёртвых.
Зажги фонарь и жди меня.
На следующий день, 24 октября,
процессия Нарицугу Мацудайры,
князя Акаси,
покинула усадьбу в Эдо
и направилась к землям клана.
Это вы, Ханбэй.
Давно не виделись.
Не помешал?
Нет, проходите.
Мы уже закончили.
Прошу оставить нас одних.
Что?
Оставьте нас.
Я знал, что вы придёте,
и ждал вас.
Рад видеть вас в добром здравии.
В другие времена
я бы угостил вас чаем.
Вы пришли…
убить меня, не так ли?
Вы всё так же неотступны,
как и раньше.
Завидую вам.
Какой странный поворот судьбы.
С тех пор, как я стал командовать
сотней в клане Окадзи,
я завидовал хатамото
из древних семей.
Я тайно мечтал когда-нибудь стать
как они, потому что я ничем не хуже.
И вам это с успехом удалось.
Вы стали начальником в Окобито,
потом в отделе пожертвований.
Вы стремительно росли по службе.
Я надеялся,
что вы станете хатамото
в прямом подчинении сёгуна.
Тогда я скажу вам:
если вспомнить всех именитых самураев,
я хотел стать таким, как вы,
господин Симада.
Я принял предложение
поступить в свиту князя Нарицуги,
когда его приняли в клан Акаси,
с жалованием в тысячу коку риса.
И вот чем обернулась
для меня эта тысяча.
Если подумать, он во всём виноват.
Возможно, для нас с вами
другого пути и не было.
Самураям выбора не дано.
Лучше бы господин Мамия
вспорол себе живот
у ворот нашего господина.
Тогда мы смогли бы
что-то сделать сами.
Я ведь и сам думал о харакири.
Но когда-то бывший сёгун взял меня
за руку и попросил беречь его сына.
У меня перед глазами до сих пор
стоит его благородное лицо.
И лицо врага. Ваше лицо, Симада.
Я смирился со своей судьбой
и готов ко всему.
Что бы между нами не произошло
с этой минуты,
надеюсь, мы поступим
как мужчины и как самураи.
Это моё единственное желание.
Я от всей души…
разделяю ваше желание.
Теперь позвольте откланяться.
До скорой встречи.
Вот именно.
Слушайте.
Они, вероятно, сначала переправят
половину людей на ту сторону.
Потом посадят в лодку князя.
Тогда мы и атакуем.
Скольких нам удастся убить
на такой открытой местности?
Если застанем их врасплох,
не больше троих на каждого.
Всех не убить,
их вчетверо больше, чем нас.
Идут!
По местам!
Построиться!
Господин Синдза!
Погоди!
Смотри! Два паланкина.
Во второй посадили двойника.
Но в который из них?
Это самураи, переодетые
носильщиками и слугами.
Их почти сотня человек.
Кого же атаковать?
Тех или этих?
Умно!
Ханбэй талантливый человек.
Два паланкина, вдвое больше
самураев, отличное построение.
Похоже, первый поединок
мы проиграли.
Ни за что!
Мы не уйдём без боя!
Я с вами, если мы атакуем!
Найти жизнь в смерти —
мечта самурая!
Вы не правы.
Мы всего лишь люди, как и они.
Когда побеждаем, а когда и проигрываем.
И если ясно, что проиграли,
лучше отступить, пока не поздно.
Господин Синдза,
что будем делать?
В этот раз Синрокуро прав.
Когда процессия отойдёт,
мы вернёмся в Эдо.
Отступить?
Ни за что!
Лучше последовать за ними.
Дорога долгая,
рано или поздно
мы застанем их врасплох.
Вот именно.
Мы готовы пожертвовать жизнью.
Торопиться некуда.
Дело ещё не проиграно.
Наше нападение — как шахматный ход.
Переиграть его нам не удастся.
И мы сделаем ход тогда,
когда появится шанс захватить короля.
Посмотрите на них ещё раз.
В следующий раз вы встретите их
в смертельной битве.
Похоже, мы избежали ловушки.
Теперь беспокоиться не о чем.
Переход только начался.
До княжества Акаси ещё далеко.
Радоваться рано.
Князь Мацудайра клана Акаси
остановился на ночлег на станции Варадзи.
На следующую ночь — на станции Агэо
в том же княжестве.
Указом совета сёгуната
вы отстранены от должности.
Помните, сколь многое зависит от вас,
даже если вам суждено пасть в бою.
Это вопрос жизни и смерти.
Вставай!
Просыпайся, говорю!
Не приставай.
Всё равно умирать. Почему бы
и не отдохнуть перед смертью?
Вот, выпей.
Не надо.
Понятно.
Третью ночь князь провёл на станции
Кумагая, четвёртую — в Хондзёдзю.
Пятую ночь —
на станции Такасаки в Дзёсю.
Процессия отошла от Эдо
на тридцать ри.
— Общий сбор.
— Есть!
Эй, господин зовёт!
Всех зовёт!
Благодарю за терпение.
Мы выработали план,
и сейчас я его вам изложу.
Прежде чем начать, скажу сразу,
что возражения не принимаются.
Хираяма, карту, пожалуйста.
Слушаюсь.
Мы атакуем князя Нарицугу
Мацудайра вот здесь.
На станции Отиаи в княжестве Мино.
Позвольте изложить наш план.
К северу от Кисо находится Тэнрё,
к югу — земли клана Овари.
Между Фукусимой и Агэмацу
протекает река Отаки.
Именно в Кисо в прошлом году князь
совершил преступление против клана Овари.
Господин Юкиэ Макино служит на заставе
Агэмацу, мы попросим его о помощи.
От имени главы клана Овари,
он не позволит князю пересечь
границу клана Овари.
В прошлом году господин Макино
потерял сына и невестку.
Он не откажет нам в помощи.
И что будет дальше?
Процессию остановят на границе
клана Овари.
Нарицугу упрям и своеволен,
он не захочет отступить.
Он попытается обогнуть
земли клана Овари.
Возможно, они решат
отправить кладь и часть свиты
через земли клана Овари,
а сам князь с оставшимися самураями
вернётся в Миянокоси,
и оттуда, через перевал Гонбэй,
выйдет на тракт Ина.
Тогда они пройдут по тракту Сансю
от Ииды до Окадзаки?
А вот этого они не сделают.
Не забудьте, что между Кисо клана Овари
и другими землями лежит клан Наиги.
Эта территория принадлежит
князю Тоёме Мино.
Князь Нарицугу уже известил кланы,
что пройдёт через их земли.
Если он отступится из-за Овари
и не осмелится зайти в Наиги,
то станет всеобщим посмешищем.
Чтобы потешить свою спесь
и не осрамиться перед мелким князем,
Нарицугу обязательно заедет к нему.
Туда ведут две дороги:
через перевал Кисо по тракту Одайра
или через перевал Камидзака.
И в любом случае ему придётся
остановиться на станции Отиаи.
Мы загодя прибудем на станцию
и подстережём Нарицугу там.
Что скажете?
Полагаю, возражений нет?
У меня вопрос.
Что мы будем делать, если от границ
Овари они просто уйдут по тракту Ина?
Невзирая на спесь и приличия?
Что, если они решат не идти
через земли клана Наиги?
Да, от этого зависит всё.
Но как бы то ни было,
победить свиту князя Акаси
нашими малыми силами возможно
только одним мощным ударом.
Все двенадцать из нас должны
укрепиться в одном месте
и уповать на помощь провидения.
А пока помощь не подоспела,
надо будет приготовиться.
Куранага.
Никто лучше тебя не сможет
убедить Макино помочь нам.
Я рассчитываю на тебя.
Я готов. Обещаю, что процессия
будет остановлена.
Я отправляюсь.
А теперь касательно станции Отиаи.
Синрокуро.
Да.
Отправляйся туда и договорись
обо всём с начальником станции.
Да, но как это сделать?
В Отиаи 75 гостиниц.
Скажем, 50 рё за каждую,
всего получится 3750 рё.
Ты должен снять
все гостиницы в городе.
Понял.
Действовать нужно быстро.
Седлайте коней.
Есть.
Мы отправимся по тракту Косю.
Мы должны обогнать процессию.
Процессия князя Нарицугу движется
к Синано по тракту Накасэндо.
Осень в Кисо наконец закончилась,
настал ноябрь.
Княжество Мино, станция Отиаи.
Здесь живёт начальник станции Отиаи?
Простите убожество нашей гостиницы,
здесь такая глушь.
Каё, ты комнату прибрала?
Да.
Я не привередлив.
Сюда, пожалуйста.
У вас здесь и крестьяне
с мечами ходят?
Если вы про меня,
так я не крестьянин.
— Я самурай.
— Помолчи, Коята.
Простите его,
он воображает себя самураем.
Но, отец, ведь семья Коята
и вправду из самураев!
Это не женского ума дело!
Нет, это ведь я начал.
Извините.
Прошу вас.
Это ещё кто такой?
Какой-то хатамото из Эдо.
Привёз письмо с приказом советника.
Он что-то такое говорил.
Приказ от советника?
Какие приказы в нашей глуши?
7 ноября
князь Нарицугу миновал Фукусиму
и подошёл к Кисо княжества Овари.
Господин!
Такая незадача!
В чём дело?
Клан Овари воспрещает нам
пересекать их границу.
Что? Воспрещает?
По приказу князя Овари
князю Нарицугу Мацудайре,
главе клана Акаси, отказано
в прохождении через земли клана Овари.
Ноябрь, первый год Кока.
Застава Кисо Агэмацу, клана Овари.
Надо же, такая неприятность
посередине пути!
В чём дело?
Господин!
Мерзавцы, вы это видели
и стоите сложа руки?
— Молчать!
— Господин!
Пусть князь Овари
и из знатной семьи,
но я — сын бывшего сёгуна
и брат нынешнего!
Я этого не потерплю!
Вперёд через мост!
Я пробьюсь через границу,
а клан Овари ещё пожалеет! Вперёд!
— Ваш гнев вполне понятен, но…
— Молчать!
Если вы не пойдёте,
я отправлюсь сам!
Господин!
Подождите!
Посмотрим, что будет.
Зачем, господин Кито?
Нам необходимо пройти через
земли клана Овари любой ценой.
Господин как всегда
хочет настоять на своём.
Посмотрим, удастся ли.
Стоять!
Если случится худшее,
я готов умереть вместо господина.
На карте моя честь самурая,
и я не позволю вам помешать!
Ты кто такой?
Назовись!
Прочь с дороги, если жизнь дорога!
Или зарублю!
Как вам будет угодно.
Что?
Вы, видно, не узнали меня.
Я Юкиэ Макино, отец самурая
клана Овари Унэмэ Макино
и его жены, которых вы убили в Кисо
в октябре прошлого года.
Желаете убить меня
и направиться дальше?
Именем клана Овари клянусь,
я не допущу этого!
Ты забыл своё место, наглец!
Господин!
Ханбэй.
Пойдёмте, прошу вас.
Вам пора отдохнуть.
Господин…
Мы пойдём в обход по тракту Ина,
и затем прямо к побережью.
Не стоит рисковать ради
визита к князю Наиги!
Что думаете?
Я слушаю.
Если узнают, что нас
не пропустили в Овари
и мы сбежали,
отменив назначенные визиты,
мы станем посмешищем всей страны.
Избежать насмешек вам важнее,
чем спасти жизнь господина
и всего клана Акаси?
Вот о чём я спрашиваю вас.
Возможно, будут смеяться.
Но не больше года.
А на следующий год наш господин
станет главным советником!
Тогда пусть попробуют посмеяться!
Зачем же рисковать его жизнью
и благополучием клана ради
одного злополучного визита?
Ты так боишься за собственную жизнь,
что тебе безразлична
репутация господина?
А говорят, самурай лучше умрёт,
чем станет объектом насмешек.
Что скажешь, Ханбэй?
Скажи тогда.
Ради чего же клан Акаси
поколениями содержал
столько самураев?
Прошу простить,
но ситуация сложная.
Она требует особых мер.
Ты говоришь о хатамото
Синдзаэмоне Симада?
Именно так.
Молчать!
Акаси — могущественный клан!
Ты, самурай клана в 100 000 коку риса,
испугался жалкого хатамото,
который получает 750 коку! Позор!
Ханбэй.
Я полагал, на такого самурая,
как ты, можно положиться.
Видимо, я ошибся.
Слушайте!
Мы посетим каждый клан по дороге,
включая Наиги, любой ценой!
— Это приказ!
— Слушаем, господин.
Мы примем другие меры.
Иначе всё погибло.
Господин Куранага!
— Господин Синдза здесь?
— Да, он в доме.
Хорошо.
Отведи лошадь.
Я только что вернулся.
Благодарю за усердие.
Рад служить.
У меня хорошие новости.
Макино, рискуя жизнью,
остановил процессию у реки Отака.
Князь Нарицугу с ближайшей свитой
направился к тракту Ина.
— Вот как.
— Мы верно рассчитали!
Теперь они направятся в Отиаи.
Куранага, а что с Юкиэ Макино?
Господин Синдза…
Я встретился
с ним в Агэмацу за день до этого,
рассказал ему всё
и попросил о помощи.
Он застонал, словно от боли,
и сказал,
что хотя клан Овари и продолжает
платить ему жалование,
его род уничтожен.
И уронил голову на грудь.
На следующий день на мосту
через реку Отака он дождался,
пока процессия не скрылась из глаз,
потом взрезал себе живот и умер.
Так я и думал.
Вот как…
Свита князя Акаси
разделилась надвое.
Половина, пятьдесят два самурая
во главе с князем Нарицугу,
отправилась на тракт Ина
и пересекла перевал Гонбэй.
Дядюшка!
Синрокуро, спасибо за работу.
Всё идёт по плану.
Это господин Токубэй из «Сансюя»,
начальник станции.
Я — Симада.
Благодарю за гостеприимство.
И извините за беспокойство.
Прошу, не извиняйтесь.
Кроме меня никто ничего не знает.
Я всё устрою как надо.
— Тогда покажите всё моим людям.
— Хорошо.
А вы, дядюшка?
Я отправлюсь в гостиницу.
Ты со мной.
И ты, Куранага.
Хираяма, и ты с нами.
Вот там — «Сансюя».
В ту сторону — Кисо.
А в ту — Накацугава.
Значит, граница клана Наиги
прямо по этой дороге?
Если они прорвутся на эту улицу,
всё пропало.
Улица всего одна.
Нам придётся приспособить
всю станцию для наших целей.
— Эй, это «Сансюя»?
— Да.
Что? Процессия Акаси
исчезла с тракта Ина?
Говорят, вчера они прошли Комаганэ.
И после этого процессию
никто не видел.
Это невозможно!
Их должно быть человек пятьдесят!
— Вдруг они решили вернуться в Эдо?
Вот что…
Они могли пройти по тракту Кан,
а потом выйти на Сансю.
Этот Ханбэй Кито — большой хитрец.
Что же делать?
Может, послать
кого-нибудь на поиски?
Не знаю.
Эти места нам незнакомы,
и мы можем выдать себя.
Понимаю вашу тревогу,
но одна неосторожность
может всё испортить.
Успокойтесь
и ждите вестей.
Куранага.
13 ноября.
Шесть дней прошло с тех пор,
как процессия князя Мацудайры
бесследно исчезла.
Поторопитесь!
Нашли время отдыхать!
Сейчас каждая минута на вес золота!
Поторопитесь!
Дядюшка!
В чём дело, Синрокуро?
Возникла одна сложность.
Посторонний узнал о наших планах.
Что?
Эй, спускайся!
Давай.
— Это он?
— Да.
Утверждает, что он
деревенский самурай.
Его зовут Коята Кига.
Ни родителей, ни родственников нет.
Он всё узнал от дочери хозяина дома.
Мы велим хозяину, чтобы
не выпускал дочь из дому.
А что делать с ним?
Он не только всё вызнал,
но и хочет присоединиться к нам.
Стыдно слушать.
Умоляю вас!
Я умею обращаться с мечом!
Отец меня научил!
Пожалуйста!
Хочешь получить чин?
— Вовсе нет!
— Тогда что же?
Чего он хочет, так это
вон ту девчонку.
Они любят друг друга,
а её отец,
начальник станции, против.
Парень думает, что если проявит
храбрость, им позволят пожениться.
Это он так думает,
или ты так считаешь?
Не знаю.
Наверное — и то, и другое.
Если никогда не любил всем сердцем,
чувств влюблённого не понять.
Он не пожалеет жизни.
Это правда.
Господин Синрокуро.
Они оба безумны —
и парень, и девушка.
Но не убивать же их,
чтобы не разболтали.
Дядюшка?
Выбора нет.
К тому же нам
пригодятся лишние руки.
Пусть идёт на мост.
Итак, теперь нас тринадцать.
14 ноября.
Следующий день, 15 ноября.
Никаких новостей.
Такая большая процессия,
и ни слуху ни духу.
Я думаю, раз их до сих пор нет,
значит они направились
по тракту Сансю напрямик к Окадзаки.
Да, наверняка.
— Других вариантов нет.
— Согласен.
От Комаганэ, где они исчезли,
до нас полтора дня пути.
Самое большее — два.
Они должны были быть здесь
два дня назад.
Если мы их упустим,
другого шанса не будет.
Может, стоит бросить эту станцию,
пересечь перевал Камидзака
и пойти к тракту Сансю?
Вот именно.
Пора принять решение!
Рано.
— Но, господин Хираяма…
— Рано, я сказал!
На переправе вы видели,
как он хитёр.
Возможно, Ханбэй Кито отговорил их
от визита к Наиги.
Они словно испарились с дороги.
Но как бы он ни был хитёр,
отряд из полусотни человек
не может исчезнуть без следа!
Они наверняка затаились
и ждут, что мы предпримем.
Но они появятся.
— А если нет?
— Появятся!
— Но, господин Хираяма…
— Молчать!
Мы доверили Синдзаэмону наши жизни.
И спорить сейчас ни к чему.
Хираяма…
Не хотелось бы доверять дозор
простым крестьянам.
Кого бы туда послать?
Я пойду.
Опять ты?
Вы мне и так переплатили.
Не люблю я лишнее брать.
Да и работа не пыльная.
Пойду потружусь.
Что ж, пошлём тебя.
Вы согласны?
Пойду.
Он такой странный.
Но отличный воин.
— Дядюшка.
— Что?
Вы действительно думаете,
что процессия Акаси придёт сюда?
Не знаю.
А что мне делать?
То же самое, что Куранаге и Хираяме.
А мне хочется помолиться.
16 ноября.
Первый заморозок.
Я слышал, что упражнение —
задача бесконечная,
но я даже не могу справиться
с этим мечом.
Ты разработал технику?
Нет.
Опасный момент с мечом —
когда его вынимают из ножен.
А с копьём — когда его отводят назад.
Для этих моментов есть
особые приёмы.
Я думал об этом
и пытался разобраться.
— Хираяма.
— Да?
Говорят, жизнь человека
непредсказуема.
Но с жизнью воина — не так.
Если он жаждет умереть в бою —
он выживет.
Если жаждет жить — погибнет.
И сейчас я думаю,
до конца ли был верен пути воина?
Едут! Они едут!
Господин Симада!
Процессия князя Акаси приближается!
Что? Приближается?
Похоже, они всю ночь ехали
по тракту Одайра.
Через несколько минут
спустятся с перевала Томогари.
Все верхом, пятьдесят три человека!
Итак, они здесь.
17 ноября, первый год Кока.
Час Тигра (4 утра).
Говорят, туман в тот день
был особенно плотен.
По местам!
— Далеко до Накацугавы?
— Да.
Я спрашиваю — как далеко?
Что здесь происходит?
Освободить дорогу!
Что это?
Проклятье!
Назад!
Назад!
К домам!
Укрыться от стрел!
Укрыться от стрел!
Полагаю, это процессия
князя Мацудайры из клана Акаси.
По приказу хатамото
Синдзаэмона Симады
мы вынуждены
остановить вас стрелами.
Укрыться от стрел между домами!
Укрыться!
Возьмите коня!
Господин!
Сюда!
Не бросать лошадей!
Идиоты! В сёдла!
Убить их!
— Езжай назад к мосту!
— К мосту?
Их люди и на другой стороне,
значит где-то есть переправа.
Найди её!
Отакэ! Отрежь князя!
Понял!
— Господин!
— Сиракава! Что?
Здесь можно пройти!
Отлично!
Всем назад!
Пройдём через переулок!
Господин!
Убрать этот забор!
Господин! Господин! Назад!
Это западня!
Назад, пожалуйста!
Прочь с дороги!
С дороги!
С дороги!
С дороги!
Или убью своей рукой!
Нарицугу там, внизу!
С дороги! С дороги!
Господин! С дороги! Прочь!
Господин!
Назад! Назад!
Ханбэй!
Нас же убьют!
Сделай что-нибудь!
Потерпите немного.
Нельзя было заходить сюда!
— Господин!
— В чём дело, Ханбэй?
Ещё одна ловушка Синдзы!
Нас загнали в угол.
Если они атакуют, нам не уйти.
Князь Нарицугу в ловушке!
— Ханбэй с ним?
— Да, он его догнал.
Отлично, всем туда!
Уничтожить их!
Не дайте им прорваться,
иначе всё сорвётся!
Всё ясно!
Интересно, что теперь
сделает Ханбэй?
Как он будет защищаться?
Господин!
Господин!
Идите туда, к завалу.
Попробуйте разобрать связки.
Там наверняка есть проход.
Быстрее!
Разобрать связки!
Остальные — прикрыть собой господина!
Всем вперёд!
Быстро!
За неповиновение убью своей рукой!
Хираяма!
Подходите!
Покажите истинный дух
самураев Акаси!
Скорее, поторопитесь!
— Сёдзиро!
— Да.
— Прикрой меня!
— Хорошо.
Бежим!
Займись остальными!
Сёдзиро, за мной!
Господин, проход!
Хорошо!
Нападение — лучшая защита.
Не упустите шанс, прорвитесь вперёд!
Господин!
Отходи, Савара!
— Уходим отсюда!
— Хорошо!
Господин Кито!
Господин Кито!
Господин Кито!
Господин Кито!
Это ты?
Через реку можно
переправиться на лодке!
Вот как!
Значит, там лодки!
Все сюда! Мы пойдём обратно
той же дорогой, что пришли.
Решается судьба нашего господина
и всего клана Акаси.
— Сражайтесь изо всех сил!
— Есть!
Хатадзава, охраняй господина.
За мной!
Маэкава!
Тяни!
Что вы делаете?
Уведите господина! Скорее!
Что?
Они отступили по той же улице?
Да. Мицухаси пытался остановить их.
Но их было слишком много.
Что теперь делать?
Господин Синдза!
Итак, Ханбэй хочет
вернуть князя на тракт Кисо.
Он собирается сражаться?
Нет.
Ханбэй умён, потому
и разобрался в ситуации.
Исидзука!
Скажи Хигути и Хории,
чтобы атаковали Кито
на главной улице.
За мной!
Не отставать!
— Где господин?
— Да…
Где господин?
Господин!
Господин! Господин!
Стой! Надо сломать эту дверь,
там должен быть выход!
Тебе конец!
И ты из этих?
Убью!
Мицухаси! Отходим!
Мицухаси!
Мицухаси!
Проклятье!
Хигути!
Мерзавец!
С дороги!
Господин Ханбэй!
Господин опять побежал назад!
Проклятье!
Идиот Хатадзава!
Назад!
Господин!
Назад!
С дороги!
Синрокуро!
Быстрее!
Ханбэй!
Господин! Господин!
Господин, спрячьтесь там!
Ханбэй!
Господин!
Я ждал вас.
Синдзаэмон Симада?
А вы, я полагаю, Нарицугу Мацудайра,
князь Акаси.
По не зависящим от меня обстоятельствам
я должен лишить вас жизни.
Прочь, мразь!
Ты поднял руку
на родственника сёгуна!
Знаешь, что это значит?
Успокойтесь
и приготовьтесь к смерти.
Прочь, мерзавец!
Прочь с дороги!
Или тебе не известно,
что я брат сёгуна?
Не могу сказать,
что только вы во всём виноваты.
Мне тяжело убивать вас,
но придётся это сделать
ради блага страны.
Я не могу позволить вам уйти.
На помощь!
Ханбэй! Ханбэй!
Асакава!
Ханбэй!
Асакава!
Господин!
Господин!
Синдза, мерзавец!
Защищайся!
Подожди.
Ханбэй…
Ты и я.
Один на один.
Синдза!
Почему ты не защищался?
Почему ты позволил мне…
Ханбэй…
Так и должно быть.
Что?
Синдза!
Ханбэй…
Синдза…
Ханбэй,
так и должно быть.
Если бы я не убил вашего господина,
я потерял бы честь самурая.
Если бы вы не убили меня,
вы потеряли бы честь самурая.
Вот как…
Как это похоже на тебя, Синдза.
Я проиграл.
Но мы ещё встретимся
на той стороне.
— Хираки!
— Да!
Пора кончать эту
бессмысленную бойню.
Подай сигнал.
Слушаюсь!
Сигнал!
Сёдзиро!
Не трогай их!
Сёдзиро!
Нарицугу Мацудайра, князь Акаси,
захворал по пути из Эдо
и по приезде в свою вотчину
скончался.
Такое донесение получило
правительство сёгуната.
Было это в конце ноября
первого года Кока (1844).
КОНЕЦ
 

////////////////////////////