Честные бандиты (1958 год). Фразы и цитаты из фильма

Banda degli onesti (1958)

Все фразы и цитаты

Портье! Портье!
Синьор Антонио!
- Чего? - Кто-то застрял в лифте,
где восьмая лестница.
Минуточку!
Антонио! Антонио!
Вы что, не понимаете, что портье
должен знать, где ключи?
Что за анархия? Никогда нельзя
найти ключи от террасы!
Фуражку видите? Так вот,
я тут главный по ключам от террасы.
А мне ключ дала Дионира.
Так вот...
Как только постирала эту фигню,
ты ключ должна была принести мне.
- А то я тебе такой ключ устрою!
- Синьор Антонио! - Чего?
Вас жена зовет.
- Антонио!
- Чего?
Лифт около восьмой лестницы
опять застрял.
Как всегда! Иду.
Вот видишь! Это из-за тебя
опять лифт застрял.
- И каким же образом?
- Телепатия!
Ага, телепатия, телепатия...
Бегу!
Сейчас открою!
Этот лифт каждую неделю застревает.
- И как всегда нет портье!
- Да он тут при чем? Это лифт такой.
Тут кто-нибудь работает?
Я уже полчаса сижу!
Портье у вас тут чем занимается?
- Ну наконец-то! - А ты почему
лифт не разблокировала?
- Я пыталась, но не смогла.
- Кто застрял в лифте?
- Новый администратор дома.
- Хорошенькое начало!
Оп! Оп!
А вот и портье!
Уже бегу!
- А вот и я.
- Ну наконец-то. Открыть сможете?
- Вы застряли, да?
- Мне что, тут ночевать придется?
- Как пожелаете.
- Чего? Что значит, "как пожелаете"?
Зачем ночевать тут?
Это не положено.
- Тогда открывай.
- Сейчас.
Эти лифты - сплошное наказание,
постоянно застревают.
- Ухаживали бы за техникой,
это всего 5 минут. - Открывай давай!
Ну я же должен объяснить синьорам,
почему он постоянно застревает. Сейчас!
А вот и ключ.
А теперь поворачиваем... вот так...
Только я этот секрет знаю.
Я прирожденный портье!
- Ну наконец-то!
- Дайте я пожму вашу руку. - Вот.
- Как дела? - Хорошо.
- Хорошо... - Точно хорошо?
- Нет, там как было?
- Плохо! Разве не видно?
- Так, повторяйте за мной: "Ох!"
- Ох! - Ох! - Ох!
Нет, не так.
Повторяйте за мной.
Оо-ох! Оо-ох!
Оо-ох! Оо-ох!
Какой вы тяжелый! Ну вот!
А вы куда падаете?
Поднимайтесь! Вставайте!
- Вы испачкались. - Господа,
спектакль окончен. Можете расходиться.
Чего смотрите? Этот несчастный,
на его месте...
Кто это еще несчастный?!
- Я говорю, несчастье... Несчастье...
- Это позор!
- Добрый день, господа. - Добрый день.
- Добрый день. - Добрый день.
- Прошу вас, господин бухгалтер...
Извините. - Да, да...
- Отличный был спектакль!
- Извините их, народ тут простой,
в театры не ходят, развлечений мало,
вот и набежали.
- Вы видели, как они смеялись?
- И все надо мной!
- А вы знаете, кто я?
- Конечно! Новый администратор.
- Я бухгалтер Казория.
- Бухгалтер Казория.
Я тут с инспекцией.
Плохо, очень плохо. Эта авария...
...непорядок, повсюду коты!
- Синьор Казория, смотрите на это просто.
- Ни за что!
Этот дом как будто брошенный.
И откровенно говоря, управляющая
компания не в восторге от портье.
- Нет?
- Нет!
Нет, нет. Почему, когда я пришел,
в сторожке никого не было?
Там была моя жена...
- Она немка.
- И что с того?
Когда немец охраняет, мимо него
и мышь не проскочит!
К тому же наша швейцарская
как проходной двор. Люди так и шныряют.
Никакой личной жизни,
зато все жильцы на виду.
Ботильяро!
- Это еще кто? - Это господин, который
зовет господина Ботильяро.
- Очень приятно...
- Паровой котел хотите посмотреть?
Да, да, пошли смотреть котел.
Живо.
Мда... Дорогой Антонио,
тут все оставляет желать лучшего.
Видите, господи бухгалтер,
я изо всех сил стараюсь, но вот...
Лифт и коты
все время против меня.
Понятно. Может, портье помоложе
будет справляться лучше,
но у меня тоже семья,
я все понимаю...
Нет, нет, я не буду писать рапорт
в управляющую компанию.
- Я...
- На этот раз я глаза закрою и надеюсь...
Спасибо огромное. Даже и не знаю,
как вас отблагодарить.
Может, вы мне подскажете,
как я могу вас отблагодарить?
Эй, осторожней!
Сейчас я вам покажу...
Вот видите, вы могли...
...удариться. Даже я, хоть и знаю дорогу,
часто стукаюсь.
- Спасибо.
- Вот так вот. - Спасибо.
Смотрите, дорогой Бонокоре,
что вы должны сделать.
- Непременно должны!
- Да, конечно.
Я на твоей стороне,
но и ты должен быть на моей.
Э... Позвольте, я открою дверь.
Прошу сюда.
Прошу вас.
- Проходите.
- Спасибо.
- Это ты поддерживаешь огонь?
- Так точно. Я еще и кочегар.
- Тут жарко, очень жарко.
- Еще бы! Мы же рядом с печкой.
Нет, я в общем говорю.
Весь дом должен быть хорошо прогрет.
Да? Однако мне не очень нравится
ваша идея...
- Хотите прогреть - прогрею!
- Поэтому поставки...
...угля в конце месяца, мне кажется,
надо будет увеличить, так?
Давайте посмотрим. Печь потребляет
1/20 центнера, этого вполне хватает.
И к тому же предварительная смета
утверждена администрацией.
Именно предварительная,
а любые предварительные дела...
..потом в ходе практики
могут меняться, не так ли?
Каким образом?
Написано 1/20 центнера,
а потом окажется, что все 40.
Это будем знать только мы с вами.
Синьор бухгалтер Казория,
в моей стране...
- это называется хищение.
- Чего? - Да, хищение!
- Я этого не говорил!
- Не говорили?
- Нет, нет.
- Мне показалось...
- Я всего лишь сказал,
что на вашей стороне. - Спасибо огромное!
Но на моей стороне - холодно
и 1/20 центнера вполне хватает.
Хорошо, хорошо. Я только хотел
снизить затраты.
Хочу сказать, что мы это
хорошо запомним, Антонио Бонокоре.
До свидания.
Черт возьми!
Ах!
- Есть хочу!
- Положи это сюда.
Черт возьми!
Письмо от Микеле.
- Нам Микеле написал!
- Ну наконец-то!
Мустафа! Вон! Нельзя
занимать место хозяина! Пошел!
Он невыносим. Итак...
Так вот.
Посмотрим.
- И что пишет?
- А что он еще может написать?
Как он нам может помочь! С тем, кто
ушел в армию, надо быть холодным!
Держи.
Зачем ты туда налила воду?
Зачем ты туда налила воду?
- Ничего я не наливала.
- Ах ''не наливала''...
По-твоему, я ее туда налил?
Да, синьор Фюрер?
Сто раз говорил, давай возьмем меньше,
меньше, чтобы на вино хватало!
Мне-то всего нужно на два пальца,
на один палец, на мизинец. Но вина!
Ответь! Иль телефункен!
Скажи: ''Алло!''
Давай.
Алло. Швейцарская.
Да, сейчас.
- Тебя!
- Я воль, майне фрау. Данке шён.
Алло! Да, я.
Добрый вечер, синьор Пиццигони!
Да, да... Слушаю...
Э... Мне очень жаль, но сейчас
у меня нет возможности... вот.
Да, я знаю, что просрочил.
А что хотите, я жду платежа,
и к тому же,
мне еще не заплатили.
Потерпите еще несколько дней.
Вы же так великодушны... потер... Алло?
Синьор Пиццигони?
Синьор Пиццигони?
Трубку повесил.
- Пошел, Мустафа! - Давай, вали! В один
прекрасный день я убью эту собаку.
А из его шкуры я сделаю прекрасный
каракулевый воротник себе на пальто.
- Что сделаешь, папа?
- Ничего. Чего ты хочешь, чтобы я сделал?
- Портье! - Добрый вечер, доктор.
Как себя чувствует Андреа? Плохо, да?
- Хотите, я отнесу ему молоко?
- Он хотел вас увидеть.
- Добрый вечер, доктор.
- Я еще не доел.
- Вам надо поторопиться.
- Хорошо, уже иду.
Присмотрите за сторожкой!
Я понес умирающему молоко.
Хорошо.
Какая дрянь!
Хорошенькое дело!
И это после 40 лет службы...
Знаешь, какую мне
назначили пенсию? Знаешь?
- Знаю. 28 000 лир в месяц.
- И знаешь, под каким предлогом?
- Потому что у тебя нет жены и детей.
- Как будто это дает преимущество.
Дает, дает. Поверь мне.
Точно говорю! Сейчас!
- Что такое? - Муха.
- Ах! - Нет... она мертвая.
- Давай, глоточек! - Нет.
- Всего капельку теплого молока. - Нет.
- Нет? Может, таблеточку?
- Нет, оставь...
Столько таблеток,
и никакой от них пользы.
Мой дорогой! Ты впадаешь
в старческий пессимизм. Поверь мне.
- Антонио.
- Чего?
Антонио, я хочу раскрыть тебе
один секрет.
- Секрет?
- Да. - Мне? Слушаю.
- И чего?
- Этот секрет...
...мучает меня уже долгие годы.
- Говори, говори.
- Я решил открыть его тебе...
...потому что у меня нет
ни родственников, ни друзей.
К тому же, ты - хороший человек.
Последний год я работал
на Монетном дворе.
Я был гравером.
Мы тогда работали над выпуском
новой банкноты в 10 000 лир.
Эта банкнота
и сейчас в обороте.
Да, да, я слышал, ты говорил, что будет
новая банкнота в 10 000 лир.
Как всегда, было изготовлено
несколько клише.
А через некоторое время после этого
я ушел на пенсию.
Я был так огорчен,
так подавлен!
- Знаешь, каково это чувствовать,
когда тебя выбрасывают? - Еще бы!
- И поэтому я украл одну из копий.
- Ого!
- Копию чего?
- Клише. - Ого!
- И еще бумагу.
- Белую?
- Филигранную.
- Фи...? - Филигранную.
Короче, такую, которая...
...нужна для выпуска
банкноты в 10 000.
Ладно, дорогой, у меня куча дел.
Мне нужно еще главные ворота закрыть!
Нет, Антонио, не уходи.
Я еще не закончил.
- Ты такой хороший.
- Да ладно тебе!
Я всегда чтил и уважал закон!
А знаешь, что это значит?
Вот зачем ты мне это сказал?
Теперь я должен пойти в комиссариат...
-...и заявить на тебя.
- Нет, не говори так.
- Послушай.
- О Боже...
Знаешь, сколько времени
меня это мучило? Я хочу все исправить.
Исправить, исправить? И когда?
У тебя уже времени не осталось.
- Антонио, видишь этот
чемодан на шкафу? - Который?
- Этот?
- Да. Возьми его.
Зачем? Ты с ума сошел?
Зачем еще? Чтобы на нем
остались скопические отпечатки?!
- Дактилоскопические.
- Дактелоскопические.
Я никому никогда не говорил,
что там внутри.
Вот и мне не надо было.
Я не хочу этого знать.
Там клише и бумага
с водяными знаками.
- Я их никогда не трогал.
- Ни разу?
- Никогда.
- Никогда не трогал? - Никогда.
Я не напечатал
ни одной банкноты,
-...клянусь тебе.
- Верю.
Не раз меня посещал соблазн
сделать это,
- но мне не хватило смелости.
- А от меня ты чего хочешь?
- Антонио, я ухожу.
- Ах, да.
Я сказал да, потому что...
Все с тобой будет хорошо,
это я тебе говорю.
Слушай, если я умру, я не хочу,
чтобы это попало в нечестные руки.
Я не обрету покой.
Это нужно уничтожить.
Извини, а зачем ты на меня хочешь
повесить эту головную боль?
И потом, ты не умрешь,
все с тобой будет хорошо!
Вот увидишь, ты еще ножками
ходить будешь! Тип, топ... Тип, топ.
Пойдешь, разведешь костер
и уничтожишь чемодан.
- Это я тебе говорю, Антонио Бонокоре!
- Нет, я не смогу уже...
Пообещай мне, что это ты сделаешь.
- Это моя последняя воля.
- Слушай, это шантаж!
- Обещаешь?
- Хорошо, обещаю.
Ох, вот теперь, да...
Я смогу умереть легко и спокойно.
Но это ж бред, извини!
У тебя мания преследования насчет смерти,
я тебе точно говорю!
Ну куда ты помирать собрался?
Из тебя жизнь ключом бьет!
У тебя сердцебиение, как у быка.
У меня даже пульс не такой!
Эти часы я купил в Америке.
Сейчас посчитаем:
один...
...два...
..три...
Эй! Что за хрень!
Ладно, на этом разговор и закончим.
- Лучшие всегда уходят!
- Ну что поделаешь? Это жизнь!
- Сегодня не стало его,
а завтра, к примеру, вас. - Но...
- Всего хорошего.
- Удачного дня.
Ну вот и все, дело сделано.
- Раз, и все.
- Какое горе, бедняга!
- Он был совсем еще не старый.
- Ну чего ты говоришь?
Ты хоть знаешь, сколько лет
было синьору Андреа? 93.
- Да ну? - Что "да ну"? Он еще, поди,
живого Гарибальди видел!
- Можно?
- Кто там? Входите!
- Извините, синьор Антонио.
- Я вас слушаю.
Я увидел, что вы убрали
журнал для соболезнований.
Да, точно. Но этот журнал
для родственников.
А синьор Андреа, к несчастью,
был совсем один.
Но я думаю, как бы это сказать,
в знак уважения к...
Хотите расписаться?
Я просто его убрал.
- Пойду принесу.
- Я, вот...
- Хорошим человеком был синьор Андреа?
- Да.
- Мамуля была права. Уходят...
- ...всегда лучшие,
...лучшие всегда уходят.
- Мамуля поехала на кладбище.
- Какая молодец!
- А вот я не смог.
- Я тоже.
Поэтому я послал туда жену и детей.
Пусть немного развеются.
Подышат свежим воздухом,
а то все время сидят тут, взаперти...
- До свидания, синьор Антонио.
Синьора... - Всего хорошего.
Вы кто? Чего вам надо?
Нет, вы мне скажите, кто вы.
Это моя жена, какая вы красотка!
Надеюсь, вы тут ничего не украли?
Ну как тебе тут?
Извините, а вы кто
и чего вам надо?
- А ты сам кто?
- Как кто? Что, не видно?
- Я портье!
- А, ты портье? Замечательно!
Замечательно! Очень приятно!
Я уже вижу, ты и чемодан собрал...
- Какой еще чемодан?!
Чего вы хотите? - Но...
Уже съезжаете, хотя еще полно времени!
Какой шустрый, однако!
Извини, мы тут с невестой шли мимо,
и я ей сказал:
Давай зайдем, глянем, а потом
подумаем, как там все обустроить.
Ферна, я думаю, сюда прекрасно встанет
наша софа, та, которая ситцевая.
- А то тут мрачновато.
- Да. А пол...
- Посмотри, совсем растрескался.
- Да, дрянь полная.
Вы меня совсем расстроили.
Извините за пол.
- Ну и что?
- Хотите, я вам его протру.
Нет, ну что вы, зачем?
Извини, ты чувствуешь?
Этот запах капусты по всему дому?
Нужно его убрать отсюда.
Проветрить тут все, вымыть.
- Выжечь каленым железом!
- Выжечь? Хотите позвать пожарных?
- Знаете, куда я сейчас пойду?
В полицию. - Нет!
С ума сошел?
Ты что, обиделся?
- Мы же коллеги! Ну ты чего?!
- Кто мы? Коллеги?
- Вы что, портье?
- Я - нет, но скоро буду.
Скоро будет! Друг мой,
портье не становятся, ими рождаются!
Шутник! Если хочешь,
поговорим позже, когда съедешь.
- Послушай, а ты что, не получил
уведомление от администратора? - Нет.
Как, ты разве не знаешь, что
администратор мой друг? Синьор Казория!
- Казория? - Очень близкий...
Я очень извиняюсь.
Не волнуйся. А я и не знал.
До свиданья, синьора.
Пойдем!
Пойдем, дорогая. Мы побеспокоили
этого беднягу. Хорошего вам дня!
Мамочка родная, вот напасть.
Ай, ну ты и молодец,
бухгалтер Казория!
Вы разве не получили
уведомления от администратора?
Администратор - мой хороший друг,
бухгалтер Казория.
Мы сделали...
Все, что нужно для печати банкноты
достоинством в 10 000 лир.
Когда вы отсюда съедете?
Филигранная бумага и клише
для печати банкноты в 10 000 лир.
Не сегодня-завтра наша семья
окажется на улице!
Не все так плохо. Он сказал, что
уведомление мы еще не получили.
Вы можете радио оставить в покое?
- Придурок! Кретин!
- Сама такая!
Не бей ребенка!
- Иди сюда, мое золотце...
- А куда ушел Антонио?
Ну и как их делать?
Я ему сказала, что не могу больше ждать,
поэтому мы встречаемся вечером.
Будем надеяться, что придет!
Каза...
Казамассима, Казамассима.
Алтобелли. Алтобелли.
Ло Турко. Ло Турко.
Отправитель: Бордини и Стокетти.
Бордини и Стокетти. Так только
счета подписывают. Счета...
- Добрый день! - Какая жалость!
Я их только что в ящик опустил.
Там письмо...
Бордини и Стокетти.
А, просроченные, да?
- Как ваш сын? Пишет?
- С Микеле все хорошо. Пишет.
- Брокколи и картофель, как всегда?
- Папа и брат их обожают.
И никакого вреда. Брокколи
и картошка, это сплошные витамины,
очень питательные,
укрепляющие и полезные.
- Хорошего дня.
- Хорошего дня!
Джузеппе Ло Турко, полиграфист.
Полиграфист...
Полиграфист...
Полиграфист...
Ты что написал? Прочти!
''Доктор Луиджи Биффиньярди,
рыдцарь работы".
Рыдцарь?
Рыдцать... с буквой ''д''?
- Нет там "д"! Рыцарь!
- Сейчас исправлю.
Исправляй, невежда!
Слушай, а как правильно пишется -
"скола" или "скала"?
Невежда!
Скола...
- Машину смазывал?
- Смаслил. - ПРОМАСЛИЛ!
Я тебя убью!
- Добрый день, господин Ло Турцо!
- Ло Ту... Чего ржешь? - Ай, папа!
- Ло Турко.
- А, да, точно. Извините.
Чего ржешь?
Что поделываете?
Работаете, да? Работаете?
Спасибо Господу, работаем.
А вас что привело сюда, синьор Антонио?
Я тут прогуливался и подумал:
"А не проведать ли мне Ло Курто''.
- Ло Турко.
- Ло Турко.
- Побеспокоил?
- Нет, ну что вы.
- К тому же сейчас время обедать.
- Было бы неплохо.
Этому лишь бы поесть...
- Ох уж эти дети... - Если хотите мне
что-то сказать, присаживайтесь.
Нет, сейчас время обеда,
я тоже пойду.
- Брокколи и картошка, да?
- Э... да.
А я буду есть спагетти с морепродуктами
и пиццу с мясом.
Извините, не вы ли сказали, что будете
есть брокколи и картошку?
- Это вы будете! - Ах, я?
- Тогда я пойду есть к тете.
Он всегда так, когда дело
касается брокколи...
Извините, а кто вам сказал,
что я ем брокколи и картошку?
Кто мне сказал? Ваша дочь.
Странно, и чего это моя дочь
разболталась?
- Что такое?
- Дон Антонио!
Вы мне чуть палец не сломали!
- А зачем вы туда руку засунули?
- Чего? Я?
Успокойтесь, ничего же не случилось,
ну что вы, как мальчик! Вы же мужчина!
Не понимаю!
Зачем совать руки в машину?
Это же машины,
а не разумные люди.
- Машины, они же из металла!
- Вечно вы шутите.
Хорошо вам. А сегодня -
явно не мой день!
Да ладно тебе, ладно...
Не расстраивайся.
Ну, у всех свои проблемы.
Вам еще повезло,
у вас уважаемая фирма,
фабрика. - Ага, фабрика!
Как ФИАТ, как Монтекатини, да?
- Я слышу странный звук. Вы ничего
странного не слышите? - Да, слышу.
Это такой... такой звук, как...
- Как будто штукой...
- ...примерно такой? - Ага.
- Так это вы? - Дон Антонио, имейте
терпение, вы меня отвлекаете.
- Машина новая, только что с завода.
- Эта? - Как видите.
- То есть, совсем новая?
- Это знаменитая "Педалина".
(ножной печатный станок)
- Знаменитая?
- "Педалина". 100 копий в минуту!
- Офигеть! - Феномен!
Настоящий феномен. - 100...
- А сколько вы их делаете в день?
- 50.
- Как-то по цифрам не совпадает...
- Да, да... 100 копий в минуту...
...должна делать, но на моей работе
больше 50-ти не получается.
- Понятно. - К сожалению, больше
никто визиток не заказывает.
Народ встречается, здоровается, говорит:
"привет", "пока", "доброй ночи"...
- Обходятся палУмерами!
- Полумерами, полумерами.
- Полумерами, вот в чем причина.
- К сожалению...
А что за марка у этой "Педрины"?
- Какой "Педрины"?
- Вашей. Вот этой.
Какая еще "Педрина"?
Это... "Пе-да-ли-на".
- А, "Педалина". Так какая марка?
- Бордини и Стокетти, что в Турине.
Вот черт, Бордини и Стоккетти!
Я это уже где-то слышал.
- Это известная фабрика.
- А, точно!
А, точно, Бордини и Стоккетти.
Этим утром в швейцарскую...
- ...доставили для вас конверт.
- Конверт? - Да!
- И что там, реклама?
- Нет, нет. Счет.
Да? Замечательно.
Спасибо, дон Антонио. Вы мне принесли
отличный аперитив перед брокколи.
- Я же ваш портье...
- Я знаю. Премного благодарен. Счет...
- Прошу.
- Нет, только после вас.
- Окажите любезность.
- Нет, я же у вас в гостях.
- Ну, как хотите.
- Спасибо.
- Ой, извините. Можно пройти?
- Идите! - Спасибо.
- Я закрою, да?
- О, нет, нет.
- Ну позвольте мне. - Ну что вы!
- Я закрою! Вы хотите?
- Ну как хотите.
- Как хотите.
Тогда ладно...
Ну и?
- Вы разве не закрыли?
- Так вы же сказали, что сами закроете!
Давайте я!
- Я вас ушиб?
- Да вы просто кара Божья!
Извините, извините... Я не хотел...
Отстаньте от меня.
Это моя дверь, и я ее закрываю.
А зачем вы туда ногу засунули?
- Позвольте...
- Оставьте меня в покое.
Итак...
- Синьор Туркези, я хотел бы...
- Ло Турко. - Ло Турко.
Я хотел бы вас спросить:
а вы когда-нибудь делали
фальшивые визитки?
Что вы хотите сказать?
Ну, на визитке обычно пишут
то, что хочет заказчик...
А есть какие-либо законы, которые
регламентируют, что писать?
Да какие там законы!
Каждый пишет, чего хочет.
Служащий пишет, что служащий,
военный, что военный.
Если хочет дворянский титул,
ставим титул. Каждый хочет...
- быть важным.
- Чем он есть на самом деле.
- Да.
- Понятно.
А может, они фальшивые.
- Что вы хотите сказать?
- Хочу сказать... А?
- А?
- Нет, хочу сказать... А?
Ничего не понимаю.
Может, пойдем выпьем кофе? А?
Пойдемте.
Прошу вас.
- Сейчас посмотрим.
- Посмотрим.
Вот, готово.
- Итак, синьор Ло Триполи...
- Ло Турко!
Синьор Ло Турко, прощу прощения,
вот слушайте. Это - вы.
- Эта чашка?
- Эта чашка.
- А это другая. Капиталист.
- Другая чашка?
Спекулянт. Другая чашка.
- А вот это - капитал.
- Сахар.
Минуточку, я еще не закончил.
Дайте закончить.
Итак, обе эти чашки сейчас
без сахара, вот они:
- Ло Турцо - Турко!
- Ло Турцо и Ла Чашка, чашка.
Чашка и Ло Турцо.
- Ло Турко! - Ло Турко. - И что я буду
делать? - Что будете делать?
Вы это видите? Вы этого не знаете.
А эта, наоборот, знает.
Знает и пользуется этим!
- Что об этом думаете?
- Что вы рано или поздно прекратите.
Вы так думаете, потому что вы -
хороший и всеми уважаемый человек.
А эта, наоборот, нет!
Продолжаем. Смотри.
- Продолжает, продолжает, продолжает.
- И так все время? - Все время!
Так, хватит. Пройдите на кассу,
доплатите и продолжайте.
Вот, надо быть сильнее!
Это единственный выход!
- Быть сильнее? - Да, да, потому что,
откровенно говоря, дорогой синьор...
- Ло Турко. - Такие люди, как вы,
позволяют другим садиться вам на шею.
- На шею?
- Ага.
- Видите ли, синьор...
- Ло Турко. - Ло Турцо.
Ло Турко! Вы представляете
здоровую, честную, незапятнанную...
часть общества нашей страны.
А те же - наоборот... Понятно?
- Те - это кто?
- А о чем мы говорим?
О спекулянтах, об алчных,
о тех, кто извлекает пользу...
Таких, как бухгалтер Казория.
А что это за бухгалтер Казория,
которого вы все время упоминаете?
А вам не по фигу,
кто ворует сахар?
- Казория ворует сахар?
- Еще и уголь.
- Уголь и сахар?
- Точно. - И еще не посадили?
Нет, потому что они хитрые.
Они нарушают уголовный кодекс,
но никогда не попадают в ловушку.
Посмотрите, посмотрите на этого типа,
вон там. Да не смотри же!
Смотрите!
Да не смотрите же!
А как я могу смотреть, не глядя?
Смотрите, но не делайте вид,
что смотрите.
- Эта подойдет?
- Да.
- Этот там...
- Кто он?
- Бухгалтер Казория?
- Какой еще Казория! Вичино...
Вичино? Фраттамаджоре?
- Да какой там Фраттамаджоре...
- Кайвано? - Да какой еще Кайвано!
- О-о-ох!
- Торре Аннунцьята?
Я вам раньше не говорил
этого из вежливости, но...
- вы идиот!
- Правда?
Что "правда"?
Вам этого еще никто не говорил?
Нет. Вы мне сказали,
а что я такого сделал?
- Ну вот, отличное решение.
- Какое решение?
Точно! Сообразно!
Сообразно.
- Вы сказали "сообразно"?
- Да, но это секрет.
- А что за секрет?
- Только вы должны мне довериться.
- У вас неоплаченный счет...
- Увы!
- У вас ни копейки в кармане,
заказов нет. - Да, верно!
Ботинки все в заплатках.
- Будь я на вашем месте, я бы мне
доверился. - Ладно, хорошо...
- А каким образом?
- Как - каким образом?
- Давайте перейдем на другую сторону.
- На другую...
Даже не перейдем, а перепрыгнем
вместе с вами!
- Но как? - Что как? Пошли!
- Куда пошли?
Пойдемте перейдем на сторону
бухгалтера Казория и его дружков.
- Казория и его дружки?
- Не понимаете?
Ага, сейчас... туда...
- Кто здесь? - Кто здесь?
- Что случилось? - Это опасно?
- Вы сказали "кто здесь?"
- Кто?
- Вы меня будете слушать?
- Я вас слушаю!
Уделите мне всего минуту
вашего внимания,
и я вам расскажу кое-что,
что вас заинтересует.
- Пойдемте туда. - В метро?
- Да, там никого нет.
- Но...
- Пойдемте со мной, я все расскажу.
У меня семья!
О чем вы думали!
- Послушайте голос крови!
- Голос чего?
- Отличные! Отличные штуки!
- Да? Они подлинные.
А какая резьба!
Просто великолепно.
А бумагу, бумагу видели?
Посмотрите на бумагу!
- Бумага... - Великолепна, да?
- Длинновата чего-то...
О, черт! Я ошибся!
Это же туалетная бумага!
- Вот она. Она же филигранная.
- А то!
- Из государственной поликлиники!
- Полиграфии. - Полиграфии.
- Ну что, решили?
- Эх, да, да, да.
Ну что, испытаем на практике?
Ради Бога, синьор Антонио,
я глянул... я дилетант...
Но вы только подумайте, какое это
удовольствие для полиграфиста -
с печати визиток перейти на печать
10-тысячных банкнот.
Дон Антонио, помимо всего...
Я хочу сказать, что...
Я специалист по черно-белой печати.
Тут нужно другое качество чернил,
нюансы всякие...
Плавные переходы...
Нужен эксперт!
Ага! Нам еще третьего не хватало!
Не смешите меня!
Но это нужно!
Он просто необходим.
Нужен тот,
кто хорошо разбирается в цвете.
- В цвете?
- Ага!
- Художник подойдет?
- Ага. - У меня есть.
Настоящий художник?
Настоящий?
Он великий художник!
Этот?
- Ага.
- Это художник?
Почему? Не подходит?
- Но, синьор Ло Стурцо...
- Ло Турко. - Ло Турко.
А вы кого хотели? Пикассо?
Де Кирико?
- Будем воскрешать Рафаэля?
- Не надо никого воскрешать...
Нам нужен художник.
А это пачкун какой-то!
Не привередничайте!
Это художник!
У него просто сейчас такой период,
вот и подрабатывает.
- А мы ему можем доверять?
- Как самому себе!
Вот смотри, когда у тебя куча долгов,
просроченные счета, из квартиры
выселяют, умираешь с голоду...
ты доверяешь другим.
Вы же мне доверяете?
Верно!
- Привет, Кардоне!
- А, синьор Антонио!
Ну ты как? Ты как? Как, а?
Знаете синьора...
- Ло Турко. - Нет.
- Кардоне, очень приятно. - Очень.
- И вы друг друга не знаете?
- Нет.
- Вы же живете в одном доме.
- Так он же огромный!
- Очень большой.
- Кстати, как ваша работа?
- Да так, неплохо.
- Выглядит так объемно. - Точно.
Свой особый стиль...
Как у настоящего художника.
Я, конечно, профан, но чем-то мне
напоминает Пинтуриккьо. (ит. живописец)
- Манерой письма.
- Манерой письма.
- Эта манера письма...
- Не для этого. - Точно не для этого.
Кстати, синьор Кардоне,
это для вас.
Тут написано "срочно",
вот я его вам и принес.
- Это из администрации.
- Еще обойдется, обойдется!
Ага, обойдется! Конечно.
Синьор Пинтуриккьо, ну? Итак?
Я, конечно, не сую нос в дела съемщиков,
но у меня же глаза есть...
- Глаза-то есть, да?
Это личное дело. - Ага!
- Личное дело?
- Ага, выселение - это личное дело.
- Синьор Антонио, вы меня убиваете.
- Убиваю?! А чем вы хуже его?
- Этот несчастный, как и мы,
умирает с голоду. - Синьор Антонио!
- Умирает, как и мы!
- А, как и мы!
Сейчас такое время...
Надо смириться...
Нужно перейти на сторону
бухгалтера Казории.
Так он же меня выселяет!
А-а-а. Он ничего не понимает!
- Ему нужно выпить кофе.
- Да.
- Может, кофе?
- С удовольствием.
- И много сахара?
- Много сахара!
Пошли.
Итак, Кардоне...
- Не, не, не.
- Нет?
Не, не, не. Это не мой профиль.
Нужна смальта...
Специальные масла...
Нужны особые чернила.
- Особые, не особые.
- Дон Антонио, я же говорил!
- А я, наоборот, думал...
- Чего тут думать? Обычный мазила.
Жантурко, не расстраивайте меня.
Это художник.
Все потому, что...
Знать бы, почему...
Короче, я в деле и готов играть.
Итак, Кардо, ты должен
посмотреть нам в глаза.
- Вы должны заглянуть в свое сердце.
- Да, заглянуть!
- Вы чувствуете это или нет?
- Чувствуете?
- Ничего он не чувствует.
- Минуточку. Вы чувствуете это?
- Я почувствую...
- Если почувствует!
- Ну и?
- Ну и?
- Мне нужно немного усилия.
- Ну так усильтесь,
не трусьте. Вы же один из нас.
- Ну? - Это большой грех.
- Грех?
- Это смертный грех.
- Смертный грех, говорит.
- Мне мама не разрешит.
- Не впутывайте сюда маму, Кардо.
А если мама узнает?
Нет, я не в деле.
Я ночью спать хочу. Я не хочу,
чтобы меня грызла совесть.
А чтобы голод грыз, хотите?
А как насчет выселения?
- Кардоне, а выселение вас не гложет?
- Но мама...
Опять вы со своей мамой...
Кардоне, дорогой, у всех - мама!
- Ну хорошо, уговорили.
- Ну наконец-то! Ло Турко!
- Все, пошли. Давай, давай!
- Не, не, не..
Оставьте меня, прошу вас.
Я... Я думаю, что он...
и то, что он сказал, любой священник
будет согласен с...
с синьором Кардоне. Нет, нет.
Ребята, не забывайте, кто я.
Я полиграфист.
Вы о чем думали?
Вот тут. Тут написано:
''Законом преследуется подделка..."
и распространение фальшивых денег".
Мы в тюрьму пойдем!
Не пойдем! Мы не будем делать
фальшивые деньги.
Это клише подлинное.
И не просто, а с монетного двора!
Понятно? Мы просто
организовываем филиал.
Или, как говорят французы -
''dipendance''.
Если продавец возьмет
наш билет,
он посмотрит и скажет:
''Эта банкнота - настоящая''.
''Настоящая. Дайте ему сдачи''.
Раз, раз, раз и платит.
Какая еще сдача? Вас что,
монетный двор на подряд взял?
Дон Антонио, не говорите глупости.
Нет, нет, нет. Даже слушать не буду!
Это подарок фортуны.
Подарок!
- Это не подарок, а пинок.
- Подарок! Подарок!
- Лучше об этом не говорить.
- Больше не говорить.
Не говорить. Оставим все, как есть,
просто шутка. Не говорим об этом.
- Больше об этом не говорим.
- Не говорим.
- Я же, однако...
- Хотите сказать? Об этом не говорим.
- Хотите поговорить об этом?
- Поговорим.
Если хорошо подумать,
очень хорошо...
Мы ничего против закона
не делаем.
Бумага - настоящая.
К тому же, если посмотреть,
то это даже не преступление...
Что они нам могут сделать?
Что сделают?
Ну хорошо, хотите сказать,
что дело стоящее...
Тогда я в деле.
Я в деле. Вы в деле?
- Я в деле.
- Вы в деле?
- Я не в деле. - Как - я, полиграфист,
в деле, а вы нет?
Дорогие синьоры, я слышал, что вы
говорили тут недавно...
Вот этими двумя ушами.
Я ведь не глухой, знаете?
У вас мамуля и краски,
у вас типография...
А я из итальянского среднего класса,
у меня социальный статус.
- Очень извиняюсь!
- У меня хорошая швейцарская,
жильцы постоянно
входят и выходят.
А когда Пасха, Рождество, Новый год
и Феррагосто, мне дают чаевые...
А когда именины, мне дают
цветы, свечи, ну и так далее. И еще...
- У меня трое сыновей.
- И чего?
- Больше об этом не говорим.
- Больше об этом не говорим.
- Все кончено. - Как - не говорим?
- Все, я вас не знаю.
А этот спит!
Нет.
Нет.
Да ради Бога.
Какое там!
В тюрьму отправят.
В тюрьму отправят.
Как видишь, сынок, я сопротивляюсь,
чтобы сохранить тебе честь мундира.
- Добрый день, Марче.
- Привет, Рикардо. А папа?
- Только что уснул.
- И сегодня так же.
Ты знаешь, что уже целую неделю
длится эта история?
Вчера ночью он вернулся в 3 утра.
Свет не включал, чтобы меня
не разбудить. Прям, как вор.
- Что он делает? Куда ходит?
- Эх, знать бы!
- Может, он ходит в типографию?
- Ага, в типографию!
- Ну тогда в бар.
- Ага, в бар!
Ну хорошо, тогда сам предположи!
- Может, у него есть кто-то...
- Думаешь?
- А почему бы и нет?
- Извини.
В конце концов, с тех пор как отец
остался один, он стал такой серьезный.
Но, дорогая моя, мы же мужчины,
у нас есть потребности.
Да ладно тебе!
Чертовы коты!
Если хоть одного поймаю - сожру!
Сволочи помойные!
Коты долбаные!
- Не делай так, нас заметят.
Они услышат твой свист... - Нет...
- Этой ночью случится?
- Будем надеяться!
- Нам нужен образец.
- Образец?
- Настоящие 10 000 лир.
- И где я ему возьму?
Я же не могу все время
работать по памяти.
- И что делать?
- Что делать?
- 10 000 лир, откуда я их возьму?
- Может, Ло Турко...
С ума сошел? Единственное, что у него
осталось, - заплаканные глаза.
Попросить у Ло Турко 10 000 лир!
- Что делать?
- Что делать?
- Придется мне жертвовать...
- Мне жаль...
Мне. Представляешь,
последняя семейная ценность.
Это моего отца,
настоящий раритет!
- Раритет? - Французский!
- Это же Роскофф!
- Хорошо, Роскофф, раритет,
какая разница. - Отлично!
Я отнесу его Пиццикони.
Надеюсь, что этот говнюк...
даст мне билет в 10 000 лир.
- Мне нужен хороший, большой билет.
- Ага, в два раза больше.
Кардо, эта банкнота имеет
стандартный размер. Ну что ты, ей-богу!
- Ну? - Нужно еще красного.
- Красного. - Минуточку!
- Вот, красный. - Позвольте мне.
- Да ради Бога!
- Мастер...
- Я знаю, как правильно.
- Готово.
- Великолепно.
- Ага, вот.
- Ага, вот.
- Готово?
- Да. - Ой, извините!
- Рамка, как настоящая.
- Как ты над ней мучился. Загляденье!
- Маэстро, ваш выход. Прошу!
- Да, да.
- Воду и мыло!
- Воду и мыло! - Сейчас!
- Полотенце!
- Полотенце! - Сейчас!
- Полотенце, вот оно.
- Полотенце...
- Спирт!
- Спирт! - Ага, спирт!
- Вот спирт. Этот, да?
- Да, да.
- Спирт...
- Спирт... - Растворитель!
- Растворитель.
- Вот, растворитель.
- Аккуратней, аккуратней.
- Не надо меня учить. - Извини.
- Готово. - Готово!
- Итак... Ты чего делаешь?
Это тебе не гранатовый сок!
Тоже мне, нашел время!
- Извините.
- Ты что наделал? - Ничего...
- Полотенце.
- Полотенце.
- Спокойно, терпение...
- Крутить! - Крутить!
- Крутить. - Крутить.
- Круто, ага, просто круто!
- Прокатать, дон Антонио!
- Ага, круто.
- Да нет, не круто, а прокатать! Валик.
- А это что-то типа скалки?
- Типа... - Вот!
- Нужно прокатать. - Осторожно!
Готово!
- Прям как тесто.
- Вот так.
- Отлично. Бумага!
- Сейчас!
- Вот, готово. - А вы что,
из всей бумаги только такую знаете?
- Ношу на всякий случай.
- Филигранная.
Филигранная, филигранная...
тра-та-та-та-та! Оле!
Нашли тоже мне время для шуток!
Извините, это все эмоции
от радости! Вот она.
- Тихо! - Ти...
- Не шумите, я же портье всего лишь.
Эй, ребята, все согласны?
Все?
- Согласны? Да еще как!
- Еще как!
- А ты согласен?
- А? - Ладно, все согласны.
- Пинцет.
- Пинцет. - Пинцет.
Это чудо. Это чудо!
Вот она. Да простит меня моя покойная
супруга. Дон Анто... Ну?
Блестящая, как рожа
у бухгалтера Казория!
- Первоклассная. - Мне дурно.
- Нет, Кардоне! - Эй, эй, эй!
- Брызни водой!
- Куда? - На лицо! - Сейчас!
- Ой, мамочка...
- Ради Бога! Кардо!
Давайте ее испробуем там,
в этом ночном баре.
- Давайте сначала испробуем
эту фальшивую банкноту. - Да. - Да.
- Иди, иди.
- Как это, "иди"?
- Минуточку... а почему я?
- Теперь твоя очередь.
Мы же все вместе
над этим работали.
- Хорошо. - Давайте посчитаемся,
кто должен пойти.
Давайте посчитаемся.
Начнем с него.
С него, как с самого молодого.
- С меня, с меня, с меня...
- Шесть. - Шесть.
- 1, 2, 3, 4, 5 и 6.
- Извините, но как вы считаете?
- Что это значит?
- 1, 2, 3, 4, 5 и 6.
Нет, нет, нет. 1, 2, 3, 4, 5 и 6.
На вас выпало.
- 1, 2, 3, 4, 5 и 6.
- Послушайте, не надо меня бесить.
- 1, 2, 3, 4, 5 и 6. Ваш черед.
- Давайте меня исключим из спора.
- Хорошо, без него. Он не в счет.
- Итак... Ло Турко, Ло Турко...
- Четыре!
- 1, 2, 3 и 4.
Вы, конечно, отличный полиграфист,
но счетовод из вас никакой.
- Было четыре?
- Четыре!
- 1, 2, 3 и 4. Ваша очередь.
- 1, 2, 3 и 4. Ваша очередь. Идите!
Все, заканчиваем.
Я больше не участвую. Идите.
- Не участвуете?
- Точно.
- Я остаюсь один?
- Один.
Идите и помните - не перепутайте
фальшивую банкноту...
-...с настоящей. - На настоящей
я специально крестик поставил.
- Смотрите не перепутайте.
- Ну что, я пошел? - Идите.
- Итак... Ладно, пойду я.
- Вот и идите!
- А? - А?
- Вы меня звали?
- Нет, нет. Идите! - Никто меня не звал?
- Ну кто вас может звать?
Пять пачек экспортного "Националя"
в мягкой упаковке, пожалуйста.
- Вот, пять пачек в мягкой упаковке.
- Спички, пожалуйста.
Более мелкими
разменяйте, пожалуйста.
- Более мелкими.
- Три тосканских!
- Вот, держите.
- Три тосканских! - Спасибо.
- Чего вам?
- Три тосканских.
Сожалею, но тосканские закончились.
- Тогда дайте туалетное мыло.
- Мыло? "Палмолив" подойдет?
Да, "Палмолив" подойдет.
- Вот, "Палмолив".
- Спасибо.
Минуточку.
Вот.
- Вот, держите, сдача с 10 000.
- Спасибо. До свидания. - До свидания.
- Эй, постойте!
- Да?
- Я нашел одну тосканскую сигару.
- Не надо, спасибо.
- Курить вредно.
- До свидания. - До свидания.
Десять свечек, пожалуйста.
Кого еще несет в это время?
Никакого спокойствия!
Вечно они ключи забывают!
Ох уж эти люди!
- Кто там?
- Это я, Микеле!
- Микеле! Не может быть!
- Привет, мама!
- Я так счастлива!
- Ну что, не ждали меня? - Нет.
Давай, входи. Быстрей. Пошли.
Проходи!
- Мама, Микеле приехал!
- Микеле! - Бабушка!
- Мой Микелечка!
- Как ты?
- Ну как ты?
- А ты помолодела! - Почему бы и нет!
- Привет! - Микеле приехал!
Мы тебя так ждали!
Иди сюда, ко мне на колени.
Давай!
- А вот и Мустафа!
- Мустафа! Иди сюда! Давай!
- А почему не предупредил?
- Хотел сделать сюрприз!
- Ты в отпуск?
- Нет, потом объясню. А где папа?
Я решил обновить себе гардероб.
Итак: два костюма,
две рубашки, два воротничка,
два галстука, две пары подтяжек,
два ремня, двое брюк,
двое кальсон, два носовых платка,
две пары ботинок и американское пальто...
из верблюжьей шерсти. - Может, из кашемира?
- Нет, с капучино.
- А ты уверен, что в Америке есть
верблюды? - А почему бы и нет?
Привезли отсюда,
а теперь шлют нам обратно.
- Верблюдов? - С капучино, когда
мне будет холодно, я его поднимаю,
иду к воротам, весь в капучино.
- А-а-а, я понял! С капюшоном!
- Ну да, с капюшоном!
- Ага, понятно, полупальто.
- Полупальто. - С галунами.
С галунами, молодец.
- Ботинки. Куплю себе новые ботинки.
- На высокой подошве!
- Хорошие такие...
- Со скрипом. - Да!
- Хрум, хрум, хрум... - Будешь таким
важным. - Почему бы и нет?
- А насчет лета что решили?
- Вот я уже решил.
Возьму мамочку, и мы поедем
паломниками в Иерусалим.
- Грехи замаливать. - В Святую землю.
А я, наоборот, поеду в Монте-Карло.
- В Монтекаво.
- Монте-Карло!
- Монте-Карло!
- А где это?
Это французское Средиземноморье,
Лазурный берег, удивительное место...
Там полно казино.
- Полно чего? - Казино!
- И зачем ты поедешь в Монте-Карло?
- Играть едет...
- Это я понял!
- Кто там?
- Ночной патруль. Кто там внутри?
Это я... Ло Турко. У меня тут
срочный заказ.
А, это вы синьор Ло Турко.
Я шум услышал. Всего хорошего.
Всего хорошего!
Так, быстро за работу,
иначе о Монте-Карло
и Иерусалиме в тюрьме мечтать будем.
Работать!
- Только работа!
- Только!
Микеле. Микеле.
Просыпайся давай.
- Папа!
- Ты приехал!
- И когда ты приехал?
- Этим вечером.
Слушай, ты же в пограничной полиции,
они же на границе. А ты как здесь?
Папа, финансовая полиция
границу не охраняет.
- Меня перевели сюда, в Рим.
- В Рим? - Что, сослали?
- Ты что, не понял?
- Да все я прекрасно понял.
Ты свалился прям...
Как сыр на макароны!
- У тебя такое лицо...
- Какое лицо?
- Мне кажется, ты испуган.
- Оптический обман.
Ты только проснулся...
Ты же знаешь, сынок,
у меня столько забот!
Да, мама мне все рассказала. Я все
знаю про этого управляющего
и что ты не согласился на взятку.
Ты все правильно сделал.
Ты у меня всегда был честным человеком.
А это требует огромного мужества!
Конечно, сынок, конечно.
Я честный,
- скромный и мужественный.
- Давай я тебе помогу.
- Нет, ради Бога, не надо!
- Знаешь, а я буду больше получать.
- Буду работать в летучем отряде.
- В аэропорту, что ли?
- Нет, в налоговой полиции!
- А, в налоговой! Налоги!
Да, и это тоже. Но в основном борьба
с контрабандой, с черным налом,
с монопольными злоупотреблениями,
с контрафактом...
- С фальшивомонетчиками?
- Конечно.
Верно. Налоговая полиция,
фальшивомонетчики, они же...
- налоги не платят. Точно.
- Это отличная карьера.
- Я смогу стать унтер-офицером.
- А, даже так. Ага...
А ты как сам, папа?
Ты где по ночам пропадаешь?
- Смотри, уже день наступил!
- По ночам я хожу в найт-клуб.
- Чего?
- В найт-клуб.
У меня там халтурка, подработка.
Знаешь, как дом дорого содержать!
Открываю всем дверцу такси,
а мне дают чаевые.
- Ага, и поэтому ты не спишь по ночам.
- Кто спит, тот рыбу не ловит...
- А я ловлю.
- А это у тебя что?
Да так, ничего. Хрень просто.
Как это будет по-французски?
Туалетная бумага! "Папир идженик"!
Я ее в лотерею выиграл.
Папа, очень тебя прошу,
не делай так больше.
- Играть в лотерею на туалетную бумагу?
- Нет, твои походы по ночам.
Хорошо, хочу сказать, что...
Что же хочу сказать? Хочу сказать...
Ты что делаешь? Ты же босиком!
С ума сошел? Холодно же!
- У меня тапочки тут...
- Нет! Тебе кровь может в голову ударить!
Ты же пограничник, должен стоять ровно.
Не наклоняйся, вдруг станет плохо.
- Ложись в кровать, в кровать, в кровать.
- Папа, ты тоже иди спать, ладно?
Да, сейчас.
Ложись в кровать! Накройся!
- Добрый день. - Привет, Рикардо.
Во сколько он сегодня ночью вернулся?
Ага, если бы ночью! Сегодня утром!
Добром это не кончится.
- Смотри, что он принес.
- Что это?
- Я не знаю. Давай откроем и посмотрим.
- Ты с ума сошел?
Какие мы скромные! А если с папой
что-то нехорошее случится?
- Но почему? - Потому что это он спрятал
под кровать. Зачем ему что-то скрывать?
- А что там? - По мне, там наверняка
террористические листовки...
- или что-то политическое и незаконное.
- Да ладно тебе!
Ага, его смущение сегодня утром
в магазине! А он ведь всю ночь работал.
- А ну стой! Я тебя убью!
- Папа! - Я тебя убью!
- Кто тебе разрешил трогать сверток?
- Точно, нам всем будет плохо.
- Ты точно ничего плохого не делаешь?
- Я делаю плохое? А вы сами?
Я глава семьи или нет?
Если хочешь, чтобы дети тебя уважали,
это надо заслужить.
А не шляться по ночам
и заниматься непонятно чем!
Вы меня сейчас доведете!
- У меня рука тяжелая!
- Но я говорю о тебе...
и о Рикардо. Какой ты ему пример
показываешь? Ты из него
бездельника сделаешь! - Почему?
Он же печатает подпольные листовки,
а я хулиган и бездельник?
- Что я печатаю?
Подпольные листовки.
А если нет, тогда что в пакете?
Листовки... Подпольные...
А что еще может быть? Листовки.
Это как у карбонариев...
Подпольные политические группы...
отряды... Подпольные группы.
Или "Дети волка".
(ит. фашистская организация)
Ну ты же был либералом!
Ностальгия. Решил
молодость вспомнить...
Много было хорошего...
Поезда всегда вовремя ходили!
Тихо. Никому ни слова об этом.
Все ясно?
Да здравствует Италия!
- Счастливо, папа. Увидимся за обедом.
- Счастливо.
Я сигареты забыл. Пока.
Папа!
- Папа, что ты делаешь?
- Ничего. Просто молюсь.
А...
У меня все утро башка дырявая!
Вот, перчатки забыл.
Пока.
- С возвращением, Мике.
- Спасибо!
- Микеле! - Марчелла!
- Привет, как ты? - Хорошо, а ты?
- Как ты изменилась!
- В лучшую или худшую сторону?
Какая ты шустрая! Только увиделись,
а ты уже намекаешь на свидание!
Ну вот еще!
Ну да, ты даже на письма мне
не отвечала.
Письма? На письма?
Может, все-таки это была открытка?
- Три открытки. - А я тебя поздравила
с Новым годом, а ты мне не ответил.
Ты права, но я подумал, что она
будет долго идти, и поэтому...
- Ты взял отпуск?
- Нет, поменял место службы.
- Поэтому ты опять уезжаешь?
- А ты не хочешь?
- Теперь ты намекаешь на свидание.
- Я очень рад, что тебя встретил.
Я убежден, что ты
даже не думала об этом.
- О чем?
- Обо мне.
- А, так ты не спишь по ночам?
- Нет, сплю, конечно...
- На заре поднимут, попробуй не засни!
- Ну вот.
Но ты мне все время снишься.
- Увидимся сегодня вечером?
- Если хочешь.
Хорошо, я должен бежать к командованию.
Увидимся позже. Пока, негодница!
Пока, негодник!
Разделимся на два отряда, один
под командованием Солми, другой - Пелузо.
Остальные в штатском пойдут со мной.
Вот копии.
На вот, ты знаток, посмотри.
Ух ты! Намного лучше тех,
что были в Турине в прошлом году.
Те по сравнению с этими были,
как дешевая реклама мыла.
Такое впечатление, что гравер,
который их резал, был с Монетного двора.
- Ну, есть некоторые особенности
в технике. - Да?
Рамка, насечка...
Ознакомьтесь внимательно.
И сколько таких билетов,
фельдфебель?
Пока семь. Но думаю, вал пойдет
на следующей неделе.
Вот список профессионалов.
- Сольми, ты проверишь
все маленькие типографии. - Есть!
Иди к бригадиру Ночера
и покажи ему список.
- Слушаюсь, фельдфебель.
- До свидания. - Слушаюсь.
Мы же пойдем по другому следу.
Ты, Микеле, пойдешь в Ветралла,
потом тебе все объясню.
Если все пойдет по плану,
это будет грандиозно.
- Ну, что скажешь?
- Да, господин фельдфебель. - Пошли.
Синьор Антонио, что с вами?
Вам плохо?
Ерунда. Голова немного болит.
Микеле, Микеле...
- Ты куда, Антонио?
- К Пиццигони.
- Пойду устрою ему выволочку!
- Нет, иди сюда, послушай.
- У нас отличная новость! Это важно!
- Что случилось? Тише, тише...
- Слушай! - Скажи, Микеле,
что тебе сказал фельдфебель?
- Нет, не могу сказать!
- Но почему?
Я же твоя мать, а ты мой сын,
ты мне должен сказать!
- Ты понял? - Да кто их поймет?
Поди разбери их тарабарщину!
Ему поручили
очень важное задание!
- Ему? На немецком?
- Да. - Замечательно!
Он никому не хочет говорить!
Говорит, что государственная тайна!
Я понял. Он же
из налоговых погранвойск.
И должен хранить гостайну.
Он же настоящий профессионал.
- Молодец.
- Но тебе, папа, я скажу,
потому что знаю, что ты никому
не расскажешь. - Понятно.
Мы же с тобой отец и сын.
Давай, рассказывай!
Почему ему - да, а нам - нет?
- Кто там?
- Это я. - А...
- Мамуля дома? - Нет, она пошла молиться.
- Это хорошо.
Я пришел поговорить с тобой
насчет денег.
- Еще надо делать?
- Не говори ерунды!
- Моего старшего сына перевели в Рим.
- Мои поздравления!
Сейчас тебе будет
не до поздравлений!
Мой сын работает в налоговой полиции,
борется с фальшивомонетчиками.
- И ты мне все это рассказываешь!
- А кому я должен это рассказывать?
Успокойся, его только что перевели.
Трагедия не в этом.
Проблема в том, что они обнаружили
наши фальшивые банкноты в 10 000 лир.
Ой, мамочка! Ой, мамулечка!
Ой, мамочка моя!
Кардоне, ну что такое? Прекрати
впадать в панику по любому поводу.
Ты что, девушка? Ну что ты как ребенок!
Возьми себя в руки!
Приди в себя! Давай, дай мне руку.
Ну же... Дай руку.
У тебя рука, как у мертвеца!
Уже даже окоченела.
- Кардоне!
- А? - Что это?
Я тебе сейчас глаз выколю!
- Что теперь с нами будет?
- Что будет? Что будет?
Я тебе скажу! В этой стране
больше ничего нельзя делать!
И они еще говорят о развитии
частного предпринимательства!
- Мамочка! - Прекрати! Что за ерунда!
Они же еще не знают, что это мы.
- Нет? - Нет. Самое главное сейчас
для нас - ничего не тратить.
- Почему? Ты что, уже много потратил?
- Ну, понимаешь, жизнь, она дорогая...
Я тут купил... Так, по мелочи...
Чего непонятного? Кардоне, хватит!
- Да.
- Вот.
Хватит!
- Особенно завязывай с новыми пальто!
Больше их не покупай. - Да.
Да, и еще, это надо было сделать
с самого начала...
Мы должны уничтожить чемодан
с клише и филигранной бумагой.
- Да. - Если они их найдут, у нас
будут проблемы. Это же вещдок!
- Надо предупредить Ло Турко.
- Я ходил к нему,
но не нашел. Он ходит и всем хвастается
своими ботинками!
- Эксгибиционист какой-то!
- Это же опасно. - Да, да.
Сейчас пойдем,
заберем чемодан и спрячем
в укромном месте. Я тут одно знаю.
- Сейчас?
- А когда еще, завтра?
- Почему бы не дождаться ночи?
- С ума сошел?
Каждая минута на счету!
Пошли!
Ты что делаешь? Нет, нет!
Ради Бога, только не это!
- Одень то порванное,
в котором раньше ходил. - Ага.
Если ты пойдешь в нем,
нас никто не заметит.
Если тебя увидят в этом новом пальто,
сразу скажут: ''Он - фальшивомонетчик!''
Давай, пошли. Пошли.
Сюда. Тс-с!
- Но...
- Тихо!
- Уже ушел?
- Да.
- Кто это был?
- Неважно.
- В любой момент
может кто-нибудь прийти. - Понял.
Хватит, хватит.
Закапывай, закапывай.
- Папа!
- Кто там?! А?
Ты что делаешь?
- Что делаю? Разве не видишь? Ничего.
- Ничего.
- А ты, кстати, что тут делаешь?
- Прогуливаюсь. А что вы закапываете?
Ничего. А, да, закапываем.
А что мы закапываем? Хочешь узнать?
Что? Просто падаль! Что мы еще можем
закапывать? Обычная падаль!
- Падаль?
- Нет, не он! - Что ты несешь?
- Бедное животное, под машину попало.
- Ага...
- Авария.
- Да, да. - Собака?
- Собака? Да, собака.
Да точно, вспомнил. - Собака.
- И чья собака?
- Ваша, это - Мустафа!
- Мустафа? Мустафа умер?
- Нет. - Да. - Ага.
Ты не должен был этого говорить.
Да, Микеле, к сожалению, это - Мустафа!
О, бедняжка... Как жаль!
Вот скажи мне, зачем ты сказал,
что это Мустафа?
Ну что ты меня мучаешь...
Я был испуган, не знал, что сказать.
Не знал он. Прежде чем сказать,
надо подумать, разве нет?!
Представь, возвращается мой сын
вечером домой и видит собаку...
Он сразу начнет спрашивать меня,
что мы там закапывали.
А все почему? Потому что кто-то сказал
неправду. И он все сразу узнает!
Подержи собаку.
Вот эти штуки, мой дорогой Кардоне,
все и исправят. Понятно?
- Вы что, хотите его тут убить?
- А где еще? На скотобойне?
- Я не могу на это смотреть.
- Не можешь смотреть? - Нет.
А я, по-твоему, могу смотреть?
Я же хозяин собаки.
Если никто не может смотреть,
тогда кто это сделает?
Итак, ты его берешь,
разводишь ему лапы,
а я со всей силы...
вонзаю нож в сердце. Давай!
- Ты только посмотри, он словно
молит о пощаде! - Не могу.
- Не могу. - Посмотри!
- Прям умоляет.
Действительно, умоляет.
Просит пощады.
- Какая лапочка!
- И чего теперь делать?
У меня нет мужества.
Вы и собака меня разжалобили.
Разжалобили.
Я не смогу его убить.
- Что же нам делать?
Так... У меня идея! - А?
Итак, привяжем его тут,
к национальному камню...
-...ну, камень романский.
- Какой камень?
- Романский камень! - Какой?
- Ты в какой стране живешь? - Какой?
Как в какой? Вот смотри,
вдоль дороги вот эти камни...
- Дон Анто, это разметочный камень!
- Да какая разница!
Вот один из них.
Привяжем к нему.
- Так, оружие выбрасываю.
- Да, да.
Будет проходить какая-нибудь
добрая душа и его заберет.
Этo же не просто собака, а отличная
собака. Настоящий сенбернар!
- Сенбернар? - Ну, не совсем...
Но сенбернары в роду были.
- Это была отличная идея.
- Да. Все, уходим.
Быстрей, пока никто не увидел.
Счастливо, Мустафа!
Удачи тебе.
В волчьей пасти!
- Удачной охоты, бригадир!
- Спасибо, в пасти у волка!
- Удачи в Ветралле!
- И вам удачи! - Спасибо.
- Я его арестую. - Вот же ворюга!
- Вот цены! 7000, 8000, 9000!
Эти за 8500 я видел на рынке
за 5000, один в один!
- Эй! Что происходит?
- Где ты пропадал?
Я тебя уже три дня ищу.
Дома тебя нет, типография закрыта...
- Типография - это занятие
для маргиналов. - Да ну?
А ты разве не купил себе
новый костюм?
Новый костюм? Через несколько дней
и тебе выдадут новый костюм. В полоску.
- Пижама?
- Ага, пижама!
За нами следит налоговая полиция.
Мы под колпаком.
Мой сын мне сказал, что они
проверяют все табачные лавки.
Это все из-за той первой банкноты,
которую ты потратил.
Ах, я? Я ее потратил? А кто меня заставил
это сделать? Кто меня выбрал?
Тихо!
Кто меня выбрал депутатом?
Вы! Народ!
Да, точно, достопочтенный.
- В парламенте на заседаниях это будет
важным аргументом. - Конечно!
- Я тоже хочу попасть в Парламент.
- Я вас с удовольствием возьму с собой.
Только не в парламент, а в камеру.
Мы туда пойдем вместе.
С ума сошел? Я тут при чем?
Они тебя ищут, не меня.
Ладно, давай так.
С сегодняшнего дня...
Когда видимся, не здороваемся.
Мы не знаем друг друга.
- Все, счастливо, до свидания и удачи.
- Да.
- Странно, они закрыты.
- Даже записки нет.
Ладно, продолжим.
Еще раз заедем позже или завтра.
- Сколько еще в списке?
- Штук семь осталось.
Типография Дурантини
на улице Орсолини.
- Хорошо, поехали.
- Да, синьор.
Ну что ж...
Я тут подумал, а ты прав.
С сегодняшнего дня мы не знакомы.
Когда видимся, не здороваемся.
Все, до свидания и удачи. - Но...
- Портье!
- Кто там?
- Здравствуйте. Я ищу Микеле Бонокоре.
- Микеле Бонокоре - это мой сын.
- Очень приятно. Я фельдфебель Денти.
- А, так вы его начальник!
Ой, извините, я хотел сказать,
вы его фельдфебель.
- Прошу вас, проходите.
- Спасибо.
- Чем могу быть полезен?
- Микеле дома?
Нет, он ушел.
Как насчет стаканчика наливки?
- Нет, спасибо.
- Все равно должен предложить. Мама!
- Чего?
- Стаканчик наливки фельдфебелю.
Закончилась? Как могла закончиться
целая бутылка, купленная 3 месяца назад?
Я извиняюсь.
В этом доме наливка
как вода расходится!
- Пришли бы вы вчера, вам бы
наливка досталась. - Не переживайте.
Я тут проходил мимо
и подумал...
У меня есть новости по одному делу,
но это не важно.
Пока не удалось, да?
- Чего?
- Ну одно дело...
Ветралла!
- А вы откуда знаете?
- Откуда знаю? Извините, фельдфебель,
я же его отец, а он мой сын.
- Привет, папа.
- Добрый день, папа. - Привет!
- Есть что поесть, бабушка?
- А я получил 8 по итальянскому!
Молодец!
- Ладно, я пойду, много работы.
- До свидания, фельдфебель.
Послушайте, фельдфебель...
Не сочтите меня назойливым...
- Но как отец финполицейского... В какой
точке расследование? - В нужной.
Иногда достаточно одной мелочи,
всего одной банкноты.
Понятно, что я хочу сказать?
Одна банкнота была потрачена
в табачной лавке.
Каким бы он ни был ловким,
все равно сделает ошибки...
- Рано или поздно мы возьмем их всех.
- Поймаете, да?
- Мустафа!
- Это ваш? - Нет.
- Ну хорошо, я пошел.
- Если позволите, я вас провожу.
- Антонио!
- Чего?
- Мустафа вернулся!
- Это не Мустафа. Это его двойник.
У всех в этой жизни есть двойники.
А это двойник Мустафы.
- Но он нам радуется!
- Ну и что? Все собаки так делают.
Собака - друг человека,
животное умное.
Этот узнал, что место собаки свободно,
и тут же его занял.
Вот и радуется!
А что ты тогда закопал,
там, в руинах?
- А пошли туда, выкопаем и посмотрим.
- Я тебе по башке дам.
Не тревожь собаку,
пусть покоится с миром!
Бедное животное,
пусть покоится с миром.
- Фельдфебель! - Что?
- Это не Мустафа. - Верю.
Ну как это может быть Мустафа?
Разве не видно,
какой он омерзительный?
Грязный, заросший, глаза грязные...
Фу, гадость!
А Мустафа? Мустафа был замечательный
пес, олимпийский чемпион среди собак!
- Да? - Да! Я не хвастаюсь,
но даже вы, фельдфебель,
от него были бы без ума.
Правду вам говорю.
- Этот, конечно, похож, но не он.
- Ладно, я понял.
Вот и мы ищем билеты,
которые как настоящие,
но ненастоящие.
- До свидания, синьор Бонокоре.
- До свидания, фельдфебель...
- Удачи вам.
- До скорого.
- Когда?
- Скоро.
До скорого...
Ах, да... Ах, да...
Срочно нужно.
Здравствуйте, синьор Антонио.
Микеле вернулся?
Микеле? Да. То есть, нет.
Сначала вернулся, а потом уехал.
А когда уехал?
Почему у меня все спрашивают,
когда уехал Микеле. Я говорю...
- Он вам ничего не сказал?
- Сказал - что?
- Обо мне и о нем. - Дорогая моя,
у меня столько забот в голове.
А что он мне должен был сказать?
- Что мы любим друг друга.
- А! - Вот и все.
И это все? Даже так? Готов поспорить,
что вы собираетесь пожениться, да?
- А вы что, против?
- Нет конечно! Ради Бога!
Естественно, когда будет
подходящий момент.
- Вот скажи мне, отец дома?
- Чего?
Скажи мне, отец дома?
Он наверху? Он дома?
- Ах, да. Вы хотите с ним поговорить?
- Хочу поговорить.
- Спасибо, синьор Антонио.
- Пожалуйста. - Отец такой строптивый!
- Идите, он собирается бриться.
- Да? Тогда помогу ему намылиться!
Кто там?
Ой, извините, я ошибся.
Квартира та!
Извините, пожалуйста, я хочу
поговорить с синьором Ло Турко.
Его нет дома.
А вы кто?
Вы что, меня не узнали?
Если честно,
я вас первый раз вижу.
- А вы, собственно, кто?
- Ах, да. Я - портье.
- У Ло Турко есть портье?
- Я портье у Ло Турко и у других жильцов.
- И не знаете Ло Турко?
- Конечно, я его знаю.
- А это тогда кто?
- Черт возьми! Ло Турко!
- А это?
- Наверное...
- Не смешите меня, Ло Турко.
- Я смешон?
- Но вы же меня не узнали!
- Потому что вы похожи на обезьяну.
- Ой, кто это?
- А?
Вы себя в зеркале-то видели,
насколько вы смешны?
- Осторожность лишней не бывает.
- Да какая еще осторожность!
- Ну чего? - Ло Ту...
- Чего? - Ло Ту...
- Хватит меня трогать.
- Я говорю, мы одни? - Одни.
- Точно?
- Точно.
- Они уже здесь.
- Ой, мамочка родная. Я гримируюсь.
Какой грим? Зачем он вам?
- И потом, успокойтесь.
- Почему?
Они не вас ищут,
они меня ищут.
- Тогда вы гримируйтесь.
- Убери эту гадость от моего рта!
- Она чистая, дон Антонио.
- Какая чистая! Самая настоящая дрянь.
- Это конский волос. - Она сделана
из волос приговоренных к смерти.
- Какие приговоренные! Это конский
волос. - У меня весь рот в них!
Но... Дон Антонио!
А кто на нас донес?
Какое там донес! Иди сюда.
Весь рот в этих волосах!
Я не знаю...
Я не знаю, откуда они узнали.
Ведь в табачной лавке
был только я один.
Там ничего нет. Тогда как?
Как? Я думаю, фельдфебель пришел
ко мне домой под предлогом.
Вот лис! Вот же лис
этот фельдфебель!
Решил позабавиться с этим
несчастным беднягой...
Прямо как кошка с мышкой!
И вдобавок ко всему, в этот самый момент
кто, думаете, пришел?
- Кто? - Собака.
- Мустафа? - Мустафа.
И вот после этого еще говорят,
что собака - друг человека.
Я ему глаза вырву!
Если бы пес действительно был
моим другом, он бы не пришел в тот момент
и не изгадил бы всю малину.
Понятно?
Вот взять служебную собаку.
Что она должна? Правильно, охранять.
Там пусто. Дон Анто, извините, с вашими
лисами, собаками, котами, мышами...
Я ничего не понял.
Можете объяснить лучше?
Фельдфебель...
знает все!
- Тогда я... - Да снимите вы эту бороду.
Кого вы ею хотите удивить?
- Там пусто.
- Ах, да
Фельдфебель знает все.
С минуты на минуту меня арестуют.
Это будет для моего бедного Микеле
настоящим ударом. Представь...
Сын фальшивомонетчика, понимаете...
Его вышвырнут со службы.
- Фельдфебель его - фьють.
- Он ваш друг? - Кто?
- Фьють?
- А кто этот Фьють?
Вы же сами сказали:
''Фельдфебель его Фьють''.
Вы неправильно поняли.
Я хотел сказать, что фельдфебель
его вышвырнет.
- А! И что вы собираетесь делать?
- Сдаться. - А.
- То есть, сдаться и тем самым
обмануть фельдфебеля? - Ага.
А вы знаете, что когда пойдете
сдаваться, то вас арестуют?
- Да, в этом-то как раз и суть!
- Чего?
Я сделаю так, чтобы меня
арестовал мой сын.
Гвардеец, который арестовал
своего отца, будет на вес золота!
Его не только не уволят,
а еще и премию выпишут!
Понятно? И все останутся
на своих местах, и ваша дочь тоже.
- А при чем тут моя дочь?
- Как это, при чем?
Вы что, ничего не знаете?
Двое молодых людей...
влюблены.
Ну, я догадывался, но... А вы уверены,
что это серьезно, Бонокоре?
- Да, очень.
- Понятно...
- Вы что-то имеете против?
- Нет. Ничего не имею.
- Он замечательны парень. А вы?
- Я тоже ничего не имею против.
Ваша дочь - замечательная девушка.
Если я пожертвую собой,
всем будет только лучше. Итак...
господин Туркетти...
Ну как такое может быть, что вы
до сих пор не выучили мое имя?
- Ло Турко. Ло Турко.
- Синьор Турко,
к тому же, во имя родства...
мы же с вами станем родственниками.
- Каким образом вы мне родственник?
- Как, разве я им не стану?
Извините меня конечно,
но вы - полный невежда...
- ...в вопросах родства.
- Хорошо, но что за родство?
- Сват.
- А что хорошего, когда сват за решеткой?
Будем называть вещи
своими именами, Бонокоре.
И хвала небесам,
что вы останетесь на свободе.
Так лучше и вам, и мне.
Потому что сват на воле
свату за решеткой
может приносить сигареты,
апельсины, печенье,
конфеты, шоколад...
А на Рождество - рождественский кулич,
очень прошу. Обожаю его.
Обожает он, обожает...
Я его что, печь умею?
И кстати,
- а те деньги, вы их все потратили?
- Не все.
Тогда сделайте вот что -
все, что осталось, уничтожьте.
То же самое
должен сделать Кардоне.
- К тому же, он знает, где чемодан с клише.
- Да.
И еще одно одолжение,
о котором я прошу. Там, на террасе,
в четвертом баке с водой
лежит мой сверток. Уничтожьте его.
- Все уничтожить, Бонокоре?
- Абсолютно.
- Так будет лучше.
- Так будет лучше. - Спасибо.
Кто это? Кто там?
Не делайте так, вы меня пугаете.
А вы думаете, меня не напугали,
когда втянули в это дело?
Да, верно. Ладно, пойду я.
- Кто подготовил материалы?
- Я. - Ага.
Кто помогал делать клише?
Эти лучше тех, что были три года назад.
- Никто. Умение приходит с опытом,
фельдфебель. - Ага.
- И сколько вы уже отпечатали?
- Да кто же помнит-то? 400, 500...
Ладно, подписывайте.
В этот раз мы время зря не теряли.
Молодцы.
Вот, подпишите тут.
- Там к тебе отец пришел.
- Сейчас.
- Пожалуйста, подшей эти протоколы.
- Хорошо.
Ну вот видишь, прям не верится, да?
Молодец! Все благодаря тебе!
Идемте.
Минуточку... Я хочу поговорить
со своим сыном, а не с комендантом.
- Папа!
- А, вот ты где.
Извините, фельдфебель, я на минутку!
Что случилось?
- Я тебе должен открыть одну тайну.
- Что-то серьезное? - Очень серьезное.
Твой отец должен сделать
страшное признание...
Только не перебивай меня, очень прошу.
Если бы не твоя карьера,
- я бы сюда не пришел.
- В чем причина? - Причина...
в 10 000-й фальшивой банкноте.
- А ты тут при чем?
- При чем, при чем, еще как при чем!
Спроси фельдфебеля, он знает!
Ладно, не трать время. Арестуй меня.
Если это сделает он, тебя уволят.
Фальшивомонетчик...
- ...это я.
- Папа, ты пришел пошутить надо мной?
Пошутить? Послушай своего отца,
надень на меня наручники. Они у тебя?
- Какие еще наручники?
- Они тебе не выдали наручники?
Тебя взяли на службу,
а наручников не дали?!
В каком мире мы живем!
Дело в том, что тот, кто расплатился
фальшивыми 10 000-ми в ночном баре,
- ...это был я. - Бонокоре!
- Э, нет. Он меня уже арестовал!
- Ах, да? Ну что, замечательно! Вовремя.
- Папа все время шутит.
- Папа проведать пришел. - Держу пари,
что он хочет узнать, как расследование.
- Ты ему рассказал?
- Я не знал, можно ли.
А почему нет?
Теперь-то можно!
Звонил Мартелли,
они арестовали полиграфиста.
- Ло Турко? - Нет, не турка, швейцарца.
- У него что, и имя фальшивое?
- Кто? - Да это я сам с собой...
- Рецидивист. Уже третий раз ловим!
- Швейцарец? - Это его кличка,
сам он из Бергамо.
Талантливый мерзавец!
Билеты прямо как настоящие!
Ну, что бы там ни говорили,
а парень премию заслужил, так?
- О, да, да. Заслужил!
- Ну и чего ты нос повесил?
Он сделал
прекрасную работу в Ветралле.
Помните, я вам говорил, что нам
достаточно даже маленькой зацепки?
А все благодаря вашему сыну,
это он нашел эту зацепку.
- А эти фальшивомонетчики...
- Все арестованы.
- А я? - Что?
- Нет, я вот тут подумал...
Вот тут все материалы дела.
Можете проверить.
- Папа!
- Счастливо, синьор Бонакоре.
Удачи вам, фельдфебель!
Да, а ты поторапливайся,
а то нас уже ждут в министерстве.
Хорошо, сейчас иду.
Ну, раз так, тогда увидимся дома.
Подожди-ка минуточку.
А откуда ты узнал, что...
- эти 10 000 были фальшивые?
- Ага, ты спрашиваешь...
Как я узнал? Ну что тебе сказать...
Такое дело...
Мне в руки попала банкнота
в 10 000 лир...
Ну, через разные руки, понятно.
И что я сделал?
Я взял эту банкноту, внимательно
на нее посмотрел, странная она какая-то...
оказалась, подозрительная, я и подумал:
''Отнесу-ка я ее в табачную лавку''.
"Если ее примут, значит, она хорошая".
- А она наоборот, фальшивая. Вот она.
- Ты глянь, кто бы мог подумать!
Ты глянь, кто бы мог подумать!
- Прямо как настоящая! Очень похожа!
- Почти незаметно. - Совсем незаметно...
- А кто тебе ее дал?
- Черт возьми! Тут крестик.
- Что за крестик? - То есть, это не та,
которая... Это другая, которая...
- Мне ее дал Пиццигони!
- А зачем тебе ее дал Пиццигони?
Я ему отнес часы в залог,
а он мне дал эту банкноту.
Мне тут нужно было для дела...
Так он тоже фальшивомонетчик!
Вы арестовали Пиццигони?
Нужно арестовать Пиццигони!
Она прошла через кучу рук,
в том числе, и через твои.
- Э, нет. Арестуй Пиццигони!
- Папа!
Дон Анто, объясните мне...
Вы потратили только одну
из этих двух банкнот,
- в тот вечер?
- Только одну, и то ошибся.
Потому что я потратил именно ту,
которую мне дал Пиццигони,
и которая, в свою очередь,
также была фальшивой.
Ну, а если честно... У меня
не хватило смелости потратить ту, другую.
Тогда мы спасены!
Анто, мы спасены!
Ладно, ладно, поаккуратней
с этой эйфорией!
Есть еще другие банкноты в ходу,
именно ваши.
Вы купили себе ботинки
со скрипом,
- он купил себе пальто.
- Ну с каким еще скрипом! Бога ради!
Чтобы их купить, я взял в долг...
у своего кума
из Санта Мария Капуа Ветере.
Я к нему ездил туда на два дня,
вот поэтому меня и не было.
- Вы лжете!
- Я ни одной банкноты не потратил!
- С вами понятно! А он?
- Я тоже ни одной банкноты не потратил.
А пальто я купил на те деньги,
что мамуля сэкономила.
Понятно.
Каждый из нас хотел
пустить пыль в глаза другим.
- Точно.
- Верно.
Послушайте, из нас банда
фальшивомонетчиков, как из дерьма пуля!
Точно, зато мы люди хорошие!
Да, это точно. Точно.
- Посмотрите мне в глаза.
- Что такое?
- Как насчет зажечь?
- Чего?
- Как насчет зажечь?
- Нет, с меня хватит,
- у меня от этих воспоминаний и так изжога.
- Вы что, не поняли? Костер...
- Разжечь огонь!
- А, разжечь костер!
- Костер.
- А что будем жечь? Что жечь-то?
- Сделаем... - Вы мне дадите сказать?
- А где разводить будем?
Разведем там. Там, где закопали чемодан.
Все сожжем!
- Да! - Все сжечь?
Отличная идея. Пошли!
Стойте!
Я случайно сжег всю свою зарплату.
Сжег всю зарплату! Моя зарплата!
 

////////////////////////////